Жанр: Любовные романы
Истинный рыцарь
...еживет, но, может быть, для
нее это неплохой знак. И он улыбнулся ей.
— Я правильно понял, что к тебе воз вращается воинственный дух?
Кристина нахмурилась и твердо ответила:
— Ты совершенно правильно понял! Хватит. Дрю Уилсон плохой адвокат, а
судья из него будет еще хуже. И он знает, что может выиграть, только
растоптав меня. Но я ему не позволю. Люди заслуживают лучшего.
— Вот так, родная! — поддержал Линк ее. — Так его!
Кристина покачала головой.
— Нет, Тейлор, я никогда не буду играть нечестно, что бы я ни говорила,
и ты мне больше нравишься в качестве футболиста.
— Да ну?
— Правда. В качестве клакера ты мне нравишься меньше.
— Осторожнее, Кристина.
— Я-то думала, тебе это польстит, — поддразнила его
Кристина. — Знаешь, свари, пожалуйста, кофе, а я пока посижу и подумаю,
как мы будем выпутываться.
Линк театрально взмахнул руками.
— Господи, куда делись добрые старые времена, когда женщины варили
только кофе, а мужчины за них думали?
— Сваришь кофе и сможешь подумать вместе со мной, — успокоила его
Кристина.
— Кажется, мне пора обидеться. Ты вроде считаешь, что я не могу делать
сразу двух вещей?
— Ладно, сдаюсь, — сказала Кристина и подняла руки. — Давай
думать вместе. Только тихо. Я привыкла работать в тишине.
— Придется отвыкать, — заявил Линк и так на нее посмотрел, что она
застыла на месте, а потом неровно задышала и на шее у нее часто-часто
запульсировала жилка.
— Придется, — тихо ответила Кристина.
Линк склонился и поцеловал ее, а она обвила руками его шею и уткнулась носом
ему в плечо.
— Ох, Тейлор, я совсем отвыкла жить не одна.
— Я тоже, родная. Ты не думаешь, что нам пора начать привыкать к этому?
— Наверное, потребуется какое-то время.
— Пусть, лишь бы нам это не надоело.
Кристина взглянула на него с веселой улыбкой.
— Ничего себе, пусть. Выборы состоятся меньше чем через две недели.
Линк ответил ей улыбкой.
— Тогда начинай думать.
Он достал кофеварку, насыпал кофе и стал ждать. Через несколько минут чашка
с горячим кофе уже стояла перед Кристиной, а Линк, держа свою чашку, уселся
напротив нее.
— Что надумала? — спросил он.
— Мне кажется, лучшая защита — это нападение.
— Господи, уж не о футболе ли ты за говорила?
— Не шути, Тейлор. Ты знаешь, о чем я думаю. Надо опередить Уилсона и
самим заявить о наших отношениях и о том, что было ночью в участке. Мы
выбьем у него почву из-под ног, — она отпила кофе и как-то странно
посмотрела на него. — Ужасный кофе.
— Эй, — усмехнулся Линк и поднял руки, словно сдавался, снимая с
себя всякую ответственность. — Ты меня не спрашивала, умею ли я варить
кофе.
— Еще одна ошибка, которую я совершила.
— А какие другие?
— Сейчас вспомню, — ответила Кристина и стала считать на
пальцах. — Все началось с того дня, когда я позволила тебе заговорить
со мной.
— Родная, ну какая же это ошибка? Это было самое разумное из всех твоих
решений.
Кристина взглянула на скомканную газету.
— Если учесть последние события, то я совершенно не понимаю, каким
образом ты пришел к такому выводу.
— Когда-нибудь ты будешь смеяться надо всем этим.
— Сколько же лет должно пройти?..
— Неужели стоит их тратить на это? — спросил Линк, показывая на
газету.
Кристина покачала головой.
— Нет, конечно. Итак, что ты думаешь о моем плане?
— Разумно. А как ты собираешься воплощать его в жизнь?
— Пусть Том созовет сегодня пресс-конференцию.
Линк вытаращил на нее глаза.
— Тебя не заносит?
— У тебя есть идея получше?
— Нет. Звони Тому, — сказал Линк. — Кстати, ты считаешь, что я тоже должен быть там?
— Естественно. В этом весь смысл.
— Тогда, может быть, мне стоит съездить домой и надеть что-нибудь
поприличнее этого. Мы же собираемся обезоруживать прессу, а не ввергать ее в
шок.
— Ты прав, Тейлор. Увидимся в моем офисе в два часа.
Когда через несколько минут Линк пришел на кухню попрощаться и поцеловать
ее, Кристина уже ничего не замечала вокруг, занятая переговорами с Томом, с
которым они разрабатывали стратегию предстоящей пресс-конференции. По
самолюбию Линка был нанесен удар. Для Кристины ее кампания была дороже его
ласки. Кстати, у него впереди вся жизнь, и один день ничего не значит. Он
может подождать. Однако Линк не хотел себя обманывать. Ему просто больше
ничего не оставалось, как смириться.
Пресс-конференция началась гораздо спокойнее, чем они ожидали. Кристина
взяла себя в руки и сидела за столом, являя образец уверенности в себе. На
ней был строгий синий костюм и яркая розовая блузка, и она даже глазом не
моргнула, когда усталый Том пригласил репортеров.
Линк старался держаться в тени, следуя наставлениям Тома. Он знал, что тот
вовсе не желал пускать его на пресс-конференцию, однако Кристина настояла на
своем. Она хотела выложить на стол все карты и предоставить людям самим
решать, быть ей судьей или нет.
Наблюдая за тем, как она вертит репортерами, Линк боялся ударить лицом в
грязь, боялся подвести ее, боялся проиграть в сравнении с нею. Среди
репортеров было несколько человек, которых Линк с удовольствием придушил бы
при первом удобном случае, а он должен был вести себя так, словно его
забавляет вся эта суматоха. А что, собственно, происходит? И ночной прокол —
не более чем досадная случайность. Линк тяжело вздохнул. Чего только он ни
сделал бы для Кристины.
— Мистер Тейлор!
Он шагнул вперед и улыбнулся.
— Я вас слушаю.
— Какова была реакция генерального прокурора?
— Мы об этом не говорили. По-моему, его больше волнуют мои
профессиональные качества, чем моя личная жизнь.
— А ваша личная жизнь не влияет на профессиональную? — не унимался
репортер. — Какая тут может быть объективность, если у вас с судьей
особые отношения? Разве не так?
— Сынок, я уже давно вышел из подросткового возраста. Мисс Дэвис и я
профессиональные юристы и не позволяем нашим чувствам мешать работе. Мы оба
уважаем закон.
— А что у вас там вышло ночью? — выкрикнул кто-то из задних рядов.
Линк удивленно посмотрел на Кристину.
— Разве мы вчера вечером были в суде?
— Не были, — ехидно подтвердила темноволосая женщина, и Линк сразу
же узнал Мириам Санчес, которая в прошлом не раз безуспешно проявляла к нему
не совсем профессиональный интерес. — Вы были в тюрьме.
— Ну, знаете, пока мне не надо обвинять себя, а судье Дэвис выносить
приговор, к нашим служебным делам это не имеет ни какого отношения, —
заявил он, и все вокруг рассмеялись.
— Линк!
Он увидел знакомого журналиста, писавшего обычно о спорте.
— Слейд, какое это все имеет отношение к спорту? — улыбнувшись,
спросил он.
Джефф Слейд, известный своей объективностью, не всегда хвалил Линка в своих
обзорах, но всегда писал, что думал, и Линк уважал его за честность и
неподкупность.
Немолодой седеющий Джефф пожал плечами.
— Откуда я знаю? Шеф послал меня узнать, не жалеешь ли ты теперь, что
бросил спорт?
— Ничуть не жалею. Каждый раз, когда во мне что-то начинает шевелиться,
я вспоминаю, как отвратительно чувствовал себя после игры по понедельникам.
Сами попробуйте, тогда поймете.
— Мистер Тейлор, вы думаете, после того, что случилось, у судьи Дэвис
есть шанс выиграть?
— А почему бы и нет? Она ничем не обидела своих избирателей. Ни в чем
не обманула их. Из судей она — одна из лучших, уж поверьте мне. Дело свое
она знает. Понимаю, некоторые считают, будто она делает мне поблажки, но это
совсем не так. Думаю, нам нужны люди, которые соблюдают дух и букву закона.
Зачем нам судьи, которые строят свою кампанию на лжи и скандалах?
Линк еще много мог бы сказать о судьях вообще и о Дрю Уилсоне в частности,
но тут вмешался Том Хендерсон.
— Дамы и господа, благодарю вас, — заявил он, несмотря на
протестующие возгласы. Репортеры уже почуяли запах жареного и теперь были
разочарованы. — Судья Дэвис и мистер Тейлор ответили почти на все
вопросы. С остальными обращайтесь ко мне. Где меня найти, вы знаете.
После этого все разошлись, включая Тома, который, правда, пожелал немедленно
обсудить с Кристиной следующее мероприятие, но удовлетворился обещанием
встретиться завтра.
Наконец они остались одни. Линк с гордостью смотрел на Кристину.
— Ну как, получше, родная? Здорово ты их приручила. Кажется,
недовольных не было?
— Кроме Мириам Санчес, — Кристина вопросительно посмотрела на него
и спросила с деланным безразличием:
— У тебя с ней что-нибудь было?
Линк кашлянул.
— Как бы... Нет. А почему ты спрашиваешь?
— Потому, что эта женщина не сводила с тебя глаз, разве только когда
пыталась убить меня взглядом. Чувствую я, что-то здесь не так.
— Не беспокойся из-за Мириам. Она — хороший журналист и не перемешивает
чувства с делом.
— Значит, есть чувства? — спросила Кристина таким тоном, каким
вела допрос в суде, но тотчас осознала нелепость ситуации и улыбнулась
Линку. — Ладно, Тейлор, не может же у тебя не быть прошлого.
— Правильно, только с Мириам Санчес у меня ничего не было. В этом-то
все дело. Она попробовала было намекнуть, но я не поддался и расстались мы
довольно неприятно. Кстати, прошло уже много времени, и все забылось.
— Ты так думаешь, Тейлор?
Линк с любопытством посмотрел на Кристину.
— А ты случайно не ревнуешь?
— Я? Не смеши меня, — резко возразила Кристина.
Слишком резко, подумал Линк и усмехнулся.
— Хорошо, хорошо, хорошо. Вроде бы я должен чувствовать себя
польщенным.
— Нет, — отмахнулась Кристина. — Минутная слабость. Больше
это не повторится.
— Жаль, — шепнул Линк и обнял ее.
— Да? И почему, прокурор?
— Потому, что благодаря этому я получил возможность доказать тебе, что
ты — единственная женщина в моей жизни, — отрывисто проговорил он,
целуя ее в шею.
— Тейлор!
Это было похоже на отказ.
— Да?
— Если ты сейчас же не прекратишь, то заголовки в сегодняшней газете
покажутся тебе цветочками по сравнению с тем, что мы прочитаем завтра.
— Кто-нибудь должен прийти?
— Нет, но...
Линк запер дверь и, вернувшись к Кристине, властно обнял ее, осыпая
поцелуями ее лоб, щеки и, наконец, крепко прижался к ее губам.
— Теперь нам не о чем волноваться, правильно? — шептал он, лаская
ее груди.
Он не сводил с нее глаз и видел, как потихоньку покрываются ярким румянцем
ее бледные щеки.
— Линк! — тихо попросила Кристина.
Когда Кристина еще раз прошептала его имя, она уже просила совсем о другом,
и в этом Линк ни за что на свете не отказал бы ей.
11
Не успел Линк утром войти к себе в кабинет, как прибежала испуганная
секретарша. Она уже не первый год работала в прокуратуре, к тому же была
матерью пятерых детей и бабушкой двенадцати внуков, так что привести ее в
истерическое состояние могло только что-то из ряда вон выходящее.
— Что случилось?
— Мистер Дженкинс требует вас к себе, — выпалила она, даже не
пытаясь скрыть своих чувств. Линк даже не пошевелился. — Немедленно,
мистер Тейлор. Он очень злой. Наверное, из-за газет.
— Наверное, — подтвердил Линк и погладил ее по плечу. — Не
волнуйтесь, миссис Мерфи. Все будет прекрасно.
— Да, я уверена в этом, — проговорила она таким голосом, что Линк
понял — она ему не поверила. Он сам себе не поверил. И все же постарался не
потерять лица, шагая по коридорам к кабинету генерального.
Секретарша Уайатта Дженкинса выглядела не менее напуганной, чем миссис
Мерфи.
— Проходите, мистер Тейлор. Он вас ждет!
Плохо дело! Линк переступил порог кабинета, подавлявшего своим убранством, и
увидел в углу американский флаг.
— Вы меня звали? — обратился он к высокому тощему человеку в
строгой тройке, сидевшему за огромным письменным столом.
Уайатт Дженкинс ничем не выдавал своей ярости, разве что на щеках у него
появились красные пятна.
— Садитесь, Тейлор. Полагаю, вам известно, зачем я вас позвал.
Выражение лица у него не изменилось.
— Полагаю, известно.
Он покачал головой и вдруг стукнул кулаком по столу.
— Тогда, может быть, вы соблаговолите сказать мне, что вы думаете по
этому поводу? Черт возьми! Завести шашни с судьей! У вас мозги есть?
Добрые полчаса Дженкинс орал и махал руками, пока Линк тихо сидел напротив
него. Когда Уайатт умерил свой пыл и у Линка появилась возможность вставить
слово, он спокойно посмотрел на него и спросил:
— Хотите, чтобы я подал в отставку?
— Нет, черт бы вас побрал! Я совсем не о том!
— Тогда о чем? — холодно спросил Линк.
Он с большим уважением относился к Уайатту Дженкинсу, но вовсе не собирался
позволять ему и дальше кричать на себя.
— Я хочу, чтобы вы пораскинули мозгами, черт вас побери! Вы — хороший
прокурор, Тейлор. Один из лучших. Неужели вы не могли избежать скандала?
— Вы правы, — не стал возражать Линк. — Плохо
получилось. — Он посмотрел прямо в лицо Уайатту Дженкинсу. — Но я
ни у кого не собираюсь просить прощения из-за наших с Кристиной отношений. Я
хочу жениться на ней сразу после выборов. Если же вы считаете, что это не
совместимо с моей работой в прокуратуре, я уйду. Только скажите.
Уайатт с горячностью пожал ему руку.
— Забудьте. Вы мне нужны. Постарайтесь только поменьше высовываться.
— Прошу прощения. Не могу. Кристине я сейчас нужен, и я не могу ее
бросить. Если придется высовываться, значит, придется.
— Черт бы вас побрал, Тейлор. А вы не могли бы ограничить свои
обязанности приготовлением горячего шоколада вечером?
Линк с трудом удержался от улыбки при этой просьбе старика. Уайатт Дженкинс
на собственной шкуре испытал, что значит предвыборная кампания, и он не
проиграл ни одной. Он привык единолично править в своем ведомстве и не
ожидал, что Линк взбунтуется, поэтому теперь не знал, как быть, ведь
выгонять он его не собирался и ясно дал это понять.
— Мог бы, если она на это согласится. Но она не согласится. Она хочет,
чтобы я везде появлялся вместе с ней.
— Вы уверены? Вы уверены, что иначе никак нельзя? — устало спросил
Уайатт.
— Уверен, — твердо и с чувством ответил Линк, не давая Уайатту ни
малейшей надежды на успех.
— Ну, что ж, — проговорил тот в конце концов. — Занимайтесь
своими делами и в ближайшие две недели не появляйтесь с ней вместе хотя бы в
зале суда. Посмотрите расписание. Передайте эти дела Ландри или еще кому-
нибудь. Поняли? С ней вы не будете работать до конца кампании. Потом мы все
еще раз обсудим и что-нибудь решим.
— Спасибо, Уайатт.
— Нет, Тейлор, не благодарите меня. Продолжайте работать, а Дрю Уилсона
и его бандитов предоставьте мне.
Линк вопросительно взглянул на шефа.
— Вас попросили избавиться от меня?
— Скажем так, мне предложили принять вашу отставку.
— А вы не хотите?
— Не хочу. Я уверен, что вы хорошо работаете, и Уилсон с дружками
занервничали, — он хмыкнул. — Мне нравится, когда они нервничают.
Следующие несколько дней были до отказа заполнены пресс-конференциями,
интервью, встречами и так далее. Кристина всюду таскала за собой Линка, так
как он убедил ее, что, если их будут видеть вместе, рано или поздно люди
поверят в серьезность их отношений. Том Хендерсон не желал с этим мириться,
но Кристина не позволила себя переубедить.
Естественно, без неприятных инцидентов не обошлось, тем не менее Кристину
встречало везде довольно много народу и встречало дружелюбно. Сторонники
Уилсона со временем становились все более крикливыми, правда, их тоже было
много, что очень огорчало Кристину, хотя Линк и не позволял ей зацикливаться
на этом. Он постоянно напоминал ей, что большинство не ходит на митинги,
хотя в конечном счете последнее слово остается за ним. Кристина принимала
его утешения и день ото дня все более проникалась к нему доверием и
рассчитывала на его поддержку.
Накануне выборов состоялась встреча с членами Учительско-родительской
ассоциации. На ней должен был присутствовать также и Дрю Уилсон. В первый
раз после теледебатов они встречались лицом к лицу, и Линк понимал, что
репортеры и журналисты придут во всеоружии в ожидании чего-нибудь
пикантного, поэтому очень боялся за Кристину, а она наоборот, как будто
ждала этой последней возможности посоревноваться со своим соперником.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Линк, видя, как она побледнела
и какие жесткие складки залегли у нее в уголках рта.
— Прекрасно, — уверенно заявила Кристина. — Не беспокойся. Я
его проглочу, ты и не заметишь. — Она обернулась и посмотрела на Дрю
Уилсона, стоявшего по другую сторону сцены. — Знаешь, что удивительно?
Я его больше не боюсь. Я поняла, что все, что он творит, он творит со
страху. У него ничего нет против меня, и надеюсь, избиратели это поймут.
Линк ободряюще сжал ее руку.
— Уверен, поймут.
Когда Кристина заняла свое место посреди сцены, Линк присоединился к Тому
Хендерсону. За последние несколько дней он научился уважать Хендерсона за
его проницательность. Он понял, почему тот возмутился его вторжением в жизнь
Кристины посреди предвыборной кампании, но когда тот обнаружил, что Линк не
собирается расставаться с Кристиной, они заключили перемирие.
— Какие у нее шансы? — спросил Линк.
— Трудно сказать, — ответил Хендерсон. — Ваше вмешательство
выбило нас из колеи, но мы, кажется, выправили положение. Если бы до выборов
была еще неделя, мы бы легко победили. К несчастью, у нас нет этой недели.
Линк понял, что Том хитрить не собирается. Если завтра Кристина проиграет,
виноватым окажется только он. Но дело было вовсе не в ответственности. Он
понимал, что Хендерсон прав. Линк вздохнул и тихо помолился. Кристина должна
завтра выиграть. Должна, и все! Слишком многое поставлено на карту, включая
их будущее. Он предчувствовал, что ее поражение нанесет непоправимый удар по
их отношениям, потому что она, как и Том Хендерсон, во всем обвинит его.
Кстати, честно говоря, если даже она простит его, он себя — никогда.
Линк перевел взгляд на середину сцены, где Кристина сейчас занималась
скрупулезным разбором карьеры Уилсона. Она говорила просто и уверенно, без
излишних выпадов. Том убедил ее, что так надо, и их команда неплохо
справилась с заданием. Карьера Уилсона не выдерживала даже самой
поверхностной критики, и теперь Кристина выкладывала один факт за другим.
Линк посмотрел на Уилсона, который сидел съежившись в своем кресле, и как
будто заранее смирившись с поражением. Если бы только его могли сейчас
видеть все его сторонники. Кристина одержала над ним верх, и Уилсон это
понял. Все в студии были на ее стороне.
Неожиданно Кристину позвали из темноты. Все затихли и посмотрели туда, где
появилась то ли очень возбужденная, то ли пьяная женщина. В любом случае
Линку это не понравилось, и он со страху сжал кулаки.
— Тоже мне еще выискалась! — орала женщина. — Стоишь там и
думаешь, будто все можешь. А ты просто обычная... — Кто-то протянул
руку и закрыл ей рот. Несколько человек попытались оттащить ее в
сторону. — Подите все прочь. Я еще не все сказала.
В это время к ней стал пробираться молодой человек в синих джинсах.
— Не мешайте женщине! Она что, уже и сказать ничего не может? Боитесь,
как бы вашей Дэвис не стало жарко?
Линк посмотрел на Тома.
— Надо их остановить.
— Не мешайте, — огрызнулся Том, удерживая его за руку. —
Кристина сама о себе позаботится. Если мы вмешаемся, будет еще хуже.
— Но Кристине...
— Кристине придется справиться. Она не маленькая.
Линк рассердился и вырвался из рук Тома.
— Догадываюсь, что не маленькая. Но почему она должна быть одна, когда
я здесь?
— Сейчас, прокурор, надо забыть, что вы мужчина. Не можете же вы быть
рядом все время. Она прекрасно умеет сама справляться и знает, что ей
делать.
Кристина подошла к микрофону.
— Дамы и господа, пожалуйста, успокойтесь. Молодой человек прав.
Отпустите женщину. Я отвечу на все ее вопросы, если они будут заданы в
вежливой форме.
Потом она замолчала и стала спокойно ждать. Женщина, только что кричавшая и
бившаяся в удерживавших ее руках, посмотрела на Кристину и сникла. Наверняка
она не рассчитывала на такое. Она думала, что выкрикнет что захочет, и за
ней будет последнее слово. А Кристина сорвала все ее планы. Точно так же Дрю
Уилсон не ожидал ее спокойной отповеди во время теледебатов. Женщина не
выдержала наступившего молчания и, расталкивая всех на своем пути, чуть не
бегом бросилась к выходу. Молодой человек — за ней. Зрители разразились
аплодисментами и один за другим потянулись к сцене поздравить Кристину.
Том обернулся к Линку и победно поднял вверх большие пальцы на обеих руках.
Линк пожал плечами и усмехнулся.
— Вы были правы, — сказал он.
— Тейлор, вы же ее знаете как никто. Никогда за нее не бойтесь.
Линк подошел к окружавшей Кристину толпе и стал с краю. Не показывая виду,
что заметила его, Кристина тем не менее одарила его таким радостным и
благодарным взглядом, что он не мог не понять — она разделяла с ним свой
триумф, и сердце у него переполнилось гордостью за любимую. Господи, как же
он любил эту женщину. Всего за несколько недель она заполнила собою всю его
жизнь, сама стала его жизнью. Каждый день Линк открывал в ней что-то новое —
ее стойкость, ее преданность, ее жизнелюбие — и не мог нарадоваться своим
открытиям.
Он еще раз истово помолился за завтрашнюю победу, важнее которой сейчас
ничего не было ни для нее, ни для него.
На рассвете следующего дня Линк лежал в постели, глядя на тяжелые серые
тучи, обдумывая свой разговор с Уайаттом Дженкинсом. Пусть у Дрю Уилсона
сегодня будет плохой день. Он поглядел на Кристину, тихо спавшую рядом с
ним, и вздохнул. Что будет, если она проиграет? Неужели Кристина во всем
обвинит его? А если обвинит, неужели она никогда не простит его? Линк не мог
избавиться от этих мыслей, и они не давали ему покоя, потому что он все
время и безрезультатно искал на них ответ.
Он протянул руку и погладил ее по нежной щеке. Кристина выглядела совсем
юной и беспомощной, но Линк знал, насколько обманчива ее внешность. Внутри
она — кремень. Если Кристина вобьет себе в голову, что он виноват в ее
поражении, сможет ли она, по крайней мере, выслушать его? Ну как уговорить
ее выйти за него замуж, когда между ними стоят эти проклятые выборы?
Неожиданно ему в голову пришла сумасшедшая идея. Он улыбнулся. Пусть
сумасшедшая, зато хорошая. Он осторожно снял с себя руку Кристины, властно,
по-хозяйски, положенную ему на живот, и выскользнул из постели. Внизу у него
была спрятана бутылка отличного шампанского, которую он купил для победного
тоста. Линк открыл ее и достал два бокала, потом паштет, икру и крекеры.
Подноса он не нашел и использовал вместо него противень. Критически осмотрев
свою работу, он, не смотря ни на что, остался ею доволен.
Возвращаясь обратно, он заглянул в гостиную и набрал столько воздушных
шаров, сколько смог унести. Наверху он их отпустил, чтобы как-то украсить
комнату. Когда Линк раздвинул шторы, из-за туч выглянуло солнце. Наверное,
кое-кому больше по вкусу луна и розы, но Линк был уверен, что солнце,
разноцветные шарики и шампанское должны сделать свое дело.
— Кристина! — тихонько позвал он, касаясь пальцем ее губ. Она
отмахнулась от него. — Просыпайся, родная.
— Нет, Тейлор.
К счастью, Линк уже привык к ее плохому настроению с утра и, не обращая на
это вним
...Закладка в соц.сетях
