Жанр: Любовные романы
Нью-Йоркская амазонка
...с которым внимательно рассмотрела
фотографию и прочитала короткую статью, сопровождавшую ее. Когда она изучила
все ее буковки, то аккуратно свернула газету и положила на прикроватный
столик. В душе была абсолютная пустота. Эмили знала, что боль придет потом,
но сейчас она ничего не чувствовала. Может быть, потому, что всегда
подсознательно знала, что они с Дарреном не пара? Шейла подходит ему гораздо
лучше. Она понимает его, разделяет его страсть к работе. Даррену нужна
именно такая женщина, и он наконец это осознал...
Из глаз Эмили закапали слезы. Она легла на кровать и зарылась носом в
подушку. Почему же ей так больно, если все справедливо и правильно? Неужели
в ней говорит инстинкт собственницы и ей просто ужасно не хочется отдавать
Даррена этой надменной мымре?
В дверь постучали.
— Уходите, я отдыхаю! — крикнула Эмили.
— Мисс Эмили, у вас все в порядке? — настороженно спросила Альма.
— Да! Уйди, ради бога!
— Звонил мистер Филкис...
— Я же велела Дайане ни с кем меня не соединять! Я заболела, уехала,
умерла — придумайте, что угодно! Я ни с кем не буду разговаривать!
— Хорошо, мисс Эмили.
Эмили встала с кровати и закрыла дверь изнутри, потом задернула шторы и
отключила телефон. Сегодня она не в состоянии показываться миру. Ей нужно
время, чтобы пережить этот удар, чтобы привыкнуть к боли, научиться терпеть
ее. О, она непременно справится. Она целых пять лет выносила нежности
Маверика, и ни одна жалоба не сорвалась с ее губ. Неужели она окажется менее
сильной сейчас, когда на нее с жадным любопытством смотрит весь Нью-Йорк?
17
Дик Блаунхорн оказался бледным сутуловатым типом с ранними залысинами и
излишне длинным носом. Он сидел во главе массивного прямоугольного стола и
взирал на Даррена и Эла взглядом человека, которого абсолютно ничего в этой
жизни не интересует. Комната для переговоров компании
Индастриаз паблишинг
была размером с хорошее поле для гольфа. Даррен плохо себя чувствовал в
официальной офисной обстановке и несколько растерялся.
Зато Эл Ларреби был тут как рыба в воде. Когда с приветствиями и
церемониальным кофе было покончено, он сразу взял быка за рога.
— Ну как там наше дело обстоит, Дик? Вы еще не передумали нас
спонсировать?
Он хохотнул, давая понять, что это всего лишь хорошая шутка. Дик Блаунхорн
сделал вид, что улыбается.
— Конечно, нет, Эл. Сделка есть сделка. Мы можем прямо сейчас подписать
все необходимые документы.
— Отлично. — Ларреби с радостью потер руки. — Приятно
работать с вами, Дик.
— Взаимно.
— Погодите, — Даррен прервал обмен любезностями. — Может
быть, вы вначале посвятите меня во все? Каковы условия сделки?
Блаунхорн слегка удивился.
— Разве вы не в курсе, мистер Уолш? Эл должен был все рассказать вам.
— Я все рассказал!
— Я знаю только то, что ваша компания вдруг пожелала спонсировать мою
новую экспедицию, — сказал Даррен. — И это все.
— А больше ничего нет, — развел руками Блаунхорн. — Нас очень
интересуют ваши исследования, мистер Уолш, и мы хотели бы принять посильное
участие в становлении...
— Стоп. Давайте по порядку. Вы хотите сказать, что готовы вкладывать
бешеные деньги в незнакомого вам человека...
— Не такие уж они и бешеные, мистер Уолш, — усмехнулся Блаунхорн.
— Неважно. Я ни за что не поверю, что вы... ваша компания делает это
исключительно из благородных побуждений, не надеясь получить прибыль. Каковы
ваши условия?
— Условия? Мм... вы предоставляете нам эксклюзивные права на освещение
в прессе вашей экспедиции...
— Вы должны понимать, что это невозможно, — пожал плечами
Даррен. — Я не могу запретить другим писать.
— Я все понимаю. Я имею в виду, что вы будете давать интервью только
представителям нашей компании. Никаких публичных заявлений, никаких
выступлений без нашего согласия. Мы хотим, чтобы вы стали лицом нашего
издательства.
— А сколько времени у меня это будет занимать? — насторожился
Даррен.
— Очень мало. Не бойтесь, мистер Уолш, никто не собирается заставлять
вас делать то, что вам не нравится. Мы всего лишь хотим сотрудничать...
— И это все?
— Да.
— Обо всем будет написано в договоре?
— Разумеется, мистер Уолш. Мы подробно расписали каждый пункт, чтобы вы
знали, под чем подписываетесь.
Блаунхорн протянул Даррену экземпляр договора.
— Почитайте, пожалуйста. Не спешите. Если будут вопросы, задавайте.
— А мы можем встретиться завтра? Я бы взял домой, почитал в спокойной
обстановке.
Блаунхорн натянуто улыбнулся.
— Я же вас никуда не тороплю. И обстановка здесь достаточно спокойная.
Нам бы хотелось, чтобы положительное решение было принято сегодня.
— То есть мы должны подписать договор уже сегодня? — уточнил
Даррен.
— Это было бы замечательно.
Даррен нарочито отодвинул договор и сплел руки на груди.
— А к чему такая спешка, хотел бы я знать?
— Понимаете, мистер Уолш... Дело в том, что... Это связано с
определенными финансовыми сложностями нашей компании...
— Сложностями?
— Нет, я не так выразился. Одним словом, не вдаваясь в скучные
подробности, скажу только, что в наших интересах, чтобы вы отправились в
путь как можно скорее.
— Может быть, даже завтра? — рассмеялся Даррен.
— Может быть, — кивнул совершенно серьезный Блаунхорн. — Но я
понимаю, что это нереально.
— Нереально? Это полный бред! Раньше, чем через месяц, мы с места не
двинемся!
— Да, там куча дел, Дик, — поддержал его Ларреби. —
Оборудование, продовольствие и прочие мелочи. Занимают много времени.
— Боюсь, что месяц нас не устроит, — сказал Блаунхорн вежливо, но
твердо.
— Что значит не устроит
вас? — возмутился
Даррен. — Это моя экспедиция, и я сам решаю, когда и как работать!
Блаунхорн переплел длинные пальцы и противно хрустнул ими.
— Мистер Уолш, поймите меня правильно. Я ни в коем случае не собираюсь
вмешиваться в вашу работу. Мы сможем предоставить вам необходимые средства
прямо сейчас. Не завтра, не послезавтра, а сейчас, на месте. Как только вы
поставите свою подпись на договоре, вы получите деньги. Также мы готовы
помочь вам в приобретении... э-э... всего, что вам нужно. Главное, чтобы к
концу этой недели вы улетели из Нью-Йорка.
У Даррена отвисла челюсть.
— К концу недели?
— Эй, Дик, у вас же нет никаких неприятностей? — вдруг нахмурился
Ларреби. — Я имею в виду, с налоговой или еще кем-нибудь. Ты же ведь не
планируешь с нашей помощью замести следы в каком-нибудь сомнительном деле?
— Да ты что, Эл? Как тебе такое только в голову пришло? У нас все в
полном порядке.
— Тогда я тоже не понимаю, к чему вам так спешить, — вздохнул
Эл. — Это подозрительно.
— Это всего лишь маленькое пожелание ваших спонсоров. Ваших очень
щедрых спонсоров.
— Оно прописано здесь? — Даррен взял договор и потряс им.
Блаунхорн слащаво улыбнулся.
— Нет, это неофициальное пожелание. Но очень важное. Можно сказать,
ключевое.
— То есть если я откажусь торопиться, денег мне не видать?
— Вы чрезвычайно точны в формулировках, мистер Уолш.
— Дик, ты что? — вытаращил глаза Ларреби. — Это же полный бред! Зачем тебе это нужно?
— Мне это как раз и не нужно! — рявкнул Блаунхорн, и в его лице
впервые за весь вечер появилось нечто человеческое. — Я просто передаю
вам распоряжения моего шефа! Ему так выгоднее, я сам не понимаю почему.
Он в раздражении полез в карман за носовым платком.
— Вам-то какая разница, мистер Уолш? Неделей раньше, неделей позже. Мы
вам поможем организовать все так, как нужно...
— Правда, Даррен, чего мы кипятимся? — озадаченно пробормотал
Эл. — Нам главное денежки получить, а все остальное по барабану. Мне
кажется, ты сам должен сейчас рваться как можно дальше из Нью-Йорка...
Даррен вздохнул.
— Может, ты и прав.
Он открыл договор и углубился в чтение. Дочитал до конца и, не говоря ни
слова, достал ручку и подписал. Также молча Блаунхорн протянул ему второй
экземпляр. Даррен подписал и его.
— Все?
— Да, мистер Уолш. Вы поступили мудро, — сказал Блаунхорн. —
Вот ваш чек. Мой личный помощник Генри Дуайт поступает на эти дни в ваше
полное распоряжение. Он очень опытный организатор, вы можете всецело на него
полагаться. Если будут какие-то затруднения, сразу звоните мне. Я буду рад
помочь.
— Спасибо, — буркнул Даррен и встал. Его не покидало ощущение, что
Блаунхорн что-то недоговаривает. — До свидания.
— До свидания, мистер Уолш, Эл.
— Пока, Дик. Приятно было пообщаться с тобой.
— Мне тоже, Эл.
В лифте Эл Ларреби дал волю своему негодованию.
— Что на тебя нашло, Даррен? Я понимаю, Дик вел себя странновато, но он
всего лишь исполнял чужие указания. Мало ли что взбрело в голову его
большого босса. Какая нам разница? Денежки в кармане, экспедиция
гарантирована, и ты можешь отправляться хоть завтра к новым свершениям.
Разве не об этом ты мечтал?
— Да, ты прав. Но это все равно странно. Не люблю я такие загадки.
Слишком похожи на ловушки.
— Ты читал договор? Были там ловушки?
— Да вроде все в порядке.
— Тогда в чем дело? Наслаждайся результатами и не думай больше ни о
чем. Если шеф Дика сошел с ума и решил выкинуть деньги на ветер, не тебе его
останавливать.
— Естественно, не мне, — улыбнулся Даррен. — А кто он,
кстати, этот таинственный шеф? Разве не Блаунхорн директор
Индастриаз
паблишинг
?
— Да, он директор, но
Индастриаз паблишинг
часть более крупного
концерна и во всем подчиняется его президенту.
— Что за концерн?
—
АКА Медиа Групп
. Там всем заправляет этот молодой выскочка, Эмметт
Нортон. Вот повезло же стервецу в жизни... Хотя вряд ли тебе это интересно.
Пойдем, мы приехали.
Ничего не подозревающий Эл вышел из лифта первым. Даррен шел за ним и
размышлял над услышанным. С какой стати Эмметт Нортон воспылал желанием
вложить в него деньги? Ни один мужчина в здравом уме не будет помогать
сопернику. Пусть даже сопернику, не представляющему никакой угрозы...
— Эл, погоди. — Даррен нагнал Ларреби у входа. — Мне очень
интересно послушать про Эмметта Нортона. Должен же я знать хоть что-то о
человеке, который сделал мне столько добра.
Если Эл и уловил в голосе Даррена иронию, он ничем этого не показал.
— Похвальное желание. Здесь недалеко есть чудный ирландский паб,
пойдем, пропустим по стаканчику?
— Пойдем, — мужественно согласился Даррен.
— Итак, Эмметт Нортон, — вдохновенно начал Эл, когда они
устроились за грубо сколоченным столиком и отпили по первому глотку
превосходного темного пива. — Мутная личность, если честно. Начинал
журналистом, работал в третьесортных журнальчиках. Надо сказать, работал кое-
как. Особых литературных талантов за ним не водилось.
— Откуда ты об этом знаешь?
— Я, дорогой Даррен, знаю очень многое. — Ларреби многозначительно
поднял указательный палец. — Мне по должности полагается. А откуда,
хоть убей, не помню.
— Ладно, продолжай уже.
— Лет пять назад Нортону крупно повезло. Выяснилось, что его настоящий
отец — некто Фрэнк Джордан. — Эл замолчал, ожидая, по всей видимости,
восторженного оханья. Даррен молчал. — Ох, все время забываю, что ты
вообще никого не знаешь, кроме своих амазонских пигмеев. Фрэнк Джордан —
основатель
АКА Медиа
, миллиардер. Очень влиятельный человек. Подфартило
красавчику Эмметту по полной, одним словом. Других детей у Джордана нет, и
папаша пришел в такую радость от сынка, что передал ему все дела и объявил
его официальным наследником.
— Да, действительно повезло.
— Бизнесмен из парнишки получился куда как лучший, чем журналист. Повел
дело по-своему, со многими старыми надежными партнерами рассорился, кое-кого
подвел по-крупному. В общем, зарабатывал деньги и не обременял себя
совестью.
— По-моему, это здешний стиль жизни, — сказал Даррен.
— В какой-то степени. Но Нортон частенько перегибал палку. Злобствовал
там, где можно было простить, и все такое... Понимаешь?
Даррен кивнул. По мере того как пустела кружка Эла, тот становился все более
откровенным.
— Да и по женской части за ним числится много сомнительных делишек.
Девчонки на него пачками вешаются. Красавец, богач, холостяк... Сам
понимаешь, как на них это действует. Если я не ошибаюсь, было несколько
публичных скандальчиков, когда Нортон жил еще на Западном побережье. Ну а
сколько историй не проникло в газеты, известно только ему самому. Вот,
например, как он поступил с сестрой Боба Маффина...
— Эл, давай без подробностей, — поморщился Даррен. — Меня не
сплетни интересуют, а факты.
— Это самый настоящий факт! Проверенный.
— Неважно. Я понял, что Нортон — аморальный тип. Продолжай.
— А продолжать, пожалуй, больше нечего. Если вкратце, то я все
рассказал. Лично с Нортоном я не знаком, но знаю точно, что репутация у него
подпорченная.
— Отличного спонсора ты мне нашел, — усмехнулся Даррен. — Еще
лучше, чем в прошлый раз.
— У Нортона денег куры не клюют. Пусть раскошелится на хорошее
дело. — Ларреби икнул. — Хотя, если честно, я не понимаю, почему
он вдруг решил дать тебе денег. Нельзя сказать, чтобы благотворительность
была у него в крови. Скорее, наоборот.
— Зато я знаю почему. У него личные причины. Он хочет как можно скорее
выпроводить меня из страны.
— Вы с ним знакомы? — оторопел Эл.
— Да.
— Так чего ты мне голову морочишь, раз сам все прекрасно знаешь?
— Ничего я о нем не знаю. Так, встречались пару раз. Даже не
разговаривали почти.
— Ты меня совсем запутал. Если вы почти не разговаривали, то с какой
стати он тебя из страны выпроводить хочет?
— А ты подумай.
— Ни одной идеи нет.
— Все очень просто. Из-за чего обычно спорят мужчины? Из-за женщины.
Эл вытаращил глаза.
— Ты хочешь сказать, что вы с Нортоном — соперники?
— Что-то в этом роде.
От избытка чувств Ларреби хлебнул еще пива, поперхнулся и закашлялся.
— Ну ты даешь, — пробормотал он, когда обрел способность
говорить. — Ты же дикий зверь. Тебя нельзя выпускать в цивилизованное
общество. Когда ты вернулся в Нью-Йорк? Ты хоть сознаешь, что натворил за
это время? Нажил себе врага в лице одного из самых богатых людей в стране,
променял очаровательнейшую женщину на синий чулок...
Лицо Даррена потемнело.
— Оставь мою личную жизнь в покое!
— И это еще не все, — с упоением продолжал Эл. — Подцепил какую-
то девчонку, из-за которой Нортон на тебя взъелся... Кто она? Очередная
фотомодель, которая вдруг воспылала к тебе любовью?
Даррен молча пил пиво, по опыту зная, что сейчас Эла не остановить. Он должен выговориться до конца.
— Что же у вас там произошло такое, что он готов заплатить тебе
огромные деньги, лишь бы ты убрался из города? Открой свой секрет, Даррен.
Кого вы не поделили? Я бы тоже приударил за подружкой Нортона. Мне бы не
помешала лишняя сотня тысяч...
— Хватит. — Даррен с грохотом обрушил на стол пивную
кружку. — Никакую подружку я у него не отбивал. Если хочешь знать, это
он отбил у меня девушку.
— Что? Ну конечно, как я мог сомневаться в нем, — пьяно хихикнул
Эл. Перед ним стояли три пустых кружки, а четвертая была опустошена
наполовину. — Великолепный Эмметт-победитель. Никогда не сдается. Я ж
говорю, везунчик...
Даррен уже стал подумывать о том, чтобы сбежать.
— Хотя погоди... — Эл задумался. — Как так может быть? Если
Эмметту досталась девица, то с какой стати ему избавляться от тебя? Ничего
не понимаю...
— Может быть, Эмили попросила его, — нехотя произнес
Даррен. — И давай больше не будем об этом. Мне пора... Эй, что с тобой?
Эл сидел с открытым ртом, поднеся кружку ко рту. Услышав возглас Даррена, он
медленно поставил кружку на место и с тревогой спросил:
— А при чем тут Эмили?
— Ты что, забыл, о чем мы только что говорили? — Даррен постучал
согнутым указательным пальцем по лбу. — Хватит тебе пить, Эл.
— Ты хочешь сказать, что девушка, которая предпочла Нортона тебе, — Эмили? Эмили Маверик?
— А почему это тебя удивляет? Они познакомились, когда он предложил ей
написать книгу о наших приключениях в Амазонии.
— Этого не может быть, — пробормотал Эл себе под нос.
— Чего не может быть?
— Этого. Ты что-то перепутал.
— Я перепутал? — усмехнулся Даррен. — Я собственными глазами
видел, как они вчера целовались. Мы случайно столкнулись на одной вечеринке.
Так что никаких сомнений быть не может...
— И он хочет оплатить твою экспедицию, — бубнил Эл по-прежнему
себе под нос, — и хочет, чтобы ты убрался из города как можно скорее...
Даррену стало не по себе.
— Что ты болтаешь, Эл? В чем дело? Пойдем отсюда. Тебе уже
хватит. — Даррен встал из-за стола.
— Подожди. — Ларреби схватил его за руку. — А ты знаешь, что
Эмили и Нортон знакомы очень давно? Она была его подружкой до того, как
вышла замуж за Маверика.
Даррен не знал. И не хотел ничего знать. Каждое новое открытие, связанное с
Эмили, причиняло невыносимую боль, и единственное, что ему было сейчас
нужно, — как можно больше тысяч километров между ними...
Но Ларреби железной рукой усадил его обратно.
— Все это очень подозрительно. Не спеши.
— Почему? Старая любовь — опасная шутка! — с бравадой воскликнул
Даррен.
— Ты даже не представляешь себе, до какой степени. Эмили бросила
Нортона ради миллионера Маверика, и он поклялся ей отомстить.
— Страсти как в дешевом телесериале.
— Черт, как же я сразу не сообразил! — Ларреби обхватил голову
руками и покачивался из стороны в сторону. — Я же знаю, что ты не
способен волочиться за женщинами... Речь с самого начала шла об Эмили...
Какой же я болван...
Даррен похлопал его по плечу.
— Не переживай. Она выбрала того, кто нравится ей больше. Спасибо за
сочувствие, но я обойдусь...
Ларреби поднял на него мутные глаза.
— Нет, ты еще больший болван, чем я! Неужели ты не понимаешь, что Эмили
в опасности?
Эмили не знала, сколько часов она пролежала в запертой спальне. Голова
болела ужасно, а подушка вся промокла от слез. Видимо, одиночество ей на
роду написано. А все из-за того, что она поступила с Эмметтом как последняя
свинья.
Думать об Эмметте было приятно. По крайней мере, он поможет ей спасти
репутацию. Не Даррен оставил ее ради мужеподобной Шейлы, а она ушла от него
ради Эмметта Нортона, неот-разимого чернокудрого красавца. Сердечную рану
это не залечит, но зато утешит больное самолюбие. Она не доставит знакомым
удовольствия посудачить на ее счет. Она докажет всем, что Эмили Маверик
никогда не проигрывает!
Эмили села на кровати и потянулась к пульту от телевизора. Интересно, что бы
Даррен сказал на ее рассуждения? Что мир не ограничивается одним Нью-Йорком
и что если ты живешь в гармонии с самим собой, тебя мало волнует, что о тебе
думают окружающие? Эмили представила себе его нежную, слегка насмешливую
улыбку и словно наяву услышала его голос. О господи! Она всхлипнула и
включила телевизор. Больше выносить тишину она не в состоянии.
По федеральному каналу показывали десятичасовые новости. Эмили прослушала
про наводнение в Германии и выборы в Италии, не понимая ни слова из того,
что бойко говорила в микрофон молодая негритянка.
— А теперь к финансовым новостям. — На экране возникло лицо
диктора, серьезного немолодого мужчины с проседью в густых волосах. —
Сегодня на фондовой бирже Нью-Йорка царил необычайный хаос, вызванный
внезапным, а, главное, непредвиденным банкротством компании
Электроник
эпплайанс
, одного из ведущих производителей бытовой техники для коттеджей.
Стоимость акций
Электроник эпплайанс
упала до рекордно низкой суммы, что
повлекло за собой разорение нескольких брокерских компаний, работавших по
преимуществу с ценными бумагами
Электроник эпплайанс
. Есть основания
полагать, что руководство
Электроник эпплайанс
намеренно скрывало важную
информацию от акционеров в надежде отсрочить печальный финал. Сейчас их
действия рассматриваются департаментом по финансовым махинациям. Возможно,
что в процессе расследования всплывут новые интригующие факты. Оставайтесь с
нами.
Диктор принялся называть курсы валют, и Эмили приглушила звук. Было что-то
знакомое в названии
Электроник эпплайанс
. Кажется, об этой компании ей что-
то говорил Филкис до ее отъезда на Амазонку... Эмили мучительно вспоминала.
Эйб утверждал, что это одна из самых надежных на рынке компаний и что у нее
большое будущее. Он собирался вкладывать в них деньги.
Ее
деньги.
Эмили стало страшно. Не слишком ли она доверилась Филкису? До сих пор у нее
не было повода подозревать его в нечестной игре. Он был предан ей, как
средневековые рыцари были преданы своей королеве. По крайней мере, она
считала, что это так. У самого Эйба могли быть совершенно иные соображения.
Что, если Эмметт прав, и когда она засобиралась замуж, преданность Эйба
Филкиса превратилась в ненависть?
Эмили скрипнула зубами. О нет, она не сдастся так просто. Она больше не
одинока в этом мире. Ей есть на кого положиться. Эмметт поможет ей
выпутаться из любой передряги и не пощадит никого из ее врагов!
Она включила телефон и набрала номер Дайаны. Очень не хотелось общаться с
ней после некрасивой сцены в кабинете, но обойтись без помощи секретаря
Эмили сейчас не могла.
Дайана как всегда была на месте, и, услышав ее как всегда равнодушный
неэмоциональный голос, Эмили немного успокоилась. Действительно, чего она
взъелась на девчонку... Дайана поступила так из лучших побуждений. Работает
как лошадь, не жалея себя, а взамен даже простой благодарности не слышит.
— Дайана, дорогая, не подскажешь номер телефона мистера Нортона? — ласково спросила Эмили.
— Конечно. — Секретарь продиктовала несколько цифр. — Я сама
могу вас с ним соединить...
— Нет-нет, спасибо. Я сама. — Эмили нажала на сброс и набрала
номер Эмметта.
Он сразу поднял трубку. Он, а не секретарь или дворецкий, машинально
отметила про себя Эмили. Что это за номер, интересно?
— Алло. Эмметт, это я.
— Эм, я так рад тебя слышать! — воскликнул он с чувством. — Я
места себе не нахожу с тех пор, как узнал... С тобой все в порядке? Где ты
сейчас?
Эмили прикусила нижнюю губу. Значит, чутье ее не подвело и ей на самом деле
есть из-за чего волноваться.
— Я дома. И вроде бы со мной все в порядке. Но мне... надо с тобой
поговорить... посоветоваться...
— Да-да, я все понимаю! И я всецело в твоем распоряжении. Если еще что-
то можно сделать, я это сделаю.
— Все действительно так плохо?
— Ты должна знать лучше, чем я, Эм. Но насколько я понял, ситуация
сложная.
Эмили всхлипнула.
— Ты только не раскисай, Эм! Приезжай ко мне сейчас, мы поговорим, все
обсудим! Я сейчас на работе и подожду тебя, сколько нужно. Хорошо? Приедешь?
Я все улажу, Эм. Я помогу тебе...
— Хорошо, — еле слышно пробормотала она. — Скоро буду.
Эмили наспех собралась, схватила сумочку и выбежала
...Закладка в соц.сетях
