Жанр: Электронное издание
Sermar25
...за молоком шла.
- Конечно, мне от этого не легче, что ее убили, но вот к подруге обращусь, может, она и
поможет мне найти того человека. У нее связи есть. А ты возраст не заметил?
- Нет. Какой-то неопределенный. От шестнадцати и старше. Передача такая есть.
- А время? Когда это было?
- Нет, время я вообще не знаю. У нас и часов-то нет. Одни были, да дед продал. А зачем
они нам? Счастливые часов не наблюдают, - заулыбался он.
- Слушай, и не страшно вам тут жить? - начала я поглядывать в сторону Мишки.
Кто-то уже успел сходить в ларек, и на "столе" стояла уже вторая бутылка -
"Губернаторская". Про "Трою" все забыли. Похоже, здесь сегодня праздник, Мишка уже
обнимался с обоими и казался абсолютно пьяным. Интересно, он что-нибудь узнал?
- А что страшного? Кому мы нужны? Вот только вы забрели. А как вы сюда зашли?
- Что значит, как? В дверь и вошли.
- Она что, не закрыта? Мы вообще-то закрываем с этой стороны, когда все приходят.
- Будем считать, что нам повезло.
- Если хотите, оставайтесь здесь. Тебя никто не тронет, не бойся.
- Да нет уж, мы пойдем. Мне теперь быстрее к подруге добраться надо. У него надо
спросить, - я кивнула на Мишку.
- Да ему, по-моему, уже все равно, где спать и с кем, - усмехнулся мой собеседник.
Но тут вдруг Мишка как бы очнулся и посмотрел на меня. Я едва заметно кивнула.
- Может, пойдем, а то ты что-то увлеклась общением с молодым, человеком. Или мне
показалось?
- Да, пойдем, - ответила я кротко.
Дед начал уговаривать остаться с заверениями, что меня никто не тронет.
Но судя по тому, какие взгляды бросал его сосед со шрамом, тот не давал таких гарантий.
Я тихонько обратилась к моему собеседнику:
- А тебя как зовут?
- Саша Суворов, - он слегка ухмыльнулся, - полководец такой был. А может, и из
меня еще что-нибудь получится.
- Конечно, получится. Пока. Держи визитку моей подруги. Позвони ей. Она поможет.
Он быстро взял и спрятал кусочек картона с моими инициалами и номером телефона. Мне
стало его жалко. Может быть, и правда из него что-нибудь получится. По крайней мере, уже
хорошо, что он не попал в колонию для несовершеннолетних.
Мы с Мишкой вышли, причем он еле стоял на ногах. Закрыв за нами дверь, он с
облегчением вздохнул:
- Господи, как я устал! И я, кажись, на самом деле пьяный.
- Пойдем ко мне. У меня есть отличная таблетка. Мне она не раз помогала. И очень мне
интересно, что ты выяснил?
- Мне тоже очень интересно, о чем это ты так ворковала с парнем?
Молодежь совращаешь.
- Да? Неизвестно, кто кого совращал. Меня пожалели, что я беременная.
Кстати, здорово придумал. А то бы...
Мы засмеялись.
- Представляю, беременная каратистка, - не мог успокоиться Мишка.
- А все-таки жалко их. Очень страшно, по-моему, не иметь своего дома.
- Да уж, пожалел волк кобылу... Они бы тебя не пожалели, если бы встретили в темном
переулке. Огромное число преступлений совершают именно вот эти несчастные люди.
- Ой, - я даже поморщилась, - ты не на совещании. Мне твоя статистика не нужна.
Может быть, и по собственной глупости они стали тем, кто они есть, но не специально они
совершают те самые преступления.
- Тань, - Мишка даже запыхтел от возмущения, - уж не знаю, что мог наговорить тебе
твой "ухажер", что ты так яростно их защищаешь, но и под дулом пистолета их никто не
выгонял из своих квартир.
- Слушай, ну а если мы бы с тобой действительно куда-нибудь ехали и потеряли
документы, билеты, деньги. Что же нам делать? Я сомневаюсь, что у вас мы бы нашли помощь.
- Я не знаю. Я занимаюсь другим. А бомжами занимаются специальные люди.
У меня своих дел полно, чтобы еще вникать в чужие.
Благодаря нашей полемике мы поднимались, наверное, часа три и наконец-то достигли
моей квартиры.
Глава 8
- По-моему, мне уже не нужна твоя таблетка. От твоих разговоров я протрезвел.
- Кстати, этого мальчика незаконно выгнали из квартиры. Он же несовершеннолетний.
Как его отец мог продать квартиру, непонятно. Может, ты выяснишь это? Ему надо помочь.
- Тань, у тебя дел мало?
- Мало.
- А у меня полно.
- Хорошо, я найду, к кому обратиться по этому поводу.
- А кто у него отец?
- Ты с ним пил, между прочим, тот со шрамом.
- Что? Это он тебе сказал? А мне, представь, совсем другое.
- Да? И что же?
- Что этого мальчика он подобрал как-то на улице. Вернее, отбил у какой-то местной
банды. Теперь ходят вместе. Твой мальчик, как я понял, очень хороший карманник.
Я была слегка удивлена. Я не верила, что рассказ Саши был от начала до конца ложью.
Нет, такого не может быть.
- А ты уверен, что "отец" тебе сказал правду?
- Да нет, конечно. И какая разница? Что ты узнала?
- Подожди, сначала умоемся, выпьем кофе, а потом рассказы.
Но только я успела смыть грим, как в дверь позвонили. Открыв ее, я очень удивилась,
увидев Светину маму.
- Простите, поздно уже, но я на минутку.
- Конечно, проходите, никаких проблем. Да для меня и не поздно.
- Просто у каждого свой режим. Мы, например, все очень рано ложимся, но и рано
встаем. Поэтому по вечерам к малознакомым людям я не люблю ходить.
- Ко мне вы можете прийти даже ночью. У меня работа такая.
Мы все еще стояли в прихожей.
- Да вы проходите, - спохватилась я. Мы прошли в комнату. Мишка находился в
ванной и почему-то притих. Тоже мне конспиратор.
- Я на минутку. Сегодня, почти сразу после вашего ухода, в ящике я нашла еще одно
письмо. Тут указывается конкретный день - понедельник.
Я взяла конверт и внимательно рассмотрела со всех сторон: ничем не отличается от
других своих собратьев. Отличался текст. Я принесла имевшееся у меня письмо Лины и
сличила со Светиным. Те же буквы, вырезанные и наклеенные, но стиль несколько другой, хотя
и очень приближен. Но у меня не было Машиных писем. Надо бы к ней сбегать. Я посмотрела
на часы - не было еще и девяти.
Можно и сходить. Просто у меня возникло подозрение, что писал другой человек, как бы
подстраиваясь под того, предыдущего. Может, это действительно кто-то другой, поэтому и
ошибка вышла со Светой. Но с другой стороны, условия были те же: положить деньги в камеру
хранения номер 60, и дается код. Интересно, Лине уже пришло такое письмо?
Я задумалась, а моя гостья явно хотела что-то сказать.
- Простите, - обратилась я к ней, - я отвлеклась немного. Вы что-то хотите рассказать
еще? И, похоже, важное.
- Да, вы знаете меня очень беспокоит Света.
- С ней что-нибудь случилось?
- Нет. После вашего ухода она была совершенно спокойна. Я даже удивилась.
- Она знала уже.
- Да? Но вот после этого последнего письма она стала какой-то нервной, раздраженной
до невероятности. Никогда я ее такой не видела. По-моему, она даже плакала у себя в комнате.
Я ничего не могу понять. И меня это очень пугает.
- Да, нас часто пугает то, чего мы не знаем.
- Но что теперь делать? Я просто с ума схожу. Может, мне в милицию обратиться. Хотя
пока они вникнут в суть дела, понедельник кончится. К тому же у вас уже есть одно дело, такое
же. Я очень на вас надеюсь. Мне даже негде занять денег. Даже если мы все продадим - все
равно не наберется такая сумма.
Да и кто купит эту мебель?
- Не беспокойтесь. Вам не придется платить никаких денег. А вы можете мне конкретно
описать реакцию Светы на письмо?
- Я спустилась посмотреть газеты.
- Вы выписываете газеты?
- Нет, мы получаем только те, которые приносят всем, но никак не запомню, по каким
дням. В ящике ничего не было, кроме этого письма. Я взяла его и принесла домой. В дверях
столкнулась со Светой. Она куда-то собралась одна и совершенно не слушала никаких доводов.
Но, увидев у меня в руках конверт, она по-моему, забыла, что куда-то собралась. И даже
побледнела. "Что это?" - спрашивает. Я ей ответила, что очередное письмо пришло. А она
покачнулась и так тихо-тихо, я еле услышала, сказала: "Не может быть! Мама, этого не должно
быть!" Я ее начала успокаивать, говорить, что все скоро кончится, нам помогут.
Но она, по-моему, меня не слышала. Ушла к себе и весь день молчит. Господи, скорей бы
все это кончилось!
- Могу вас уверить, что, похоже, это действительно скоро кончится.
- Да? Вы знаете - кто это?
- Почти, вернее - не совсем. Максимум еще дня два, а может быть, и один.
- Спасибо вам, я пойду, хорошо?
- Да, если что-нибудь случится, приходите.
- А что может случиться? - Валентина Ивановна даже в дверях задержалась.
- Да нет, я думаю, ничего, просто вот сейчас же вы пришли?
- Ах да, - она вздохнула с облегчением.
Дверь закрылась. У меня голова пошла кругом. Бывает, что факты копятся, копятся и
ничего нельзя понять. И вдруг все эти факты приобретают смысл и выстраиваются в
логический ряд. Сейчас в такой ряд у меня все и начинало выстраиваться.
- Ты что? Заснула? - я даже вздрогнула. Я все еще стояла у двери, держась за ручку. А
мой "конспиратор", видно, проснулся.
- Так, дела.
- Я что-то ничего не понял. Какие письма?
- Да так, рутина. У нас тут полдома шантажируют.
- Да? - Мишка, похоже, был очень удивлен. - Ну и как? Преступник уже найден?
- Почти. Когда все закончится, я обязательно тебе все расскажу.
- Буду очень рад. Но, может, мы вернемся к нашим бомжам?
- Только после кофе. И я хочу курить, просто умираю.
- Нет, умереть я тебе не позволю. Пошли на кухню. А то нас премии лишают за низкий
процент раскрываемости.
- То-то. Что бы вы без меня делали? Так что тебе интересного поведал тот господин со
шрамом?
Мишка ухмыльнулся при слове "господин".
- Ну сейчас же товарищей нет, все господа.
- Да кое-что интересное...
Его прервал звонок в дверь.
- Слушай, у тебя тут проходной двор какой-то. На улице, между прочим, почти ночь.
Кому это не спится?
Он опять-таки для какой-то своей конспирации закрыл дверь на кухню, а я пошлепала
открывать. Да уж! Сегодня вечер сюрпризов. В проеме стояла сияющая Зоя Борисовна с
тарелкой пирогов.
- Танечка, вот возьмите. Всем домом послали меня. Вам, наверное, и покушать нечего.
Все в делах. Помяните Марью Николаевну, хотя ее еще и не похоронили, но душа-то уже на
небе, все видит.
- Хорошо, спасибо, - я несколько оторопело взяла тарелку. - Проходите.
- О нет, извините, не сегодня. А насчет тарелочки не беспокойтесь, отдадите как-нибудь.
И с такой же лучезарной улыбкой она исчезла.
- Ого, - встретил меня Мишка, - да ты взятки берешь или дань собираешь с местных
бабулек?
- А что делать? Пироги люблю! - я тут же откусила кусок побольше. - Ой, с грибами!
Ужас, как люблю с грибами.
- А я нет, - сморщился Мишка, - как-то я отравился ими и с тех пор ем только те,
которые сам собрал.
- Миша, это же бабушки напекли. К тому же, похоже, их ест весь дом.
- Нет уж, спасибо.
- А я съем с удовольствием. Ну так мы все-таки поговорим сегодня о деле? Все! Я тебя
внимательно слушаю.
- Ну так вот, кое-что интересное я узнал. Живут они тут, как я понял, давно. В то самое
утро Борис - тот, который со шрамом, - ждал мальчишку, он любит гулять по подъездам. В
основном, по-твоему, я так понимаю, чтоб далеко не ходить. Борис стоял у подъезда, думал о
бренности жизни. Они все там, - он показал рукой вниз, - философы. Прямо кандидаты наук.
Вероятно, больше заняться нечем, вот они и философствуют. Послушаешь, так все такие
умники, а на деле...
- Мишка даже рукой махнул. Потом продолжил:
- Вдруг Борис услышал то ли шум, то ли шорох, он толком не понял. Потом глухой стук.
Утром, особенно в такую рань, в вашем районе удивительная тишина стоит. Это со мной наш
"господин" поделился.
Вероятно, поэтому звук и слышен был. Тело, по идее, должно было осесть почти
бесшумно. Потом вскрик.
- Потом?
- Я тоже заметил. Но Борис на этом настаивал. Сначала упало тело, потом - вскрик. И
из подъезда выбежал кто-то: то ли девушка, то ли парень. Борис растерялся, а тот, который
выбежал, похоже, испугался, да еще как. Сразу шарахнулся, как от чумы. Лица поэтому Борис
не разглядел совсем. Девушка какая-то, говорит, или мужик. А потом и Сашка выскочил. Глаза
по полтиннику.
Бежим, говорит, отсюда, пока менты не замели. Там бабку, кажись, пришили. Ну они и
пошли, стараясь особо внимания не привлекать. Немного, но уже что-то. Я думаю, если в
отделение вызвать, может, и лицо вспомнит. А у тебя что? Хоть совпадает?
- Почти все. Сашка говорит, что это мог быть и мужчина, причем в любом возрасте.
- Да? И что будем делать? Может, это все-таки Вася?
- Не знаю. Все так называемые свидетели сходятся в одном - человек был худощав и
рост ближе к высокому, чем к среднему. А Вася и не худощав и ближе к среднему.
- Согласен.
- У меня есть еще одна зацепка. Подружка помогла.
- Чья подружка? - Мишка уставился на меня.
- Миша, ты к вечеру плохо соображаешь. Конечно, не моя подружка, а нашей убитой. У
последней действительно был "жених", но, как говорят, очень странный. Никому он не
нравился, и выбор бабы Маши не . был одобрен. Хотя, может быть, это и зависть. Ну так вот.
Светлана Васильевна, это та самая подружка, если ты не в курсе.
- Я не в курсе.
- Она предполагает, что этот "жених" и есть убийца. У того была своя семья, но вот
только квартира была маловата. Хотя как он мог завладеть этой квартирой, если она не
приватизирована и он там не прописан?
- А может, они уже и поженились тихо, чтобы никто не знал?
- Все может быть. Но что-то не сходится. Ладно, подождем утра, а там посмотрим.
- А что будет утром?
- Утром я, возможно, получу информацию по этому человеку. Он, кстати, раньше
работал в органах.
- А почему возможно?
- Да потому что данных очень мало. Фамилии этого таинственного незнакомца никто не
знает.
- У тебя и там есть связи?
- Мишенька, пора привыкнуть. У меня есть связи везде. Кстати, самая главная вещь в
наше время. Нет связей - иногда и никакие деньги не помогут.
- А что это за массовый шантаж? Что-то я о таком первый раз слышу.
Массовый психоз бывает, а вот шантаж... Вечно у тебя все не как у людей.
- Да, Мишка, хорошо, что напомнил. Мне эти бомжи мозги совсем закрутили.
Я подбежала к стенке и достала письма. Отыскав то, что было написано от руки, я
протянула его Мишке.
- Слушай, нельзя его на экспертизу отправить? Что-то в этом почерке странное, но что,
никак не пойму.
- Да, действительно, - разглядывал его Мишка, - как будто ребенок писал.
- Такая мысль мне тоже приходила в голову.
- Хорошо, сделаем. Только быстро не обещаю.
- Ну, Мишенька, ты же знаешь, я не могу ждать. Да и никто не может. В пятницу они
должны отдать деньги. До этого времени хоть умри, но мне надо все узнать.
- Не понимаю. Они что, собираются отдавать деньги? И много?
- Очень. И одни уже отдали. И я их могу понять. У них неплохой бизнес, и они
заработают еще. А вот если в милицию обратиться... работать точно не дадут - по кабинетам
затаскают, а вот помогут ли, ты уж не обижайся, еще неизвестно. Поэтому если деньги есть, то
лучше отдать. К тому же наши "шантажисты" - настоящие "интеллигенты". Письмо с
извинениями присылают за доставленное беспокойство. Жаль вот только еще валерьянку не
прилагают для восстановления нервной системы.
- Да уж, я смотрю, у вас веселенький домик. Каждый развлекается по-своему.
Мишка уже клевал носом. И я над ним сжалилась.
- Ладно, Миш, оставайся у меня. Пойдем, я тебе постелю в той комнате. А то ты и до
дома не доедешь.
По-моему, он ждал этого приглашения. Потому что беспрекословно встал и отправился
спать.
Я составила себе. план действий на завтра. Получилось много. Но этот день будет
решающим. Похоже, именно завтра должно все проясниться.
Заснула я моментально, даже без применения аутотренинга, видно, сказались мои
хождения "в народ".
Проснулась я от непонятного ощущения. Со мной явно что-то сделали, похоже, что
связали. Голову поднять не было никакой возможности. Где я? С трудом повернув шею вбок, я
обнаружила все ту же обстановку моей собственной квартиры. Судя по темноте, проспала я
недолго. Стояла глубокая ночь.
Попробовала приподнять руку, и после некоторых усилий у меня это получилось. Я долго
бессмысленно смотрела на нее, потом аккуратно положила обратно. Нет, связанной я не была.
Тогда что же происходит? Во рту было сухо, как после пересечения Сахары. Я поняла. В меня
заложили бомбу. Нет, несколько маленьких бомбочек, которые постоянно взрываются у меня
внутри, в моем животе. Моя комната раскачивалась, как маятник. Может, у нас землетрясение?
Вдруг я вспомнила, что где-то здесь должен быть Мишка, и пошла его искать. Это были
какие-то лабиринты, а сам Мишка почему-то убегал, от меня. Бомбочки стали взрываться с
новой силой. Кто мне их все время подкладывает! Прекратите сейчас же. И так холодно. Дайте
же кто-нибудь мне одеться. Но тут полилась вода. Ее было много. Я была огромным сосудом, и
кто-то пытался наполнить меня водой. Но ее было очень много, и она уже лилась через край, но
все тот же кто-то лил и лил, не переставая.
"Да хватит же надо мной издеваться! Я никакой не сосуд! Я - Таня Иванова", - вдруг
вспомнила я и начала отмахиваться от водопада.
- Я не хочу больше пить. Вы что, все с ума посходили? - по-моему, я заорала и открыла
глаза.
Передо мной было какое-то чудище со знакомыми чертами, которые через несколько
секунд приобрели образ Мишки.
- Ну слава богу, - почему-то вздохнул он.
- Миша, ты что? - спросила я осторожно, пытаясь приподняться, но это почему-то не
получилось.
- Да так, ничего. Ты в порядке?
- Я? По-моему, да. Ты, наконец, нашелся, а бомбы больше не взрываются.
По тому, как смотрел на меня Мишка, я поняла, что говорю что-то не то.
Но разговаривать не хотелось совсем, и я отвернулась от Мишкиного взгляда и уснула
уже без всяких компьютерных игр.
Проснулась я с чувством того, что здорово проспала. Я хотела вскочить и посмотреть на
часы, но тело меня не слушалось. Все ломило и была страшная слабость.
- Так, мне только простудиться недоставало, - сказала я вслух. Видно, достаточно
громко, потому что при этих словах у моих ног что-то зашевелилось и откуда-то из-под кровати
появился Мишка.
- Миша, в чем дело? Ты что, меня разбудить не мог? И почему ты лежишь на полу? Я же
тебе постелила?
- Слава богу. Хоть разум в тебя вернулся.
- Что? Миша, у тебя температура или ты бредишь? - я все никак не могла встать.
- Я предупреждал тебя, но ты меня никогда не слушаешь, - как-то очень тихо
проговорил он.
- Ты о чем?
- О грибах. Сегодняшней ночью ты чуть не отправилась к бабе Маше. Тебе, наверное,
хотелось с ней лично поговорить. Узнала бы точно, кто ее грохнул.
Только вот назад вряд ли бы вернулась. И твой подвиг потомки бы не оценили. Они про
него просто ничего бы не знали.
- Так, значит, весь этот ночной кошмар был реальностью! - меня даже пот холодный
прошиб. - Ты меня спас, - сказала я уже серьезно, - я теперь твоя должница.
- Тань, о чем ты? На моем месте все бы поступили также.
- Миша, а почему в моем кошмаре было так много воды? Что ты со мной делал?
- Всего лишь навсего хотел промыть тебе желудок. Правда, ты очень сопротивлялась.
- Слушай, Мишка, так это сейчас полдома должно ноги двинуть. Ведь пирогов, я так
понимаю, было много. Мишка, беги к подъезду. Может, они их вчера не ели и еще можно беду
предотвратить.
Мишка рванул вниз. Я пыталась осмыслить произошедшее. Если бы Мишка не остался у
меня дома, то меня бы уже не было в живых. Я бы точно разговаривала с бабой Машей. Мишка
прав. И откуда вообще взялись эти грибы? Боже мой, мне же нужно к Вениамину Викторовичу!
С трудом поднявшись с кровати, я добралась до часов - девять ноль-ноль.
Очень мило. Так, теперь до телефона. Черт! Автоответчик! Почему его никогда нет дома!
Где можно шататься в такую рань, находясь на пенсии? Я оставила сообщение с извинениями и
с просьбой связаться со мной как можно быстрее.
Мишка, конечно же, не взял ключей, а дверь захлопнул. И когда прозвенел звонок, я еле
доползла до двери.
- Извини, я не подумал. Но все в порядке. Ты, наверное, в этом доме была самая
голодная. Кроме тебя, никто еще ничего не ел. Все только собирались.
И тут у вас какая-то шустрая старушка побежала всех оповещать.
- Это, наверное, Тамара Федоровна. Ладно, Миша, спасибо тебе, ты настоящий друг.
Тебе, наверное, на работу пора?
- Я уже звонил. Приду попозже. У меня было отравление. Это страшная вещь, и я
прекрасно понимаю твое состояние. Так что, если ты хочешь побыстрее поправиться, ложись и
лежи. Я сбегаю в аптеку. Принесу тебе классное лекарство.
За полдня встанешь на ноги.
- Миша, но у меня нет полдня.
- Тогда придется лежать дня три. Выбирай.
- Добрый ты какой! Ладно уж, ложусь, - мне и так этого очень хотелось, несмотря на
все мои усилия воли.
Непонятно. Ничего не понятно, а вроде бы глупостью я никогда не отличалась. Почему
это никто еще не ел пирогов, если их испекли вчера? Ведь должен же кто-то их попробовать,
хотя бы тот, кто пек. Может, меня специально хотели вывести из строя? Но зачем? И ведь это
просто счастье, что Мишка оказался рядом. Весь дом прекрасно знал, что я живу одна. Похоже,
меня хотели просто убить. Но вот кто? Кто пек эти пироги? Как бы мне хотелось поговорить
сейчас со всеведущей Тамарой Федоровной. Но во всем теле я ощущала ужасную слабость.
Встать и идти у меня просто не было никаких сил, и я решила немного поспать. Я просто
обязана быть в форме уже сегодня. Мишке я отдала ключи, так что ни о чем можно не
волноваться. Только я задремала, как пришел из аптеки Мишка и стал пичкать меня разными
таблетками, утверждая, что эта смесь и мертвого на ноги поставит. Если бы я не знала Мишку,
то решила бы, что он хочет меня добить, чтоб не мучилась. Я мужественно проглотила все, что
он мне дал, не почувствовав при этом никакого облегчения.
- К сожалению, моя милая Танечка, процесс лечения не так быстр, как ты этого хочешь.
Я обещал, что ты встанешь к обеду. Значит, именно тогда ты и встанешь. Понятно?
- Понятно, - вздохнула я. В отравлении грибами я ровным счетом ничего не понимала.
И мне оставалось только смириться и подчиниться. Кстати, очень не люблю делать ни того, ни
другого.
После всех Мишкиных процедур опять прибыла делегация в лице Тамары Федоровны и
Зои Борисовны. Последнюю отличала ужасная бледность.
- Танечка, ради бога, я не хотела ничего плохого. Сама я сначала попробовала пироги с
луком и яйцами. С грибами я люблю больше всех, поэтому и берегла. И грибы были все
хорошие. На базаре покупала. А это ваш спаситель? - обе бабульки с ног до головы оценили
Мишку, который в свою очередь оглядел их.
- А я думала, вы одна живете. И Тамара Федоровна тоже говорила, что у такой
красавицы - и мужа нет.
- Да, что только мужикам надо, - закивала Тамара Федоровна.
- А если это не мужикам, а мне неизвестно что надо, - вставила я. У меня от них начала
кружиться голова.
Они молча уставились на меня, вероятно, переваривая услышанное, но, кажется, ничего
не поняли из моего выступления.
- Как вы себя чувствуете? - поинтересовалась Зоя Борисовна. - Может, какие таблетки
нужны? Я всего повидала в больнице. Молодой человек, вы уверены, что сделали все
правильно? - она очень суетилась, считая, наверное, себя виноватой и пытаясь загладить свою
вину.
- У нас все есть, спасибо. А сделал я как раз все правильно, - почему-то очень сурово
проговорил Мишка.
По-моему, они ему очень надоели, как, впрочем, и мне.
- Извините, бабушки, но Тане необходим отдых, - решительно заявил он, направляясь к
двери.
Обе старушки с бесчисленными извинениями засеменили к выходу.
- Таня, - закрыв дверь, просунул голову в мою комнату Мишка, - как ты здесь
живешь? Это же дурдом! Сначала они тебя чуть не угробили, а потом пришли извиняться. А ты
еще иногда жалуешься на скуку. Выйди на улицу к подъезду - сразу повеселеешь.
Видно, Мишка с остальными лекарствами подсунул и снотворное. Потому что после
ухода сочувствующих я заснула и проспала до обеда. Зато встала я как новенькая. Как будто и
не было этих ночных кошмаров. Мишка просто волшебник. О чем я ему незамедлительно и
сказала. Тот, удовлетворившись своей работой и взяв письмо, отправился наконец в отделение.
А я бросилась к телефону. На этот раз мне повезло, и я услышала не автоответчик, а Вениамина
Викторовича.
- Танечка, - начал он сразу, как только я поздоровалась, - что случилось? И что за
молодой человек такой сердитый? Я понимаю, дело молодое, но уже два часа дня.
Я засмеялась.
- Это не то, о чем вы думаете. Вы сейчас сможете приехать?
- Да, я закончил все дела на сегодня и абсолютно свободен.
Мы встретились опять на том же месте, но бродить по скверику мне еще было тяжеловато,
и я пересела в подъехавшую машину Вениамина.
- Почему сегодня мы не гуляем?
Я рассказала о моем кошмаре и о спасителе, представляя все как можно смешнее, но мой
собеседник после окончания истории стал гораздо серьезнее, чем вначале.
- А ты уверена, что это случайность?
- Конечно, если меня хотят убить, то уж лучше тогда стукнуть по башке и спустить по
лестнице, например. Ну оступилась, упала, с кем не бывает. Мне весь дом помогает
расследовать дело. По-моему, им нравится. Да и зачем меня убивать?
Бывали дела и покруче - и ничего. Да и утром прибежали бабульки все перепуганные.
Нет, Вениамин Викторович, вы ошибаетесь.
Он задумчиво покачал головой.
- Я не знаю всех твоих дел, но будь осторожна.
- Хорошо, я буду осторожна. А что по поводу моего вопроса? Есть что-нибудь?
- Очень мало и очень странно. Те координаты, которые ты дала, по нашему ведомству не
проходят. Такого человека просто не существует. Я, правда, нашел одного Бориса Федоровича,
но в прошлом году он умер.
Я была слегка огорошена. Такого ответа я не ожидала. Всего, чего угодно, но не этого.
- Ты разочарована?
- Слегка!
- Это было так важно?
- Мне казалось, что да. А звание?
- Остальные характеристики более-менее сходятся.
- Н-да уж, задачка.
- Таня, думай!
- Хорошо, спасибо. Отрицательный результат - тоже результат.
- Так как насчет воскресенья?
- Я не против. Люблю лес.
- Тогда созвонимся.
Я пересела в свою машину, и мы как по команде разъехались в разные стороны. Кто-то
кого-то
...Закладка в соц.сетях
