Жанр: Электронное издание
Kaldar12
... в федеральный розыск Вероника.
- Копытина, - подсказала ей присоединившаяся к нам Юля.
- Да, Вероника Копытина, - послушно повторила за ней Мариша. - Нет, это фамилия
ее мужа.
Трубка что-то буркнула.
- Обещаю, что завтра я никаких преступников выслеживать не буду, - сказала в ответ
Мариша. - Хорошо, не просто обещаю. Я клянусь. Клянусь всем самым для меня святым. Не
буду. Сколько было номеров в записной книжке? Какой записной книжке?
Ладно, не злись. Хорошо, признаю, была записная книжка. Там было всего три номера. Ты
же сам их сегодня обходил.
Трубка снова что-то пробурчала.
- Мы вообще завтра собирались поехать на природу, - сказала в ответ Мариша. - Надо
воспользоваться последними жаркими денечками. Ты с нами не можешь?
Вася в ответ только простонал.
- Жаль, но я буду про тебя постоянно помнить, - прощебетала Мариша. - Ты больше
на меня не сердишься?
Разумеется, бедный Вася не сердился. Он еще не представлял, как опасно верить
обещаниям Мариши.
Она любое свое обещание умудрялась истолковать так, что выходило, будто бы она
обещала прямо противоположное. Вот и сейчас представила нашу завтрашнюю поездку в
имение Ипатьевых как загородную прогулку.
А между тем в имении Ипатьевых нас вполне мог поджидать наш кровожадный
конкурент, который уже устранил со своего пути одну соискательницу сокровища. А ведь не
зря говорят: аппетит приходит во время еды. Но ничего такого Вася не предполагал, поэтому
распрощался с Маришей относительно успокоенный. Думая, что хотя бы завтра предмету его
страсти если и грозит какая-нибудь опасность, то разве что слегка обгореть на солнце.
- Слава богу, - сказал Вася самому себе, повесив трубку.
Но телефон сразу же зазвонил вновь. Вася снял трубку.
- С кем ты болтаешь? - раздался голос Димы. - Со своей подругой, выкрадывающей
из-под носа следствия улики? Полчаса до тебя дозвониться не могу. Есть новости. Слушай
внимательно. Нам с тобой сказочно повезло. Компания мобильной связи "Северо-Запад"
регистрирует не только звонки с мобильных номеров их клиентов, но также их компьютер
регистрирует номера тех телефонов, с которых звонили на мобильные телефоны клиентов
компании.
- И что?
- А то, что нашей Людмиле, или кем бы она там ни была, звонил некто. Номер абонента
у меня есть.
Не беспокойся, пока ты трепался со своей милой, я узнал адрес и имя абонента. Это Лидия
Викторовна Горлина.
- Фамилия красивая, - одобрил Вася. - Так что прямо сейчас и едем?
- Конечно, чего ждать? - удивился Дима. - До утра она может и не дожить.
Гражданка Горлина жила в высотном шестнадцатиэтажном доме на последнем этаже. Оба
лифта в доме не работали. Опера пошли по черной лестнице.
Электричества в доме не было, фонарика они с собой не захватили. Навстречу им
попадались какие-то тени, которые испуганно шарахались в сторону от двух крепких парней и
замирали у стенок.
Наконец, когда менты оказались на пятнадцатом этаже, вспыхнул свет. Последние два
пролета они одолели бегом, уже не отыскивая ступени у себя под ногами на ощупь. Едва
оказавшись перед железной дверью, обитой тонированным деревом, что еще недавно считалось
признаком благополучия, Вася нажал на звонок. Затем он сунул руку под куртку, где у него в
кобуре лежал пистолет.
- Ты чего? - прошептал Дима. - Сдурел? Зачем гражданку пугать? Еще решит, что мы
бандиты.
- А вдруг там преступник? - тоже шепотом ответил Вася. - Звонили-то убитой из этой
квартиры.
Рисковать не стоит.
Дима пожал плечами, и тут из-за двери раздался молодой женский голос.
- Кто там?
- Милиция, - быстро ответил Дима, показывая в глазок свое удостоверение.
За дверью послышался приглушенный звук, там то ли всхлипнули, то ли простонали.
Затем дверь открылась.
- Проходите, - сказала молодая женщина.
Красавицей ее назвать было трудно. Собственно говоря, она являлась классическим
образцом ученого червя и старой девы сразу, какими их обычно представляют в комедийных
фильмах. Очки с мощными стеклами, не позволяющими видеть глаза хозяйки, затянутые в
бесцветный хвостик реденькие волосики, маленький носик, рот с тонкими губами, не
знающими помады. И фигура у хозяйки явно не удалась.
Рост вроде бы и ничего, но какая-то вся сутулая, а руки вообще привели ценителя
женской красоты Диму в ужас. Ногти короткие и обкусанные, руки с потрескавшейся кожей и
содранными заусенцами. А ведь лет ей было около сорока или даже чуть меньше.
- У вас ко мне какое-то дело? - спросила некрасивая женщина.
- Для начала давайте познакомимся, - предложил Вася. - Мы сотрудники уголовного
розыска.
В данный момент расследуем дело об убийстве молодой женщины. И в связи с этим
разыскиваем опасного преступника.
- А при чем тут я?
- Вы хозяйка этой квартиры?
- Да.
- Представьтесь, пожалуйста.
- Лидия Горлина. Но в чем, собственно, дело?
- Дело в том, что последний звонок убитой женщине был сделан с вашего телефона, -
объяснил ей Дима.
- Этого не может быть, - кинув опасливый взгляд на свой телефон, сказала Лидия.
- Позвольте проверить? - попросил у нее Вася и, не дожидаясь позволения хозяйки,
подошел к телефону.
Как он заметил издалека, это был дорогой японский аппарат, позволяющий держать в
памяти по меньшей мере с полсотни последних звонков. Но, к разочарованию Васи, все они
были стерты из памяти.
- Очень предусмотрительно, - заметил Вася. - Стерли, значит, звоночек?
- Не понимаю, о чем вы? - с легким злорадством в голосе спросила женщина. -
Электричество в доме все время отключается, а телефон, вы сами можете убедиться, работает
от электрической розетки. Когда телефон отключается, пропадает вся информация, записанная
на нем. Мне каждый раз приходится заново наговаривать сообщение на автоответчик. И
устанавливать будильник и часы на нужное время.
- Компьютер не ошибается, - сказал Вася. - Звонок был сделан именно с вашего
телефона. Подумайте хорошенько, кто из ваших знакомых или просто случайных людей мог
воспользоваться вашим телефоном и сделать тот звонок?
- Никто, - твердо сказала женщина.
- Тогда на мобильник звонили вы сами, - сказал Вася.
- На чей мобильник? - спросила Лидия.
- Вот этой женщины, - доставая из кармана фотографию, сделанную экспертами, сказал
Дима. - Она тут не очень хороша, но сами понимаете, смерть не красит. Это Людмила
Сироткина. Вы знали эту женщину?
- Впервые вижу, - с трудом выдавила из себя Лидия, не в силах оторвать взгляда от
фотографии.
- Очень жаль, - сказал Дима. - Жаль, что вы, гражданка Горлина, так неоткровенны с
нами. Поймите, круг знакомых убитой женщины был крайне узок. Скорее всего звонивший ей
на мобильник и есть убийца. А если вы его знаете и не хотите выдать нам, то опасность грозит
и вам самой.
- Я ничего не знаю, - повторила Лидия. - И вот что, молодые люди, я вас как
специалист-компьютерщик с более чем двадцатилетним стажем могу клятвенно заверить, что
машины ошибаются. И делают это гораздо чаще, чем принято считать среди простых
обывателей. Так что вы напрасно со мной теряете время. Лучше попросите того оператора,
который выдал вам эту информацию, проверить свою машину на наличие в ней вируса. А
теперь, если у вас больше нет ко мне вопросов, давайте попрощаемся.
У меня завтра важная конференция, и мне нужно еще подготовить свой доклад.
И она проводила ментов до двери. Лишь дверь за ними с грохотом захлопнулась, как Дима
приник к ней ухом.
- Звонит кому-то, - сказал он, немного погодя. - Слов не разобрать. Ты вот что, Вася,
давай пережди несколько минут, а потом походи среди соседей в этом конце коридора.
Поспрашивай, кто к этой дамочке приходит. А я пойду в тот отсек. Жаль, дом высотный,
квартир много. Соседи друг друга могут и не знать. Но попытка не пытка. А потом я спущусь
вниз, с собачниками побеседую.
Выждав с четверть часа и убедившись, что Лидия никуда из квартиры не собирается,
парни тронулись в обход соседей. К сожалению, из-за позднего времени открывали, а тем более
разговаривали с ними крайне неохотно. Видя, что доверительной беседы не получается, менты
решили приехать сюда на следующий день с самого утра. Чтобы успеть застать пенсионеров до
того, как они отправятся за покупками.
Мы выехали в путь в имение Ипатьевых на рассвете. Было сыро и как-то неуютно.
Вставать чуть свет вообще не числится в списке моих любимых привычек. Как я сильно
подозревала, Мариша с Юлей тоже не были "жаворонками". Наша бы воля, мы бы выехали не
раньше полудня. Но неугомонные братья разбудили нас в шесть утра. Поглядев на часы,
Мариша схватилась за голову.
- Проспали! - завопила она. - Весь день проспали. Уже шесть. Ехать в имение поздно.
Как мы умудрились проспать целый день?
- Успокойся, - буркнула я. - Сейчас шесть утра.
- Утра-а? - вытаращила глаза Мариша. - Просто не верится. Я в такую рань сто лет не
вставала.
- Давайте, девочки, поднимайтесь. Завтрак на столе, - сказал Саша. - Умывайтесь и в
путь.
Мы одна за другой поплелись в ванную. Там наспех поплескав холодной водой (горячая
была, как это неизменно случается летом, отключена за ненадобностью) и почистив зубы, мы
явились к завтраку.
Нас ждал роскошный стол. Тут был пышный омлет с гренками, золотисто-розовая
поджаренная ветчина, свежеотжатый томатный сок, горячие булочки и ароматная розовая дыня
на десерт.
- Потрясающе! - выдохнула Юля. - Во сколько же вы встали, чтобы успеть
приготовить эти чудеса?
И не дожидаясь ответа, мы накинулись на еду. Вообще-то обычно я по утрам выпиваю
чашку кофе с молоком и считаю, что сытно позавтракала. Но сегодня я наелась до отвала. Мои
подруги тоже. После того как мы умяли половину огромной казахской дыни, мы ощутили
невиданный прилив сил. Вот только оторваться от стула оказалось трудновато. Но мы
справились с этой задачей и, переваливаясь с боку на бок, спустились по лестнице вниз.
Последней из дома выскочила Мариша, прижимая к груди Иннины ботинки.
- А это еще зачем? - поинтересовалась я. - Сомневаюсь, что нам сегодня повезет
настолько, что мы с первого раза обнаружим место тайника.
- Еще хорошо, если вообще само имение найдем, - поддержала меня Юля. - Сколько
езжу по области, всякий раз удивляюсь, почему нельзя издать полный атлас дорог? Почему до
любого места нужно добираться с помощью интуиции и местного населения?
Юля оказалась права. Не успели мы свернуть с трассы и проехать пару километров по
проселочной дороге, как выяснилось, что на развилке как минимум три дороги. Из которых
только одна была обозначена в атласе и вела в нужном нам направлении.
- Они плодятся быстрей, чем топографы успевают их заносить на карты, -
предположила Мариша.
- Похоже на то, - согласилась Юля. - Ладно, что будем делать?
- Кинем жребий, - предложила я. - Другого выхода не вижу.
- Нет, постойте, - подал голос Саша. - Смотрите, одна дорога старая, а две другие
поновее. Должно быть, нам нужна старая. Ведь имению уже вторая сотня лет пошла.
Мы поражение посмотрели на него. Надо же, такая простая мысль, а нам в голову она
почему-то не пришла. Мы поехали по старой дороге, которая оказалась чудовищно разбитой.
Заплутали мы всего пару раз. Первый, когда дорога неожиданно прервалась без всяких причин
небольшим полем, засаженным поздней капустой.
А во второй раз, когда нам встретилась речушка, мост через которую был сломан. Точнее,
не сломан, а просто здорово обветшал. Для пешеходов он еще кое-как подходил, но выдержать
на себе одновременно вес машины и пятерых пассажиров ему было явно не по силам.
Пришлось искать брод, который мы обнаружили чуть ниже по течению.
Но дальше все шло без заминок. По мере приближения к цели дорога все ухудшалась.
Вскоре мы уже не могли разговаривать из-за боязни откусить себе язык во время очередного
скачка на ухабе или падения в рытвину. И вот наконец березовый лес расступился, и нашему
взору предстала бывшая вотчина рода Ипатьевых.
Где-то здесь, в его недрах, лежали многомиллионные сокровища древних египтян, но само
имение от этого внешне нисколько не выигрывало. Сказать, что выглядело оно удручающе,
значит вообще ничего не сказать. Оно просто-напросто разваливалось на куски. Хотя в нем
кто-то жил. Повсюду слышались голоса и детский смех. Мы оставили машину у ворот.
И подошли к ним поближе. На воротах была внушительная металлическая доска,
покрытая слоем ржавчины.
- Детский дом номер пять, - с трудом разобрала надпись Мариша. - Войдем?
- Конечно, недаром же тащились в такую даль, - сказала я.
Мы толкнули скрипучие деревянные ворота. Ну ясно, старинные чугунные с литьем,
которые тут наверняка были во времена Ипатьева, какой-нибудь чиновник уже давно определил
себе на дачу. А сироткам хватит и деревянных. Все равно у них красть нечего. Мы прошли по
вытоптанной дорожке, посыпанной желтым песочком, к строениям, скрытым за зеленью
деревьев.
Кругом было очень чисто и даже приветливо.
Вдоль дороги тянулись красиво обрамленные камнями цветочные клумбы различной
формы. Судя по всему, за цветами тут старательно ухаживали. Невдалеке была насыпана груда
песка, на которой весело играли ребята лет шести-семи. Там же были качели, горка и различные
сооружения для лазания по ним.
На них тоже играли дети.
Одеты они все были в довольно поношенную одежонку, но на азарте, с которым они
гонялись друг за другом, это не сказывалось.
- Вы к кому? - послышался позади нас мальчишечий голос.
Мы обернулись и увидели огненно-рыжего паренька лет десяти, рожица которого была
так густо обсыпана веснушками, что кожи вообще не было видно.
- Вы спонсоры? - спросил он.
- Почему спонсоры? - растерялась Юля.
- Тачка у вас классная, - пояснил ей мальчик. - Или вы хотите усыновить кого-нибудь
из детей?
- Вообще-то у нас дело к вашему директору, - сказала Мариша.
- Она в городе, - сказал паренек. - А что вам нужно? Я тут все знаю, могу показать.
- Точно все? - спросил Саша.
- Точно, мы сюда уже три года как переехали. Тут классно, только зимой жуткий холод.
Мы все время болели. Дом старый, еще с царских времен остался.
Богатей какой-то жил. Тут музей потом был. Но он тоже нашел себе местечко получше. А
тут то крыша протекает, то еще чего. Котлы и трубы ржавые, все время то лопаются, то
рушатся. Как тут произведения искусства хранить? У нас весной второй этаж девчоночьего
корпуса вниз провалился. Хорошо, никого в это время там не было. Все на поле были, картошку
сажали. Теперь девчонки с нами живут. Класс!
Мы их по ночам с ребятами пугаем. Они страшно весело пугаются.
- Тебя как зовут? - спросила я у него.
- Женя.
- А ты не знаешь. Женя, где тут могут быть колонны? - спросила у него Юля.
- Знаю, - ничуть не удивился паренек. - Вам какие нужны?
- А что, они тут повсюду?
- Повсюду, не повсюду, а в столовой есть несколько штук. То есть у нас там столовая, а
что раньше было, не знаю. Думаю, что зала для танцев. Там еще балкон наверху такой есть, для
музыкантов. Я в кино видел. Так вот, этот балкон колонны поддерживают. А еще беседка чуть
подальше есть. В ней тоже колонны. В беседке мы летом рисуем, а зимой катаемся возле нее с
горки. Она на горе стоит, если в ней сидеть, то красиво очень. И это все. Больше я колонн не
знаю.
- Ну, показывай, - распорядилась Мариша.
И мы все потопали следом за Женей в огромную столовую. Пахло тут очень славно щами
и кашей. Но сразу же стало ясно, что колонны не те.
- Пошли в беседку, - скомандовала Юля.
Беседка и в самом деле стояла на возвышенности, и вид из нее открывался потрясающий
на извивающуюся серебристую реку, текущую по песчаному ложу. А дальше - на покрытую
лесом холмистую местность.
- Красиво! - сказал Миша.
Но нам некогда было особенно любоваться видом.
Достав копию картины актрисы Ланской в своих браслетах, мы пристально изучали ее.
Нет, колонны были все равно не те. На картине они поднимались ровными удлиненными
цилиндрами, а тут были слегка выпуклыми.
- А кто это? - спросил Женя, который незаметно для нас пролез вперед и теперь вместе
с нами рассматривал картину. - Красивая. Это кто? Царица?
- Нет, бывшая хозяйка этого имения, - сказала Мариша.
- А я знаю, где это место, - ткнул мальчик пальцем в постамент, на который опиралась
Ланская.
- Знаешь? - удивились мы. - А что, разве оно существует на самом деле? Мы думали,
что это всего лишь картина, образ.
- Нет, сейчас уже не существует, - сказал Женя. - Музей его с собой забрал. Я имею в
виду постамент, то есть колонну. А вот место сохранилось. Чего же вы сразу не сказали, что
вам нужно? Я бы сразу вас туда отвел, как того мужчину.
- Мужчину? - встрепенулись мы. - Какого мужчину?
- Обыкновенного. Тоже вчера приезжал к нам.
Только он сразу по-нормальному попросил показать это место. А колоннами мне мозги не
пудрил. И денег дал.
И Женя хитро посмотрел на нас.
- Вот возьми, - достала из кармана Юля несколько бумажек. - Купи себе чего-нибудь.
- И приятелям, - сказала я, доставая из кармана все, что там было. - Чтобы без обид.
Значительно подобревший, Женя отвел нас в глубь сада. Там среди кустов малины,
крыжовника и смородины, любовно ухоженных и подрезанных, оставалась пустая поляна,
вымощенная ровными круглыми камнями, между которых проросла трава.
В центре поляны был поросший зеленью пятачок.
- Вот тут он и стоял, - сказал Женя, показывая на этот клочок земли.
- А почему тут трава?
- Так они же когда музей перевозили, то колонну из земли выкопали и с собой увезли, -
пояснил нам Женя. - Сказали, что он им нужен для представления экспозиции: "Помещичий и
чего-то там конца девятнадцатого столетия". Этот мужчина, который вчера тут перед вами был,
тоже в музей поехал. Что, ценная вещь, эта колонна? По виду так и не скажешь. Просто белая
колонна, а по ней змеи ползают.
Гадость!
- Ты даже себе не представляешь, сколько она может стоить, - сказала я.
- Недаром эти, из музея, не захотели нам ее оставить, - пробормотал Женя.
- А как выглядел тот мужчина, который вчера сюда приезжал? - спросил Саша.
- Обыкновенно, здоровый такой дядька. Высоченный и упитанный. Не молодой, но и не
старый.
Так, средний.
- А особые приметы? Рот или глаза?
- Борода у него была, - сказал Женя. - Светлая.
Одет в джинсы и линялую рубашку. А тачка у него "Жигули". Светлая такая. Бежевая, что
ли. Номер у него грязью залеплен был.
- Все?
- Все, - кивнул Женя.
- А где музей? - спросила у него Мариша.
- Вот уж этого не знаю, - сказал Женя. - Куда-то в город переехали. Но куда точно, не
знаю. Я спрашивал, но забыл. Может быть, наша директриса знает. Пошли, я вас к ней отведу.
Она уже, должно быть, вернулась. Обедать скоро пора.
Директриса и в самом деле вернулась. Приятной наружности женщина лет сорока, с
усталым и немного сердитым лицом. Но, впрочем, сразу же выяснилось, что сердится она по
делу.
- Проклятые чиновники! - поздоровавшись с нами, объяснила нам Надежда
Александровна причину своего плохого настроения. - Я им говорю: скоро зима, а мы к ней
совершенно не готовы. Давайте или нормальное помещение, или средства на восстановление
этого. А они только руками разводят.
Сами крутитесь, а в бюджете на ваши трубы и крышу денег не предусмотрено. Скажите
спасибо, выделили вам для проживания памятник архитектуры середины девятнадцатого века.
Макаренко тоже свои колонии в таких же особняках обустраивал и, ничего, справлялся. А вы
чем-то все недовольны. А ну их!
И Надежда Александровна раздраженно махнула рукой.
- Скажите, а как вы добираетесь к себе из города? - спросила у нее Юля. - Мы еле
доехали. Дорога совсем разбита. Мост разрушен, мы вброд перебирались.
- Так это вы по старой дороге поехали! - рассмеялась директриса. - А есть новая, лет
двадцать ей всего. Она вполне приличная. Даже в распутицу по ней проехать без проблем
можно.
- Вот тебе и старая дорога! - прошипела Юля, поглядывая на Сашу. - Тоже мне
логическое мышление.
- Пойдемте, поедите с нами, а потом расскажете, что у вас за дело ко мне, - сказала
Надежда Александровна. - У нас небогато, но гостям мы всегда рады.
Отказываться было неудобно. Директриса привела нас в столовую и усадила за угловой
столик. Там уже стояла кастрюля с дымящимся борщом.
- Кушайте! - пригласила нас хозяйка. - Мясо у нас свое. Весной взяли на свиноферме
поросят, вот теперь мясом детей можем подкормить. И овощи с собственного огорода. Ребята у
меня молодцы. Знают: если сами не побегают да не поработают, то есть нечего будет. На те
деньги, что на каждого воспитанника полагаются, купить разве что кило крупы на день можно.
А дети растут, да на свежем воздухе.
Есть постоянно хотят. Если бы не свое хозяйство, просто не представляю, как бы мы
обошлись. Еще рыбу ребята в реке сетями ловят. На зиму даже удалось кое-что засолить.
Проблему с одеждой тоже решили. У нас свой пошивочный цех работает. Там старшие дети
работают. Зимнюю одежду шьют. Потому что обычно поношенные вещи присылают летние.
Футболки там всякие, легкие свитера. Зимних курток и пуховиков практически нет. А валенки у
нас тоже ребята сами в сапожной мастерской латают. Не бог весть как, но получается. Но
валенки - они теплые, и маленьким в снег в самый раз топать. Так и живем. Все бы ничего, но
вот что с крышей и трубами делать, не представляю. Тут своими силами не обойтись. Все
менять нужно. И то сказать, с тех пор как построили, так и не меняли ничего. При советской
власти уж точно не меняли.
- Надежда Александровна, а они вот говорили, что скульптура, которую музей из сада
выкопал, очень ценная. Может быть, нам ее обратно потребовать? - возник возле нас Женя. -
Ведь нам все здание целиком передали. И землю тоже. Музей не имел права в саду выкапывать.
- Боже мой, какой ужас! - передернуло Надежду Александровну. - Неужели тот
кошмар и в самом деле мог стоить каких-то денег? Тоже мне скульптура. Столб, а по нему
сплошные змеи и прочие гады ползают. Я бы такое, приплати мне еще, и тогда не взяла бы.
- Но тем не менее если произведение именно таково, как мы думаем, то вы могли бы
получить неплохие деньги, - сказала я.
- Если оно принадлежит музею, то при чем тут мы? - удивилась Надежда
Александровна. - Хотя не скрою, деньги нам бы сейчас весьма пригодились.
Зима на носу, а у нас только один корпус под крышей. А отапливаться печками придется.
И дров заготовить уже не успеем. Я понадеялась, что успею за лето выбить деньги на ремонт.
Да, видно, зря понадеялась.
- А вы знаете, где располагается этот музей? - спросила Мариша. - И как он вообще
называется?
- Историко-краеведческий музей, - сказала Надежда Александровна. - Гатчинский
филиал. А вот точного адреса не знаю.
На второе подали пшенную кашу с грибной подливкой.
- Мяса не будет, - засмеялась Надежда Александровна, видя, что мы не торопимся
приниматься за еду. - И не ждите. Поросят на зиму бережем. Сейчас они еще такие маленькие.
На третье подали компот из черники и пирог со свежими ягодами. Ребята, убрав за собой
посуду и отнеся ее к мойке, потянулись к выходу. Мы последовали за ними. Директриса с
Женей проводили нас до ворот.
- В общем, если вам что-то удастся решить со скульптурой, то не забудьте о нас, - на
прощание сказала Надежда Александровна.
- Не забудем, - заверил ее Миша, забираясь в машину. - Саша! - напомнил он брату.
А тот что-то втолковывал директрисе. Наконец она кивнула и взяла у него несколько
бумажек.
- Что ты ей дал? - спросила Юля, когда мы немного отъехали.
- Убедил, что она должна взять с нас деньги за обед, - сказал тот. - Не может же она
позволить себе роскошь кормить всех нахлебников.
- Молодец! - одобрила Мариша, и мы отъехали.
- Впервые с тех пор, как я купила себе эту машину, мне было стыдно в нее садиться, -
сказала Юля. - Раньше я только радовалась, что она у меня есть, что теперь могу задирать нос
перед другими.
А ведь я могла бы вполне и на старой машине поездить. Она еще вполне ничего. А деньги
отдала бы этим ребятам. Или какому-нибудь другому детскому дому.
- Стыдно сказать, мяса неделями не видят! - поддержала ее я. - А ведь они растут. И
зимой будут мерзнуть в холоде. И это, когда в стране появилось столько богатых или просто
обеспеченных людей!
Стыдно! Честное слово, мне за саму себя стыдно!
Дальше мы ехали молча. Возразить было нечего.
Действительно, в том, что детский дом бился из последних сил в тисках нужды, была доля
и нашей вины, и вообще всех более или менее обеспеченных людей.
Ну, не платят у нас в стране налоги, понятно. Никто не верит, что они и в самом деле
дойдут до нуждающихся, а не осядут в карманах различных чиновников.
Но ведь можно и напрямую помочь детскому дому.
Какая-нибудь строительная компания могла бы починить им вовремя крышу и заменить
трубы. А теплую одежду и игрушки могли подбросить и все мы.
Ведь у каждого из нас в свое время бывали деньги.
Но нам и в голову не приходило, что их можно потратить не только на себя, но и на
других. А если и приходило, то мы благополучно выбрасывали эту мысль из головы.
- Теперь в музей? - прервала затянувшееся молчание Мариша.
- Ага, - кивнула Юля. - Но сначала домой. Не хочу выглядеть идиоткой, мотаясь по
Гатчине и спрашивая у прохожих, где у них тут разместился филиал краеведческого музея
области. И за Инну у меня сердце неспокойно. Чувствую, что с ней что-то случилось.
- Тогда домой! - немедленно решил за всех Миша.
И мы поехали домой. В Питер.
У Димы с Васей рабочий день начался рано.
С восьми утра они обходили одну за другой квартиры в доме Лидии Горлиной,
расспрашивая о знакомых женщины, главным образом о знакомых мужского пола и средних
лет. Увы, ничего определенного им пока узнать не удалось.
Лидия Горлина вела тихую, уединенную жизнь, часто уезжала на несколько дней в
командировки.
Тогда она отдавала ключи ближайшей соседке тете Клаве. Собственно говоря, эта тетя
Клава в качестве свидетеля была настоящим сокровищем, так как отличалась от природы
любознательностью. И к тому же имела много свободного времени для удовлетворения своего
любопытства.
- Из мужчин к ним, пока отец Лиды жив был, его друзья ходили, - рассказывала тетя
Клава. - А с тех пор ка
...Закладка в соц.сетях
