Жанр: Электронное издание
vasina5
... перевела дух и
попросила остановиться.
- Испугалась или укачало?
- Нет. Боюсь уписаться.
Пенелопа вышла со мной из машины. Повалил снег.
Я не стала отходить далеко от дороги.
- Не сейчас, а когда? - спросила Пенелопа, отлавливая снежинки.
- Не знаю, - присев, я обнаружила, что земля пахнет. И снег на ней -
пахнет. - Почему они обратились к тебе? -
спросила я, натягивая джинсы.
- Имею достойную репутацию по отмыванию грязи. Но, зная этот контингент,
могу поспорить, что они вышли на
меня через тебя. Такие люди всегда сначала подходят к делу документально: кто,
где, когда и насколько привлекался.
Первым делом они ищут слабые места, пытаются получить данные из
официальных следственных дел и только
потом, когда не получается, цепляют "хвост". Из вашей недавно рожденной молодой
семьи привлекалась именно ты, а
освидетельствование твоей вменяемости проводила я. Хотя...
- Можно я поведу машину?
- Нельзя. Пристегнись. Я вспомнила этих братьев, как только увидела, а
вот узнали меня они или нет?.. Несколько
лет назад по уголовному делу братья купили невменяемость у старшего судебного
эксперта, а я была младшим судебным
экспертом.
- И что?
- Ничего. Братья "вылечились", я ушла из органов, защитила кандидатскую,
и теперь меня приглашают как
консультанта на три дня в неделю. Не оглядывайся, сзади чисто. Приехали.
- Кто-кто в теремочке живет? - пробормотала я, выходя из машины и
разглядывая шикарные хоромы. - Кто-кто в
невысоком живет?
Мы осмотрелись на предмет звонка или хотя бы дверной ручки на массивных
воротах, но обнаружили только
поворачивающуюся видеокамеру. Что-то щелкнуло, из динамика под камерой
приглушенный женский голос произнес,
словно боясь разбудить: "Слуш-ш-шаю..."
- Прачка по вызову, - доложила Пенелопа и добавила:
- С помощницей.
В воротах, жужжа, открылась калитка. В дверях особняка стояла маленькая и
худая до обвисшей кожи под глазами
и у рта старушка. Она чуть поклонилась и закрыла за нами дверь.
- Вот и мышка-норушка, - шепнула я Пенелопе в огромном холле с камином и
воздушными лестницами,
полукругом уходящими наверх.
Послышался стук каблучков, я собралась было продолжить перечисление
жителей теремка, но появившаяся
женщина если и была когда-то лягушкой-квакушкой, то к нашему посещению уже
успела привыкнуть и к сожжению своей
лягушачьей шкурки, и к гордой красоте, появившейся после этого сожжения.
- Вы опоздали, - нервно заметила она, терзая в руках платочек.
Пенелопа покосилась на меня осуждающе. Я пожала плечами, сняла куртку,
расшнуровала и сбросила ботинки,
пошла к камину, прихватив по дороге кресло, и хотя с трудом, но доволокла его
колесиками по ковру, развернула и
устроилась с полным кайфом, подсунув промокшие ноги к огню.
- Извините, это дело совершенно конфиденциальное, - возмутилась было моим
поведением хозяйка, но Пенелопа
начальственным тоном заявила, что я-ее помощница, специалист по брачным
отношениям.
- Я думала, это ваш ребенок, - перешла на шепот хозяйка, - я хотела
предложить девочке послушать в другой
комнате музыку...
- Она лучше меня разбирается в несчастливых браках, пусть остается.
- То есть, - шепот приобрел оттенок ужаса, - это ваша работница?!.
Я сидела, наблюдая огонь, скрытая от них высокой спинкой кресла, и не
видела, какими жестами или мимикой
лица Пенелопа разъяснила хозяйке ситуацию с моим присутствием, но только женщина
вздохнула горестно и сдалась:
- Ладно, какое теперь это имеет значение, все кончено, муж прилетает в
аэропорт через два часа.
- Сегодня? - Пенелопа, наверное, разделась, потому что я услышала тихое
шелестение мышки-норушки:
"Позвольте ваш-ш-ше пальто..." - Но вы же говорили, что он в отъезде до
понедельника?!
- Да, так и было, но потом он позвонил, сказал, что соскучился, что
прилетит сегодня и проведет со мной две
недели, выключит все телефоны, запрет все двери, это ужасно, что мне делать?
- Давайте сядем и успокоимся.
- Я не могу успокоиться, мне говорили, что для вас не бывает неразрешимых
проблем, ну скажите же, что вы
поможете, что все устроится!
- Минуточку, - Пенелопа переходит на начальственный тон, - мне не
нравится эта истерика, обычно женщины так
нервничают при очень больших неприятностях, все ли вы мне рассказали? Если я
правильно поняла, речь идет о
внеплановой беременности?
- Да, но!..
- Минуточку. И эта беременность не от мужа.
- Да, но вы не понимаете!..
- И срок этой беременности - не больше двух недель, вам сорок три года,
вы практически здоровы, хорошо
переносите наркоз.
- Да!
- Прекрасно. Судя по этой информации, никаких осложнений с решением
проблемы не будет. Теперь говорите,
чего я не понимаю.
- Я не могу делать аборт! - заявила женщина, звякнуло стекло, а вот и
знакомый "пук" открывающейся пробки. -
Это мой последний шанс иметь ребенка!
Больше такого не будет.
- Вы сдавали анализы?
- Да.
- В той клинике, куда я вас направила?
- Да! Анонимно, и анализы подтвердили беременность!
- Дайте мне эти бумаги.
- Лиза! - кричит женщина, я от неожиданности дергаюсь. - Принеси мою
сумочку. Черную, она в спальне!
Неслышно прошмыгнула мышка-норушка. Пенелопа шуршит бумажками.
Кто-нибудь вспомнит обо мне, наконец, или самой придется налить?
- Вы меня извините, - слышу я озабоченный голос Пенелопы, - мне
показалось, что вы обратились в нашу
прачечную для обеспечения алиби на время проведения аборта.
- Да нет же! - нервно перебивает ее женщина. - Я хочу оставить ребенка,
понимаете! Это последний и
единственный шанс в моей жизни. Мы с мужем в браке двадцать лет, мы счастливы, и
мы оба прошли обследование по
подозрению в бесплодии, потому что очень хотели иметь детей, а я не беременела!
Врачи сказали, что у меня проблемы с
маточными трубами, это врожденное, нужна была операция, и не одна, и шансы на
удачу - пятьдесят на пятьдесят. Муж
отказался.
- А теперь вы забеременели?
- Да! Спустя пятнадцать лет после этого обследования!
- Ладно. Это не смертельно. Проведите сегодня со своим мужем страстную
ночь, а через неделю скажите ему, что у
вас задержка. Зачем вам нужна я?
- Понимаете... Не знаю, как вам сказать, но я боюсь, что ребенок не будет
похож на мужа.
- Скажите потом, что он похож на вашу бабушку или на дедушку. Алиса,
одевайся, ложный вызов. Если вам
потребуется гинеколог для беседы с супругом о сроках беременности или алиби на
любой день, обращайтесь, пожалуйста,
но...
- Моя бабушка не была негритянкой! - кричит женщина.
Я встаю и иду к столику, за которым Пенелопа застыла с открытым ртом, а
хозяйка дома, наоборот, закрыла свой
рот платочком и давится рыданиями. Наливаю себе в бокал на палец виски, потом -
рассмотрев другую бутылку - на три
пальца мартини, добавляю сока из графинчика и, помешивая все это щипчиками для
льда, снисходительно советую:
- Пусть ваш муж переспит с негритянкой.
- Алиса, не вмешивайся! - тут же взвивается Пенелопа. - При чем здесь
негритянка?!
- Если жена переспала с негром, пусть сделает так, чтобы муж переспал с
негритянкой, это будет справедливо, а
потом...
- Тихо! - кричит Пенелопа и бьет ладонью по столику. Матовое венецианское
стекло выдержало, только тренькнули
выроненные мною щипчики, они удачно упали в ведерко со льдом.
- Иди еще погрейся, - приказывает мне Пенелопа, встает и просит несколько
минут тишины. Я на цыпочках
пробираюсь к креслу. Она ходит по комнате, потом вдруг ее лицо оказывается рядом
с моим. Пенелопа кладет руки на
поручни, склоняется ко мне и торжественно сообщает:
- Гениально. Беру тебя на полную ставку, не дожидаясь совершеннолетия.
- У меня дела на ближайшие две недели и проблемы со школой. И потом, - я
делаю большой глоток, - я не согласна
на ставку. Пятнадцать процентов от каждой выплаты по сделкам.
- Еще чего! Три с половиной, не больше!
- Десять.
- Четыре!
- Прошу вас, - простонала хозяйка, - он прилетает через двадцать минут!..
Мы сошлись на пяти процентах. Только меня начало разносить от гордости,
только было я подумала, что
спонтанное предложение об измене мужа с негритянкой неожиданно пригодилось, как
Пенелопа развеяла мое упоение
собственной сообразительностью.
- Соберитесь с мыслями, - приказала она хозяйке, - перестаньте плакать и
глотать коньяк, если уж решили стать
матерью. Подведем итог. Вы забеременели от негра и хотите оставить этого
ребенка?
- Да...
- Этот неф знает, что он может стать отцом?
- Нет... Он студент из Мозамбика, подрабатывает в ночном клубе, он ничего
не знает.
- А насколько сильно вы хотите этого ребенка?
- Я оставлю ребенка, даже если это будет стоить мне семьи и мужа. Но ведь
у белой женщины и черного мужчины
ребенок не обязательно может родиться черным? - спросила хозяйка с надеждой. -
Может быть, сделать ультразвук и узнать
цвет его кожи?.. Если узнать сейчас, что он - белый, тогда - никаких проблем.
Тогда, как вы сказали - страстная ночь с
мужем...
- Должна вас огорчить, - вздохнула Пенелопа, - у белой женщины и негра,
конечно, может родиться не негр...
- Вот видите!..
- А ребенок-мулат! - повысила голос Пенелопа. - Кожа цвета гречишного
меда, черные глаза, масляные кудри. И я
не думаю, что по ультразвуку реально определить, какого цвета у вас ребенок в
чреве. Тем более в сроки, приемлемые для
дальнейших экспериментов со страстными ночами.
- Что же делать?..
- Все в порядке. Проблема решена.
- Как это?.. Правда?..
- Да. Только что девочка сказала о негритянке.
- О моем муже и негритянке? Но это бред, он не станет...
- Станет! Где медицинское заключение о вашем обследовании в клинике
пятнадцать лет назад? Выбросили?
- Нет, что вы, я ничего не выбрасываю.
- Прекрасно. Завтра к двенадцати часам у вас будет новое заключение,
датированное прошлой неделей, что вы в
состоянии выносить совершенно здорового ребенка, если вам внедрить в матку уже
оплодотворенную яйцеклетку.
Достаточно распространенная практика. Например, мать вынашивает ребенка из
оплодотворенной яйцеклетки своей дочери,
читали?
- Я ничего не понимаю...
- Это не страшно, вы все поймете после инструктажа, а пока постарайтесь
привести себя в возбужденно радостное
состояние, вы собираетесь сообщить своему мужу радостную весть: проблема с
беременностью будет решена, если вам
внедрят оплодотворенную мужем яйцеклетку. Скажите, что это ваш последний шанс
иметь детей. Возраст и так далее.
Скажите, что вы давно зарегистрировались в клинике по бесплодию для такого
эксперимента, а ему ничего не говорили,
чтобы заранее не обнадеживать, говорите, что хотите, только с радостью, с
радостью на лице!
- Но ведь тогда получается, что у меня должны взять яйцеклетку, а у него
- сперму, вырастить эмбрион в
пробирке...
- Нет. Этот метод неприемлем, сами знаете почему. Скажите, что пробирка
дает очень низкий результат, много
проблем. Скажите, что гораздо проще, если ваш муж оплодотворит при физическом
контакте донора, и потом вам подсадят
донорскую оплодотворенную яйцеклетку. Вы на все согласны. Кстати, это будет
очень дорогая стирка. Вы готовы?
Я встаю, пораженная размахом мысли Пенелопы, и смотрю на нее с
восхищением. Я вижу хозяйку, которая тоже
смотрит на Пенелопу, загипнотизированная ее могучей творческой энергией и
самоуверенностью.
- Где мы возьмем эту клинику? - еле двигает губами хозяйка.
- Это моя работа, клиника входит в стоимость стирки.
- Он ни за что не станет делать это с негритянкой, - шепчет хозяйка, до
нее наконец дошел грандиозный замысел
Пенелопы.
- Посмотрим!
В машине я перевела дух.
- Хватит так смотреть на меня, - нервно дернула рукой Пенелопа. - Твой
восторг угнетает.
- Нет, правда, мне очень понравилось. Позови меня на представление с
мужем этой дамочки.
- Нет.
- Нет? Почему? Я буду вести себя тихо-тихо...
- Потому что я совершенно не знаю этого мужчину, но уже имею некоторый
опыт удовлетворения самых
немыслимых желаний богатых торгашей. Его реакция может оказаться совершенно
непредсказуемой, начнем твое обучение
с чего-нибудь попроще.
- А если он не дурак и проведет собственное расследование? Обратится к
гинекологу, в клинику по искусственному
оплодотворению, потребует анализы, документы всякие?
- Он обратится к тому гинекологу, которого ему назовет жена как своего
лечащего врача. И клинику она ему
укажет, и это будет именно клиника для бездетных, не беспокойся, я качественно
выполняю все заказы, потому они такие
дорогие.
- Сколько будет пять процентов от этого заказа? - поинтересовалась я.
- Не наглей! - повысила голос Пенелопа. - Твой экспромт, конечно,
натолкнул меня на правильную мысль, но не
более того. Могу угостить тебя кофе с пирожными и отвезти домой.
- Кафе выбираю я.
- Ладно, шантажистка.
- Я не шантажистка!
- А для чего тебе тогда нужна дискета с бухгалтерскими переводами?
- Мой отчим ограбил братьев Мазарини, а деньги перевел за границу.
Несколько минут Пенелопа сидит молча, опустив голову, потом тихо
замечает:
- Какой же ты все-таки ребенок... Только ребенок может вот так, с ходу,
выболтать опасную информацию
постороннему человеку.
- Я думала, мы уже партнеры!
- Партнерами мы будем лет через пять работы, а пока я только могу нанять
тебя для особых случаев. Где дискета?
- В надежном месте, - я обиженно отворачиваюсь к окну.
- Ладно, не дури, давай сюда дискету.
- У меня ее нет. Ты сама похвалила идею с отправкой по почте.
- Ты не могла ее никуда отправить, мы не останавливались по дороге!
Ого, Пенелопа сердится!
- Почему же. Я писала у дороги, помнишь?
- Алиса, отдай дискету. Если то, что ты сказала, правда, тебя могут убить
за такую информацию!
- Во-первых, у меня уже нет этой дискеты. Во-вторых, без пароля ты ничего
не сделаешь! И в-третьих, если бы она
и была, с какой стати мне отдавать такую ценность постороннему человеку, не
партнеру и не родственнику?..
Отомстила, но легче не стало.
- Выходи из машины, я покажу тебе, как нужно быстро и качественно
проводить обыск, - вздыхает Пенелопа.
- Ты будешь меня обыскивать? Здорово!
- Руки в стороны, ноги раздвинь. Запоминай, пригодится. За двадцать две
секунды я прощупаю тебя всю.
- А нас видят в камеру! - я корчу рожи, пока Пенелопа шарит по мне
руками.
- Не дергайся. Стой смирно!
- А что о нас подумает эта мадам, беременная от негра?!
- Ладно. Садись, поехали. Ты спрятала дискету в машине?
- Только представь, два трупа натурально пропали, а один натурально ожил!
- такими словами встретил меня в
морге Фрибалиус в половине одиннадцатого вечера. - Ты пойми, эти ситуации уже
настолько обыграны желающими
повеселиться писателями и сатириками, что попасть в них приравнивается к
скучнейшему анекдоту, но тем не менее!..
- Я привезла тебе пирожные.
- Спасибо, сердечко мое, дай поцелую в щечку. Громкий мокрый чмок в
абсолютной тишине длинного тусклого
коридора.
- Вы только посмотрите! А ведь сегодня не моя смена! - это так
патологоанатом Фрибалиус восхищается, открыв в
своем кабинете коробку с пирожными и на всякий случай жалея себя в
предполагаемой ситуации предполагаемого
отсутствия.
- Фрибалиус, сколько тебе лет? Забив рот пирожными, он некоторое время
считает в уме, потом глотает и
спрашивает:
- Чтобы сделать что?
- Чтобы лишить меня девственности.
- Ну, печеночка моя, для этого нам нужно обсудить не мой возраст, а твой.
Если я правильно помню, с момента
нашего знакомства не прошло еще полных пяти лет, и тогда получается...
получается, что ты еще несовершеннолетняя.
- Мне скоро шестнадцать.
- Отлично. Тогда позволь еще один вопрос, аорточка моя нежная, почему -
я?
- Потому что я тебя люблю. Потому что ты все сделаешь нежно и правильно.
- Я тебя тоже люблю, суставчик мой тазобедренный, но не имею при этом
никаких иллюзий в плане обладания.
Зато имею сильные подозрения и даже, можно сказать, надежду, что ты совершенно
забываешь о старом фрибалиусе, как
только покидаешь этот храм смерти.
- Ты - самый лучший. Ты всегда добрый и веселый и ничего не боишься.
- А это потому, селезеночка моя грустная, что я абсолютно одинок - ничего
и никого не имею, вот и не боюсь
потерять. У меня была жена, ее больше нет. У меня было призвание, престижная
работа, профессорский статус и кафедра в
институте. Квартира, автомобиль, дача, льготы, награды и громкое имя. Всего это
больше нет.
- Почему?
- Суета. Суета, фибромочка моя недозрелая, сжирает душу. Когда моя
подпись - подпись профессора и известного
хирурга, стала использоваться государством в фатальных целях, я отказался от
суеты. И вот я тут! В храме смерти. Я и
смерть остались, так сказать, наедине. Итак, я продал душу смерти,
соответственно, я ее не боюсь, сама понимаешь, это
профессиональная черта. Еще люди боятся боли, а я и боли не боюсь.
- Ясно. Ты не боишься одиночества и смерти. Выпадение волос тебя тоже
вряд ли волнует, - бормочу я и провожу
рукой по гладкой голове Фрибалиуса. С момента нашей первой встречи он потерял
почти все свои волосы.
- Абсолютно!
- А ты не боишься оглохнуть или ослепнуть? Ничего не видеть и ничего не
слышать?
- Это частичный вариант смерти, а смерти я не боюсь.
- А вдруг ты заснешь летаргическим сном и тебя зароют живым?!
- Не зароют. Я еще десять лет назад написал распоряжение, что мое тело
должно быть отдано на изучение медикам,
а невостребованные останки - кремированы.
Я не стала спрашивать о своем последнем детском страхе - ужасе падения в
разрытую могилу, я вдруг поняла, что
это ужасно смешно - свалиться на кладбище в глубокую яму и кричать оттуда,
взывая о помощи и пугая посетителей.
- Почему ты смеешься, позвоночек мой звонкий? Хочешь посмотреть на
девочку в ванной?
- Отчего она умерла?
- В том-то и дело, что она оказалась живой. Ее привезли на труповозке в
обед, по записи - неопознанный
покойничек, по предварительному диагнозу - передозировка. Я заступил вечером,
услышал в холодильнике стук, думал -
померещилось, открыл не сразу...
- А почему в ванной?..
- Греется. У нее за восемь часов наступило смертельное переохлаждение.
Пришлось срочно заняться реанимацией, вытащить из дезинсектора в ванной
все трупные части и набрать в нее
горячей воды. Девочка сначала не могла говорить, а потом ничего, стала петь и
даже материться.
Мы идем по коридору. Фрибалиус звенит ключами. В темной комнате стоят
перевернутые вверх дном ведра -
шесть штук, на каждом - по зажженной свече.
- Что это такое? - я на всякий случай прячусь за Фрибалиуса, пытаясь
разглядеть в сумраке стоящую посередине
комнаты на высоких ножках ванную и человека в ней.
- Лампа полетела. Лампа тут люминесцентная, она мигала-мигала два дня и
сдохла. А девочка боится темноты.
Девочка!.. Как ты тут?
Тонкий голос отвечает грубым, нецензурным наречием. Я замираю. Этот голос
мне знаком!
Подхожу к ванной, смотрю на обритую голову, торчащую из темной воды, и
выдыхаю, оцепенев:
- Офелия!..
Фрибалиус вылавливает из воды тонкое запястье, слушает пульс, потом берет
Офелию под мышки и пытается ее
поставить. Не получается.
- Я подержу ее на весу, а ты возьми простыню на тумбочке и оберни нашу
Офелию.
- Она жива?.. Она в порядке? - кое-как я набрасываю на худое длинное тело
простыню.
- Не бойся, аденомочка моя, теперь это не имеет никакого значения, -
Фрибалиус перекидывает через плечо
безвольное тело в простыне и, приседая с ношей, гасит одну за другой свечи на
ведрах.
- Как это?..
- Перспективы оказаться в морге неожиданно мертвой или заведомо живой
взаимозаменяемы, с точки зрения
логики.
- Фрибалиус, я хочу тебя предупредить. Как только Офелия очнется, она тут
же станет предлагать заняться сексом.
Мой любимый патологоанатом сбрасывает тело в простыне на диван в своем
кабинете. Офелия, не открывая глаз,
на правильном английском просит ее "факнуть". Фрибалиус смотрит сначала на
оголившуюся кое-где Офелию, потом на
меня, пожимает плечами и интересуется, что он пропустил? Что это за новый и
неведомый ему вирус сексуального
бешенства у маленьких девочек? Где мы его подцепили?
- Пойдем, - я тяну его за руку в коридор. - У меня к тебе дело. Смотри
внимательно.
На фотографии мой отчим выглядит намного моложе. Нас снял частный
фотограф у загса, я держу корейца под
руку и только сейчас замечаю, какие похоронные физиономии у меня и у него. И
только лицо Риты светится неземным
счастьем воплощенной мечты.
- Если ты вдруг обнаружишь в морге этого мужчину, забей ему осиновый кол
в сердце!
- Для тебя - что угодно, хромосомочка моя одинокая, только где я возьму
этот кол?
- Заготовь заранее!
Фрибалиус задумывается. Я знаю его так хорошо, что могу поспорить: ему и
в голову не приходит усомниться в
моей нормальности, он, точно следуя приказу, напряженно обдумывает, где
раздобыть осину.
- Одолжи, пожалуйста, несколько твоих банок из коллекции.
- Несколько - это сколько? - насторожился Фрибалиус.
- Семь. Семь банок.
Мы идем в лабораторию.
Фрибалиус собирал внутренности с аномалиями и раньше, сначала как
обучающие пособия, потом - по собственной
инициативе как результат его гениального чутья ("ты только посмотри на цвет
лица, спорим, у этого покойничка легкие
будут протерты до дыр!" - и левое легкое потом торжественно помещалось в банку с
раствором). Я подала идею собрать его
экспонаты в коллекцию, пронумеровать, что придало обычным рутинным вскрытиям
поисковый азарт, а достаточно
захламленной лаборатории в морге вид кунсткамеры.
- Нет, только не глаз! - Фрибалиус закрывает собой Полку, на которой в
маленькой банке плавает мутно-голубой
глаз неизвестного мужчины.
- Вот как раз глаз мне обязательно нужен! У вас их было два, я помню!
- Один взяли на пособие в институт.
- А печенки нет поменьше? - я задумчиво осматриваю трехлитровую банку.
- Есть раковая, но тоже в большой банке.
- Еще я возьму зародыша, где наш зародыш с открытым мозгом?
- Эмбриончики у меня за шкафом, я их убрал, а то санитарки очень
расстраиваются.
- Давай кусок прямой кишки с наростом и вот это сердце.
- Это свиное сердце.
- Свиное сердце? Зачем оно тут?
- Оно было в человеке. Ему пересаживали. Доброволец был по опытам.
Я составляю банки на отдельный стол. Пересчитываю. Семь банок. Одна -
трехлитровая.
- Как ты это потащишь? - интересуется Фрибалиус.
- Сейчас упакую в коробку, а утром подъедет друг. Он на машине.
В дверном проеме возникает Офелия в простыне, хочет что-то сказать, но
вместо этого дергается и блюет, обильно
заливая пол.
- Вода, - замечает Фрибалиус. - Похоже, она тонула в ванне, пока мы с
тобой беседовали в кабинете.
Сутяга подъехал к центральному моргу, как и обещал, в половине седьмого.
Фрибалиус помог загрузить коробку в
багажник, а Офелию, укутанную в одеяло, - на заднее сиденье, рядом с клеткой, в
которой нахохлился белый голубок.
- Знаешь, что самое смешное? - хмыкнул Сутяга, когда мы отъехали.
- Да. Офелия умерла от передозировки, потом от переохлаждения, потом
утонула, а все равно матерится.
- А мы едем на машине братьев Мазарини!!
- Действительно смешно... А куда ты везешь голубка?
- Голубка тебе Тихоня отдает на время. Пользуйся.
- А как им пользоваться?
- Главное, не выпускай из клетки. Как только выпустишь, он тут же полетит
в "Кодлу" к Тихоне. Поэтому
договоримся так. Открываешь клетку в состоянии полной безысходности, и мы сразу
рванем на помощь.
- А он долетит?
- В прошлом году долетел из Питера. А сизый, с хохолком, вообще из Турции
вернулся. Представь только, запрет
тебя твой отчим в темнице, на окнах - решетки, во дворе - страшные собаки, и
начнет точить нож!
- Откуда ты знаешь про нож? - подпрыгнула я.
- Я не знаю, это я так уговариваю тебя взять голубя.
И когда надежда на освобождение совсем умрет...
- Сутяга! - осенило меня. - Я знаю, как вам с Тихоней и с голубем
заработать десять тысяч.
Охранники-лесники не сказали ни слова. Молча стояли и смотрели на нас в
машине. Сутяга занервничал:
- А у них ружья заряжены?
Когда я вышла и стала разминаться после долгой езды, старший лесник
снизошел и поинтересовался, где меня
носило.
- За птичкой ездила, - я достала клетку из машины. - В доме ни кошки нет,
ни собаки! Могу я завести рыбок или
птичку?!
- А что в коробке? - поинтересовался лесник.
- Консервы. Помоги занести в подвал.
Выбежала радостная Рита.
- Гадамер звонил пять раз! Пришлось врать, что ты отошла, потом, что ты
упилась до бессознательного состояния,
а он все равно просил тебя к телефону, и я мычала в трубку, как дура! - взахлеб
докладывала она. Потом, перейдя на шепот,
сообщила:
- Но, по-моему, он что-то заподозрил. Теперь охранник забрал у меня
телефон.
- Это нарушение прав! - возмутилась я на пределе громкости. - А если я
заболею, а Рита забеременеет? А если у
меня случится приступ аппендицита?
- Вырежем, - мрачно пообещал охранник Коля.
Поздней ночью, под завывание ветра и стук плохо закрепленных ставен, в
кромешной темноте я пять раз
прокралась из подвала в мансарду и обратно, перенося "консервы". Потом закрыла
вход в чулан, зажгла в нем свет, подняла
перегородку, за которую мне запретил заходить кореец, и аккуратно расставила
семь банок, стараясь не поднимать глаз и не
вдыхать.
Вымотавшись окончательно, я кое-как сползла по лестнице вниз и осталась
передохнуть на нижней ступеньке.
Сказали лесники корейцу, что я сбежала, или нет?
Если сказали, он быстро примчится.
Пошатываясь от усталости, я отправилась на поиски связки ключей. На
кухонном столе - нет, в коридоре на
тумбочке - нет, в пальто Риты - нет. Она что, спит с ними?
Пробираюсь на цыпочках в ее спальню. Приторно пахнет духами и ацетоном.
Каждый день с утра Рита садится перед зеркалом для кропотливой работы по
наложению макияжа и окраски ногтей
в тон губной помады. Каждый вечер она все это тщательно смывает, чтобы следующим
утром начать сначала. Оказывается,
ей это придает уверенности в себе. Оказывается, полтора часа разглядывания себя
в зеркале и тщательная обработка ногтей
придают хоть какой-то смысл абсолютно бессмысленному в отсутствие мужа медовому
месяцу. У Риты восемь губных
помад.
Восемь оттенков лака для ногтей. Восемь прядей накладн
...Закладка в соц.сетях
