Жанр: Любовные романы
Рай - здесь
...ил он брата, — что ты предпочитаешь, поболтать с Джин
или покопаться в машине? Я могу сделать вместо тебя и то, и другое.
— Пойду, посмотрю
плимут
, — ответил Энтони. Думаю, там сел аккумулятор.
— Ты самый популярный механик в районе, — заметил Хью, но не пересел к Джин,
а завел разговор с дядей Джеком.
Девушка решила, что он не хочет обижать Софи. Так и прошел вечер — все
болтали, пили чай, а потом, как по команде, встали и попрощались.
После короткого обсуждения, кто поведет каждую из машин — ведь к
гумберу
и
холдену
прибавился
плимут
тети Силлы — Уилстэки двинулись домой. Джин
оказалась в компании Хью, а Софи, к ее удовольствию, отправилась в очередной
гольф-клуб. Не доезжая до Стирлинг-даунс, Хью свернул в сторону города.
— Думаю, ты не имеешь ничего против небольшой прогулки? — заметил он. — Мне
надо забрать в мастерской новые
дворники
.
— С удовольствием прокачусь, — отозвалась Джин. — Нет ничего лучше вечерней
автомобильной прогулки. Кругом так тихо...
— Все готовится к ночи...
Несколько минут они ехали молча. Потом Хью показал Джин на деревья в
отдалении. — Там начинается пустыня, — сообщил он.
— Разве может пустыня начинаться так резко?
— Хочешь посмотреть? Иногда мне кажется, что это одно из чудес света.
Джин с удовольствием согласилась, они свернули на восток и вскоре
остановились возле деревьев. Они были единственной растительностью до самого
горизонта.
— Как такое может быть? — воскликнула пораженная Джин. — Наверное, почве
необходим дождь?
— Это песок, — ответил Хью, — Вода уходит — и все.
— Пугает, правда?
Он несколько секунд внимательно рассматривал ее лицо, будто пытаясь
прочитать мысли, а потом улыбнулся.
— Меня не пугает. Представляешь, этих мест не касалась рука человека!
Миллионы лет безо всякого вмешательства людей... Как-нибудь я привезу тебя
сюда, чтобы посмотреть закат... А ты могла бы полюбить такую землю? —
спросил он вдруг с любопытством.
— Да... — ответила Джин, подумав. — Думаю, могла бы. Особенно, когда над ней
всходит солнце.
Она покраснела, ведь ей пришло в голову, что она могла бы полюбить эту
землю, увидев ее через чужой взгляд, через его любовь. Джин испугалась, что
Хью догадается, о чем она думает, но он промолчал.
До города они ехали молча. Одиночество пустыни тронуло сердца обоих. И будто
мир спокойного заката охватил их, сделав людей частью суровой и дикой
природы.
Когда они вернулись домой, Энтони уже уехал. Миссис Уилстэк сообщила, что он
был в плохом настроении, и Джин догадалась, что он опаздывал на чашку чая к
маленькой учительнице. Хью слегка нахмурился, но потом его взгляд упал на
собаку, которая радостно прыгала вокруг.
— Животные не так глупы, как люди, правда, старина? — спросил он пса,
опускаясь рядом с ним на колени и трепя его за уши.
Глава 8
Пока Джин выносила на веранду клетку с попугаем и прикрывала ее платком, Хью
играл с собакой. Видимо, его пальцы наткнулись на царапину или ранку, потому
что выпрямился и попросил:
— Пойдешь внутрь, поставь, пожалуйста, чайник. И еще мне понадобится тазик,
который стоит слева в буфете.
Он снова давал указания, но, на сей раз, они не были похожи на приказы. Как
бы то ни было, Джин даже обрадовалась, что Хью опять похож на самого себя.
Хью принес хирургический чемоданчик и велел ей сесть на стул и держать
голову собаки. Пес смотрел на Джин большими доверчивыми глазами. Оказалось,
что ему под кожу забрался клещ. Когда все было закончено, Хью вытер руки и
сказал:
— Ну, Бруни, вот и все. Я спас тебе жизнь... но ты об этом никогда не
узнаешь.
Пес завилял хвостом.
— По-моему, он все понимает, — заметила Джин.
За ужином миссис Уилстэк рассказала Джин о семье и друзьях Силлы, с которыми
Джин познакомилась в гостях.
— Дядя Джек — самый избалованный мужчина во всей Австралии, — заметил с
улыбкой Хью. — Ему стоит только подумать о том, чего хочется, и еще до того,
как он скажет, Силла все сделает.
Кто бы это говорил!
— подумала Джин, но промолчала.
— Иногда мне кажется, даже хорошо, что он не женился, — сказала Лаура. —
Иначе, что Силла делала бы в жизни?
— Она тоже могла выйти замуж, — отозвалась Джин.
— Уилстэки не очень любят жениться. В каждом поколении бывает только один,
кто снабжает семью сыновьями.
— Жаль, что ты не родила дочку, — усмехнулся Хью. — Кто же будет заботиться
обо мне в старости?
— Какая, чепуха, Хью, — всплеснула руками миссис Уилстэк. — Не хочу я, чтобы ты остался холостяком.
Хью перехватил взгляд Джин и слегка приподнял одну бровь. Джин догадалась,
что он подшучивает над матерью, но знала она и его отношение к браку. Хью
было уже тридцать. Он давным-давно мог бы жениться. Джин прекрасно заметила
взгляды, которыми обменялись все женщины в гостях у тети Силлы, когда Хью
вошел в комнату. Наверняка, каждая из них подумала:
Вот самый выгодный
жених района. И что девушки теряются?
Они с любопытством посматривали на
Софи. То же любопытство испытывала и Джин.
После ужина Джин и Лаура принялись за посуду, а Мэтт и Хью отправились в
гостиную. Вскоре оттуда раздались звуки скрипки. Мать и сын играли вместе
целый час, и это были не те зажигательные танцы, которые они исполняли в
Бинди, а старые классические мотивы. Потом наступила очередь Джин — она села
за пианино и начала свою любимую пьесу. В середине игры кто-то тихо вышел из
комнаты. Джин не повернула головы, чтобы узнать, кто это. Когда она
закончила, то оказалось, что Мэтт, устроившийся в кресле, задремал, миссис
Уилстэк сидит, восторженно внимая музыке, а Хью исчез. Девушка попыталась
отогнать обиду, но все-таки ей было очень неприятно, что именно Хью вышел в
середине ее игры. Она отправилась на кухню последний раз за день поставить
чайник и заметила, что дверь в коридорчик, ведущий в кабинет Хью, открыта.
Ей почему-то захотелось заглянуть к нему, и Джин обнаружила, что Хью сидит
не за столом, а в глубоком кожаном кресле с закрытыми глазами.
— Ой, прости, Хью. Я не думала, что ты спишь с открытыми дверями. Хочешь
чайку?
— А я не спал, — возразил он. — Я слушал, как ты играешь. Просто прекрасно.
— А я думала, ты сбежал от моей музыки.
— Так и было, — отозвался он. — Но музыка пришла ко мне. — Хью встал с
кресла и несколько секунд стоял, глядя на Джин, а потом продолжил в обычном
тоне: — Кажется, кто-то говорил про чай?
Воскресное утро прошло, как все воскресные утра в Стирлинг-даунс. Все встали
поздно и сами сделали себе завтрак. Все, кроме Хью. Он рано заперся в
кабинете, и миссис Уилстэк отнесла ему поднос с чаем и тостами. Первым
событием, собравшим всех в одной комнате, был обед. Семья долго сидела за
столом, все болтали и курили, забыв о грязных тарелках.
Эти моменты нравились Джин больше всего: мать и трое сыновей вместе
обсуждают дела и проблемы, делятся радостями и горестями. Говорили о том, о
сем, но больше всего о
ягуаре
Энтони. Юноша вслух мечтал, как, в один
прекрасный день, он доделает машину и выставит ее на всеавстралийском ралли.
Потом снова вспоминали прошедший день.
— Хорошо, что ты выбрался к тете Силле, Энтони, — заметила миссис Уилстэк. —
Она так любит, когда ты приходишь к ней в гости.
— Но я провел там четыре дня подряд, — мрачно отозвался он.
— Но ведь так приятно, когда тебя любят, — вставила Джин.
— Увы, это сулит не только преимущества, — возразил Хью.
— Спорим, ты не хочешь, чтобы Силла знала, куда ты ездил вчера вечером? —
внес свою лепту Мэтт.
— Я никому не говорю, куда езжу, — усмехнулся Энтони.
— Конечно, — поддержала миссис Уилстэк. — Энтони не ребенок.
— А кстати, куда это ты ездил? — спросил Хью брата.
— Туда, где тете не удастся защитить меня от женщин, как она делает на
вечеринках.
— Господи, — усмехнулся Хью. — Но тебе ведь не нужна охрана, правда, старик?
— Конечно, нужна. Каждый раз, когда я пытался сказать пару слов Джин, тетя
Силла прогоняла меня прочь, как кота, который нацелился на птичку.
— Но все остальные так смотрели на тебя... — многозначительно заметил Мэтт.
— На меня? Почему? Разве кот не может поговорить с птичкой? — рассмеялся
Энтони.
— Он всегда потом ее съедает, — отозвался Мэтт.
Джин больше не смогла сдержать смех. Блеснули жемчужные зубы, а глаза
исчезли в веере смешливых морщинок. Она слишком живо представила Энтони в
образе кота, который охотится на нее — беззащитную птичку. Больше никто не
смеялся, все смотрели на нее. Девушка сразу вспомнила любопытные взгляды
гостей Силлы. Все они наблюдали за тем, как хозяйка пытается удержать Энтони
подальше от девушки. Может, они слишком хорошо знали Силлу, а может... Джин
перестала смеяться и обвела глазами стол. Все смотрели на нее. Все, кроме
Энтони, который занимался сыром и печеньем. Весь комизм и смысл сценки
совершенно ускользнули от него.
И вдруг Джин это перестало казаться смешным.
Она быстро начала собирать тарелки. Ей не хотелось встречаться глазами с
миссис Уилстэк, Мэттом и Хью. Особенно с Хью. Когда она добралась до его
тарелки, ей все-таки пришлось посмотреть на него. Хью задумчиво созерцал
кончик сигареты. Мысли его были далеко.
Следующие несколько дней прошли в будничной суете. Джин взяла за правило
появляться в кухне после того, как братья позавтракают. Ей не хотелось
появляться перед ними заспанной, и она выходила как раз вовремя, чтобы
помочь миссис Уилстэк отправить Мэтта в школу. Начались дожди, и Хью с
Энтони каждый день ездили на поля, чтобы приготовиться к севу. Теперь Хью
одевался, как и его брат, — в холщовые штаны, заправленные в тяжелые
ботинки, и видавшую виды широкополую шляпу. Это несколько его старило, но, в
то же время, делало человечнее. Морщинки в уголках его глаз углубились, а
лицо еще больше загорело.
Джин старалась вести себя с Энтони и с Хью как можно осторожнее. Ей не
хотелось, чтобы подумали, будто она относится к Энтони как-то особенно, но,
в то же время, встречаясь с ним наедине, обращалась с ним мягче и ласковее,
чем когда рядом были зрители. Джин по-настоящему расстроилась, когда Лаура
вдруг сказала:
— Не знаю, насколько у Энтони серьезно с этой учительницей. Он не очень-то
рассказывает о себе.
— Наверное, дело в застенчивости, — возразила Джин. — И, к тому же, он еще
очень молод.
— Через пару недель ему стукнет двадцать один. Будет большой праздник.
Никогда не забуду, как мы отмечали совершеннолетие Хью! В городе было даже
несколько пожаров — так все перепились. Все-таки меня тревожит эта девушка.
Надо поговорить с Тони. Если у них серьезное чувство, то ее стоит
пригласить.
— Так спросите его, когда он вернется. Если хотите, я выйду из комнаты.
— Нет, лучше пусть Хью спросит.
— Нет, не просите Хью, — не подумав, выпалила Джин и тут же прикусила губу.
Миссис Уилстэк бросила на нее удивленный взгляд. Джин смутилась: она никак
не могла забыть подслушанный разговор. Ей не нравился тон, которым братья
говорили о девушках. — Не исключено, что Энтони в разговоре с братом начнет
бахвалиться, все мужчины такие, — придумала объяснение Джин, — а с матерью
он такого себе не позволит.
С самого воскресенья Джин избегала Хью. Когда он был в доме, она старалась
занять себя чем-нибудь в другом конце двора, а за столом намеренно не
замечала, что ему надо передать хлеб или соль. Хью вел себя точно так, как
обычно. Он проводил все вечера на телефоне в своем кабинете, отдавал
короткие приказы, но она старалась не попадаться ему на глаза, не давая
возможности ни поддразнивать себя, ни называть
Джини
. Впрочем, неделя
прошла довольно спокойно и счастливо.
Уложив Мэтта спать, Джин выходила на улицу, пройтись. Ей нравилось гулять по
ночам, хотя прогулка длилась всего десять минут. Когда она выходила за
ворота, у нее возникало ощущение, что она направляется прямо в космос —
кроме неба и полей до горизонта, кругом ничего не было. Путь ей освещали
миллионы звезд. Джин думала о просторах и пустоте, но как только ей
становилось одиноко, она поворачивала назад, где ждал уютный Стирлинг-даунс.
И каждый раз она говорила себе:
Пойду домой
. Дом, семья — были
единственным, о чем она всю жизнь мечтала. Она запрещала себе думать о том,
что наступит день, когда ей придется покинуть Уилстэков.
Когда в четверг вечером она накинула куртку, чтобы пойти погулять, Хью
окликнул ее:
— Куда собралась, Джин?
— Немного пройдусь. Я гуляю каждый вечер.
— Тебе надо брать кого-нибудь с собой. Нельзя бродить одной.
— Да ладно... Всего пятьдесят ярдов от забора, не больше. Что со мной может
случиться? К тому же, всегда можно крикнуть.
— Когда получишь пулю, кричать будет поздно. Здесь бродят охотники на диких
собак. Так что в один прекрасный день они могут получить скальп девушки
вместо шкуры динго.
— Но я никого не видела.
— Динго тоже. Я позову Энтони.
— Не надо, — попросила Джин, хватая его за руку. — Лучше я обойдусь без
прогулки. Не стоит отрывать Энтони от
ягуара
. Бог с ним. Пройдусь днем. —
Она начала расстегивать куртку. Хью явно колебался, но все-таки не предложил
составить ей компании. — Вот и все, — заключила она. — И никого не надо
беспокоить. К тому же, мне нравилось гулять одной.
С вечера в пятницу зарядил дождь, который не перестал, а только усилился в
субботу утром.
— Если так пойдет, — заметила миссис Уилстэк, — то вряд ли кто-нибудь будет
играть в гольф.
Но все-таки в обед Лаура спросила сына, собирается ли он в клуб, и сообщила,
что уже выгладила для него рубашку.
— Клубный день? — переспросил Хью. — Боюсь, что нет, миссис Ростбиф. Какой
сегодня гольф?
— Он ездит только с Софи, — вставил Мэтт. — А она его сегодня бросила.
— Не говори ерунду, — оборвала его мать.
Джин переводила взгляд с одного лица на другое.
Хью иронически усмехался, но миссис Уилстэк, похоже, рассердилась всерьез.
Неужели техника Софи состояла в том, чтобы заставлять Хью мучиться,
предпочитая ему гольф? Опасный метод, особенно если она любила старшего
Уилстэка.
После обеда миссис Уилстэк попросила Хью зайти в кабинет, чтобы поговорить.
— Я хочу, чтобы ты поехал, — сказала она, — Все решат, что ты эгоист —
играешь только с сильными игроками и не обращаешь внимание на рядовых членов
клуба. Если все дело в этом, и Софи думает именно так, то я скажу ей в
следующий выходной, что это нехорошо. Потом Джин... Все решат, что ты
специально не едешь в клуб из-за того, что я беру с собой Джин.
— Ладно-ладно, миссис Ростбиф, — рассмеялся Хью. — Только ради тебя. Я готов
побеседовать с дамами и отведать пирожных. Теперь ты счастлива?
Миссис Уилстэк ничего не сказала Джин об их разговоре, и девушка узнала о
том, что они едут вместе, только когда увидела, как Хью выводит из гаража
гумбер
. За всю дорогу Хью ни разу не посмотрел на Джин и не сказал ей ни
единого слова. Если отношение Джин к Хью переменилось после вечеринки у тети
Силлы, то теперь она видела, что его поведение тоже стало другим. Возможно,
он был рад ее равнодушию... если вообще его заметил.
В клубе она сразу потеряла Хью из виду, а миссис Уилстэк окружили элегантные
дамы, и Джин лишний раз убедилась, что Лауру очень любят в округе. Миссис
Уилстэк представляла всем Джин, и каждая из дам поболтала с девушкой, чтобы
той не было одиноко. Джин же, напротив, очень быстро устала от нового
общества, и, увидев вдалеке тетю Силлу, даже обрадовалась — это был человек
их дома, член их семьи.
— А где же все мужчины? — тихо спросила она у Силлы.
— К своему стыду должна сказать, что все они в пивном баре. Впрочем, скоро
придут — там слишком тесно...
— Привет! Как дела? — раздался веселый возглас.
Джин тут же узнала голос Софи.
— Хорошо, что ты пришла, — похвалила миссис Уилстэк. — А то я уже собиралась
на тебя обидеться.
— Ой-ой-ой, какие вы все сегодня строгие. Чем вы обедали, скажите на
милость? Только что встретила Хью, и он распорядился, чтобы я записала Джин
в клуб и сыграла с ней.
— Нет, дорогая, Джин вряд ли захочет играть с тобой. Ты слишком хороший
игрок, а никто не хочет проигрывать даже чемпиону, — возразила Силла.
— Я сыграю, — ответила Джин. — Где мне взять клюшки?
— Может, одолжить у Хью? — предложила миссис Уилстэк.
— Ладно, — согласилась Софи. — Сегодня есть только игры в четыре лунки, так
что у нас останется время попить чай.
— Ты просто не представляешь, на что себя обрекаешь, — осуждающе
предупредила ее тетя Силла.
— Я играю в гольф, — тихо ответила Джин. — И не расстроюсь, если проиграю —
мне нечего терять.
Софи одолжила у кого-то клюшки, пока Джин снимала в дамской комнате пиджак и
шляпку. На улице уже ждали Хью и какой-то молодой человек, оказавшийся
банковским клерком. Джин должна была играть в паре с Хью, а парень — с Софи.
— Пропустим вперед мужчин, — решила Софи. — Бен отличный игрок, так что
давай избавимся от них, чтобы не кричали нам в спину каждые пять минут:
Бей
!
Первый удар Софи был роскошным. У Джин даже дух захватило — Софи била, как
мужчина. На веранде гольф-клуба столпились зрители. Джин так и представляла
себе лицо тети Силлы, которая говорит приятельнице:
Господи, милочка, эта
девочка сейчас останется в дураках. Сама виновата, я ее предупреждала. Да
еще кругом столько народу!..
Хью смотрел на нее, опершись на свою клюшку.
Джин неожиданно рассердилась. С какой стати все решили, что она останется в
дураках?! Ведь она умеет играть!
Удар получился отличный. Мяч издал свистящий звук и угодил прямо в лунку
точно на уровне попадания Бена и всего в ярде от мяча Хью. На веранде
раздалось общее восторженное
О!
, а Софи удивленно посмотрела на Джин.
— Так вот, как ты играешь? — спросила она. Джин с не меньшим удивлением
посмотрела на свой мяч и честно ответила, что сама не ожидала такой силы. —
Ты или чемпионка, или ужасно разозлилась, — констатировала Софи.
— Боюсь, что я разозлилась, — засмеялась Джин. — Это мог быть очень плохой
удар.
— В любом случае, это хороший урок бабью на веранде, — отозвалась Софи. — А
что тебя так задело?
В ее глазах было что-то обезоруживающее, поэтому Джин снова ответила честно:
— Кажется, слова тети Силлы, которая уверена, что я проиграю и покрою
позором славную фамилию Уилстэков. Я испугалась, что все так и будет, и
разозлилась.
— Тогда злись до самого конца игры.
Так и получилось. Джин играла отлично и, когда матч закончился, с
облегчением призналась Софи, что играла вдвое лучше, чем когда-либо в жизни.
Хью поздравил девушку и вызвался отнести в клуб сумку с клюшками и мячами. И
тут Софи первый раз замолчала. Она догадалась, что Джин сказала правду: она
действительно разозлилась, но только тетя Силла была не единственной
причиной.
— Что случилось с Джин? — понизив голос, спросила она Хью. — Вы что,
задразнили ее?
— А разве что-то случилось? — удивился Хью. — По-моему, она очень мила со
мной.
— Чует кошка, чье мясо съела, — заключила Софи, прищурившись.
Но ей не удалось ничего вытянуть из Хью — у него было совершенно
непроницаемое лицо.
К полудню выяснилось, что Джин и Хью выиграли главный приз клубного дня, и,
когда девушка вышла вперед, чтобы получить из рук капитана серебряный кубок,
ее губы дрожали от волнения. Она застенчиво пробормотала
спасибо
и не
стала ждать, когда Хью вручат его приз.
— Красивые вазы, — гордо заметила миссис Уилстэк. — Можем поставить их на
буфет в гостиной.
— Я заберу с собой свою, когда буду уезжать, — тихо возразила Джин. — Вы не
против?
Она живо представила гостей Стирлинг-даунс, которым будут говорить:
Посмотрите — их выиграли Хью и Джин
. Зачем судьба объединяла их снова?
Джин бросила взгляд на Хью. Он весело болтал о чем-то с мужчинами, сунув
кубок под мышку. Может, с ним случалось это не впервые, и было еще немало
серебряных кубков, которое увозили с собой другие австралийские девушки?
Вокруг Хью то и дело раздавались охи и ахи. Он очаровывал девушек, не тратя
ни каких усилий. Жаль, что он собирался остаться холостяком. Как бы им
гордилась любая женщина!
Джин покраснела от нескромности собственных мыслей.
Празднование совершеннолетия Энтони решила взять на себя тетя Силла.
Отвертеться от этого было никак невозможно. Миссис Уилстэк даже не успела
начать планировать торжество, как в Стирлинг-даунс появилась Силла.
— Но, Лаура, — заявила она, — ты же всегда знала, что этот праздник должна
устроить именно я. И Джек согласен. Я сто раз с ним все обсуждала.
Миссис Уилстэк сидела в кресле в гостиной и смотрела на золовку задумчиво и
несколько разочарованно. Она догадывалась, что, скорее всего, придется
уступить, но сомневалась, пойдет ли это на пользу сыну. Поэтому миссис
Уилстэк решила обратиться к Хью — ей требовался мужской совет.
— Скажи, Хью, хорошо ли это для Энтони? Обо мне не думай. Я могу и уступить.
Но не повредит ли ему такая испепеляющая любовь? Сможет ли он освободиться,
стать независимым?
Хью задумчиво закурил сигарету. Его призвали дать важный совет, и ему надо
было отрешиться от сентиментальных чувств, выдав компетентное и логичное
решение.
— С Энтони все в порядке, — сказал он. — Лучшее, что с ним случилось — это
ягуар
. Дай мужчине хобби, в которое никто не сможет вмешаться, и он будет
независимым.
— Ему нужна подруга, — возразила миссис Уилстэк. — Но ты же видишь, что тетя
Силла пытается оградить его от девушек.
— Если девушка появится, то Энтони не упустит ее... если захочет.
Лицо Хью было мрачно серьезным.
— А ты, Хью? — продолжила миссис Уилстэк. — Кругом столько красивых
девушек...
Она замолчала, заметив, как вспыхнули глаза Хью, и на лице появилось
выражение:
Частное владение. Хода нет
. И все-таки Лаура не остановилась:
— Если бы ты женился, Хью...
— Давай сначала закончим с Энтони, — возразил Хью. — Кажется, мы говорили о
его делах.
— Это нечестно, что мы нагрузили на тебя все семейные проблемы. У тебя
должна быть своя жизнь.
— У меня есть своя жизнь. И мне она нравится. Не волнуйся. Давай, ты будешь
беспокоиться о ком-то одном. Установим очередность.
— Энтони такой юный...
— Да. И именно поэтому ему нужна девушка... Он пока достаточно молод, чтобы
ускользнуть от опеки тети Силлы.
— А ты, Хью? Тебя не гнетут семейные обязанности?
— Скажем так, я воспринимаю их, как должное. Я независим — вот в чем разница
между мной и Энтони. — Он улыбнулся. — Только попробуй заставить меня делать
то, чего я не хочу, миссис Ростбиф, и посмотрим, что получится.
— Ты мужчина, который знает людей, мужчин... Скажи, хорошо ли для Энтони
жениться так рано... если, конечно, у него есть девушка?
— Вполне. Если это хорошая девушка. Он сможет вести дом. Единственное, что
противопоказано браку в юном возрасте — ненадежность или безответственность.
А Энтони уже сейчас отвечает за автомобили стоимостью в двадцать тысяч
фунтов.
— Значит, вопрос в девушке?
— Точно. — Некоторое время миссис Уилстэк сидела, молча, успокоенная и
счастливая. Она убедилась, что брак — полезная вещь для обоих ее сыновей, а
кругом было столько хороших девушек. — Вот Джин, например... — продолжила
Лаура. — Она станет кому-нибудь отличной женой! Такая добрая, разумная. И
очень хорошенькая!
— Совершенно согласен, — отозвался Хью, поворачиваясь к столу.
— А эта учительница... мисс Вудс... нам надо пригласить ее на праздник, —
продолжила миссис Уилстэк, обращаясь к спине сына. — Пригласить, хочет этого
Силла или нет?
— А хватит ли ей аристократизма, чтобы соответствовать голубым кровям
Уилстэков? — спросил Хью.
— Конечно, да. Ты же знаешь, что я не терплю этих снобистских разговоров.
— Значит, надо ее пригласить, ни о чем не спрашивая Силлу.
Хью явно не хотелось больше разговаривать, и миссис Уилстэк пришлось встать
и выйти. Как бы то ни был
...Закладка в соц.сетях
