Жанр: Любовные романы
Ведь я этого достойна
...н на
голову, как будто пытаясь отгородиться от нее:
— Пока.
Ванесса отправилась домой проверять свое оборудование. Нужно было решить,
что ей наверняка понадобится завтра при съемке в поэтическом клубе
Ривингтон-
Ровер
. Когда Дэн закончит читать, она приготовит ему сюрприз: неожиданно
появится из толпы и преподнесет горючую кружку его любимого ирландского
кофе. Затем они расскажут друг другу обо всех знаменитостях с недалеким
умом, с которыми им довелось общаться за прошедшую неделю. А когда Она
привезет его домой, то покажет ему, как снова. потерять девственность. Разве
не об этом он писал в своем обалденном стихотворении. Как будто ему нужно
было это показывать.
С заново открывает спезы
— Хочешь, я возьму погулять с собой Муки? — спросил Аарон Блэр
через закрытую дверь спальни. Уже был вечер среды, а она не выходила из
комнаты с самого понедельника, лишь открывала дверь, чтобы взять длинный
французский хлеб с сыром бри и помидорами и кружку горячего шоколада,
которые Мертль приносила в десять и в пять. Она даже выманила у их семенного
врача справку, по которой могла исходить в школу в течение недели. Но врач
заверил мать, что она не больна. В школах, подобных
Констанс Биллар
,
девочек очень сильно нагружают, особенно старшеклассниц, и все этого лишь
ради того, чтобы поступить в один из лучших колледжей страны. Блэр нужно
было просто отдохнуть пару дней, и тогда бы она снова пришла в себя.
Не совсем. Блэр понадобилось несколько дней, чтобы открыть себя заново. Как
Мадонна.
Аарон толкнул дверь и заглянул в комнату. В воздухе стоял запах едкого
сигаретного дыма, смешанный с ароматом мятной воды для полоскания рта.
Голова Блэр была замотана черно-белым шарфом от Пуччи, и она лежала в белом
купальном халате на кровати и, скрестив голые ноги, через длинный черный
мундштук курила
Мерит Ультра Лайт
. Она была похожа на скрывающуюся от всех
Грету Гарбо, но именно такой она и хотела казаться.
По телевизору без звука шел
Великий Гэтсби
с Робертом Редфордом и Мией
Фэрроу в главных ролях. Блэр затянулась сигаретой, театрально уставившись в
никуда. Ей было противно смотреть на Аарона, потому что на нем снова была
толстовка с надписью:
Гарвард
, как будто он специально так одевался, чтобы
поиздеваться над ней. Она уже сорвала свою подвеску с символом Иельского
университета с балдахина кровати и выбросила его в окно вместе со старой
толстовкой отца с надписью:
Йель
.
— Если ты не возражаешь, я бы попросила тебя свалить, блин, из моей
комнаты.
— Я уже ухожу, — ответил Аарон. — Слушай, а ты давно с
Сереной разговаривала?
Блэр покачала головой:
— А что?
— Да так, ничего, — неловко пожал плечами Аарон. Он тусовался со
своими корешами в Скарсдейле с вечера пятницы, поэтому не видел Серену и не
разговаривал с ней с самого показа Леза Беста. Он вытащил банку с травяными
сигаретами и бросил их на кровать Блэр:
— Попробуй вот эти. Они сто процентов натуральные и пахнут гораздо
лучше, чем твой ширпотреб.
Блэр сбросила банку на пол:
— Хорошо прогуляться!
Аарон закрыл за собой дверь и пошел погулять с Муки. Он вошел в парк на 72-й
улице, побрел по дорожке, которая вела к маленькому деревянному мостику над
ручьем, впадающим в озеро. Муки то и дело останавливался, копаясь своими коричнево-
белыми лапами в снегу, словно пытался найти собачью игрушку, которую потерял
здесь прошлым летом. Он то бросал это занятие, то принимался снова искать.
Мимо пробежала изящная блондинка в темных очках, синей кепке
Янки
и
футболке с надписью:
Я люблю Аарона
, надетой поверх велюрового спортивного
костюма; это была та самая футболка, в которой Серене вышла на подиум в шоу
Леза Беста. Аарон был уверен, что эта блондиночка была актрисой Рене
Звингдингер или как там ее точно, попытался он вспомнить. Было прикольно
думать, что актрисы и модели могут носить футболки с его именем, хотя он был
всего лишь простым парнем, который встречается с красивой девушкой. Теперь
ему казалось, что все в прошлом. Встречается или встречался?
Когда вдали появился деревянный мост, Аарон заметил, что на нем полно народу
и какого-то оборудования — похоже на съемочную бригаду. Подойдя ближе, он
разглядел в воде небольшой надувной плот по другую сторону моста, на котором
стоял фотограф и налаживал треножник.
Аарон отпустил Муки погонять белок, сам же остался наблюдать за
происходящим. Группа людей расступилась, и он увидел девушку, на которой
было желтое платьице с юбкой клиньями и синие сандалии, а ее золотые волосы
развевались на ледяном ветру. Это была Серена. Он не мог ошибиться.
Вдруг Муки, признав Серену, рванул по снегу к ней, повизгивая от восторга и
виляя своим маленьким хвостиком.
— Муки, нет! — крикнул Аарон. Все на мосту, в том числе Серена,
обернулись.
— Муки! — Серена наклонилась чтобы поцеловать собаку в мокрый нос,
пока она ластилась у ее ног.
— Как жизнь, красавчик?
Аарон легкой походкой зашагал к мосту, глубоко засунув руки в карманы своих
камуфляжных штанов.
— Извините, — пробормотал он бригаде визажистов и стилистов.
— Ничего, — сказала, поднимаясь, Серена. Она вышла из своего
антуража и поцеловала Аарона в щеку. Ее желтое платье было расписано синими
переливчатыми птицами, а от ее блеска для губ пахло арбузом.
— Ты попал как раз на съемки рекламы духов. Можешь посмотреть, если
хочешь.
Аарон держал руки в карманах. Она могла бы заставить его чувствовать себя
виноватым за то, что он завис в Скарсдейле и ни разу ей не позвонил, но
Серена была невозмутима. Она по-настоящему великолепна, поэтому он ее
отпустил. Было очень сложно быть ровней тому, от кого исходило такое сияние,
как от нее.
— Не позволяй мне задерживать тебя, — сказал Аарон. Он открыл свою
банку с травянистыми сигаретами и предложил ей одну. Она взяла ее своими
коралловыми губами и прикурила.
— А, спасибо за розы. Серена выдохнула сладкий дым в холодный воздух.
— Наверное, мы не сделаем татуировки. Аарон ласково улыбнулся:
— Это хорошо. В уголке правого глаза Серены появилась слеза и
задержалась, подрагивая, у нижнего века.
— Давайте это заснимем! — крикнул фотограф с надувного плота.
Серена обернулась и помахала ему, ее платье сильно колыхалось, а волосы
развевались на ветру. В этот момент слеза капнула на ее прекрасную щеку —
прекрасная иллюстрация человеческих эмоций, что и хотел запечатлеть Лез Бест
в рекламе нового аромата. Им придется удалить сигарету из руки Серены и
мурашки на ее коже, но вы удивитесь, как легко это делается.
Дважды посмотрев
Великого Гэтсби
, Блэр выключила телевизор и взяла
телефон. Ей хотелось поговорить с кем-нибудь, объявить миру, что она жива,
несмотря ни на что. Дело в том, что ей было противно разговаривать со всеми,
кого она знала, включая поголубевшего папашу, живущего во Франции, на
которого она всегда рассчитывала и который всегда мог ее поддержать. Если бы
только был кто-то еще, кто-то совершенно новый и необыкновенный, кто...
Вообще-то был один человек, с которым она смогла бы поговорить. А почему бы,
блин, ей не позвонить ему? Ведь он позвонил ей на прошлой неделе, пока она
сидела в парикмахерской? Как гром среди ясного неба.
Она нажала кнопку с номером его телефона, и, к ее удивлению, он сразу же
ответил.
— Нейти, — тихо сказала она в трубку. — Я слышала о том, что
случилось. Как ты? В порядке?
— Да, в общем-то, неплохо, — сказал Нейт подозрительно нормальным
голосом. — Мой отец еще злится из-за того, что случилось, и я не знаю,
как это повлияет на мои шансы попасть в Браун, но я не отчаиваюсь.
Блэр приподняла ноги и, посмотрев на свои пальцы, поморщилась: розовый лак,
которым она от скуки покрасила ногти, местами облупился.
— Бедняжка, — жалостно вздохнула она. — Реабилитация, должно
быть, такой отстой.
— Да вообще-то, конечно, звучит странно, но мне это даже начинает
нравиться, — признался Нейт. — Естественно, лучше бы я туда не
попадал, но там все классно, современно. И ты как бы, не знаю...
расслабляешься, ч то ли, когда занимаешься чем-то, что не связано со школой.
— Да ты что?
Блэр взбила подушки и устроилась поудобнее. Реабилитация расслабляла? Может,
это как раз то, что ей нужно, — передышка от забот ее рутинного
существования? Она представила себе, что лежит в пушистом банном халате, у
нее на лице маска из зеленой глины, на руках иголки для акупунктуры, она
пьет выводящий шлаки травяной чай и разговаривает с заботливым консультантом
в белой льняной тунике.
Если бы вы могли стать каким-нибудь животным, кем бы вы стали? —
спрашивает ее консультант. — И ничего, что это требует сил
.
Реабилитация. Почему она не подумала об этом раньше? Конечно, без терапии не
обойтись, но для нее никогда не существовало проблемы рассказать о себе. А
самым классным будет то, что Нейт снова с ней. Она всегда мечтала провести
выходные с Нейтом в романтическом пансионе на заливе Кейп-Код или в
Саутгемптоне. А реабилитационная клиника в Гринвиче, штат Коннектикут,
вполне бы подошла. Конечно, она не раз хотела вычеркнуть высокомерного лгуна
Нейта из своей жизни навсегда, но, похоже, он пытался наладить новую жизнь,
и она пыталась заниматься тем же!
— А как ты попал на этот курс реабилитации? Ты туда просто записался
или тебя туда направили? — спросила Блэр. Она взглянула на себя в
зеркало шкафа. Со своими остриженными волосами и бледным лицом она была
вполне похожа на наркоманку, принимающую героин, так что они бы ее точно
взяли.
— Мне кажется, что ты можешь записаться, но какой дурак это
сделает? — спросил Нейт.
Блэр улыбнулась.
— Может, сходим куда-нибудь завтра вечером или как-нибудь? —
спросила она. — Я знаю, что иногда веду себя как последняя сволочь,
Нейт, но мне всегда тебя не хватает.
— Извини. Завтра я должен быть в клинике, — ответил Нейт. Он не
виделся с Джорджи с той самой ночи. Джеки обещала, что Джорджи тоже будет на
собрании. — Я еду на поезде, поэтому дома буду очень поздно.
— Ладно, но давай все равно как-нибудь выберемся, хорошо? —
сказала Блэр. — Ты же знаешь, что без ума от меня, — добавила она
соблазнительным шепотом и повесила трубку.
Вдохновленная и полная новой энергии, она спрыгнула с постели, сорвала с
головы шарф Пуччи, выдавила немного геля для волос на ладонь и намазала им
остатки своих волос. Затем впервые за всю неделю открыла дверь в ванну.
— Мам! — крикнула она в коридор. — Иди скорей помоги мне.
Что может быть лучше для героини, чем вернуться, выписавшись из клиники для
наркоманов? Отдохнувшая и помолодевшая, она снова займет свое место, а рядом
с ней будет исполнитель главной роли.
Все имена и названия изменены или сокращены до первых букв, чтобы
не пострадали невиновные. То бишь я. Народ!
Как вы могли заметить, люди Леза Беста не теряют времени зря, выпуская
рекламу новых духов. Magnifique, non? Купить новые духи можно будет не
раньше апреля, если у вас в отличие от меня нет доступа к таким вещам. Это
опьяняющий аромат жасмина с едва уловимыми нотами сандала и пачули. Я уже
ими пользуюсь и должна признаться, что они так же бесподобны, как и реклама.
Но раз участвует одна блондинка, разве можно ожидать меньшего?
Кажется, богатая малышка Нейта заразилась благотворительностью. Чтобы
продемонстрировать свою благодарность тем, кто помогал ей в последнее время,
бедняжка вкладывает крупную сумму денег в строительство современных конюшен
и прочих загонов для скота на территории беспорядочно выстроенного комплекса
Вырвись из плена
в Коннектикуте. Там будут лошади, свиньи, козы, собаки,
кошки, куры, которых используют конечно же исключительно в терапевтических
целях. Ясно, что доение козы сотворит чудо с одурманенной башкой нарка,
сидящего на коксе. Остается надеяться, что наша обожаемая наследница будет
держаться подальше от ветеринарного кабинета!
Привет, Сплетница!
Я пациентка
Вырвись из плена
, сегодня была в клинике, когда пришла эта
девица с короткими волосами и меховыми ботинками и бросила свою кредитку
медсестре в регистратуре. Она хотела забронировать комнату на две недели,
желательно с видом на фонтан. Представляешь, ей сказали, что она не может
там находиться, если не причинила вреда себе или окружающим, но ей
предложили присоединиться к группе подростков, если ей хочется.
— солнце
Привет, солнце.
Я удивлена, что она не записалась на массаж лица! Если ты в подростковой
группе, я бы посоветовала тебе с ней не связываться. Похоже, что у нее какая-
то тайная цель.
— Сплетница
Дж и ее новые друзья играли в боулинг в
Боулмор-
Лейнз
. Они так хорошо смотрятся вместе, но я была там и могу сказать, что
третий всегда лишний. С в пятницу не ходила в школу из-за бронхита. Это
преподаст ей урок, что нужно носить в феврале!
Б
покупала себе одежду для клиники в старом магазине на Малбери-
стрит. Если ей нужно сыграть роль безнадежной наркоманки, надо выглядеть
соответствующе. Д готовился к открытым чтениям в поэтическом клубе
Ривингтон-
Ровер
в вагоне метро, шепча стихи под стук колес.
Пора наконец-то выбраться в какое-нибудь культурное место. Например, на
открытые чтения. Вот там и встретимся!
Сами знаете, вы от меня без ума. ВАША СПЛЕТНИЦА
— Я рад, что ты здесь, — сказал Дэн Мистерии, как только она
запустила свои пальцы с обгрызенными желтыми ногтями в его взъерошенные
волосы. По счастливой случайности он и Мистерия прибыли в клуб
Ривингтон-Ро-
вер
в одно и то же время и в течение последних пятнадцати минут курили
Кэмел
без фильтра и щупали друг друга в кабинке женского туалета, стены
которого были сплошь покрыты граффити, — так они пытались настроиться
на чтение стихов.
— Я немного нервничаю.
— Не надо. — Мистерия расслабила его узкий черный галстук и
всплеснула руками: — Ну-ка, давай посмотрим, что у нас там.
Они вышли из женского туалета рука об руку, на Мистерии было желтое
полупрозрачное шелковое платье, облегающее фигуру, через которое хорошо было
видно ее черное нижнее белье, а Дэн был в своем новом костюме — ну просто
Бонни и Клайд от поэзии.
Небольшой клуб, находившийся в полуподвальном помещении, был уже наполнен
людьми, которые пили кофе, сидели вразвалку на старых, ободранных диванах,
беспорядочно наводнив комнату. На черном потолке одиноко вращался
дискотечный шар, из стереосистемы завывал Моррисси со своей заунывной песней
из последнего альбома.
Огоньки дважды замигали, и маленькая японка в черном трико и розовых
колготках появилась на сцене.
— Добро пожаловать на открытые чтения в
Ри-вингтон-Ровер
. Мы рады
приветствовать вас здесь, — прошептала она в микрофон. — Сегодня с
нами два самых значительных поэта Нью-Йорка. Для меня большая честь передать
свое место в распоряжение Мистерии Бзик и Дэниела Хамфри!
Темный заполненный зал взорвался аплодисментами.
— Я слышал, что они всю ночь сидели на экстази и писали вместе книгу, — прошептал кто-то.
— Я слышала, что они муж и жена.
— Я слышала, что они двуяйцовые близнецы, разделенные при рождении, — заметил кто-то еще.
Ванесса зашла в клуб незамеченной.
Что за странное имя Мистерия Бзик?
—
думала она, поднимая камеру к глазам и направляя ее на сцену.
Все тело Дэна было покрыто холодным потом. Все происходило так быстро. У
него даже не было возможности задуматься над тем, как случилось то, что еще
неделю назад он писал в своих тетрадях странные мрачные стихи, которые никто
не читал, а сейчас он стоял в обалденном костюме на сцене модного клуба и
читал стихи с почти что знаменитой девчонкой. Не было времени, чтобы
усомниться в себе. Он ведь играл в школьных спектаклях, участвовал в фильмах
Ванессы. Он был новым Рильке. Дэн снял пиджак и закатал рукава. С этим он
вполне мог справиться.
Мистерия уже ждала его на сцене, ее костлявые пальцы сжимали микрофон в
нервном напряжении. Дэн только что заметил, что на сцене было установлено
два микрофона: один для нее, другой для него.
— Какое ваше любимое существительное? — Мистерия обратилась к
публике низким, хриплым голосом.
—
Пирог
! — сказал нажравшийся парень с хвостиком из первого
ряда.
— Так ты полная противоположность пирога, — прошипела Мистерия
появившемуся на сцене Дэну. — Я хочу тебя съесть живьем.
Дэн откашлялся и протянул руку к микрофонной стойке, чтобы успокоиться.
— А какое твое любимое существительное? — спросил он в свою
очередь, удивленный тем, как уверенно звучал его голос.
—
Секс
, — спокойно ответила Мистерия. Она опустилась на
четвереньки и поползла к нему с микрофоном в зубах. —
Секс
, —
повторила она, проползая у него между ног и забираясь вверх по его телу, и
вот их лица разделяет один лишь сантиметр. Ее желтые зубы казались еще
желтее от этого желтого платья.
Камера дрожала в руке Ванессы. Так вот почему она ничего не слышала от Дэна
в последнее время. А что же тогда говорить о работе над
Созданием поэзии
.
Он создавал поэзию с Мистерией Бзик. И как бы ни было ей больно смотреть на
парня, которого она любила вот уже три года, и теперь попавшего в сети
девицы, настоящее имя которой было, скорее всего, полной тривиальностью типа
Джейн Джеймз, она не могла заставить себя прекратить снимать. С Дэном что-то
происходило, и она должна была это запечатлеть. Он словно заново раскрывался
перед ней.
— Накорми меня, — рявкнул Дэн в микрофон, а Мистерия корчилась под
ним. — Обнажи свое голое тело у меня на тарелке.
Собравшиеся улюлюкали и восторженно кричали. Дэн не мог поверить в свой
успех. Он был поэтом рок-н-ролла, богом секса! Забудьте о Рильке, он был
Джимом Моррисоном. Он поднял Мистерию с пола и крепко поцеловал ее, словно
изголодавшийся рок-идол.
Ванесса продолжала снимать, хотя по ее бледным щекам текли горячие слезы.
Она не могла прекратить, она делала это не для того, чтобы помучить себя.
Она делала это ради искусства, своего искусства.
На сцене Дэн расстегнул рубашку, и Мистерия лизнула его грудь:
— Да, дорогой. Да уж, дружок.
— Всем добро пожаловать. — Джеки поприветствовала собравшихся на
вечернем сеансе групповой терапии для подростков. — Я так рада снова
видеть нашу дорогую Джорджину Спарк.
Она постукивала карандашом по планшету.
— Сегодня к нам придет новой друг. Но пока мы ее ждем, я бы хотела
выразить признательность двум членам нашей группы за их смелость и за то,
что они продемонстрировали всем нам то, что я люблю называть строительством
жизни.
Она улыбнулась Нейту:
— Нейт, ты бы не хотел нам рассказать о том, что произошло в прошлую
пятницу, теперь, когда Джорджи вернулась?
Нейт откинулся на стуле назад, а затем вернулся в прежнее положение. В кругу
напротив него, скрестив ноги, сидела Джорджи, на ней были оранжевые атласные
шорты и оранжевые кожаные сандалии, которые выглядели странно в середине
февраля, но она все равно никуда не выходила. Ее роскошные темные волосы
колыхались. Она подняла глаза, взглянула на него, и на ее темно-красных
губах появилась застенчивая улыбка.
Нейт потер руками свои желтовато-зеленые вельветовые брюки от Ральфа Лорена.
Господи, как ему хотелось ее поцеловать. Остальные члены группы замерли от
нетерпения. Они знали, что произошла какая-то серьезная хрень, но они не
слышали всей истории.
— Продолжай, Нейт, — подталкивала его Джеки.
— В пятницу вечером я был у Джорджи, и мы весело проводили время, гм,
получше узнали друг друга, — начал он рассказывать. — Потом до
меня дошло, что у Джорджи там как бы своя тусовка возле аптечки. Когда она
отключилась, я как-то забеспокоился. Поэтому и позвонил Джеки.
— Это была мольба о помощи, — притворно-восторженно произнесла
Джорджи.
Нейт засмеялся. Она все так же придуривалась, но была просто неотразима. И
он был рад, что ему пришлось ходить в клинику целых шесть месяцев, потому
что он хотел помочь ей так же, как она помогла ему.
— Мы привезли ее сюда как раз вовремя. Она поживет здесь некоторое
время, и она держится молодцом, правда, Джорджи?
Джорджи кивнула и обняла себя, на ее лице была спокойная улыбка.
— Мясной рулет вчера был не очень, поэтому верится с трудом.
— Давайте сложим руки вместе и поддержим их за смелость! —
крикнула Джеки. Вся группа, включая Джорджи и Нейта, встала и
зааплодировала.
— Привет, — беззвучно произнесла Джорджи, обращаясь к Нейту, и
облизала свои кровавые губы.
— Привет, — так же ответил ей Нейт.
— Проходите, мисс.
Блэр пригладила недавно выщипанные брови и сложила вместе губы, накрашенные
розовым блеском для губ, следуя за одной из служащих в льняном халате,
которая вела ее в комнату, где шел сеанс групповой терапии. На Блэр было
недавно купленное старомодное трехцветное платье от Дианы фон Фурстенберг и
се любимые черные замшевые сапоги до колеи, с острыми носами. Она была
чрезмерно возбуждена, ведь ей предстояло рассказать о себе перед
сосредоточенной публикой, среди которой был и Нейт.
— Добро пожаловать, Блэр Уолдорф, — поздоровалась убого одетая
женщина с некрасивой коричневой помадой, как только служащая открыла дверь.
Она вошла и завела Блэр в комнату. — Я Джеки Дэвис, руководительница
группы подростков. Пожалуйста, входите и садитесь.
Блэр посмотрела на членов группы. Там был Нейти, ее Нейт, он, как всегда,
великолепно выглядел в своих желто-зеленых вельветовых брюках, которые
оттеняли его замечательные зеленые глаза.
К ее ужасу, единственный свободный стул стоял рядом с этой Джеки, которая,
как с уверенностью могла сказать Блэр, была настоящая зануда.
— Вы все можете сесть, — сказала Джеки. — Теперь, когда к
нашей группе присоединяется еще один человек, мы снова пройдемся по кругу и
каждый должен представиться и рассказать, что или какие обстоятельства
привели его сюда. Будьте точны и кратки, насколько это возможно. И помните,
что, называя свое пристрастие, вы делаете первый шаг к обретению контроля
над ним. Не волнуйся, Блэр, — сказала Джеки и в знак утешения положила
свою руку на руку Блэр. — Я не заставляю тебя быть первой. Билли, начни
ты.
Коренастый мускулистый парень в белой толстовке с надписью:
Дартмут
нервно
потирал руки.
— Я Билли Уайт. Я пристрастился к поднятию тяжестей и протеиновым
коктейлям, — объявил он. — Я испытываю постоянное желание
тренироваться.
Нейт был следующим. Он не мог поверить, что Блэр оказалась здесь, в
Вырвись
из плена
, но он хорошо ее знал и догадывался, что она что-то да выкинет.
— Я Нейт, раньше я курил марихуану каждый день, но должен признаться,
что в последнее время мне совсем не хочется.
Странно было признаваться в этом, сидя перед Блэр. Она ведь из той его
жизни, когда он был постоянно обдолбанным.
Брови Блэр поднялись от приятного удивления. Неужели Нейт действительно
хотел измениться? Он делал это ради нее?
— Я Ханна Кото, — сказала девушка, сидящая рядом с Нейтом. —
Я принимала таблетки каждый день с тех пор, как умерла моя собака.
Она взглянула на Джеки.
— Извините. Экстази, — объяснила она.
— Я Кэмпбелл, подающий надежды алкоголик, — сказал белокурый
мальчик, который выглядел не старше десяти. — Я обчистил винные погреба
своих родителей в Дарьенском заливе и в заливе Кейп-Код.
— Я Джорджи, — представилась поразительно красивая девушка с
длинными гладкими волосами, огромными карими глазами и темно-красными
губами.
На ней были надеты короткие оранжевые атласные шорты от Миу-Миу и красивые
оранжевые кожаные сандалии от Джимми Чу, с завистью заметила Блэр.
— Не так давно мне нравились
...Закладка в соц.сетях
