Жанр: Электронное издание
7sky
...ороны брызнул снег, джип перевалил
через сугроб, наваленный
снегоочистителем, и Лидия узнала машину Егора Шубина.
Джип подлетел к лавочке, осел на задние колеса и еще не остановился до
конца, когда распахнулась дверь и Шубин
спросил у нее негромко:
- Что ты здесь делаешь?
- С-сижу, - ответила она, клацнув зубами от холода. - Что случилось?
Где ты был так долго?
- Машину мыл, - объяснил он равнодушно. - Может, сядешь? Холодно
очень.
- Холодно - уезжай, - сказала она и отвернулась.
Его равнодушный тон оскорбил ее. Она замерзла на этой чертовой лавочке
до того, что пальцы отказывались
попадать в кнопки телефона, она чего только не передумала за это время, а он мыл
машину и смеет говорить об этом таким
оскорбительно равнодушным тоном!
- Не дури, - попросил он все так же равнодушно. - Я устал, мне нужно
домой.
- Нужно - езжай, - повторила она и отвернулась. И с независимым видом
сунула руки в карманы.
Он посидел еще несколько секунд - она смотрела в сторону, - потом
захлопнул дверь, и джип стал медленно
сползать с площадки.
Он уезжает, пронеслось в голове. Он действительно уезжает. Он сейчас
уедет совсем.
Глаза моментально наполнились слезами. Задние фонари машины расплылись
и странно приблизились. Заложило
нос, и стало очень жалко себя. Лидия зажмурилась, слезы полились по холодным
щекам. Их было что-то очень много, как
будто они ждали в засаде, когда она наконец раскиснет.
Что она теперь станет делать?! Ей страшно идти домой, а больше никуда
пойти она не может. Еще была какая-то
надежда, пока она пыталась ему дозвониться, а он не отвечал, и она мечтала,
чтобы он наконец ответил. Чтобы кончилась
эта мука неопределенности! Мука кончилась, и что теперь ей делать?!
Негромкое и сытое урчание заморского двигателя как будто приблизилось,
но она стойко смотрела в другую
сторону, не разрешая себе поворачиваться.
Мигнули фонари. Джип задом взбирался на площадку. Широченная рифленая
шина остановилась в сантиметре от
ее ботинка. Распахнулась пассажирская дверь, Шубин выпрыгнул с другой стороны,
подошел и за шиворот, как щенка,
поднял Лидию с лавочки.
Очень неудобно и унизительно, головой вперед, он впихнул ее в салон,
дернул за ноги, зашвыривая их внутрь, с
силой захлопнул дверь, в один шаг обошел джип и сел за руль.
- Дура! - рявкнул он. - Куда тебя понесло?! Ты что, не могла меня
дождаться?! Зачем ты уехала да еще нашим
наврала, что встречаться со мной?! Что я должен думать?!
- Откуда я знаю, что ты должен думать! - закричала Лидия, и слезы
хлынули, хотя она очень старалась их удержать,
чтобы спасти хотя бы остатки гордости. Они лились почему-то прямо на губы,
попадали в рот, и в горле сразу стало солоно
и горько. - А я?! Ты уехал, еще светло было! Ты уехал с Гришкой в багажнике и
пропал! Телефон у тебя не отвечал, а я все
ждала, ждала и думала, что, может, я уже напрасно жду, что, может, тебя уже
убили! Ты что, не мог позвонить?! Он, видите
ли, мыл машину! А потом мне позвонили и сказали, чтобы я перестала валять
дурака! Что меня все равно найдут, когда
придет моя очередь! Что люди, которые меня прячут, ни в чем не виноваты, а я!..
А их могут убить из-за меня!
- Что ты сказала? - Шубин вдруг снял очки, притянул ее к себе за
отвороты дубленки и поцеловал в губы.
Она сопротивлялась, выворачивалась и упиралась. Она отпихивала его
локтем. Она даже попробовала его укусить,
но он не отпускал ее.
Он был намного сильнее. Гораздо сильнее.
Она вовсе не собиралась с ним целоваться - еще не хватало! Он не должен
ее лапать - что за номера! Она очень
рассердилась на него - он обозвал ее дурой!
Одной рукой она обняла его за шею, а другую засунула ему под свитер, в
его тепло, в его чистый запах. Там, под
свитером, двигалась гладкая кожа и колотилось сердце, очень близко, странно
близко, у самой ладони. Она прижалась еще
теснее. Рычаг переключения передач очень мешал ей, и она пнула его ногой.
Пошарив рукой, Шубин положил свои очки на щиток. Ему вдруг стало так
жарко, что взмокла кожа между
лопатками. Ее губы были нежными и все еще чуть-чуть солеными на вкус. И еще он
чувствовал вкус коньяка.
Так не бывает. Так не может быть.
Он и не знал, что так бывает. Что так может быть.
Лидия что-то пробормотала, открыла глаза, блестящие и незрячие, и
прошептала хрипло:
- Шубин.
От этого голоса у него вдруг что-то зазвенело в голове. Он должен
контролировать ситуацию. Он совершенно точно
знал, что еще несколько минут, и он ни черта не сможет контролировать.
- Хватит, - сказала Лидия и снова закрыла глаза. - Я больше не могу.
И сунула нос за воротник его свитера. Тонкие пальцы стиснули кожу на
его груди и медленно отпустили. Шубин
резко вздохнул, так что Лидия едва удержала равновесие. Другой рукой она,
торопясь, вытаскивала его свитер из джинсов и.
вытащив, даже заскулила от восторга - ее ладони сошлись на гладких и длинных
мышцах спины, теплых и сильных.
Еще немножко. Она разрешит себе еще совсем немножко...
Она провела губами по резко очерченной шершавой скуле, спустилась к
ключице и потерлась о нее носом.
"Кажется, я собирался что-то там такое контролировать. Или не
собирался? Или это не я собирался?"
Он держал в ладони ее затылок, откинув блестящие волосы, целовал шею и
нежную кожу за ухом и совершенно
точно знал, что немедленно умрет, если не получит ее всю, целиком и полностью.
- Шубин, - повторила она своим коньячным голосом. - Шубин.
Оторвала от себя его руки и отодвинулась в угол. Некоторое время они
молчали, только таращились друг на друга,
потом он торопливо заправил в джинсы задранный мятый свитер и запахнул дубленку,
как будто ему стало холодно. Полой
дубленки он смахнул на пол мобильный телефон и долго и бессмысленно изучал то
место, где он только что был. Потом
нагнулся и стал шарить под креслом.
Пока он шарил, Лидия пришла в себя.
Он разогнулся, сунул телефон на место, надел очки и покосился на нее.
- Куда мы поедем? - спросила она, и собственный голос показался ей
хриплым и неприличным.
- Как куда? - У него тоже был хриплый и неприличный голос. - Домой.
- Мне нельзя к тебе. - Она сжала в кулачок руку. - Мне сказали по
телефону, чтобы я вернулась к себе.
- А я сказал тебе, чтобы ты не смела включать телефон, пока я не
разрешу. И не по телефону, а лично.
- Мой телефон, - заявила Лидия. - Когда хочу, тогда и включаю.
- Моя квартира, - сказал Шубин. - С кем хочу, с тем и живу. В данный
момент я хочу жить с тобой.
Лидия подавилась очередной тирадой и растерянно хрюкнула.
- Да не бойся ты! Я смогу тебя защитить, если потребуется. И Димку с
дедом тоже.
- А себя? - спросила она, и дурацкие слезы опять поднялись, грозя
затопить горло. - А себя ты защитить сможешь?
Он сбоку взглянул на нее.
- Я постараюсь, - сказал он осторожно. - Я уже стараюсь. А что? Ты
думаешь, я плохо стараюсь?
Джип выбрался со двора в тесный Архангельский переулок и осторожно, как
будто сам по себе, пробирался между
рядами припаркованных машин.
- Где ты будешь мне рассказывать о том, что было у Гришки в квартире и
почему ты так долго не приезжал? -
неожиданно спросила она деловым тоном.
- А что?
- Просто мы через минуту уже приедем к тебе. Если не хочешь
рассказывать дома, можем поиграть в
дальнобойщиков.
- Что? - переспросил Шубин изумленно. - Во что мы можем поиграть?
- Ты что, не знаешь, как играют в дальнобойщиков? - спросила Лидия
недоверчиво. - Это очень просто. Сначала
нужно заехать в "Макдоналдс" и купить каких-нибудь пошлых гамбургеров и кокаколы.
Потом нужно ехать на МКАД.
Обязательное условие - пока не выехали на МКАД, есть гамбургеры и пить кока-колу
нельзя. Ну вот. По МКАД нужно
ехать очень быстро, пить кока-колу и есть гамбургеры. И разговаривать. Можно два
круга объехать, можно три. А можно
всю ночь ездить. Как хочешь. И смотря на сколько хватит разговоров.
Шубин захохотал так неожиданно и так громко, что Лидия вздрогнула,
прервала свои объяснения и посмотрела на
него с некоторым осуждением.
- Ты что?
- Ничего, - ответил он и опять захохотал. - Лидия, ты даже представить
себе не можешь, как здорово, что ты мне
попалась!
- Как попалась? - не поняла она.
- Что ты попалась на моем тернистом жизненном пути и не дала мне сойти
в могилу скучным старым ученым
ослом.
- Теперь ты сойдешь в могилу молодым и веселым ученым ослом, -
буркнула она и отвернулась.
- Не льсти себе, - заявил он, поворачивая к своему дому. - Ты тут ни
при чем. Моя преждевременная кончина -
вовсе не твоих рук дело. Тебе меня не схавать. Я крутой, тертый, умный, хитрый и
злопамятный. Весь набор качеств,
необходимых для большого бизнеса, у меня присутствует. Считай, что ты просто
ручка, которой написали статью, только и
всего.
- Спасибо, - поблагодарила Лидия. Господи, он все время обижает ее и
даже не замечает этого!..
- Пожалуйста, - ответил Шубин вежливо. - Не дуйся. Ну хочешь, считай,
что ты не просто ручка, а ручка "Паркер".
- Отстань от меня со своей ручкой!
Он затормозил у гофрированных железных ворот, вытащил из кармана брелок
с дистанционным управлением и
нажал кнопку. Ворота не шелохнулись. Шубин выругался, высунул руку с брелоком в
окно и снова нажал кнопку.
Потом еще и еще раз.
- Какого хрена я плачу деньги за всю эту муру, если она два раза из
трех не работает! - Он снова нажал и отпустил
кнопку. От злости у него задергался под глазом какой-то отвратительный нерв.
Нерв-предатель.
Нерв-изменник. Он все время подводил Егора Шубина, начиная дергаться в
самый неподходящий момент. Лидия
смотрела на него с интересом.
- Что это ты так... разошелся? - спросила она с легким презрением. -
Поду-умаешь, ворота не открываются!
- Когда они в прошлый раз не открывались, меня здесь чуть не побили! -
Он прижал к дергающемуся глазу ладонь.
- И меня достала вся эта канитель!!! - внезапно заорал он, выпрыгнул из машины,
снова смахнув на пол свой
многострадальный мобильный телефон.
Лидия в лобовое стекло наблюдала, как Шубин в два шага приблизился к
воротам, саданул кулаком по блестящей
кнопке домофона, встроенного в железную дверь, и, как только отзвенели нежные
переливы колокольчиков внутри
домофонного организма, начал орать.
Она улыбнулась. Он так нравился ей, что даже просто смотреть, как он
орет, доставляло ей удовольствие, И ничего
она его не боялась! Глупость какая - бояться Егора Шубина! И почему он казался
ей похожим на замороженную лягушку
или английского аристократа? Нормальный мужик - вспыльчивый, твердолобый и
упрямый, как все нормальные мужики.
Устыдившись своего влюбленного девчачьего разглядывания, Лидия
перегнулась через сиденье и стала шарить под
креслом в поисках его мобильного телефона. Он закатился куда-то очень далеко, и
ей пришлось вытащить его за шнур
зарядника. Пыхтя, она распрямилась, взглянула в окно и замерла. Телефон болтался
у нее в руке, как дохлая крыса на
веревочке.
Шубин у железных гофрированных ворот был не один.
Рядом с ним стояли двое.
В середине светового пятна, резко очерченного фарами на гофрированных
металлических волнах, засунув руки в
карманы джинсов, был один Шубин. Те стояли за гранью этого круга, под фонарем,
казавшимся по контрасту с ярким
светом фар очень тусклым. Лидия не могла их разглядеть.
Что-то случилось.
Она дернула ремень, который, конечно, моментально заклинило в замке.
Она дернула еще раз. Трясущиеся руки
никак не справлялись.
Что-то случилось. Нужно спешить.
Замок негромко щелкнул, ремень с приятным жужжанием поехал вверх,
освобождая Лидию.
Она с силой толкнула дверь и чуть не выпала наружу. Она ни о чем не
думала, кроме того, что должна спасать
Егора Шубина.
Каблук ботинка зацепился за подножку, Лидия не удержалась и с размаху
шлепнулась на колени, в снег и жидкую
грязь.
Шубин оглянулся. И те двое оглянулись тоже.
- Егор! - крикнула Лидия. Неужели в этом его супердоме нет никакой
охраны, которая может помочь?!
Шубин сделал один гигантский шаг, оказался в середине лужи и вытащил
Лидию.
- Ты что? - спросил он.
- Что случилось? - спросила она и услышала ужас в собственном голосе.
- Ах ты, глупая корова, - сказал все понявший Шубин. Нагнулся и стал
отряхивать ее промокшие джинсы, по
которым текла вода. - Это не наемные убийцы. Это моя мать с очередным кавалером.
Ты же ее видела сегодня. Не узнала?
- Мать? - переспросила Лидия, трясясь. Шубин распрямился, посмотрел ей
в лицо, неожиданно и некстати
поцеловал и повел прочь из лужи. Распахнулась дверь, выскочил охранник.
- Егор Степанович?
- Загоните в гараж мою машину, - приказал Шубин. - Ключи в зажигании.
Ритуля, это Лидия Шевелева, ты с ней,
кажется, знакома. И я не понял, что за номера? Почему ты караулишь меня у
подъезда? Мы же виделись сегодня.
- Жора, - начала Маргарита, и Лидия посмотрела на нее в полнейшем
изумлении.
Что это еще за Жора? Какой Жора? Где Жора?
- Жора, мне нужно с тобой поговорить без свидетелей. У тебя в квартире
я разговаривать не могу. Тебе придется
выслушать меня прямо здесь. Я твоя мать и имею право на общение с сыном.
- Передачи принимаются по вторникам и четвергам, - пробормотал Шубин.
- Приемные часы каждый день с
семнадцати до девятнадцати.
Лидия переступила ногами в мокрых ботинках. Она никак не могла взять в
толк, что здесь происходит.
За их спинами железные ворота медленно поползли вверх, открывая
освещенный съезд в подземный гараж. Джип
негромко и деликатно посигналил, просясь домой. Маргарита отступила к витой
металлической решетке и даже несколько
прижалась к ней, как героиня фильма ужасов, застигнутая врасплох посреди ночного
города.
Лидия с тоской смотрела, как джип скатывается вниз. Ей тоже очень
хотелось в какой-нибудь теплый и сухой
подземный гараж. И чтоб залили бензином и вытерли тряпкой.
Мокрые ноги стыли, и от всего пережитого за этот день как-то неожиданно
и чудовищно заболела голова.
- Жора, - продолжала нагнетать Маргарита, - я не уйду, пока ты меня
не выслушаешь.
- А где он? - негромко спросила Лидия у Егора.
- Кто он? - не понял Шубин.
- Да Жора этот.
Почему-то все уставились на нее так, как будто только что заметили, что
она здесь.
- А, - сказал Шубин. - Жора - это я.
- Убери ее, - посоветовала Маргарита с брезгливой материнской
нежностью. - Отправь домой. Деточка, нам нужно
поговорить. Вы мешаете. Идите домой. У Егора Степановича важные дела, разве вы
не видите? Идите, идите домой,
дорогая!
- Если речь о Димке, - не слушая, произнес Шубин, - то все вопросы
решены. Мы с тобой и так совместными
усилиями чуть парня не угробили. Он останется со мной, Ритуля. Даже если он
завтра начнет вопить и проситься к тебе,
любимой, я его не отпущу. Ему только кажется, что он взрослый. На самом деле -
еще совершенный лопух. И я не понял,
дальше-то что? Зачем ты сюда притащилась, да еще с кавалером?
"Кавалер", спортивный и моложавый мужчина не определимого на первый
взгляд возраста, до сих пор не проронил
ни звука. Стоял в некотором отдалении и наблюдал за всем происходящим со
снисходительным и отчасти скучающим
видом.
- Это не кавалер! - воскликнула Маргарита. - Это человек, за которого я
выхожу замуж! Скажи, Жора, тебе
доставляет удовольствие унижать меня при посторонних?
- При каких посторонних? - спросил Егор. - Если ты про Лидию, то это не
посторонняя, а женщина, на которой я
женюсь.
Возникла некоторая пауза.
- Что? - переспросила Маргарита, в ее голосе явно слышалось
недоуменние. - Что ты сделаешь?
- Женюсь, - повторил Егор. - Ритуль, давай скажем друг другу "совет да
любовь" и пойдем по домам, а? Ну нет у
меня сил продолжать. Ну пожалей ты меня хоть один раз в жизни!..
- Она что, беременная? - спросила Маргарита быстро и вцепилась в Лидию
взглядом. - Ты уверен, что это твой
ребенок? Ты знаешь, какие они теперь все ловкие и чего только они не делают для
того, чтобы захомутать богатых
мужиков! Она делала анализы? Ты должен заставить ее сделать анализы!
- Дорогая, - вдруг пророкотал Маргаритин жених, - по-моему, это
совершенно не твое дело.
- Не мое?! - взвизгнула Маргарита. - Не мое?! Мой сын привел в дом
какую-то проститутку, которая догадалась
сказать ему, что она беременна, и это не мое дело?! Ему сорок лет, и он еще ни
разу не был женат, а теперь ни с того ни с
сего собрался жениться только потому, что...
- Господи, за что мне все это? - спросил Шубин, обращаясь к темному
небу.
Лидия тоже задрала голову и посмотрела. Звезд не было, низко летели
рваные облака, подсвеченные снизу "огнями
большого города". В просветах между ними открывались другие, более высокие и
темные облака, и в этом была какая-то
первобытная жуть, как обещание близких и неотвратимых катастроф. Почему-то всю
жизнь Лидия боялась темного
ночного неба.
- Пошли, а? - попросила она и потянула Егора за рукав. - Пожалуйста...
- Она уже говорит тебе, что ты должен делать! - злорадно констатировала
Маргарита. - Ты что, и вправду
собираешься жить со случайной шлюхой...
- Что тебе надо? - спросил Шубин таким тоном, что Маргарита попятилась
и на самом деле прижалась к решетке. -
Денег? Сколько?
Вот оно в чем дело, вяло подумала Лидия. Вот он - источник высоких
чувств и трагического вдохновения. Вот он -
подземный ключ сложных и разнообразных эмоций.
Ей просто нужны деньги.
- Видите ли, в чем дело, - солидно начал красавец-мужчина, - у меня
свой небольшой бизнес. Довольно
прибыльный и успешный. Я питаю самые искренние и теплые чувства к вашей матушке,
- добрая улыбка в сторону
Маргариты, - но мои финансовые обстоятельства не позволяют мне жениться, не
обговорив вопроса о приданом. Надеюсь,
что, как мужчина, вы вполне поймете меня.
- О чем? - переспросил Шубин. Лидия быстро на него взглянула. - О
приданом?
- Небольшое приданое, - пояснил красавец-мужчина безмятежно. - Которое
вполне по силам вам и которое
устроит меня.
Лидия осторожно сунула руку в карман дубленки Егора и сжала там его
ладонь.
И вправду, господи, за что ему все это? Может, уже достаточно для
одного дня?
- Вы не торопитесь, - продолжал красавец-мужчина отеческим тоном среди
всеобщего молчания, - мы вполне
можем встретиться не сегодня и не на ходу, чтобы обсудить все условия. Милости
прошу ко мне на дачу в Малаховку. Я
отлично понимаю, что такие вопросы не решаются сгоряча. Просто Маргариточка
уверяла меня, что мы должны все
обсудить именно сегодня, и я решился вас побеспокоить.
Егор медленно выдохнул. Красные круги перед глазами бледнели,
расплывались и медленно исчезали. Он не
ожидал, что Маргаритин жених приведет его в такое бешенство.
Маргарита комкала платочек и смотрела в асфальт.
Интересно, подумала Лидия, каково это - чувствовать себя
бесприданницей? И затевать целую историю, чтобы
выклянчить это приданое? И знать, что, если выклянчить не удастся, жених так же
солидно и неторопливо попрощается и
уйдет, не оглянувшись и ни на миг не утратив душевного спокойствия?
- Значит, так, - сказал Егор. - Ритуля, если тебе действительно
нужен... нужна эта скотина, я заплачу ему. Сколько
вы хотите? Ну, судя по вашему виду, десяти будет вполне достаточно.
- Вполне, - согласился жених, несколько, - впрочем, вполне умеренно -
обиженный на "скотину".
- Десять тысяч долларов, - подытожил Шубин. - Отлично. Брачный
контракт я составлю сам. Мне не хотелось бы
покупать Ритуле квартиру, когда вы ее выставите. Все условия вашего совместного
проживания, прописки, права
наследования, распределение доходов будут оговорены в контракте. Если вас обоих
что-то в нем не устроит, значит, сделка
не состоится. Контракт будет готов в течение десяти дней и вступит в силу с
момента его подписания и официальной
регистрации брака. Через десять дней моя секретарша передаст вам готовый
экземпляр. - От бешенства он позабыл, что
безработный и у него нынче нет секретарши. - Все? Мы решили все вопросы? В
Малаховку не надо ехать?
- Только одно, - благодушно сказал счастливый жених. - Надеюсь, что
после свадьбы вы не уменьшите
Маргариточкино содержание. Я хотел бы, чтобы это было упомянуто в контракте
отдельным пунктом. А насчет квартиры
вы зря волнуетесь, я человек порядочный.
- Забирай своего порядочного, - приказал Шубин Маргарите. - Желаю
счастья в личной жизни!
- Что это тебя так понесло? - спросила Лидия, когда наконец они зашли
за витую решетку двора. - Распределение
доходов, права наследования... Да еще скотиной обозвал. Ты думаешь, ей легко
было переться к тебе и просить денег, без
которых ее не берут замуж?
- Иногда я ее ненавижу, - признался Шубин. - Так, что даже себя не
помню. На самом деле у меня было плохое
детство, Лидия. И все из-за нее и таких же сволочей, которые появлялись,
уходили, иногда уносили последние деньги и
какое-то барахло из нашей квартиры. Я все время был один, есть хотел до
умопомрачения, ждал деда как избавления от всех
бед. С утра до ночи я ждал, что приедет дед и заберет меня. Маргарита не
отдавала, мужики меня лупили, не все, конечно,
но некоторые, учился я плохо, болел без конца...
Лидия схватила его за отвороты распахнутой дубленки, потянула и прижала
спиной к кирпичной стене. От
неожиданности он дал себя прижать.
- Наплевать и забыть, - сказала она и посмотрела ему в лицо. - Ты
понял? Прости ее, она всего лишь дура. Да еще
такая, видишь, не слишком счастливая. У тебя все по-другому - у тебя чудный дед,
брат, целая семья!
- Это точно, - подтвердил он, отводя глаза. - Семья. Особенно Димка,
которого я бросил.
- Ну пойди и повесься, - предложила Лидия и поцеловала его в губы. -
Когда я первый раз в жизни тебя увидела, то
перепугалась до ужаса. А сейчас мне кажется, ты такой славный, - она потерлась
щекой о его свитер, - такой милый... - и
она потерлась другой щекой.
- Милый, - повторил он. - Славный... Вот ерунда-то.
Он, Егор Шубин, славный и милый. Никогда в жизни он не был славным и
милым. Наверное, даже в два месяца он
уже не был ни славным, ни милым. Никогда в его жизни не происходило ничего
подобного: он не обнимался с девушками у
подъезда собственного дома и не разговаривал с ними на душещипательные темы. Ему
это даже в голову не приходило. Да
и девушек-то никаких не было. Были бабы, с которыми он спал. Все понятно и
просто.
А сейчас?
Он осторожно взял прядь ее блестящих темных волос и близко поднес к
глазам. Ему казалось, что это прядь какойто
дивной, нечеловеческой красоты. Ему хотелось рассматривать ее волосы, пальцы,
кольца, щеки, локти, ресницы. Он мог
три часа простоять, прижавшись спиной к кирпичной стене, затаившись и чувствуя
только, как ее щека касается его
свитера.
- Пошли? - спросила она, отстранилась и взяла его за руку. - Ты мне
должен рассказать про... Гришку и про все
остальное.
- Да, - он откашлялся. - Что-то мы отвлеклись...
Записные книжки, взятые из Гришкиной квартиры, оказались совершенно
бесполезными. Несколько последних
страниц были вырваны.
- Даже не вырваны, - сказал Шубин, внимательно рассматривая корешки. -
Вырезаны. Вырезаны лезвием.
- Как ты думаешь, как его убили? - Лидия сидела в его кабинете на
диване, поджав ноги и накрывшись шерстяным
покрывалом.
- Зачем тебе? - Он поднял на лоб очки и разглядывал последнюю страницу
на свет, надеясь рассмотреть какиенибудь
отпечатки. Никаких отпечатков не было.
- Ни за чем.
Шубин мельком на нее взглянул.
- Какой-нибудь укол, я думаю.
- Зачем его убили, Егор?
Он опустил очки на нос, сел за стол и открыл чемодан с Гришкиным
компьютером.
- Во-первых, затем, что он знал, кто подсунул тебе информацию,
следовательно, с самого начала был опасен. Я
думаю, его и выбрали потому, что его очень просто устранить. Передозировка
наркотиков, с кем не бывает. Во-вторых,
потому, что человек, который все организовал, начал подчищать следы. Я уверен,
что твой Леонтьев уже понял, что ты
утащила у него кассету, а может, кто-то видел, как ты лезла к нему в кабинет.
Например, тот же Гришка. А дальше все
логично - ты говоришь мне, что запись нашего телефонного разговора ты отдала не
кому-нибудь, а именно Леонтьеву. То,
что Распутин в прошлом звукорежиссер, никакая не тайна, и я отправляюсь к
Распутину. Он слабак и наркоман и сообщает
мне все, что знает, а знает он, очевидно, немало. Я узнаю, кто за этим стоит,
кроме твоего друга Леонтьева, и у меня
остается единственная сложность - как-то убедить в этом батяню. Допустить этого
никак нельзя. Гришку убивают, чтобы
повесить его убийство на меня. Я думаю, что и тебя по сценарию тоже должен убить
я. Так что когда я просил тебя не
выходить из дома, я знал, что делал, а тебя понесло, блин...
Он открыл компьютер и включил его.
- Единственное, чего не мог предусмотреть организатор, - это нашего с
тобой неожиданного союза. - Шубин снова
взглянул на Лидию и улыбнулся. - Такое предположить было сложно. То, что ты
оказалась со мной заодно, намного
осложняет ему задачу.
- Ты меня просто утешаешь, - пробормотала Лидия. - Убить меня?
- Я уже говорил и повторяю - я сумею тебя защитить, - произнес он
холодно. - Особенно если ты будешь меня
слушаться. Будешь?
Она промолчала. Мысль о том, что ее действительно хотят убить, в прямом
смысле не укладывалась в голове, как
будто там не хватало для нее места.
Это невозможно. Это какая-то ерунда. Почему тогда он сидит за
компьютером, а не бежит в милицию или к своему
другу-головорезу, почему он ничего не предпринимает такого, что остановило бы
механизм? И можно ли еще его
остановить?
- Пусто, - сказал Шубин с досадой. - Вот молодцы. Никаких следов.
Лидия встала с дивана и подошла к нему, волоча за собой плед.
- Что пусто?
- В компьютере пусто, - объяснил Шубин. - Ничего нет. Видишь?
- Да ну его, этот компьютер, - пролепетала Лидия дрожащим голосом. -
Нас что, вправду хотят убить, Егор?
Он молчал, и она слегка толкнула его в плечо. - Шубин!
- Не хватало только, чтобы ты сейчас начала паниковать, - разозлился
...Закладка в соц.сетях
