Жанр: Электронное издание
podruga
...титно дымящуюся кружку
и тарелку с половинками лимона. Лина деловито насыпала себе сахару - три ложки,
Варвара считала.
- Что вы хотели узнать, госпожа Лаптева?
- Пожалуйста, - попросила Варвара, - пожалуйста, называйте меня по имени.
Меня зовут...
- Извините, Варвара, - перебила юристка, - это я по привычке. Мы все друг
друга именуем господами. Корпоративный
стиль! Вы тоже называйте меня просто Линой. Я вас слушаю.
Варвара осторожно поставила свою кружку на крохотный свободный от бумаг
пятачок. Она сильно нервничала.
- Альберт Анатольевич просил меня узнать, не оставлял ли он у вас свою
визитницу. Он где-то оставил ее и теперь не может
найти.
- Вы пришли по просьбе Альберта Анатольевича? - спросила Лина, изучающе
глядя на Варвару.
Варвара думала только одну секунду.
Она с самого начала знала, что так все и будет. Вся ее конспирация шита
белыми нитками. Конечно, шеф не стал бы
присылать ее ни за какой визитницей. Он пришел бы сам или, на худой конец,
позвонил - недаром юристы в компании
принадлежат к касте браминов!
- Лина, - быстро произнесла Варвара, - мне нужно узнать, где был мой шеф,
когда у нас в кабинете умер посетитель. Он
сказал, что пошел к вам. В смысле, шеф, а не посетитель.
- Зачем вам это нужно?
- Я оказалась между двух огней, - Варвара опять взяла свою кружку и отпила
из нее, - и даже не знаю, между каких именно.
Мне нужно все выяснить, или на этот раз я попаду в неприятное положение. Вернее,
уже попала.
- Но ведь тот тип просто умер, и все, - с недоумением сказала Лина, - или я
чего-то не знаю?
Осторожней! Как можно осторожней, чтобы не наступить на хрупкий лед,
который моментально проломится под тобой, и
ты утонешь. Ничего лишнего, ни слова, ни движения.
- Я тоже толком ничего не знаю и пытаюсь выяснить.
Лина задумчиво покачала себя в кресле туда-сюда.
- Это ваш шеф сказал, что был у меня?
- Да.
- Странно, - Лина перестала качаться и посмотрела на Варвару. - В тот день,
когда случилась эта.., неприятность, Альберт
Анатольевич к нам не приходил.
- Именно к вам или вообще в юридическую службу?
- Ни ко мне, ни к кому другому, - уверила Лина. - Больше того, Илария
Ветлинская тоже не появлялась.
- Спасибо, - поблагодарила Варвара, - большое спасибо.
- Не за что. И все-таки зачем вам это нужно? - заговорщицким тоном спросила
Лина. - Можете мне сказать, я вас не выдам.
Но разве Варвара могла быть уверена, что Лина ее не выдаст!
- Я хочу кое-что проверить, - пробормотала она, - это по работе, а не из-за
того, что.., не из-за трупа.
Лина кивнула, как будто принимая ее объяснения, и Варвара быстренько
убралась восвояси.
Как только дверь за ней закрылась, Лина сняла телефонную трубку. В том, что
нужно звонить, она не сомневалась ни
секунды.
В приемной маялась Наташа Минаева, поглядывала на дверь.
- Как хорошо, что ты пришла! - кинулась она к Варваре. - Я тебя жду-жду!
Варвара отсутствовала не больше десяти минут.
- Меня Громова прислала с вашими газетами. Отнеси, говорит, Лаптевой, ей,
небось, вздохнуть некогда, не то что за
газетами сходить!
- Спасибо, - пробормотала Варвара. Пачка была толстой - не только газеты,
но и какие-то журналы. На всех журналах были
желтые наклейки с адресом - Ленинградское шоссе, дом такой-то.
Варвара посмотрела на наклейку, и ей неожиданно стало нехорошо.
- Ты что? - испуганно спросила Наташа. - Ты что, Варь? Может, тебе попить?
В той самой машине она лежала щекой на журнале с точно такой же желтой
наклейкой посреди глянцевой обложки. Она
лежала на ней и боялась, что ее вырвет, опять вырвет от этой отвратительной
желтизны прямо перед глазами!..
- Я не знаю, - как будто в бреду пробормотала Варвара с отчаянием, - я
ничего не знаю ни про какие деньги! Я правда не
знаю!
- Варвара, ты что?!
Она пришла в себя моментально, как будто в голове переключились какие-то
каналы, как в телевизоре. Наташа стояла перед
ней, держала в руке стакан с водой. Вода была холодная, и стакан запотел.
Варвара взяла стакан у нее из пальцев и залпом
выпила.
- Ты что? Заболела? У тебя температура, наверное! А почему ты в очках?
- У меня глаза болят, - выдавила Варвара. Лина Ахметова не обратила
никакого внимания на ее очки. - Спасибо, Наташ.
Громовой передай, что я к ней обязательно забегу.
Наташа хотела еще что-то сказать, но Варвара покачала головой. Еще не
хватало, чтобы Илария выскочила из своей комнаты
и приняла участие в обсуждении Варвариного здоровья!..
От холодной воды, а может, еще от чего-то, Варвару сильно затрясло, и она
зажала коленями руки. Руки были холодные, а
колени под плотной тканью колготок - теплые. Эти колготки ей купила внимательная
и расторопная Анна Семеновна,
смотрительница королевских покоев.
Итак, журнал на сиденье - из ее приемной. Она нисколько в этом не
сомневалась. Конечно, журналы с такими наклейками
получают все до единой приемные в их компании, но к Варваре имеет отношение
только одна, ее собственная.
Значит, все-таки шеф.
Шеф отправил ее в командировку, просто чтобы куда-нибудь услать, шеф
разгромил ее дом, шеф ударил по голове Димку,
да так, что чуть не убил, шеф вез ее в машине, со связанными руками, а потом бил
и требовал, чтобы она вернула деньги. В
конце концов он вышвырнул ее из машины, а Иван подобрал.
Иван ее подобрал, и лечил, и кормил, и делал ей уколы.
Варвара взялась за голову. Внутри головы тоже было холодно, и мысли были
холодные и вялые.
Думать, сказала себе Варвара, думать. Вспоминать.
Димка спал у нее дома и не отвечал на звонки. Илария объявила ей, что она
едет в командировку. Нет, это шеф объявил.
Шеф отворачивался, сопел носом неприязненно и что-то говорил про паспорт,
который следует показывать на границе. Еще он
отправлял ее домой, а она не шла, боялась, что Владислава, усевшись на ее место,
перевернет все вверх дном.
Да! Точно!
Шеф отправлял ее домой! Он никуда не отлучался, а Варварино присутствие в
приемной его раздражало.
Он не мог ударить по голове Димку, потому что весь день просидел в кабинете
и только бросался на всех, как плохо
выученная сторожевая собака! Он то и дело торопил ее домой, и, конечно, он не
стал бы этого делать, если бы собирался
нагрянуть в ее квартиру, где спал Димка.
В тот же день у нее пропали ключи, и она была уверена, что пропали на
работе. Варвара потерла щеки. В голове расступался
туман, в клочьях которого забрезжила истина.
Илария подобрала с пола ключи и вернула ей. Она сказала что-то обидное - то
ли обозвала Варвару неряхой, то ли еще както.
Если бы она собиралась украсть ее ключи, она не стала бы их возвращать -
зачем?! Такой удобный случай!
Значит, должен быть кто-то еще.
Значит, должен быть третий.
Неизвестно, связан ли он с шефом, но он точно связан с деньгами и холдингом
"Московское время".
С деньгами потому, что именно деньги он искал, когда громил Варварину
квартиру, а с холдингом потому, что у него в
машине был тот самый журнал с отвратительной желтой наклейкой.
Допустим, их было трое - шеф, Петр Борисович Лиго и мистер Икс. Допустим,
втроем они решили увести со счета
невезучего клипмейкера Павла Белого полмиллиона швейцарских франков и увели их.
Что потом?
Потом они, скорее всего, поссорились - именно так всегда происходит в кино.
В самый неподходящий момент негодяи
ссорятся и начинают истреблять друг друга, как пауки. А все из-за того, что
никак не могут поделить добычу! Они тоже не
смогли поделить добычу, под горячую руку прикончили Петра Борисовича - как
именно они его прикончили, когда он умер сам
в пустом кабинете, Варваре некогда было думать, - но предусмотрительный покойник
так спрятал кредитную карточку, что два
оставшихся участника шоу никак не могут ее найти.
Ключи у нее пропали уже после того, как их нашла Илария и вернула ей. В
приемную заходило множество людей, начиная
от Людки с Игнатом и кончая Ольгой Громовой. Как теперь определить, кто из них
украл у нее ключи?!
И окно, черт побери все на свете! Кто и зачем открыл окно в кабинете шефа,
когда умер Петр Борисович? Если Варвара
узнает, кто и зачем это сделал, она узнает и все остальное.
А Иван Берсенев? Он и есть этот третий, этот мистер Икс?
Или он.., никакой не третий, а просто бескорыстный и преданный "друг Паши
Белого", который во имя чистой дружбы ищет
Пашины полмиллиона, следит за Варварой не только в Москве, но и за границей,
спасает ее от бандитов, лечит в своем замке?!
Тренькнул телефон на столе. Тренькнул, и на пластмассовом корпусе загорелся
истерический красный глаз.
- Слушаю, Альберт Анатольевич.
- Сколько раз я говорил!.. - выкрикнул шеф из телефона, и Варваре
показалось, что это его выпученный красный глаз
таращится на нее из телефона. - Чтобы вы не говорили со мной по громкой связи!
Только через трубку! Только через трубку!
- Хорошо, - согласилась Варвара, - только через трубку.
- Нет, - простонал шеф, - это переходит всякие границы! Слышите, вы?!
- Слышу. Это переходит всякие границы и только через трубку, - повторила
Варвара.
Шеф, не ожидавший ничего подобного, некоторое время растерянно молчал, а
потом погасил свой красный глаз.
Однако радовалась Варвара недолго - через три секунды он возник на пороге
своего кабинета.
- Вы что, рехнулись? - спросил он подозрительно. - Где Лара? Где Лара, я
вас спрашиваю?!
Как будто он не мог ни секунды оставаться наедине с Варварой и практически
за себя не отвечал.
- Я точно не знаю, - сказала Варвара, - я вернулась из управления делами, а
ее нет.
- Ну так найдите ее! - в изнеможении закричал шеф. - Сию же минуту, вы
слышите?! Я.., не могу работать. Я не могу
работать с вами!!
"Я тоже, - хотелось сказать Варваре. - Я тоже не могу работать. Я не стану
с тобой больше работать, потому что ты истерик,
слизняк, слабак и жулик! Я пойду к Арсению Троепольскому и стану переводить
интересные тексты, и он будет меня
повышать, и им всем я стану нужна, и никто из них и не подумает вытирать об меня
ноги просто потому, что они начальники,
а я секретарша.
Я малодушная, слабая и неуверенная в себе. Бабушка Настя всегда говорила -
"беда с девкой", то есть со мной. Никуда я не
пойду, и ни на что я не решусь, и никогда не воспользуюсь кусочком плотного
шероховатого картона, на котором угловатым
мальчишеским почерком выведен номер мобильного телефона. Буду сидеть на этом
кресле, трястись от страха, выслушивать
оскорбления от тебя и твоих дворняжек - Лары и Лады, - подавать тебе кофе,
кланяться в пояс - как всегда.
Конечно, если не окажется, что ты убийца.
Как узнать, кто убийца?
Как узнать, где кредитная карточка с полумиллионом франков?!"
Шеф убрался за свою дверь, и в приемной показался Игнат Бражников.
- Ты на месте? - удивился он. - А говорили, что заболела!
- Это вчера я болела. Сегодня выздоровела.
- А чего в очках?
- Ударилась об дверь, - мрачно проинформировала Варвара, - шла-шла и
ударилась. Что тебе, Игнат?
- Я просто так, - сказал он растерянно, - зашел просто... Зайцев сказал,
что таможню в управлении делами взяли на контроль.
- Взяли, - согласилась Варвара и вдруг добавила, отвечая своим трудным
мыслям, а вовсе не Игнату. - Кто же тогда его
открыл, это чертово окно?..
- Какое окно? Варвара вздохнула.
- Когда у шефа в кабинете помер посетитель, а я вошла, окно было открыто.
Кто его открыл? И зачем?!
- А-а! - обрадовался Игнат. - Это ты про труп!
- Про труп.
- Так его твой шеф и открыл, - сообщил Игнат радостно, - я видел.
- Как.., видел? - опешила Варвара.
- В свое окно, - гордо сказал Игнат, - я весь день на месте сидел, на улицу
смотрел, программа у меня не шла, и видел, как
твой шеф на подоконнике стоял и раму дергал. Я еще подумал - чего это его
понесло окно открывать, кондиционеры у вас
сдохли, что ли?
- Шеф на подоконнике стоял?! - вскрикнула Варвара.
- Стоял, - подтвердил Игнат, - а что? Это имеет какое-то значение?
Это имело огромное значение, но она не могла сказать об этом Игнату.
Шеф на подоконнике - это невозможно себе представить, но врать Бражникову
не было никакого резона.
Окно открыл шеф - и что дальше? Она была уверена, что как только узнает,
кто открыл окно, узнает и все остальное, но
теперь, кажется, все запуталось еще больше.
- Ты.., точно видел?
- Точно. А что такое-то? Покойник ожил?
- Да не ожил! - с досадой сказала Варвара. - Я просто.., думаю. Не каждый
день в кабинете у шефа кто-то помирает.
- Это шеф его прикончил, точно, - заговорщицки прошептал Игнат, - я тебе
давно говорил, а ты мне не верила.
Варваре до смерти хотелось рассказать кому-нибудь о своих подозрениях и
страхах, и Игнат в данный момент выглядел
наиболее подходящей кандидатурой. Она даже рот открыла и придвинулась к нему
поближе вместе со своим стулом, но тут в
приемную ввалилась Владислава, нагруженная пакетами, пакетиками и сверточками.
- Привет! - провозгласила она сексуально хриплым голосом. - Что это за
очки? Ты новые купила, да?
- Нет, - ответила Варвара, а Игнат подскочил как ужаленный и метнулся к
выходу. Варвара пожалела, что она не может
метнуться вместе с ним. - Просто у меня под глазом синяк.
- Как интересно! - выдохнула Владислава и пристроила свои пакетики на
Варварины бумаги. - А шефуля? На месте?
- На месте.
- Добрый?
- Злой.
- Ты его уже вывела из себя? - скорее констатировала, чем спросила,
Владислава и уронила в кресло короткую шубку. -
Сейчас мы его покормим, и он подобреет.
Варвара поднялась, взяла легчайшую надушенную шубку и повесила в шкаф.
Игнат видел, как шеф открывал окно. Все правильно, окна компьютерного
отдела как раз напротив их окон, приемную и
кабинет видно отлично. Зачем шефу понадобилось открывать окно?! Даже когда
совсем недавно специальная оконная служба
висела в своих люльках на наружной стене и мыла к весне все окна, никому в
голову не пришло их открывать. Их помыли
снаружи, а потом изнутри, только и всего.
Зачем шеф его открыл?!
Он открыл окно, оставил Петра Борисовича мерзнуть за неработающим
компьютером и ушел неизвестно куда, потому что в
юридической службе он не был. Вдобавок он еще зачем-то наврал Варваре, что ушел
именно к юристам.
Возможно, про юристов он наврал потому, что в этом случае его трудно было
проверить. К юристам никто и никогда не
обращался "просто так", и никто с ними не дружил. Кроме того, шеф абсолютно
уверен, что его секретарша тупа и запугана, а
юристы - птицы высокого полета, каста браминов, и Варвара не посмеет к ним
сунуться.
Варвара сунулась. Шеф к ним не приходил.
Варвара выбралась из-за стола и подошла к альпийской фиалке. Фиалка была
равнодушной и прекрасной.
А если Петр Борисович умер до того, как шеф ушел неизвестно куда? Шеф убил
его - или не убил, а тот сам по себе умер - и
ушел, чтобы Варвара нашла труп первой? Такое может быть?
Да. Вполне.
Тогда что за шум она слышала из приемной? Именно на этот шум она вбежала в
кабинет и нашла труп Петра Борисовича!
Если он к тому времени уже давно умер, значит, не мог скакать по кабинету и не
мог свалиться со стула, как она решила
поначалу.
Из-за темных очков казалось, что давно наступили сумерки. Варвара
приподняла их и заглянула вниз, чтобы убедиться, что
еще не ночь. На улице был день, весело стучали по подоконникам капли, воробьи
возились и неистовствовали в лужах, люлька
мойщиков окон висела на уровне третьего этажа, а самих мойщиков не было видно -
они вообще себя работой не утруждали.
- Скучаете, Варварочка? - спросила позади нее Илария. - Нечем заняться?
Владислава пришла?
- Пришла, - ответила Варвара и опустила на нос очки.
- Вы бы хоть помогли ей, Варварочка! У нее дел полно. В отличие от вас.
Варвара промолчала.
Ее дом разгромлен, ребра болят, под глазом синяк. Ее обещали убить, если
она не найдет полмиллиона чужих денег.
Черт с ней, с Иларией!
- И не забудьте бюллетень, Варварочка! К праздникам будет премия, и я никак
не смогу ее подписать, если окажется, что у
вас нет оправдательного документа.
- Я завтра зайду в поликлинику и поставлю штамп, - уверила ее Варвара.
Штамп ставить было не на что, "документа" у нее
не было, но Таня что-нибудь придумает!
В дверь заглянул тот самый Степка, которого Галина Львовна из хозяйственной
службы отправила чинить жалюзи. Илария
моментально скрылась. Еще не хватало ей разговаривать со всякими Степками!
- Ну, сделал я, - мрачно сообщил Степка. Многочисленные карманы его
комбинезона оттопыривались от инструментов, вид
был унылый. Почему-то у всех, кто работал в хозяйственной службе, был
исключительно унылый вид, как в прежние времена у
жэковских слесарей. - Только ты того, передай им, чтоб они не того...
- Не чего? - уточнила Варвара.
- Не дергали чтоб желюзь эту! - Он так и сказал "желюзь", да еще носом
шмыгнул угрожающе. - Они дергают, а я потом
чини!
- Такая у нас с тобой жизнь, Степа, - философски заметила Варвара, - все
нас дергают, как эту самую желюзь!
- Во-во, - подтвердил Степа, - да она и не нужна им ни фига, они три месяца
сидели в темнотище, и ничего, а теперь
приспичило, давай починяй!
- Им проветривать надо. У них компьютеры.
- Ты скажи своему, пусть им кондеры поставят. Чего лучше!
- Варварочка, что там у вас за дискуссия? - из приоткрытой двери громко
спросила Илария. - Сейчас Альберт Анатольевич
может выйти, а у вас опять.., посетители!
- У меня хозяйственная служба, - проинформировала Варвара и улыбнулась
Степе. Он закатил глаза и сделал неприличный
жест в сторону комнаты Иларии. Варвара махнула ему рукой.
- Какая еще служба! - в сердцах сказала Илария и вышла в приемную, но Степы
уже и след простыл. - Охота вам возиться со
всякими идиотами, Варварочка! Знаете? С кем поведешься...
- В хозяйственной службе доктора наук не работают, - отрезала Варвара, -
это, конечно, очень странно, но - нет, не работают.
А без нее никуда, Лара, без хозяйственной службы! Вот прямо над нами в мужском
туалете прорвало канализацию. Говорят,
презервативами забило. Если до вечера не починят, все к нам потечет, а у нас
ремонт недавно сделали.
Месть была так себе, средненькая, но все же Варвара очень гордилась собой.
Глаза у Иларии стали круглыми, и
неподдельный ужас заструился из них, как дым изо рта факира.
- Что вы говорите! - пробормотала Илария и даже посмотрела на потолок, как
бы опасаясь, что сию минуту на нее обрушится
дерьмо, смешанное с презервативами, и даже носом потянула, не пахнет ли.
Ничем не пахло, кроме Владиславиного овощного рагу.
- Сделайте договор с Нижним, Варварочка, - распорядилась Илария, - на
следующий сезон нужно внести изменения. Все в
компьютере. Я буду.., у Владиславы, если Альберт Анатольевич меня спросит.
У Владиславы - значит, на кухне, стиль "Домино". Будут курить, кушать
кофей, обсуждать Варвару - толстую дуру.
А тот самый спасительный кусочек шероховатого картона с записанным
мобильным номером остался в сумке, брошенной
под вешалкой в главном зале королевского замка. Так что позвонить она не сможет
никогда.
И вдруг это показалось так обидно, как будто держалась она из последних
сил, глаза заволокло слезами, и пришлось
моргнуть, чтобы согнать их. Капли попали на очки и растеклись, мешая видеть.
Варвара осторожно вытерла их пальцем.
Невесть откуда взявшееся солнце вдруг грянуло из-за туч, швырнуло Варваре в
лицо охапку победительного света, облило
равнодушную и прекрасную фиалку, и пришлось зажмуриться под очками - так много
было света.
Данные на экране монитора стали совсем не видны, а нужно было вносить
изменения в договор, и Варвара с сожалением
поднялась, чтобы задернуть шторы.
Она взялась за тонкую стеклянную палочку, регулирующую хрупкие полоски
немецких жалюзи, глянула вниз и замерла.
Жалюзи. Конечно. Все дело в них, а вовсе не в открытом окне!
Они три месяца в темнотище сидели, сказал унылый Степка, которого заставили
чинить жалюзи! Ну конечно! Ну конечно
же!
Варвара потянула за тонкую палочку, и полоски послушно легли. Руки у нее
дрожали.
Ей нужна помощь. Теперь совершенно ясно, что она не справится одна. Как
сказала Таня - звоните девять-один-один? Чип и
Дейл спешат на помощь?
Никто не спешит на помощь Варваре Лаптевой, не поможет телефон спасения.
Ей, как никому другому, был понятен и
близок лозунг об утопающих.
Может быть, если только она сумеет быть очень умной и осторожной, у нее
останется шанс. Руки дрожали все сильнее, и
ладони стали мокрыми. Она попросит помощи и сделает все, чтобы не понести какихнибудь
необратимых потерь.
Она понятия не имела, что станет делать дальше.
Даже дом Варвара нашла не сразу.
Три раза она прошла по улице сначала в одну, а потом в другую сторону,
высматривая похожие очертания, но никак не
могла вспомнить - этот или следующий. Разглядывать сверкающие стеклом и мрамором
парадные она не решалась, боясь
вызвать недоумение или даже гнев охраны.
Лужайка, вспомнила она. Была лужайка, точно.
Когда лужайка нашлась - возле одного дома она была, а возле другого не
было, - Варваре стало совсем худо.
Ну куда ее несет?! Куда? Что она скажет, когда охранник спросит у нее, в
какую квартиру и зачем прется это огородное
чучело?!
Ну, пусть не чучело, пусть у нее теперь прическа и куртка - высший класс,
но все равно явно не на уровне этого дома!
Варвара перевела дух, исподлобья посмотрела в чистый и просторный
вестибюль, отдыхавший за тонированным стеклом, и
ринулась вперед, сжимая в кармане карточку метро. Ринулась так отчаянно, что
чуть было не стукнулась лбом в неторопливые
раздвижные двери.
- Добрый вечер. Вы в какую квартиру? Варвара стиснула и разжала зубы.
- Я к Ивану Берсеневу. Номера квартиры я не помню. Не знаю, - поправилась
она. - Вы не могли бы...
Самое трудное было сказано, и она замолчала, переводя дух.
- Одну минуточку, - вежливо проговорил охранник и нажал какие-то кнопки на
сложном пульте. Пульт тоненько загудел.
Скорее всего, его нет дома. Конечно же, его нет дома! С чего она взяла, что
владельцы замков возвращаются домой сразу
после работы, как все простые смертные, и ужинают, и думают о делах, и пьют чай,
и смотрят телевизор. Конечно же, он
отдыхает от тяжких дневных трудов с прекрасной феей в каком-нибудь "уютном
местечке" типа "гнездышка ржанки", и ему
весело с ней, и он вовсе не думает, что побитая и несчастная Варвара приползла к
его порогу, чтобы просить о помощи!..
- Да, - сухо сказал пульт голосом Ивана Берсенева.
- Иван Александрович, к вам... - охранник вопросительно посмотрел на
перепуганную посетительницу.
- Варвара Лаптева, - пролепетала та.
- Лаптева. Проводить?
После некоторой паузы, которая показалась Варваре вечной, Иван сказал все
так же сухо:
- Да. Я встречу.
- Варвара?!
Она вздрогнула и оглянулась, чуть не свалившись с подиума, как тогда, в
салоне мадам Монро.
По широким ступеням к ней поднималась... Лина Ахметова. Она поднималась
спокойно, как к себе домой, и улыбалась во
весь рот. Варвара попятилась.
- Добрый вечер. Вы к нам? - Лина приветливо кивнула охраннику, взяла
Варвару под локоть сильной маленькой ручкой в
черной перчатке. Звякнули ключи, негромкий запах заморских духов наплыл на
Варвару, и она вдруг подумала, что сейчас
упадет в обморок. Просто так, возьмет и упадет.
- Если бы вы сказали, что собираетесь к нам, я бы вас подвезла, -
продолжала Лина сердечно и потянула ее в глубь
сверкающего рая, туда, где за колоннами из темного мрамора угадывался лифт.
Варвара не собиралась "к ним", Варвара собиралась к Ивану Берсеневу и
теперь не знала, как ей сбежать. Лифт был совсем
близко, и путь к отступлению почти отрезан.
Уверенной рукой Лина нажала последнюю из немногочисленных кнопок, двери
закрылись с приятным звуком, и лифт
поехал.
- Устала, - сказала Лина и посмотрела на себя в зеркало, - ужасно. Сегодня
не день, а безумие.
Она заправила за ухо иссиня-черную прядь и, закинув голову, посмотрела на
Варвару. Варвара была раза в два больше нее.
- Как ваш шеф? Выяснили, куда он ходил?
Кровь молотила в виски, щеки предательски наливались пунцовым цветом, глаза
под очками ничего не видели от слез.
Она должна бежать. Хоть в окно. Хоть в мусоропровод. Хоть в водосточную
трубу.
Зачем она приехала сюда, зачем?! Что она выдумала?! Разве кто-нибудь сможет
ей помочь, тем более Иван Берсенев?! Что
может оправдать ее появление в этом доме, в этом лифте, в обществе этой милой,
уставшей и такой уверенной в себе
женщины?!
Кретинка, дура!..
Лифт остановился, разошлись блестящие двери, и Варвара увидела Ивана. Он
полусидел на подоконнике, скрестив в
щиколотках босые ноги. Дверь в его чертоги была распахнута настежь.
- Привет, - сказал он и заглянул Варваре за спину, - Лина, добрый вечер.
- Добрый вечер, - отозвалась Лина. Варвара посторонилась, давая ей дорогу.
- Мы внизу встретились.
- Я только на одну минуту, - скороговоркой выпалила Варвара, - мне сумка
моя нужна...
- Извините меня, - Лина улыбнулась, - я пойду. Я что-то устала сегодня.
Увидимся, Варвара.
В полном смятении чувств, если только у нее остались какие-то чувства, как
в замедленном кино Варвара увидела, что Лина
поворачивается к ним спиной и неслышно идет по ковру, и пропадает за поворотом,
и звенят ключи, и лает собака, и кто-то
вопит радостным юношеским басом: "Мама пришла!"
- Ну что? - спросил Иван совсем рядом. - Вынести тебе сумку сюда или ты
все-таки зайдешь?
Варвара открыла и закрыла рот.
Тогда решительной рукой он взял ее за кисть и потащил в свою квартиру.
Варвара не успевала переставлять ноги, вот как он
ее тащил! Грохнула, закрываясь, обманчиво-легкомысленная дверь, и она снова
оказалась в герцогских покоях. Ах нет, пардон,
в королевских чертогах.
Вечернее солнце до краев наливало чертоги золотым и желтым. На драгоценном
паркете лежали веселые солнечные пятна. В
кресле, где тогда пряталась от несправедливости жизни Варвара, валялся пузатый
портфель. На стойке дымилась большая
чашка чая, еще были сложенная пополам газета, часы, надкушенное яблоко и кипа
каких-то растрепанных бумаг.
Варвара судорожно сглотнула.
- Можно, я заберу свою сумку?
- Можно, - ответил Иван угрюмо. - Я сейчас принесу. Анна Се
...Закладка в соц.сетях
