Жанр: Электронное издание
onlywish
...нал, что так получится? Таня ведь была
очень эмоциональной, и мама в тот момент не
отнеслась серьезно к ее слезам.
- Скажи, Ирочка, а Таня давно знала того человека, которого потом в
убийстве обвинили?
- Нет, недели две всего, - уверенно ответила Иришка, - это точно. Я всех ее
знакомых хорошо знаю, и у нас с ней друг от
друга секретов не было.
- А вот как ты думаешь, не могла Таня поплакаться в жилетку малознакомому
человеку? Особенно тем, чем с тобой
поделиться не могла?
- Со мной она всем делилась, я же говорила. Но могла и с чужим, если очень
плохо было.
Для меня картина в основном уже начала вырисовываться, но надо как следует
думать.
- Спасибо тебе, милая Ирочка, ты мне очень помогла. Дневник я верну через
пару деньков. Ты его, наверное, на память
сохранить хочешь?
- Да. Вы только не говорите о нем тете Вале. Хорошо?
- Я не скажу, Ириша. Но думаю, ты сама ей об этом скажешь. Со временем.
Когда поймешь, что у нее на этот дневник прав
больше. Ведь она - ее мама. Ей бы тоже хотелось, наверное, иметь что-нибудь на
память. И у меня к тебе просьба: не говори
никому, что я детектив. Я всем корреспондентом представилась.
- По рукам, - она улыбнулась.
Положив трофей в сумочку, я распрощалась с девочкой.
Вышла из подъезда и села в машину. Все, домой. Я почти физически ощутила,
как на меня наваливается усталость.
Машинально давя на газ, переключая скорости, тормозя перед светофорами, я
напряженно думала о происшедшем.
Когда добралась до дома, то первым, кого я увидела, опять был Вадим.
Конечно, я испытывала усталость, но человека тоже
надо поблагодарить за машину. Пришлось изобразить дежурную улыбку. Не знаю,
насколько искренней она получилась, но
ему, похоже, понравилась.
- Танюша, привет. Ну, как тебе моя лошадка? - он кивнул на свой "Опель".
Теперь пришлось изображать восторг. Не скажу же, что ехала домой на
автопилоте и что, если бы меня вез ишак, я бы все
равно не заметила.
- Класс! Очень послушная! - постаралась говорить убедительно. - Я тебе
очень благодарна, Вадим. Вот ключи, техпаспорт, -
покопалась в сумочке, извлекая все это на свет божий и протягивая ему. - Только
пригласить тебя сегодня не могу: у меня еще
куча дел.
- Не бери в голову, я это уже понял. Только еще хочу сказать, что машина
твоя готова. Если тебе что-то понадобится, звони.
А вдруг повезет, и я понадоблюсь, - он грустно улыбнулся.
- Не обижайся, Вадим, пожалуйста, но я не уверена, что смогу сейчас
отдохнуть. Может, придется еще куда-то нестись.
Я чмокнула его в щечку и поспешила домой. Мне надо отрабатывать свои двести
долларов в сутки, все остальное подождет.
Тем более Вадим плотно сидит на крючке и, пока он мне нужен, не сорвется. Чточто,
а манипулировать мужчинами я умею...
Наконец-то я в своей берлоге. Туфли долой. Сумку на стол в комнате - это
для того, чтобы потом с дивана не вставать, когда
буду обрабатывать собранный материал.
Я сбросила одежду и прошла в ванную. И только стоя под контрастным душем,
расслабилась. Вместе с водой утекала моя
усталость... Да, из душа вышла совсем другая Татьяна Иванова, которая была не
против и беседу с Вадимом продолжить, в
более доверительной форме.
- Может, позвонить? - Я взяла сотовый и задумалась. - Нет, сначала работа.
Чувство долга должно держать под контролем
животные инстинкты, - и положила телефон. Успеется, пусть зреет дальше.
Ужинать мне не хотелось, кофе я тоже пресытилась. Сейчас - на диван и
включаем все мозговые центры. Удобно
устроившись в горизонтальном положении, я потянулась было за сумкой, но
передумала. Сначала с косточками побеседую.
Они и старше, и мудрее. И я задумалась, как лучше сформулировать вопрос.
Наверное, вот так: смогу ли я, используя
приобретенные трофеи, помочь Леше выпутаться из дурацкого положения?
Перемешав кости, бросила их рядом с собой на диванчик:
3+20+25 - "Вы близки к успеху, но кто-то прилагает силы, чтобы помешать вам
его достигнуть. Действия эти напрасны".
Прекрасно, милые. Осталось только найти этого самого "кто-то". Именно он -
убийца, теперь я это знала наверняка.
Сложила двенадцатигранники в замшевый мешочек и отложила в сторону. Вот
теперь за дневник. Нет, сначала за
фотографии, которые тот самый "кто-то" хотел оставить в Лешиной квартире.
Вытащив первую и бегло взглянув на нее, я
почувствовала ужас.
Другое место, другая девочка, и та же кровавая картина. Маленькое,
истерзанное тело. Я машинально взяла другую
фотографию, и опять.. Остальные можно было и не смотреть. Лешу подставляют и
дальше.
И скорее всего не бдительные соседи милицию вызвали, а тот, кто подкинул
эти снимки Волей случая я помешала окунуть
Лешу в дерьмо еще больше.
Теперь я на сто процентов уверена, что Леша здесь ни при чем. Одно
маленькое "но" - чтобы его вытащить, надо отыскать
настоящего убийцу. И к тому же выяснить, почему он решил подставить именно моего
одноклассника.
Что дальше: дневник Тани или распечатка Лешиного труда?
Поколебавшись, решила начать с дневника. Открыв первую страницу, взглянула
на дату: 1997. Вела дневник два года, а
исписала не так много.
- Прости, тезка, что лезу в сугубо личное, но.., надо найти убийцу.
Я углубилась в чтение. Иногда описывались день за днем, иногда были разрывы
в несколько месяцев. Похоже, ярких
событий в ее жизни было не так уж много.
Чтение дневника заняло часа два. Когда я отложила его в сторону, многое из
короткой жизни Тани мне стало ясно. Я поняла,
почему она стала избегать отчима, почему на смену любви пришла ненависть.
С этим все ясно. Но доказать невиновность Леши это не поможет. А с папашкой
заботливым мы еще поговорим.
Осталась распечатка Лешиной работы "Психология убийцы". Не ее ли искал
незваный гость в квартире?
Читать рукопись оказалось делом нелегким: кое-что в терминологии было мне
незнакомо, что-то воспринималось с трудом.
Одолев этот труд, я взглянула на часы: два пятнадцать, то есть глубокая ночь.
Вот что я выяснила: Алексей, оценивая преступления, попытался составить
характеристику и даже портрет преступника. С
этой целью он рассмотрел серию убийств девочек-подростков четырнадцатипятнадцати
лет.
На основе осмотра мест преступления, изучения повреждений, нанесенных
жертвам, он попытался составить
психологический портрет убийцы. И на основании логических выводов, невероятных
даже для моего тренированного мозга
талантливого детектива, в общих словах получилось вот что: "
"Убийца - мужчина лет сорока, сорока пяти; рост приблизительно метр
семьдесят пять; среднего телосложения;
неравнодушен к девочкам-блондинкам; жестокий; играет роль интеллигента. По
профессии скорее всего врач или
представитель профессии, близкой к этой. Женат; детей скорее всего нет. Легко
выходит из себя. В злобе неадекватен..." - и так
далее.
Я сделала для себя пометки, так как у него После каждой приметы преступника
следует куча аргументов, объясняющих эти
черты характера. В целом все выглядело довольно убедительно. Лично я поверила.
Отложила труд в сторону и задумалась. Передо мной две рукописи: одна
маленького, несчастного человечка, ставшего
жертвой; другая - заумный труд взрослого, которого обвинили в убийстве, точнее
даже в серии убийств, хотя под
психологический портрет убийцы, который он нарисовал, Леша вовсе не подходил.
Неисповедимы пути твои, господи.
В одном я теперь была уверена: в том, что Игорь Игоревич, несмотря на свое
"железное алиби", очень даже подходил на
роль убийцы своей падчерицы. Но это надо еще доказать.
Ладно, утро вечера мудренее.
Новый день начался с телефонного звонка. Не открывая глаз, я взяла трубку:
- Иванова слушает.
- Але! Таня, ты? - это была Наталья. Голос ее звучал взволнованно.
- Я, я. Ты что так рано? Что-нибудь случилось?
- Извини, пожалуйста. Я подумала, что полвосьмого - это не рано.
- Да ладно, чего уж там. Говори, что произошло.
- Тань, ты понимаешь, какая петрушка, я вчера поздно вернулась. Лучше
сказать: сегодня. Короче, у нас был банкет, и я
пришла в два часа ночи. Захожу в квартиру, а у меня все вверх дном, как Мамай
пронесся. Я сначала подумала, что ограбили.
Но проверила - все вещи целы, ничего не взяли. Хотела тебе сразу позвонить, но
решила потерпеть до утра. Ты сможешь
подъехать, или мне лучше милицию вызвать? Что ты мне посоветуешь?
Вот черт. Так хотела выспаться! Я все еще не отошла ото сна, и ее речь
доносилась словно с другой планеты, а язык мой
никак не хотел повиноваться.
- Ты что молчишь? Ты меня слышишь, Таня? Я с трудом выкарабкивалась из
сладких объятий Морфея, пытаясь
сосредоточиться.
- Да слышу, слышу. Ты на работу во сколько уедешь?
- Могу задержаться. Я предупредила уже.
- Тогда жди. Сейчас буду.
Я положила трубку, потянулась этак сладенько и взъерошила волосы. Что ж,
придется приводить себя в норму раньше, чем
планировала.
Контрастный душ - испытанное средство. Именно он даст мне заряд бодрости.
Впереди тяжелый трудовой день.
Порывшись в шкафу, я выбрала блузку салатового цвета и черные шелковые
брюки. Забрав волосы в конский хвост,
обвязала этот шедевр парикмахерского искусства шарфиком в тон блузке. Слегка
подкрасила глаза. Ну вот, можно и на тропу
войны, боевой раскрас нанесен.
Проверила сумочку на наличие своего ценного документа - сто лет назад
просроченного удостоверения сотрудника УВД.
Оно сегодня мне может пригодиться. И, взглянув на себя в зеркало, я улыбнулась и
сказала:
- Удачи тебе, Танечка-солнышко.
Глава 5
Своего боевого коня - "девятку" беж - я благополучно нашла на стоянке в
полной готовности. Ай да Вадим!
Через десять минут уже звонила в Натальину дверь.
- Иду-иду! - она открыла, даже не спросив, кто это.
Какая неосторожность. Особенно если принять во внимание ночной обыск.
- Танюша, заходи. Я жду тебя.
На ней был цветной халатик. И сама она вся такая домашняя. Вот только вид
очень встревоженный.
Я наглым образом сразу направилась на кухню (дома-то кофейку попить не
успела).
- Наташ, ты извини, но сначала кофе. Желательно очень крепкий.
- Конечно-конечно. Ты садись вот сюда. А кофе уже готов. - Она засуетилась,
доставая посуду, сахар и прочее...
- Спасибо. Сама садись, не мельтеши. Похоже, она здорово напугана. Разлив
кофе по чашечкам, Наталья уселась напротив
меня.
- Рассказывай, что тут у тебя.
- Тань, как уже говорила, я вернулась около двух, Увидишь сейчас, что
творится. Специально не стала ничего трогать. Но
самое главное, что замки не взломаны. А их у меня целых четыре. Дверь-то
металлическая, от "Тайзер" все-таки. Как ее могли
открыть? Я так напугалась - всю ночь не спала. Все боялась, что опять залезут.
Таня, я боюсь.
- Для начала успокойся, иначе какой от тебя толк. И скажи: у кого есть
ключи от твоей квартиры?
- У Леши были. Еще у соседей напротив, на всякий случай. Но у них никто не
спрашивал - я уже интересовалась.
- Все верно, я полагаю, что некто воспользовался Лешиными ключами. В его
квартире тоже кто-то побывал. Его ключи в
одной связке были?
- Да, ты знаешь, у него еще брелок очень необычный. Ему друг из Японии
привез. Классный брелок, очень он Леше
нравился: на нем горный пейзаж, и, когда включаешь подсветку, создается иллюзия
восходящего солнца. Но самое интересное
в том, что он откликался на свист словами: "Леша, я тут". Я такое впервые
видела. Алексей объяснял мне что-то насчет
микросхемы, магнитофона и сверхчувствительного микрофона, который реагирует
только на вот такой свист.
И Наталья присвистнула.
- Я, конечно, не слишком-то во всех этих электронных прибамбасах
разбираюсь. Но брелок мне очень понравился. И
друзьям его тоже.
- Понятненько. Жаль только, ты раньше мне этого не сказала. Я бы уже свои
гипотезы проверила.
Я отхлебнула кофе, и по моему пищеводу прокатилась волна блаженства.
- Наташ, а что-нибудь взято или нет?
- Нет, на первый взгляд все на месте. Только вот Лешино письмо, которое ты
уже читала, лежало не на месте и сложено не
так.
- Ясно. Неприятно то, что в письме мои координаты. Надо готовиться к
обороне или ускорить поиск. Наташ, я думаю, уже
завтра можно будет позвонить адвокату и потребовать отправить Лешино дело на
доследование.
- Таня, ты нашла что-то? Я кивнула.
- Но пока это лишь мои предположения, придется все доказывать. А ты можешь
больше не бояться вторжений. Я думаю,
что это был убийца и искал он фотографию, которая тебе по почте пришла на другой
день после убийства. Похоже, он понял,
что профанулся, бдительность потерял, излишне увлекшись идеей напугать тебя. Но,
от греха подальше, вызови монтера и
смени замок.
Я понимала, что советовать гораздо легче, чем воспользоваться советом.
Сменить замок на такой двери - дело
дорогостоящее. Но что поделаешь!
Я поднялась. В душе была довольна - значит, я на верном пути, коли
засуетился мой противник. Распрощалась с Наташей и
поехала на работу к Игорю Игоревичу. Мне его алиби нужно проверить. Уверена, что
удастся полностью разрушить его.
В морге третьей клинической больницы я бывала раньше, но это не то место,
куда хотелось бы приехать еще раз. Но дело
есть дело, да и время подходящее, пока клиент сидит в отгулах.
В клинический городок я добралась к одиннадцати часам. Поставила свою
"девятку" на стоянку против центральных ворот,
закрыла ее и пошла к одноэтажному зданию из красного кирпича.
На скамейках сидели студенты. Всюду шум, хохот, дым сигарет. Вот у кого
жизнь бьет ключом! Будущие светила нашей
медицины травили анекдоты, рассказывали случаи из своей "богатой" практики.
А я, Таня Иванова, частный детектив, бодро шагала к дому смерти.
Толкнув дверь, я оказалась в маленьком полутемном коридорчике, где было две
двери с надписями "Ассистентская" и
"Секционный зал".
Сначала в "Ассистентскую", потом будет видно. В "Секционный зал" всегда
успеем, мрачно пошутила, предназначив свою
шутку себе самой, поскольку моих мыслей, разумеется, никто прочесть не мог.
Вежливо постучав, я открыла дверь. В небольшой комнате с тремя столами
сидел мужчина средних лет. На мое
"Здравствуйте" он поднял голову от стола:
- Вы студентка вечернего отделения?
- Нет, я из милиции. Вот мое удостоверение. Я показала ему свою "липу"
издалека:
- Меня зовут Татьяна.
- А-а, ну-ну, а меня Евгений. Правда, не Онегин, а Никитин.
И сам рассмеялся, довольный своей шуткой. Даже на таком приличном
расстоянии я чувствовала запах спиртного. Видимо,
рабочая доза уже принята, и скоро ему идти на вскрытие.
- Евгений...
- Иванович, - подсказал он мне.
- Евгений Иванович, чтобы выяснить... (я лихорадочно соображала, что ему
наплести).
В это время открылась дверь и заглянула полная женщина в клеенчатом фартуке
и таких же нарукавниках.
- Евгений Иванович, все готово. Вы нужны, пойдемте.
Мужчина поднялся:
- Извините, ради бога, Таня, но я должен идти. Если хотите, можете
подождать здесь. Мне пока что с трупом пообщаться
надо.
"Вот и замечательно", - подумала я. Этого мне только и надо. Меня
интересовал график работы патологоанатомов.
Я осмотрелась. На столе микроскопы, препараты в коробочке. График на стене
возле двери. Новый, на май месяц. А вот изпод
него выглядывал уголок старого табеля. Я быстро сняла рамочку, вынула
стекло, отогнув два гвоздика, и извлекла график
за апрель. Водрузив рамку на место, я уселась за стол изучать находку.
Четвертое апреля - Ковалев Игорь Игоревич с восьми до двенадцати. Значит, в
тот день он освободился в полдень. Где же он
шастал до пятнадцати тридцати? Дождусь "Онегина", может, он подскажет.
На докторском столе стояла пепельница, набитая окурками, значит, курить тут
не возбраняется.
Я пересела за его стол и закурила. Ожидание теперь скрасилось сигареткой и
протекало более приятно.
Минут через пятнадцать я услышала у двери голос Евгения Ивановича:
- В справке укажите только трансмуральный инфаркт миокарда, короче, не мне
вас учить. Меня ждут...
Он заглянул в комнату:
- Или не ждут?
- Ждут. Вы мне смогли бы помочь?
- Попробую. Только чем? А может, по рюмочке? Нет? Ну тогда придется одному.
Вы уж извините.
Он открыл дверцу стола-тумбы и достал початую бутылку водки и стакан далеко
не первой свежести. Плеснув в него
граммов сто пятьдесят, принял на грудь без лишних слов.
Я терпеливо ждала.
Занюхав корочкой хлеба, он принялся жаловаться на судьбу-злодейку:
- С женой с утра поцапался: с годовщиной свадьбы не поздравил, совсем из
головы вылетело. А она сразу же старым
склерозником обозвала да еще алкоголиком. Неужели я похож на такого? Хоть я и
старше ее на десять лет, все-таки память у
меня о-го-го, получше, чем у нее. Я ведь до мелочей помню и то, что пять лет
назад было.
Его слова показались мне просто пьяным бахвальством. Пора было направить
разговор в нужное мне русло, иначе через
тридцать минут толку от него уже не будет.
Я обворожительно улыбнулась в ответ:
- По-моему, ваша жена вас слишком низко ценит. Вы очень даже видный мужчина
и на алкоголика совсем не похожи.
Не могу сказать, дорогой читатель, что это получилось у меня очень
искренно.
Он, разумеется, этого не заметил - не то состояние.
- Да нет. Вообще-то она у меня хорошая женщина. Просто обиделась на
невнимание с моей стороны. Ой, - спохватился он, -
что это мы все про мои проблемы! Вы-то что хотели узнать у меня?
- Я расследую дело об убийстве дочери Ковалева. Помните?
- Конечно. Я же сказал, что память у меня просто отменная. Хотите
проверить? Это было четвертого апреля. Я Игоря в тот
день сменил в час. Он вроде бы домой пошел. А потом после обеда, в полтретьего,
опять появился. Сказал, что был на
базарчике, продукты домой покупал да вспомнил, что ключи на работе забыл.
- И что, действительно забыл?
- Не знаю. Но он их тут не нашел. А потом студентов привели на вскрытие
показательное. Он мне свою помощь предложил.
Я как раз к тому времени притомился очень, - он многозначительно указал на
бутылку, - поэтому согласился с удовольствием.
У него вообще это красиво получается и быстро. Он же раньше хирургом работал,
живых, так сказать, резал. А с мертвыми-то
что церемониться, правда?
Я кивнула.
- А во сколько он ушел домой, не помните?
- А то! Я еще сказал ему тогда: "Ты с показательным вскрытием в тридцать
минут уложился, просто блестяще". А он еще
спросил про время. Было пятнадцать часов пять минут. Видите, какая у меня
память, а вот жена говорит...
Для такой личности действительно великолепная память. Пожалуй, даже со мной
посоревноваться смог бы.
- Она не права, вы ей так и скажите. А его еще кто-то видел?
- Да все, кто здесь был. Его еще спрашивали, успел ли он хоть перекусить. А
он ответил, что не успел, зато дочке и жене
фрукты по дешевке успел приобрести. Он мне еще банан на закуску давал.
Взгляд Евгения Ивановича помутнел, и язык начал заплетаться. Пора было
отчаливать. И так крупно повезло.
- Спасибо, Евгений Иванович, вы очень помогли следствию.
- Не за что. Там и так все ясно уже было. Игорь говорил, что...
Он потерял нить разговора. Жара и спирт сделали свое дело. Голова моего
собеседника тихо опустилась на руки...
- До свидания, - бросила я полутрупу и покинула обитель смерти.
Еще раз подивилась своему везенью: вовремя сюда попала. Приди я чуть позже,
только пьяный лепет бы услышала или же
просто затылком полюбовалась бы, начинающим лысеть...
На улице светило яркое солнце. Я даже непроизвольно зажмурилась. Какая
благодать по сравнению с этим жутким
помещением! Когда мои глаза немного привыкли к солнечному свету, я приглядела
свободную скамеечку, села и закурила.
Хотелось немного подумать на свежем воздухе.
"Слишком уж много совпадений, любезный Игорь Игоревич. Во-первых, с часу до
четырнадцати тридцати, ориентировочно,
тебя никто не видел. А часы на полочке показывали четырнадцать двадцать. В это
время, если учесть, что от вашего дома до
работы идти всего-то пару минут, - вы, уважаемый .вполне могли там находиться.
Во-вторых, история с ключами и соседом Эдуардом Иосифовичем - это не что
иное, как алиби, притянутое за уши. Только
вот зачем вы это сделали и почему подставили Лешу? Чем он вам так не понравился?
Уж не психологическим ли портретом
преступника? А по-моему, этот самый типчик очень даже похож на вас".
Таким вот образом я беседовала сама с собой. И заключила: надо добиться
свидания с Лешей, узнать, что связывало его с
убитой. Вопросов у меня к нему много.
Может быть, Киря поможет мне устроить свидание, а я ему за это материальчик
интересный подброшу, не считая жидкой
валюты. Может, он даже звездочку впоследствии на этом заработает?
Если адвокат вернет дело на доследование, шансы у Лехи вырастут. На
материальчик я, Игорь Игоревич, не поскуплюсь,
будьте уверены. Сейчас еще надо среди ваших соседей поспрашивать, еще свидетелей
поискать. Может, к примеру,
всезнающие старушки помогут.
Мои размышления внезапно прервал детский голосок. Мощный, надо сказать,
голосок. Прямо-таки на весь клинический
городок.
Я стряхнула оцепенение и увидела рядом с собой молодую мамочку с малышом в
коляске.
Женщина посмотрела на меня и сказала:
- Извините, пожалуйста, вы не скажете, который час?
- Двенадцать ноль пять.
- Ой, спасибо большое. Потом обратилась к ребенку:
- Нет, детка, нам с тобой еще целый час гулять. Так что терпи.
Мне стало очень жаль малыша и захотелось защитить его от столь коварной
мамаши:
- Ой, мамочка, ну какая же вы жестокая. Он же кушать хочет.
- Вообще-то это девочка. Ее зовут Вика.
- Простите ради бога.
- Ничего страшного. Малыши все одинаковые. Она у меня сегодня из графика
выбилась.
- Господи, и тут график.
- А как же? Все строго по расписанию: кушать, спать, гулять. Своего вот
родите, узнаете, как важен для малышей режим.
Дальше я уже не слышала ее рассуждений, увлеченная собственными мыслями:
"Вот кто тебе, Танька, сможет помочь!
Мамашки с младенцами. Пойду-ка я к дому Ковалевых, тут недалеко. Вдруг фортуна
мне улыбнется!"
Но у искомого подъезда меня ждало разочарование. Ни одной гуляющей мамашки.
Словно вымерли, как мамонты в
ледниковый период.
На лавочке сидели две старушки с кошечками. Они ничего не видели, не
слышали и вообще с такими, кто много хочет знать,
у них не было желания общаться. Жаль. Но не все коту масленица. Надо радоваться
тому, что уже имею в арсенале. И я грустно
поплелась назад к клиническому городку, где оставила свою машину.
Я так задумалась, что не сразу его увидела. Неожиданно на моем пути
нарисовался мужчина, который внезапно схватил
меня за руку. Передо мной собственной персоной стоял Игорь Игоревич.
- Что-то мы с вами стали часто встречаться, Таня Иванова, вам не кажется?
- Случайность, наверное, - пробормотала я.
- Хорошо бы, если так.
Его слова прозвучали зловеще, но и мы, как известно, не из пугливых. Я
сделала невинное лицо:
- У меня тут друг работает. Я к нему на консультацию приходила.
- Да? Татьяна, мне бы очень хотелось с вами поговорить, но только без
свидетелей. Я же знаю, что никакой вы не
журналист, а частный сыщик и ищете убийцу моей дочери. Я прав? А может, я смогу
вам помочь?
Раскрывать свои карты главному подозреваемому я не собиралась. Дудки,
уважаемый.
- Спасибо, но чем вы мне поможете? - и я искренне улыбнулась ему. - А если
пообщаться хотите, я не против, но не сегодня.
- Хорошо, назначьте день, - он был настойчив, а мне надо выиграть время,
чтобы окончательно припереть его к стенке.
Помолчав немного, я сказала:
- Могу вам позвонить, дайте номер своего телефона.
Быстро протянув мне визитку, Игорь Игоревич изобразил кривую улыбку:
- Я буду ждать. - Он повернулся на сто восемьдесят градусов и зашагал по
направлению к моргу. А я смотрела ему вслед и
думала: "Похоже, он меня боится. Это тоже наводит на размышления".
Я все еще стояла в раздумье, но тут мое внимание привлекла женщина, которая
одной рукой катила впереди себя коляску с
малышом, а в другой несла чемодан огромных размеров. Проходя мимо Игоря
Игоревича, улыбнулась ему, как хорошему
знакомому, и что-то сказала. Он кивнул и прошел мимо.
Когда она поравнялась со мной, я предложила свою помощь, хотя сама терпеть
не могу таскать тяжести. У меня просто
патологическое отвращение к объемистым сумкам. Я порой согласна неделями сидеть
на кофе с сосисками, лишь бы не таскать
сумки с продуктами. Брр!
Однако работа требует жертв. Как только появляется возможность узнать еще
что-нибудь про моего клиента, я - сама
любезность.
- Давайте я помогу вам, девушка. Дамочка, которой на вид было не больше
двадцати, очень обрадовалась.
- Ой, какое вам огромное спасибо! А я уж думала, не дойду до дома. Такой
чемоданище тяжеленный. Вы коляску с Саньком
катите, с вещами сама как-нибудь справлюсь. Мне не привыкать. Просто неудобно
очень.
Это меня обрадовало. Все-таки коляску катить гораздо легче.
- Какой у вас малыш очаровательный. Сколько ему?
- Годик. Мы с ним у моей мамы три месяца жили. А теперь вот папка наш
приезжает. И мы домой возвращаемся. Правда,
Сашенька?
Санька заулыбался, залопотал что-то одному ему понятное.
- А проводить вас разве некому?
- Все на работе, а мне не терпится квартиру к приезду мужа в порядок
привести. Сами понимаете, соскучилась.
Я понимающе кивнула, хоть и была уверена, что суетиться в таком случае
совсем даже не обязательно. Гораздо важнее
беречь драгоценное здоровье. Мужику после трехмесячной командировки гораздо
важнее увидеть веселую жизнерадостную
жену, а не замученную непосильным трудом лошадь. Хотя кто ее знает? Возможно,
это сугубо холостяцкий взгляд на вещи.
Спорить с попутчицей не стану.
- А я подумала, что это муж ваш навстречу идет и сейчас поможет.
- Вы о ком?
- О мужчина, с которым вы только что разговаривали.
- А-а... Игорь Игоревич. Нет. Это просто один очень замечательный дядечка,
который никому и никогда в помощи не
откажет. Он врач, и весь подъезд к нему на консультации ходит. И днем, и ночью.
У него и жена такая же. Хорошие люди.
Жаль, что им так не повезло. У них ведь дочку убили. Прямо в квартире. Кошмар.
Страшно даже представить, как они смогли
пе
...Закладка в соц.сетях
