Жанр: Электронное издание
kulik1
...ь к нему, он завезет вас в лес и убьет!
Кира не слышала. Она захлопнула дверцу, и автомобиль рванул с места,
словно пришпоренная кобылка. В этот миг
Рыськин подрулил к тротуару и крикнул в открытое окошко - Залезай скорее, крючок
тебе в жабры! Вероника прыгнула в
"Жигули" и ловко защелкнула ремень безопасности:
- Осенька, ты понял, за кем гнаться? - азартно крикнула она.
- Осенька уже гонится! - буркнул тот, ловко маневрируя в мощном потоке
транспортных средств. Он вился ужом
по шоссе, и расстояние между ним и "Нивой" неуклонно сокращалось.
Однако проклятая машина внезапно свернула в какой-то переулок и исчезла
из виду. Рыськин проскочил поворот,
поэтому пришлось сделать приличный крюк, чтобы вернуться на прежнее место.
"Нива" обнаружилась во дворе большого
старого дома возле подвальчика с деревянной лошадью над входом и надписью
"Троянский конек".
- Может, еще не поздно? - воскликнула Вероника, выпутываясь из ремня. -
Может, лысый собирается ее
накормить-напоить и только потом прикончить? Не станет же он на глазах у
почтенной публики душить ее шнуром?
- Почему обязательно шнуром? - вмешался Рыськин. - Даму можно "сделать"
иначе. Например, пригласить на обед
и отравить.
Вероника глянула на него дикими глазами, потом схватилась двумя руками за
ручку и вытолкнула дверцу наружу.
- Погоди! Я первый! - завопил Рыськин. - Тормози, пистон тебе в седло!
Но Вероника его не слышала. Резвой козой она доскакала до подвальчика и в
мгновение ока пересчитала каблуками
ступеньки. Рыськин бросился было за ней, но на полдороге внезапно остановился и
схватился за живот. Некоторое время
пыхтел, потом в полусогнутом состоянии проследовал к двери "Троянского конька" и
сдавленным голосом спросил у
"мальчика" на входе:
- Где у вас тут туалет?
Мальчик показал, неотрывно глядя вслед Веронике. Она кралась по короткому
коридору, высунув от напряжения
язык. Добравшись до двери, остановилась и принялась растерянно вертеть головой.
В зале стояло полдюжины столиков, а остальное пространство занимали два
ряда кабинок, задергивающихся
плотными шторами.
- Эй, любезный! - раздраженно позвала Вероника прошмыгнувшего мимо
официанта. На нем были русская рубаха
- красная в белый горох - и задубевший от крахмала фартук. Волосы пострижены
"горшком" и выкрашены в ненатуральный
желтый цвет. - У вас тут что, сауна?
- Нэт, - ответил официант и повернул к ней чернявое лицо с красивым
кавказским носом. - Рэсторан. Принэсти
мэню?
- Не надо меню, - отмахнулась та. - Где парочка, которая только что
вошла? Девушка, похожая на комсомольскую
вожатую, а с ней лысый тип.
- Нэ знаю.
- Хочешь, чтобы у вас случилось убийство? - прошипела Вероника, схватив
его за воротник. Другой рукой она
нашарила на соседнем столе вилку.
- Нэт, нэ убивай, дэвушка! - взмолился официант и неожиданно пал на
колени.
Пустой поднос грохнулся на пол и откатился в сторону. Из-за занавесок
начали высовываться любопытные носы.
Вероника окинула их цепким взглядом и сразу поняла, где находятся Кира и лысый.
Вон там, в самом углу. Из-за той
занавески никто не выглянул.
Перепрыгнув через официантские ноги, Вероника опрометью кинулась к
вычисленной кабинке, сделала глубокий
вдох и рывком отдернула занавеску.
Госпожа Коровкина стояла в самом углу кабинки, прижавшись лопатками к
стене. Лысый надвигался на нее,
словно корабль на маленькую шлюпку, и его намерения казались очевидными. "Он
собирается задушить Киру! Прямо так,
голыми руками".
Подчиняясь инстинкту, она издала боевой клич и сгруппировалась. Боевой
клич получился похожим на длинный
поросячий визг. Лысый, не оборачиваясь, зажал руками уши и пригнулся так, словно
попал под обстрел. Вероника в
мощном рывке распрямила колени и прыгнула ему на спину.
И тут случилась совершенно неожиданная вещь. Вместо того, чтобы
попытаться освободиться, лысый завертелся
на месте, а потом с ревом бросился вон из кабинки. Вероника сидела на нем
верхом, обхватив руками и ногами, и
продолжала визжать, словно пила на лесопилке. Лысый пронесся через весь
ресторанчик, сметая на своем пути стулья и
распугивая высыпавший из кухни персонал. Вторя Веронике, он начал реветь -
только басом. Словно разогнавшийся
"Боинг", он взмыл по ступенькам и вылетел на улицу.
На улице Вероника сразу же перестала визжать и, вытаращив глаза, глядела,
как проносятся мимо стволы деревьев,
опешившие прохожие и автомобили. В центре двора была разбита клумба, и лысый
принялся бегать вокруг нее, при этом не
прекращал реветь, словно пароход, прощающийся с портом. Бегал он быстро и
тряско, у Вероники клацали зубы, а за ними
подпрыгивал язык.
- 0-о-ста-ста-но-но-ви-ви-тесь-тесь! - прокричала она ему в ухо.
Бессмысленно. Когда лысый заходил на третий круг, она заметила, что из
ресторанчика высыпала группка людей,
среди которых оказалась и Кира Коровкина. Лицо у нее было изумленным.
- Выдохся, сейчас упадет, - сказал один из официантов и поцокал языком.
- Не, еще круг осилит, - возразил кто-то.
- Тпру! - закричала Вероника и стала царапать лысому пиджак. Поскольку
это мало помогло, она отцепила от него
одну руку и, изловчившись, стала тыкать пальцами в глаза своему коню.
Лысый перестал реветь, но упорно продолжал бежать по выбранному маршруту,
правда, уже гораздо медленнее,
чем вначале. Теперь он мотал взмокшей башкой, пытаясь увернуться от Вероникиных
ногтей. Кончилось все тем, что он
споткнулся о камушек и повалился вперед, вытянув руки так, словно собирался с
размаху броситься под волну. Раздался
отвратительный шмякающий звук, как будто на землю свалился по меньшей мере
водяной матрас. Вероника в последний
момент успела выдернуть из-под лысого руки и теперь лежала на нем, тупо глядя на
розовый складчатый затылок.
- Что тут происходит, ствол тебе в ухо?! - раздался над ней звонкий голос
Рыськина.
- Ося, где ты был? - жалобно спросила Вероника. Рыськин забежал сзади и,
схватив ее под мышки, принялся
тащить вверх, смущенно и горячо зашептав в ухо:
- У меня, понимаешь, это, ОРВИ.
- Кто такое? - заплетающимся языком спросила Вероника. - Кто это такое -
ОРВИ?
- Острое респираторное... это... Ви. Не помню, как расшифровать "ви".
Давешний официант с кавказским носом, который стоял среди публики, охотно
подсказал:
- О - остраэ, Р - распэраторнаэ, ВИ - виспаление!
- Вот-вот, - бросил на него благодарный взгляд Рыськин. - Оно, понимаешь,
сопровождается расстройством
желудка. Как скрутит в самый неподходящий момент, как поведет! Ужас.
- Диарея, дружок? - голосом рекламного искусителя поинтересовался какойто
бестактный юноша из числа
собравшихся зевак.
Стрелять в ответ Рыськин счел преждевременным и мужественно промолчал. К
лысому между тем подскочила
Кира Коровкина и, уперев руки в бока, потрогала его скругленным носком туфли.
- Николай!
В ее голосе был мороз. Однако лысый не отозвался.
- Переверни этого типа, - попросила Вероника Рыськина, показав пальцем на
поверженного врага.
Рыськин подчинился и, кряхтя, выполнил порученное. Лысый квакнул и открыл
глаза.
- Не тот! - горестно закричала Вероника на весь двор и даже топнула
ногой. - Не он! Лысый, но не он!
У того лысого было узкое землистое лицо с длинным носом, длинными
синеватыми губами и маленькие ушки,
плотно прижатые к голове. Этот же лысый оказался широкомордым, курносым и
лопоухим.
- Николай, что это было? - строго спросила Кира.
- Да, - поддержала ее Вероника. - Что это было? Почему вы бросились
бежать, словно вам дали понюхать тухлое
яйцо? И так орали!
- Вы тоже орали! - недовольно заметила Кира, обернувшись к ней.
- Я орала потому, что думала, будто лысый собирается вас убить. А вот он
почему орал?
- А я орал, потому что думал, будто вы - моя жена.
- Жена?! - хором спросили Кира с Вероникой.
- Кто еще мог вцепиться в меня и визжать? Ленка всегда визжит так, словно
с нее снимают скальп.
- Ленка?! - переспросил хор все в том же составе.
- Ленка, моя жена. Я думал, она меня выследила. А я в ресторане... С
женщиной... Ну, вы понимаете!
Лицо Киры Коровкиной внезапно начало наливаться кровью, а глазки
выпучились так, что, казалось, лишь
короткие реснички удерживают их в глазницах.
- Так ты, гнида, женат?! - воскликнула она и от досады пнула лысого
ногой.
- Ах, как обидно! - расстроилась Вероника. - Не тот. А я уж было решила,
что добралась до цели.
- Ты хотел меня совратить, сволочь лысая! - не унималась Кира. - Хотел
совратить, имея жену! Да как ты?.. Да я
тебя!.. Я, видишь ли, неиспорченная! Но не настолько, чтобы не накостылять тебе,
клен, твою мать, опавший!
- Кира, успокойтесь, иначе у вас полопаются сосуды в носу.
- Почему в носу? - удивилась Кира и от удивления перестала ругаться.
- Потому что вы сопите, как барсук.
- А я вас знаю! - внезапно воскликнула Кира. - Вы ведь были в "Уютном
уголке"! Я вас вспомнила.
- Вот и хорошо, что вспомнили, - ласково сказала Вероника и взяла ее под
руку. - Нам надо поговорить.
- О чем?
- Кира, Нелли Шульговскую убили. Она вовсе не утонула в ванне, задремав
после выпитого.
- С чего это вы взяли? - недоверчиво спросила Кира.
- С того, что я видела убийцу, и теперь он пытается разделаться со мной.
Он обещал разделаться со всеми, кто чтото
видел прошлой ночью.
- Я ничего не видела, - отрезала Кира, вырывая руку и становясь лицом к
Веронике. На ее физиономии
нарисовалось упрямство. - Так что мне не о чем беспокоиться.
- А по-моему, вы ошибаетесь, - вкрадчиво сказала Вероника. - Убить-то
хотели вас. Просто случилась ошибка, и
вместо вас случайно убили Нелли Шульговскую.
- И из-за этой бредовой идеи вы расстроили мой ужин?
- Кира, вам угрожали. Вас предупредили заранее, чтобы вы не ездили в
"Уютный уголок". Как там было в записке?
"Иначе умрешь". А вы поехали. Поехали и написали в журнале регистрации, что
занимаете первый номер. Это потом уже
Нелли Шульговская и горничная уговорили вас переехать. Кстати, кроме них,
свидетелей вашего перемещения не было.
Нелли рассказала об этом только своему мужу и мне. Так что любой, кто
заинтересовался бы Кирой Коровкиной и заглянул
в журнал, должен был подумать, что она находится в комнате под номером один.
- Это ваши домыслы, - не хотела сдаваться обвиняемая.
- Кроме того, Кира, вы пострижены примерно как Нелли Шульговская. И
волосы у вас каштановые. Если убийца
незнаком с вами лично, он мог запросто ошибиться.
- Какая-то ерунда! - в сердцах бросила Кира.
- Кира, вы не можете не знать человека в своем окружении, который так вас
ненавидит, что нанял киллера.
- Какое окружение, что вы несете?! Я живу в Туле со старой бабкой, ее
глухонемой сестрой и двумя младшими
братьями. По субботам хожу в библиотеку, раз в месяц - в баню. У меня просто нет
окружения! У меня даже нет подруг!
- Может быть, какой-нибудь клиент химчистки? - задумчиво предположила
Вероника.
- На пиджаке которого осталось невыведенное пятно из-под соуса? Не мелите
чепухи!
- Мне кажется, вы просто не хотите мне сказать.
- Да мне нечего вам сказать!
- А как же записка с угрозой убить вас?
- Об этом вам лучше спросить у Инны Головатовой или Татьяны Семеновой.
Записку состряпала какая-нибудь из
них, больше некому. Хотели увеличить шансы на свою победу.
- А что вы делали ночью? - не отставала Вероника. - Я имею в виду ночь,
когда умерла Нелли?
- Спала, - быстро сказала Кира. - Спала и ничего не слышала.
Она ответила слишком поспешно и при этом отвела глаза.
- А любовника в Туле у вас нет?
- Любо-о-овника? - протянула Кира, сощурив глаз. - Эк вас куда занесло!
- Да что ж не занести? Николая-то, как я погляжу, вы в два счета
окрутили. Ресторан, обещания, то-се...
- Если бы не вы, я бы так и не узнала, что гаденыш женат.
- Вот, Кира, номер моего телефона, - Вероника подала ей листочек. -
Позвоните, когда захотите. Если передумаете и
решите поделиться информацией.
- Я спала, - упрямо повторила Кира. - И звонить мне вам совершенно
незачем.
Однако листочек взяла и сунула в карман.
Глава 5
Первый раз женщина в зеленом появилась на следующее утро на стоянке возле
супермаркета. Вероника заявила
Рыськину, что у нее в доме ничего нет, и нацелилась посетить большой магазин,
рассчитывая сделать все покупки сразу.
Рыськин не хотел идти в супермаркет.
- Там много народу! - ныл он. - Чтобы оттереть от тебя подозрительных
личностей, мне придется скакать вокруг,
как придурку.
Вероника, которая боялась только того, что ее задушат, наоборот,
стремилась в толпу. Ей казалось, что чем больше
народу, тем безопаснее. В конце концов она победила.
- Тебя наняли, чтобы ты меня охранял, а не для того, чтобы мешал жить.
Кстати, Каретников, который постоянно трезвонил ей по мобильному
телефону, одобрял поведение своей невесты
и восхищался ее мужеством. От этого она чувствовала себя даже более смелой, чем
была на самом деле.
Пока Вероника возила тележку между полками с товарами, ее телохранитель
находился в страшном напряжении и
даже потел. Когда же она распихала покупки по пакетам, Рыськин наотрез отказался
их нести.
- Вдруг потребуется стрелять, а у меня руки заняты! - сурово отрезал он.
И первым вышел из дверей, которые разъехались перед ним, как ему
казалось, подобострастно. Обвел орлиным
взором окрестности и кивнул головой. Можно, мол, идти. И сам двинулся вперед.
Но как только Вероника, нагруженная пакетами, ступила на дорогу, по
которой к супермаркету подъезжали
автомобили, случилось непредвиденное. Со стоянки, из-за умытых иномарок,
выстроившихся ровными рядами, прямо на
нее выскочил плохонький "Москвич" и, грозно рыча, буквально рванул вперед.
- Ax! - только и успела крикнуть Вероника.
Без сомнения: тот, кто сидел за рулем, пытался убить ее. Тот, кто давил
на педаль газа и нужным образом
поворачивал руль. Через лобовое стекло Вероника хорошо видела шофера. Буквально
долю секунды, но рассмотрела его
отчетливо.
Это была молодая женщина в зеленом. Бледная, словно привидение. Копна
медных волос, узкое лицо, ярко
накрашенные губы и большие темные очки. Вероника уже давно не видела таких
больших очков - они были не модными.
Конечно же, убийца пыталась скрыть свое лицо.
Тучный мужчина, шедший прямо за Вероникой, бросил тележку и в последний
момент ухитрился изо всех сил
дернуть ее за пояс джинсов. Вероника полетела спиной на асфальт, а "Москвич"
прогромыхал в сантиметре от ее башмаков.
- Рыськин! - выплюнула, как будто чихнула Вероника, поднятая с земли
несколькими парами рук.
Рыськин не слышал. Размахивая пистолетом, он побежал вслед за
"Москвичом", распугивая покупателей. Его путь
сопровождал стайный женский визг и раздельная мужская ругань. Вероника заревела,
уткнувшись носом в своего
спасителя.
- Какой ужас! - по-бабьи причитал тот. - Кто-нибудь запомнил номер этой
машины?
- У нее не было номера, - сказал служащий супермаркета, который дежурил
на стоянке и прибежал на крики. -
Вместо номеров висели белые таблички.
- Но как же? - сквозь слезы спросила Вероника. - Кругом же милиция...
- Да он сейчас сделает пару поворотов, остановится возле кустиков и
водрузит номера на место! - со знанием дела
заявил мужчина, которому Вероника слезами измочила шикарную льняную рубашку.
Тут как раз вернулся Рыськин - потный и обессилевший.
- Хотел стрелять по колесам, но там могли оказаться дети, - заявил он. -
В смысле, в машине. Номеров нет, зато за
рулем - баба в зеленом платье.
- Да я ее видел! - неожиданно закричал дежурный по стоянке. - Она давно
уже тут болталась. Все ходила туда-сюда.
Я еще подумал - ждет кого-то.
- Опишите ее! - потребовала Вероника, втягивая носом воздух и вытирая
глаза руками.
- У нее ноги красивые, - покраснел охранник и потупился.
- А еще что-нибудь?!
- Я больше ничего не запомнил.
"Бедные женщины! - невольно подумала Вероника. - Большая их часть
искренне считает, что быть
привлекательной - значит блистать умом, талантами, светиться обаянием. На самом
деле достаточно иметь красивые ноги.
И все".
- Говорил я, надо сидеть дома! - бухтел Рыськин, запихивая Веронику в
машину.
- Не буду! - расхорохорилась та. - Сидячую меня тоже могут того...
ликвидировать. Выстрелят через окно с чердака
соседнего дома, или газом отравят, или пришлют конфеты с ядом вместо начинки.
- А ты лишнего-то не ешь! - прикрикнул Рыськин. - Ешь только свое, лично
купленное.
Они подобрали с асфальта все, что высыпалось из пакетов, и загрузили в
багажник.
- Мне обязательно надо узнать, кто написал ту записку, - горячо
доказывала Вероника своему телохранителю. -
Тогда я пойму, кого на самом деле хотели убить - Киру Коровкину или Нелли
Шульговскую. Если это баловались две
другие финалистки конкурса "Мисс Марпл", тогда, возможно, у Киры и вправду нет
врагов и жертвой должна была стать
именно Нелли. То есть никакой ошибки не случилось. Умереть должен был тот, кто
умер.
Вероника рвалась в бой. Женщина в зеленом ее разозлила.
- Ося, но почему женщина? - вслух спросила она Рыськина. - Я ночью в доме
отдыха видела только лысого. Это
лысый должен на меня покушаться. Я - свидетель! И уверяю тебя, в первый раз, в
подъезде, на меня напал мужчина. Он
был сильный и разговаривал низким голосом. То есть не мог быть переодетой
женщиной. Так откуда бы ей взяться, Ося?
Ни у одной женщины нет причины меня убивать!
- Может быть, мадам в зеленом - сообщница лысого? - предположил Рыськин,
который уже вник в дело и
разобрался во всех его тонкостях. - Сам он прячется, а ее послал надело? Что,
если они договорились разделить все трупы
поровну? Он убил Шульговскую, а она должна избавиться от свидетеля.
Вероника прикусила губу и задумалась. Версия Рыськина ее не вдохновила. В
любом случае действовать она
собиралась по заранее намеченному плану. Нужно встретиться с двумя оставшимися
конкурсантками и попытаться
вытянуть из них правду. Писала одна из них записку с угрозами или нет?
Узнать домашние адреса экономиста Татьяны Семеновой и учительницы Инны
Головатовой можно было только в
редакции "Женского досуга". Опекаемая Рыськиным, Вероника купила в киоске свежий
номер журнала и открыла
последнюю страницу, чтобы узнать адрес редакции. Она находилась не слишком
далеко от ее дома.
- Едем туда! - велела она Рыськину.
- Неужели тебе не страшно? - изумился тот.
- Очень страшно, - призналась она.
С ней всегда так было - страх побуждал ее к действиям, и после короткого
периода апатии наступал пик активности.
Тело требовало движения, а ум - нагрузки. Она должна защищаться, черт возьми!
Редакция "Женского досуга" разместилась в старом доме и заняла весь
второй этаж. Перед дверью, которая вела в
нужный коридор, сидел за столом охранник, перед ним лежал раскрытый журнал.
- Вы к кому? - лениво спросил он, едва подняв голову.
- Мы... к... заместителю Нелли Шульговской, - нашлась Вероника.
- Мне нужны ваши паспорта.
Они достали паспорта и подали ему. Охранник принялся неторопливо
списывать данные в свой журнал. В графе "К
кому" он написал: "Казарюк С. Е.". Вероника еще подумала: женщина это или
мужчина? Но спрашивать ничего не стала, а,
получив разрешение войти, резво рванула к двери.
Большинство комнат в коридоре пустовало - там шел ремонт и бродили, нога
за ногу, заляпанные белым строители.
- Нелли говорила, что она временно сидит вместе со всеми в общей комнате.
Надо найти эту комнату.
- Нет ничего проще! - пожал плечами Рыськин. - Видишь, откуда дым идет?
Там курит целое стадо. Иди туда, не
ошибешься.
- Здравствуйте! - деловито сказала Вероника, возникая на пороге
задымленного зала, густо уставленного рабочими
столами. Она убрала руки за спину и поиграла языком за щекой. - Я по поводу тех
женщин, которые должны были
участвовать в финале конкурса "Мисс Марпл". Мне нужны их адреса. И поскорее.
Сотрудники редакции тотчас же решили, что раз она спрашивает, значит,
имеет на это полное право.
- Сейчас я вытащу их адреса из компьютера! - подхватилась девица с
острыми коленками, в короткой юбочке. -
Минуточку.
Пока она распечатывала данные, Вероника осматривалась. На нее никто не
обращал особого внимания. Людей в
редакции было много, но они разговаривали приглушенными голосами и совершенно
явно были подавленны. Еще бы!
Смерть главного редактора журнала запросто могла лишить их рабочих мест и
надолго выбить из седла.
- Вот, держите! - сказала девица в мини-юбке и подала Веронике лист
бумаги, только что "выпеченный"
принтером.
После чего кивнула и деловито направилась к своему рабочему месту. Это
был стол с компьютером, вокруг
которого высились горы бумаг и бумажек, пустые и полупустые чашки, пепельница с
курганом окурков. На спинке стула
висела джинсовая курточка и сумка.
- Ося! - шепотом сказала Вероника. - Кажется, я все поняла с этой
запиской! Надо было приехать сюда и увидеть
все своими глазами, чтобы догадаться.
- С какой запиской? - раздраженно спросил Рыськин, отступая в коридор.
- С запиской, которую подбросили Кире Коровкиной. Ну, чтобы она не ездила
в "Уютный уголок".
- Поняла - и прекрасно, - пробормотал Рыськин, который после покушения
женщины в зеленом был сам не свой.
- Все равно мне надо поговорить с этими двумя мадам, финалистками
конкурса "Мисс Марпл", - вздохнула
Вероника. - Поедем сначала к экономисту Татьяне Семеновой.
- Почему к ней? - проворчал Рыськин, хотя ему было ровным счетом
наплевать, куда ехать. Опасность подстерегала
на каждом шагу.
- К ней первой, потому что мы знакомы, - охотно ответила Вероника. -
Сидели в столовой дома отдыха за одним
столиком. Думаю, она меня не вытурит.
Татьяна Семенова открыла дверь и уставилась на Веронику и Рыськина с
таким выражением лица, как будто была
контрреволюционеркой, а к ней внезапно нагрянули комиссары.
- Татьяна, нам нужно поговорить! - с места в карьер заявила Вероника и
сделала шаг вперед.
Хозяйка квартиры поспешно отступила в сторону. Вероника могла бы
поклясться, что, несмотря на хмурое лицо, в
глазах ее мечется паника. "Что бы это значило? - подумала Вероника. - Неужели
она боится меня. Почему?" Никаких
мыслей по этому поводу у нее не возникло. Женщиной в зеленом Татьяна Семенова не
могла быть по определению. Та
женщина красива. А эта...
Эта обладала посредственной внешностью, на троечку. Если бы не
разноцветные ведьмины глаза, в ней и вовсе не
было бы ничего примечательного. Мышиного цвета волосы, плохо стриженные и плохо
расчесанные, обрамляли унылое
лицо. Когда Создатель творил Татьяну Семенову, ему было скучно. Поэтому все в
ней получилось заурядным и на редкость
пресным.
- Вы можете уделить мне пятнадцать минут? - с нажимом спросила Вероника.
Она вынуждена была спросить, потому что, пропустив гостей в коридор,
Татьяна Семенова застыла на месте и
принялась ломать пальцы, похрустывая суставами.
- Пройдите... сюда, - с трудом выдавила она наконец и поплелась на кухню.
Вероника с Рыськиным двинулись следом.
- Это вы подложили записку Кире Коровкиной? - задала свой главный вопрос
Вероника. Она решила быть жесткой,
чувствуя, что это может подействовать. - Вы угрожали ей! У меня есть свидетели.
Однако вместо того, чтобы разнюниться и сразу же расколоться, Татьяна
неожиданно озлобилась.
- Блефуете, - презрительно сказала она. - Никто не знает, кто подложил
эту дурацкую записку дурацкой Кире
Коровкиной. Еще тогда, в редакции, была большая разборка, и она окончилась
ничем. А теперь вы приходите и говорите о
каких-то свидетелях. Нет никаких свидетелей. И записку я не писала. Ну, сами
подумайте - за каким фигом мне это могло
понадобиться?
- Кира считает, будто вы сразу распознали в ней будущего лидера и решили
расчистить путь к собственной победе.
Татьяна Семенова фыркнула и ничего не ответила.
- Скажите, - зашла с другого боку Вероника. - А после возвращения из дома
отдыха с вами не происходило ничего,
хм, необычного?
- У меня украли кошелек, - ровным голосом сообщила та. - Разрезали
сумочку в троллейбусе.
- Что же в этом необычного? - подал голос Рыськин. - Это как раз самое
обычное дело.
Вероника пнула его ногой под столом и сказала:
- Я не просто так спрашиваю. На меня, например, охотятся. Это чтоб вы
были в курсе. Сначала меня попробовали
задушить в подъезде собственного дома. Но номер не прошел! Потом попытались
сбить машиной.
- Почему? - заинтересовалась Татьяна, облизав губы острым, словно
заточенным кончиком языка.
- Потому что я слишком много знаю о прошлой ночи. Имеется в виду та ночь,
когда умерла Нелли Шульговская.
- А что вы такого знаете? Что вы делали той ночью?
- Ну... Я довольно долго не ложилась. И в начале третьего вышла в
коридор. Там я увидела странного лысого типа,
который тайком выбирался из корпуса. Кстати, Кира Коровкина уверена, что это
именно вы подложили ей записку. Она
сказала, что, когда вы отпираетесь, вы врете.
- Сама она врет! - выплюнула Татьяна, которая при упоминании Киры
напрягалась, словно бегун на старте. - Вы
лучше спросите ее, где она сама была той ночью!
Поняв, что проговорилась, Татьяна полезла в ящик за сигаретами и
принялась изводить спички, пытаясь
прикурить.
- Продолжайте, продолжайте, - подбодрила ее Вероника.
- Ну, хорошо, - сказала та, выпустив двойную струю дыма из носа. - В ту
ночь я тоже не спала.
- Тоже?
- Как и вы. Было без четверти два, когда я увидела за окном Киру. Она
кралась мимо корпуса и все время
оглядывалась, как будто боялась, что за ней кто-то следит. Как раз выглянула
луна и осветила Киру.
- А вы заметили, когда она вернулась обратно?
- Нет, - покачала головой Татьяна. - Не заметила. Мне совершенно
наплевать, сколько отсутствовала эта фифа.
Больше Татьяна Семенова не сказала ничего вразумительного. Разговор
вертелся вокруг одних и тех же предметов,
и она продолжала стоять на своем: о записке ничего не знает, из У номера ночью
не выходила, посторонних в корпусе не
видела. Вероника посоветовала Татьяне проявлять осторожность в подъезде и на
дорогах и раскланялась.
- Я думал, что после сегодняшнего покушения ты будешь вести себя, как
мышь, побывавшая в кошачьих лапах, -
недовольно сказал
...Закладка в соц.сетях
