Жанр: Электронное издание
Stout-81
...у из них, а уж тот перезвонил в
Хелену. Вулф и не просил об особом одолжении - ему нужен всего лишь отчет о
деле. А из отчета станет ясно, что дело против Грива - железобетонное.
Возможно, Вулфу уже позвонили, тогда перед ужином он и вовсе утратил
аппетит. - Я взглянул на часы. - Он уже за столом. В Нью-Йорке сейчас семь
часов тридцать две минуты.
Я разлил коктейль по стаканам. Лили взяла свой стакан и сказала:
- Что ж, твоя догадка неплоха, но ты и сам в ней не уверен. Я тоже. И
все же мне кажется, что это может обернуться для нас удачей. - Она
приподняла стакан. - За Харвея.
- По-прежнему ставлю десять против одного. И пью за Харвея.
Прими она мое пари, его исход зависел бы от того, считать ли удачей то,
что случилось двадцать шесть часов спустя, вечером в среду. А утром и днем я
мотался и суетился без какого-либо успеха. За ужином я был мрачнее тучи, а
после кофе заявил, что должен написать письмо и слинял в свою комнату. Я и
впрямь хотел кое-что написать, но вовсе не письмо. Дойдя до ручки, я решился
на то, чего никогда прежде не делал: записать на бумаге все собранные за
десять дней факты и попытаться найти хоть какие-то взаимосвязи и
противоречия, которых я не заметил прежде. И вот я сидел за столом перед
открытым окном, вооружившись блокнотом и карандашами и размышляя, с чего
начать, когда услышал шум мотора подъезжающей машины. Расположение моей
комнаты не позволяло видеть машину, но я подскочил, как ошпаренный, что
лишний раз показывает, в каком состоянии я пребывал. В преплачевном, вы
правы. Диана играла на фортепьяно, а Лили стояла перед окном и смотрела
наружу. Я присоединился к ней, опознав в остановившемся автомобиле
тимбербургское такси. Сумерки уже сгущались, но было видно, как водитель
высунул голову и выкрикнул:
- Это дом Лили Роуэн?
Я вышел и сказал, что да. Тогда задняя дверца такси распахнулась и из
нее спиной вперед выбрался человек. Широченная спина могла принадлежать лить
одному человеку - Ниро Вулфу, а когда он выпрямился и обернулся, то не
осталось никаких сомнений, что и лицо тоже его.
- Гора пришла к Магомету, - сказала сзади Лили, и мы заспешили ему
навстречу.
Глава 4
Вулф никогда не здоровается за руку с женщиной и редко пожимает руку
мужчине, но в столь диких и заброшенных местах привычки меняются, так что,
пожав руку мне, Вулф протянул руку Лили со словами:
- Прошу меня извинить. Мне следовало позвонить, Вы, наверное, как и я,
терпеть не можете незваных гостей, но я ненавижу телефон, а мне слишком
часто приходилось им пользоваться за последние два дня. Но я вас не
потревожу. Я должен был повидать мистера Гудвина...
- К гостям, которые проехали две тысячи миль, я снисходительна, -
улыбнулась Лили. - Ваши вещи в машине?
- Нет, в Тимбербурге. Точнее рядом с ним. В мотеле "Шейфер". - Он
повернулся ко мне. - У меня есть предложение. Этот человек за рулем -
сорвиголова, а его машина может в любой миг развалиться. Если здесь есть
другая, то я отошлю его прочь, а ты сам отвезешь меня после того, как мы
побеседуем.
Я обратился к Лили:
- Насколько ты помнишь, он считает, что любой механизм действует
исключительно согласно своим прихотям. Если тебе не понадобится машина...
- Это глупо, - отрезала она и повернулась к Вулфу. - Вы останетесь
здесь. Я предоставлю вам комнату с кроватью. После целого дня в самолетах и
машинах развалиться можете вы. Арчи попросит шофера привезти ваши вещи, а я
покажу вам комнату. В ней есть ванна. Вы уже ужинали?
- Мисс Роуэн, я не могу навязывать...
- Теперь послушайте вы. Вы привыкли, что все зависят от вас. Сейчас
роли переменились: вы в моих руках. Я не дам вам свою машину. Вы ужинали?
- Я уже поел, да. Но там надо еще уплатить по счету.
Я пообещал, что займусь счетом, и переговорил с шофером. Тот не пришел
в восторг от предложения съездить а мотель за вещами Вулфа и вернуться, но
альтернатива - ждать едва ли не до рассвета, пока клиент решит, что пора
возвращаться - прельстила его еще меньше. Проводив взглядом отъезжающее
такси, я вернулся в дом, прошагал по длинному коридору, увидел, что
последняя дверь распахнута, и вошел. Вулф сидел в кресле у окна, опустив
голову и закрыв глаза. Лили оставила свет включенным. Я сделал три шага и
остановился. Должно быть, кроме Вулфа в данный миг в округе Монро не было
больше ни одного человека в жилете. Жилет, естественно, был тех же
темно-синих тонов, что и пиджак с брюками. В мотеле Вулф переоделся: манжеты
и воротничок желтой рубашки выглядели свежими и отглаженными. Галстук и
синяя же фетровая шляпа на столе были чуть потемнее костюма. Плетеное кресло
едва вмещало его огромную тушу.
- Хорошо доехали? - полюбопытствовал я.
- Здесь течет ручей, - сказал Вулф и раскрыл глаза.
- Ягодная речка. Знай я, что вы приедете, я бы изловил к завтраку
форель. Вы к нам надолго?
- Фу.
В комнате стояли еще два кресла. Я прошагал к одному из них и сел.
- Так зовут моего жеребца, - провозгласил я. - Мисс Роуэн назвала свою
кобылу Кошкой из-за грациозности движений. Я же назвал конька, на котором
катаюсь, когда приезжаю сюда, Фу, поскольку никогда не знаю, чего от него
ожидать. Туземцы произносят его на свой манер - Фи. Если желаете поскакать
по горам, я рекомендую вам мерина Пятнашку, поскольку с вашим весом...
- Заткнись!
Я бы, конечно, не заткнулся, но в комнату вошла Лили с подносом и я
встал, чтобы помочь ей. На подносе было два стакана, бутылочка пива, кувшин
молока и бумажные салфетки.
- Полотенца приготовлены, - сказала Лили. - Я принесла только одну
бутылочку, потому что он, наверное, любит, чтобы пиво было холодным. Вам еще
что-нибудь нужно?
- Если понадобится, я об этом позабочусь. Возможно, потребуешься ты
сама, так что не убегай далеко.
Лили пообещала, что не убежит, и вышла. Я поставил поднос на стол в
пределах досягаемости Вулфа. Он тут же схватил бутылочку, придирчиво
осмотрел этикетку - "Горная пивоварня Батте", - откупорил и вылил пиво в
стакан.
- Оно вполне приличное, - высказался я. - Здесь есть другой сорт, в
который, по-моему, добавляют медь.
Вулф подождал, пока пена не осядет до нужного уровня, пригубил, скорчил
гримасу, одним глотком осушил стакан и облизал губы.
- Я предпочел бы лечь спать, - изрек он. - Вряд ли мой мозг сможет
функционировать должным образом, но я все же попытаюсь. Я получил твое
письмо.
- Я так и подумал, когда увидел, что вы выкарабкиваетесь из такси.
- Письмо пришло позавчера, в понедельник. Я не сумел составить полное
представление о происходящем. Мне потребовались дополнительные сведения, и я
сделал три звонка. Третий из тех, кому я позвонил, мистер Оливер
Макфарланд... Ты помнишь его?
- Конечно.
- Он вызвался помочь. Он владеет рядом банков и приисков в этом районе.
По его просьбе мне позвонил вчера днем генеральный прокурор Монтаны. Если
дело и впрямь обстоит так, как он мне изложил, то тебе лучше упаковать вещи
и вернуться со мной в Нью-Йорк.
Я кивнул.
- Я этого и ожидал, когда увидел вас в такси. Мне понадобится время,
чтобы ознакомить вас со всеми фактами, а в одной из соседних комнат есть
более вместительное и удобное кресло. Если вы освободите то, в котором
сидите, то я его заменю. Я испытываю такое же неудобство, глядя на ваши
мучения, как и вы сами.
Вулф попытался привстать, но его ляжки настолько протиснулись под
подлокотники кресла, что кресло поднялось вместе с ним. Вулф рывком отодрал
его, а я подхватил кресло и пронес его через весь коридор в гостиную. Лили
сидела у камина в обществе Дианы и Уэйда Уорти и, должно быть, рассказывала
о том, что за гость к нам пожаловал. Увидев меня, она сказала:
- Мне следовало сообразить. Возьми вон то.
И указала на кресло возле книжных полок, на которое я и сам нацелился.
Огромное, с сиденьем, обтянутым оленьей шкурой. Я перевернул его, взвалил
себе на голову и отправился в обратный путь. За время моего отсутствия
бутылочка опустела, так что, опустив свою ношу на пол, и прогулялся на кухню
и принес еще одну; сам же плеснул себе молока и со стаканом в руке уселся в
свое кресло. Теперь, когда сидеть было удобнее, Вулф заметно оживился.
- Сначала я обрисую вам костяк, - сказал я, - а мясо будем наживлять по
мере необходимости. Если мои высказывания покажутся вам излишне резкими, то
это потому, что я в отпуске за свой счет. Итак: во-первых, я не думаю, что
вы приехали лишь затем, чтобы вытащить меня отсюда. Вы знаете меня не хуже,
чем я вас. Я написал, что готов поставить пятьдесят против одного на
невиновность Харвея, а вы знаете, что я никогда так не рискую, если не
абсолютно уверен в своей правоте. Я думаю, что вы приехали для того, чтобы
услышать факты в моем изложении и ускорить ход событий. Генеральный
прокурор, наверное, сказал вам, что дочь Харвея весной родила и призналась
Харвею и Кэрол, его жене, что отец ребенка - Филип Броделл. Это хлыщ,
который прошлым летом жил на одном из соседних ранчо. Через короткое время
слух пронесся по всей округе.
- Так. Все это твердо установлено?
- Да. Этим летом Броделл заявился в понедельник, двадцать второго июля.
Три дня спустя...
- Я перебью. Хотя ты и в отпуске за свой счет. В четверг днем, часа в
три он в одиночку отправился в горы за ягодами. Когда он не вернулся к
ужину, на ранчо забеспокоились, а когда стало темнеть, организовали поиски.
Его излюбленные места были известны. Примерно в половине десятого некий
Сэмюэль Пикок обнаружил его тело возле валуна. Он был ранен дважды - в плечо
и в шею. Пули найти не удалось, но, судя по характеру ранений, стреляли из
ружья. Врачи заключили, что смерть наступила между тремя и шестью. Первое
время установлено твердо, поскольку в три часа четверо свидетелей видели
Броделла живым; второе время, по все видимости, тоже вычислено правильно.
Все верно?
- Да. - Я отхлебнул молока. - Представляю, сколько времени вы потратили
на этот разговор. Надеюсь, он позвонил не за ваш счет?
- Нет. Но я задавал очень много вопросов. Ты не отрицаешь, что у
мистера Грива имелись серьезные причины для того, чтобы желать смерти
мистера Броделла?
- Конечно, нет.
- Тогда о том, была ли у него возможность убить. Алиби, начиная уже с
часа дня, у него нет. Он утверждает, что провел все это время в седле,
разыскивая отбившийся от стада скот, но подтвердить его слова некому,
поскольку он ездил в одиночку. Лошадь вполне могла доставить его к району,
где случилось убийство. Возражения?
- Нет.
- Тогда об оружии. Мистер Грив мог воспользоваться тремя ружьями. Два
он держит в доме, а одно висит в общежитии работников ранчо. Возражения?
- Есть, но они не убедят ни вас, ни присяжных. Его жена и дочь уверяют,
что оба ружья оставались в доме, а Мел Фокс тоже говорит, что его ружье было
на месте. Что касается жены и дочери, так от них иных показаний никто и не
ожидает, а Мел тоже отлучался.
- Теперь перейдем к частностям. Все остальные подозреваемые - трое, у
которых имелся аналогичный мотив, - представили алиби. Алиби эти проверены и
подтверждены. Имен мне не назвали, но...
- Это жена и дочь Харвея, а также паренек по имени Гилберт Хейт. Насчет
жены и дочери я согласен. Хейта же я еще не исключил. Его отец - шериф
округа. Он хотел жениться на дочери Грива и до сих пор хочет - я имею в виду
парнишку, а не шерифа.
- Вот как? - Вулф приподнял брови. - Так ты сомневаешься в его алиби?
- Я покопался, насколько мог. Беда в том, что я здесь чужак. А к чужаку
в этих краях относятся примерно так, как к хиппи в воскресной школе.
Возникают сложности в общении. Если задержитесь здесь, то испытаете это на
собственной шкуре, особенно если будете разгуливать в шляпе и в жилете. Вы
закончили с частностями?
- Нет. На следующий день после приезда мистера Броделла мистер Грив в
присутствии двух свидетелей заявил: "Такая толстокожая тварь не имеет права
на жизнь". Кроме того...
- Он сказал не "тварь", а "гнусь". Вы таких слов не признаете.
- Смысл от этого не меняется. Кроме того, в пятницу днем, на следующий
день после убийства Броделла Грив поехал в Тимбербург и купил бутылку
шампанского, чего никогда прежде за ним не наблюдалось, и в тот же вечер он
распил шампанское вместе с женой и дочерью. Кроме того...
- Да, ну и информатор у нас! Зная, как Харвей относился к Броделлу, я
удивлен, что он купил только одну бутылку шампанского, а не две или ящик. Я
бы на его месте закатил пир горой.
Я отпил еще молока.
- А на следующий день, в субботу, когда отец Броделла приехал из
Сент-Луиса за телом и зашел к мистеру Гриву, тот набросился на старика с
побоями.
- Да, поставил папаше синяк под глазом. Жаль, конечно, поскольку что бы
ни сказал ему отец Броделла, старость нужно уважать, но и Харвея тут тоже
можно понять - Броделл подложил ему здоровую свинью. Что еще?
- Тебе мало?
- Для присяжных, пожалуй, достаточно. В том-то и беда. У вас все?
- В общих чертах.
- Тогда теперь мой черед. В письме я предложил поставить пятьдесят
против одного. Я и сейчас согласен. Мы с мисс Роуэн слишком хорошо знаем
Харвея Грива. Мне не удалось добыть ни одного доказательства его
невиновности, даже самого завалящего, но я его знаю. Кстати, генеральный
прокурор упомянул, что первая пуля, которая ранила Броделла в плечо, была
выпущена сзади?
- Нет.
Вулф откупорил вторую бутылочку и налил себе пива.
- Тем не менее, дело обстояло именно так. Броделл стоял на валуне,
лицом к вершине и собирал ягоды, а Икс подкрался снизу на близкое
расстояние. Первая пуля развернула Броделла, так что он оказался уже лицом к
убийце, когда вторая пуля угодила в шею и прикончила его. Для меня это
окончательно и бесповоротно доказывает, что убийца - не Харвей Грив. Я
поверю, что Харвей Грив мог выстрелить человеку в спину только тогда, когда
сорвете огурец, намажете его кленовым сиропом и съедите ложкой. Но даже в
этом случае я не поверил бы, что Харвей застрелил Броделла. Все знают, что
стрелок он непревзойденный. Если бы он и решил убить человека выстрелом в
спину, то не попал бы в плечо. А вторым выстрелом в шею. Чушь собачья!
Вулф насупился. Отпив пива, он отставил стакан в сторону.
- Арчи, чувства затеняют твой разум. Если всем известно, какой
замечательный стрелок мистер Грив, ему было выгодно создать впечатление, что
Икс стреляет неважно.
- Только не Харвею. Его мозг устроен иначе. Но все это просто слова.
Суть в том, что он НИКОГДА НЕ ПОДКРАЛСЯ БЫ СЗАДИ И НЕ ВЫСТРЕЛИЛ ЧЕЛОВЕКУ В
СПИНУ. Ни за что. Черт возьми, я повышаю ставку до ста против одного.
Морщинки на лице Вулфа углубились.
- Ерунда. Совершенно не логично. Решать, виновен ли человек, на
одном-единственном основании - знании его натуры? Чушь! И ты сам это знаешь,
фу.
Я растянул губы в широкую улыбку.
- Хорошо. Вот вы и попались. Вы были правы - ваш мозг и впрямь не
функционирует должным образом. И трех лет не прошло с тех пор, как вы твердо
уверовали в невиновность Орри Кэтера на одном-единственном основании - на
знании Солом Пензером его натуры. Вы так же советовались со мной и с Фредом.
Но мы вас не убедили. Решающим оказался голос Сола*. Жаль, конечно, что я не
Сол, но у меня есть поддержка. Мисс Роуэн считает точно так же, как я, но
она - женщина. Самолет вылетает из Хелены в одиннадцать утра. Если я не
вернусь в Нью-Йорк до выборов пятою ноября, то вышлите мне открепительный
талон.
* См. Рекс Стаут "Смерть потаскушки".
Лицо Вулфа разгладилось, но губы стиснулись в тонкую полоску. Он вылил
в стакан остатки пива из второй бутылочки, подождал, пока осядет пена, взял
стакан в руку и выпил. Облизав губы, Вулф уже не сомкнул их снова. Он
повернул голову, посмотрел на открытое окно, приподнял свою тушу весом в
одну седьмую тонны, протопал к окну, закрыл его, снова уселся и спросил:
- Здесь есть электрическое одеяло?
- Наверное. Я спрошу у мисс Роуэн... Так и быть, я пойду на уступку. Я
сам отвезу вас в Хелену. Чтобы успеть на этот самолет, вам нужно выехать в
семь утра. Я, пожалуй, позвоню, чтобы забронировать место.
Вулф втянул носом воздух, примерно полбушеля, и потом выдохнул его
через рот. Не удовлетворившись результатом, он повторил этот фокус снова.
Посмотрел на кровать, перевел взгляд на туалетный столик, потом на дверь в
ванную и, наконец, на меня.
- Кто спал здесь сегодня ночью?
- Никто. Это свободная комната.
- Приведи мисс Роуэн и... Впрочем, нет, ты в отпуске. Спроси,
пожалуйста, у мисс Роуэн, не согласится ли она составить нам компанию.
- С удовольствием.
Я вышел. Когда я проходил мимо комнаты Уэйда, из нее донесся стук
пишущей машинки, но не "Ундервуда". В гостиной Диана с журналом и Лили с
книгой расположились в креслах у камина, в котором, как всегда по вечерам,
уютно попыхивали шестифутовые бревна. Я сообщил Лили, что вновь прибывший
гость интересуется, не согласится ли она составить нам компанию, и она
отложила книгу, встала и последовала за мной. По дороге она не задала ни
единого вопроса, что меня совсем не удивило. Из опыта общения со мной она
знала, что на тот случай, если бы у меня было, чем с ней поделиться, у меня
имелся язык.
Я думал, что Вулф собирается порасспросить ее о Харвее, но он решил
иначе. Когда Лили приблизилась к нему и спросила, чем может быть полезна,
Вулф запрокинул голову и сказал:
- Буду признателен, если вы сядете. Я предпочитаю вести беседу, когда
глаза находятся на одном уровне.
Я придвинул для Лили третье кресло. Она села и сказала.
- Знай я заранее, что вы приедете, я бы распорядилась, чтобы в вашу
комнату поставили вазу с орхидеями.
- Я сейчас не в том настроении, мисс Роуэн, - пробурчал Вулф. - Я в
чертовски затруднительном положении. Я полностью завишу от вас. Для меня
необходимо жить поблизости отсюда, чтобы иметь возможность быстро связаться
с мистером Гудвином. Мотель, в котором я остановился, конечно не хлев, там
довольно чисто, но для меня это серьезное испытание, к тому же он далеко.
Незваные гости омерзительны, но у меня альтернативы нет. Могу ли я
переночевать в этой комнате?
- Конечно. - Лили с трудом сдерживала улыбку. - Арчи как-то раз
процитировав вас, сказав, что гость - это драгоценный камень на подушке
гостеприимства. Я слишком много о вас знаю, чтобы рассчитывать на то, что вы
обернетесь драгоценным камнем, но омерзительным я бы вас тем более не
назвала. Вы могли просто попросить Арчи передать мне, что вы решили
остаться, вместо того чтобы посылать за мной. Вы поступили очень учтиво. Я
прекрасно знаю, как вы относитесь к гостям; я ужинала у вас дома. Прежде чем
ляжете спать, скажите мне, что вам еще нужно.
- Я уже спросил у мистера Гудвина, есть ли у вас электрическое одеяло.
- Конечно. - Лили встала. - Что еще?
- В данную минуту - ничего. Присядьте, пожалуйста. Мистер Гудвин
собирается рассказать мне о том, что он успел сделать, после чего мы обсудим
план дальнейших действий. Я буду задавать вопросы, а вы, возможно, сможете
ответить на некоторые из них лучше, чем он. Вы согласны?
- Да.
- Прекрасно. Первый вопрос имеет отношение к вам. Естественно,
поскольку я гость в вашем доме. Где вы были днем в четверг двадцать пятого
июля?
Не хочу, чтобы у вас создалось впечатление о том, что Лили Роуэн во
всех отношениях и 365 дней в году - идеальное двуногое существо женского
пола. Более того, с любым, кто мне такое заявит, я вступлю в перепалку. Но в
мире нашлось бы не много женщин, которые услышав подобный вопрос, просто
ответили бы на него не моргнув и глазом.
- Большую часть дня я ловила рыбу в реке Фиштейл, - сказала она. -
Летом форели в нашем ручье мало, поэтому ловить лучше в реке. Около часа дня
мы сидели с Арчи на краю заводи Головорезов и уплетали сандвичи. Лошадей мы
оставили в конце тропы. - Она повернулась ко мне - На каком это расстоянии
от Тетеревиной гряды?
- Милях в десяти-двенадцати.
- Тетеревиная гряда - это место, где убили Филипа Броделла, - пояснила
она Вулфу. - Поев, мы еще половили рыбу, а потом искупались - водичка
привела бы в восторг белого медведя. Потом мы смотрели, как бобры чинят
плотину, а Арчи запустил камнем в медведя - бурого, не белого, - который,
увидев, что Арчи поймал головореза, прыгнул в заводь и поплыл прямо к нам.
Домой мы добрались затемно, а Диана (она тоже гость) сказала, что звонил
Билл Фарнэм и интересовался, не у нас ли Филип Броделл.
- Что такое головорез?
- Форель с красной полоской на шее. Нужно запомнить этот день -
оказывается, я знаю слово, которое не знаете вы.
- Я не знаю тысячи слов. - Он повернулся ко мне. - Ты, должно быть,
станешь возражать. Если бы ты не исключил мисс Роуэн, то не стал бы гостить
у нее. Но у меня сегодня выдался крайне утомительный день, я устал и туго
соображаю. Я даже не спросил тебя, не ты ли застрелил этого человека? Итак?
- Нет. Но я уже недоумевал, почему вы не спрашиваете.
- Я устал. Начинай. Если я перестану за тобой успевать, то прерву тебя.
Давай.
- Сперва я должен понять - во имя чего. Вы сказали, что сами не знаете,
останетесь ли здесь. Если вы хотите просто узнать, что мы думаем о Харвее, а
потом помахать нам ручкой, то...
- А что я еще могу поделать? Я должен либо поверить вам на слово, либо
нет. Хорошо, я доверяюсь вам. Срок моего пребывания здесь будет теперь
зависеть от того, насколько быстро нам удастся доказать невиновность мистера
Грива.
- "Нам"?
- Да.
Я приподнял бровь.
- Не знаю. Я, конечно, тронут вашим предложением и очень вам
признателен, но есть еще пара закавык. Во-первых, мы никогда не работали на
пару в таких условиях. Здесь мы просто гости мисс Роуэн, то есть мы оба
равны. Вы не платите мне и не посылаете по своим поручениям, а я всегда могу
упереться рогом и...
- Ерунда. Я разумный человек, да и ты тоже.
- Не всегда. Особенно вы. Тем не менее, попытка не пытка. Может,
что-нибудь и выгорит. Во-вторых, вам придется еще тяжелее, чем мне. Никто
вам ничего не скажет. Вы знаете, что мне уже приходилось бывать здесь, но и
мужчины, с которыми я скакал на лошадях, играл в пинокль и гонял койотов, и
женщины, с которыми я танцевал, тут же набирают воды в рот, как только я
завожу речь об убийстве. Я сталкиваюсь с этим уже десять дней, а вы для них
не просто чужак и хлыщ, но еще и ненормальный, который носит жилет. Так что,
даже если вы мне скажете: "Иди, Арчи, и приведи мне такого-то", - вы будете
знать после его ухода ровно столько же, сколько знали до прихода. Разве что,
может он признается сколько ему лет. И то вряд ли.
- Арчи. Ели ты прав насчет мистера Грива, а я это уже принял, то кто-то
должен знать хоть что-нибудь, подтверждающее твое мнение. Или мое
присутствие может помешать тебе?
- Нет.
- Прекрасно. Мисс Роуэн сказала, что я могу расположиться в этой
комнате. Я хотел бы услышать подробный доклад.
- Это займет всю ночь. Лучше лечь спать, а потом...
- Я не могу лечь спать, пока не доставят мои вещи.
- Ладно. Еще пива?
Он отказался. Я откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.
- Это будет самое занудливое повествование в моей жизни. Как я уже
говорил, я потратил на эту работу десять дней, но так и не добился ни одной
улики. Правда, подозреваемых хоть пруд пруди. Двое из них - тоже гости мисс
Роуэн: мисс Диана Кейдани, актриса из Нью-Йорка, и мистер Уэйд Уорти,
писатель, работающий над книгой об отце мисс Роуэн. Что касается средства,
они оба проходят. В кладовой, что в конце коридора, висит двустволка "модсли
спешл". Правда, ни один из них не попал бы из нее даже в слона, не то что в
человека - в этом мы убедились еще пару недель назад, когда мы устроили
соревнование по стрельбе, - но это ничего не значит, поскольку Икс тоже
стреляет скверно. Так что две кандидатуры у вас есть прямо здесь. Шериф,
Морли Хейт, с разрешения мисс Роуэн осмотрел двустволку в пятницу днем.
Ружье оказалось чистым, но времени, чтобы вычистить, было предостаточно.
- Побудительная причина? У него или у нее?
- Чуть позже. Возможность у них тоже была. Мими Деффанд, которая будет
готовить для вас завтра, если вы не предпочтете делать это сами, взяла в тот
день выходной и уехала в Тимбербург, а мы с мисс Роуэн ловили рыбу. Я не
допрашивал гостей, но Диана сама рассказала, что провела весь день на речке
выше по течению и вернулась домой около шести, а Уорти оставался здесь один.
Замечательно, да? Ни намека на алиби, так что будь у любого из них хоть
крохотный повод, можно было бы вцепиться в них мертвой хваткой. Но оба
утверждают, что никогда с Броделлом не встречались. Я сам несколько раз
видел Броделла в прошлом году - однажды Фарнэм привел его сюда к ужину, а
второй раз мы сами наведывались на ранчо Фарнэма, - и узнал, что он любит
театр и бывает в Нью-Йорке. Я хотел написать Солу, чтобы тот попытался
что-нибудь раскопать, но сами знаете - Сол берет пять сотен в неделю, а
платить должна мисс Роуэн.
- Я бы, конечно, не разорилась, - вмешалась Лили, - но мне просто не
верится, что Диана и Уэйд могли так легко соврать, что никогда даже не
слыхали о Броделле. Это случилось на следующий день после его приезда, когда
я сказала, что вернулся отец ребенка Альмы.
- Я упустил возможность полюбоваться
...Закладка в соц.сетях
