Жанр: Любовные романы
Сердцеед
..., она пошла к двери. Черт возьми,
можно подумать, что ей снова семнадцать лет и она ждет парня, с которым
пойдет на вечер выпускников.
Лаки положила ладонь на ручку и мысленно представила себе улыбающегося Сэма
на крыльце. Нет, старая история никогда не повторится. Она приготовилась
улыбнуться в ответ и распахнула дверь.
И увидела посмеивающегося преподобного отца Холкома. В тенниске, спортивных
брюках и кроссовках
Найк
. Добродушного и приветливого.
Он протянул ей руку.
— Люсинда? Как ты себя сегодня чувствуешь?
Лаки сглотнула. Нет. Не может быть.
— Все отлично, преподобный отец. Чем я могу быть вам полезна?
На его лице появилось выражение недоумения.
— Мне? Ничем, конечно. Неужели Сэм не позвонил тебе?
Сэм. О Господи. Она покачала головой.
— Нет, преподобный отец, он не звонил. Отец Холком сделал шаг вперед.
— Думаю, что он просто забыл. Очень жаль. Но это не важно, я все
объясню по дороге на пикник. Ты готова?
На нее словно повеяло холодом. Нет. Нет. Нет. Только не это. Это не может
быть правдой. Это происходит не наяву.
— Пикник?
Добрейший пастор, похоже, растерялся. Секунду помолчав, он заговорил снова.
— Лаки, Сэм не может пойти с тобой. Он уехал по срочному вызову. Я
случайно встретил его, и он попросил меня заменить его. Он сказал, что ты
поймешь. Знаю, я не самый спортивный человек на свете, но я участвовал в
соревнованиях и не боюсь показаться смешным. Сэм сказал, что тебе просто
нужен партнер. Так что, Лаки, сегодня это я.
Лаки продолжала стоять на крыльце, не в силах вымолвить ни слова. А что,
собственно, можно на это сказать? У нее нет выбора. Она должна идти. Но
внутри она кипела от гнева.
Кем, черт возьми, Сэм Керк возомнил себя?
— По срочному вызову? Ха! — Она наконец обрела дар речи.
Спустившись с крыльца, она сделала несколько шагов к машине.
— Да, Люсинда. Одна из его пациенток. Девочка Хокинсов. Я точно не
знаю, что случилось, но, похоже, Мисси очень серьезно больна.
Лаки замерла на полпути. В следующий раз, когда она увидит Сэма Керка, она
убьет его.
— Мисси, уверяю тебя, никакой малярии у тебя нет.
— Но, Сэм. — Мисси поднесла ладонь ко рту и притворно
закашлялась. — Я прочитала описание симптомов в медицинской
энциклопедии и точно знаю, что у меня малярия.
— Ты слишком много читаешь. Клянусь тебе, это никакая не малярия.
Мисси изобразила новый приступ кашля.
— Ну хорошо, тогда, должно быть, это туберкулез.
Сэм скрестил руки на груди. Да что это с ним такое? Ведь когда преподобный
отец Холком показался в его дверях, настойчиво уговаривая поехать посмотреть
Мисси, он совершенно точно знал, прямо там, не сходя с места, что это всего-
навсего очередная попытка Мисси обратить на себя его внимание.
Но пастор был обеспокоен и сказал, что она очень плохо выглядит. Конечно,
доверчивого преподобного отца обвести вокруг пальца по силам даже ребенку,
не то что этой продувной бестии. Актриса из нее получилась бы хоть куда.
— Мисси, это не предмет для шуток. Ты не больна туберкулезом.
— Как ты можешь быть уверен? — Она захлопала глазами. Господи, и
что он раньше находил в этих наклеенных липких ресницах?
— Хорошо, если ты так хочешь, мы можем сделать анализы. Но поверь,
предположение, что у тебя туберкулез, несколько... хм, как бы это сказать...
беспочвенно. Полагаю, у тебя грипп. Самый обычный, простой, банальный грипп.
Она откинулась на подушки и закинула руки за голову.
— Сэм...
Он встал. Слишком хорошо ему были известны эти постельные позы.
— Прекрати это, Мисси.
— Сэм... А может быть, это дифтерия?
Ничего более абсурдного она спросить не могла. Сэм закрыл глаза и покачал
головой. Потом нагнулся и посмотрел ей прямо в глаза:
— Мисси, у тебя нет ни дифтерии, ни малярии, ни туберкулеза. У тебя
грипп.
А скорее всего ты вообще совершенно здорова, — подумал он. — Или
это какая-то разновидность недомогания из-за недостатка секса. Ты просто
привыкла добиваться желаемого всеми доступными тебе способами, но я не
намерен тебе в этом потворствовать
.
— Сэм, дорогой, я правда плохо себя чувствую. Может быть, ты приляжешь
рядом со мной и согреешь меня? Я вся дрожу.
Два месяца назад он не заставил бы просить себя дважды. Два месяца назад,
когда он только вернулся из Мемфиса, он не слишком церемонился с женщинами.
Два месяца назад даже Мисси Хокинс казалась ему чертовски привлекательной.
Но сейчас ее вид вызывал у него отвращение.
Если уж ему и нужна была чья-то постель, так это постель Лаки. А еще лучше,
чтобы она оказалась в его постели.
Навсегда.
Сэм отступил на несколько шагов.
— Мисси, пей побольше жидкости, отдыхай, ешь, когда захочется, принимай
что-нибудь жаропонижающее и позвони завтра в клинику, если не почувствуешь
себя лучше. Всего хорошего.
Он повернулся и вышел из спальни, чувствуя огромное облегчение.
Всю дорогу до места проведения пикника Лаки задыхалась от бешенства. Тени
прошлого больно ранили ее сердце. Черт возьми. Как она могла быть такой
глупой? Такой слепой? Такой наивной, чтобы думать, что Сэм будет вместе с
ней?
Ведь ей нужен был только один день. Только партнер. И он сам настаивал,
чтобы этим партнером был именно он. В конце концов она согласилась. И что
теперь?
Он снова унизил ее.
Но сама-то она чего ожидала? Сэм есть Сэм. Беззаботный, живущий одним
моментом. Неделю одна девушка, неделю другая.
Разрушитель сердец.
Черт возьми!
Заезжая на парковку около игровых площадок, она быстро взглянула на
преподобного отца Холкома. На самом деле он хороший человек. Вежливый.
Гладко выбритый. Образованный. В один прекрасный день он осчастливит какую-
нибудь женщину.
Но это будет не она.
Внезапно перед ее мысленным взором возник улыбающийся Сэм.
— О Боже мой!
— Что, Люсинда?
Лаки быстро отвела взгляд от преподобного отца.
— Нет, нет, ничего, просто подумала вслух. Мне еще столько всего нужно
сделать до начала.
— Да, да, я понимаю. — Он кивнул и выбрался из кабины грузовика.
Лаки уронила голову на рулевое колесо. Образ Сэма все еще не оставлял ее.
Все эти годы она сравнивала каждого встреченного мужчину с Сэмом. Она любит
его. И он любит ее. Или только говорит, что любит.
Глава 10
Поначалу все было благополучно. Уже прошли бег с яйцами в ложках,
соревнование с тележками, гонка
на трех ногах
и конкурс с желе, и наконец
начался бег в мешках. Время приближалось к двум часам дня.
Тут-то все и произошло. Преподобный отец Холком сломал ногу. Лаки не смогла
бы объяснить, как она умудрилась это сделать, но в случившемся, вне всякого
сомнения, была ее вина. Могла ли она чем-нибудь помочь ему? Например, быстро
выпрыгнуть из мешка, почувствовав, что он споткнулся? Или, может быть, ей
нужно было встать вторым номером, потому что так проще контролировать
происходящее, и она, возможно, смогла бы поддержать своего партнера, когда
он стал падать?
Господи... Должно быть, ему необходимо пить больше молока. Наверное, у него
дефицит кальция, и поэтому такие хрупкие и ломкие кости. Может быть, в конце
концов, она не так уж и виновата.
Но чувствовала она себя хуже некуда.
Вот почему Лаки забралась следом за пастором в машину скорой помощи и
поехала в больницу. Она решила, что останется вместе с ним до тех пор, пока
к нему не приедет кто-нибудь из друзей или родственников. Преподобный отец
попросил медсестру кому-то позвонить и сказал Лаки, что ей больше не нужно
сидеть рядом с ним, тем более что у нее есть обязанности на пикнике. Но она
твердо решила, что не уйдет, пока не удостоверится, что с ним все нормально
и о нем есть кому позаботиться.
Прошел почти час, прежде чем кто-то объявился. И когда этот кто-то возник в
двойных автоматических дверях приемного покоя скорой помощи, у Лаки отвисла
челюсть.
Перед ней была Мисси Хокинс во всей красе. С дразнящей прической. Идеальным
макияжем. Отполированными блестящими ногтями. Одетая по последней моде.
Да, это самый замечательный способ вытащить священника из неприятной
истории.
Лаки встряхнула головой. Надо перестать думать об этом, иначе она бог знает
до чего дойдет.
Она встала.
— Привет, привет. Отлично выглядишь сегодня, Мисси.
Та усмехнулась:
— Можешь быть свободна и отправляться на все четыре стороны. Я
позабочусь о Джоне.
О Джоне? Лаки как-то никогда не приходило в голову, что у преподобного отца Холкома есть имя. Джон?
— Да, Мисси. Полагаю, у тебя большой опыт в этих делах, и ты знаешь,
как заботиться о Джонах.
Черт побери. Кто ее за язык тянул? Глаза Мисси угрожающе сузились.
— Лучше занимайся своим делом, дорогая. Позаботься о том, что творится
у тебя под носом.
У Лаки возникло смутное подозрение, что она знает, к чему клонит Мисси.
— Под носом? Что ты имеешь в виду?
Та взглянула на свои ногти и смахнула приставшее перышко с облегающего
свитера.
—Ну, как тебе сказать... Позаботься о том, что творится у тебя по соседству,
так было бы вернее.
— А без обиняков не можешь сказать?
Мисси зевнула.
— Знаешь, милая, после того распрекрасного поцелуя в церкви я была
просто уверена, что Сэм получает от тебя в постели все, что ему нужно. Но
сегодня утром я начала сомневаться.
Нет, Лаки не позволит Мисси втянуть себя в это. Она не станет задавать ей
никаких вопросов по поводу утреннего отсутствия Сэма. Она не попадется в эту
грязную ловушку. Она не...
— А что произошло сегодня утром, Мисси?
Та склонила голову набок, несколько секунд задумчиво молчала и наконец
изрекла:
— Очень жаль, что приходится говорить тебе об этом, но Сэм только что
побывал в моей постели. Более того, мы были вместе практически все утро.
Думаю, тебе стоит знать об этом.
Нет, снова сказала себе Лаки, нет и еще раз нет. Она не позволит втянуть
себя в это. Она знала, к какого рода женщинам принадлежит Мисси. Она знала,
к какого рода мужчинам принадлежит Сэм.
О черт...
Лаки изобразила на лице самую приторно-сладкую улыбку, на которую только
была способна:
— Неужели?
— Ты мне не веришь? — Мисси снова захлопала своими проклятыми
ресницами.
Лаки усмехнулась:
— Конечно, верю, Мисси. Просто мне очень жаль бедного Сэма.
— Это почему?
— Это не имеет абсолютно никакого значения, но мне очень жаль беднягу
Сэма. — Лаки развернулась, вышла через автоматические двери и
направилась к парковке.
Мисси продолжала кричать ей вслед:
— Жаль? Ну так почему же?
Лаки знала, что любопытство съест Мисси живьем. Отлично. Она это вполне
заслужила.
А что касается ее дружка Сэма, то она просто убьет его, когда сможет до него
добраться.
Сэм подъехал к больничной стоянке в тот самый момент, когда Лаки выскочила
из дверей скорой помощи. Черт возьми. Она похожа на разъяренную кошку.
Добравшись наконец-то до пикника, он вначале долго и безуспешно пытался
разыскать свою подругу, пока краем уха не услышал, что преподобный отец
Холком сломал ногу, и тогда все-таки решился расспросить, где же Лаки.
Светловолосая девушка с прической
конский хвост
позвала Пинки, одетую в
яркую неоново-зеленую блузку, и та рассказала Сэму, что Лаки уехала вместе с
пастором в больницу. Она также попросила найти и привезти Лаки на пикник,
если с преподобным отцом все в порядке. Сэм с радостью согласился.
Он не мог дождаться момента, когда наконец увидит ее. Он должен убедить Лаки
в своей любви. Она действительно ему нужна.
Сэм медленно подъехал к Лаки и пристроился рядом. На ее лице было мрачное
выражение. Не важно, скоро благодаря ему там навсегда поселится улыбка. Он
открыл окно и высунулся наружу:
— Привет, дружище! Время — деньги. Давай садись, и я отвезу тебя на
пикник.
Лаки скользнула внутрь и захлопнула дверцу.
— Отвези меня к моему грузовику.
Сэм взглянул на нее. Она сидела нахмурившись, с каменным лицом и смотрела
прямо перед собой.
— А на пикник ты не собираешься возвращаться? Пинки сказала, что ты там
нужна.
— Они могут прекрасно справиться и без меня. Отвези меня к грузовику.
Сэм пытался не обращать внимания на лед в ее голосе, хотя уже чувствовал,
что начинает паниковать.
— Как там преподобный отец Холком?
— Отлично.
Сэм тронул ногой педаль, и они стали выезжать с парковки.
— Сложный перелом?
— Да, достаточно неприятный.
— Но с ним будет все нормально?
— Он выздоровеет.
— К нему кто-нибудь приехал?
Лаки бросила на него взгляд. Черт возьми. Проблема где-то здесь.
Несколько секунд Сэм не отрывал глаз от дороги, выезжая на шоссе в сторону
парка. Проклятие, что же ему теперь делать?
— С преподобным отцом все в порядке. Перелом прекрасно срастется со
временем. И конечно, к нему кто-то приехал. Кто-то, могу я добавить, кого ты
очень хорошо знаешь. Кто-то, с кем, насколько я понимаю, в последние месяцы
ты проводил очень много времени. Кто-то, с кем ты очень близко общался
сегодня утром. Кто-то, из-за кого ты не приехал на встречу со мной. И я тебе
этого никогда не прощу.
Лаки сказала это настолько холодно и равнодушно, что Сэм по-настоящему
испугался. Он проглотил комок в горле, повернул на ближайшую автозаправку,
остановился и выключил двигатель.
— Послушай...
— Нет, Сэм, это ты послушай. Если тебе хочется общаться с Мисси,
пожалуйста. Это меня совершенно не касается. Просто не подходи ко мне после
того, как ты ушел от нее. А лучше не подходи ко мне вообще, не говори, что
мы с тобой пара, не говори, что хочешь поцеловать меня, не посылай кого-то
вместо себя на встречу со мной. Никогда. Понял?
Сэм откинулся на спинку сиденья.
— Что?
— Не изображай невинность, Сэм. Я это ненавижу. Ты прекрасно знаешь, о
чем речь.
Он покачал головой:
— Я не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь.
— Нет, имеешь.
— Скажи мне, Лаки.
— Я не хочу это обсуждать.
— Послушай, давай перестанем играть в эти дурацкие игры. Объясни мне,
что случилось. О чем ты думаешь?
Вдруг он заметил слезы на ее глазах. Никогда раньше он не видел, чтобы она
плакала. Сердце Сэма сжалось.
— Лаки... Что тебя беспокоит?
— Ты был с Мисси сегодня утром.
Он утвердительно кивнул:
— Да, это правда.
Лаки отвернулась.
— Ведь преподобный отец Холком сказал тебе, что это был срочный вызов?
— Да, конечно, очень срочный. Не пытайся обмануть меня, я в эту ловушку
не попадусь.
— Я не пытаюсь обмануть тебя. Мне сказали, что Мисси плохо себя
чувствует.
Она повернулась к нему, ее глаза блестели от бешенства.
— Какого черта! Я ведь не дура, Сэм. Я же только что видела ее! Одетая
с иголочки, накрашенная. И кричит на всех углах, что провела утро в постели
с тобой...
Сэм протестующе поднял ладони:
— Эй-эй! Остановимся здесь. Я провел утро не в постели с Мисси!
— То есть ты хочешь сказать, что она лжет?
Он утвердительно кивнул.
— И ты надеешься, что я тебе поверю?
— Да. Она солгала тебе, как солгала сегодня утром, что больна.
Лаки открыла рот... и снова его закрыла.
— Послушай, — снова мягко начал Сэм, — кому ты больше веришь?
Мне, своему лучшему другу, или Мисси Хокинс, у которой всегда была репутация
лгунишки?
Она задумалась и через секунду кивнула:
— Да, Сэм, я верю тебе.
Он почувствовал огромное облегчение.
— Давай я расскажу тебе, что произошло. — И он поведал ей всю
утреннюю историю. Лаки ощутила, как напряжение покидает ее.
— То есть это очередной фокус Мисси. Я был далек от мысли подвести тебя
сегодня. Я не хотел этого. Черт возьми, да я ведь пытаюсь ухаживать за тобой
в последнее время. Неужели ты думаешь, что я способен на подобные грязные
поступки?
Лаки покачала головой и посмотрела в сторону, ее глаза по-прежнему были
полны слез.
— Не знаю, — ответила она, — я не уверена в тебе.
— Послушай, думаю, тебе известно, какие чувства я к тебе испытываю. По-
моему, я достаточно часто говорю тебе об этом. Давай покончим с этой
историей.
Она подняла голову и несколько секунд смотрела ему прямо в глаза:
— Сэм, есть еще одна вещь, которую я хотела бы обсудить.
— Да, конечно.
— Я хочу, чтобы ты знал: мне было больно, когда ты не пошел со мной на
вечер выпускников. Мне было больно и сегодня утром, когда на своем крыльце я
увидела преподобного отца Холкома, который сказал, что ты послал его вместо
себя на пикник. Я не хотела бы снова когда-нибудь оказаться в такой ужасной
ситуации. Ты понимаешь меня?
На секунду воцарилась тишина. Вечер выпускников? В голове Сэма промелькнуло
далекое воспоминание. О черт...
— Лаки, я... я не знаю, что тебе сказать. Неужели это все еще огорчает
тебя?
На самом деле он до сегодняшнего дня не знал, как она восприняла тот его
поступок. Они никогда это не обсуждали. Она, похоже, рассердилась.
— Поехали на пикник, Сэм. Забудь об этом.
— Нам надо об этом поговорить.
— В другой раз. Сейчас я не готова. Поехали.
Сэм неуверенно посмотрел на нее и решил все-таки оставить вопрос на потом.
Единственное, что он понял, — между ними было что-то, что Лаки
тщательно скрывала, что беспокоило ее уже много лет. И ему придется
потратить гораздо больше усилий, чтобы завоевать ее, чем казалось сначала.
Проблема была совсем не в инциденте с Мисси Хокинс сегодня утром. Он
причинил ей боль когда-то очень давно. И она по-прежнему не доверяет ему.
Лаки трудно было бы сформулировать, что она чувствует. Пожалуй, хорошо, что
она наконец позволила столь долго мучившим ее вопросам вырваться наружу и
решилась-таки обсудить старую проблему с выпускным вечером. Но при этом она
ощущала себя глупо — и в самом деле, как можно в течение стольких лет думать
об одном и том же? Это было почти... по-детски.
Черт возьми. Она же взрослая женщина. Она должна быть выше подобных мелочей.
Он еще решит, что она всего-навсего перезрелый подросток.
Ну что ж, теперь с этим уже ничего не поделаешь. Та старая история
действительно беспокоила ее. Тогда она была страшно рада, что до конца
каникул он уехал в летнюю школу. Рада, потому что, боясь нового унижения, не
смогла бы спокойно встречаться с ним.
Но она все-таки испытала это унижение сегодня утром, когда увидела
преподобного отца Холкома на ступенях своего крыльца. А затем при встрече с
Мисси.
Ну что же, она теперь большая девочка. И она в состоянии отделить прошлое от
настоящего.
Лаки попыталась прислушаться к собственным чувствам. Да, эта старая история
больше не волнует ее. Она испытала огромное облегчение, осознав, что Сэм
говорит ей правду. Он не хочет Мисси Хокинс, она не нужна ему.
Он хочет ее, Лаки.
Может быть, он действительно любит ее.
Но что самое страшное — она, без сомнения, любит его.
Не успела Лаки вернуться на пикник, как на нее тут же накинулась Пинки,
схватила за руку и потащила к регистрационному столу.
— Черт тебя побери! Где тебя носит? Немедленно иди сюда! Где призы?
Куда ты подевала волейбольные мячи? Кого из судей ты пригласила? Пока, во
всяком случае, еще никто не пришел! Соревнование должно начаться через
десять минут, а у нас еще ничего не готово! Рик просто в бешенстве! Он тебя
убьет!
Лаки оглянулась на Сэма, выбирающегося из машины, слабо улыбнулась ему,
пожала плечами и попыталась унять Пинки.
— Успокойся. Мячи лежат у Мэтта в грузовике, мы их туда еще вчера
вечером положили, и он об этом прекрасно знает. Призы у меня, в кабине
грузовика. Не класть же их на самое видное место? Мы их потом оттуда
заберем. Судьей будет Хэнк Снайдер, а он всегда приходит вовремя, ни минутой
раньше, ни минутой позже, так что он не опаздывает, не беспокойся. С ним
будет еще один человек. А по поводу Рика — ты же знаешь, он приходит в
бешенство каждые пять минут.
Господи! Ну почему они ничего не могут организовать без нее? Почему, если ее
нет рядом, они не могут договориться даже друг с другом? Похоже, и Мэтт, и
Пинки чувствовали себя совершенно беспомощными. Ей нужно было вернуться
минимум час назад.
— Просто расслабься, Пинки, хорошо? Все будет в порядке. Участники
команд уже зарегистрировались? Все получили форму? С правилами ознакомились?
— Да, да и еще раз да. — Пинки ворошила какие-то бумаги.
— Все знают, когда начало? Знают, когда нужно сюда прийти?
— Да, да. — Пинки кивнула. Лаки усмехнулась:
— Значит, теперь я больше не нужна? Я могу идти?
— Да ты что! Что значит
больше не нужна
?! А если что-нибудь пойдет не
так? Что, если...
Пинки смотрела на нее почти с ужасом. Лаки положила руку ей на плечо:
— Расслабься, подруга. Все будет хорошо.
В этот момент раздался резкий пронзительный свист. Она взглянула на часы.
Четыре. Пора начинать. На площадке появился Хэнк Снайдер. Она собрала две
первые команды — самих участников, их друзей и родственников, пришедших
поболеть, еще раз объяснила правила, представила всем Хэнка в качестве
судьи, чьи решения не подлежат обжалованию, и соревнования наконец начались.
Когда мяч первый раз перелетел через сетку, она мельком взглянула влево и
увидела Сэма, с улыбкой наблюдающего за ней. Ее охватила дрожь, пробежавшая
по всему телу и замершая где-то в горле. Ей нравилось, когда он смотрел на
нее с этой сексуальной ухмылочкой. Безумно нравилось.
Четыре часа пролетели незаметно. Лаки стояла около регистрационного стола и
заполняла бумаги, когда сзади к ней внезапно подошел Сэм и обхватил за
талию. Она подпрыгнула, развернулась в его руках и недоуменно уставилась на
него.
— Соревнования закончились. Поедем домой.
И в постель, хотелось ему добавить, но он сдержался. Он взглянул ей в глаза,
обнял покрепче и притянул к себе.
— Куда ты торопишься?
— Ну, я бы не хотел оставлять Картошку и Джей-Джея надолго одних. Ты
знаешь, в какую историю они могут влипнуть.
— Нам надо было взять их с собой. Обоих. Они вполне могли погонять
здесь мяч.
Сэм кивнул. Да, он мог бы взять их с собой, но эта так называемая болезнь
Мисси перевернула все его планы, так что он предпочел, чтобы Картошка и Джей-
Джей все-таки остались дома.
— Что ж поделаешь, так получилось. — Он наклонился и прижался
носом к щеке Лаки.
Она снова подпрыгнула, отстранилась и уперлась руками в его грудь:
— Сэм, я на работе. Он отпустил ее.
— Когда ты заканчиваешь?
— Примерно через час.
— Могу я отвезти тебя домой?
Она посмотрела на него в нерешительности.
— Сэм, здесь мой грузовик. И мне, наверное, придется задержаться. Ты
поезжай домой когда захочешь, хорошо? Я потом приеду, и мы сможем обсудить
все наши проблемы, если в этом есть необходимость.
Сэм думал об этом. Он может остаться здесь и помочь Лаки. Но наверное, все-
таки лучше вернуться к Джей-Джею. Накормить его ужином и отправить спать. А
потом дождаться возвращения Лаки. Тогда, возможно...
Внезапно его осенила великолепная идея.
— Это был долгий день, Лаки, полагаю, мне лучше поехать домой. Может
быть, увидимся позже.
При этих словах на его лице появилась лукавая улыбка, но он ничего не мог с
этим поделать.
Лаки оторвалась от бумаг, уложенных в коробку из-под призов, поправила
выбившуюся прядь и посмотрела на Сэма. Господи, как же она устала! Так
устала! Она мечтала о горячей ванне, полной воздушных пенящихся пузырьков, о
массаже и о каком-нибудь волшебном расслабляющем напитке...
— О'кей, Сэм, увидимся позже.
Она повернулась, подхватила коробку с оставшимися призами и поставила ее
себе на бедро. Сэм слегка помахал рукой, собираясь уходить.
— Позже, Лаки.
Но это
позже
очень скоро наступит.
— Сэм?
— Да?
— Спасибо, что ты приехал сегодня. Даже несмотря на то что все пошло не
так, как мы планировали. Я была рада видеть тебя здесь. — Лаки устало
улыбнулась.
— Никаких проблем. — Он улыбнулся в ответ.
Никаких проблем, абсолютно.
Лаки освободилась только поздним вечером. Настолько поздним, что предпочла
отказаться от ужина в компании Мэтта и Пинки и поехала домой. Она совершенно
выбилась из сил.
Подъезжая к дому, она улыбнулась и покачала головой. Какой странный сегодня
был день. Все шло не так, как должно было идти. Преподобный отец Холком
сломал ногу. К нему приехала Мисси. Сэм целый день глядел на нее с этой
своей многозначительной улыбкой. Пинки строила глазки М
...Закладка в соц.сетях
