Жанр: Электронное издание
Alexnat21
...авайте представим, что все мы
- деловые люди, и просто обсуждаем
предстоящую сделку! Таким образом у Вячеслава Николаевича отпадет необходимость
ехидно прищуриваться каждый раз,
когда он услышит что-нибудь от меня или от Леонида.
Ангелов понял намек. Действительно, он ведь сам подошел к Ольге. Он мог
сделать вид, что не узнал ее, а если бы она
сама попыталась завязать контакт, он мог отказаться от общения.
- Итак, - пробормотал он и под насмешливым взглядом Леонида убрал руку с
Ольгиного плеча, - что же вы хотите?
Маркиз спрятал улыбку и наклонил голову. Он-то отлично понял, чего хочет
этот банкир. На данный момент ему нужна
Лола, ишь как глазами ест ее фигурку, обтянутую красным шелком. Еще немного - и
набросится на нее прямо здесь, как бык
на корриде. Лолка молодец, партию свою ведет отлично. Конечно, вряд ли банкир
потеряет от нее голову настолько, что
забудет об осторожности, все же он деловой человек, но станет гораздо
податливее, это точно.
- Я хочу отомстить Артему Зарудному, - заявил Маркиз. - Он убил моего
старого друга и учителя. Кроме того, он давно
охотится за мной и.., за ней тоже, - он кивнул на Лолу. - Не скрою, у него есть
достаточные причины меня не любить.
- Какие же? - насторожился Ангелов.
Лола встала на цыпочки и вполголоса рассказала ему кое-что про ассирийскую
статуэтку. Ангелов делал над собой
титанические усилия, чтобы уловить суть Лолиного рассказа, его отвлекали
прикосновения ее мягких губ к его уху и пряный
запах ее духов.
Лола закончила рассказ и незаметно отошла в сторону, так как поймала на
себе несколько заинтересованных взглядов.
Совершенно не нужно, чтобы завтра же утром знакомые донесли мадам Ангеловой о
том, что ее муж банкир слишком много
времени провел на презентации с прелестной шатенкой в отлично сидящем платье от
"Kenzo".
- Мне нужен драгоценный камень, тот самый изумруд, "Глаз Ночи", - сказал
напрямик Маркиз. - Нужен на время, чтобы
поманить им Зарудного, а после подменить.
- Значит, девчонка не наврала? Вы хотите сказать, что все эти сказки тысячи
и одной ночи - это правда?
- У нашей Шехерезады, как вы заметили, несомненно, талант к перевоплощению,
- смеясь, заметил Маркиз, - способности
к импровизации у нее тоже есть.
Но в данном случае она ничего не придумала, просто пересказала всю историю
камней.
- Вы в нее верите? - прищурился Ангелов. - То есть в фантастическую историю
камня?
- Как ни странно, верю, потому что дама, которая рассказала мне эту
историю, произвела на меня очень приятное
впечатление. Могу, кстати, вас с ней познакомить, думаю, она не откажется
просветить вас насчет изумруда, но, учитывая,
что она школьная подруга вашей жены... - Маркиз развел руки. - Как бы чего не
вышло...
Ангелов представил, какую сцену закатит ему Лерка, если, не дай Бог,
узнает, что он встречается с ее подругой, и
поежился, что, конечно, не осталось незамеченным его собеседником.
- Ну так что? - спросила подошедшая к ним Лола. - Вам удалось договориться?
- В принципе, я не против, - улыбнулся Ангелов, в душе сам себе удивляясь,
- мне и самому хотелось бы устроить тому
типу кучу неприятностей.
Он специально не назвал имени Зарудного - кто их знает, этих мошенников,
может, у них магнитофон спрятан.
- Тогда нужно обсудить детали, - оживилась Лола. - вы, разумеется, можете
внести коррективы в наш план.
- Всенепременнейше, - согласился Ангелов, - не без этого... Я наведу
справки насчет камня у его владельца. И если он даст
мне сведения хоть сколько-нибудь совпадающие с вашими, тогда и будет серьезный
разговор. А до тех пор... Если Ольге
понадобится устроиться прислугой в дом Зарудного, я готов дать ей рекомендации.
- Он наклонил голову, в глазах его
прыгали чертики.
- О нет, только не это! - в ужасе воскликнула Лола, так что на нее сурово
покосилась какая-то увешанная бриллиантами
толстуха. - Все что угодно, только не прислугой! Этими радостями я сыта по
горло!
- Даю слово, что такая жертва с твоей стороны не понадобится, - серьезно
ответил Леня.
- Мы встретимся через два дня, - сказал Ангелов, - я наведу справки, а вы
разработаете к тому времени подробный план.
- Он у меня есть, - ответил Маркиз, - но он требует некоторого доверия с
вашей стороны.., я насчет камня.
- Я подумаю над этим, - кивнул Ангелов.
- Ну тогда.., позвольте проститься, - Маркиз твердо взял Лолу под руку, -
нам уже пора...
От него не укрылся глубокий вздох сожаления, который не успел подавить
банкир, глядя на Лолу, а та всю дорогу в
машине была так задумчива, что Маркиз всерьез уверился, что его подругу и этого
надутого банкира связывают нежные
чувства, а вот хорошо эго или плохо для операции, он никак не мог решить.
Такие мысли бродили в его голове всю дорогу, пока они ехали до дома. Когда
же они с Лолой поднялись в квартиру и
открыли дверь, все мысли вылетели у Маркиза из головы, кроме одной: квартиру
ограбили. Только так можно было
объяснить весь тот кошмар, что творился в прихожей.
На полу валялись клочки оберточной бумаги, газет и Лолиных модных журналов.
Кроме того, присутствовала одна не полностью разодранная коробка из-под
обуви и сама обувь в количестве одной
туфельки с начисто отгрызенным каблуком.
Увидев туфельку, Лола вскрикнула и прижала руку к сердцу. Маркиз же
отбросил глупую мысль об ограблении - он начал
кое-что понимать.
Он тщательно запер дверь, потом помог Лоле снять пальто, разделся сам и
прошел в гостиную. Прежде всего в глаза
бросилась жалкая половая тряпка зеленого цвета, не так давно бывшая костюмом от
"Живанши".
На диване валялся Лолин кружевной бюстгальтер. Одна чашечка у него была в
нормальном состоянии, а вторая -
наполовину съеденная и обмусоленная.
- Господи! - Лола опустилась на диван рядом с бюстгальтером. - Только вчера
купила в "Дикой орхидее"...
- Да уж, теперь придется его отдать какой-нибудь амазонке, - поддакнул
Маркиз, - говорят, они отрезали одну грудь,
чтобы удобнее было из лука стрелять.
- Издеваешься, - почти прошептала Лола.
Она встала и, пошатываясь, направилась в спальню, поддав по дороге вторую
туфлю - так же с отгрызенным каблуком, и
клубок колготок.
Наибольший разгром они застали в спальне. Шкаф был раскрыт, вещи из него
вывалены на пол, черное платье на
бретельках жалко повисло, зацепившись за спинку кровати. На самой же кровати
валялось еще одно платье - из темно-синей
блестящей материи. Лола, собираясь на презентацию, купила вчера три новых платья
и долго вертелась перед зеркалом, не
зная, которое выбрать, пока Маркиз не взбесился и не заорал, что они опоздают и
что если Лола немедленно не образумится,
он повезет ее голую. Лола испугалась и остановила свой выбор на ярко-алом платье
от "Kenzo", в котором она произвела
такое впечатление на Ангелова. Остальные вещи она не успела убрать.
- Кто это сделал? - проскрежетала Лола голосом, напомнившим Маркизу звук
несмазанной двери. - Я убью его на месте!
- Я бы не стал давать необдуманных обещаний, - заметил Леня, - потому что
виновник торжества - вот он, перед тобой.
Он взял Лолу за руку и подвел к кровати.
Там, на куче чулок и шелковых трусиков возлежал Пу И. Откинув лапы в полном
изнеможении, песик сладко спал, и на
губах его бродила ангельская улыбка.
- Боже мой! - вскрикнула Лола так громко, что песик открыл глаза. -
Пуишечка, детка, ты же заболеешь! Собачкам нельзя
кушать каблуки от туфель! И бюстгальтеры тоже очень вредны - там же сплошная
синтетика! Как думаешь, - обернулась
Лола к Маркизу, - может быть, прямо сейчас вызвать ветеринара? По-моему, Пу И
плохо себя чувствует...
- А по-моему, он прекрасно себя чувствует! - ответил Маркиз. - А некоторым
я бы посоветовал убирать свои вещи в шкаф,
тогда и собаки будут сыты, и вещи целы...
Вячеслав Ангелов позвонил своему давнему знакомому Николаю Гагарину и
попросил его о встрече. Тот, хотя и был
последнее время неимоверно занят, не мог отказать Ангелову, от которого очень
зависел в финансовом отношении, и через
три часа они с Вячеславом сидели в новом ресторане, незадолго до того открытом
Николаем.
Ресторан назывался "Мечта рыбака", и его изюминкой было то, что посетитель
сам ловил на удочку рыбу, которую ему
тут же готовили.
Ангелов сидел на складном табурете перед бассейном, в котором плескались
живые лососи, и, осторожно забрасывая
удочку, спрашивал Николая:
- Коля, расскажи мне честно, как к тебе попал тот камень, который ты дал
мне в залог?
- Я же говорил тебе, Слава, это моя фамильная драгоценность! Этот камень
принадлежит князьям Гагариным с
семнадцатого века...
- Коля, - Ангелов устало вздохнул и покосился на Гагарина, - не надо песен.
Неужели ты думаешь, что я мог бы руководить банком, если бы не умел
получать нужную информацию? Ты такой же
князь, как я президент Боливии. Твой прадедушка был крестьянином Тульской
губернии, разве что когда-нибудь более
отдаленные твои предки были крепостными князей Гагариных, откуда и фамилию
получили.
- Трудно с тобой! - Николай смущенно потупился. - Ну, признаюсь, приукрасил
я свою родословную... Ну сам понимаешь,
сейчас это очень модно - аристократические корни искать... Тем более, я открыл
ресторан, а когда владелец - князь, это сразу
делает заведение более популярным... Кстати, у тебя клюет.
Ангелов подсек и вытащил из бассейна огромного, лениво трепыхающегося
лосося.
Вышколенный официант тут же подбежал к нему, снял рыбину с крючка, положил
в плетеную корзинку и понес на кухню.
- Через десять минут рыбка твоя будет готова. Как ты относишься к белому
мозельскому?
- Вполне аристократично, - усмехнулся Ангелов, - ну так все же, откуда у
тебя этот камень?
- Ну зачем тебе ворошить чужое грязное белье? - Гагарин выглядел смущенным.
- Это что - праздный интерес?
- Считай это просто моим капризом.
Я интересуюсь историей уникальных драгоценностей.
- И давно?
- Допустим, последние три дня.
- Ладно, Слава. Ты же понимаешь, я столь многим тебе обязан, что ни в чем
не могу отказать. Но это должно остаться
между нами, потому что история не слишком красивая.
- Я обещаю, что об этом никто, кроме меня, не узнает.
- Время этих событий - восемнадцатый год. Дед мой был, конечно, никаким не
князем, а солдатом-дезертиром,
мобилизованным в Красную гвардию, а потом попавшим в ЧК. Дело происходило в
Саратове, и сотрудники ЧК занимались в
основном реквизициями ценностей у паразитических классов, то есть у буржуазии,
помещиков, священнослужителей, а
заодно и у всех остальных, кто почище да побогаче. Дедушка мой особенной
идейностью не отличался, и заветной его
мечтой было вернуться в родную деревню Большие Синяки богатым человеком,
покрасоваться перед соседями, построить
бревенчатый дом, крытый железом, да купить тройку серых в яблоках коней... Для
осуществления своей мечты дедушка, мир
его праху, готов был на любое злодейство, и часть реквизированных ценностей
припрятывал он в укромном местечке. Позже
он понял, что новая власть, хоть и обещала крестьянам рай на земле, но дом под
железной кровлей да серую в яблоках тройку
никогда ему не позволит. Однако свою заветную захоронку дед продолжал беречь и
благодаря ей пережил многие тяжелые и
голодные годы. Кое-что он, а потом его дети понемножку продали, и к нашему
времени уцелел один только камень...
- Но зато какой! - перебил рассказчика Ангелов.
- Да, камень, как ты знаешь, хороший.
Потому его, наверное, и не продали - жаль было расставаться, да и слишком
уж велик - трудно продать, да и рискованно...
Ну вот тебе и вся история "княжеского" изумруда. А вот, кстати, и рыбку твою
несут.
- Подожди, - Ангелов и не думал прекращать разговор, - ты можешь назвать
мне хоть какие-нибудь имена? У кого твой
дед реквизировал изумруд, он не рассказывал?
- Слушай, зачем тебе это нужно знать? - нахмурился Николай.
- Раз спрашиваю - значит нужно, - твердо ответил Ангелов. - Уж расстарайся,
вспомни...
- Ну... - протянул Николай. - Сам понимаешь, в старости люди становятся
сентиментальными.., я-то, конечно, деда в
живых не застал - жизнь раньше была тяжелая.., но вот мать упомянула, что когда
отец, дед мой то есть, ей захоронку свою
показывал, то говорил что-то про помещика Антонова.., дескать, у его дочери он
камень-то отобрал...
- А саму дочь-то небось убил? - неприятно улыбнулся Ангелов и тут же
опомнился:
- Извини, Коля, глупость я сказал.
Не нам отцов и дедов наших осуждать...
Официант принес сковороду с румяной поджаристой рыбой, и разговор перешел
на более легкие застольные темы.
Набережная Фонтанки была забита машинами, как бочка сельдями. "Мерседес"
Зарудного с трудом продвигался в пробке, по сантиметру приближаясь к
Невскому. Зарудный откинулся на мягкую кожу
сиденья, прижав к уху мобильный телефон, и с кислой миной выслушивал
неутешительный доклад своего заместителя о
переговорах с банкиром.
Между зажатыми в пробке машинами шныряли ловкие мальчишки-газетчики, с
риском для жизни зарабатывая" свои
несколько рублей. Один из них подбежал к самому окну "мерседеса", размахивая
толстой стопкой газет и выкрикивая:
- Самый большой изумруд на земле!
Тайна "Глаза Ночи"!
Зарудный заинтересовался: после того, что рассказал ему накануне Венечка,
бармен из "Хонки-Тонки", тема статьи не
могла оставить его равнодушным. Он опустил стекло и протянул мальчишке десятку.
В обмен на купюру газетчик отдал ему
яркий газетный лист и побежал к следующей машине.
Зарудный велел заместителю перезвонить через несколько минут и развернул
газету.
Статья называлась в лучших традициях желтой прессы - "Тайна древнего
сокровища", и сообщалось в ней о том, что в
Лондоне на днях прошла выставка раритетов из коллекции известного английского
собирателя и что гвоздем выставки был
огромный изумруд весом в девяносто карат, известный среди ведущих ювелиров мира
как "Глаз Ночи".
Далее в статье говорилось, что владелец камня в последний день выставки дал
пресс-конференцию, на которой рассказал
удивительную историю изумруда, найденного испанским конкистадором в древнем
храме инков, а также сообщил, что
первоначально существовали два одинаковых камня, но второй изумруд бесследно
исчез в России во время революции 1917
года.
"Если бы этот камень нашелся, - сказан в завершении своего выступления
коллекционер, - я не пожалел бы за него
никаких денег, потому что пара таких изумрудов стала бы поистине восьмым чудом
света и цена их безмерно увеличилась
бы. Но, к сожалению, о втором изумруде почти сто лет нет никаких достоверных
сообщений, и, скорее всего, он
безвозвратно утрачен для человечества".
Дочитав статью, Зарудный отложил газету и задумался. Обычно он не обращал
внимания на такие сенсационные заметки
в бульварных газетах да и не читал их. Но, в сочетании со вчерашним сообщением
бармена из "Хонки-Тонки" статья
показалась ему заслуживающей внимания. Тот неизвестный человек в баре тоже
говорил о том, что изумруд - парный, что
если удастся его купить, цена его может быть резко взвинчена, то есть на нем
можно заработать огромные деньги... И он
разговаривал с кем-то, кто держал изумруд в руках! Изумруд в девяносто карат -
это и вообще-то огромная ценность, а если
это действительно второй "Глаз Ночи", то сумасшедший англичанин заплатит за него
немыслимые деньги...
Значит, вопрос заключается в том, как узнать, где находится изумруд, и
купить его...
Или не купить, а получить каким-нибудь другим достойным способом.
Это решило бы многие проблемы, возникшие в последнее время перед Артемом
Зарудным. Ему нужны были деньги,
значительный оборотный капитал, а банкиры, словно почувствовав крошечную течь,
которую дал его мощный корабль, один
за другим под разными вежливыми предлогами отказывали в кредите... В этой
ситуации камень помог бы ему преодолеть
временные трудности.
Мальчишка-газетчик пробрался среди гудящих машин к тротуару и нашел того
человека, который дал ему стопку
одинаковых ярких газет. Хорошо одетый блондин с пышными светлыми усами поджидал
его на скамейке в сквере.
- Ну как? - спросил блондин у газетчика.
- Порядок. - Мальчишка назвал номер "мерседеса" и описал человека, которому
он продал газету.
- Молодец! - Леня протянул газетчику пятисотрублевую купюру и забрал
оставшуюся стопку газет. Эти газеты он
накануне напечатал в маленькой неприметной типографии, которая принимала заказы
на любые полиграфические услуги, но
в основном зарабатывала изготовлением фальшивых винно-водочных этикеток.
Лариса, третьесортная фотомодель и дорогостоящая любовница Артема
Зарудного, в третьем часу ночи по обыкновению
оказалась в модном ночном клубе "Страза".
Сам Зарудный, как всегда, был занят какими-то своими скучными делами, и
Ларисе приходилось развлекаться
самостоятельно.
Счастье еще, что в "Стразе" она чувствовала себя как дома и ее знала здесь
каждая собака.
В облаках искусственного тумана посреди танцпола она встретила своего
старинного знакомого Индюкова, который
начал бурно оправдываться: оказывается, его не было на прошлой неделе ни на
одной клубной вечеринке не потому, что он
выпал из тусовки - просто летал с одним знакомым банкиром на сафари в Кению.
Лариса пожала плечами: какое-то там сафари - это еще не повод отрываться от
светской жизни, а впрочем, индюковские
оправдания совершенно ее не интересовали.
Тем более что рядом с ними тут же возникла индюковская пассия Бланш,
швейцарская журналистка, и ревниво уставилась
на Ларису своими разноцветными глазами.
Чифирь выкладывался, как стахановец на субботнике, выдавая что-то то ли
африканское, то ли латиноамериканское, во
всяком случае жутко темпераментное и заводное. Из облаков искусственного тумана
то и дело выныривали знакомые
физиономии.
Мелькнула Лялька Блюхер в сногсшибательной маечке от Пако Рабанна, помахала
Ларисе и утонула в тумане с красивым
негром из консульства Бурунди.
Лариса пошла в туалет. Здесь в специальном синем освещении, которое
администрация клуба завела по европейской моде
в наивной надежде, что при таком свете наркоманы не смогут уколоться, потому что
не попадут иглой в вену, Лариса
наткнулась на незнакомую девицу, которая нюхала "пыль".
Лариса извинилась, девица хихикнула и предложила поделиться. Посмотрев с
завистью на искрящийся порошок, Лариса
отказалась: Артем, скотина, заметит, что она принимала наркотик, и разозлится,
не даст денег на новую шубу.
Разговорились с девицей, та оказалась москвичкой, сюда прикатила на три дня
со своим папиком-бизнесменом. На шее у
девицы болтался кулон с потрясающим, очень большим сапфиром. Перехватив Ларисин
взгляд, москвичка махнула рукой:
- Дешевка! Двадцать штук баксов! Вот вчера я в одном здешнем доме видела
камень - это улет! Я чуть не уписалась!
Изумруд размером с куриное яйцо! Красивый, как глаз сатаны!
У Ларисы глаза загорелись: она с ума сходила по драгоценным камням, любимой
ее поговоркой было: "Лучшие друзья
девушки - бриллианты". Она спросила девицу, в каком доме водятся такие огромные
изумруды, но та только пожала
плечами:
- Папик меня привез к каким-то знакомым, а я уже так нанюхалась, что была
совершенно никакая...
В туалет вломились две незнакомые девицы, судя по манерам - шлюхипрофессионалки,
и москвичка, недовольно
покосившись на них, спрятала пакетик с "пылью" и гордо удалилась.
Лариса вернулась на танцпол, но уже не могла толком отрываться: у нее не
шел из головы сказочный изумруд. Артем,
зануда, в жизни ей такой не купит, но хоть бы поглядеть на него одним глазком...
В клубе появился известный кинорежиссер Барабанов, все девицы заверещали,
но Ларисе было совершенно не до него.
Она ушла из "Стразы" необычайно рано - еще не было и пяти.
На следующий день она спросила Зарудного, не знает ли он, у кого в нашем
городе есть изумруд размером с куриное
яйцо. Артем почему-то невероятно заинтересовался и подробно расспросил, откуда
она знает про такой изумруд.
Казалось бы, такие совпадения должны были показаться ему подозрительными,
но Артем Зарудный давно заметил, что в
жизни все события идут косяком, происходят совершенно удивительные совпадения, и
если один раз огромный изумруд
каким-то образом попал в его поле зрения - он непременно еще раз возникнет на
его горизонте. Такие совпадения Зарудный
воспринимал как перст судьбы, как верный знак, что стоит на что-то обратить
серьезное внимание.
Артем Зарудный считал себя человеком везучим. Ему казалось, что судьба
постоянно подыгрывает ему, и свою наглую,
жесткую и даже жестокую манеру делать дела и обращаться с людьми оправдывал тем,
что он - хозяин жизни, и не может
вести себя, как совестливый неудачник.
Вот и сейчас он воспринял последние события - подслушанный Венечкой
разговор, статью об изумруде, которую сам
прочел в бульварной газетенке, и то, что рассказала ему Лариса, - как ясные
указания судьбы, что ему нужно заняться
сказочным изумрудом, что именно операция с камнем поможет ему преодолеть
временные затруднения.
Затруднения у Зарудного возникли в связи с перспективным зерновым бизнесом,
которым он занялся совсем недавно.
Артем купил в Краснодаре эшелон пшеницы и хотел пригнать его в Петербург, чтобы
здесь с большой выгодой продать
владельцам мукомольного комбината. С мукомолами была достигнута договоренность,
согласованы цены и сроки поставки,
но когда эшелон с зерном прошел уже полпути, выяснилось, что по какому-то
непростительному недосмотру банковский
счет, с которого должны были поступить деньги железной дороге за перевозку,
заморожен налоговой инспекцией, и
железнодорожники, не вдаваясь ни в какие подробности, отогнали эшелон на
запасные пути и начали насчитывать пени и
штрафы за его хранение.
Зарудный уволил двух бухгалтеров, кинулся решать вопрос сам, но
железнодорожное начальство видело и не таких
крутых. как он, и на его трехэтажный мат ответило шестиэтажным, а на его угрозы
- угрозами еще более серьезными.
Короче, деньги он заплатил с другого счета, предназначенного для финансирования
операций с цветным металлом, но пока
суть да дело, стоявшее на запасных путях в специальных закрытых вагонах зерно
"сгорело", то есть перепрело, и теперь не
годилось даже на корм скоту, а Зарудный понес тройные убытки: потерял деньги,
которые потратил на зерно, заплатил пени
железнодорожникам за простой эшелона и неустойку мукомолам за срыв контракта.
В масштабах всех его финансовых интересов и владений это еще не было
катастрофой, он вполне мог после оправиться
такого удара, но сложность заключалась в том, что он израсходовал все свои
свободные денежные резервы, все свои
оборотные средства, а без оборотных средств никакой бизнес, даже очень крупный и
хорошо налаженный, функционировать
не может.
Зарудный пошел по самому естественному пути - он обратился за ссудой к
банкам, но до банкиров дошли сведения о его
недавней неудаче, и они не спешили предоставлять ему ссуду. И теперь вся
огромная и хорошо отлаженная машина его
бизнеса могла остановиться, а в бизнесе, как и в езде на велосипеде, остановка -
это падение.
Перед Зарудным замаячила весьма часто случающаяся с крупными бизнесменами
опасность: бывает, что человек,
владеющий собственностью на десятки и даже сотни миллионов долларов, разоряется
из-за того, что ему приходится
неожиданно выплатить совсем небольшие по его масштабам деньги, один-два миллиона
или даже несколько сотен тысяч,
поскольку эти деньги нужно каким-то образом изъять из бизнеса, а это -
практически то же самое, что вынуть нижнюю карту
из карточного домика: вынешь одну - рухнут все.
В этой ситуации помочь ему могло вливание наличных средств со стороны, и он
воспринял появление на горизонте
уникального бесценного изумруда, как перст судьбы, как еще одно проявление
своего исключительного везения. Выходило
так, что этот изумруд, бесследно пропавший в годы революционного хаоса, сейчас
выплыл из небытия с единственной целью
- помочь Артему Зарудному сохранить свою финансовую империю.
Оставалось только решить два незначительных вопроса - найти изумруд и
заполучить его. Лучше всего, конечно,
заполучить камень самыми привычными для Зарудного методами - силой или обманом,
но в самом крайнем случае можно
его купить.., купить по возможности дешевле, чтобы потом продать с огромной
прибылью сумасшедшему английскому
миллионеру, владельцу второго "Глаза Ночи".
Однако трудности возникли уже на самом первом этапе. Зарудный приказал
Венечке внимательно следить за
посетителями бара, и как только появится тот блондин, который разговаривал по
мобильнику об изумруде, дать знать об этом
Зарудному, постаравшись задержать блондинчика в баре под любым благовидным
предлогом, а если представится
возможность - установить его личность.
- Артем Николаевич! - воскликнул Венечка, ударяя себя в грудь
наманикюренной рукой. - Насчет того, чтобы
внимательно наблюдать за посетителями, вы могли бы мне и не говорить! Я и так
постоянно предельно внимателен!
- Русский ты, Венечка, - усмехнулся Зарудный, цитируя классику, - а порусски
не понимаешь. Если я говорю -
внимательно, значит, утрой свое внимание!
Венечка поклялся внимание не то что утроить, а прямо-таки удесятерить, но
загадочный блондин в очках без оправы как
сквозь землю провалился, во всяком случае совершенно возмутительно перестал
появляться в баре "Хонки-Тонки".
Параллельно Зарудный пытался выяснить личность москвички, с которой Лариса
разговаривала в "Стразе", но это тоже
оказалось совершенно глухим номером. Московские бизнесмены, конечно, часто
бывают по делам в Петербурге, но узнать,
кто из них привозил с собой подходящую под Ларисино описание любовницу, было то
же самое, что пытаться найти нужного
человека на пляже в Сочи в самый разгар сезона.
Банкир Ангелов велел шоферу остановиться в тихом неприметном переулке, и
тотчас же стройная женская фигура в
коротком пальто, туго затянутом поясом, и замотанная шарфом, так что не видно
было волос, скользнула на заднее сиденье.
Между ним и шофером было темное стекло, и Ангелов тотчас же отключил микрофон,
чтобы ничье нескромное ухо не
услышало секретного разгово
...Закладка в соц.сетях
