Жанр: Электронное издание
Gloria03
...ы что-то сказать, но Денис остановил его
жестом.
- Не стоит меня благодарить, Зелек Александрович, - сказал он с
вежливой улыбкой. - Я просто делаю свою работу. Так же как вы делаете свою.
Кстати, помните, я сказал вам, что у меня появилась кое-какая информация
относительно убийства Гординой.
Шустов сглотнул слюну и поспешно кивнул.
Денис не торопясь вынул из кармана диктофон, положил его на стол и
нажал на кнопку.
Раздался шум, похожий на чей-то горестный, протяжный вздох.
- Дефект пленки, - пояснил Денис. - Сейчас начнется.
"Да... - сказал громкий женский голос. - Ты меня знаешь, я
церемониться не стану..."
"Подожди, - ответил мужской. - Давай не будем пороть горячку".
"Насчет "пороть" - это ты к своим потаскушкам. Я на твои масленые
глазки не клюну".
"Но..."
"Никаких "но". В общем, так, душа моя, либо ты возвращаешь, что мне
причитается, либо завтра же заявление ляжет на стол прокурору. Вместе с
записью этого разговора".
"Подожди... Ты что, записала наш разговор на пленку?"
"Поразительная догадливость! И какая быстрота мысли!"
"Хм... Ну что ж, это меняет дело".
"Рада, что ты пришел к такому выводу..."
Денис нажал на "стоп". Посмотрел на бледного Шустера:
- Ну что скажете, Зелек Александрович?
- По поводу чего?
- По поводу только что услышанного. На пленке был ваш голос?
Зелек достал из пачки, лежащей на столе, сигарету. Прикурил от
зажигалки. Несколько раз глубоко затянулся.
- Ну? - спросил его Денис.
Шустов улыбнулся.
- Вы знаете, Денис Андреевич, - сказал он спокойным, уверенным
голосом, - качество записи не позволяет сказать мне со всей
определенностью, что этот голос принадлежит мне.
- Вижу, вы взяли себя в руки, - усмехнулся Денис. - Ну, может, оно и к
лучшему. Так, говорите, этот голос не ваш?
- Почему? - сказал Шустов, отгоняя от лица сигаретный дым. - Вполне
возможно, что мой.
Денис внимательно за ним наблюдал.
- Нельзя ли послушать дальше? - попросил Шустов. - Чтобы окончательно
убедиться.
- Это ничего не изменит, - сказал ему Денис. - Качество записи на всей
пленке одинаковое.
- Ай-яй-яй, - покачал головой Шустов. - Ну, значит, ничего не
поделаешь. А вообще... - Шустов сделал паузу, чтобы затянуться, - какая
разница, мой на пленке голос или не мой? Ведь в том кусочке, который вы
дали мне прослушать, не говорится ничего определенного.
- Доли Гордина просит вас вернуть, что ей причитается. А в ответ
угрожает положить на стол прокурору какое-то заявление.
- "Какое-то заявление"... "Что ей причитается"... Какие-то
расплывчатые, ничего не значащие фразы. На основании этих фраз невозможно
сделать никаких выводов. Ведь так, Денис Андреевич? А насколько я понял,
никакого криминального продолжения или предисловия у этой записи нет. Иначе
мы с вами беседовали бы в другом месте.
Шустов замолчал и выжидательно посмотрел на Грязнова.
В ответ Денис улыбнулся, взял со стола диктофон и убрал в карман.
- Ну что ж, - спокойно сказал он, - в другом месте, значит, в другом
месте. Мне пора.
Денис поднялся с кресла и направился к выходу.
- Подождите, - окликнул его Шустов.
Денис остановился.
- А ведь у вас ничего на меня нет, так ведь, Денис Андреевич? И запись
эта ваша - полная туфта. Не знаю, где вы ее раздобыли, но это явный
обрывок.
Денис пожал сутулыми плечами и, ничего не ответив, покинул кабинет.
В приемной было пусто. Секретарша Оля вышла куда-то по своей
надобности. Дверь, ведущая в кабинетик труженицы Наташи, была плотно
затворена.
Денис подошел к Олиному столу и от нечего делать пробежался по нему
глазами. Ничего интересного он не заметил. Собрался уже уходить, как вдруг
запиликал сигнал селектора. Денис, мгновение поколебавшись, нажал на
кнопку.
- Оля, - раздался из динамика встревоженный голос Шустова, - Кирилла
ко мне. Ремизова. Срочно.
Скрипнула дверь, и в приемную, на ходу роясь в сумочке, вошла
секретарша Оля.
Денис быстро отошел от стола. Встретив на себе недоуменный взгляд Оли,
он подмигнул ей и, сказав: "Я бы на вашем месте начал искать другую
работу", вышел в коридор.
Денис покидал гостеприимные стены радиостанции "Свободная волна" в
твердой уверенности, что, во-первых, исчезновение Ефима Виленкина напрямую
связано с делом Гординой, во-вторых, что Шустов прекрасно знает, что
произошло с Виленкиным, и, в-третьих, что убийство Гординой заказал не кто
иной, как Зелек Шустов. Последнее убеждение основывалось на чистой
интуиции. Два первых имели под собой прочные основания.
На улице Денис направился к своей белоснежной "бэхе", но, когда он
проходил мимо припаркованного рядом "форда", затемненное стекло плавно
скользнуло вниз, и чей-то тихий голос окликнул его по имени:
- Денис Андреевич, мне надо с вами поговорить. Не смотрите в мою
сторону. Сделайте вид, что остановились случайно.
Денис остановился и присел на корточки, как бы завязывая шнурок.
- Езжайте до следующего поворота. Там будет большой магазин "Людмила".
Припаркуетесь, зайдете в магазин. Выйдете через другой вход и сядете в мою
машину. Разговор у нас будет очень серьезный.
Денис распрямился, бросил удовлетворенный взгляд на завязанный шнурок
и направился к своей машине.
Глава сорок девятая.
Елена Озерова сидела на диване перед включенным телевизором и
прислушивалась к звукам, доносившимся из кухни. Судя по этим звукам,
бесстрашный рыцарь Филя Агеев воевал с яичницей, и явно собирался выйти из
этой схватки победителем.
- Вот дуралей, - с улыбкой проговорила Лена.
Филя не разрешил ей приготовить завтрак, заявив, что раз уж она его
гостья, то пусть сидит на диване, смотрит телевизор, а всю грязную работу
(приготовление завтрака, накрывание на стол и уборку квартиры) он берет на
себя.
Лена попробовала возразить, но Филя тут же завел речь об
отвратительных итогах женской эмансипации, и говорил об этом так
эмоционально, что Лена предпочла замолчать.
- Вот и правильно, - сказал ей Филя. - В конце концов, никто не сможет
разобраться на моей кухне так хорошо, как это умею делать я.
Судя по грохоту сковородок и звону тарелок, то и дело долетающим с
кухни, Филя явно переоценил свои возможности.
- Все готово! - провозгласил он через двадцать минут. - Где пожелает
есть прекрасная дама? На кухне или в гостиной?
- Мне все равно, - пожала плечами Лена. - Однако войти на кухню после
того, как на ней побывали вы, я бы не рискнула. Судя по звукам, там шла
настоящая битва.
Филя опустил глаза и скромно сказал:
- Вы обо мне слишком высокого мнения, принцесса. Моя кухня полна таких
чудовищ, справиться с которыми даже мне не под силу. Например, там есть
одна такая кастрюля...
В прихожей зазвонил телефон.
- Прошу прощения, - извинился Филя. - Я через секунду.
Он исчез в прихожей, притворив за собой дверь.
"Хороший парень, - с улыбкой подумала Лена. - Правда, немножко
малахольный. И... совсем еще ребенок".
Она тут же вспомнила солидного, седовласого, уверенного в себе Шустова
с его маленькими, цинично прищуренными глазками, но, как ни странно, в
воспоминании этом не было ничего приятного.
"Всего доброго, дорогой мой Олежек Сац. И, как говорит уголовный
элемент, не морщи попу и не ссы в пробирку. Все будет хорошо".
Вспомнив эту фразу, Лена вновь, как и тогда, поморщилась. "В самом
деле, - подумала она. - Что я могла в нем найти? Ведь не из-за одних же
денег я легла с ним в постель... Или все же..."
Лена нахмурилась. В этот момент дверь распахнулась и в комнату вошел
Филя. На ладони он держал старенький, обшарпанный поднос. На подносе были
расставлены две тарелочки с омлетом, большая стеклянная плошка с салатом из
свежих помидоров и вазочка с соусом.
- Прошу вас, принцесса, - с озорной улыбкой произнес Филя и поставил
поднос на журнальный столик. - Все самое свежее, и только из натуральных
продуктов.
Лена втянула в себя вкусный аромат омлета и сладко зажмурилась. Ей на
мгновение показалось, что она попала в детство и стоит ей сейчас открыть
глаза, как она увидит перед собой улыбающуюся маму.
- Ты самый гениальный кулинар на свете, - сказала Лена
раскрасневшемуся от удовольствия Филе.
Тот смущенно откашлялся и, покорно склонив голову, с чувством сказал:
- Спасибо, принцесса. Для меня высшее счастье - исполнять каждую твою
прихоть. Если, конечно, я достоин такой чести. Кстати, Лена... - Филя
поднял на нее глаза. - Помнишь, я тебе говорил, что после встречи с тобой
Шустов звонил Леонидову и просил его разобраться с неким Виленкиным?
- Ну помню, - недовольно ответила Лена.
Ей ужасно не хотелось возвращаться к этой неприятной теме.
- Так вот, - продолжил Филя. - Мне только что звонил мой шеф - Денис
Грязнов... Виленкин бесследно исчез.
- Как это - исчез? - недоуменно спросила Лена.
- Очень просто, - ответил Филя. - Как все исчезают. На работу он
сегодня не явился, дома его тоже нет.
Лена пожала плечиками:
- Подумаешь. Может, уехал на дачу или... в гости к какому-нибудь
другу...
- Все может быть, - кивнул Филя. - Нам остается только надеяться, что
это так.
Внезапно Лена поняла, что имел в виду Филя, когда говорил ей, что
Виленкин исчез. Глаза ее расширились, по губам скользнула легкая усмешка.
- Неужели ты думаешь, что Зелек убил этого несчастного Виленкина?
Филя ничего не ответил, лишь пожал плечами.
Лена посмотрела на него с сожалением:
- Да-а, господин Агеев. Наверное, людям вашей профессии нелегко
живется в мире. Вокруг вас ходят не женщины и мужчины, а подозреваемые и
преступники. Так?
Филя вновь пожал плечами.
- Может быть, и так, - ответил он. - В психологии данный феномен еще
не исследован.
Лена замолчала, разглядывая сидящего рядом оперативника.
"А ведь, в сущности, - подумала она, - я ничего об этом парне не знаю.
Кто он? Откуда? Показал какую-то корочку. Ну и что? Таких корочек в
переходе метро можно купить десять штук за раз. Подумаешь, приятная улыбка
и голубые глаза... Тоже мне белокурый ангелок выискался. Нет,
подозрительный парень. Очень подозрительный. Надо быть с ним настороже и не
позволить себя охмурить".
Она наклонилась к Филе, обхватила его щеки ладонями, повернула к себе
и крепко поцеловала в губы.
Денис Грязнов остановил машину возле магазина "Людмила". Посмотрел в
зеркальце заднего вида. "Форд" с затемненными стеклами следовал метрах в
пятидесяти от него.
Денис выбрался из машины и быстрой походкой направился к магазину.
Зашел внутрь и, поглядывая по сторонам, двинулся вдоль прилавков. Людей в
магазине, несмотря на будний день, было много. Особенно много народу
толклось возле парфюмерного отдела. "Дешевые французские духи на разлив" -
гласил красочный плакат.
"Дешевка - она и есть дешевка, - с усмешкой подумал Денис. - Хоть
французская, хоть турецкая, хоть русская".
Он прошел весь магазин насквозь и вышел через крайнюю дверь.
"Форд" с затемненными стеклами стоял у обочины.
Денис быстро прошел через тротуар. Дверца "форда" была чуть
приоткрыта.
"Похвальная предусмотрительность", - подумал Денис, забираясь в
машину.
Он захлопнул за собой дверцу, и "форд" тронулся с места.
За рулем сидел плотный человек лет сорока пяти в белой рубашке, с
красной и толстой, как у быка, шеей. Человек был коротко подстрижен, имел
волевой подбородок, а ладони, обхватившие руль, были раза в два шире, чем у
самого Дениса.
"Уж не совершил ли я ошибку? - с тревогой подумал Денис, оглядывая
своего нового знакомого. - Если этими ручками обхватить мою шею, то я и
пискнуть не успею".
- Не бойтесь, - как бы прочитав мысли Грязнова, ответил незнакомец. -
Я ваш друг.
- Вы меня успокоили, - ответил Денис. - Может, расскажете, что все это
значит? И к чему нужна вся эта конспирация?
- Моя фамилия Житинский, - представился здоровяк. - А зовут Александр
Николаевич. Я один из соучредителей фирмы "Гималаи".
"Вот так так, - подумал Денис. - Судьба не устает преподносить нам
сюрпризы!" А вслух сказал:
- Чем могу быть обязан, Александр Николаевич?
Житинский покосился на Дениса своим воловьим оком и рассмеялся:
- Странный вы народ, сыщики. Ведь наверняка же от любопытства
изнываете: мол, кто такой этот Житинский, чего интересного мне про
"Гималаи" расскажет? А с виду посмотришь на вас - ни один мускул на лице не
дернется.
- Чего же им дергаться, Александр Николаевич? Я ведь не невротик. И
тика у меня нет.
- Да ладно, ладно. Не кипятитесь. Это я так. Как говорится, озвучил
собственное наблюдение. Ладно. Есть у меня к вам, Денис Андреевич,
серьезный разговор.
- Я вас внимательно слушаю.
- Дело в том, что я некоторым образом оказался в том же положении, что
и погибшая Доли Гордина.
Житинский замолчал и вновь покосился на Грязнова, словно хотел
выяснить, стоит ли продолжать разговор с этим странным рыжим человеком,
который никак не реагирует на его откровения.
- То есть? - спросил Денис. - Нельзя ли сказать поточнее: какое
положение вы имеете в виду?
Житинский хмыкнул:
- А то вы не знаете!
Денис пожал плечами.
- Нет, что, правда не знаете? - удивился здоровяк. - Плохо работаете,
господа сыщики. Никакой дедукции.
- Работаем, как умеем, - спокойно ответил Денис. - Вы, кажется, хотели
мне рассказать что-то важное? Или продолжите вместо этого делиться своими
наблюдения?
- Да ладно вам. Я же это так: пара шуток в порядке знакомства. Ладно.
Дело в том, что я, так же как и Доли Гордина, вложил в небезызвестную вам
фирму "Гималаи" определенную сумму в расчете на будущую прибыль... Только
вы знаете что... Пообещайте, что все, что я расскажу, вы не будете
использовать против меня.
- Ну пока что вы мне ничего важного не рассказали. Это во-первых. А
во-вторых, я не вполне понимаю, что вы имеете в виду, когда просите не
использовать информацию против вас?
- Ну хотя бы чтобы мое имя не фигурировало ни в каких ваших делах.
- Мы не прокуратура, чтобы заводить дела, - коротко ответил Денис. -
Но я сделаю все, что от меня зависит.
- Ладно, - махнул здоровяк огромной ладонью, - считайте, что я вам
поверил. Когда я давал деньги, Шустов и Леонидов пообещали, что я получу
баснословные барыши. Насколько я знаю, так и получилось. Только я своих
барышей пока что не видел. Месяца три назад я встретился с Шустовым и
сообщил ему, что выхожу из дела и хочу получить свою часть пирога. Он
ответил, что все деньги сейчас в обороте и что нужно немного подождать.
Знаете, как это бывает?
- Догадываюсь. Что было дальше?
- А что дальше? Ничего. Я решил ждать. Возмущаться было себе дороже.
Вы знаете, что Шустов в свое время был завербован КГБ? И с тех пор у него в
этом ведомстве, хоть оно и сменило название, осталось много добрых
знакомых.
- А Шустов не рассказывал вам, куда были вложены ваши деньги?
Здоровяк хмыкнул:
- А чего рассказывать? Я и так знаю, не слепой же. Они все вбухали в
телевидение. Знаете, этот телеканал, вокруг которого в последнее время
кипят страсти...
- Слышал кое-что. Каким образом осуществлялась покупка акций
телеканала? Ведь, насколько я знаю, "Гималаи" не могли вести такую
деятельность после неприятной истории с обманутыми вкладчиками.
- Верно, - кивнул Житинский. - Для этого и была создана фирма "Сокол".
Все перечисления шли от нее.
- Что это за фирма?
- Точно не знаю. Знаю только, что там собрались бывшие гэбэшники.
- М-да, - протянул Денис. - Негусто. И это вся ваша важная информация?
- За сколько купил, за столько и продаю, - ухмыльнулся здоровяк. - Я
хотел вам еще кое о чем рассказать, но, если вы и так все знаете, я могу
заткнуться и высадить вас где-нибудь у метро. Так как?
- Успеете еще высадить. А пока давайте рассказывайте вашу историю.
Только желательно без ужимок и лирических отступлений. У меня от них
изжога.
- Как скажете, - улыбнулся Житинский. - В общем, как-то раз ко мне в
офис пришла Гордина... Было это недели за две до того, как ее шлепнули...
- Что за офис? - поинтересовался Денис.
Житинский косо посмотрел на Грязнова, но потом, словно что-то
вспомнив, кивнул и сказал:
- Точно. Я же вам не сказал. Я руковожу небольшой полиграфической
фирмой. Изготавливаем буклеты, дипломы, открытки и прочую чушь. Доходы
маленькие, весь персонал - я да еще четыре человека. Я и с "Гималаями"-то
этими связался только затем, чтобы немного подзаработать. Понимаете, срочно
нужно было покупать новый резограф. Чтобы конкуренты не обскакали... Ну да
ладно. В общем, пришла ко мне Гордина и говорит: "Собралась я, Александр
Николаевич, вывести этих мерзавцев на чистую воду. Составляю вот заявление
в прокуратуру. Вы как, подпишете?" Ну я немного померекал, прикинул все
"за" и "против" и говорю: "Да, говорю, Доли Абрамовна, подпишу". А она мне:
"Спасибо. Я знала, что могу на вас рассчитывать". И ушла. Ну а через две
недели ее замочили.
Житинский горько вздохнул.
- Постойте, - тронул его за локоть Денис. - Я не понял. Так вы
подписали заявление или нет?
Житинский грустно покачал головой.
- Не-а. Не подписал. Нечего было подписывать. Она ведь ко мне с
пустыми руками пришла. Просто хотела узнать, подпишу я эту бумажку, если
понадобится, или нет.
Тут он вдруг осекся и повернулся к Денису. Посмотрел на него
округлившимися глазами и покачал кудлатой головой.
- Что, - пробасил он, - неужели она заявленьице это составила?
Денис кивнул:
- Есть такая версия. Мы считаем, что в тот день она с этим заявлением
шла к прокурору.
- В день, когда ее убили? - уточнил Житинский.
- Да, - ответил Денис. - Встреча должна была состояться через полтора
часа.
- Вот как. - Житинский нахмурился. - Что ж она мне-то не дала
подписать? Решила за всех одна отвечать? Тоже мне, Робин Гуд в юбке!
Житинский помрачнел. Некоторое время они ехали молча.
- Что вы знаете о доходах фирмы "Гималаи"? - спросил наконец Денис.
- Немного, - ответил Житинский. - Меня до этих недр не допускали.
Считали, что рылом не вышел.
- Но что-то же вы знаете?
- Что-то знаю, - кивнул здоровяк, не отрывая глаз от дороги. - Знаю,
например, что общая касса фирмы - почти пятьдесят миллионов долларов. И
половину этих бабок присвоили Шустов и вся его развеселая компания.
- То есть двадцать пять миллионов долларов? - уточнил Денис.
Житинский кивнул.
- Не слабо, - сказал Денис и присвистнул. - Ребята работали с
размахом.
- Да уж, - согласился здоровяк. - Только где они, эти денежки? - вот в
чем вопрос.
- Какова была ваша часть?
- На этот вопрос я отвечать не стану, - сурово ответил Житинский. -
Знаю только, что доля Гординой была, м-м, что-то около миллиона... Знаете
что... - Житинский вдавил педаль тормоза. - Пожалуй, мне больше нечего вам
сообщить.
Он сидел насупившись и на Дениса не глядел. Однако веки у верзилы
чуть-чуть подрагивали. Казалось, еще немного - и он заплачет. Разрыдается,
как до смерти обиженный ребенок.
- Вот метро, - хмуро проговорил Житинский. - Доберетесь до "Людмилы"
на нем или дать вам денег на такси?
- Спасибо, - сказал удивленный Денис. - Как-нибудь доберусь. Не думал,
что наш разговор закончится так внезапно.
- Я рассказал все, что знал, - пожал плечами директор полиграфической
фирмы. - Если ничего нового вам не открыл, так это не моя вина. До
свидания.
Денис выбрался из машины.
- Удачи вам, - пожелал ему напоследок Житинский. - Только будьте
осторожней. Эти свиньи не остановятся ни перед чем.
Тонированное стекло поползло вверх. "Форд" мягко тронулся с места.
Денис проводил взглядом машину Житинского и зашагал к метро. Перед
входом метро он вдруг остановился. У него возникло чувство, что он забыл
сделать что-то очень важное. Простояв так с минуту, он так ничего и не
вспомнил.
"Чепуха какая-то, - подумал Денис. - Ладно. Хватит ломать себе голову.
Раз не вспомнил сразу, значит, не так уж это было и важно. Куплю себе
мороженое и успокоюсь".
Солнце пекло нестерпимо. Денис огляделся, увидел ларек "Мороженое" и
направился к нему.
- Будьте добры, "Северную Венецию", - сказал он в окошечко
мороженщицы.
К Венеции Денис питал нежные чувства. Еще в детстве он обожал
рассматривать альбом с видами этого прекрасного старинного города.
Помнится, он тогда все время удивлялся, как можно жить в городе, где вместо
дорог - реки, а вместо автомобилей - плавные остроносые гондолы.
Разворачивая на ходу пачку, он устремился в прохладу метро. Вдруг
откуда ни возьмись под ноги ему бросился пятилетний карапуз в розовой
панамке и красной маечке с улыбающимся Микки-Маусом.
- Дядя, дядя, мой шарик! - плакал карапуз.
Под ботинком у Дениса что-то громко хлопнуло. Денис вздрогнул. Первой
реакцией было прыгнуть за колонну и выхватить пистолет. Денис уже сунул
руку за пазуху, но вовремя остановился. На асфальте, прямо у него под
ногами, лежал голубой лоскут лопнувшего воздушного шарика.
- Дядя, мой ша-арик! - плакал карапуз.
- Прости, малыш. Я не заметил, - сказал Денис.
Он был растерян и чувствовал себя ужасно виноватым.
- Немедленно перестань плакать! - раздался у него за спиной сердитый
женский голос. - Как не стыдно! Ты же взрослый мальчик.
- Ша-а-арик! - ревел малыш.
Высокая молодая женщина с пушистой каштановой челкой взяла мальчика за
руку и потянула за собой.
- Дядя не виноват. Нечего было бросать шарик на дорогу!
- Постойте, - окликнул женщину Денис.
Женщина остановилась и удивленно взглянула на Грязнова.
- Вот, - сказал он и протянул всхлипывающему малышу мороженое. -
Держи, малыш. Это, конечно, не шарик, но тоже очень полезная вещь. И
главное - вкусная.
Мальчуган моментально перестал плакать, схватил мороженое и быстро
запихал его в рот.
- Что вы, что вы, - запротестовала женщина. - Не стоит. Киря,
немедленно отдай дяде мороженое.
- Поздно, - констатировал Денис, с улыбкой глядя на малыша. От
мороженого к этому моменту осталась уже половина.
- Ах, какой нехороший мальчик, - погрозила малышу пальцем мать. -
Кирилл, что надо сказать?
- Шпашиба, - пролепетал мальчуган с набитым ртом.
- Не за что, Кирюха, - улыбнулся Денис и потрепал малыша по волосам.
Подмигнув напоследок сорванцу, он двинулся к метро, и тут его осенило.
Кирилл!
Денис достал из кармана телефон и набрал номер Володи Демидова:
- Алло. Володь, это Денис. Слушай, ты сейчас где?.. Вот как? Отлично.
Шустов там?.. Ну хорошо. Слушай, а не выходил из здания такой высокий,
широкоплечий парень? Брюнет с ослепительной улыбкой. Похож на одного
голливудского актера, только челюсть помассивней... На этого, как его... Ну
еще в "Матрице" играл... Да, Кеану Ривз... Что? Выходил и снова зашел?
Черт! Ладно. Если выйдет, дуй за ним и не выпускай его из виду. Зовут
Кирилл Ремизов. Журналист. Спортивный обозреватель... Что? Нет, не
оборзеватель, а обозреватель. Кончай прикалываться. Не время сейчас... Ну
все, пока. До связи.
У магазина "Людмила" толпился народ. Милиция пыталась оттеснить людей
в сторону, но у нее это пока слабо получалось. Повсюду валялись
покореженные куски металла. От некоторых кверху подымался дымок. В воздухе
пахло гарью.
Денис стоял в толпе зевак с раскрытым ртом. Он не мог произнести ни
слова. От его почти новой белоснежной красавицы "бэхи" остались жалкие
дымящиеся руины.
- К-как это произошло? - выговорил он наконец.
Стоявший рядом молодой парень с ежиком бритых волос и лицом, не
обремененным интеллектом, весело хохотнул:
- "Как", "как"... А то ты не знаешь, как это бывает? Говорят, какой-то
крендель попытался эту тачку угнать, а тачка-то была заминирована.
- Как это - заминирована? - ошалел Денис.
- Ты что, не знаешь, как тачки минируют? - покачал бритой головой
парень. - Один бандит посылает к другому бандиту киллера. Киллер минируют
тачку. Въезжаешь? Ну вот. А когда второй бандит садится в машину и
поворачивает ключ зажигания, то взлетает на воздух вместе с остатками своей
тачки. Въехал?
- Въехал, - кивнул головой Денис, все еще не придя в себя после
потрясения. - А что за парень? Ну тот, который взорвался?
- Да, говорят, простой воришка. Его уже увезли на "скорой".
- Он жив?
- Когда в машину клали, был жив. И даже лепетал чего-то. А теперь, не
знаю.
- А давно это было?
Парень задрал рукав джинсовой куртки и криво усмехнулся:
- Полчаса назад. Магазин как раз на обед закрывался.
Денис выбрался из толпы, отошел к витрине магазина и позвонил
Демидову:
- Володя, помнишь, ты говорил, что брюнет выходил из здания, а потом
вернулся?
- Конечно.
- Как давно это было?
- Что ты имеешь в виду? Когда он вышел или когда вернулся?
- И то, и другое.
- Вышел сразу за тобой. А вернулся... Погоди, сейчас посмотрю...
Где-то с полчаса назад.
- Он выглядел обычно? Или было в нем что-то странное?
- Да вроде обычно. Спешил только очень. Взлетел по ступенькам, как бог
Меркурий.
- Понятно.
Денис прикрыл глаза и потер пальцами ноющий лоб.
- В общем, задание остается прежним. Попасешь этого красавца часов до
десяти. А потом я кого-нибудь пришлю тебе на замену.
- Что, такая важ
...Закладка в соц.сетях
