Жанр: Электронное издание
lastword
... сообразила, что мы уже некоторое время стоим на месте, и проявила
интерес:
— Где это мы?
— Возле редакции газеты, точнее, не одной, а сразу трех. Дождемся, когда
откроют, и подадим объявление.
И опять я подумала, что для человека, впервые приехавшего в этот город из
Казани, Леха ориентируется чересчур хорошо. Посмотрела на него с сомнением,
физиономия выглядела, как всегда, немного глуповатой, но исключительно
искренней.
— Зачем нам объявление подавать, если мы и так знаем, где живет Кирилл? —
нахмурилась я.
— Знать — одно, а заставить их шевелиться — другое. И давай не базарить,
ладно? Я в таких делах побольше тебя смыслю...
— Возможно, только теперь нам лучше всего в милицию обратиться...
— Говорили уже, — перебил Леха. — Одна волокита...
— Слушай, у Кирилла большие возможности, а у нас...
— А у нас голова на плечах. Мне нужен этот Кирилл, а тебе твой паспорт. И
я знаю, как все устроить. Так что заткнись и вздремни чуток.
— Зачем тебе Кирилл? — все-таки спросила я, устраиваясь поудобнее на
заднем сиденье. Конечно, спать в машине — не самая лучшая затея в мире, но в
дом, где до сих пор находился труп Полины, возвращаться не хотелось.
— Как зачем? — обиделся Леха. — Полина мне почти что родственница... была.
И по справедливости человек, который ее в гроб вогнал, должен быть наказан.
— Тогда точно в милицию надо.
— Заткнись с милицией. Кирилл сам мент, или забыть успела?
— И как ты его наказать собираешься?
— До чего ты любопытная, — покачал головой Леха. — Пошто тебе? Закрой
глаза и спи спокойно.
— Ничего себе, «спи спокойно», — возмутилась я. — Должна же я знать, что
ты задумал?
— Ничего ты не должна. Что за глупость? Если честно, — хмыкнул он, — я еще
ничего не задумал. Есть кое-какие мыслишки, но... в общем, как появится что-то
конкретное, я тебе сразу сообщу.
Что-то мне в это не очень верилось, но я сочла за благо промолчать. Уже
час, как рассвело, я поежилась, глядя на стену соседнего дома, где, кстати, не
было ничего интересного или просто приковывающего взгляд, и подумала, что
неплохо бы в самом деле уснуть.
— Озябла? — спросил Леха. — Может, печку включить?
— Не надо.
— Тогда куртку мою возьми, укройся сверху. — Я вновь хотела возразить, но
Леха уже стащил куртку и протянул мне. — Держи. Сидеть нам еще долго, а ночка
выдалась паршивая.
Я натянула куртку на голову и в самом деле вскоре уснула.
Я возилась с дверью, подбирая ключи к мудреному замку, тряслась и
покрывалась потом, прекрасно зная, что ожидает меня за этой дверью, и все же
рвалась туда. Наконец один из ключей подошел, замок щелкнул, а я толкнула
дверь... зажмурилась и заорала...
Пробуждение не из приятных. Ярко светило солнце, в машине душно, а я,
накрывшись с головой курткой, вся взмокла. «Вот черт», — выругалась досадливо и
тут с некоторым беспокойством обнаружила, что в машине я одна. Вскочила и
огляделась. «БМВ» по-прежнему стоял на тихой улочке рядом с двухэтажным зданием,
где расположены редакции, а вот Лехи нигде не видно. Правда, по-настоящему
испугаться я не успела: он вышел из подъезда и направился ко мне.
— Проснулась? — весело спросил Леха, устраиваясь за рулем.
— Ага. Ты объявление подал?
— Во все три газеты.
— И что теперь делать будем?
— Ждать. Они клюнут, можешь мне поверить.
— Допустим, дальше-то что?
— Опять ты за свое? Дальше я потом придумаю. Скажи лучше, как спалось?
— Скверно. Снилась чертовщина какая-то.
— Это с голодухи, — уверенно заявил он.
— От чего? — изумилась я.
— С голодухи, — терпеливо повторил Леха и добавил: — Есть хочу, аж в
животе урчит. Давай поищем какую-нибудь кафешку, где с утра отравиться можно.
— Давай, — кивнула я, хоть аппетит у меня и отсутствовал.
:
Кафешку нашли довольно быстро. Леха уминал плотный завтрак за обе щеки, а
я все больше на него смотрела.
— Чего не ешь? — спросил он.
— Ем. Скажи лучше, какие у нас планы на сегодня?
— У меня сущие пустяки. Надо должника навестить, давно не виделись, он уж
поди соскучился. А тебя домой отвезу.
— Куда? — нахмурилась я.
— Ну... ты знаешь...
— Хочешь, чтобы я одна сидела в доме с трупом? — повысила я голос, Леха
недовольно огляделся.
— А что ты предлагаешь? Другого пристанища все но нет. У меня, по крайней
мере, точно. И покойники кусаются, лежат себе тихо, и .никакого от них
беспокойства.
— Что ты болтаешь? — не выдержала я.
— То и болтаю. В конце концов, жила ты с ней, и ничего с тобой не
сделалось.
— Я тогда не знала...
— Ох до чего мне от твоих базаров тошно... Ладно, предложи что-нибудь
путное.
С этим было туго. Я закусила губу, а потом сказала:
— Давай вместе.
— Чего вместе? — не понял Леха, иногда на него такая бестолковость
нападала, что просто беда.
— Вместе поедем.
— Куда?
— По твоим делам, — разозлилась я. — Да хоть к черту на рога. Только
вместе.
— А... — поскреб он затылок. — Покойников боишься... Вообще-то я тебя
понимаю.
— Вот и отлично. Значит, я еду с тобой.
— Не-а. Не пойдет. Как ты себе такое представляешь? Я еду выбивать деньги
— и с кем? С бабой. Да меня на смех поднимут.
— Кто?
— Все. И заткнись. Значит, так, не хочешь домой — не надо. Тебе же хуже.
Будешь ждать меня в машине.
— Пожалуйста, — с облегчением пожала я плечами. Он взглянул на часы.
— Машину отгоним в какой-нибудь тихий переулок, там и посидишь.
Кафе мы покинули и вскоре в самом деле тормозили в тихом переулке.
— Вот, место подходящее, — сказал Леха. — Лучше всего еще поспи.
— А где живет твой должник?
— Далеко.
— Так ты разве не на машине поедешь? — удивилась я.
— С тобой, что ли? И не мечтай. Ножками потопаю. А ты спи. Не ровен час
поедет мимо какой-нибудь Ванька и тебя приметит.
— А ты надолго? — жалобно спросила я.
— Надолго. Часа два, три, может, больше. Мне твоей милости еще на чем-то
добраться надо.
— Почему бы мне там в машине не подождать? я могла бы спрятаться...
— Почему бы тебе не заткнуться к чертям собачьим? Я обиженно отвернулась,
увидела в окно киоск «Роспечати» и проворчала:
— Купи мне журнал какой-нибудь... свихнешься б дела сидеть.
— Давай домой отвезу, — предложил он. — Время есть. Днем-то чего бояться?
Я понимаю, ночью... Полежала бы на солнышке в саду. Денек-то какой...
— Нет, я лучше здесь, — вздохнула я.
Леха купил журнал, сунул мне его в окно и, недовольно бурча что-то под
нос, удалился, а я приготовилась ждать. Журнал просмотрела за десять минут и
отшвырнула в сторону. Взгляд упал на ключи от машины, Леха на всякий случай их
оставил... Глупо вот так сидеть три часа изнывая от скуки. Адрес, по которому
ночью ездил Иван где предположительно должен находиться Кирилл, я знаю Леха
вчера обмолвился, почему бы не проверить? Оставить машину за несколько кварталов
и прогуляться к этому дому. Спрятаться по соседству и понаблюдать, вдруг мне
повезет и я увижу Кирилла или Алексея Петрович Чем больше я об этом думала, тем
больше мне нравила моя идея. Два часа в запасе до возвращения Лехи у меня есть.
Вдруг и правда повезет?
Я еще решала, повезет или нет, а уже завела мотор лихо тронулась с места.
Хотя адрес мне был известен, где находится данная улица, я понятия не имела.
Леха сказал в пригороде, интересно, в каком? Тут я заметила милиционера на
перекрестке, он хмуро взглянул на меня, как видно, размышляя, стоит остановить
или нет, а я, не дожидаясь его решения, замерла у тротуара и вприпрыжку кинулась
к нему через дорогу узнавать адрес. Объяснение не выглядело слишком толковым, и
мне пришлось немного поплутать, а потом еще искать место, где приткнуть машину.
Но и с этим я справилась и, кусая губы от волнения, наконец увидела нужный дом.
Дом как дом.
Конечно, на самом-то деле дом впечатлял: добротный, двухэтажный, с большим
садом, но на этой улице плохеньких домов не было, так что Кирилл — если это его
особняк — ничем не выделялся. Я юркнула в переулок и только тут сообразила, что
затея моя никуда не годится. Дома окружены заборами, и прятаться совершенно
негде. Ско-пее всего на меня очень быстро обратят внимание да еще, чего доброго,
милицию вызовут. Надо выметаться отсюда, и поскорее. С этой мудрой мыслью я
сделала несколько шагов в направлении переулка, где стоял «БМВ», но вдруг коечто
привлекло мое внимание. Из-за угла вывернул «Мерседес», огромный, черный, и
плавно притормозил возле дома Кирилла Сергеевича. Я замерла и, почти не дыша,
стала ждать, что последует за этим. Дверь открылась, и из машины показался...
Леха! Правда, мало похожий на самого себя. Дорогой костюм, до блеска начищенные
ботинки, но не это главное: от обычного придурковатого выражения на физиономии и
следа не осталось. Я бы решила, что это другой человек, если бы способна была
поверить в такую чушь.
Между тем Леха... Тут я сглотнула и зло хмыкнула: к его теперешнему облику
имя Леха подходило так же, как мне что-нибудь экзотическое, вроде «Лунной
серенады» или Уа-Та-Уа, — так вот, человек, с которым я простилась час назад и
которого называла Лехой, стал подниматься на крыльцо, а навстречу ему с
радостной улыбкой выпорхнул Алексей Петрович. Они начали трогательно обниматься
и пожимать друг другу руки, а я, рыкнув «Ну, дерьмо», — бегом припустила к
машине.
Я летела через город, с трудом припоминая правила движения, и в себя
пришла, только когда увидела знакомую автобусную остановку на объездной дороге.
Это подействовало отрезвляюще, я резко затормозила и подумала: «Какого черта я
здесь? Мне ж в милицию надо... Теперь ясно, почему этот «родственник» так не
хотел, чтобы я туда отправилась... Выбраться из одного капкана, чтобы тут же
угодить в другой! Этот гад прикидывался, а на самом деле... Что на самом деле?
Если б он хотел меня укокошить, я бы уже давно лежала рядом с Полиной... Тогда
что? Что задумала эта троица? А если Леха в этой чертовой игре с самого начала?
Надо было брать деньги, паспорт Полины и сматываться. А кто мне помешает сейчас
так поступить? Позвонить в милицию, сообщить о трупе и удрать. Пусть без меня
разбираются. Господи, я ж сказала Лехе об этих деньгах и даже сообщила, где они
лежат. Вот ведь дура... Хотя вряд ли он успел их свистнуть когда? Да когда
угодно, я ведь за ним не следила, а для того, чтобы достать деньги, хватит и
двух минут».
Я направилась к дому, стараясь не думать о трупе в подвале. Бросила машину
возле ворот и стремительно поднялась на крыльцо. Входить было страшно. Я
заревела с досады и все-таки открыла дверь. Ничего не произошло. Да и что могло
произойти? Леха прав: покойникам нет до нас никакого дела. Я торопливо прошла в
комнату, сунула руку за шкаф и извлекла конверт. Доллары были на месте. Не знаю,
что я почувствовала в тот момент, скорее всего досаду. Если бы деньги исчезли,
понять, что происходит, было бы проще... И тут взгляд мой упал на фотографии.
Некоторое время я тупо на них пялилась, затем схватила и даже подошла к окну,
чтобы рассмотреть получше. Сомнений быть не могло: в обнимку с Полиной стоял
Леха. Прическа, выражение лица — все другое, но эо точно был он.
Я села на кровать, держа в руках фотографию. Если я что-нибудь понимаю...
Леха — тот самый таинственный любовник Полины. Он звонил ей и сказал, что на
днях собирается приехать, и в самом деле вскоре объявился. Теперь ясно, почему
он оказался в этом доме, а также откуда у него ключи. Скорее всего их он получил
от Полины. Разыгрывал дурачка, выдавая себя за родственника, с одной целью:
хотел понять, что тут происходит. Любимая женщина погибла, а кто-то в ее доме
нагло называется ее именем... Но сегодняшний визит к Алексею Петровичу все
путает. Выходит, Леха с ними в сговоре... Стоп, что там рассказывала Светлана?
Предположим, у них с мужем Полины общее дело. Тот, желая заполучить все деньги,
при помощи Кирилла Сергеевича упек Леху в тюрьму и с трепетом ждал его
возвращения, избавился от жены и теперь разыгрывал большую дружбу с ее
любовником... Чепуха, в тюрьме же был сам Алексей Петрович, а откуда взялся
Леха, одному богу ведомо. Хотя скорее черту. Одно ясно: верить ему нельзя. Очень
возможно, что в настоящий момент он договаривается с этими гадами, как от меня
избавиться. А я, дура, сижу здесь, вместо того чтобы бежать без оглядки. Я еще
раз взглянула на фотографию, на обведенную фломастером физиономию Алексея
Петровича с надписью «Иуда». Полина ждала Леху с намерением все рассказать. Она
даже купила дом на чужую фамилию и смогла передать ключи своему любовнику, вот
только он опоздал на два месяца, и она умерла в ужасном темном подвале, в
отчаянии спрятавшись от своих мучителей. Трудно поверить, что Алексей простит им
это, даже если речь пойдет о больших деньгах, и лучшее тому свидетельство — что
доллары так и остались лежать в конверте. Надо его дождаться и поговорить. Он
приедет... а с ним, возможно, и моя кончина. Он не хотел, чтобы я шла в милицию,
намереваясь по-своему расплатиться с убийцами Полины. Но если это так, зачем
нужно было притворяться и врать мне? Они заодно, это точно, и я сваляю большого
дурака, если останусь здесь.
Время шло, а я так ничего и не решила. В любом случае возвращаться в город
уже поздно. Три часа прошли, Леха, не застав меня на положенном месте...
Хлопнула входная дверь, я вздрогнула и заметалась по комнате, потом подскочила к
окну и распахнула его. «Родственник» не вошел даже, а влетел, лицо
встревоженное, брови сдвинуты у переносицы, а выражение легкой придури в глазах
он потерял где-то по дороге. Увидев меня, вздохнул с заметным облегчением и
сказал ворчливо:
— Чего тебе на месте не сиделось?
— Где ты был? — спросила я, устраиваясь на подоконнике. Выглянула в окно:
«БМВ» перед воротами, а вот «Мерседес» отсутствует, выходит, Леха его спрятал, а
может, и вовсе на такси пожаловал. Переодеться он тоже успел. Ничего похожего на
дорогой костюм — привычные джинсы и куртка. — Где ты был? — повторила я.
Он, насвистывая, уселся на стул и оттуда настороженно на меня поглядывал.
— Слезла бы ты с подоконника, — сказал со вздохом. — Еще свалишься.
— Отвечай, черт возьми, — не выдержала я, а Леха удивился:
— С какой стати мне перед тобой отчитываться?
—В самом деле, — кивнула я, соглашаясь. — У тебя красивая машина.
«Шестисотый»?
— «Трехсотый», — поправил он.
— Тоже неплохо. И костюм тебе к лицу.
— Черти меня дернули назвать адрес, — закручинился он. — Ведь мог бы
догадаться, что тебя понесет нелегкая... Вот ведь бабье любопытство.
— Может, мне извиниться? — усмехнулась я.
— Валяй.
— На столе фотографии. Не хочешь взглянуть? Он подошел, взял их в руки,
отшвырнул небрежно с легким смешком.
— Откуда?
— Я тебе рассказывала о тайнике...
— Ясно. — Он вновь устроился на стуле возле двери и начал свистеть.
— Зачем ты ездил к Алексею Петровичу? — не выдержала я.
— Поздороваться.
— Вы друзья?
— Были когда-то.
— Выходит, Светлана права: они тебя обманули и Полина знала об этом?
— Выходит, — разулыбался Леха, а я спрыгнула с подоконника.
— Ты меня отпустишь? — спросила осторожно.
— В каком смысле? — вроде бы удивился он.
— О чем-то вы договорились, верно?
— А... ты имеешь в виду, не хочу ли я тебя отправить вслед за Полиной?
— Да, именно это я и хотела узнать...
— Глупость какая, — обиделся Леха. — С какой стати?
— А с какой стати ты поехал к ним?
— До чего ты баба настырная, сказал: поздороваться. При чем здесь ты?
— Как это при чем? — возмутилась я. — Эти люди хотели меня убить. Как я
могу доверять тебе? Ты меня обманывал все это время.
— Я? — Брови его поползли вверх. — Очень интересно.
— Прекрати, — кажется, я повысила голос. — Ты сказал, что родственник, муж
сестры... у нее есть сестра?
— Насколько мне известно — нет.
— Разумеется. Ты назвался родственником...
— Ну и что? — перебил Леха. — Ты назвалась Полиной.
— Но я потом все объяснила, а ты...
— Если быть точным, мне пришлось тебе здорово помочь.
— В самом деле? Вроде бы я сама сказала.
— После того, как я малость подержал тебя под водой...
— Хорошо, — разозлилась я. — Но когда все стало ясно отчего бы и тебе не
рассказать правду?
— А что стало ясно? — усмехнулся он. Я вдруг поняла, что еще немного — и я
непременно разревусь.
— Мне придется выпрыгнуть в окно или можно выйти в дверь? — спросила зло.
— Вопрос, куда ты собралась?
— Это не твое дело.
— Возможно. — Он вздохнул. — Хочешь к ментам?
— Возможно, — передразнила я.
— Иди. Будет очень обидно, потому что эти гады смоются и никто никогда
ничего не докажет. А у меня есть идея получше.
— Ты мне о ней расскажешь?
— Зачем? Поверь на слово, когда меньше знаешь, лучше спишь.
Мне вспомнилось, что то же самое, почти слово в слово, говорил Кирилл
Сергеевич.
— Но ведь для чего-то я нужна тебе?
— Для чего-то — да, — хохотнул он и сделал шаг навстречу, затем еще один,
а я с опозданием сообразила, как далеко отошла от окна и теперь стою, припертая
к стене, и шансы выскочить в дверь практически равны нулю. Он оперся руками в
стену на уровне моих плеч и, заглядывая в глаза, попросил тихо: — Не мешай мне,
ладно?
Я почувствовала, как холодеет спина, торопливо отвела взгляд и сказала:
— Иди к черту.
Он засмеялся, расслабился, и в это самое мгновение я, отшвырнув его,
бросилась бежать. Реакция у него оказалась исключительная, выскочить из комнаты
я так и не Успела, он прыгнул вслед за мной, ухватил за плечо, сбил с ног своим
весом, и я грохнулась на пол, а через секунду он оказался рядом. Бороться с ним
было идиотским занятием, и все же я попробовала, а потом заорала отчаянно,
надеясь, что хоть кто-то меня услышит и придет на помощь. Леха вдруг засмеялся и
поцеловал меня... Это было так невиданно, что я растерялась, а когда он
приподнял голову, пробормотала раздраженно:
— Псих.
— Здрасьте... ну не колотить же тебя, чтоб ты заткнулась. — Он поудобнее
устроился на боку, опершись на локоть, и лежал, внимательно разглядывая меня. —
Не дури, а? — сказал через минуту. — Все, что ты тут напридумывала, ужасная
чепуха. Когда машины на положенном месте не оказалось, я так перепугался, что
самому смешно стало. И сюда летел сломя голову по одной причине: боялся, что
опоздаю и ты сбежишь. Где я тебя тогда искать буду? Страна большая, а я даже не
знаю твоей фамилии.
— Сорокина, — сказала я.
— Теперь знаю. Но все равно этого мало, чтобы человека найти.
— А зачем меня искать? — насторожилась я.
— Ну... — Леха пожал плечами. — Вдруг я начну скучать...
— Между прочим, мы лежим на пороге и болтаем всякую чушь, — проворчала я.
— Мы можем переместиться в более подходящее место, — согласно кивнул Леха.
— Никуда я перемещаться не собираюсь. Ты меня обманывал. Ты ничего не
хочешь объяснять...
— Не лезь в мои дела, а? — Он зевнул и добавил насмешливо: — Не люблю я
это...
— Ты меня использовал.
— А ты меня.
— Ты был любовником Полины?
— Какая разница? — удивился он.
— Как какая? — Кажется, я едва не задохнулась от возмущения.
— А... если ты в том смысле, что она в подвале, а я тут с тобой на пороге
лежу, так она бы переживать не стала, а мне и вовсе ни к чему. Любовь между нами
прошла годков пять назад, да и, сказать честно, особой любви я не припомню.
— Но отомстить ты хочешь?
— Само собой.
— А...
— Может, мы сменим тему? — вздохнул он. — Ты опять задаешь вопросы, а
отвечать на них я не собираюсь.
Я села и, глядя перед собой, спросила с обидой:
— В самом деле?
— В самом деле, — ответил Леха. Я неожиданно для себя заревела, он
приподнялся, взглянул с сомнением и спросил: — А это по какому поводу?
— Ты дурак, — разозлилсь я. — Ты понятия не имеешь, какой вопрос я хотела
задать. Он протянул руку и улыбнулся:
— Так и быть: спроси. Обещаю ответить честно. И добавил совсем другим
голосом: — Иди ко мне...
Я жарила яичницу и размышляла, стоит ли приставать к Алексею с вопросами.
Он сидел возле окна, курил, размышлял о чем-то, и я по выражению его лица
поняла: не стоит.
— Какие у нас планы? — все-таки поинтересовалась, устраиваясь напротив.
— Сегодня должны выйти объявления...
— И что?
— Потом скажу, — он хохотнул и подмигнул весело.
— Может, планами поделишься? Не очень-то приятно чувствовать себя пешкой в
чужой игре.
— Насчет пешки ты загнула, — обиделся Алексей. — Ты у меня королева, —
перегнулся через стол и чмокнул меня в макушку. — И не забивай себе голову. Все
будет отлично. Можешь поверить...
— Я даже не знаю, кто ты, — пожала я плечами.
— Мы же познакомились... Ладно, не злись. Я не привык посвящать в свои
дела кого-либо, и языком болтать — примета плохая. Одно могу сказать совершенно
определенно: беспокоиться нечего. Особенно тебе. Так что улыбнись и скажи мне
что-нибудь приятное.
— Я тебя терпеть не могу, — досадливо покачала я головой.
— Я тебя тоже люблю, — обрадовал Леха. Накрапывал дождь, когда мы
собрались в город. Вопросов я не задавала, поняв всю бессмысленность подобной
затеи. На первой троллейбусной остановке Алексей притормозил у киоска
«Роспечать» и купил газеты.
— Ну, вот и объявления, — сказал удовлетворенно. Затем достал сотовый.
Ответили ему сразу. — Это я, — незатейливо начал Алексей. — Заглянул в газетку и
обнаружил кое-что любопытное. И ты загляни, в «Ведомости», раздел объявлений, а
потом объясни, что это за дерьмо... — Он дал отбой, потер подбородок и сказал: —
Теперь они зашевелятся.
Я равнодушно кивнула, потому что в его планах ничего не понимала. Алексей
завел машину, мы помчались по проспекту, а когда миновали плотину, я сообразила,
что направляется он в пригород, где жил Алексей Петрович. Очень скоро мы
пристроились в том самом переулке, где два дня назад я оставляла машину с
намерением последить за нужным мне домом. Алексей заглушил мотор, откинулся на
сиденье и вроде бы приготовился вздремнуть.
— Чего мы ждем? — не выдержала я.
— Понятия не имею, — пожал он плечами. — Но что-нибудь обязательно
произойдет.
И точно. Не успел он договорить, как к интересующему нас дому подъехало
такси и появился Кирилл Сергеевич.
— Это он? — повернулся ко мне Алексей. — Кирилл Сергеевич?
— Ага.
— Баба не соврала, он в самом деле мент, бывший, разумеется.
Я отмахнулась, уверенная, что объяснять он все равно ничего не будет, так
что с вопросами лезть бессмысленно. Кирилл Сергеевич поспешно скрылся в доме.
Прошел час, в течение которого больше никаких событий не произошло. Алексей
насвистывал, а я потихоньку впадала в дрему. И вдруг ожил сотовый. Мой спутник
протянул его мне и сказал с улыбкой:
— Думаю, это тебя.
— Они решили откликнуться на объявление? — проявила я догадливость.
— А куда им деться? — пожал он плечами. — Значит, так. Ты предлагаешь им
встретиться. Шоссе, поворот на пионерлагерь «Зорька», скажем, через полчаса. И
ни словечка больше. Валяй.
— Кирилл Сергеевич? — подала я голос.
Он немного помолчал, потом ответил с неохотой:
—Да.
— Думаю, есть смысл встретиться. Жду вас через полчаса на шоссе, возле
поворота на пионерлагерь «Зорька». И не забудьте мой паспорт и пятьдесят тысяч.
— Я дала отбой и вернула трубку Алексею.
— Что еще за пятьдесят тысяч? — усмехнулся он.
— Мне их обещали за исполнение роли Полины.
— Ага, — он кивнул и улыбнулся еще шире. Минут через пять из дома вышел
Алексей Петрович в сопровождении Кирилла и вездесущего Ивана. Все трое
загрузились в стоявшую во дворе «Волгу», ворота распахнулись, и машина
стремительно начала удаляться в сторону моста.
— Отлично, — заявил Алексей, повернулся ко мне и с улыбкой продолжил: — Ты
сидишь в машине, наблюдаешь за улицей. Если что-то покажется тебе
подозрительным, посигналь.
— А ты?
— Я немного прогуляюсь. Хочу заглянуть в дом, пока хозяева отсутствуют.
Он вышел из машины и не спеша направился к дому, открыл калитку и вскоре
исчез из поля моего зрения, свернув за угол. А я начала томиться, вертела
головой, пытаясь справиться с сердцебиением, и без конца повторяла:
— Господи, Господи...
Не прошло и двадцати минут, как я вновь увидела Алексея. Он возник на
крыльце, покинув дом через центральный вход, и все так же неторопливо направился
к калитке, вышел, тщательно ее прикрыл и вскоре уже стоял возле машины. В руках
держал довольно обшарпанный «дипломат».
— Что это? — насторожилась я.
— Прихватил кое-что. Это поможет вывести на чистую воду наших друзей.
— Какие-нибудь документы?
— Что-то вроде этого, — кивнул он, сел в машину, перебросил «дипломат» мне
и сказал: — Теперь слушай внимательно: там в кармане чехла лежит сумка, убери в
нее «дипломат», выходи на соседнюю улицу, а я вызову тебе такси. Пока будешь
ждать тачку, устройся на скамейке в тенечке, это недалеко от магазина, в общем,
не заблудишься. Сумку надежно спрячешь, а ровно через полтора часа появишься
здесь. Просто подъедешь к дому на такси и спокойно войдешь. Дверь будет открыта,
я позабочусь об этом.
— Войду, и что дальше? — насторожилась я.
— Не забегай вперед, — поморщился Алексей. — Спрячь сумку и приезжай. Не
раньше и не позже, а ровно через полтора часа. Давай-ка часики сверим... так,
порядок. Ты войдешь в дом, по коридору прямо, большая комната туда и
направишься. Ничего не бойся, я буду ждать тебя в этой самой комнате.
— Я...
— Не заводись. С моей точки зрения, объяснил я достаточно. — Он усмехнулся
и пожал плечами: — Не хочешь, не приходи. Дело твое.
Я подхватила сумку и вышла из машины, зло хлопнула дверью и, не
оборачиваясь, зашагала к соседней улице.
Такси прибыло через несколько минут.
— На вокзал, — сказала я, устраиваясь на заднем сиденье. Надежных мест для
этой дурацкой сумки я не знала; конечно, можно спрятать ее в доме, но
возвращаться туда одной не хотелось, значит, остается ячейка камеры хранения на
вокзале.
Дорога до вокзала заняла довольно много времени. Избавившись от сумки, я
уже в который раз взглянула на часы и пересекла Вокзальную площадь. В кафе под
открытым небом взяла бутылку «Пепси» и пятнадцать минут просидела под полосатым
зонтиком, пялясь на прохожих. Вереница такси замерла в нескольких метрах от
меня, так что о машине беспокоиться не стоило. Правда, я все равно беспокоилась,
не о такси, конечно... Решив, что времени в обрез,
Закладка в соц.сетях
