Жанр: Электронное издание
KIVIN13
...со слезами.
"Я сейчас, сейчас! Не дрейфь!"
Два шага до выхода. Они уже там, на Невском. Черт-т-т! Быстрее. У-у-у!
Детский крик. Где-то внизу, под ногами. Девчонка, блин! На полу.
- Аня, Аня! Подождите, умоляю! Аня-а-а! Кровь. Кукольная масса. Игрушка!
Тряпичная большая игрушка. Рычание толпы вместо ответа.
Музыкант рубанул локтем. Резко, назад. Хруст зубов. Прикушенный язык.
Вскинутые вверх руки.
- Ты что творишь, падла?!!
- Аня-а-а! Умоляю!.!!
Викуловская куртка треснула по шву. В Турции таких нагрузок не
предусмотрели.
Еще один удар. Притормози-ка! Знака не видишь? Осторожно, дети!
"Ну что ж ты так, давай поднимайся! Бегом, бегом. Потеряешься".
Девчонка не шевелилась. Музыкант захрипел и, нагнувшись, выдернул из-под
ног маленького человечка. Подняв девочку до уровня груди, плечом выбил
пробку из двух застрявших в дверях толстяков и наконец оказался на Невском.
Мать тут же забрала дочь и, держа на руках, побежала к дверям соседнего
магазина.
Викулов совсем обезумел. Любой подошедший к нему с вопросом имел реальный
шанс заработать по роже.
Он потерял ее! Он не видел ее! С-с-суки! Две секунды - слишком большая
фора. А где мужики? Где остальные?
- Серега?! Где баба? - Опер из его отдела прорвался к Викулову.
- В манде! Вы сами-то где были? Сказали ж, вход перекрывать!
- Серый, да какое тут...
Пассаж выплюнул Казанову.
- Костя, давай к Садовой! Бабу увели! Казанцев, перепрыгнув через
леер-цепочку, чуть не угодил под "КамАЗ".
- Идиот, глаза разуй!
Все! Лохи! Трижды лохи!
Сзади гудел "Икарус". Костя замер в центре Садовой, перекрывая движение.
Все! Сотни тачек, и уже темно! Попробуй угадай! Тут тебе не Валдис Пельш!
Костя убрался с проезжей части. Устало сел на гранитные перила подземного
перехода.
Пожинайте плоды дешевого подхода, товарищ Казанцев. Непродуманные
оперативно-массовые мероприятия имеют обыкновение с большим успехом
проваливаться. На слепую удачу ставят только игроки в лото. А вы что
хотели? Покривляться за прилавком, хапнуть, как в прежние времена, на
"стрелке", выколотить дубиной все, что надо, и На доклад бежать?! Вот это
уж вряд ли. Вы в догоняющих! И с о-о-очень большим отставанием. Догоняйте.
Появился Музыкант с оторванным рукавом куртки. Присел рядом с Казановой,
достал сигареты.
- Слушай, Казакова, тебе не надоело выглядеть дураком? Мне, если честно, во
где уже! Сплошная перхоть.
Костя тоже закурил. Откуда-то проявились Белкин с Гончаровым.
- Что, мусора, обкакались?
- Похоже. И подтереться нечем. Делать-то что будем? Ждать, когда она
кого-нибудь из них клофелином угостит? Только вряд ли ее украли, чтобы
пригласить в ресторан.
Зачем-то приехали пожарные машины. Несколько милицейских "фордов" и
"Жигулей", вращая мигалками и противно завывая, выстроились вдоль тротуара.
Замелькали папахи и лампасы, объективы видеокамер, пластиковые щиты, каски,
сапоги, камуфляж, автоматы.
- Спорю на что угодно, что никакого взрыва не будет. - Белкин взглянул на
свою "Ракету".
- Можешь не спорить. Время вышло. Бутафория. Они не сумасшедшие.
Последние покупатели освобождали Пассаж, пробегали пространство,
ограниченное щитами, и растворялись в толпе.
- Лучше бы рвануло, - зло, вполголоса высказался Паша. - Не так обидно бы
было. Вовчик, ты чего такой бледный?
- Холодно.
- Ладно, мужички. - Музыкант щелкнул окурком. - Проиграли - надо платить.
- Знать бы чем и кому.
- Есть у меня небольшая заначка. Без заначки сейчас никуда. Погнали, хватит
курить.
На противоположном углу скопилась группа протестующих.
- Вот, глядите, глядите! Де-мо-кра-тия! Докатились, в центре города-героя
процветает терроризм! Прислушайтесь, прислушайтесь к нашим голосам и
отдайте свои за наше движение. Мы выведем вас из тупика!!!
- Да расстреливать всех надо, и сразу порядок будет!
- Присоединяйтесь, присоединяйтесь!!! Твой сегодняшний голос - это
завтрашнее процветание России! Ура!!!
Глава 11
- Приехали, мужички. - Музыкант опустил стекло отделенческих "Жигулей". -
Вон окошко светится. Это как раз его. Пять комнат занимает, буржуй. Впору
раскулачивать. У него дома пара ротвейлеров, говорят, злые на характер. И
возможно, кот-убийца.
- Кто говорит?
- Соседи, кто ж еще?
- Ты уже навестил?
- Все по науке. Вашу работу, между прочим, выполняю. Этот мужичок - связь
Шерифа. - Так это мы знаем. Он был у нас.
- И что рассказал?
- Жалко Шерифушку, всю ночь плакал, все платочки замочил. Какого парня
грохнули! Вах-вах!
- И все?
- Подтвердил, что тот любил фисташки.
- Хорошо хоть так. Не борзел?
- Да не сказал бы. Ты понимаешь, Серега, не борзел, потому что мы без
пристрастия спрашивали. Был грех, сознаюсь. У нас ведь немножко другая
версия на тот момент выплывала. С девочкой. Поэтому мы так, формальности
ради. Не знаете ли, что пропало, не собирался ли кого пригласить?
- Тачки его нет на месте.
- Он ее у дома бросает?
- Когда как. Бывает, на стоянке, бывает, здесь. Ну что, пошли? Выдернем
птенца из гнездышка?
- С собаками что делать?
- У тебя "ствола" нет? Натравит - вам разбираться.
- С ротвейлерами? Их гранатой не положишь. У нас в отделе как-то пытались
из "Макарова" такую псину хлопнуть. Взбесилась. Всю обойму очередью
жахнули, а ему, паразиту, хоть бы хны! Брызжет кровью, летает по двору, как
шарик проткнутый, и на людей прыгает. Хорошо, под "УАЗ" залетел, да и то не
сразу сдох - живучие, твари. Человеку мелкашки хватает...
- Ша! Вот он. Как по заказу! К ужину катит. Так и быть, останемся на
некоторый срок друзьям живой природы. Вперед, юннаты!
Сергей не заметил милицейской машины: было уже достаточно темно. К тому же
он торопился, поэтому, нацепив противоугонный костыль на руль, сняв панель
с автомагнитолы, выскочил из "вольво", продублировал костыль электронной
блокировкой и быстро зашагал к подъезду.
- Ба, Сергей Витальевич! Вот ведь удача! А мы к вам собрались.
- Не понял, какие-то проблемы? - Руки покинули карманы. Сергей узнал одного
из ментов.
Музыкант работал резко. Как всегда. А сегодня - особенно! Разорванный рукав
- кровная обида. Жены нет - кто пришьет-то?
Сергей рухнул в снег. Не сработали даже борцовские навыки, потому что не
ожидал. "Ну, козлы, беспредельщики! Что ж творят?! Я что, сопротивлялся?
Черт, охрану зря отпустил. Ладно, еще прощения попросят".
Металл больно врезался в запястья.
- Охерели? В чем дело-то? Самые крутые? Слышь, ты, рвань, отпусти руку. Да
ничего у меня нет. Мудила, это телефон, а не "пушка".
Викулов пропустил "рвань" и "мудилу" мимо ушей - к оскорблениям он привык,
как к сигаретам, хотя и не получал от них такого удовольствия. Но и не
тратил энергию на сатисфакцию - ни к чему. Есть у нас способы и поцивильнее.
- Шагай к машине! Дома кто?
- Жена, дочь.
- Обманешь - ответишь.
- Отвечу, отвечу. И вы ответите.
Паша с Белкиным взяли задержанного под белы Рученьки и поволокли к машине.
Казанова вполголоса упрекнул Музыканта:
- Серый, ты перегнул. Это ж помощник кандидата в депутаты. Завтра все
газеты вой поднимут.
- А что, для помощников есть отдельный закон? Закон один для всех. Ты глянь
- "будку" раскормил как ротвейлер. Тоже мне босс партийный.
- Это их тактика - чем шире рожа, тем теснее ряды.
- Я тут встретил одного. Лет пять назад с притонов не вылазил да через день
мужиков грабил. Потом сел на пару лет. И вдруг на тебе - помощник депутата.
С ксивой, с мандатом. Не хочешь ли, Викулов, проголосовать за нашу партию?
Ага, проголосую, если доживешь.
- Зря бузишь. История повторяется. В тридцатом такие хлопцы бомбили дома
немецких бюргеров, а в тридцать девятом становились министрами. И не
шибко-то стеснялись.
- Так, кто на метро поедет? - обернулся Викулов к операм. - Все в тачку не
влезем. Можно, конечно, Сергея Витальевича в багажник запихать, но там у
нас вещички с обыска до сих пор лежат. Как бы не спер что-нибудь.
- Ладно, я поеду, - сказал Казанова. - Только меня дождитесь.
- Ты быстрее доедешь. Полгорода перерыто. Чего они все копают? Саперы...
Викулов погрузился на переднее сиденье и обернулся к Сергею:
- Просьба в дороге не шуметь и вопросов не задавать. Все по прибытии. А то
больше не увидишь своих ротвейлеров.
- Каких ротвейлеров?
- У тебя ведь ротвейлеры дома?
- У меня болонка и коккер-спаниель.
- Коккер?
- Коккер. Что вам от меня надо?
- А ты что, еще не понял? В лес отвезем да к березе привяжем. И душить,
душить, душить... Из чисто политических соображений. На тебя заказ поступил.
В кабинете Музыкант освободил узника от оков.
- Я могу позвонить? - Сергей потер затекшие кисти.
- Кому же?
- Адвокату. Или хотя бы жене.
- Обязательно. И тому и другой. Через двадцать минут я поставлю перед тобой
аппарат. Вызовешь всю коллегию и всех своих жен. А сейчас держи. - Музыкант
положил перед Сергеем ручку и чистый лист бумаги. - Можешь написать на меня
жалобу за некачественное задержание. Ты же, кажется, недоволен? Моя фамилия
Викулов. Звать Сергей Николаевич. Старший оперуполномоченный этого отдела
милиции. Давай, тезка, время дорого. У тебя есть пять минут.
Сидящие в разных углах кабинета убойщики удивленно переглянулись. У
Музыканта, вероятно, температура - какая, в задницу, жалоба?
Сергей взял ручку.
- На чье имя писать?
- Районного прокурора. Форма произвольная. Валяй.
Викулов скрестил руки на груди и сел на подоконник.
Задержанный склонился над листом и заскрипел ручкой. Твердо и уверенно -
сейчас я вам покажу!
Минуты через три кляуза вышла в свет. Сергеи передвинул исписанный лист на
центр стола.
- Прошу.
- Отлично! - Музыкант взял жалобу и зачитал вслух. - Так, сегодня я,
такой-сякой, при возвращении домой с работы подвергся разбойному нападению
со стороны группы неизвестных, представившихся работниками милиции.
Тыры-пыры, повалили на землю, зверски избили ногами, причинив физический,
моральный и материальный ущерб на сумму... Ого! Тыры-пыры, без
соответствующих объяснений, в наручниках... Боже мой, страх-то какой.
Подвергся словесному издевательству в особо циничной форме, угрозам быть
повешенным на березе в лесу. Требую привлечь к уголовной ответственности
Викулова и иже с ним и наказать по всей строгости закона. Число, подпись. Я
правильно изложил?
- Да.
- Готовьтесь, мужики. Поедем хором в "Кресты". Слышали, что Сергей
Витальевич пишет? Избили, угрожали... В общем, плохо наше дело. Ну да
ладно, годы быстро ползут, оглянуться не успеем, как выйдем. А сейчас
потолкуем, Сергей Витальевич, о другом. Пока нас не посадили.
Музыкант бросил жалобу обратно на стол.
Несколько дней назад из одной квартиры была похищена трехлетняя девочка.
Женщина, сидевшая с ней, убита. Ей проломили череп. Ты, случайно, не
знаешь, кто это сделал и где сейчас та девочка? А?
- Чего? Какая девочка? Какой череп? Вы знаете, кто я такой? Вы завтра же
вылетите из органов.
- Да слышали, слышали, кто ты такой. Экономический советник бандита
Зелинского, одного из лидеров партии диабетических реформ, ползущего к
власти, как червяк к луже. Дальше-то что? Я тебя не спрашиваю, кто ты
такой, я тебя про девочку спрашиваю.
- Послушайте...
- Сидеть! Пока дубину не взял. Не знаешь ничего, значит... Ладненько.
Музыкант вздохнул и оглядел свой маленький кабинет.
- Нет, Сергей Витальевич, думаю, что знаешь. Как и то, кто резанул Шерифа.
Нет, нет, конечно не ты... Ты в этом не спец. Ты спец по коммерции. Торгаш.
И поэтому я предлагаю чисто торговую сделку. Я покупаю у тебя информацию о
девчонке. Я выкупаю у тебя девчонку!
- Что за дурь?!
- Дурь у тебя в штанах! Слушай внимательно, тезка. Я выкупаю у тебя девочку
за десять миллиардов рублей, а рубль сегодня равен, тьфу ты... Рассчитаться
могу прямо сейчас, здесь. Как предложение?
Сергей посмотрел на порванную викуловскую куртку и ехидно усмехнулся.
Белкин и Казанова тоже почему-то посмотрели на куртку. Десять миллиардов? У
Музыканта точно температура. Еще три часа назад он стрелял на сигареты.
Викулов встал с подоконника:
- Ты думаешь, у меня нет таких денег? Пусть тебя это не смущает, они есть.
Мне сейчас важно принципиальное согласие, тезка. Ведь все на свете
продается и покупается! Жизнь, власть, совесть, душа. Подумай, тезка,
десять миллиардов - неплохой куш за какую-то девчонку. Или, может, ты
хочешь больше? Назови цену, поторгуемся. Сколько сейчас стоит жизнь?
- Я не собираюсь с вами торговаться. Вы обещали дать мне телефон.
- Конечно. Чуть погодя, после торгов. Похоже, я назвал маленькую сумму.
Сергея Валентиновича этой мелочью не удивишь. Поэтому я добавлю к этим
деньгам стоимость нескольких лет свободы. Как, тезка? Ты никогда не был в
прекрасном городе Приблудске?
Сергей вздрогнул.
Музыкант располагающе улыбнулся:
- Что, тезка? Понравился городок?
- Я не понимаю... - Голос Сергея утратил прежнюю уверенность.
- Да брось ты, конечно не понимаешь. Из тебя никудышный экономист. И чего
тебя Зелинский пригрел?
- Мужики, - Музыкант обратился к присутствующим операм, - вы, наверное, не
в курсе. Тут одна смешная история приключилась. Некая малоизвестная фирма
"Рикошет" закупила в городе Приблудске мясных консервов для нужд родной
Российской Армии на сумму аж десять миллиардов рубликов.
Приехал туда к ним какой-то майор Смирнов, красавец офицер, посетил пару
заводов, помахал липовым генеральским поручительством и предложил прикупить
по случаю мясца - для питания частей, базирующихся в Чечне. Вполне, вполне
достоверно, армия должна быть сытой. Тяп-ляп, договоры по факсу, без
предварительной оплаты. По рукам? По рукам! Консервы едут в Питер,
сгружаются на складе, никакие деньги, разумеется, в Приблудск не
переводятся.
Спустя некоторое время консервы со склада испаряются, а директор погибает в
подъезде при попытке ограбления. Чисто случайного ограбления. Конечно,
конечно, читали, знаем. У нас сейчас грабят днем и ночью, успевай только на
трупы выезжать.
Но что же фирма "Рикошет"? Где ж она, родимая? А-у-у! "Майор Смирно-о-ов!"
- "Так точно, ваш скобродие! Вызывали?" - "Вызывали. Откуда взялся
"Рикошет"?" - "Докладываю! "Рикошет" куплен за пятьсот баксов у гражданина
Каланчевского, о чем составлен документ! Акт! Разрешите идти?" - "Не
разрешаю. Кто подписался в акте?" - "Виноват, ваш скобродие, не могу знать,
ваш скобродие, запамятовал!" - "Как не можете? Чья вот это подпись?" - "Ах,
эта? Это подпись господина Бермудина Сергея Витальевича, экономического
советника их высокоскобродия генерала Зелинского".
А это чья подпись? - Музыкант хлопнул ладонью по свеженаписанной жалобе. -
Надо ж, тоже Бермудина. Что этот Бермудин, центр Вселенной? Бермудин там,
Бермудин тут! Что потух, тезка?
Сергей нервно щелкал замочком наручных часов. Почувствовав легкое
раздражение где-то в районе виска, потер пальцем. Черт! Капелька пота упала
на брюки.
- Жарко, тезка? Скинь пальтишко.
Так проколоться! Все предусмотреть и оставить подпись в какой-то левой
бумажке! Проколоться? Нет, нет. У этих твердолобых мусоров не хватит мозгов
так глубоко залезть. Если даже они вышли на Каланчевского, то ни шиша от
него не узнали бы. Каланчевский понятия не имел, кто у него покупает фирму.
Стало быть... Застучали, суки. Свои. Или...
Шерифовская кассета. Комбинация могла быть записана на ней. Фу, жарища, как
в парилке. Неужели они зацепили кассету? Нет, нет, не может быть... Если
только им не подсказали... То-то Спикер заварил непонятную кашу. Однако
надо взять себя в руки. Можно еще побороться. Пасовать перед этими лохами?
- Ну и что? Что вы мне подписи суете? Да, это моя подпись. Я и не отрицаю.
Я действительно в свое время купил этот "Рикошет" по объявлению в газете.
Но примерно через неделю у меня из машины украли печать. Я оставил машину
незапертой буквально на пару минут - остановился купить сигарет у ларька,
ну и... Тот, кто украл, мог воспользоваться печатью.
- Я разве говорил, что кто-то воспользовался печатью "Рикошета"? Ха-ха,
тезка, ты не прав.
- Я просто догадался - договор ведь должен быть с печатью.
- Молодчинка. Как правильно догадался. Может, ты заодно догадался, куда
подевались консервы? Ну-ка, попробуй с трех раз! Угадай мелодию.
- Я понятия не имею, о чем идет речь. Какой-то Приблудск, консервы. У меня,
в конце концов, намечалась важная встреча, а вы мне ее сорвали. Как я буду
объясняться перед человеком?
- Гопака станцуешь. И не играй желваками, рожу перекосит. Не помнишь,
значит? А чем у нас покойный Шериф занимался? Рекламный агент фирмы
"Прилив" - в таком звании он, кажется, пребывал. Мальчонка на побегушках на
шестисотом "мерее" рекламные листочки развозил. Так за что ж его по
горлышку?
Музыкант во все горло расхохотался. От этого неожиданного проявления чувств
Сергей вздрогнул во второй раз.
Смех резко оборвался, и голос опера неожиданно приобрел иные тона:
- Где девочка, ублюдок?! Можешь подавиться этими миллиардами. Черт с тобой,
я не поеду в "Прилив" и не стану переворачивать бухгалтерию и склады. Не
буду закладывать тебя приблудским ментам и потерпевшим мясникам, хотя мне и
обещана хорошая Деньга в случае твоего задержания. Даю слово! Слово мента!
Где девочка?!!
Сергей прикусил язык. В прямом смысле. Хотел облизать губы... Спикер! Ну,
гандон рваный... Все-таки продал кому-то информацию, раз она просочилась
даже сюда.
Впрочем, Сергея это ничуть не удивило. Устранить Зелинского мечтали многие.
Желательно чужими руками. Законным манером. Но даже не это сейчас занимало
Сергея. История с Приблудском может дойти до Александра Михайловича. А
Сергей прокрутил махинацию по-тихому. Без уведомления патрона. Конечно,
Шура оттяпал бы как минимум половину, прикрываясь фанерными лозунгами о
партийном общаке и духовном братстве. Ссориться же сейчас с Зелинским
совсем ни к чему. Во-первых, он на подъеме, а во-вторых, кто знает, какая
блажь взбредет ему в головушку, узнай он про Приблудск. Да и мотать срок
из-за собственной ошибки как-то не тянет.
- А ну, не спать! - прервал размышления Сергея бас Музыканта. - Быстрее,
быстрее! Если с девчонкой что-нибудь сделают, я всю вашу компанию раскручу
на полную катушку! Или в самом деле в лесок вывезу. Когда начинают играть
не по правилам, я тоже имею обыкновение забывать об уголовном процессе. И
тоже начинаю игру без правил!
- Ладно...
Сергей решил рисковать. Девчонка, в принципе, уже и не нужна, а весь риск
теперь сводится к вшивости этого мента. К надежности обещания не копаться
дальше в приблудской истории.
- Ладно, я скажу, где девочка. Если вы гарантируете...
- Гарантирую! Сказал же - слово мента!
- Квартира в Дачном. Я знаю телефон.
- Так, понял! Кто в адресе?
- Не знаю.
Сергей действительно не знал, кто конкретно сейчас на квартире. Возможно,
Спикер, возможно, его сумасшедшие воробышки.
- Зачем забрали бабу и девчонку?
- Надо было поговорить... Девчонка как приманка.
- И о чем же намечался базар?
Сергей сжал кулаки, чтобы никто не заметил его дрожащих пальцев. Кажется,
он слишком глубоко заглотил крючок. Не соскочить. Сказал "а"...
- Я жду, тезка.
- Не знаю точно. Баба кого-то опустила. Хотят разобраться.
- Не кого-то, а Шерифа. Хватит прятаться за туман. Отвечай внятно и четко.
Как можно меньше слов "не знаю", "кажется". Самый главный вопрос. Кто их
забрал?
- Спикер. Это кличка, я фамилию не помню.
- Что, на хер, за Спикер?
- Приятель Шерифа. Квартира в Дачном - его. У него несколько хат. На разные
случаи. - Он думает, что баба убила Шерифа?
- Да. Хочет отомстить. - Сергей все-таки умолчал про кассету.
- Гляди ты, мститель народный. Партизан. Чтобы отомстить, не надо
устраивать весь этот спектакль с чеченскими террористами. Сунул "пику" в
толпе и бай-бай. Так почему ты решил, что именно Спикер затеял месть? С
чего это вдруг?
- Он сам говорил. Мол, пока за братана не отомщу, спать спокойно не смогу.
- Он что, контуженный по жизни?
- Есть немного. Афган, Босния...
- А сейчас новое увлечение, поприбыльнее. Организованный бандит. Сергей
промолчал.
- Хорошие у тебя связи, помощник кандидата. Небось с преступностью бороться
обещаете? Народ-то как, верит? Ну что, адвокату звонить будем? Помни
только, когда говорят факты - адвокаты молчат.
Музыкант ухмыльнулся и порвал жалобу.
- Так и быть, тезка. Ты сегодня у нас не был и ничего не рассказывал. Три
последних вопроса. Факультативно. Кто-нибудь из приблудских мясников
замешан в афере? Я имею в виду, из руководства.
Сергей чуть заметно кивнул:
- А вы-то как думаете?
- Купцов?
Сергей вздрогнул в очередной раз, не ответив.
- Классно! Комбинат на ладан дышит, - улыбнулся Музыкант, - а мы ручки
греем. Мутная вода, мутные людишки... Так, теперь второе. Кто убил
директора склада на Беспросветной?
- Шериф...
- Я так и думал. И последнее. Откуда Спикер узнал про бабу? Про ее адрес,
про подружкину дочку? Кроме нас, никто не мог раздобыть эти данные.
- Кто-то из ваших подсказал...
Опера подозрительно перекинулись взглядами.
- Кто?!
- Не знаю. Честно не знаю. Об этом Спикер трепать не будет. Зачем же своих
людей светить?
- Ну, хоть примерно. Ты не скромничай, ты только по одному положению своему
должен знать.
- Примерно? Примерно скажу, что Спикер встречался с человеком в тот вечер,
когда вы сдернули девицу и сразу узнал, что она в изоляторе. На другой день
хотел отбить.
- Что значит "отбить"?
- По пути из изолятора до вытрезвителя. Паша закашлялся.
- "Ах, окаянный, чуть не сбил", - сказала старушка "КамАЗу", громыхая
костями по асфальту. Хорошенькие дела. Если б девица не удрала, нас бы
сейчас отливали в бронзе. Или в гипсе. Какая там, к черту, месть! Им нужна
баба.
Белкин обратился к Викулову:
- Серега, тезку отвези-ка в дежурку. Надо б нам тет-а-тет...
- Секундочку. Телефончик, Сергей Витальевич, в Дачном. Сам останешься у
нас. Посидишь в камере, развеешься. Пока мы за девчонкой прокатимся. И
учти, если о чем-то ты умолчал, наша сделка немедленно расторгается, и я с
чистой совестью сдаю тебя приблудским промышленникам. С потрохами. И чтобы
без обид потом. Ну что, тезка, по рукам? Есть что добавить?
Сергей, не поднимая на стоящего Музыканта глаз, еле слышно выдавил:
- Нет.
- Тогда за мной. В камере не агитируй, морду набьют. На вот лучше, почитай.
- Опер протянул брошюру "Твоя первая судимость. Советы новичку". -
Пригодится. Купил вчера на лотке. Как знал.
Хлопнула залатанная кусками картона кабинетная дверь.
- Ну, господа гусары? - Белкин вопросительно поднял бровь. - Кто ж из нас
стукачок?
- Чур, не я. - Казанцев зачем-то показал ладони, вероятно демонстрируя
чистоту рук. - Я бы бабу из изолятора и повел. Вы-то, лентяи, задницу не
оторвете от стула лишний раз.
- Может, кто ляпнул лишнего. Ну-ка, вспоминаем.
- А зачем? - теперь ладони показал Гончаров. - Я если о работе кому и
заливаю, то, во-первых, рассказываю только о давно прошедших делах, а
во-вторых, все искажаю. Как в сводках. Чтобы героически выглядеть. А о
текущих событиях... Разве что на сходках у начальника или на заслушивании
дел в прокуратуре или в главке.
- Прокуратура? В тот вечер я звонил Семенычу, договаривался по поводу
"сотки".
- Семеныч? Брось ты, он нормальный мужик.
- Все мы нормальные, пока водку за одним столом жрем да кричим о
беспощадной борьбе с преступностью.
- Ладно, - решил закончить служебную проверку Вовчик. - Каждому овощу свой
срок. Нефиг пока гадать. Сейчас что делать будем? Женька уже часа три как У
них.
- Кстати, помните, она упоминала, что где-то в начале двенадцатого Спикер
звонил Шерифу и собирали приехать. Если б он приехал, то первым бы
обнаружил труп. И как любимый друг поднял бы тревогу. Однако не поднял. Так
что версия с местью немножко надумана.
Вернулся Викулов.
- Ну что, убойщики? Поработаем? У вас тачка есть?
- Я предупредил Славку, чтоб не вздумал свалить. Сейчас позвоню в гараж,
пусть подъезжает. - - Казанцев протянул руку к телефону.
- Так, наших пятеро и вас трое. Справимся. А Петрович-то где?
- С гриппом свалился. На последней мокрухе просквозило, пока осмотр делали.
- Я сам с соплями третий день. Советник, кстати, капитально припух. В
камере назвал условный сигнал. Два длинных и короткий звонок. Иначе дверь
не откроют. Одного звать Валерой. Вот телефон. Пробиваем и по тачкам.
Окропим снежок красненьким...
Казанова протяжно зевнул. Сон на столе прошедшей ночью был чистой
условностью. Костя просто лежал, закрыв глаза, периодически переворачиваясь
и кряхтя от неудобства "постели". Принц без горошины.
- Попадалово. Сейчас бабу отобьем и спать. Иначе превращусь в зомби.
- Спать... Это не попадалово. Я вот футбол пропускаю. Такую игру! - Белкин
досадливо хлопнул ладонью по колену.
- В обозрении голы посмотришь.
- Это не то. Все равно что отрывки из спектакля. Тебе не понять. Славка, ты
вроде тоже болельщик, подтверди. Никакого кайфа. А так - берешь пивко
падаешь на диван...
Водитель кивнул.
- Помнишь ту игру, ну, когда бабу хапнули? Что Хаджи творил! Просто
волшебник! Рвал оборону по всем швам! И пенальти честно заработал, да
судья, видать, купленный, не дал ни фига. А Баджио! Только косичка
мелькала! А штрафной как положил - будто на тренировке. Второй гол,
помнишь, Славка?
- Да, красавец.
- Нашим на чемпионате Европы круглая баранка светит. А ты говоришь,
обозрение... Ты когда с бабами резвишься, не к одним же голам все сводишь -
один-ноль, два-ноль...
- Бывает и ничья. А бывает и ноль-один. Как повезет.
- Костик, а чем ты голы забиваешь? - засмеялся Гончаров.
- Твоей башкой.
- Мне тут человечек сказал, что на последнем бандитском сходняке
обсуждались два вопроса - кто станет новым мэром и какое место займут наши
да чемпионате Европы. Так что насчет баранки не торопись. Братва в обиду не
даст, либо всех купит, либо застращает. Свистнут у того же Баджио
сынка-дочку, так он в свои ворота красавцев будет лепить, а то и вообще на
чемпионат не приедет.
- Так, тихо. Вон Музыкант со своими. Славка, давай с торца тормози.
Оставайся в тачке, смотри за подъездом. Какой там этаж?
- Третий.
- Из окна не рискну
...Закладка в соц.сетях
