Жанр: Электронное издание
onlywish
...режить такое. Я бы не смогла.
- Это ужасно, конечно. А почему же он не помог вам сейчас?
- Сама не знаю. Он как тень мимо просквозил, по-моему, даже и не понял, что
это я. Хотя что ж тут непонятного? Из-за
дочери до сих пор переживает.
- А вы знаете, как ее убили?
- Знаю. В подъезде об этом сразу стало известно. Мне еще в тот день Игорь
Игоревич странным показался.
- Странным?
- Ну да, как сейчас вот. Также по лестнице мимо меня промчался и не
заметил. А потом, через полчаса буквально, когда мы с
ребенком гуляли, подошел, поздоровался, с Саньком поговорил и пошел домой. Я уж
не стала говорить, что видела его уже в
тот день. Зачем? Может, он просто сильно торопился. Бывает же, когда идешь по
улице и ничего вокруг не видишь...
Девушке явно хотелось пообщаться. Мне даже спрашивать ее ни о чем не надо
было. Ей очень хотелось рассказать все, что
она знает.
- Короче, пообщался он с нами и домой пошел. А через некоторое время крики
ужасные, милиция приехала. Оказалось,
Танюшку их убили. Соседки говорили, что ее так изуродовали, просто кошмар. А я
одна в квартире: муж как раз в
командировку уехал. Страшно... Я собрала вещи и к маме ушла. Почувствовалось
приближение удачи.
- Простите, я не спросила, как вас зовут?
- Меня Светланой. А вас?
- А я Татьяна Иванова. Я частный детектив и расследую это дело.
- А что же вы сразу-то не сказали? Уши про мужа терли. Если вы это дело
расследуете, то уж наверняка жену его знаете.
- Извините, Света, Просто мне надо было про Игоря Игоревича все знать. Все,
что он делал в этот день, с точностью до
минуты. Теперь мне очень многое ясно, и вы в этом помогли.
- Вы хотите сказать, что Игорь Игоревич?! На это вы намекаете? Да вы в
своем уме? Вы копаете под него! Дайте сюда
коляску! Я сама.
- Успокойтесь, Светлана. Ни под кого я не копаю, я просто хочу найти
настоящего убийцу. Тот, кого за это посадили, ни при
чем.
- А Игорь Игоревич, значит, при чем? А вы знаете, сколько сейчас за
операции дерут? А он, когда работал хирургом, не
примерялся, кто заплатит, а кто нет. За все подряд брался. Да если хотите знать,
он мою маму с того света вытащил. Да если б
все такие, как он, были! То.., то...
Я не ожидала такой реакции, не знала, что у него в собственном подъезде
"личный адвокат" в лице этой милой девушки
имеется. Пришлось успокаивать:
- Никто его не подозревает. Наоборот, убийцу я почти вычислила. Надо только
все по полочкам разложить. Невиновность
ведь тоже доказывать приходится. Вы меня понимаете?
Девушка, уже успокоившись, кивнула.
- Для этого мне надо знать точное время, когда он выбегал сломя голову и
когда потом вернулся. И все.
- Пришел он в пятнадцать десять. Я это запомнила, потому что он спросил у
меня про время. Ну а выходил минут за сорок
до этого. Больше я ничего не знаю, хочу только добавить, что к Игорю Игоревичу
ничего, кроме благодарности, не испытываю.
И, если вдруг вы мои слова используете против него, я от них просто-напросто
откажусь. Вот. Так что извините.
Я-то, честно говоря, еще на одного свидетеля в лице Светланы ставку
сделала. Но увы и ах. Мы уже подошли к дому.
Светлана переложила чемодан в другую руку и взялась за коляску:
- Спасибо вам большое, вы мне очень помогли. Вы такая добрая. Я надеюсь,
что вы не причините вреда Игорю Игоревичу.
Всего вам доброго. До свидания, Татьяна.
- До свидания.
Я шла по аллее, ведущей к клиническому городку, и рассуждала сама с собой:
"Надо же! Какие горячие поклонницы у этого
типа. Но сюда я все же не зря приезжала. Очень много нового узнала. И это
хорошо. Одно лишь непонятно: зачем я вдруг
Игорю Игоревичу понадобилась? О чем он говорить со мной собрался? Ну уж нет,
бродяга, я сама выберу время, когда с тобой
поговорить. Ты пока у меня остаешься подозреваемым номер один".
Так я думала в тот момент. А встреча оказалась все же совершенно
незапланированной. Мы увиделись с ним в тот же день, а
точнее - в ту же ночь. Но все по порядку, дорогой читатель. Просто произошло
кое-что непредвиденное...
День пролетел незаметно: в суете, разговорах и встречах. Домой я вернулась,
когда стемнело и когда мой уставший мозг
напрочь отказался работать.
Поставив машину на стоянку, я медленно побрела к своему подъезду. Когда
входила, меня осветили фары подъезжающего
автомобиля. Раздался звук клаксона, но я даже не оглянулась. Лифт поджидал меня
на первом этаже. Я нажала нужный этаж.
Мысль о том, что скоро я буду дома и смогу встать под горячий душ, согрела мое
сердце, и я расслабилась.
Обычно я чувствую опасность на расстоянии, а в этот миг сигнал тревоги не
сработал.
На лестничной площадке моего этажа, как ни странно, было темно. "Лампочка,
что ли, сгорела?" - было последнее, что я
успела подумать.
Что-то тяжелое обрушилось на мою несчастную голову, но не слишком-то
повезло нападавшему: удар пришелся вскользь. Я
упала, но скорее от неожиданности, чем от боли. Невидимая рука рванула мою
сумку. Я, сконцентрировавшись, двинула его
ногой, судя по всему, попав в лицо. Он охнул и выпустил сумку из рук.
А я вскочила и с визгом взбесившейся кошки вцепилась ему в лицо. Было
темно, но это я знала точно, поскольку мои
пальцы с отполированными коготками ощутили щеку нападавшего.
- Ну, сука, держись! - хриплым голосом рявкнул он и бросился на меня с
новой силой."
Физически он был силен, но мое владение боевыми искусствами уравняло шансы.
Но этот гад умудрился-таки изловчиться и нанести удар в висок справа.
Падая, я увидела Вадима в проеме открывшейся
двери лифта.
- Танюша! - выкрикнул он и бросился ко мне.
- Осторожно, Вадим, это убийца, - пробормотала я, и.., темнота застила
сознание.
Очнулась на своем любимом диванчике с мокрой тряпкой на лбу. На кухне горел
свет и шумела вода. Я попробовала
пошевелиться, но каждое мое движение отдавалось в голове ударами колоколов.
Усилием воли заставив себя сесть, я попыталась вспомнить все, что
произошло. Мне это удалось с некоторыми усилиями.
Так. Значит, Игорь Игоревич решил идти напролом? Что ему нужно было в моей
сумке: ключи от квартиры, фотографии
или рукопись? Или же просто хотел припугнуть меня?
Размышления прервал мой ангел-хранитель, материализовавшийся в лице Вадима.
- Ну как, Танечка, пришла в себя? А ну-ка; покажись. Хороша, - он
беззастенчиво рассматривал и трогал мои боевые раны, -
а фингальчик под глазиком что надо. Завтра вообще расцветет всеми цветами
радуги. Шикарно.
Он нежно так взял меня за подбородок, повернул мое лицо к свету, убрал со
лба полотенце и осмотрел правый висок.
- Тебе повезло, девочка. Удар вскользь пришелся, а то уже ответ перед богом
держала бы. Но ты герой, надо заметить, и его
тоже, по-моему, неплохо отделала.
Он с какой-то даже нежностью рассмотрел мои поломанные ногти (а был такой
классный маникюрчик!), под которыми
остались частички кожи моего врага.
Вадим пытался шутить, но во всем его поведении чувствовалась тревога за мое
драгоценное здоровье. И это было так
приятно, скажу я вам откровенно. Черт возьми! Обо мне так заботится этот, в
общем-то, приятный мальчик.
- Вадим, ну хватит уже меня расслаблять. Ты лучше скажи, что с этим типом?
А то у меня прямо сейчас сладкие такие
сопельки закапают. И прямо на твой пиджачок, между прочим.
- Спроси что-нибудь полегче. Я думаю, что не в его интересах дожидаться
продолжения. Ты его и так хорошо отдубасила.
Он, понятное дело, смылся. Адресок не оставил.
Я поняла, что он опять безбожно прикалывается над больной женщиной,
поскольку его собственный фингал ничуть не хуже
моего. Я не упустила возможности сообщить ему об этом.
А он вдруг так засмущался, ну, прямо красна девица:
- Понимаешь, Таня, я его за руку схватил, да, видно не за ту, поскольку он
меня как звезданет! Да так профессионально, я
даже не ожидал. И выпустил его руку. Он удрал. Прости.
- Бог с ним. Главное, что мы оба живы. Я поднялась и села.
- Вадим, а у меня идея...
Он молчал, ожидая продолжения. Интересного, наверное, продолжения. Только я
не оправдала его надежд:
- Давай двинем по чашке кофе и сгоняем в одно место. Ты ведь на машине? -
этот вопрос несколько запоздал.
- Да. Кто ж тебе сигналил усердно и дорогу в ад освещал?
Точно. Теперь я вспомнила.
- Я полагаю, тебе отлежаться хотя бы надо. А еще лучше к врачам обратиться.
Вдруг у тебя сотрясение мозга? А ты еще
рвешься куда-то. А сама всю плитку в подъезде лбом расколотила, теперь точно с
домоуправлением не рассчитаешься, - он
обезоруживающе улыбнулся.
- Не волнуйся за меня. Пока еще все шарики на месте. А поедем как раз к
доктору, если его еще можно так назвать. Вот ему
и пожалуюсь на свои болячки.
Я лукаво взглянула на своего безусого "няня". Кажется, убедила. Он скорбно
вздохнул:
- Ты мне, Танечка, хоть скажи, кем работаешь, а то даже приличного
некролога написать не смогу.
- Я думала, ты и сам уже догадался, что я частный детектив.
- Стоп! Вот уж точно балда. Так ты и есть та самая Татьяна Иванова,
знаменитая и непревзойденная?
- Ага. И в случае моей гибели в мирном Тарасове жутко разгуляются
преступные элементы.
- Какая ты скромная, я и не подозревал.
- Ну, хватит друг друга нахваливать, как кукушка и петух. Мне немедленно
надо попасть по одному адресу. Не хочешь
помочь - не надо.
- Таня... - это прозвучало так укоризненно, что мне даже немножко стыдно
стало.
- Помоги мне лучше на ногах удержаться. Я резко поднялась на ноги и
ухватилась за руку Вадима, дожидаясь, пока комната
не перестанет кружиться вокруг меня, родной. Потом двинулась к зеркалу:
- Ну, и рожа у вас, Шарапов. Пардон. Специально не буду маскировать раны.
Пусть гад полюбуется, что он с красивой
женщиной сделал. А заодно взгляну, что я сделала с этим мерзопакостным мужчиной,
чтоб он издох вовсе. Думаю, его лицо
тоже пострадало, и это будет доказательством его нападения на меня. Для меня,
конечно же.
Одежду пришлось сменить, так как мой уютный свитер был разодран и теперь
пополз - распускаться начал.
Пока заботливый Вадим готовил кофе на две персоны, я переоделась в белую
блузку, черную юбку и поправила прическу.
Положение обязывает.
Кофе оказался очень даже ничего, почти как у меня...
Глава 6
Всю дорогу я готовила речь, которая просто повергнет моего врага в прах и
заставит во всем раскаяться. В результате такой
политподготовки я подъехала к дому Игоря Игоревича вся прямо-таки
наэлектризованная. Подняться со мной в квартиру
Вадиму я не разрешила, как он ни брыкался. Это мое дело, и только мое.
А если этот самый гад снова драться бросится, то теперь я к этому целиком и
полностью готова и уж спуску ему не дам. Ни
за что!
Я пулей взлетела на нужный этаж, не заметив даже, что лифт не работает. Он
мне просто не был нужен. Квартира-то всегонавсего
на втором этаже, а я сейчас и до десятого долетела и не заметила бы.
Когда я сильно возбуждена, мне надо двигаться
как можно больше, иначе внутренняя энергия спалит меня дотла.
Я с остервенением давила на звонок и упорно ждала звуков изнутри. Похоже,
мне никто не собирался открывать.
И вдруг благословенное:
- Кто?
- Свои. Открывайте немедленно!
- А до завтра разве не потерпит? - раздался голос Игоря Игоревича.
- Боюсь, будет слишком поздно. - Один бог знает, что я имела в виду. Ведь
для него в такой ситуации именно не поздно, а
наоборот, как раз. Примочки всякие сделать можно, лучок приложить, к примеру.
- Таня, это вы?
- Я. И вы не имеете морального права не открыть мне сейчас дверь. Тем более
вы сами приглашали меня сегодня.
Очень веские аргументы, надо думать.
- Господи, да какая вас муха укусила, Таня. Завтра встретимся и все
обсудим. Я уже спать лег.
- Открывайте, Игорь Игоревич, и лучше не нарывайтесь на неприятности,
поскольку я готова всю ночь напролет звонить в
вашу дверь. А может, и стучать начну. И, возможно, ногами. Тогда весь подъезд
проснется и узнает, какой вы гад.
Это я проговорила уже потухшим голосом - сказывались усталость и
разбитость.
Игорь Игоревич приоткрыл дверь сантиметров на пять, чтобы, видимо,
посмотреть, что это мне так неймется. А мне этого
вполне хватило, чтобы, толкнув ее изо всех сил, ворваться в его обитель.
Он не ожидал от меня такой напористости, попятился и, споткнувшись о
стоящую в некотором беспорядке обувь, рухнул на
пол. Как только в квартиру этажом ниже не вывалился. Шуму было, однако, много. И
я злорадно подумала, что ему полезно и
на себе испытать, каково неожиданно приземляться без парашюта. Я еще не
разглядела его лица, поскольку в прихожей не
было света.
И тут же распахнулась дверь в комнату, и в ее проеме возникла дамочка,
завернутая в простыню. Видимо, ей стало
интересно, что здесь за тарарам. В комнате свет горел, и это позволило мне бегло
рассмотреть ее. Худенькая брюнетка с
хвостиком даже отдаленно не напоминала жену Игоря Игоревича.
- Что случилось, Игорюша? - испуганно спросила она.
Восхитительно. Этот змей еще и гуляка. Адюльтер налицо. Ясно, что парочка
эта не стихами при луне развлекалась.
- Поня-ятненько, а где же Валентина Николаевна?
- Если вам нужна Валентина Николаевна, то приходите завтра. Она на работе,
- он, кряхтя, поднялся с пола.
- Давно бы так, а то разлегся, как на пляже, - прокомментировала я сей
факт.
- А это моя, между прочим, квартира. Где хочу, там и лежу. А ты что же, по
совместительству еще и в полиции нравов
подрабатываешь? - он от злости забыл про вежливое обращение. - Заходи, если уж
так неймется.
И он включил свет. На смену моему гневу пришло недоумение: на лице Игоря
Игоревича не было следов моих ногтей.
- Вот сюда, на кухню идемте. Лена, я сейчас поговорю и вернусь, - обратился
он к своей подруге.
А у меня все перепуталось теперь в голове. Я начала сомневаться в его вине.
Ведь получается, что сумку-то отнять у меня
пытался совсем другой человек. Или у него есть сообщник, или же вся выстроенная
версия летит к чертовой бабушке. Одно из
двух.
Мой излюбленный метод - неожиданное нападение, попробуем его. Прежде всего
наглость и язвительность. Если он
виноват, расколю, как миленького. Пока все не выясню, отсюда - ни ногой.
- Смотрите не простудитесь, - насмешливо сказала я дамочке. Этими словами я
и начала выводить врага из равновесия.
Женщина поспешно смылась.
- Что, собственно говоря, случилось, Таня? - неверный супруг дрожащими от
пережитых волнений руками на ходу
застегивал брюки.
Я прошла на кухню, присела на табуретку и сообщила:
- На меня напали.
- Сочувствую, конечно. Только при чем тут я? - Он сел напротив.
- Именно после этого нападения я пришла к мнению, что нам действительно
необходимо поговорить. Вы ведь тоже этого
хотели.
- Очень мило с вашей стороны. Приветствую такое решение. Только в столь
неурочный час да еще с эдаким шумом - по
меньшей мере некорректно.
Пришлось перед ним извиняться.
- Игорюша, я, пожалуй, пойду. Это, видать, надолго. - Дамочка стояла в
проходе уже одетая.
Хозяин квартиры сразу бросился к ней, увел в комнату. О чем они там
совещались, не знаю, но на кухню после этого
пришли вместе.
Брюнетка, потупившись, прошла в дальний угол, села и притихла, а Игорь
Игоревич занялся кофе. Наверное, это давало ему
возможность собраться с мыслями. Повисла гнетущая тишина.
Наконец, он повернулся и, оценив мой фонарь по достоинству, посоветовал:
- Примочки камфорным спиртом делайте. Быстрее пройдет. Только ведь вы не
консультироваться пришли. Так?
- Именно так. Я пришла вам сказать, что факты указывают на то, что вы убили
свою дочь, как и нескольких других девочек
нашего города. И постарались подставить моего клиента.
Игорь Игоревич побледнел как мел. Джезва с кофе вывалилась из его рук,
шмякнувшись вновь на плиту. Горячий кофе
выплеснулся длинным языком и ошпарил ему руку.
Брюнетка тут же кинулась спасать возлюбленного.
- Больно?
Тот досадливо отмахнулся, достал с полки бальзам Шостаковского и намазал им
руку.
- Что вы такое говорите? Это абсурд, - он устало опустился на табуретку.
- Вы пришли с работы, застали Таню в обществе Харламова. Сначала вы
выяснили, кто этот человек. Узнали, что он
психолог и последняя его работа - "Психология убийцы". Вы испугались, что Таня
узнает в этом портрете вас. Хотя, быть
может, убили из ревности. Вы ведь мечтали затащить ее в постель, не так ли? Этот
вариант я тоже допускаю. А уж
харламовский психологический портрет убийцы, по вашему мнению, точно не должен
был увидеть свет.
Его затрясло мелкой дрожью:
- Нет!!! Это не правда! У вас нет доказательств. Я не убивал Таню! Я любил
ее, как свою собственную дочь. Леночка, не верь
ей. Я не убивал, - и он заплакал, как ребенок, размазывая слезы по щекам.
- Что не правда? То, что, убив ее, вы выскочили из дома так, что едва не
сбили с ног соседку, даже не заметив ее? Или то, что,
строя для себя алиби, вы потом спросили у нее про время? Или то, что вы
специально поволокли с собой в квартиру соседа,
чтобы заиметь свидетеля? При этом ключи, которые вы якобы забыли дома,
вывалились у вас из кармана.
Произнося эту тираду, я смотрела на него в упор, в точку на лбу чуть повыше
глаз, совершенно точно зная, что это
производит неприятное впечатление: вроде бы вам в глаза смотрят, а взгляд
поймать невозможно. Это я недавно где-то
вычитала. И теперь вот решила проверить на практике.
Слезы продолжали катиться из его глаз, лоб покрылся испариной. Он резко
поднялся, схватил с полки пачку "Астры",
попытался закурить, но руки "его не слушались, и спички ломались одна за другой.
Я любезно поднесла ему зажигалку и, закурив сама, продолжила атаку:
- Изобразив при Эдуарде Иосифовиче безутешного отца, вы вызвали милицию.
Его опять прорвало: во все стороны полетели слюни, сопли и слезы.
- Да? Все вы уже решили, все постановили. А что ж, по-вашему, тогда я с ее
другом сделал? Ведь она ж не одна была, друг
ведь мог за нее вступиться. Да любил я ее, понимаешь ты, любил! А ты об убийстве
говоришь. Убирайся прочь отсюда!
- Дудки, уважаемый! Сначала я скажу все, что хотела, а потом мы с вами в
милицию пойдем. Харламову вы подсыпали
наркотик в кофе. А уж когда он отключился, занялись девочкой. Один удар в висок
- и делай, что хочешь. Ведь вы, с вашего
позволения, врач. Куда лучше ударить, знаете. Только вы не учли одного
обстоятельства: убивал девочку правша - это
установлено экспертизой. А мой клиент - левша, хоть и переученный. И надеюсь,
что повторная экспертиза докажет его
невиновность. Такой вот расклад получается у нас с вами...
Брюнетка молча, с расширенными от ужаса глазами смотрела поочередно то на
меня, то на Игоря.
Он опять попытался что-то вставить, но я не позволила, решив дожать его,
раздавить всеми имеющимися у меня фактами:
- После убийства вы сфотографировали погибшую и отослали фотографию невесте
Харламова, узнав каким-то образом, что
она собралась обратиться ко мне и решив так вот убедить ее в виновности Алексея.
Вы также попытались запугать меня и не
дать мне взяться за это дело.
- Таня, послушайте...
Но меня уже несло по всем кочкам - я сама себя распалила. Мне было просто
необходимо высказать ему все, что я о нем
думала.
- А поняв, что вы дали маху, отослав фотографии - ведь по часам Алексея
можно понять, что фотография сделана за час до
приезда милиции, - вы залезли в квартиру Натальи и все перерыли в поисках
снимка. А кроме того, именно вы были в квартире
Харламова и подкинули ему вот эти фотографии, сделав из него маньяка-убийцу,
который любит снимать на память свои
"подвиги". Но, к счастью, я тоже была тогда в той самой квартире и видела, как
вы положили их в книгу.
Я вытащила из сумки пачку фотографий, но протянула не ему, а брюнетке -
тоже психологический трюк.
Игорь Игоревич, бросив бесполезно истлевшую сигарету в пепельницу, аж
застонал:
- О, господи! Кажется, я пропал.
Елена машинально взяла фотографии и, взглянув только на верхнюю, в ужасе
отшатнулась:
- О, боже милосердный. Неужели это все правда, Игорь? Неужели это все ты?
Проняло все-таки. А то сидела, как истукан. Тот, кого я назвала убийцей,
вскочил так, что стол свернул, и тот больно врезал
мне ножкой по коленке.
- А что именно не правда: что были в той опечатанной квартире, подкинули
сфальсифицированные улики, а потом милицию
вызвали? Уж так вам хотелось форсировать события. Потом мы еще вместе в такси
ехали. Помните? - Я ослепительно
улыбнулась ему. Насколько мой подбитый глаз позволил, а сама исподтишка
наблюдала за Леночкой.
Она в каком-то оцепенении снова и снова перебирала снимки. На лице ее
отразилась смесь ужаса и отвращения. Ковалев
заметил это и прямо перед ней бухнулся на колени, прямо как в фильме не очень
высокого пошиба:
- Не верь, я умоляю, не верь! Это не правда! Она отстранилась от него. В ее
глазах читались испуг и презрение. Он опять
воззвал ко мне, все так же стоя на коленях:
- Вы не имеете права! Вы слышите меня? Не имеете! Я не убивал Таню. Я не
убийца, нет, нет, нет!
Во мне это не вызвало жалости. Я была готова идти до конца. И даже
блефовать. Если все удастся, ему уж точно не
отвертеться.
- Убивали, - сладчайшим голосом произнесла я (имела полное право на такую
вольность). - А ключи от Лешиной квартиры с
необычным брелоком у вас. И они вам больше не понадобятся. Я вас смею в этом
заверить. И будет гораздо лучше, если вы
сами пойдете в милицию и все расскажете.
- Но у меня нет никаких ключей, - при этом он судорожно, но совершенно
непроизвольно ощупал карман своих брюк. И
вздохнул. Как мне показалось, очень даже облегченно.
- Ладненько. Тогда покажу вам фокус от Тани Ивановой. Хотите? Елена...
- Владимировна, - подсказала она мне.
- Елена Владимировна, вы будете свидетелем того, что сейчас произойдет.
Женщина молча кивнула, глядя на меня во все глаза.
Он настороженно замолчал, а я издала условный свист (у меня это всегда
неплохо получается). И тут же в ответ прозвучал
такой же свист и мягкий женский голос:
- Леша, я тут, Леша, я тут.
Вот такие пироги. Просто блеск. Надо будет себе такой когда-нибудь
приобрести. А то я, рассчитывая на свою
феноменальную память, вечно теряю ключи от машины. Однажды даже безвозвратно
потеряла.
Я поднялась и пошла к полке с банками для круп - именно оттуда раздавался
голос. Для уточнения места их расположения
пришлось еще подсвистнуть. Ключики-то из банки с пшеном отвечали.
Вот так, мерзавчик, не рассчитал, что тебя подобная мелочь подвести может.
Красивый брелочек. Теперь им полюбоваться
можно, а не только томный женский голосок послушать.
- Здорово, правда, Игорь Игоревич? Умеют же японцы делать, паршивцы этакие.
Ковалев неожиданно вскочил с колен и вырвал у меня ключи из рук.
- Сядь, Игорюш. Я не верю, что это ты. Но ты должен все объяснить. Обязан.
Если ты сумеешь это сделать, то я поверю тебе,
а не ей.
Он судорожно утер тыльной стороной ладони пот со лба и сел.
- Да, Лена, наверное, так я и сделаю. И, уже обратившись ко мне, добавил:
- А вы и правы, и нет. Я на убивал, но все остальное так и есть, как вы
описали. Но я вынужден был так поступить, потому
что защищал себя. Защищал, - и он закрыл лицо руками.
- От чего защищал, Игорь? - вновь вмешалась Лена.
- Нет. Не так. Не от чего, а от кого. Я попробую рассказать внятно, хотя и
сам во всей этой истории ничегошеньки не
понимаю. Я сейчас, вот закурю... -Только вы, Татьяна, не оставляйте меня в беде,
пожалуйста, - он жадно затянулся.
Мне тоже захотелось курить. И я вынула из пачки сигарету.
- Поверьте мне, Таня, и помогите все это распутать.
Вот тебе и здрасьте. Кажется, исповедь Игоря Игоревича будет выглядеть
совсем не так, как я ожидала.
Вспомнила вдруг, что не сказала Вадиму даже номер Ковалевской квартиры.
Теперь места себе не находит. Да и время такое,
что скоро "петухи пропоют", а тут ни коня, ни воза. И исповедь скорее всего
будет долгой.
Однако делать нечего. Я тяжело вздохнула. А Игорь Игоревич начал свой
странный и сбивчивый рассказ.
- Танюшку, как я уже сказал, я с раннего детства воспитывал. Она долго и не
подозревала, что я ей неродной отец. Да какой
же неродной, если она на моих руках выросла? Я любил ее, как своего собственного
ребенка - своих у меня никогда не было.
Моя первая жена не хотела обременять себя детьми. А с Валей в роддоме
познакомился. Я там подрабатывал. Ее после родов
оперировал. У нее в послеродовой период возникла атония матки.
Поймав мой вопросительный взгляд, он пояснил:
- Матка не сокращалась. Началось сильнейшее кровотечение. Такая патология
трудно лечится. Чтобы спасти пациентку,
пришлось удалять матку. Детей у нее больше быть не могло, как вы понимаете.
Это я понимала. Но, кроме того, я понимала, что Вадиму не светит сегодня
попасть домой. Но что поделаешь. Издержки
производства. Перебивать Игоря сейчас нельзя, иначе он потеряет нить разговора
или просто замкнется в себе.
- Она в тот период была очень одинока и несчастлива. У нее как раз с мужем
неполадки всякие начались. Мне было до боли
жаль ее. Я, как лечащий врач, часто заходил к ней в палату, мы подолгу
беседовали с ней. А когда ее выписали, я вдруг понял,
что мне ее ужасно не хватает...
Я все-таки не выдержала и сказала:
- Извините, Игорь Игоревич, но, по-моему, вы отвлеклись. Ведь это все в
далеком прошлом, не так ли?
- Простите, Таня, за многословность, но только так смогу объяснить, почему
я не мог убить Танечку... Через месяц я
разыскал Валю по адресу, указанному в "Истории родов" Оказалось, что с мужем она
к тому времени рассталась. Короче, со
временем мы с ней поженились. Так что Таня - моя дочь, понимаете? Моя. До
двенадцати лет она просто обожала меня. А
потом произошел раскол. Я влюбился в Лену, как мальчишка. Я просто голову
потерял. О нашей связи узнала Таня.
- Каким образом?
- Она нас застала...
Лена как-то так сразу засмущалась, поднялась и взяла в руки джезву,
намереваясь сварить кофе.
- Я обещал ей, что поговорю с ее матерью, обещал даже порвать с Леной. Я
тогда не был готов разрушить семью. Из-за Тани.
У ребенка должен быть отец. А она узнала ко всему прочему, что
...Закладка в соц.сетях
