Жанр: Электронное издание
KIVIN13
...ушный мальчик, мама покупает
тебе "Китикэт", в нем столько витаминов, белков, углеводов. Каждое утро ты
съедаешь по миске и просишь добавки, верно?
- Хр-р-р...
- И тогда мама угощает тебя "Диролом", регулируя твой кислотно-щелочной
баланс и оберегая зубки от кариеса. Ох уж этот нам кариес! Любой ветеринар
скажет, какая он бяка. А еще мама целует тебя в попку, видит, что твоя кожа
сухая. Сухая кожа - счастливый малыш. И тебе хорошо, тебе очень хорошо, как
сейчас...
- Хр...
Последний звук был ответом на бесплатную рекламу "памперсов". Женька
осторожно убрала руку с головы храпящего Олега.
- А вот храпеть вовсе не надо. Егорыч проснется и заругает. А потом съест
наш "Сникерс".
Сержант повернулся на бок и действительно перестал храпеть. Женька
аккуратно сняла связку ключей и выудила из кармана торчащий бумажник.
Никакого воровства. Берем свое. То, что осталось в сейфе вместе с ключами
от квартиры, заколкой и пояском от платья.
В бумажнике оказалось не то чтобы очень. Две мятые пятитысячные и несколько
замусоленных сотен. "Лопатник" вернулся на место. Мелькнула мысль забрать
пистолет, но что с ним делать?
Женька влезла обратно в пальто, сняла свои сапожки и, зажав их под мышкой,
тихонько вышла из камеры.
- Гуд-бай, Олежек. Не давай перхоти ни малейшего шанса.
Сначала обернулась. В предбаннике никого не било. Егорыч держал пост в
комнате отдыха. Где наверняка есть матрас и подушка.
Первая дверь открылась легко. Будучи оборудованной откидной щеколдой, она
не имела замка. Со второй возникли проблемы. Замок один - ключей с десяток.
Терпение и труд все отопрут.
Фу, сделан первый оборот, второй. Все. Какая она скрипучая. Тихо,
родненькая. По-жа-луй-ста...
Бдительной охраны снаружи не наблюдалось. За углом - вход в РУВД.
"Внимание, всем постам. Ввести план "Перехват", приметы угнанной машины,
государственный номер..."
Рация сухо трещала, нарушая ночную тишину. Понятно. Туда нельзя - там
"перехватчик". Может перехватить. Сзади колючие кусты. Газон. За газоном
решетчатый забор и проспект. Туда.
Женька обулась. Мокрые колготки противно обожгли ступни. Забор и кусты - не
преграда. Это баловство. Теперь бежать. Очень быстро. Куда?!
- Что же делать, Олюнь? Ну, придумай. Ты же такая умница, Олюнь.
Они стояли ночью в холле Петровской больницы и шептались. Ольга шла на
поправку и уже самостоятельно передвигалась. Через пару недель обещали
выписать. Ну, не то чтобы: "Раньше двух недель вы нас не покинете! Мы
отвечаем за вас!" Нет. Хотите - идите. Лечитесь сами.
Но пока Ольга действительно нуждалась в квалифицированном уходе и присмотре
врача.
- И ключи у них, представляешь, Олюнь? А твои в квартире. Олечка, что же
делать?
Сержантских пятерок хватило как раз, чтобы добраться до Петровской
больницы. "Ночной тариф, гололед. Меньше четвертного не заряжают". Ага, на
твоем ведре только четвертной и заряжать. Тоже мне, автогигант. Всю дорогу
путал рычаг переключения передач с Женькиной коленкой. Господи, что за
публика, где ж тут клофелина напастись?
Хоть в больнице повезло. На вахте кемарила бабуля, уже знавшая Женьку в
лицо. "По-жа-луй-ста..."
- Тебе надо отсидеться где-нибудь. С месяц хотя бы. Там что-нибудь
придумаем. Тете Шуре я позвоню, Катька побудет у нее. Сама не ходи, могут
ждать. Деньги... У меня есть немного. Здесь, с собой. Тысяч двадцать.
- А жить где? Не в подвале же, как Опарыш?
- Погоди, помнишь Нинку Скворцову? Ну, нашу бывшую? Я виделась с ней
случайно в городе. Поболтали, телефонами обменялись. Нинка замуж выскочила.
За мужика навороченного. Сказала - будут проблемы, звони. У мужика ее дача
где-то в Комарове. Даже с телефоном городским. Они летом там живут, а зимой
- в Питере. Я позвоню, попробую договориться. Там, в сумочке, в блокноте,
телефон. А ты мне завтра сюда перезвони, на вахту. Часа в два. Я буду
сидеть рядом, договорюсь с сестрой. Выкарабкаемся, Куколка.
- Почему все так, Олечка?
- Не ной. Пойдем, я возьму деньги. Боже, послезавтра Катьке на процедуры.
Тетя Шура не знает ничего.
- Я попробую отвести. Заодно Катьку успокою Слушай, ей же белье надо,
теплые вещи. Я ж думала что заберу ее вечером. Ключи-то...
- Придумаю, что-нибудь. Все, иди, Куколка. Сейчас тебя хватятся, примчатся
сюда. Завтра перезвони. Да, погоди.
Ольга сходила в палату и принесла два червонца и шерстяные носки.
- На, надень. Не хватало, чтобы еще ты слегла.
- Спасибо, Олюнь. Пока.
- Пока.
Женька поцеловала подругу и медленно пошла к выходу из больницы.
В ужасно холодный и пустой город. Ну, здравствуй, девочка. Ждем-с.
Глава 8
Музыкант кряхтя собрал последние силы и еще раз выжал свою самодельную
штангу, после чего с грохотом уронил ее на линолеумный пол кабинета. Затем
ногой катнул снаряд в угол и на минуту замер, давая отдых повисшим плетьми
рукам. Перекачиваться нельзя - теряется скорость движений, но и форму
поддерживать надо. На ОМОН надейся, но и сам не плошай. Силу уважают.
Он подошел к вешалке, достал бумажник, открыл и, оценив содержимое,
иронично скривил губы. "Здравствуй, Сереженька. Что, денежек, захотелось?
Извини..."
А денежек бы сейчас в самую пору. Бывшая супружница затеяла раздел
имущества. В судебном порядке. Когда ее адвокат выложил весь список
желаемого барахла, Серега схватился за голову. В список попал даже его
табельный "ствол". Мол, узнали - на "черном" рынке "ПМ" тянет на тысячу
баксов, и это без патронов, поэтому пятьсот - будьте любезны.
Серега принялся звонить экс-супруге:
- Людмила, совесть поимей! Ты ж меня без куска хлеба оставляешь! С чем на
бандитов пойду? С иском твоим фиговым?
И конечно, жилплощадь. Чужую комнату оттяпать - святое. Совместное
хозяйство вели? Вели. Так в чем дело?
На прошлой неделе позвонил приятель - есть отличный вариант. Две
однокомнатные на двухкомнатную. Отдельные. И платить совсем-то... Попробуй,
найди такую цену. Ну что, согласен? Согласен, да вот...
Серега вздохнул. На жратву хватило б. Жалованье платят крайне неаккуратно,
да и жалованье это... Без халтуры не протянешь. В его отделе почти все
халтурили. А куда деваться? Классные опера по ночам караулили
бандитско-барыжные офисы, а днем втихаря отсыпались на стульях, запершись
по кабинетам и Доложив начальству, что уехали на встречу с агентурой.
Музыкант не халтурил, брезгуя этим занятием как таковым. "Днем я их с
дубиной и "пушкой" гоняю, а ночью с поклоном прихожу? Западло..."
- Ну и живи, как дятел. Стучись о березу, пока башку не разобьешь. Идея?
Какая сейчас, в жопу, идея? Идея осталась в фильмах про Шарапова. (Что
можно купить на сто рублей в коммерческом ресторане?) Да нынче нет идеи.
Вся вышла. Вылетела. Нынче есть триумфальное шествие капитализма по
советской власти. А поэтому будет интерес (на сто рублей в коммерческом
ресторане тебя угостят ласковым словом) - будет идея. А за так? Себе
оставьте.
Да, но... Эх, и с премиями завал. "Какие премии? Ваш отдел давно разгонять
пора, не то что премии выписывать. Вот поднимете раскрываемость, будут
премии. А что касается оперуполномоченного Викулова, так у него "строгачок"
висит, биографию подмазывает. Ему тем более про премии и не вспоминать
лучше".
Хм, "строгачок". Было б за что. Нашли крайнего. Эксперт-дурик напутал, а
Викулов крайний. Викулов, между прочим, для дела старался. Договорился с
телевидением одного бандюка показать, чтобы граждане отреагировали и
застучали, где тот прячется. Вряд ли кто б застучал без финансовой
поддержки, но другого выхода на тот момент все равно не было. А так шанс,
хоть и небольшой. Серега негативчик эксперту отнес - отпечатай, мол,
"десять на пятнадцать", а вечерком клерк придет с Ти-Ви, ему фотку отдай.
Нет проблем. Может, проблемы и были, зато мозгов точно не было. Надо
помнить, где какой негативчик лежит. Или записывать. Потому что многие
негативчики приносят. Начальник, к примеру, принес. С празднования Дня
милиции. Где он в сауне с местной администрацией гуляет. Рюмочка в руке,
цепочка на шее, искорки в глазах. Отпечатать! Есть!
Отпечатали. В тот же вечер шеф имел удовольствие видеть себя по
центральному каналу. В цепочке и простынке... И с соответствующим
комментарием. "За совершение ряда тяжких преступлений, организацию
преступной группировки разыскивается... Приметы... Все, кто знает о
местонахождении, убедительная просьба... Конфиденциальность
гарантируется..."
Немая сцена. Начальник смотрел телевизор в кабинете - вместе с товарищами
из главка, приехавшими с дружеской ревизией. Ревизия, даже будучи в легкой
степени опьянения, лицо на экране опознать смогла. Эксперта уволили.
Викулова наградили "строгачом". Серега спрятал бумажник и сел за рабочее
место, прикидывая, где бы стрельнуть недостающую для размена квартиры
сумму. Прикидывалось не очень.
Музыкант повернул к себе брошенный кем-то листок. "Форма написания
ежедневного плана сотрудника уголовного розыска". Ах да, утром шеф
разносил. Сказал, чтобы ознакомились и со следующей недели начинали писать.
"Где быть", "кому позвонить", "что выполнить". Отчет. Резолюция руководства
о результатах. "Если не сделано, то почему". Приказ министра. В армии
пишут, теперь и вы пишите.
Неделю назад всех оперов собрали в РУВД и ознакомили с нововведением. После
ознакомления в актовом зале повисла вакуумная тишина, нарушенная через пару
секунд репликой из двух слов, произнесенной без должного и положенного в
таких ЗДучаях пафоса. На литературный язык ту фразу Можно вольно перевести
как "Совсем сошли с ума". Критика принадлежала Музыканту, за что он тут же
был выдворен с рабочего совещания под восхищенные взгляды оставшихся в
зале. "Как меня перхоть замучила..."
В дверь постучались. Викулов дежурил сегодня по отделу, принимая заявителей.
- Открыто.
Два человека стояли на пороге, испытывая некоторое стеснение.
- Простите, вы Викулов?
- Он самый.
- Нас дежурный послал.
Серега кивнул. Дежурка любит посылать.
- Садитесь, слушаю. Обидели? Визитеры сели на указанные стулья.
- В общем-то да...
Старшему было лет сорок. Одышка указывала на малоподвижный образ жизни и
страсть к никотину, а зеленая шляпа в сочетании с белым плащом - на
провинциальность. Его спутник выглядел моложе и был одет элегантнее.
Серегин наметанный глаз мгновенно отнес обоих к разряду публики, обыгранной
возле метро в "наперстки" или "три карты".
- Мы не местные, - заговорил тем временем старший. - Из Приблудска, это юг
России. Вот документы, пожалуйста.
Два паспорта легли на стол. Музыкант чирканул данные в блокнот и обратился
к старшему:
- Так, Юрий Михайлович, готов выслушать. Давайте.
- Понимаете, молодой человек, наш рассказ вас, возможно, удивит и вызовет
недоверие, но он правдив от "а" до "я". К сожалению, мы сейчас в таком
положении, когда что-либо недоговаривать и скрывать не имеет никакого
смысла. Музыкант кивнул.
- Я работаю на Приблудском мясокомбинате. Главным бухгалтером. Михаил
Иванович, - заявитель указал на молодого человека, - тоже бухгалтер. Только
на областном комбинате. В Приблудске два комбината - городской и областной.
Юрий Михайлович сопровождал повествование обильными вздохами.
- Примерно три месяца назад, конкретно третьего сентября, к Виктору
Борисовичу Купцову, нашему директору, обратился с довольно выгодным
предложением один человек, который представился военным - он действительно
был в майорской форме. Виктор Борисович вызвал меня поприсутствовать при
встрече. Фамилия военного самая обычная - Смирнов. Этот Смирнов предложил
закупить у нас большую партию мясных консервов - якобы он уполномочен
Министерством обороны искать производителей различной мясной продукции и
заниматься закупками.
Я немного удивился подобным полномочиям и попросил предъявить документы,
подтверждающие данный факт. Смирнов объяснил, что при нем документов нет,
они находятся в Санкт-Петербурге, к сожалению, он опаздывал на самолет и
забыл их в офисе. Но в любой момент он может получить их по факсу. У нас,
разумеется, есть факс, и мы назвали Смирнову номер.
- Какой у военного может быть офис? В казарме, что ли?
- Мы тоже удивились. Но он пояснил, что ими официально зарегистрирована
гражданская фирма --для бухгалтерской и налоговой отчетности. Тут
действительно есть кое-какие преимущества. Фирма называется "Рикошет".
Смирнов назвал хорошую цену и быстрые сроки оплаты. Вкратце условия таковы
- мы доставляем на собственном транспорте консервы в Санкт-Петербург,
сгружаем на склад, и в течение пяти дней фирма "Рикошет" осуществляет
оплату. То есть переводит деньги на наш расчетный счет.
Музыкант сощурил глаз:
- Я слышал, что обычно сначала дают аванс. Или, как ее, предоплату.
- Я сейчас постараюсь объяснить. Все верно. Предоплата - вещь непременная.
Но я прошу вас дослушать.
- Хорошо, продолжайте.
- На тот период времени комбинат, к сожалению, находился на грани
остановки. Это было вызвано рядом причин, в основном чисто экономических.
Мы не могли реализовать большую часть продукции по нормальным ценам, а
отдавать за бесценок, как вы понимаете, великого смысла нет. Отсюда и
другие проблемы - задержка зарплаты, долги... В общем, дела обстояли далеко
не блестяще. И поэтому появление Смирнова было просто подарком судьбы.
Мы дали ему номер факса и на другой день получили из Санкт-Петербурга то
самое поручительство. Оно у меня с собой, вот. "Министерство обороны в лице
майора Смирнова С.П. уполномочивает фирму "Рикошет" осуществлять закупки
продуктов питания для нужд частей российской армии, ведущей боевые действия
на территории Чечни. Генерал-полковник Суворов".
- Редкостная лажа, - прокомментировал Музыкант.
Главбух пожал плечами:
- И тем не менее. Купцов дал команду заключать договор. Что и было сделано.
Также по факсу.
Юрий Михайлович достал из "дипломата" второй документ.
- Это наш экземпляр. По форме здесь все правильно. Реквизиты фирмы
"Рикошет", подписи директора и главбуха, юридический адрес. Печати, я
думаю, подлинные. И то, что договор отправлен по факсу, также устраивало
нас. Факс ведь всегда можно просчитать. К тому же, созвонившись с
областниками, мы узнали, что они тоже заключили подобный договор с фирмой
"Рикошет".
В середине сентября фуры с консервами отправились в Санкт-Петербург. С
нашего комбината и с областного.
По прибытии в Питер товар был выгружен на складе, арендуемом фирмой
"Рикошет". Оплата горюче-смазочных материалов, согласно договору, также
производилась по безналу. Весь товар переправили в три ходки.
- Понятно. - Музыкант в очередной раз ухмыльнулся. - Дальше можете не
продолжать. Никаких денег на счета ваших комбинатов не поступило.
- Мы отправили несколько факсов в "Рикошет". Затем попытались связаться
непосредственно со складом и Министерством обороны. Наконец приехали сюда
сами. Сейчас в городе, кроме нас, находятся замы директоров и кое-кто из
администрации. Для начала навестили офис "Рикошета", но увы, указанного в
договоре адреса в Санкт-Петербурге не существует. Приехав на склад,
обнаружили закрытый подвал жилого дома. Поговорив с жильцами, выяснили, что
действительно некоторое время назад подвал использовался как складские
помещения, но после поступления в райадминистрацию, мэрию и прессу большого
количества жалоб от проживающих в доме склад был ликвидирован. Вот примерно
и вся история. Комбинаты находятся в крайне тяжелом положении, и мы очень
рассчитываем на вашу помощь.
- Вы забыли главное, - сморщил нос Музыкант. - На сколько вас кинули?
Теперь вздохнули оба бухгалтера. Дуэтом.
- Сумма ущерба свыше десяти миллиардов...
- Тьфу, ерунда какая. Просто мелочевка. В нормальном кабаке и то не
посидеть.
- Я предупреждал, что наш рассказ вызовет у вас ряд сомнений, но я уверяю,
что все это правда.
- Да не сомневаюсь я ни в чем. По сравнению с создателями денежных пирамид
и акций-облигаций ваш "Рикошет" просто невинный шалун. Нормальное кидалово.
Ударим "Сникерсом" по кариесу. И ваша точка зрения мне где-то понятна.
Денежки не личные, зачем лишний раз что-то там перепроверять. У вас в
Приблудске таких плакатиков не выпускают? - Викулов указал на плакат "Как
не стать жертвой преступления". - Наверняка не выпускают. А зря. Смотрите,
что тут написано.
Вот: "Постоянно имейте при себе свисток и пару сменной спортивной обуви без
каблуков. Спасаться в такой обуви в случае нападения на вас насильника
будет гораздо удобнее". О, извините, не туда глянул, хотя тоже классная
рекомендация.
Ага, нашел. "Не стесняйтесь проверять документы у малознакомых деловых
партнеров. Это оградит вас от мошенников". Во, как раз по теме! Вы что,
такие стеснительные? Но сомнения вызывает у меня не ваша стеснительность и
не ловкость этих ребят из "Рикошета". Сомнение вызывает одна трогательная
деталь. Махинация проходит без сучка без задоринки. Никаких преград! Этак
завтра любой нарядится в военную или ментовскую форму и пойдет сшибать
яблочки ценой в десять миллиардов! Здрасьте, я майор Фикусов, хочу купить
ваши пылесосы! Да пожалуйста! И вы знаете лучше меня, почему все прошло как
по маслу. И вы вовсе не такие лохи. Комбинация всегда удается, если в ней
заинтересованы обе стороны.
- Молодой человек, мы пришли к вам за помощью, а не за разъяснением
собственных ошибок. Мы их и так уяснили и вполне согласны, что оплошали. Но
уверяем - никто из администрации не был в сговоре с этим "Рикошетом".
Можете принимать наши слова на веру, можете не принимать - воля ваша, но в
настоящую секунду мы отвечаем за них.
- Ладно, по большому счету мне все равно. - Музыкант решил не спорить об
очевидных вещах. - Вопрос другого плана - почему вы пришли именно сюда? В
Питере восемьдесят с лишним отделов милиции. И к тому же логичнее было
обратиться в ОБЭП.
- Мы заявили в ОБЭП, но там объяснили, что здесь налицо мошенничество, а
такими делами занимается уголовный розыск. А почему сюда? Беспросветная
улица, девять - ваша территория?
- Наша.
- Там как раз и находился тот самый склад. Музыкант вспомнил. Это была его
земля. Действительно, в подвале одно время имелись складские помещения. Он
знал и хозяина подвала, разок выезжал туда на кражу куртки из его кабинета.
- Хорошо. Теперь определимся, что вас устраивает больше. Возврат денег или
наказание этих красноармейцев. Имеется в виду законное наказание, конечно.
В рамках УК.
- Ну, желательно и то и другое.
- Я почему сразу уточняю. Если через неделю они будут сидеть здесь, готовые
вернуть вашу тушенку при условии их освобождения, вы не измените свои
показания? К сожалению, сейчас это повсеместное явление, поэтому давайте
сразу решать. Ну?
Визитеры переглянулись. Юрий Михайлович, выдержав мучительную паузу, взял
ответственность на себя.
- Конечно... В таком случае лучше бы товаром. Что толку от их зоновских
заработков?
- Правильно, - поддержал Музыкант. - Толку - ноль. Сколько вы собираетесь
находиться в Питере?
- Две недели. Если надо, задержимся еще.
- Сделаем так. Вы оставляете все бумаги и свои координаты. Заявление пока
писать не будем - нет смысла, вам ведь нужен товар. Если за две недели я
ничего не выясню - напишете. Вот мой телефон. На всякий случай.
Музыкант сунулся в стол, но чистых листочков не оказалось. Не беда. Кусочек
оторванных от стены обоев заменил визитку. Нищета.
Серега не только сразу видел перспективу тех или иных заявлений, но и не
забывал о проценте раскрываемости. Лишнего глухаря забивать абсолютно ни к
чему, да и писаниной заниматься не хотелось.
Он протянул номер телефона, записанный на обоях, и спрятал в стол папку с
документами.
- Мы остановились в "Неве". Вот телефон номера. И еще, молодой человек...
Мы очень на вас рассчитываем. Любая хорошо выполненная работа должна хорошо
оплачиваться. Это закон жанра, если можно так выразиться.
Музыкант не бросился на шею к Юрию Михайловичу с радостным, счастливым
криком, поскольку весьма скептически относился к подобным обещаниям -
человек щедр, когда тонет. Он перевернул страничку своего блокнота и
щелкнул ручкой.
- Теперь как можно подробнее. Приметы Смирнова, различные детали, тонкости.
Понимаете меня?
- Конечно.
Через полчаса товарищи из Приблудска покинули кабинет, еще раз напомнив про
будущую безграничную благодарность в пределах разумного.
Серега минут пять полистал факсы-договоры и кинул их обратно в стол. Эта
тушенка нужна им, как беременность - проститутке. Они наверняка свое уже
получили. Ишь, молодцы, увидели бумажку с гербовой печатью и словом "Чечня"
и прямо в транс впали. Ну как же! Не будут же люди наживаться на святом!
Для Российской Армии ничего не жалко...
Хотя лохов, конечно, хватает. Такие дурни попадаются... Мораль - не верь
ушам своим.
Музыкант достал полученную утром телефонограмму из больницы. "Доставлен гр.
Неприторонный Алексей Харитонович, частный охранник. Во время прогулки по
стройке упала на голову малярная люлька. Диагноз - перелом пальца.
Состояние удовлетворительное".
Викулов улыбнулся. Люлька-то цела? Не верь глазам своим...
Звонок из дежурки оповестил о новой трагедии:
- Серега, быстренько на заявочку. Только что позвонили в двадцать пятый
ясли-сад и сообщили, что он заминирован. Надо обеспечить эвакуацию. Саперы
уже выехали.
- Кто позвонил-то?
- Детский голос, лет пяти. Не выговаривает "р" и "з".
Серега положил трубку. Не верь мозгам своим...
- Чего, чего? Ты не знаешь, где она? - Гончаров вытянул шею. - Прелесть-то
какая! А кто к тебе вчерашней ночью приходил? Святой Афиноген? Или дежурная
страдает галлюцинациями? Ты чего, подруга? Очнись!
Ольга отвернулась в сторону выхода из отделения. Они сидели в коридоре на
потертом диване и своим странным поведением наверняка привлекали внимание
всех больных и посетителей. Хорош кавалер - вместо того чтоб обнимать и
целовать милую, готов наброситься на нее и растерзать. Гончаров и вправду
понемногу выходил из себя, наткнувшись на невероятное упорство девицы. Тоже
мне Жанна Д'Арк сопливая.
- Да, она была у меня, - ответила Ольга, понимая, что скрывать очевидные
вещи не имеет смысла. - Но где она, я понятия не имею. Мы не настолько
близкие подруги.
- И зачем же она заявилась сюда в три ночи? О самочувствии справиться?
- Она приехала занять денег.
- Ночью? Не дождавшись первого трамвая и не найдя более удобного кредитора?
- Она сказала, что надо срочно вернуть какой-то долг. До утра.
- И конечно, ничего не рассказывала. Ни про милицию, ни про убийство?
- Какое убийство?
- Понятно. Знаешь что, девочка? В самодеятельность тебя не запишут.
Фальшивишь очень. Крайне жалею, что не могу увезти тебя с собой. Ну да
ладно поправляйся. Здоровье тебе еще понадобится. И тебе, и твоей подружке.
В лагере хилые не выживают. И еще учти - никуда вы с ней не денетесь. Рано
или поздно выловим. Только тогда и разговор другой будет. Без слабины. И
без фальши. Ясно? Последний раз спрашиваю - где она?!
- Не знаю.
- Тогда надеюсь, ты скоро поправишься. Благодаря мне и детскому панадолу.
Паша поднялся с дивана. На секунду замешкался.
- О дочке подумай. С собой, на зону, ее не возьмешь.
Ольга вздрогнула.
- При чем здесь дочка?
- Детям нужны родители. С кем она, кстати?
- Какое ваше дело?
- Слушай, - Гончаров немного растерялся, - не подумай, что я тебя прикупить
хочу подешевле... Может, навестить ее? Поверь, я искренне... Она ведь
болеет.
- У вас своих дел нет?
- Да не понтуй ты... Есть у меня дела, есть. Ольга подняла глаза. Гончаров
без прежней злобы смотрел на нее.
- Она у соседки, - тихо произнесла она. - Если можете, принесите
какие-нибудь теплые вещи. Вы говорили, что ключи от квартиры у вас. Вещи в
шкафу.
- Хорошо. Еще что-нибудь?
- Не надо. Я скоро вернусь. Подождите... Еще. Скажите, Куколка
действительно может сесть?
- Куколка?
- Ну, Женька...
- Запросто. Это тоже не понты. Так что думай.
Паша, хлопая по карманам в поисках номерка направился к выходу.
Ольга плакала.
Музыкант дернул за ручку. Примерзшие льдинки покатились к ногам.
- Мамаша, склад давно на замке?
- С месяц, наверное. И слава Богу, что прикрыли. Устроили тут помойку и
приют крысиный.
- Это вы зря. Без складов нынче никуда.
- В исполкоме свои ящики не хранят, а в жилом доме - нате.
Серега поднялся по ступенькам на тротуар, достал свою записную книжку.
- Погоди, мамаша. Я из милиции. На, держи мандат. Позвонить можно? Вы ж из
этого дома?
Женщина вернула Викулову удостоверение и кивнула:
- Пойдемте.
В квартире старушка указала на телефон. Серега кивком поблагодарил. Набрал
номер.
- Алло, Виктора Ивановича можно?
Женский голос низких тонов настороженно спросил:
- А кто его спрашивает?
- А из милиции. Викулов моя фамилия. Виктор Иванович полгода назад
обращался ко мне по поводу кражи куртки. Он, наверное, рассказывал?
- Ах да, да. Что вы хотели?
- Как что? С ним поговорить!
- Это невозможно. Виктор Иванович убит месяц назад.
Телефонная трубка чуть не выскользнула у Музыканта из ладони.
- Как убит?
- Его ограбили в подъезде. Ударили по голове сзади. Вывернули карманы, а
самого столкнули в подвал И забрали-то всего - часы да бумажник...
- Глухарь?
- Не поняла.
- Убийц нашли?
- Нет, не нашли.
- А вы кто ему будете?
- Жена.
- Я отвлеку вас ненадолго. Вы не спешите?
Я давно никуда не спешу.
Музыкант немного помолчал, прикидывая тактику телефонного допроса.
- Вы были в курсе дел супруга?
- Частично.
- Он не опасался покушений? Если более конкретно, покушений в связи со
своим складским бизнесом?
- Нет. Витя же закрыл предприятие. Оно было абсолютно нерентабельно,
фактически не работало. Да и жильцы жалобами замучили.
- Он не упоминал про консервы из Приблудска? Большая партия.
Нет, таких подробностей я не знаю.
Серега жестом уговорил хозяйку не прогонять его из квартиры еще пару минут.
- А фирма "Рикошет" - про такую не слышали?
- Да, знакомая фирма. Они арендовали у Вити склад. Целый месяц. Мы с Витей
на Канары ездили, потом к его родителям во Псков. Бархатный сезон.
- То есть он оставил склад в ведении этого "Рикошета"? Отдав и ключи и
документацию
...Закладка в соц.сетях
