Жанр: Электронное издание
Tureck12
...в о них еще не знал.
И первая информация - расшифровка кодированного телефонного разговора
Игнатова с Западинским - была воистину ошеломляющей: на Западинского
работал какой-то совершенно гениальный хакер, взламывающий любую защиту и
скачивающий информацию прямо с президентского "Крея". А их, подобных
мощнейших компьютеров, на всю Россию, может, две-три штуки и наберется-то!
Дело оставалось за малым - вычислить гения. Для начала. Ну а потом -
заставить пахать на себя. Если он согласится. А на нет - и суда нет...
Для этой цели, с помощью все того же Матюшкина, Плешаков подобрал себе
группу отчаянных хакеров и велел им пошарить в своем мире: кто это там
оказался таким шустрым? Уж они-то должны знать друг дружку, поди, постоянно
общаются. Но этот вариант пока ничего не дал, видно, гений был еще и очень
осторожен. Оставалось ждать, когда кто-то из прослушиваемых сам нечаянно
раскроется и назовет если не фамилию, то, на худой конец, кличку - "ник
нейм". А ребята после пошарят в хакерских сайтах в Интернете, где они
обычно общаются, и, может быть, откроют анонима.
Но так просто ожидать у моря погоды Плешаков тоже не имел привычки. И
за каждым из трех интересующих его лиц пустил агентов из собственного
охранно-сыскного предприятия. Он хотел быть в курсе всех передвижений
Западинского и компании, а также их возможных пересечений и встреч, которые
все они очень не любили афишировать. Ну еще бы! Хорошая компанийка: вор,
магнат и контрразведчик!..
И вот в один из по-осеннему уже тягостных, дождливых дней Анатолий
Иванович получил информацию, что "нечестивая троица" собирается в ближайшие
часы встретиться в ресторане "Русский дом". Это довольно далеко от Москвы,
в районе Сергиева Посада. Чего их туда заносит? Или собираются грязные свои
дела после замаливать в лавре? От них, вообще говоря, всего можно ожидать.
Плешаков не знал этого ресторана. Но посчитал, что подобный шанс
упускать ни в коем случае не стоит. И немедленно отправил в Сергиев Поезд
бригаду толковых специалистов. Сам он собирался подъехать позднее, когда
подготовка уже закончится и, следовательно, можно будет, сидя в своем
"мерседесе", спокойно попивать виски со льдом и слушать, о чем болтают
посетители ресторана. Дело оставалось за малым: приехать и незаметно
установить необходимую аппаратуру.
Не знал Анатолий Иванович, что операция, на которую он дал отмашку с
уверенной легкостью, столкнется с почти непреодолимыми трудностями. И
первая из них состояла в том, что охрану "Русского дома" еще накануне взяла
на себя матвеевская братва, для которой слово Формозы было законом. И раз
это слово произнесено, значит, в ресторане не должно быть ни одного
постороннего лица. Желаете спецобслуживание? Можно назвать и так. Впрочем,
может подойти и закрытый съезд Святейшего синода, благо до лавры - рукой
подать.
Опоздал Плешаков. Когда прибыли его люди, вопрос о допущении или
недопущении посетителей уже не стоял. Зная взрывчатый характер своего
хозяина, спецы приуныли. Ни электротехник, ни водопроводчик тут и близко не
проходили. А до часа "икс" времени оставалось совсем немного.
Отчаявшиеся спецы стали названивать Плешакову, который уже держал курс
на Сергиев Посад.
План, родившийся у Анатолия Ивановича, щедрого на подобного рода
выдумки, был, конечно, вызывающе наглым, но, во-первых, и времени
практически не оставалось на более изощренные действия, а во-вторых, он
подумал, что с этой компанией, может, так оно и надо: чем наглее, тем
продуктивнее...
Трубка мобильной связи, лежащая на столе генерал-полковника Матюшкина
в закрытом чехле, вдруг запиликала нежно и призывно. Генерал поглядел на
нее с сомнением, поскольку именно этим телефоном пользовался очень редко и
исключительно для личной надобности, но достал и поднес к уху.
- Сергей Сергеич, - услышал негромкий, вкрадчивый голос Плешакова, -
не сильно отрываю?
- Говори, Толя, что у тебя?
- Я сейчас недалеко от Загорска, ну, Сергиева Посада. Намечается одно
мероприятие с участием известных вам фигурантов. Я понятно говорю?
- Да-да, слушаю. Так какие трудности?
- Они хорошо подготовились. Возникли сложности. А разрешить их нам
вполне может какой-нибудь очень хороший человек, желательно из
параллельного ведомства.
- Я понял тебя, дай маленько подумать... Слушай-ка, а что там у тебя
за организация?
- Да какая организация, Сергей Сергеич! - мелко засмеялся Плешаков. -
Обычный ресторан. "Русский дом" называется. А что, может быть, адрес?
- Я думаю, не мешай... Значит, так, Толя, слушай меня, - сказал
генерал после короткой паузы. - Я тебе дам телефончик, позвонишь и
спросишь, куда подъехать. Он поможет.
- Хорошо бы предварить мой звонок вашим, а?
- А ты как думал? - почти с насмешкой хмыкнул генерал. - Запоминай...
Плешаков позвонил по указанному телефону, как и условились, ровно
через пять минут. Трубку там тотчас подняли.
- Полковник Киселев слушает.
- Здравствуйте, Иван Петрович, вас беспокоит Анатолий Иванович.
- Понял. Вы сейчас где?
- Прошли путепровод за Никольским, - выглянув в окно, сказал
Плешаков. - Куда прикажете?
- В город не заезжайте, после моста берите вправо, по объездной.
Встречу вас у поворота Подсосино. Вы на чем?
- "Мерседес" с охраной.
- Ну конечно, как я не сообразил. Ну а я - в "газоне". Жду.
Уже начинало по-осеннему темнеть, шел восьмой час. "Сходняк", как
назвал его для себя Плешаков, намечался на девять вечера. Значит, уже, что
называется, в обрез.
Автомобильное движение под вечер здесь уменьшилось, и обыкновенный
зеленый "газик", стоящий на обочине, водитель увидел еще издалека.
- Вижу, справа, - сказал он.
- Я тоже. Подруливай.
К "мерседесу" направился средних лет мужчина в сером плаще и кепке -
типичный такой представитель мелкой районной власти.
Левая задняя дверь предупредительно открылась. Плешаков высунул наружу
руку и махнул. Мужчина ловко нырнул в салон и стянул с головы кепку.
- Киселев. Я вас внимательно слушаю, Анатолий Иванович.
Плешаков не стал вдаваться в подробности. Объясняя свой интерес
оперативной надобностью, он рассказал о неожиданно возникших трудностях. И
уж конечно не стал он говорить и о том, что среди интересующих его
фигурантов есть начальник Управления ФАПСИ генерал Игнатов. Эта информация
будет совсем лишней местному чекисту.
- Самое простое решение, - сказал Киселев, - это мне самому заглянуть
к Грише и выпить с ним по рюмке. Но... есть и минус. Местная публика меня
хорошо знает. А вам это надо?
- Верно, не надо, - улыбнулся Плешаков. - Какие еще варианты?
- У вас есть собственные предложения?
- Да вот... если вам не покажется... Поговорить бы с кем-нибудь из
особо доверенных официантов. Можно даже немного прижать, легкий такой
пресс. Чтоб он сам захотел помочь и при этом молчал, как рыба об лед. Тут
могут быть любые варианты, скажем, от настойчивой просьбы собственной
супруги до хорошего бакшиша, причем сразу, без подоходного, понимаете?
- А что? В этом есть... Сейчас вспомним, кто у нас имеется из таких...
А разговор на себя возьмете? Или мне посоучаствовать?
- Как сочтете сами. В любом случае можете быть уверены, что свою штуку
вы уже имеете.
- Ну, не будем терять времени. Я пошел, езжайте за мной до Чаркова,
там заберем одну дамочку, и вы пересядете ко мне в машину. Этот ваш утюг
светить не стоит. Стоянка там открытая со всех сторон, смысла нет. А те
ваши ребятки, они могут ехать. У нас тут джипов как собак нерезаных.
И он покинул "мерседес".
Следующий этап начался после того, как Плешаков перебрался в "газон"
полковника, где находилась двадцатипятилетняя дамочка очень эффектной
внешности.
- Наташа, - скромно потупив сильно накрашенные глаза, протянула она
ладошку-лодочку Анатолию Ивановичу.
- Очень приятно, - ответил тот, но представляться не стал.
- Мы сейчас к домику поедем, - говорил ей между тем полковник
Киселев, - а ты нам аккуратненько выведешь и доставишь прямо в салон Ваську
Рыбина. Ясна задача?
- А если он это... занят?
- Это уж твоя забота. Впрочем, если они оставят там тебя, мы с
коллегой, - Киселев кивнул на Плешакова, причисляя его сонму сотрудников
спецслужб, - возражать особо не станем. Но - сперва дело. - Быстро и ловко
ведя тряскую свою машину, за которой едва поспевал джип охраны, по узким и
кривым улочкам поселков, окружавших Сергиев Посад, он с провинциальной
хвастливостью бросал реплики Плешакову: - А Натка - славная девочка... и
помощница отличная. Одну только слабость мы имеем, да, Натка? А? Чего
молчишь? Ладно, не красней, это дело житейское...
Охрана, сидевшая в джипе, тоже знала уже свою задачу. Надо подъехать
понахальнее к самому входу, удивиться, что сегодня нет обслуживания,
побазарить с охраной, но на крупный скандал по-возможности не нарываться.
Словом, постараться как можно дольше отвлекать охрану от ее прямого дела.
На трассе, у поворота к ресторану, Плешаков увидел машину со своими
специалистами. Один из них остался в салоне "рафика", где была смонтирована
приемная и записывающая аппаратура, а второй быстренько пересел в
киселевский "газик". Джип обогнал их и ушел вперед - отвлекать внимание и
начинать занудный базар с братвой.
Окружной дорожкой Киселев подогнал свою машину к задам ресторана, где
к хозяйственным пристройкам почти вплотную подступали лесопосадки. Сюда и
должна была Наташа вытащить своего приятеля Василия Рыбина, старшего
официанта "Русского дома", парня разбитного, нагловатого и в меру
трусливого.
Наташа вышла из "газона", огляделась, поправила кудри перед зеркальцем
бокового обзора и, подмигнув Киселеву, независимой походочкой направилась к
дверям служебного входа. Ей парадный ни к чему, ее тут достаточно хорошо
знают. В иные дни отлично помогает обслуге лихо раскручивать подгулявших
фраеров, и все это хорошо было известно Киселеву. Такие вот они
получались - человеческие слабости, которыми не без успеха для своего дела
пользовался полковник.
Минут через десять на крыльцо вышел покурить светловолосый стройный
парень в русской рубахе навыпуск и наброшенном на плечи пиджаке.
Он огляделся, заметил "газон" под елочками и не спеша направился к
нему.
- Здрасьте, Иван Петрович, - несколько развязным тоном начал он,
увидев за опущенным боковым стеклом Киселева. - Чего не заходите?
- Садись, - полковник мотнул головой назад, - поговорить надо.
Но парень обошел машину и сел на пустое переднее сиденье, рядом с
водителем.
- А вы не один? С компанией? Боюсь, сегодня у вас ничего не получится,
сняли на всю ночь.
- Кто, не в курсе? - спросил полковник.
- Крутые - одно слово. Нас всех проверили, ну... чтоб ничего лишнего в
карманах, ферштеете?
- Ферштею, - с улыбочкой кивнул полковник. - Они что же, или опасаются
чего?
- Наверно, - пожал плечами Рыбин. - Охраны нагнали, еще с утра мужики
из столицы приезжали, облазили тут все, проверили, обнюхали. Крутые ребята,
одно слово.
- Ну и что, больше вас-то обыскивать не будут?
- А хрен их знает! Поэтому сторонним сегодня, сами понимаете... Разве
если Гриша их попросит, но со мной - пустое дело. Так что пойду я, да?
- А мы и сами, Вася, не собираемся туда. И Грише лучше не знать про
то, что мы с тобой беседуем. А уж крутым твоим - тем более.
- Не понял. Тогда чего звали?
- А вот мы с коллегами, - Киселев кивнул на заднее сиденье, где молча
пока сидели Плешаков со спецом, - решили, что ты являешься как раз тем
человеком, который нам поможет. Предупреждаю заранее, киксанешь, можешь
пулю схлопотать - от них. Сделаешь, что скажем, сразу штуку баксов
наличными.
- Не-е, Петрович, мне эта самодеятельность на хрен не нужна. Ищите
другого дурака.
- А мы уже нашли, Вася, - ласково сказал Киселев. - Только не пойму,
почему это ты считаешь себя дураком?
- Не-не, Петрович, давай считать, что никакого базара не было!
- А вот тут ты сильно ошибаешься, Вася, - тем же тоном перебил Рыбина
полковник. - Разговор, и очень нехороший для тебя, еще очень даже может
быть. Мы ведь взяли Гришиного гонца, и тот на допросе показал на тебя. Ну,
это, сам понимаешь, для нас не новость, а вот если об том узнает Гриша?..
Надо дальше объяснять, или ты сам сообразишь?
Рыбин заметно сник. Нервно достал из кармана пачку "Мальборо",
закурил.
- Ладно, чего хотите? Чтоб я провел кого? Но это же тухлое дело! Там
на каждом углу - по мордовороту. Да и я задержался, сейчас снова шмонать
начнут. Они каждого без конца проверяют.
- Мы туда не пойдем, Вася. Вот сейчас товарищи тебе объяснят, что надо
будет сделать. - Полковник обернулся к Плешакову: - Прошу.
- Скажи-ка, Василий, - начал Плешаков, - где у них конкретно будут
происходить посиделки? В общем зале или у вас есть отдельные кабинеты? И
кто будет обслуживать?
- Кабинетов у нас нет. Есть антресоли, там тоже столы. Но велено
приготовить зал как обычно. А где захотят сидеть, не знаю. На работе
сегодня наша смена. Вот мы и будем.
- Так, хорошо. А чем они вас всех проверяют? Металлодетектором? Ну,
хреновинкой такой, как в аэропортах, да?
- Ага. А утром с чемоданчиком ходили, все стены и светильники
проверили. Экран у них там, в чемоданчике.
- Понятно. Ну, еще раз вряд ли станут, муторное это дело. Охрана ведь
никого постороннего после тех в помещения не пропускала?
- Точно! Даже грузчиков. Нам самим пришлось ящики перетаскивать с
продуктами. А после нас всех снова обшмонали. И по ящикам тоже прошлись.
- Ну вот, видишь? Значит, так, Павел, объясните молодому человеку, что
надо делать. Этот человек, Василий, - показал на своего молчаливого соседа
Плешаков, - очень большой специалист, поэтому послушайте его внимательно.
Коли сделаете все так, как он скажет, вам ничего не будет грозить.
- Вот на эти микросы, Василий, - спец протянул на ладони несколько
иголочек-булавок с крохотными головками, - металлодетектор абсолютно не
реагирует. Один из них оставите в непосредственной близости от гостей.
Можно в занавеску воткнуть - с обратной стороны. Или, если на столе будут
стоять цветы, воткнуть в стебелек, вовнутрь розы скажем. И повторяю, не
бойтесь, это керамика. При себе обязательно оставьте один любой. Свистеть
умеете?
- Умею... А зачем?
- Когда вернетесь в ресторан и распределите микросы, ну, вот эти
булавочки, где посчитаете нужным, но так, чтобы они оказались в
непосредственной близости от гостей, с последней булавочкой зайдите
куда-нибудь, да хоть в сортир, и просвистите парочку тактов "чижика",
знаете? "Чижик-пыжик, где ты был?" И все. Это будет наш контроль. Зачем?
Если у них вдруг появится потребность снова включить свой, как вы говорите,
"чемоданчик", вы просто дадите сигнал: "Чижик..." Ясно?
- Да это ясно... А как же я их пронесу? - озабоченно спросил Рыбин,
держа на своей ладони пяток булавочек-микросов.
- Бросьте в карман, да и все. А одну воткните куда-нибудь сразу.
Только не за лацкан пиджака и не под воротник - эти места, как правило,
проверяются на ощупь.
- Петрович, а может, я лучше Натку пришлю? - с тоской в голосе спросил
Рыбин. Уж очень ему не хотелось участвовать в этой очень опасной, теперь-то
ему стало ясно, игре.
- Ты ж мужик, Вася! - возмутился Киселев. - Как тебе не стыдно! Но...
с другой стороны... А что, я ведь тебя уже прямо сейчас могу выручить,
забрать с собой. Показания гонца у меня есть. Вызову сюда взвод СОБРа,
устроим в вашем кабаке большой шмон, естественно, найдем "геру"...
- Да нету у нас, Петрович! Мамой клянусь! - испугался Рыбин.
- Дурачок! Мы-то ведь все равно найдем! И потопаете вы все, кроме
гостей, во главе со своим Гришей в общую камеру, а там вас давно уже гонец
дожидается. Понял, что тебя лично ждет? Такие вот дела, парень. А так мы
даем тебе возможность исправиться, делу помочь. А Наташку можешь
использовать только по прямому назначению, и не больше, иначе башку оторву!
- Да понял я уже, понял, Петрович. Ладно, согласен, пойду. - Рыбин
стал выбираться из машины, бормоча: - Вот же, бля, влип...
- Не подведет? - спросил Плешаков, когда официант скрылся за дверью
служебного входа.
- Не думаю. Я ж объяснил... в общих чертах...
- А кто такой Гриша? Директор ресторана?
- Гриша-то - вообще Гегам. Это мы его так, по-русски. Гегам Айвазов.
Он - хозяин заведения. А директором здесь - его младший брат, Артур.
Наркотой балуются. Но это пока не страшно, мы кое-кого отслеживаем, берем,
когда надо. Приходится и использовать кое-кого, вот как нынче, никуда не
денешься, оперативная необходимость... Ну так что делаем дальше? Ждем?
- Если вы уверены в своем кадре, тогда можем ехать слушать. Но,
возможно, мы вас отрываем от более серьезных дел? Если так, то, как
говорится, большое спасибо, в долгу не останемся. Павел, - обернулся он к
спутнику. - Хочешь покурить? Можешь выйти на минутку.
И когда спец послушно покинул "газон", Плешаков вынул из внутреннего
кармана пачку баксов и протянул полковнику.
- Здесь - две. Кадр ваш, вам, вероятно, и решать, на сколько он нынче
наработает. И еще раз большая благодарность, я скажу директору самые
хорошие слова...
Полковник Киселев подвез их к спецмашине. Туда же вскоре подкатил
плешаковский "мерседес", а следом появился и джип. Они стояли примерно в
полукилометре от ресторана, в темном придорожном "кармане", где обычно
отстаиваются фуры дальнобойщиков.
Плешаков заглянул в "рафик", спросил:
- Ну как, пашет?
- Порядок, Анатолий Иванович, - отозвался второй спец, сидящий с
наушниками на голове. - Сделал выборку, запись чистая. "Чижик" на месте.
Будете слушать сразу или по записи?
- Послушаю. - Он захлопнул дверцу, подошел к "газону" Киселева и
протянул полковнику руку. - Все нормально, Иван Петрович, запись пошла.
Всего вам доброго.
Киселев тут же уехал.
Глава третья. ТАЙНЫЙ СОВЕТ
- Ну что? Я пригласил вас, господа... - начал Виталий и засмеялся. -
Абу, не вздрагивай, все путем!
- Почему это я должен вздрагивать? - хрипловатым баском отозвался
Борис Абушахмин - тридцатипятилетний здоровяк с выбритым до блеска черепом
и манерами "качка".
- Не бери в голову, - иронически хмыкнул третий сидевший за столом -
пожилой человек с жестким седым ежиком и сухими чертами лица. - Виталик
имеет в виду классику. Так говорят, когда хотят устроить большой шмон.
Читал Гоголя?
- Сан Дмитрич, ничего он не читал и не нужно ему! - перебил Игнатова
Западинский. - Абу у нас девственно чист, и слава богу. А я, в отличие от
Гоголя, хочу сказать вам нечто приятное. Затем и попросил собраться тут.
Все свои, стесняться некого.
- Да уж, мои здесь дважды все проверили и перепроверили. А кабачок -
ничего, - добавил одобрительно Игнатов. - Чей?
- Почти свой, - продолжал улыбаться Западинский. - Мои люди. Ну так
вот, вы знаете, что я - человек суеверный и раньше времени стараюсь
информацию не обнародовать, но сегодня особый случай. Мы подбили некоторые
итоги, и я имею честь сообщить вам, господа, что они - утешительные.
Генерал удовлетворенно хмыкнул, а Абушахмин лишь кивнул, будто ничего
нового для себя не услышал, и потянулся за бутылкой "Абсолюта" - эту водку
он предпочитал остальным.
- Я не кончил, - остановил его Западинский. - Итак, наши некоторые,
как я сказал, итоги - утешительны. Но не более. По операции, которую мы
назвали "Обмен", общая прибыль составила чуть больше тридцати двух
миллионов долларов. "Обмен-2" принес еще сорок. Мы рассчитывали, если
помните, на несколько большую сумму. Но потери были связаны с тем, что
информация от тебя, Сан Дмитрич, поступила с опозданием. Правда, мой
мальчик сумел-таки раскрутить свою шарманку. Но это я лишь для того, чтобы
учесть на будущее: своевременная информация - основа основ...
- Это известно, - не очень вежливо перебил Виталия Абушахмин. -
Прикинь, от своей доли я могу оставить в котле десять.
- Почему так мало? - глядя перед собой в собственную тарелку, сухо
спросил Западинский. - Или ты решил, что твою братву я должен содержать на
свои проценты? Не жирно, Абу?
- А почему мы с ним, - Абушахмин довольно неучтиво кивнул вбок, на
генерала, - должны твою семью содержать? Прикинь, прикинь?
- А вот тут я б тебе не советовал, нет. Семья, Абу, это наш совместный
капитал! И ты прекрасно знаешь, что, если б ее не было, ты бы сейчас не
суммы прикидывал, а срок тянул. Причем неизвестно который по счету...
Помнил Абушахмин, что очень даже немалых денег стоила тогда, в
девяносто шестом, Западинскому операция по "отмазке" вора в законе Формозы,
на котором висело две "мокрухи". Но ведь можно вопрос поставить и иначе:
кто кому был в ту пору больше нужен? Виталька - Абу? Потому что те убийства
еще надо было доказывать и доказывать, а это дело долгое. Или - наоборот:
Абушахмин с его братвой Западинскому? Кто-то ж должен был профессионально
запечатывать пасти Виталькиным конкурентам? Да еще в период самой важной
раскрутки... Помнил Абу, ничего не забывал, однако терпеть не мог, когда
ему напоминали о чужих благодеяниях.
Неожиданно его сторону принял и генерал Игнатов.
- А в самом деле, Виталий Борисович, дружище, чего это ты вроде как на
танки с одной гранатой попер? Почему встала проблема - кто кого должен
содержать? Но если уж на то пошло, про мальчика я не говорю, однако все,
что касается Ленки и ее папаши, к нам с Борисом не должно иметь никакого
отношения. Это я твердо заявляю. И при этом твои постоянные экскурсы в
прошлое мне тоже не нравятся. Про Бориса, - он ткнул указательным пальцем в
Абу, - уж и не говорю. Смотри, Виталик, достанешь ты нас однажды...
- Ах вот, значит, как?! - едва не взвился Западинский. И он бы вскочил
и, вероятно, не менее темпераментно, этак артистично, отшвырнул бы стул,
расколотил бы тарелку, но... его словно остановил холодный и абсолютно
трезвый, несмотря на уже достаточное количество выпитого, взгляд генерала.
И Виталий, отчаянно махнув рукой, словно подвел черту под разгоревшейся
было ссорой.
- Ленка - хрен с ней, - вяло отозвался Абушахмин. - Ну держит он ее...
для здоровья, ха! У каждого свои заморочки. А этот козел?
- Между прочим, семья, - спокойно заметил Западинский, - принесла вам,
уважаемые мои оппоненты, поболе сотни миллионов на круг. Но и это еще не
все... Вот же, твою мать, чуть что - базар! А главного-то вы так и не
узнали! Только я теперь думаю, надо ли вообще?..
- А куда ты без нас денешься! - широко ухмыльнулся Абушахмин.
- Ладно, мужики, - рассудительно заметил Игнатов, - давайте, в самом
деле, кончать базар. Что у тебя еще, Виталий? Выкладывай.
- Мой мальчик, - после непродолжительной паузы продолжил
Западинский, - как вам известно, Интернет почитает за дом родной. И этот
его интерес я, со своей стороны, всячески и постоянно в нем подогреваю.
Чтоб не остывал, не отвлекался, не поглядывал на сторону в поисках более
совершенных компьютерных технологий.
- Можешь не растекаться, - остановил надвигающийся поток красноречия
Игнатов, - твоя почти отцовская забота о чужих детях всем известна.
- Хе! - отреагировал Абу и помотал головой.
- Так вот, мальчик, - словно и не слыша их, продолжал Западинский
спокойно, - выдал мне давеча такую информацию, что я... экстренно предложил
вам собраться. Но пока вы тут высказывали свое особое, так сказать, мнение
о нашем партнерстве, я подумал: а почему эту информацию я получил от
мальчика, который отыскал ее в каких-то там сайтах, где общается хакерская
шпана, причем случайно, однако сразу обратил на нее свое внимание, в то
время как... Ну да, эту же самую информацию я мог бы получить от тебя, Сан
Дмитрич. И не вчера, а еще летом! Ответ вам, господа хорошие, нужен?
- Хотелось бы, - с иронией бросил Игнатов.
- А потому, что вы оба, мужики, - это Виталий по Игнатову прошелся, -
вовсе перестали мышей ловить. Обленились на богатых харчах. Мальчик вам
"капусту", понимаешь, стрижет, а мы, вот вроде Абу, посторонние дельца себе
придумываем?
- Не тот базар, Виталий! - вскинулся Абушахмин. - У нас был твердый
уговор. Ты отвечаешь за свои слова?
- А ты полагаешь, что я вам туфту гоню?!
- Не темни! Выкладывай! И если считаешь, что я нарушил наш уговор, так
и говори! А я отвечу...
- Кор-роче! - рявкнул генерал. - Вы чего детский сад устраиваете!
Зачем мы здесь? Давайте по делу. И ваш базар мне не нужен, у меня тоже
собственных забот хватает. В чем ты меня обвиняешь, Виталий Борисович?
Меня, который тебя человеком сделал, а?
- Ну только не надо, не стоит, Сан Дмитрич, не бери на себя лишнего! А
то не дотащишь. Что когда-то было, давно прошло. Вместе с нашими
партбилетами... А вот нынче я хотел бы от своих партнеров полной отдачи!
Стопроцентного вклада - во всех смыслах! Рано еще изображать из себя
благополучных рантье, стригущих купоны. Не доросли, господа!
Зря, наверное, Западинский выбрал этот язвительный тон.
- Слышь, Игнатов, - всем телом повернулся к генералу Абушахмин, - а
чего этот пуп со своей блядью совсем охренел, что ли
...Закладка в соц.сетях
