Жанр: Электронное издание
pirans
... и как
льстиво ухмылялся вышибала, это и был местный серьезный народ.
Мазур показал Джен на кресло в левой половине зальчика, где было потише.
Там располагалась за стеклянной перегородочкой крашеная блондинка, а у
ведущей в номера лестницы скучал за столом верзила в камуфляже и синем
берете с загадочной эмблемой. Оглядев стоящих у гостиничной стойки - мужик с
чемоданом то ли въезжал, то ли съезжал, а парочка столь же кожаных ребят
болтала с крашеной администраторшей - Мазур уверенно направился к ним.
Ребятки были трезвехонькие, и оба вертели в руках связки ключей - то ли
прижившиеся при гостинице таксисты, то ли местные плейбои. Его устраивали
оба варианта.
Он решительно положил ладонь на локоть ближайшего:
- Можно тебя на минутку? Дело есть...
Парень, не особенно и удивившись, отошел за ним к чахлой пальме в
крашеной деревянной кадке. Окинул оценивающим взглядом:
- Какие проблемы? Может, тачку до аэропорта?
- Номер нужен,- сказал Мазур.
- Земляк, если есть бабки, этого добра...
- Погоди,- сказал Мазур.- Ты не понял. Оглянись,- он показал на Джен.- У
нее здесь муж. А у меня самолет в полночь.
- Питерский, что ли?
- Ага,- сказал Мазур.- И планы у нас простые, как перпендикуляр,-
провести часа три в полном уединении, чтобы ни одна живая душа в дверь не
колотила. А документы предъявлять никак не хочется - останется след,
карточку заполнят, а если мужик моей подруги по следу пойдет, он меня и в
Питере достанет, улику предъявит...
- Шибко крутой?
- Да не то чтобы,- сказал Мазур.- Но в этом плане не хилый, так что мне
нужно часика три пожить на полном нелегальном положении. А вот потом-то мне
твоя тачка и понадобится - закинем ее домой, и поеду я с тобой в аэропорт...
- С финансами у тебя как?
- Да уж получше, чем у правительства,- сказал Мазур с нахальным видом
залетного микробизнесмена.- Если любовь, кто ж бумажки-то считает?
- Золотые слова,- он оглянулся на Джен.- Ну, ты знаешь, телушка стоит
всей этой нелегальщины... Пардон, дама - у тебя ж любовь, извини, с языка
слетело...
- Ладно,- сказал Мазур.- Ну что, начнем цифры декламировать? Я сейчас
одурел, поскольку влюблен и от нетерпения на месте прыгаю, отстегиваю всем,
кого покажешь и сколько скажешь - начиная, понятно, с тебя...
- И шо я в тебя такой влюбленный? - осклабился таксист.- Посиди возле
Джульетты минут пяток, сейчас оформим, как в лучших домах Лондона. Мы ж тут
не звери, про любовь понимаем...
...Мазур прекрасно понимал, что доят его по максимуму,- грех не
попользоваться таким случаем. Но отчитываться за командировочные денежки ему
ни в коем случае не грозило, и он метал сотенные не жалея - крашеной
блондинке, распорядителю-таксисту, дежурной по второму этажу. И видел, что
они ничегошеньки не заподозрили,- возможно, и зашевелились бы в их
сообразительных головушках кое-какие мысли, будь он один и требуй номер на
ночь без всяких документов. Однако Джен стала весомейшим аргументом в пользу
его версии. Деньги, мужик и красивая девочка - идеальное сочетание
аргументов, способных задавить любые подозрения в зародыше...
- Ну вот,- сказал проводивший его до номера таксист, открыл дверь ключом
и распахнул ее с таким видом, словно великодушно предоставлял собственную
квартиру, а сам уходил спать на чердак.- Буфет вон там, если что, Танька
снизу звякнет Эльке,- он кивнул на дежурную, старательно смотревшую в другую
сторону.- А уж Элька тебе моментом в дверь стукнет. Тук-тук, тук-тук-тук...
Ты у нас не первый такой Ромео, и не десятый даже...
- Да я вижу, механизм отработан,- сказал Мазур.- Молодцы.
- А то! Нужда заставит - блоху научишься подковывать...
- Значит, Коля, я тебя в двадцать три ноль-ноль жду...- сказал Мазур.
- Как штык,- важно заверил таксист и удалился, фальшиво насвистывая
свадебный марш Мендельсона.
Номер оказался, по здешним меркам, довольно-таки неплохим - спальня и
прихожая, высокий сервант с посудой, цветной телевизор, притом работающий.
- Девичьего трепета не испытываешь? - осведомился он, усаживая ее в
мягкое кресло перед телевизором.
- Шуточки у тебя...- огрызнулась она устало, беззлобно.- Слушай, это что
- цветной телевизор?
- Ага,- сказал Мазур, оглянувшись на экран битого жизнью "Электрона", где
жутким химическим колером светились краски, в которых при некотором
напряжении ума можно было опознать синюю, красную и желтую.- Бывает и хуже.
Нам здесь долго не жить... Ты посиди, а я в буфет схожу.
- Только, умоляю, не нужно ни местных яств, ни орешков для "третьего
мира"...
- Учту,- пообещал он, сбрасывая куртку. Когда он возвращался,
пышноволосая Элька сделала большие глаза и завистливо вздохнула - Мазур не
сомневался, что в ближайшее же время ее дружок прослушает краткую, но весьма
эмоциональную лекцию на тему: "Бывают же мужики!" Впрочем, глаза у Джен
стали столь же огромными:
- Это что?
- Шампанское,- сказал Мазур, методично выставляя бутылки из картонного
ящика на стол.- Ровно дюжина. В старые времена, при государе императоре,
господа офицеры, особенно морские, счет шампанскому вели непременно на
дюжины. А это фрукты,- он выложил кучу огромных желтых апельсинов.- А это -
шоколад, он у нас, между прочим, получше ваших "Сникерсов"...
- Нет, ты что, всерьез рассчитываешь все это истребить? Мы же на
четвереньках поползем...
- Да нет, конечно,- сказал Мазур, поставил под стол банку пива, уселся
напротив и серьезно сказал:- Ты знаешь, можешь и посмеяться, но...
Захотелось вдруг представить, что вокруг и в самом деле все прекрасно,
беззаботно, и ничего нет, кроме шампанского, фруктов, красавицы, ожидающей в
номере... Денег у меня больше, чем нам необходимо, это ж на целый взвод было
рассчитано... Почему бы и нет? Можем мы себя немножко побаловать?
- Что-то в этом есть,- задумчиво сказала Джен, катая по столу апельсин.-
Только не рассчитывай, что после пары бокалов я пойду туда...- она кивнула в
сторону спальни.
- Дорогая, я прекрасно понимаю, сколь высоки моральные качества агентов
ФБР,- сказал Мазур.- Вы, американцы, всегда заботились о морали, даже с
комиссарами нас обставили...
- То есть?
- Комиссар - это назначенный правительством чиновник, надзирающий за
политическим и моральным состоянием армейских частей,- сказал Мазур.- Так?
- Так. Уж это-то я про ваших комиссаров знаю, читала кое-что...
- Вот и мимо,- сказал Мазур.- Я тебе только что зачитал официальную
формулировку, охватывающую функции и полномочия американских комиссаров.
Каковые у вас в армии появились годах в тридцатых прошлого века... Так кто с
кого брал пример?
- Нет, серьезно?
- Вернешься, полистай энциклопедии,- сказал Мазур.- Комиссаров вы
изобрели, милые мои, а большевики у вас идею подхватили готовенькой...- Он
ловко откупорил бутылку и разлил по бокалам.- Много не будем, а понемножку
можно... Кстати, рация до сих пор так ни разу и не пискнула - лежит твой
соотечественник и думает печальную думу.
- Он у меня ляжет,- сказала Джен агрессивно.- Дай мне только домой
добраться... Маллисона наизнанку вывернут, найдется кому...
- Ты там поосторожнее,- серьезно сказал Мазур.- Твое здоровье! Ну, еще
что-нибудь веселое рассказать? Хочешь еще один указ императора Петра
Первого? Снова подлинный? - Он подобрал в уме подходящие архаизмы, кратенько
объяснил ей насчет уральских богачей, обнаглевших от полной
вседозволенности, и торжественно начал: - "Ведомо мне стало, что заводчики
мои на Урале, поелику оторваны от зраку моего, Никита Демидов и солеварщик
Строганов Семка, перестали достодолжное попечение иметь о пользе государства
Российского и, вознесясь до богатств немыслимых, теряют облик и подобие
человеческое. Занимаются потехами праздными и исканиями не солей и руд
горных, а поисками и охотой за телами бабьими, превращая заводы наши в Содом
и Гоморру. Никита сын Демидов, по установленному мною розыску, учиняет
перемены в женском поле по четыре-пять разов на месяц и уподобился султану
турецкому. Наплодил потомства столько, что на цельный завод работных людей
хватит. На вызовы обербергкомиссара пермского не является. А приехал в Пермь
по своей нужде на барже с литьем и в виде непотребном гонял с бабами пьяными
и голыми на тройках по улицам, прохожих пермяков садил в сани насильно и,
напоив, в грязь ссаживал. Бергколлегии чиновника особых дел Иванцова раздел
догола и, машкеру козла ему нацепив, женил на козе, и до тех пор
собственноручно его плетью охаживал, пока сей несчастный с козой, поправ
закона божьего, не соединился..."
- Бог ты мой! - она беззаботно смеялась, щеки раскраснелись от пары
немаленьких бокалов.- И это все - всерьез? Подлинное?
- Я же сказал,- кивнул Мазур.- Было дело... Итак. "Солеварен соликамских
заводчик Строганов Семка совсем от рук отбился. Над девкой заводской
Глафирой изгалялся, а как по старости своей и слабости мужской дела до конца
довести не сподобился - набил ей естество солью и отпустил с миром, отчего
девка оная трое суток в Каме-реке отмывалась. В город Санкт-Питербурх
приехав, разгулялся окончательно, ночь афинскую устроил с дебошем и
убивством непотребным, чем привел жителей в великое изумление. Оштрафован
полицмейстером на пять тысяч рублей. Указываю: Демидову Никитке и Строганову
Семке год мне на глаза не показываться, а ежели они исправления своего за
сей год не покажут и на пользу государства Российского во всю мочь работать
не станут - все животы их и имущество отписаны будут в казну
незамедлительно..." - Он перевел дух и глотнул шампанского.
- Ну и как, исправились? - отсмеявшись, спросила Джен.
- Да нет, насколько мне известно,- сказал Мазур.- Хулиганить стали
потише, вот и весь результат... А потом император умер и надзирать стало
некому, так что...
Осекся. Джен с потемневшим лицом смотрела поверх его плеча так, словно
узрела ползущего по стене паука размером с кулак. Мазур невольно положил
руку на кобуру, но тут же вспомнил, что за спиной у него только стена и
телевизор с выключенным звуком. Обернулся. Ага, программа "Время". На фоне
американского флага и бодрых лозунгов беззвучно ораторствует обаятельный
седовласый субъект, рядом, улыбаясь во весь рот, стоит не менее обаятельный,
вот только не седой, гораздо моложе. Рядом с ними две очаровательных дамы, а
вокруг бушует развеселая толпа...
- Рэмпол? - спросил он.
- Седой,- кивнула Джен.- Второй - Дреймен...
- Тварь такая,- жизнерадостно сказал Мазур.- Ничего, мы...
Тук-тук, тук-тук-тук!
Мазур, не рассуждая, прянул к двери, что твой леопард. Обернулся,
перебросил Джен пистолет, она поймала иссиня-черную игрушку на лету,
отпрянула к стене.
- Кто? - спросил Мазур.
- Я, Эля...
- Ну, сейчас...- ответил он нарочито раздраженно. Прислушался. Вроде бы
не слышно ни движения в коридоре, ни голосов... Чуть приоткрыл дверь,
готовый ко всему.
Нет, она одна, в коридоре никого больше...
- Что, неужели нарисовался, козел? - спросил Мазур.
- Ага,- она энергично закивала.- Высокий такой, в кожаном пальто, лоб с
залысинами?
- Он, гад,- сказал Мазур.
- Подъехал на вишневой "девятке", с ним еще двое, и в машине один
остался... Вас обоих обрисовал в точности, так на месте ногами и перебирает,
не терпится ему... Ой, я боюсь даже... у него пушки, случайно, нет? Еще
палить начнет...
- Не начнет,- успокаивающе сказал Мазур.- Никакой он не мафиози,
успокойтесь,- так, строит из себя, пока жареный петух не клюнет...
Расспрашивал?
- Ага. Танька его отшила, так он до сих пор по вестибюлю круги делает...
И эти с ним, смотрят волками...
Мазур, не глядя, протянул руку и вытащил из кармана висевшей рядом с
дверью куртки пачку пятидесяток. Не считая, отделил половину, сунул девчонке
в руку:
- Эля, а нельзя попросить кого-нибудь из мальчиков, чтобы ему самую
малость чавку начистили?
- Ой, да за такие бабки...- она мысленно прикинула сумму и мысленно же,
по лицу видно, решила отначить половину.- Сейчас схожу в кабак, парни его
живо выкинут...
- И чтобы мордой по асфальту, а? - мстительно сказал Мазур.- Чтоб не
вынюхивал, педик...
- А он еще и педик?!
- От нормального дама с любовником по гостиницам не пряталась бы...-
сказал Мазур.- Значит, заметано?
- Да моментом! Еще и охранника подпишем... Вы не беспокойтесь, сидите
тут, как за каменной стеной, а в одиннадцать Колян за вами подскочит...-
улыбнулась наспех и зацокала каблучками по коридору.
Захлопнув дверь и повернув ключ на два оборота, Мазур сказал:
- Все. Уходим,- сорвал телефонную трубку, накрутил "02", успев помолиться
богу, чтобы номер не оказался занятым.- Але, дежурный? Это охрана, из
"Центральной". У нас тут буянит один шибко из себя деловой, ревнивый муж,
что ли, орет, будто застукал жену с кем-то, сейчас гранату в номер кинет...
А у него и точно граната, показал, гад, и опять спрятал... Да откуда я знаю,
макет там или настоящая, проверять на себе, что ли? Высокий такой, в кожане,
с ним еще парочка, на вишневой "девятке", номер я отсюда вижу... ага, М 563
ХЯТ... вы там в темпе подъезжайте, а то они тут натворят дел, гранатометчики
хреновы...
Бросил трубку на рычаг, благословляя свой инстинкт, отчего-то велевший
все это время таскать в кармане гранату - про запас, на всякий случай...
Джен уже стояла одетая, с его пистолетом в руке. Мазур кивком показал ей
на выключатель. Свет погас везде, кроме ванной,- и его было достаточно.
Держа банку над ванной, Мазур одним ударом отсек от нее верхнюю треть и
ухитрился при этом не забрызгаться хлынувшим пивом. Размотал колечко толстой
лески, велел:
- Бутылки сюда! Живо?
Остановился на миг в нелепой позе, собравшись одновременно двигаться в
двух разных направлениях. И все же подскочил сначала к окну, почти бесшумно
распахнул первую раму, открыл шпингалеты второй, предвари-тельно как следует
пошуровав лезвием ножа меж подоконником и створками, чтобы легче открылось
потом. Окна, конечно же, были не заклеены на зиму - когда это в наших
гостиницах простирали заботу о постояльцах столь далеко?
Свалка в вестибюле будет та еще. Ребятки постараются добросовестно
отработать немалые денежки. Но "ревнивый муж" и его спутники, несомненно,
быстренько поймут, в чем дело, и начнут махать жуткими удостоверениями.
Предположим, это им поначалу не особенно и поможет - однако рано или поздно
добьются своего. Скоренько расколют и Таньку, и Эльку, "Вас обоих обрисовал
в точности". Еще бы... Ладно, будем надеяться, что милиция подкатит вовремя
и добавит переполоху...
Но быстро же прикатили! Вычислили или в гостинице еще со старых времен
остались стукачи? Черт, какая разница...
Сноровисто и быстро сделал "натяжку" - граната с выдернутой чекой
покоится в банке, примотанной к ножке тумбочки у двери в ванную, вокруг
расставлены закупоренные бутылки шампанского, вся эта машинерия связана с
дверной ручкой. Когда выломают дверь - хватит и грому, и звону, и летящих
осколков стекла...
Для безвинного гостиничного персонала нет ни малейшей опасности - даже
самый неопытный оперативник в такой ситуации кинется вышибать дверь
самолично, персонал моментально (и справедливо) будет заподозрен в сговоре с
беглецами и отстранен от любых действий...
Приблизил лицо к холодному стеклу. Окна выходят на задворки гостиницы -
кухня-пристрочка к главному зданию, гаражи, огромные мусорные баки... А
отчего это худая бродячая собака вдруг встрепенулась, поджалась, уставилась
в сторону?
Но выбора не было. Мазур распахнул створку, вскочил с ногами на кресло.
До земли было метра два - первый этаж невысокий... Вроде тихо...
- Давай! - мотнул он подбородком.
Джен, не колеблясь, вскочила на кресло, встала коленкой на подоконник. В
лицо ударила вечерняя прохлада. Спрыгнула во двор, присела, но тут же
выпрямилась, обернулась к нему.
Мазур, аккуратненько перенеся ногу через подоконник, прыгнул следом. Во
дворе было темновато, большинство выходивших в него окон не горели. Он
забрал у Джен пистолет, опустил руку, прижав глушитель к колену, повернулся
к зданию левым боком - кто-то уже приплюснул любопытную физиономию к окну
первого этажа, но свет в комнате погасить не догадался, и оттого, ручаться
можно, ничего не видел. Ох ты, да он же тепленький еле... Порядок.
Несколько секунд он чутко прислушивался, махнул Джен, и они направились
заранее присмотренной дорожкой, мимо мусорных баков, к гаражам, откуда без
проблем могли попасть во дворы прилегающих домов. Собака шарахнулась - но не
от них...
Из-за гаража выдвинулась темная фигура - на уровне пояса тускло сверкнул
вороненый металл - окликнула. еще без уверенности, подчиняясь рефлексу
гончей:
- Эй, там! А ну-ка, сюда...
Мазур нажал на курок. Фигура подломилась в коленках, застыла, потом
невероятно медленно рухнула на усыпанный кухонными отбросами асфальт.
Какую-то долю секунды Мазур пребывал в жуткой растерянности - что, если все
же случайный прохожий? Но когда на асфальт со стуком упал "Макаров",
отбросил всякие сомнения. Подтолкнул Джен, и они бросились мимо гаражей.
Двор, в дощатой беседке брякает гитара, светятся огоньки сигарет, кто-то
заухал вслед:
- Ат-тю-тю-тю! Лови, держи! И несколько молодых пьяных голосов
жизнерадостно заржали. Они пробежали мимо, завернули за угол.
- Стоп,- сказал Мазур.- Не беги...
Дальше была одна из центральных улиц. Ярко светят уличные фонари,
прохожих еще немало... Они двинулись к недалекой автостоянке, стараясь не
выделяться излишней поспешностью. Сзади заливисто взвыла сирена. Мазур
напрягся.
Две бело-синих милицейских машины - впереди "уазик", за ним "Жигули" -
промчались в сторону гостиницы, завывая и озаряя все вокруг мельтешением
мертвенно-синих вспышек проблесковых маячков. "Вперед, ребята, вперед!" -
мысленно поторопил их Мазур.
На стоянке была тишь, гладь да божья благодать. Мазур поднялся по
деревянной лесенке к будке сторожа, подал квиток и документы на машину -
которые ему тут же вернули вместе с ключами. Джен стояла у "семерки",
зачем-то приложив руку к правому карману куртки, словно пыталась помешать
выскочить оттуда какому-то зверьку.
- Что такое? - спросил он, отпирая дверцу.
- Рация пищит...- шепотом сказала она.
- Ага,- сказал Мазур.- Вспомнили, наконец, о подельничке...- Взял у нее
рацию, воровато оглянулся на будку сторожа, присел на корточки, делая вид,
что осматривает покрышку. И сунул рацию под стоявшую рядом "Ниву".- Ну,
пусть себе пищит. Интересно бы послушать, о чем они там болтают, но нам это
вряд ли чем-то поможет. Садись.
Распахнул перед ней дверцу, стал обходить машину со стороны капота...
Сзади, в той стороне, где гостиница, упруго бахнул взрыв - не столь уж и
шумный, на улице хватало машин, далеко было до полуночной тишины... И все же
рвануло на совесть, сторож даже выскочил из своего курятника на крохотную
площадочку, уставился в ту сторону, но ничего не увидел, дома заслоняли.
Окликнул Мазура, не успевшего сесть за руль:
- Эй, ты не видел, что там?
- А черт его знает,- как мог равнодушнее отозвался Мазур.- На выхлоп
похоже...
- Да какой там выхлоп! Тут взрывом пахнет!
- Тебе виднее,- еще равнодушнее сказал Мазур.- Я в армии не служил, мне
без понятия...
Сел за руль и не спеша вывел машину со стоянки. Свернул налево, доехал до
светофора, еще раз свернул налево, направляясь к восточной окраине города,
где, как они видели днем, по той самой М-134 то и дело проходили
большегрузные грузовики, и на запад, и на восток, многие въезжали в город
или выезжали из него...
Джен чуть нервно рассмеялась.
- Что такое? - обеспокоенно спросил Мазур.
- Бог ты мой, сколько было шоколада, фруктов и шампанского...
- Все это уже на стенках,- сказал он.- Ничего не имею против, если бы к
этому натюрморту добавились украшеньицем чьи-то мозги...
- А кассеты...- спохватилась она.
- Куда же я еду? - ухмыльнулся Мазур.- Нам по дороге, не забыла? Здесь я
их ни за что не брошу...
- Может, мимо гостиницы проедем?
- Опомнилась... Знаешь, это уже излишняя роскошь и даже где-то садизм.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ
РОМАНТИКИ БОЛЬШОЙ ДОРОГИ
Сумку он заполучил назад до смешного легко - протянул мятый квиток, на
котором значилось "Сташук" и еще что-то, вовсе уж неудобочитаемое, хмурая
тетка, бормоча: "Кирпичей напихал, что ли...", принесла и хлопнула на
железный прилавок самую обыкновенную на вид коричневую сумку, в которой
лежали автомат, оставшиеся гранаты и бомба, коей предстояло уничтожить
немало карьер, в том числе и за океаном. Хлопнула так, что Мазур
непроизвольно скривился, хотя и знал, что германская трещотка выносит более
худшее обращение, а гранаты, само собой, без запала. Тетка, подметив его
гримасу, забурчала с некоторой надеждой на перебранку, способную ей скрасить
нудное вечернее дежурство:
- Хрусталей у тебя там нет, поди, а если есть хрусталя, так надо было
заранее предупреждать...
Вокруг в обширном подвальном помещении не было ни души. Снаружи хвостов
не имелось - заметно было бы за версту, камера хранения располагалась на
изрядном удалении от здания вокзала, окруженная пустым пространством, где
тихарь мог бы притвориться разве что урной или пустой коробкой из под
"Абсолюта". Мазур подхватил сумку, прикинул на вес - все вроде бы в целости.
Не в силах побороть вполне понятную тревогу, повернулся спиной к широкой
амбразуре окна выдачи, расстегнул молнию, на ощупь отыскал кубический
сверток я кассетами, пощупал сквозь скользковатую синтетику автоматный
ствол. Тетка нудила за спиной:
- У нас не воруют, а ежели было что ценное, надо было сначала и
предупредить или по карманам распихать...
- А если в карманы не влезет? - спросил Мазур беззлобно. Пора было
исчезать, но его нервы вдруг приятно пощекотала странная волна, этакое
искушающее желание задержаться поодаль от опасности. Нечто сродни искушению
кинуться вниз, когда смотришь с высоты.
- Мать, а ты в курсе, кто нынче у американцев президентом? - продолжал
он.
- Чего? Чтобы ты мне был сынком, я тебя должна была классе в третьем
родить, не иначе... Хамит еще...
- Нет, серьезно, не припомнишь?
- Был какой-то,- сказала тетка.- На трубе все играет, на такой гнутой. А
вид до чего простецкий - словно бы тебе Ваня Шумков из локомотивного. Наш
хоть и закладывает, а все же поавантажнее... Кто не закладывает-то?
- И про Дреймена слышала?
- Это кто такой?
- И не услышишь,- сказал Мазур.- Это я тебе гарантирую...
Насвистывая, легонько помахивая сумкой, вышел на вольный воздух, по
замусоренному пустырю направился к дальней стоянке, где в мертвенно-синем
свете единственного фонаря выстроилось с полдюжины машин.
Возле белой "семерки", где за рулем осталась Джен, стояли трое,
доносились громкие реплики.
Пистолет Мазур оставил ей, чтобы прикрывала при нужде. И сейчас, не
раздумывая, присел на корточки в темноте, расстегнул сумку, вставил магазин.
Не загоняя патрона в ствол, положил автомат магазином вверх. Пошел быстрее.
Слышал уже, как в стекло машины барабанят все громче.
- Ну ты, открывай!
- Какие проблемы? - спросил Мазур издали, приглядываясь.
То ли слегка поддавши, то ли приглядываются - запашок ни о чем еще не
говорит, долго ли побрызгать на куртку? Трое, крепкие, хорошо одетые, никак
не вокзальные бичи...
- А ты кто? - один резко развернулся к нему, остальные стояли на прежнем
месте.- Она что у тебя, немая? Язык проглотила?
- Го-ордая,- протянул второй.
- Нет, какие дела? - спросил Мазур.
- Ты за место платил, сука?
- За стоянку, что ли? Не заметил я здесь никаких сборщиков денежек...
- Дуру не гони. Здесь, дядя, стоят извозчики, и каждый за место платит
живыми денежками. А ты на халяву хотел пристроиться?
- Ладно, мужики,- примирительно сказал Мазур.- Никого я везти не
собираюсь, я здесь вообще человек слу-чайный, видели номера? Заехал вещички
забрать, понятия не имел, что тут у вас извозчики - и кони топают на
рыночной на площади...
Один - если не притворялся, самый поддавший из троицы - все еще колотил в
стекло и надсаживался:
- Нет, ты личико-то покажи, Гюльчетай! От стоявшего в стороне темного
большого БМВ - не самой последней модели, но все же довольно новенького - к
ним решительно направились еще один верзила в штатском и милиционер при
белых ремнях.
- Ладно,- сказал Мазур.- Разойдемся, мужики, мне еще ехать и ехать...
Стал обходить машину со стороны капота. Услышав, как шаркнули по асфальту
каблуки - это кто-то кинулся следом - обернулся как раз вовремя, чтобы
перехватить руку с каким-то предметом. Взяв на излом, припечатал атакующего
лбом о капот. Предмет выкатился под свет фар - электрошокер. Не теряя
времени, сбил второго, распахнул дверцу, забросил внутрь сумку, выпрямился.
Джен завела мотор - и тут же раздался длинный свисток.
Это не группа захвата, пронеслось у него в мозгу. Совершенно неграмотно
работают. Видимо, в момент сообразили, гады, что нездешний транзитник - еще
более лакомый кусочек, нежели частный извозчик, не заплативший положенной
дани...
Двое только еще поднимались, слишком растерянные, чтобы успеть
разозлиться. Третий растерянно застыл соляным столбом с
ошарашенно-оскорбленным
...Поділитися у соцмережах
