Жанр: Электронное издание
Evlamp18
..., без моего согласия он свою продать не
сможет?
- Правильно, - закивал поверенный в делах, - никто сделку не оформит, нужно ваше
разрешение, поэтому Константин Олегович предлагает разумное решение: он отселяет вас в
новостройку, хорошенькую, словно пасхальное яйцо, а уж потом продает обе квартиры. В
конце концов, изначально-то вся площадь целиком принадлежала предкам Ведерникова.
- Это он вам сказал? - возмутилась Верона. - Ложь! Здесь первыми поселились мои
дед и бабка. Вернее, они в Москве всегда жили, а Ведерниковы невесть откуда приперли, их дед
в лаптях шастал. Кстати, у Кости сестра имеется, Ирка. Она где? Тоже небось право на жилье
имеет. Сейчас дело замутится, начнут бумаги оформлять, и выплывет Ирка. Чего тогда?
Константин ремонт сделает, стенки сломает, а суд велит назад вертаться.
И мне потом что, в коммуналке жить?
- Успокойтесь, - заулыбался адвокат. - Ирина Олеговна Ведерникова давным-давно
не живет в Москве, она очень рано вышла замуж за сельского жителя Алексея Кононова и
прописана в деревне Прюково. Никаких прав на данную жилплощадь гражданка Кононова не
имеет. Кстати, она не родная сестра Константина Олеговича, сводная.
Верона попыталась привести мысли в порядок:
- Если соглашаюсь, Костя получает все хоромы?
- Верно.
- И продает их?
- Пока планы такие.
- Сколько же стоит наша квартира, если снова ее объединить?
- Это вопрос не ко мне, а к риелтору, - вывернулся юрист. Думал, что ловко, и
совершил ошибку.
В душе Вероны закопошились подозрения.
- Ладно, - сказала она, - подумаю. Приходите через неделю. Кстати, куда меня
Ведерников отселить надумал?
- Есть три шикарных места на выбор, - затарахтел юрист, - везде двушки с
евроремонтом и мебелью. Вам понравится.
- Ну-ну, - кивнула Верона, - приезжайте в следующий вторник.
Когда адвокат снова прикатил к женщине, та сообщила:
- Я готова посмотреть предлагаемую жилплощадь, но с нами поедет моя родственница.
- Без проблем, - обрадовался юрист, - у меня большая машина.
До вечера успели оглядеть все квартиры. Хваленые двушки находились на краю света,
там, где уже переставало действовать московское время.
Правда, в комнатах было чисто, а на окнах стояли стеклопакеты, хоть и самые дешевые.
Однако мебель оказалась российского производства, из прессованных опилок, люстры
пластиковыми, занавески из рядна.
- Ну, какую берете? - ажиотированно поторопил адвокат Верону, когда та осмотрела
последний вариант.
- Ни одну из предложенных, - спокойно ответила за нее доселе молчавшая
"родственница" и сказала:
- Я Анна Малова, представитель риелторского агентства "Супер", и мы имеем к вам
встречное предложение. Верона отселяет Константина на окраину, в одну из предложенных им
квартир, а сама делает ремонт и продает родительские пенаты.
- Бред! - завопил юрист. - Придет же в голову такое идиотство!
- Почему? - ухмыльнулась Анна. - Просто перевернутое наоборот ваше предложение.
Если оно хорошо для Вероны, то подойдет и Константину. Кстати, рыночная стоимость
апартаментов, которые сейчас принадлежат Вероне и Ведерникову, составляет примерно два
миллиона долларов. Центр Москвы, дом старой постройки, тихое место, огромное количество
метров, есть возможность присоединить к апартаментам чердак, и тогда квартира станет
двухэтажной. К этому зданию активно проявляют интерес богатые люди, скоро его превратят в
элитный особняк, подобное уже случилось со многими прежними коммуналками в районе
Остоженки, Китай-города... Вы, наверное, в курсе. А халупы, которые предлагаются Вероне,
больше чем на сто тысяч долларов, вместе с обстановкой, не тянут.
- Квартира должна отойти Ведерникову, - взвился адвокат. - Это восстановление
справедливости, есть документы, что ранее она вся принадлежала его предкам.
Верона сложила дулю и сунула ему под нос.
- Накось, выкуси! Меньше чем за миллион долларов даже не почешусь!
Юрист пошел к машине, дойдя до автомобиля, он обернулся и с ласковой улыбкой нежно
пропел:
- Вы ведь одиноки?
- Ну да, - кивнула Верона, не понимая, куда тот клонит.
- Ни мужа, ни детей, ни братьев-сестер, прописаны одна.
- Верно.
- Квартира официально считается коммунальной, - ласково проворковал юрист, - а по
закону теперь, если один из хозяев коммуналки умирает и он не имеет наследников, то к
другому владельцу никого не подселяют, и жилплощадь переходит в его безраздельное
владение. Вы бы, Верона, сходили к доктору, здоровье проверили, а то, не ровен час, инфаркт
получите. А уж тогда Константин Олегович сможет спокойно родительские хоромы на торги
выставлять!
- Представляете, какой мерзавец? - довершила рассказ Верона. - Ну да я его не боюсь!
Пусть попробует меня пристрелить! Между прочим, я уже предупредила всех - и соседей, и
подруг, и даже в милицию сбегала с заявлением. Так и сообщила: если на меня нападут, то это
дело рук Ведерникова, честного бизнесмена. Ну прямо ухохотаться, бизнесмен... Вор он!
Я молча выслушала пылкую речь Вероны и сообщила то, что знала:
- Ведерников погиб.
- Как? - с явной радостью в глазах воскликнула собеседница. - Совсем? В смысле
умер, да?
Правда?
Я кивнула.
- Погиб в автомобильной катастрофе.
Верона уцепила прядь своих длинных волос и принялась судорожно крутить ее между
пальцами.
- Вот это новость... - пробормотала она. - А не знаете, у него жена и дети имелись?
Я кашлянула.
- Вроде нет, но точно не скажу.
- Ага... - протянула Верона. - Вот радость-то! Не зря мне сегодня кошмар приснился:
иду вся в дерьме. А это верный признак - к деньгам привиделось. Так, так... А ты знаешь
адрес Константина? Угу, где он жил все это время?
С каждой минутой женщина нравилась мне все меньше и меньше. Ладно, пусть ее семья
конфликтовала с незапамятных времен с соседями из-за похотливого дедушки и
малоразборчивой в связях тетушки, но ведь сам Костя не сделал Вероне ничего плохого!
- Увы, у меня лишь название улицы и номер дома, где вы проживаете, - мирно ответила
я. - Константин по сию пору прописан в родительской квартире.
- Ничего, - окончательно оживилась Верона, - постараюсь и все выясню.
- Есть еще одно обстоятельство, - начала я врать.
- Какое? - насторожилась уже мысленно получившая миллионы долларов женщина.
- Лицо человека, сидевшего в "Мерседесе", сильно изуродовано, - стала я
фантазировать на ходу, - личность определили лишь по найденным в автомобиле документам.
Понимаете?
- То есть за рулем мог сидеть и не Константин? - приуныла Верона.
- Вполне вероятно. Возможно, Ведерников дал машину приятелю... Всякое случается.
Собственно говоря, по этой причине я и пришла к вам.
- Почему? - заморгала Верона.
Я набрала полную грудь воздуха. Надеюсь, жадная тетка забыла, что в самом начале
разговора "журналистка" сообщила о желании написать материал про семью Ведерниковых...
Хоть бы у Вероны была плохая память, потому что сейчас мне придется выдвинуть совсем
иную причину моего появления тут.
- Вы знали Константина почти с рождения, так?
- Верно, - кивнула Верона.
- У погибшего в катастрофе мужчины на запястье имелся шрам крайне необычной
формы - узкий, красный, похожий на келоидный рубец, в виде наручника. Не припомните,
был ли у Константина подобный? Своим ответом вы поможете опознать погибшего.
Верона помотала головой.
- Значит, не было шрама, - обрадовалась я.
Ну, так и знала! Кононов и Ведерников - два разных человека. Хотя сейчас, выслушав
обстоятельный рассказ Вероны о взаимоотношениях между соседями, узнала интересную вещь.
Все-таки связь между мужчинами имелась: сестра Кости выскочила замуж за Алексея. Право,
странно, но в жизни случаются и не такие повороты.
- Значит, Костя не травмировал в детстве руку, - решила я окончательно подвести
черту под разговором.
Верона вновь затрясла головой и вдруг сказала:
- Понятия не имею! Никогда его конечности не разглядывала! На фиг они мне!
- Но вы же прожили много лет бок о бок!
- И что?
Я растерялась, но решила не сдаваться.
- Наверное, играли в детстве во дворе, ходили в од ну школу...
Верона скривилась.
- Говорила же тебе! Ведерниковы наши враги, какие уж тут салочки-догонялочки. Да и у
него своя компания имелась, сплошные придурки. Я с подобными людьми дела не имею. И на
уроках мы не пересекались, потому что посещали разные школы, у нас в округе их две. В одну
раньше нормальных детей брали, с приличными родителями, а во вторую отребье шло, при
советской-то власти среднее образование для всех, без исключения, обязательным было. Так
вот Константин бегал в отстойник, а я училась среди положительных людей.
- Значит, про шрам не знаете?
- Нет. Я если с Константином на лестнице сталкивалась, опрометью неслась прочь, а он
вслед мне плевал, - сердито сообщила Верона.
- А Ирина, сестра его?
- Что?
- Может, она про шрам говорила? Ближайшая родственница все-таки.
- Совсем ты без понятия, - упрекнула меня Верона, - мы и с Иркой не дружили. Хотя,
если разобраться, она вовсе и не Ведерникова, Любка ее нагуляла вроде, не знаю. Во всяком
случае, Олег, когда у него деньги на водку заканчивались, колотил жену и блажил: "Выродка
кормим, а самим не хватает! Приволокла невесть откуда девку, пусть туда и уходит! Нечего
людей обжирать". Впрочем, Ирка из них самая приятная была, всегда со мной здоровалась.
Увидимся в подъезде, вожмется в стену, скукожится, голову опустит и еле слышно шепчет:
"Добрый день, Верона". Всегда по имени называла. Ну и я отвечала вежливо. Мне порой
казалось, что Ирка дружить пытается, только ее очень быстро в деревню сплавили - едва
восемнадцать стукнуло, замуж выдали, в Прюково отправили. Вот уж не повезло ей по полной
программе, такая дыра!
- Вы бывали в Прюкове? - удивилась я.
Верона хмыкнула.
- Бывала! И сколько раз! У моей мамы там тетка жила, родная. Отношения хорошие, вот
мы к ней всегда летом катались. Недалеко, изба большая, тетя Сима всех привечала. Огород,
правда, доставал - прополка там, поливка, но в целом весело.
...Семья Вероны не имела собственной загородной резиденции, поэтому Прюково
превратилось для них в дачное место. Потом мама Вероны предложила своей хорошей
знакомой, соседке с первого этажа, Миле Крюковой:
- Поехали с нами на лето, чего тебе с дочкой в Москве жариться, вместе удобней. Около
нас баба Катя живет, она комнату сдает.
Крюкова обрадовалась и тоже стала жить летом в деревне. Затем уже Мила предложила
перебраться в Прюково Ане Смородиной из третьего подъезда. Деревенские жители очень
хорошо понимали: лето зиму кормит, поэтому они не только активно сажали огороды и
закатывали потом дары земли в банки, но и пускали к себе на июнь, июль, август москвичей.
Едва заканчивалась у младших школьников учеба, прюковцы в массовом порядке съезжали в
летние сарайчики, а свои избушки отдавали столичным семьям, желавшим оздоровить детей на
свежем воздухе.
И очень часто жители одного московского дома оказывались соседями и в "колхозе":
кто-нибудь открывал хорошее, не слишком дорогое место, а за ним ехали остальные. Так
случилось и с родителями Вероны. И представьте себе их негодование, когда в одно далеко не
прекрасное утро они обнаружили, что алкоголики Ведерниковы тоже решили подышать свежим
воздухом. Вернее, Олег и Любка остались квасить в городе, а неаккуратная бабка, прихватив с
собой Костю и Ирину, поселилась в сарае у самого леса, согласившись проводить лето в такой
халупе, куда не хотел въезжать никто из "дачников". (Хозяевами сараюшки были Кононовы,
которые даже на фоне всегда нетрезвых других прюковцев выделялись особой любовью к
горячительным напиткам.) Правда, старуха не вылезала из сарая, Ирка и Костя копошились во
дворе, и Верона с ними не сталкивалась.
Потом все выросли, Верона перестала каждое лето кататься в Прюково, несколько лет не
посещала тетку. Приехала лишь на похороны родственницы и мигом узнала интересную
новость:
Алексей Кононов, полуграмотный парень, пастух, женился на Ирке Ведерниковой,
бывшей дачнице. Свадьбу сыграли, едва невеста закончила школу, сейчас молодая жена
проживает в деревне, ее судьба теперь - возиться в навозе...
Глава 14
По дороге домой я составила четкий план действий на завтра. Рано утром отправлюсь в
Прюково - Ирина небось не покидает деревню. Встречусь с ней и постараюсь узнать две вещи.
Первое: был ли у ее брата на запястье шрам. Второе: каким образом ее законный муж оказался
супругом Алисы? Может, пара мирно развелась и пастушок подался в город, а компьютерная
программа просто дала сбой, ошиблась? Но вроде, по словам Алисы, супруг ее был москвичом,
имел комнату в коммуналке...
Ладно, сейчас главное выяснить, имел ли Ведерников шрам.
Я припарковалась во дворе и пошла в подъезд.
Так, попробуем разложить имеющуюся информацию по полочкам. Алексей женится на
Алисе. Представляется москвичом, правда, говорит о том, что когда-то проживал в деревеньке с
каким-то совершенно не правильным названием - Волкина. У Алексея имелись две
родственницы-селянки, исчезнувшие невесть куда после его гибели, и шрам на запястье.
Счастье Алисы длилось совсем недолго, муж успел сделать ремонт в квартире -
обстоятельный, со сменой полов и крушением стен и погиб в банальном дорожно-транспортном
происшествии. Тело сгорело, останки несчастного вдове не показали, да и правильно, незачем
травмировать женщину столь ужасающей картиной. После кончины Алексея на Алису
посыпались несчастья.
И Алексей ни словом не обмолвился о том, что ранее был женат. Почему? Впрочем, сей
факт легко поддается объяснению: многие мужчины, сбросив оковы прежнего брака, не хотят
вспоминать о той, что когда-то была любимой и единственной.
Ирина постоянно обитает в Прюкове, Алексей, очевидно, был уверен, что она никогда не
встретится с Алисой.
Спустя год после похорон Алиса случайно видит на экране телевизора руку только что
погибшего Ведерникова и узнает шрам.
Конечно, можно отмахнуться от ситуации, просто подумать: бедная вдова тоскует по
безвременно ушедшему супругу, вот и чудится женщине не пойми что. Но тут выясняется одно
странное обстоятельство: сестра Ведерникова Ирина была отдана замуж именно за Алексея
Кононова и отправлена в то Прюково.
И что мне теперь со всем этим делать? Алиса-то наняла госпожу Романову, чтобы та
выяснила: почему шрам Алексея переехал на руку Ведерникова?
А может, Константин на самом деле - Алексей?
Но какого рожна он устроил спектакль со своей первой смертью? И где тогда настоящий
Кононов?
Почему его паспорт оказался у Ведерникова? И если Алексей проживает теперь под
личиной Константина, то отчего его жена Ирина молчит?
Ощущая легкое головокружение, я вошла в темную прихожую и стала очень тихо снимать
ботинки. В квартире царила сонная тишина, все обитатели мирно почивали в кроватях. Вас,
наверное, удивляет, отчего мопсы и иже с ними с радостным лаем не вынеслись к двери? Наши
псы ровно в десять расползаются по уютным местам, зарываются в одеяла и пледы, кладут
головы на подушки и мирно задают храпака. В это время они забывают о долге собаки и не
вздрогнут, даже если в дом ввалится толпа незнакомых людей. Наша стая пребывает в
уверенности, что хозяевам следует служить днем, лаять на звонок необходимо лишь в светлое
время суток, а после захода солнца трудовые будни завершаются, пора на боковую.
Стараясь не шуметь, я кралась мимо закрытых дверей и тут увидела, что из спальни
Кирюши пробивается узкий луч света. В душе моментально поднял голову педагог. Ну не
безобразие ли! Мальчик что, не видит, который час? Сидит до сих пор у компьютера, а завтра
не сумеет встать к первому уроку! Я начну тормошить ребенка, а Кирик примется стонать и
жаловаться. Тот, кто ежедневно поднимает в школу отпрыска, очень хорошо сейчас меня бы
понял. Ну, Кирюша, погоди!
Я дернула ручку, дверь беззвучно распахнулась.
Кирюша лежал на кровати, лицом к стене, компьютер был выключен, свет исходил от
небольшой настольной лампы.
Я покачала головой и пошла к ней. И тут мое ухо уловило тихое шмурыгание.
- Кирюша, ты не спишь?
Тишина.
- Не притворяйся.
Нет ответа.
- Опять до глубокой ночи лазил по Интернету! - возмущенно воскликнула я. - Завтра
же вынесу отсюда компьютер!
- Ну и пожалуйста, - дрожащим голосом ответил Кирик, - он мне теперь совсем не
нужен.
Лежащая на коврике у его постели Рейчел шумно вздохнула, а Кирюша продолжил:
- Сам его вышвырну! Хватит!
В голосе мальчика звучало настоящее отчаяние, я испугалась и потребовала:
- Немедленно рассказывай, что произошло.
Кирюша сел в кровати, вытер лицо пододеяльником и грустно сообщил:
- Тебе не понять.
- Все же попробуй объяснить.
- Зряшное дело, - вздохнул Кирик. - Ты способна объяснить Рейчел, что такое
алгебра?
Я окинула взглядом мирно сопящую стаффиху и вдруг ощутила укол. Что-то было не так,
собака выглядела не совсем обычно. Хотя вроде все в порядке, спит, как водится, на спине,
раскинув в разные стороны лапы...
- Думаю, что не сумею приобщить Рейчуху к вычислениям, - согласилась я, -
безнадежное дело.
- Вот и ты ничего не поймешь! - подытожил Кирик.
Не хочу сказать, что меня обидело сравнение с Рейчел, думаю, на поле алгебры мы с ней
одинаково тупы, я и таблицу-то умножения с трудом запомнила. Но Кирюша зря считает всех
вокруг полными идиотами.
- Поругался с Лизой? - предположила я. - Она не желает с тобой иметь дела?
Кирик фыркнул.
- Лампудель, кабы Лизка вообще исчезла, я б плакать не стал. Дело совсем в другом.
- Опять меня вызывают к директору?
- Эка ерунда! Не в первый же раз. И потом, это ж тебе к нему идти, а не мне, чего
расстраиваться? - резонно парировал Кирюшка.
- А, знаю. Тебе Дима снова наподдавал во дворе!
Кирик завернулся в одеяло.
- Боже, Лампа, ты вспоминаешь о каких-то детских неурядицах, а у меня страшная
проблема.
Я плюхнулась на край его постели.
- Говори.
- Да незачем.
- Решим ситуацию вместе.
- Тут ты бессильна, - грустно сказал Кирюша и неожиданно заплакал.
Я обняла его за плечи, прижала к себе и, ласково гладя по спутанным волосам, сказала:
- Все же расскажи. Знаешь, зачем людям нужны друзья? Даже если они и не сумеют
реально помочь, так хоть выслушают и пожалеют, глядишь, и легче станет.
- Меня убили, - прошептал вдруг Кирюша. - Совсем, насмерть. Ханон оказался
крысой, а я дружил с ним, пускал к себе, он жил у меня всегда, когда приезжал. Знаешь, он
обманщик, прикидывался честным вюстером, возил всякие товары, мне их по оптовой цене
продавал, как лучшему другу.
И ведь предупреждала меня Эли: Ханон не тот, за кого себя выдает, но я ей не верил.
Эли-то тоже не наша...
Я приложила ладонь к горячему лбу Кирюши.
- Милый, ты заболел, несешь бред.
- Говорил же, не поймешь!
- Ложись, поспи.
- Лампа, мне лучше умереть! - воскликнул Кирюша. - Выпрыгнуть из окна!
Получается, что я хуже гарда!
Вот тут я перепугалась окончательно и, пытаясь уложить Кирюшу в кровать, стала
лихорадочно обдумывать, как поступить. Катя сегодня дежурит в больнице, надо позвонить ей,
сообщить, что У Кирюши на фоне гриппа начались глюки, записать названия необходимых
лекарств, разбудить Сережку, отправить его в круглосуточную аптеку...
Кирюша снова сел.
- Лампа, я нормальный.
- Ну да, да, согласна.
- Меня убили!
- Хорошо. То есть очень плохо.
- И объявили предателем!
- Бедный мальчик, ложись скорей в постель.
Кирик вскочил и подбежал к компьютеру.
- Смотри, сейчас все объясню.
- Думаю, тебе лучше принять валокордин, - заботливо ответила я, - сейчас принесу из
аптечки.
Из глаз Кирюши снова брызнули слезы.
- Вот ты какая! Решил все рассказать, а она слушать не хочет! Сама пей свои кретинские
капли!
- Тише, милый, - попросила я, усаживаясь около стола. - Вовсе не хотела тебя
обидеть, теперь я вся внимание, говори, постараюсь понять.
Чем больше информации выливалось из подростка, тем спокойнее становилось у меня на
душе. Господи, какая ерунда!
Кирюша - участник игры под названием Алиленд. Он давно живет в городе, пришел в
населенный пункт, как все, сначала эмигрантом, получил небольшую сумму в местной валюте и
комнатушку в общежитии. Потом осмотрелся, освоился и придумал свой бизнес.
В Алиленде на момент вступления Кирика в игру было полно всяких магазинов, банков,
риелторских агентств и строительных контор. Имелись тут больницы, морги, кладбища, своя
санэпидемстанция, институты, школы... Основать бизнес в таких условиях тяжело, не легче,
чем в реальной действительности, в Алиленде действуют строгие законы, за неподчинение
которым легко угодить в местную тюрьму. Модестову удалось сделать то, чего не сумели
совершить люди "по-настоящему":
Алик искоренил в своем городе взятки. Чтобы открыть, допустим, магазин или школу, вы
должны собрать кучу справок и купить землю. Причем учить детей человеку без должного
образования вам не дадут. Алик суров. Чтобы стать директором виртуального колледжа и
проводить там занятия, вы обязаны иметь в реальной жизни диплом педагога, а коли надумали
оказывать медицинские услуги, покажите хоть аттестат о среднем медицинском образовании,
пришлите копию на адрес Саймона, начальника службы безопасности, который знает о жителях
Алиленда всю подноготную. Дальше Саймона информация не распространяется, сам
фээсбэшник никогда не присутствует ни на каких местных тусовках, не принимает участия в
праздниках. Он ни с кем не общается, не имеет бизнеса, никому не известен адрес его дома в
Алиленде, а также имеет ли он семью. Саймон - серая тень, которая накрывает город, он
подчиняется лишь самому Хозяину, Великому Али, богу Алиленда. Даже члены Совета
мудрых, управляющие городом, даже Ник Клэр, написавший Конституцию, никогда не
общались с Саймоном. Все только о нем слышали и знают адрес, по которому главному
охраннику города можно отправить письмо.
С добропорядочными гражданами Саймон мил, он моментально откликается на просьбу о
помощи, его отряд особого назначения мигом накажет грабителя или простого хулигана,
решившего побезобразничать на улицах Алиленда.
Можно сказать, что Модестов ухитрился создать идеальное общество. В его городе люди
исправно платят налоги, ведут честный бизнес, за ними не охотится организованная
преступность, можно спокойно жить, работать, жениться, построить дом, заводить детей.
Понимаете теперь, отчего население Алиленда растет не по дням, а по часам?
В нашем нестабильном мире, когда не знаешь, доберешься ли ты спокойно до дома или
станешь по дороге жертвой теракта, в стране, где регулярно случаются смены правительства,
дефолты, изменения экономического курса, Алиленд - тихая заводь, город солнца -
воплощенная мечта Кампанеллы, великого фантаста эпохи Возрождения.
Неудивительно, что люди со всех ног бегут к компьютерам, дабы хоть немного пожить в
блаженной стабильности, с ощущением того, что полиция честна, что тебя защищает хорошо
обученная армия и мудрый господин, Великий Али.
Так вот, оказавшись в городе, Кирюша почесал в затылке, подыскивая сферу
деятельности, и открыл магазин, где продавали.., животных. Странно, но до появления Кирика
у алилендовцев не имелось ни кошек, ни собак, ни даже самых завалященьких хомяков!
Не успел Кирюша начать торговлю домашними любимцами, как у мальчика моментально
нашлись последователи, возникла конкуренция, но первооткрыватель бизнеса уверенно
держался на плаву. Он не только продавал.., хорошо всем известных пуделей и овчарок, но еще
приторговывал драконами и говорящими жабами, а недавно придумал гигантского червя для
вспахивания огородов.
В общем, буквально до недавнего времени Кирюша считался вполне успешным
гражданином и даже подумывал о женитьбе. Но тут случилось страшное несчастье.
Алиленд - не один город-страна на просторах Интернета. Еще существует Гардор -
поселение, где обитают, прямо скажем, малопривлекательные граждане. Кое-кто из них был
изгнан Саймоном из Алиленда за всяческие гадости. В Гардоре царит полнейшее беззаконие,
там разгул преступности, проституции и наркомании. Впрочем, и в Гардоре проживают
нормальные люди. Почему они все не перебрались в Алиленд? Да очень просто! Основная
масса обычных мужчин и женщин попала в Гардор, начитавшись рекламных буклетов, которые
хозяин адского места распихал по всему Интернету. В них обитателям Гардора обещана
райская жизнь, вся в шоколаде, на берегу реки из взбитых сливок. Наивные юзеры
попадаются на удочку и оказываются сначала в лагере для переселенцев. Там просто шикарные
условия: личный домик, улыбки администрации и сладкие обещания. Ясное дело, что через
месяц человек принимает решение присягнуть на верность королю Гардора, Несравненному
Моро, и оказывается в стране уже на правах полноправного гражданина. Тут-то ему и
открывается правда. Многие хотели бы покинуть Гардор и переехать в Алиленд, но Саймон
никогда не впускает в пределы своих владений никого из гардоровцев.
Две страны существуют в состоянии перманентной войны. Битва то затухает, то
разворачивается снова. Алиленд обладает хорошим оружием и храброй армией, Гардор тоже не
лыком шит, там на оборону трудится целый штат ученых. Иногда армии двух государств
сходятся в кровавой схватке, но по некоему негласному условию сражение не выплескивается
на улицы городов. И Великий Али, и Несравненный Моро понимают, что это все же игра, а
завершив ее, они лишатся собственного немалого заработка.
Еще имеется некая категория людей, называемых "вюстеры". Это бродячие торговцы,
странники, актеры, монахи, которые, не имея определенного гражданства, бродят между двумя
городами, зарабатывая себе на жизнь пением, чтением стихов, изгнанием бесов и мелкой
торговлей. Кстати, в городах существуют и церкви с иерархами, но не стоит сейчас очень
детально вдаваться в подробности.
Вюстеры, как правило, бедны, остановиться в хорошей гостинице им не по карману,
поэтому они ищут ночлег, где подешевле, на окраине Алиленда.
Так вот, Кирюша подружился с вюстером по имени Ханой и настолько сблизился с ним,
что пустил к себе в дом на правах гостя. Ханой начал посещать Кирюшу, тот скоро совсем
проникся доверием к новому другу и расск
...Закладка в соц.сетях
