Жанр: Электронное издание
precinct36
... Некоторые кухни
оборудованы черным ходом. Из кухни обыкновенно можно попасть на пожарную
лестницу. Трудно сказать, почему у стольких кухонь были пожарные лестницы, но это
факт. Брат Антоний пошел на кухню.
Он наклонился над мойкой и поглядел в окно. Пожарной лестницы не было. Он
начал бегать по квартире, выглядывая в окна в поисках пожарной лестницы.
Единственная пожарная лестница находилась за окном спальни. Он повернул запор на
окне, приоткрыл его чуть-чуть, чтобы при необходимости, если кто вдруг войдет,
распахнуть его в одну секунду, и затем прошел в гостиную. Это была приятная
комната. На полу лежал ковер, стояла красивая мебель. В такой комнате они с Эммой
жили бы с удовольствием. На всех стенах висели плакаты, и здесь стоял красивый
черный кожаный диван с подушками. Висело несколько обрамленных фотографий,
изображавших девушку в колготках. На одной она была облачена в короткую юбочку
- такую, в каких танцуют в балете на сцене. Он понял, что это была убитая.
Привлекательная девица. Светленькая, с хорошей фигуркой, разве несколько
худощава. Интересно, где это они покупают такие юбочки? Наверное, в особых
магазинчиках. Неплохо бы для Эммы купить такую. Пусть бы голая, в одной такой
юбочке, да побегала бы по квартире!
У дверей в ванную комнату висел плакат. Он решил, что начнет с ванной комнаты:
Джек Верзила говорил, что многие прячут ценности в сливном бачке. Он опустил
сиденье унитаза, снял крышку с бачка и положил ее на сиденье. Затем он заглянул
внутрь. Бачок был наполнен ржавой водой. Он сунул в воду руку и пощупал кругом.
Ничего. Он вытащил руку, вытер полотенцем, которое висело на крючке, и снова
поставил крышку бачка на место. Куда еще советовал заглянуть Джек Верзила?
Попробуем теперь поискать в спальне, решил он. Джек Верзила говорил, что в
большинстве комодов нижний ящик сидит на раме самого комода. Под ним нет
никакой полки. Это означает, что от ящика до пола, два-три дюйма свободного
пространства. Многие делают так: вынимают ящик, укладывают свои ценные вещи
прямо на пол и потом опять вставляют ящик. Неопытный взломщик пороется в ящике,
но не додумается вынуть ящик и пошарить на полу.
Брат Антоний вынул нижний ящик. Он был набит трусиками и бюстгальтерами.
Маленькими нейлоновыми бикини всех цветов, крошечными бюстгальтерами: у нее,
вероятно, были маленькие груди. Он попробовал представить ее себе в этих трусиках.
Она все-таки была слишком худенькая. Но такие в постели бывают очень хороши. Он
взял в руки одни трусики, красные, и несколько секунд разглядывал их, прежде чем
бросить обратно в ящик. Он явился сюда с определенной целью - найти запас
кокаина или нечто такое, что вывело бы его на тот источник, из которого девушка
получала порошок.
Он встал на четвереньки и заглянул в пустое пространство от ящика. Ничего не
было видно. Он поднялся на ноги, включил лампу на комоде и снова опустился на
четвереньки. Все равно он ничего не видел. Тогда он просунул туда руку и принялся
шарить. На полу ничего не было. Он взял ящик с пола, перенес на кровать - красивую
кровать с лоскутным одеялом - и высыпал на нее содержимое. Ничего, кроме
бюстгальтеров и трусиков: словно девушка меняла белье трижды на день. А может
быть, все танцовщицы поступают так же? Потеют и часто меняют белье.
Он вынул все остальные ящики и тоже вывернул их над кроватью. Ничего, кроме
одежды. Блузки, свитера, колготки, майки - целая куча девичьих тряпок. Кокаина не
было. И не было ни одного клочка бумаги с чем-нибудь написанным. Полицейские,
вероятно, хорошо почистили квартиру, забрали все, что могло представлять интерес. А
конфискованные наркотики они, наверное, продают - полицейские-то. Да, они такие
же преступники. Брат Антоний выпрямился и поглядел вокруг. Ну, а теперь где
искать? - подумал он.
Джек Верзила говорил, что иногда можно найти героин в сахарнице. Иногда лучше
найти наркотики, чем деньги, кредитные карточки или даже коллекции монет. Брат
Антоний вернулся в кухню, поискал сахарницу, нашел ее на нижней полке в одном из
шкафов, снял крышку и увидел, что она доверху заполнена розовыми пакетиками с
заменителем сахара. Он просмотрел все коробки с крупами в шкафу, предположив, что
она могла спрятать пластиковый пакет с килограммом наркотика в одной из коробок и
насыпать сверху овсяные хлопья, "корнфлекс" или "мюсли". Но ничего не нашел. Он
принялся искать в холодильнике. И здесь не нашел ничего, кроме открытого йогурта и
увядших овощей. Он проверил каждый ящик в гостиной, пошарил под каждой
столешницей - на случай, если пакет с порошком приклеен снизу клейкой лентой. Но
напрасно. Он вернулся в спальню и открыл дверцу платяного шкафа.
У девушки было больше одежды, чем в универмаге на Хэлл-авеню. У нее была
даже шуба. Видимо, енотовая. Он стал срывать платья и пальто с вешалок, ощупывал
карманы и бросал все на пол. Ничего не находил. Он открыл все коробки с обувью.
Некоторые туфли были сексуальные, как у проституток, на высоком каблуке и с
ремешками. Он снова вспомнил про ее трусики. Но в коробках - ничего, кроме обуви.
Где же оно? Он продолжал копаться в шкафу.
Он нашел мужскую одежду в дальнем углу шкафа. Конечно, у такой девицы с
сексуальными трусиками и туфлями на высоком каблуке должен был быть какой-то
парень, который ей все это дарил. Красивый коричневый свитер - брат Антоний взял
бы его себе, да только он ему маловат. А вот широкие брюки - такие брат Антоний
носить бы ни за что не стал. Черный шелковый халат с монограммой "Т.М." на
нагрудном кармане. Одежда для любовных утех, так? Ты надеваешь черный шелковый
халат, она надевает шелковые трусики и туфли на высоком каблуке, вы нюхаете
сладкую пудру и - понеслись! Очень красиво, Т.М. Красивая одежда у тебя здесь,
Т.М. Но ее не слишком много, так что ты не живешь здесь, так? Может быть, ты
приходил сюда время от времени. Может быть, ты женатый биржевой маклер и
приходил сюда по средам, во второй половине дня, когда биржа закрывается. Больше
не удастся позабавиться, Т.М. Дамочка отдала концы.
Красивый кашемировый пиджак, светло-коричневый. Еще пара брюк. Зеленые! Да
кто станет носить зеленые брюки? Разве что какой-нибудь ирландец наденет их в День
святого Патрика! Лыжная куртка. Синяя. Впрочем, маленького размера. Наверное,
принадлежит девушке. У куртки - воротник на "молнии", в котором должен быть
сложенный капюшон, на тот случай, если станешь замерзать при подъеме по канатной
дороге. Нет, брат Антоний ни за что бы не надел лыжи, даже за миллион долларов! Да,
а вот куртка любовника, черная, как халат. Ты что, лыжник, Т.М.? И ты иногда
вывозил свою крошку покататься на лыжах? Он ощупал все карманы кашемирового
пиджака и затем бросил его на пол. Он ощупал синюю куртку девушки. Ничего не
нашел. Он уже хотел бросить ее на пол вместе с другой одеждой, как вдруг заметил
что-то странное в области воротника.
Он взялся за воротник обеими руками и скрутил его.
Внутри словно было что-то жесткое.
Он снова покрутил воротник. Послышался легкий хруст. Внутри воротника, кроме
капюшона, было еще что-то. Он отнес куртку к постели. Он сел на край постели среди
трусиков и лифчиков. Он снова ощупал воротник. Да, внутри определенно что-то
было. Он быстро расстегнул "молнию".
Вначале он был разочарован.
В руках он держал конверт, сложенный несколько раз в длину, чтобы он уместился
в воротнике с застежкой-"молнией". Он развернул конверт. Письмо было адресовано
Салли Андерсон. Он поглядел на обратный адрес в левом верхнем углу. Имя ему
ничего не говорило, но место сразу проливало свет. Если он не нашел самого кокаина,
то, возможно, он нашел первичный источник кокаина. Он сунул руку в конверт и
извлек письмо, написанное от руки. Он начал читать. При этом он слышал, как тикают
его часы. Он понял, что задержал дыхание. И вдруг он захихикал.
Ну, теперь начинаем действовать, подумал он. Приходит наше лучшее время.
"Кадиллаки" и кубинские сигары, шампанское и икра! Продолжая хихикать, он сунул
письмо в передний карман. Потом он прикинул, насколько безопасно выходить из
квартиры через дверь. Решил, что безопасно, и отправился к Эмме, торопясь сообщить
ей радостные вести.
Детективы застали Алонсо Квадрадо голым, когда пришли к нему в четыре часа
дня. Они посчитали это благоприятным обстоятельством. Голый человек чувствует
себя неловко перед одетым. Поэтому у взломщиков квартир бывает преимущество,
когда они врываются в спальню к спящему: голый человек вскакивает с постели, а
перед ним - грабитель в плаще и с пистолетом. Алонсо Квадрадо принимал душ в
раздевалке "Ассоциации христианской молодежи" на Ландис-авеню, когда вошли два
детектива. На обоих детективах были плащи. На одном была шляпа. На Квадрадо не
было ничего, кроме мыльной пены.
- Привет, Алонсо, - сказал Мейер.
Голому Квадрадо попало мыло в глаза.
- Черт! - воскликнул он и стал поливать водой лицо. Он был очень худ, а лицо у
него было бледное и желтоватое. Пышные усы казались огромными.
- Мы хотим задать вам еще несколько вопросов, - сказал Карелла.
- Ну, вы выбрали время... - произнес Квадрадо.
Он ополоснулся под душем, выключил воду, взял полотенце и стал вытираться.
Детективы ждали. Квадрадо обернул полотенце вокруг бедер и прошел в раздевалку.
Детективы проследовали за ним.
- Я только что играл в гандбол, - сказал он. - Вы играете в гандбол?
- Играл когда-то, - ответил Мейер.
- Самая хорошая игра, - сказал Квадрадо, сел на скамью и открыл дверцу одного
из шкафов. - Ну, о чем будем говорить на этот раз?
- Вы знаете, что ваша кузина умерла? - спросил Мейер.
- Да, я знаю. Похороны завтра. Но я не пойду. Ненавижу похороны. Вы не бывали
на испанских похоронах? Не видели, как все эти старушки бросаются на гроб? Это
зрелище не для меня.
- Ей нанесли раны острым предметом, вы знаете?
- Да.
- Можете предположить, кто это сделал?
- Нет. Если бы Лопес был еще жив, я бы сказал, что это он. Но он тоже умер.
- Больше ничего предположить не можете?
- Послушайте, вы знаете, чем она занималась. Это мог быть кто угодно.
Он вытирал ноги. Он потянулся к шкафу, вынул пару носков и стал натягивать их.
Интересно, как люди одеваются, подумал Мейер. Все люди делают все по-разному,
никто одинаково не грызет початок кукурузы. Трудно найти двоих, кто одинаково
одевается. Почему Квадрадо начал с носков? С черных носков к тому же. Не собрался
ли он на прослушивание для съемок порнографического фильма? Не наденет ли он
сейчас ботинки раньше, чем трусы или брюки? Одевание - это еще одно таинство
жизни.
- Чем она занималась?
- Ну, не совсем занималась, но все же. Работала над вопросом, примерно так.
- И что же это было?
- То единственное, что она унаследовала от Лопеса.
- Ну, говорите, не стесняйтесь, - сказал Карелла.
Квадрадо снова потянулся к шкафу. Он снял с крючка трусы и надел.
- Это ремесло Лопеса, - сказал он и потянулся в шкаф за брюками.
- Торговля наркотиками?
- Да, у нее был список.
- Какой список?
- Его клиентов.
- Как она раздобыла его?
- Она ведь с ним жила, верно?
- Вы говорите про настоящий список? С именами и адресами? На листке бумаги?
- Нет. При чем тут лист бумаги? Но она жила с ним - она знала, кто его клиенты.
Она мне говорила, что собирается заняться этим делом. Доставлять кокаин туда же,
куда доставлял он. Хотела иметь небольшой приработок.
- Когда она вам говорила об этом? - спросил Мейер.
- Сразу после того, как его убили, - сказал Квадрадо и надел рубашку.
- Почему вы не сказали нам об этом в прошлый раз?
- Вы меня не спрашивали.
- Это было ново для нее? - спросил Карелла.
- Что вы имеете в виду?
- Куплю-продажу.
- Да.
- Она не работала с ним до того, как его убили? Они не были партнерами или
кем-то в этом роде?
- Нет. Вы думаете, что он стал бы делить хорошее дело с девицей? Да никогда.
- Но он говорил ей; кто были его клиенты?
- Ну, он не говорил так: "Этот парень берет четыре грамма, а тот - шесть
граммов". Ничего подобного. То есть он не вручал ей список на блюдечке. Но когда
какой-то парень живет с кем-то, он начинает болтать. Знаете, что я имею в виду? Ну,
например, он говорит: "Я должен отнести сегодня Луису две порции по три грамма".
Что-нибудь такое. В общем, болтает, понимаете?
- В "беседе под одеялом".
- Да, в "беседе под одеялом", - сказал Квадрадо. - Именно так. Джудит была
умненькая. Когда Лопес болтал, она слушала. Скажу вам по правде, Джудит не думала,
что это продлится очень долго. Понимаете, о чем я? После того, как он поранил ее...
Ну, сколько может девушка мириться с этим? Он был псих и подонок, к тому же у него
были еще другие бабы, не одна Джудит. В общем, она старалась слушать. Она не могла
знать заранее, что его убьют... Но она рассчитала, что никому не повредит, если...
- Откуда вы знаете?
- Знаю что?
- Что она не знала, что его убьют?
- Я просто предполагаю. Вы не возражаете, если я закурю?
- Курите, - решил Мейер.
- Я обычно люблю покурить после игры, - сказал Квадрадо, потянулся к сумке
на полу шкафа и вытащил из нее жестяную коробочку из-под заменителя сахара. Они
сразу догадались, что было в коробочке. Это удивило их, но не слишком. В теперешнее
время люди покуривают травку даже на скамейке на другой стороне улицы от метро.
Они наблюдали, как Квадрадо запаливал свою закрутку. Он пососал ее и выпустил
облако дыма.
- Не желаете угоститься? - спросил он, любезно протягивая закрутку Мейеру.
- Спасибо, - сухо сказал Мейер, - я на службе.
Карелла улыбнулся.
- Кто были эти другие женщины?
- Но кто же их сосчитает? - сказал Квадрадо. - Ну, была эта одноногая: знаете
Аниту Диас? Она очень красивая, но у нее только одна нога. Ее здесь называют
Хромоножкой. В постели лучше ее не бывает. На всякий случай имейте в виду. Ну,
Лопес с ней встречался. И еще была... Вы знаете этого человечка, владельца
кондитерской на углу Масонов и Десятой? Так вот, с его женой. Лопес встречался с
ней тоже. Все это время он продолжал жить с Джудит. Кто знает, почему она так долго
терпела? - Он снова пососал закрутку. - Думаю, что она боялась его, понимаете? Ну,
он все время угрожал ей и в конце концов стал прижигать сигаретами. И тогда она понастоящему
испугалась. Видимо, она решила, что лучше помалкивать и пускай он
шляется, к кому хочет.
- Как она предполагала обеспечивать этих людей?
- Что вы имеете в виду?
- Ну, клиентов Лопеса. Где она предполагала брать порошок?
- Там же, где брал Лопес.
- И где это?
- У одной англичанки, дилера унций.
- У кого именно?
- Лопес жил с ней когда-то. Джудит рассудила так: что было, то прошло, а бизнес
есть бизнес. Если девушка снабжала Лопеса, то почему бы ей также не снабжать
Джудит?
- Значит, это была женщина?
- Да, блондинка, с которой он жил.
Карелла посмотрел на Мейера.
- Какая блондинка? - спросил он.
- Я сказал вам. Англичанка, с которой он жил когда-то.
- Блондинка? - изумился Мейер.
- Да, блондинка, - сказал Квадрадо. - Что с вами, ребята? Вы плохо слышите?
- Когда это было? - спросил Мейер.
- Год назад, может быть... Трудно вспомнить. У Лопеса девушки приходили и
уходили, как поезда в метро.
- А как ее звали, не знаете?
- Нет, - сказал Квадрадо и в последний раз затянулся закруткой, прежде чем
бросить ее на пол. Он чуть было не потушил ее ногой в носке, но вовремя сообразил,
что обувь еще не надел. Мейер любезно наступил на окурок. Квадрадо сел, натянул
пару черных высоких башмаков на резиновой подошве и стал зашнуровывать их.
- Где они жили? - спросил Карелла.
- На Эйнсли. Там и сейчас еще живут несколько англичан... Квартплата низкая, а
они как раз такие люди, которые пытаются сводить концы с концами. Ну, такие, как
голодные художники, музыканты или эти, которые делают статуи...
- Скульпторы, - сказал Мейер.
- Точно, скульпторы, - хмыкнул Квадрадо. - Это вы хорошее слово подобрали.
- Давайте подытожим, - сказал Карелла. - Вы говорите, что год назад...
- Примерно.
- Лопес жил с блондинкой, дилером кокаина...
- Нет, не тогда.
- Он не жил с ней?
- Он жил с ней, но она не занималась кокаином. В ту пору еще не занималась.
- А что она делала?
- Пыталась свести концы с концами. Как и все.
- Как пыталась?
- По-моему, она была танцовщицей, что-то в этом роде.
Карелла снова поглядел на Мейера.
- Я думаю, что она в конце концов уехала оттуда, потому что получила роль в
шоу, - сказал Квадрадо - Прошлым летом. Переехала обратно в деловой центр.
- И снова всплыла, теперь уже занимаясь кокаином, - сказал Карелла.
- Да.
- Когда?
- С кокаином? Кажется, прошлой осенью. Примерно в октябре.
- Стала снабжать Лопеса кокаином?
- Да.
- Кто вам сказал об этом?
- Джудит.
- Вы уверены, что девушка не приходила сюда покупать кокаин?
- Нет, не приходила. Она была дилером унций, она продавала. Вот почему
Джудит рассчитывала продолжить торговлю после Лопеса. Те же клиенты, тот же
самый дилер унций.
- Как часто она приходила сюда?
- Блондинка? Каждую неделю.
- Вы знаете это наверняка?
- Я знаю это, потому что Джудит мне рассказала об этом.
- И это началось в октябре?
- Да. Как раз тогда Лопес вступил в дело. Но это все со слов Джудит. Я обо всем
этом знаю только с ее подачи.
- Когда она приходила?
- По воскресеньям обыкновенно.
- С целью передать кокаин?
- И, может быть, ради чего-то еще.
- Что вы имеете в виду?
- Ну, знаете, вспомнить старые времена. Заодно.
- С Лопесом?
- Если верить Джудит. Кто знает, правда это или нет? Девушка терпит от парня
столько всего, что потом у нее разыгрывается воображение. Она начинает находить
под подушкой чужие трусики... Ну, понимаете? Ей начинает казаться, что простыни
пахнут другими женщинами. По правде говоря, моя кузина была немного чокнутая.
Только чокнутая могла терпеть такого парня, как Лопес.
- Но вы не знаете, как звали ту девушку?
- Нет.
- А вы не знаете, как называлось то шоу, в котором она выступала?
- Нет.
- Но вы уверены, что она жила с Лопесом?
- Совершенно уверен. Но жила она с ним не с самого начала. Прежде у нее была
квартира в этом доме, где живут еще двое англичан. А потом она переехала к нему. Да,
в этом я уверен. Более того, я это видел собственными глазами.
- Что вы видели?
- Как они входили вместе в дом и выходили. В любой час дня и ночи.
Послушайте, все знали, что у Лопеса была блондинка из центра города.
- Что это был за дом? - спросил Мейер.
- Дом, в котором он жил.
- Когда его застрелили?
- Нет. Там он жил с Джудит. То на авеню Калвер. А это на Эйнсли.
- Вы знаете адрес?
- Нет. Это рядом с аптекой. На углу Эйнсли и Шестой, по-моему. Аптека "ТруВей".
- Вы бы узнали девушку, если бы опять увидели ее?
- Блондинку? Конечно. Красивая девушка. Но что она нашла в Лопесе, это
загадка, верно?
- Алонсо, можно попросить вас об одной любезности? - спросил Мейер. - Вы
не проедете с нами в участок? Только на пару минут.
- Зачем? С какой целью? - сказал Квадрадо.
- Пустяки, - сказал Мейер. - Мы хотим показать вам несколько фотографий.
Глава 12
Артур Браун не хотел заниматься тем, чем занимался. Артуру Брауну хотелось
смотреть телевизор вместе с женой.
Ему не хотелось изучать все эти материалы, которые они с Клингом получили
вначале от вдовы Марвина Эдельмана и затем из сейфа Марвина Эдельмана. Если бы
Артур Браун хотел стать бухгалтером, то много лет назад он не пошел бы в
полицейскую академию. Бухгалтерия навевала скуку. Даже собственная бухгалтерия
навевала скуку. Обыкновенно он просил Кэролайн составить баланс расходов и
доходов семьи, и она прекрасно справлялась с этим.
Было двадцать минут двенадцатого.
Через десять минут кончатся новости и на экране появится Джонни Карсон.
Иногда Брауну казалось, что всех американцев объединяют только прогноз погоды и
Джонни Карсон. Этой зимой погода была ужасной по всей стране. Если отсюда
полететь в Миннеаполис, то там погода будет такой же. Это создавало ощущение, что
здесь и там - родная страна. Это объединяло самых различных людей. Если отсюда
полететь в Цинциннати, то там тоже будет дрянная погода. Только вы выходите из
самолета, как вас сразу охватывают глубокие братские чувства. Затем вы попадаете в
гостиничный номер, звоните в службу обслуживания, просите принести вам выпить,
распаковываете багаж, включаете телевизор, и ровно в 23.30 на экране появляется
старина Джонни Карсон. И вы знаете, что в то же самое время на него смотрят в ЛосАнджелесе,
в Нью-Йорке, в Каламазу, в Атланте и в Вашингтоне (округ Колумбия). И
благодаря этому вы чувствуете себя неотъемлемой частью величайшего народа на
земле.
Браун прикинул, что, если бы Джонни Карсон выставил свою кандидатуру на
выборах в президенты, он побил бы других кандидатов без труда. И как раз сейчас -
вернее, через десять минут - Брауну хотелось смотреть передачу с Джонни Карсоном.
Ему совершенно не хотелось сверять содержимое сейфа Марвина Эдельмана с его
банковскими балансами и погашенными чеками за последние год-два. Это была работа
для бухгалтера. А полицейский должен был заниматься совершенно другим: сидеть на
диване, обняв Кэролайн, и смотреть на Лолу Фалану, которая была сегодняшней
гостьей Джонни и которую он считал самой красивой черной женщиной на свете.
После Кэролайн, конечно. Он никогда не говорил Кэролайн, как прекрасна, по его
мнению, была Лола Фалана. После всех лет службы в полиции он научился правилу
никогда не открывать дверь, если не знаешь наверняка, что за ней находится. И он не
очень хорошо понимал, что скрывалось за дверью Кэролайн в последние дни.
Однажды Браун обронил, что Дайана Росс достаточно хороша, и Кэролайн швырнула в
него пепельницу. Он пригрозил ей арестом за попытку нападения, а она сказала, что он
может склеить эту пепельницу сам. Это случилось уже давно, и с тех пор он не
пытался еще раз открыть эту дверь. У него было чувство, что он найдет за ней ту же
самую тигрицу.
Он был очень счастлив, что миссис Эдельман нашла дубликат ключа от сейфа для
хранения ценностей в банке. Благодаря этому им с Клингом не пришлось ехать в центр
города и подавать ходатайство в суд для получения предписания о вскрытии сейфа. В
таком предписании им могли и отказать: все зависело от того, какой попадется судья.
Некоторые судьи были словно на стороне плохих парней. Возьмите такого судью, как
Певец свободы Уилбор Харрис. Вы приводите в зал суда преступника, у которого в
одной руке окровавленное мачете, а в другой - отрубленная голова. Старина Харрис
цокает языком и говорит: "Ай-ай-ай! Мальчик опять нашкодил? Заключенный
освобождается под подписку о невыезде".
Старина Харрис мог назначить смехотворный залог в десять тысяч долларов тому,
кто убил свою мать, отца, Лабрадора и всех золотых рыбок в аквариуме. При встречах
с Певцом свободы возникало чувство, что работа твоя никому не нужна. Ты работаешь
в поте лица, рискуешь жизнью, а Певец свободы отпускает преступника, и тот
сваливает навсегда. Какой смысл тогда ловить преступников? Браун был рад, что не
придется ехать в центр выклянчивать предписание суда о вскрытии сейфа.
Однако радость улеглась, когда он увидел, какого размера этот сейф. И радость
совсем улетучилась, когда они с Клингом обнаружили, какое количество бумаг и
документов находилось внутри этого ящика. Теперь эти бумаги были навалены перед
ним на столе, включая балансы по банковским счетам Эдельмана, погашенные чеки и
баночку пива. Из другой комнаты, днем служившей детской для его дочери Конни, а
вечером - комнатой, в которой они с Кэролайн смотрели телевизор, - он услышал
музыкальную заставку перед "Шоу Джонни Карсона". Он прислушался. Эд Макмагон
объявлял список гостей (Лола Фалана была одной из них, это точно), и затем
прозвучала знакомая вступительная фраза:
- Это Джонни!
Браун вздохнул, сделал большой глоток пива и принялся рассортировывать
различные документы, которые они извлекли из сейфа.
Предстояла долгая ночь.
Когда зазвонил телефон, Клинг вздрогнул. Телефон стоял на приставном столике у
кровати, и первый звонок разорвал тишину комнаты, как выстрел из пистолета. Клинг
резко выпрямил спину, сердце гулко застучало. Он схватил трубку.
- Алло! - сказал он.
- Привет, это Эйлин.
- А, привет.
- Ты словно запыхался.
- Нет... Просто у меня очень тихо. И телефон позвонил неожиданно... - Сердце
по-прежнему колотилось.
- Ты не спал? Я не...
- Нет, я просто лежал.
- В постели?
- Да.
- Я тоже в постели, - сказала она.
Он ничего не ответил.
- Я хочу извиниться, - сказала она.
- За что?
- Я не знала про развод.
- Ничего, все в порядке.
- Я бы не говорила того, что сказала, если бы знала.
То есть, как он понял, она не знала про обстоятельства развода. Но со вчерашнего
дня она уже узнала, потому что об этом знали все в департаменте. И теперь она
извинялась за то, что назвала сценой "Ох! Ах!". Это когда жена находится в постели с
любовником, а по лестнице в дом поднимается муж. Именно то, что случилось с
Клингом.
- Все в порядке, - сказал он.
Но было не все в порядке.
- Я только сделала хуже, да? - сказала она.
Он хотел сказать: "Ну, не надо говорить глупости, спасибо за звонок". Но вдруг он
подумал: "Да, ты задела больное место".
- Вообще говоря, да, - сказал он.
- Прости, я только хотела...
- Что тебе рассказали? - спросил он.
- Кто именно?
- Ладно, выкладывай, - сказал он. - Не важно, кто рассказывал.
- Только то, что была какая-то проблема.
- Ага. Какая проблема?
- Просто проблема.
- Что моя жена гуляла на стороне, так?
- Да, так мне сказали.
- Отлично, - сказал он.
Воцарилась долгая пауза.
- Ну, - вздохнула она, - я только хотела сказать, мне очень жаль, что я
расстроила тебя вчера.
- Ты меня не расстроила, - сказал он.
- У тебя расстроенный голос.
- Я расстроен, - согласился он.
- Берт... - сказала она и поколебалась. - Пожалуйста, не злись на меня, ладно?
Пожалуйста, не надо! - Ему вдруг показалось, что она плачет. В следующую секунду
он услышал щелчок в трубке.
Он поглядел на трубку.
- Что? - сказал он в пусту
...Закладка в соц.сетях
