Жанр: Электронное издание
kazkyr01
...ливо одеваться. Возможно, в нарочито
замедленном обряде облачения, напоминавшем стриптиз, прокрученный в обратную сторону,
был скрытый смысл. Возможно, она надеялась, что я не выдержу созерцания ее тела и попрошу
вернуться под одеяло. Возможно.
Но это было слишком опасно: надеяться, что Анна и впредь будет пренебрегать
профессиональным кодексом ради случайного партнера, кем я для нее, собственно, и являлся.
Шерсть пантеры гладка и приятна на ощупь, но удар ее лапы способен размозжить череп. Уж
лучше позволить ей жить в ее джунглях. А мне - в своих.
Она ушла, и я не пригласил ее подождать до утра, хотя это было и не по-джентльменски.
Что ж, невоспитанные люди живут дольше. По крайней мере, теперь я знал, что доживу до
утра.
Глава 18
Я выгнал себя из постели где-то после полудня. Уверенность в том, что Анна уже не
вернется, была столь сильной, что я засунул "люгер" в коробку из-под ботинок и убрал в
одежный шкаф.
В прихожей только засохшая грязь на полу напоминала о том, что ночью меня посетила
гостья. Я пошел в ванную комнату за тряпкой, чтобы убрать это безобразие, и замер на пороге:
Анна оставила мне подарок.
На бледно-голубом кафеле лежал ее черный свитер. Как она и предупреждала, свитер был
испачкан кровью. На полу остался темный след, а один из рукавов ссохся и на ощупь
напоминал гнилой фрукт, мягкий, податливый, издающий приторно-тошнотворный запах. Я
взял свитер и хотел отнести его в мусоропровод. Тут выяснилось, что на полу под свитером
лежат деньги. Не знаю, высыпались ли они случайно у Анны, или это был прощальный
широкий жест... Скорее всего, второе. Потому что ничего случайного с Анной не происходило.
Некоторые купюры были запачканы кровью. А на самом-то деле все они были в крови. Я
бы мог сгрести их в кучу и сжечь. Это был бы красивый жест. Но такие жесты могут позволить
себе лишь эстеты, у которых в тайнике за батареей припрятан еще миллион долларов. У меня
не было миллиона. У меня даже не было тайника.
Поэтому я оставил деньги себе. Смыл с них кровь, подсушил, сложил в пачку и перетянул
красной резинкой.
А ее свитер я сжег. Вышел вечером на пустырь, отыскал догорающий костер из опавших
листьев и бросил туда черный, плохо пахнущий комок. Он не хотел гореть, и мне пришлось
полить его водкой из специально принесенной бутылки. Половину я вылил в костер,
благодарно воспринявший мое подношение и сразу же весело взметнувшийся высоко-высоко.
Вторую половину я здесь же выпил. И мне стало тепло, костер жарко дышал на меня, бросал
искры, окуривал дымом... Когда я отвернулся от огня, сразу же стало холодно.
И пока я шел домой, становилось все холоднее. За долговязыми силуэтами
двенадцатиэтажек садилось солнце, и закат был кроваво-красным.
Утром мне позвонили из охранного агентства "Статус". Для меня теперь это было именно
охранное агентство "Статус", а не как раньше - контора Макса.
Незнакомый женский голос предложил мне забрать трудовую книжку и получить деньги
"по расчету". Что ж, теперь мне долго не придется находить деньги на полу в ванной. Я поехал.
На месте секретарши сидела длинноногая самоуверенная девица в облегающем
ярко-зеленом костюме. Крашеная блондинка. Одного этого было достаточно, чтобы я возжелал
ее немедленного возвращения в тот инкубатор офисных шлюшек, откуда она была выписана
Марком. С одновременным пострижением наголо.
За три минуты она швырнула мне трудовую книжку, деньги и пожелание "всего
хорошего". После чего углубилась в изучение "СПИД-инфо".
В комнате присутствовали еще какие-то люди, но ни одного из них я не знал. Деловые
мужчины курсировали возле секретарского стола взад и вперед, и я чувствовал себя маленьким
мальчиком, затерявшимся в большом универмаге.
Потом я все-таки засунул книжку и деньги в карман и собрался уходить. В дверях я едва
не столкнулся с Максом.
- О, привет! - сказал он. - Ты ко мне? Сейчас, подожди минутку...
Макс прошел к своему кабинету, удостоив меня попутным похлопыванием по плечу. Ему
навстречу, как райская птица с ветки, летела секретарша, расцветая на глазах. Даже запах духов
стал ощутимее. Она о чем-то заворковала, подсовывая Максу бумаги и одновременно
поправляя бретельку бюстгальтера. Мне стало жаль жену Макса. Такие жертвы со стороны
Макса. И все ради семейного благополучия.
Я не дождался, пока Макс закончил общаться со своей райской птичкой. Да и зачем мне
было его ждать? Какие вопросы решать? Со всеми вопросами я теперь мог смело обращаться к
самому себе.
Увольнение стоило отметить. В "Комету" ехать не хотелось, и я заглянул в первое
попавшееся заведение, откуда шли более-менее аппетитные запахи.
Кафе называлось "Колибри". Из динамиков доносилось негромкое регги, и я расслабился
сразу, как сел за столик. После двух порций мартини я расслабился еще больше.
Когда я меланхолично пилил бифштекс, стараясь совпадать движениями с ритмом
музыки, на моем столе появилась бутылка розового мартини.
- Я его заказывал? - удивленно осведомился я у официанта.
- Вам от того стола, - вкрадчиво сообщил тот. Я не без труда оторвался от своего
занятия и повернул голову в нужном направлении. Гиви Хромой помахал мне рукой и
улыбнулся. Я понял, что пора завязывать с пьянством среди белого дня. Или, по крайней мере,
не мешать водку с мартини.
Но кошмар не проходил. Более того, он становился больше в размерах. Сходство с
настоящим Гиви было потрясающим.
- А я вижу, знакомое лицо! - восхищенно произнес Гиви, садясь за мой столик. Два
громилы симметрично стояли позади него. - Костя тебя зовут, я не путаю?
- Костя, - кивнул я. Потом ткнул в сторону собеседника вилкой (громилы нервно
дернулись). - Гиви?
- Ну а кто же? - Хромой жизнерадостно расхохотался. - Ты мне так удружил, и я
такое не забываю!
- Я - удружил? - с сомнением спросил я.
- Ну да! Конечно! - Гиви просто сиял. На этот раз он был одет не в кожу, а в серый
костюм с маленькими лацканами. Я видел такой у одного из телеведущих. - Ты меня
познакомил с такой женщиной! Вах! - Гиви закатил глаза, изображая крайнюю степень
восторга. - А мы с ней так хорошо поговорили тогда... Жаль, ты ушел, Костя! Ну ничего, мы
еще встретимся, еще посидим, да?
- Конечно, - пробормотал я. Кошмар затягивался.
- Я стал ее другом, - обрадовал меня Гиви. - А значит, ты тоже стал моим другом! Все
эти мелкие недоразумения, что были раньше... Забудь!
- Уже забыл.
- Одно только меня интересует. - Гиви приблизил свою голову к моей. Его
крючковатый нос завис в опасной близости от моего подбородка. Мне стало казаться, что он
меня вот-вот клюнет. - Скажи, Костя, только честно...
- Про что?
- Тот "Вольво", что я у тебя купил...
- Ну?
- Там и правда все сиденья и пол были обоссаны тем уродом? Ну, ты знаешь, о ком я
говорю? Об этом трусливом баране, который сбежал из города, не отдав долги многим
уважаемым людям. Неважно, что ты помог ему смыться. Только одно меня волнует - он
мочился на сиденья? Стоит ли мне ездить на этой машине или надо немедленно выбросить ее
на свалку?
- Если честно... - начал я и посмотрел в глаза Гиви. Мне очень хотелось сказать ему:
"Да!". А потом еще и врезать бутылкой мартини по черепу. Но мне еще больше хотелось
спокойно доесть бифштекс. Последнее время я крайне нерегулярно питался. - Если честно, то
все это брехня, Гиви, - закончил я, и Гиви облегченно вздохнул. - Отличная тачка. Тебе
повезло, что она так дешево тебе досталась.
- Ты меня обрадовал! - сказал Гиви и встал из-за стола, опираясь на сверкающую
золотым набалдашником трость. - Мы еще увидимся, Костик. Мы еще с тобой посидим,
поговорим...
- Не дай бог, - тихо сказал я ему в спину.
Два дня спустя я сидел дома и составлял текст объявления, которое мне надлежало дать в
газеты. Первый вариант был таким: "Услуги по обеспечению вашей безопасности. Частный
детектив с опытом работы". Второй вариант казался мне еще хуже: "Если у вас есть проблемы,
доверить которые вы не решаетесь никому, доверьте их нам. Частный детектив с большим
опытом работы". Третий вариант я просто порвал и выбросил в мусорное ведро.
В это же время Генрих носился где-то по Городу, оформляя все необходимые для
получения лицензии документы. Он появился вечером того дня, когда я забрал трудовую
книжку из "Статуса".
- Ты же больше ничего не умеешь, - напрямую сказал он. - Вот и продолжай в том же
духе. Только поставь свой бизнес на солидную основу.
- На кого, на кого? - переспросил я.
- На меня, - скромно сказал Генрих. Мы договорились до того, что он стал
соучредителем нового охранного предприятия. А я был одновременно вторым соучредителем и
единственным сотрудником. Иначе говоря, предполагалось, что деньги я буду зарабатывать
один, а делить мы их будем с Генрихом напополам.
- А это не слишком? - спросил я.
- Тогда сам иди и сам оформляй все бумаги, - сказал Генрих.
- Черт с тобой, - ответил я.
- Ну тогда давай деньги, - сказал Генрих. - Оформление лицензии стоит денег.
- Вот тебе сто долларов, и ни в чем себе не отказывай, - услышал он от меня в ответ. -
Экономика должна быть экономной.
- Все шутишь, да? - покачал головой Генрих, но деньги взял.
И вот я сидел за кухонным столом, писал объявление и мечтал о том, что неплохо бы
заставить Генриха заняться еще и рекламой, а самому лечь на диван, задрать ноги и ждать
клиентов.
Тут зазвонил телефон.
- Я все ждала тебя, что ты зайдешь, - сказала Ленка. - Муж уехал, так что все в
порядке...
- Это хорошо, что он уехал, - только и смог ответить я.
- А та женщина? Она уехала?
- Какая?
- Только не прикидывайся. Я видела вас вместе. Она была с короткой стрижкой, в
кожаной куртке. И не ври, что это приезжала твоя сестра.
- Это не сестра, - сказал я. - И она уехала.
- Навсегда?
Господи, как они любят изъясняться монументальными категориями! Навсегда. До гроба.
Никогда больше. Только ты.
- Не знаю, - ответил я. - Мне не хотелось бы, чтобы она вернулась. Хотя, если она
захочет вернуться, то меня не спросит. Вот так. Устраивает тебя мой ответ?
- Не очень.
- А другого у меня нет.
Я думал, что Ленка повесит трубку. Но она этого не сделала.
- Может, зайдешь? - спросила она драматическим шепотом.
И я зашел. Она молча повисла у меня на шее и висела так долго, что пришлось поцеловать
ее в макушку. Тогда Ленка разжала руки и выпустила меня.
Потом она прикатила из кухни сервировочный столик с маленькими чашечками черного
кофе и крекерами. Мы пили кофе молча, только Ленка иногда порывалась погладить меня по
голове, объясняя эти странные порывы тем, что сильно соскучилась. Но я неизменно уклонялся.
Не люблю, когда меня гладят по голове.
Она слегка обиделась и включила телевизор.
- Чтобы хоть кто-то говорил в этом доме.
Я пожал плечами. Передавали выпуск городских новостей. Сначала диктор рассказал о
приезде Маши Распутиной, потом о забастовке учителей, потом об освящении нового храма,
построенного, на деньги добросердечного бизнесмена. Который, правда, сам не дожил до
радостного события - был застрелен во время выяснения отношения с другой группой
бизнесменов...
Потом диктор сказал:
- Сегодня утром состоялось также торжественное открытие нового офиса компании
"Европа-Инвест", которая уже хорошо известна горожанам... На церемонии присутствовали
первые лица Города во главе с мэром... - На экране прошла панорама огромного здания из
мрамора и стекла. Потом камера переместилась внутрь здания, возникла толпа склонных к
полноте мужчин в серых костюмах. Они изображали радость и перерезали ленточку,
принимали цветы от набежавших манекенщиц... Показали мэра, произносящего
приветственную речь в честь компании, инвестирующей большие суммы в местную экономику.
Рядом с мэром стоял президент регионального отделения "Европы-Инвест" и сдержанно
улыбался. Стоявший тут же Гиви Хромой сиял как начищенный пятак.
- Выключи эту гадость, - сказал я Ленке. Она нажала кнопку пульта в тот момент,
когда диктор стал рассказывать о внезапно начавшейся волне отставок в руководстве города:
шесть высокопоставленных чиновников написали заявления об уходе по собственному
желанию, не вдаваясь в подробные объяснения. Также продолжаются поиски таинственно
исчезнувшего несколько дней назад заместителя мэра и его двоих телохранителей...
Экран телевизора погас. Некоторое время Ленка молчала, а потом сказала:
- Ну вот, гадость я выключила. Что тебя еще раздражает? Я? Но меня же не
выключишь...
- Никто не собирается тебя выключать, - успокоил я ее и склонил свою голову Ленке на
колени.
- И что мне с этим делать? - наигранно-возмущенно спросила она.
- Гладь меня по голове и говори, какой я хороший.
- А это обязательно?
- Хотя бы раз в год. В профилактических целях. Иначе, если никто не говорит, что
хороший, начинаешь чувствовать себя последней сволочью. И поступать соответственно.
Надо сказать, мне не пришлось ее долго уговаривать.
И под ее руками, под мягкими касаниями пальцев я постепенно обретал покой. Я всегда
возвращался к этой женщине за теплом и покоем. И всегда находил то, что искал. Но лишь на
время, лишь на время...
Кирилл Казанцев: "Последняя обойма"
Библиотека Альдебаран: http://lib.aldebaran.ru
Закладка в соц.сетях
