Жанр: Любовные романы
Не увянут цветы
...ужу все.
Уже под утро они поднялись в спальню, где любили и ласкали друг друга, и в
конце концов Линда заснула в объятиях Ралфа.
Вечером, когда сгустившиеся сумерки окрасили комнату в мягкие серые тона,
Ралф объяснил свое пристрастие к свежим цветам, и голос его при этом был
полон печали.
- Мой отец ни разу в жизни не подарил маме ни милого пустяка, ни даже
цветка. Мы с братом часто собирали для нее полевые ромашки по дороге домой
из школы, и как же она, бедняжка, радовалась! Мама очень дорожила этими
знаками нашего внимания и не решалась их выбросить, пока цветы совсем не
засыхали. Став взрослым и немного разбогатев, я каждую неделю посылал ей
букеты, независимо от того, в какой части света находился. — Ралф
замолчал, погрузившись в невеселые воспоминания.
- Не продолжай, дорогой, не надо. Мне нет больше дела до цветов.
- Нет, я закончу. — Он тепло улыбнулся. — Мне следовало все
объяснить тебе много раньше, но даже сейчас трудно рассказывать об этом.
Однажды я позвонил в ее дверь, когда был в родном городе проездом, и нашел
маму уже мертвой. Она скончалась днем раньше от сердечного приступа.
Комната, где она лежала, была полна букетов. Засохшие, мертвые, они
заполняли собой все пространство, там были все букеты, что я присылал, и
куча моих поздравительных открыток. Когда я навещал ее, то никогда не
заходил в спальню. — Он покачал головой, словно пытаясь прогнать
воспоминание. — Мертвые цветы и лежащая среди них мертвая мама —
мне никогда этого не забыть. А она выглядела такой умиротворенной, даже
счастливой. Вот такой парадокс.
- Но твои цветы наверняка были для нее источником радости. —
Линда легонько коснулась его плеча. Картина, нарисованная Ралфом, так и
стояла у нее перед глазами.
- Что ж, возможно, ты права. — Он пожал плечами. — Мне же
это всегда казалось очень грустным, как впустую прожитая жизнь.
- Ну, многое зависит от того, как на это посмотришь.
- Наверное. — Ралф задумчиво провел рукой по ее шелковистым
волосам. — Мы можем теперь ехать домой. Наконец-то.
- А миссис Хьюстон?
- Последние двадцать четыре часа провела в своем доме. — Ралф
смотрел на жену с самым невинным видом. — Именно это я и хотел сказать
тебе вчера вечером, когда пришел в ресторан. Остин должен был позвонить ей и
сообщить, что ты уехала со мной.
- Но ты же ничего мне не сказал! Я ведь должна была вернуться туда
прошлой ночью!
- Только через мой труп. У меня было предчувствие, что другого шанса
узнать всю твою подноготную больше не представится.
- А, так ты воспользовался ситуацией?! — притворно возмутилась
Линда. Уголки губ у нее дрожали от еле сдерживаемого смеха.
- Совершенно верно. — В переливах низкого бархатного голоса не
было и тени раскаяния. — Я был доведен до отчаяния. А теперь пора
отправляться домой, миссис Бьюмонт, в Лондон. Но сначала...
На этот раз они занимались любовью медленно, с наслаждением. Глаза Ралфа
лучились счастьем, а большое мускулистое тело переполняла страстная сила.
Линда трепетала от восторга. Нежные ласки доводили ее до безумия.
Прошлое, будущее — какое все это имело значение? Реальным и
единственно важным был Ралф.
10
Спустя три дня после возвращения в Лондон Ралф отправился в деловую поездку,
отложить которую, как он объяснял, было невозможно. Общение супругов
приобрело отныне горько-сладкий привкус. Оба знали, что их ожидает
безрадостное будущее: жизнь, полная любви, спрессуется для них в несколько
коротких лет.
Линда сидела в саду. Звуки Большого Лондона почти не достигали обширных
владений. Лишь иногда вой полицейской сирены проникал в царящее здесь
ленивое безмолвие. Стояла жара, и синоптики не обещали, что в ближайшие дни
она пойдет на спад.
Сквозь дремоту Линда наблюдала, как вьются вокруг цветов мотыльки, трепеща
крылышками в сумеречном воздухе. Ей казалось странным, что, хотя она и
переложила на плечи Ралфа тяжкий груз знания о своей болезни, ужас и боль не
оставили ее, уживаясь с куда более комфортным состоянием и возвращенными
радостями бытия. Правда, она не могла знать наверняка, что готовит ей
будущее, Ралф постоянно внушал ей это, как и то, что все беды они встретят
вместе. И на данный момент Линде этого было достаточно.
Она взглянула на изящные золотые часики на своем запястье. Девять часов.
Завтра в это время Ралф уже будет дома, если не случится ничего
непредвиденного. Он уехал только утром, но Линда уже соскучилась. Она
откинулась на спинку огромного плетеного кресла и закрыла глаза.
Он любит меня. Больше, чем мне представлялось. Можно на какое-то время смело
забыть свои сомнения и страхи, но мне хочется, о, как хочется, чтобы
расставание наступило не скоро. Те несколько лет, что нам остались, кажутся
до боли коротким отрезком времени. Лучше бы не знать ничего о болезни, тогда
бы не было так мучительно тяжело. Если бы это случилось неожиданно, как
несчастный случай...
- Здравствуй, спящая красавица.
Горячий поцелуй быстро пробудил ее от дремоты, в которую Линда погрузилась,
и она, широко открыв фиалковые глаза, встретила сияющий взгляд Ралфа.
- Любимая моя...
Он схватил ее на руки, прежде чем она успела вымолвить хоть слово, и стал
кружить в каком-то лихорадочном волнении снова и снова, пока она не
запросила пощады.
- Не надо больше...
Он оборвал ее протест еще одним, столь же страстным поцелуем, потом поставил
на землю, не выпуская из объятий.
- Ты же собирался вернуться лишь завтра.
Линда с тревогой посмотрела на мужа. Он выглядел необычайно возбужденным, его прямо-таки распирало.
- Я должен кое-что рассказать тебе.
У него немного дрожал голос. Но, взглянув в его торжествующие глаза, Линда
поняла, что бояться нечего. Ралф привез хорошие новости.
- Сядь, пожалуйста. Лучше, чтоб ты сидела, и не говори ничего, пока я
не закончу. Обещаешь?
Ралф увлек Линду на мягкую траву, нисколько не заботясь о своем дорогом
костюме. Она только молча кивнула, не сводя глаз с любимого лица.
- Я ездил к Мегги.
- Ралф! — взвилась она, как ошпаренная кошка. — Ты же
обещал не делать этого, по крайней мере сейчас, когда я не могу даже
подумать о ней спокойно.
- Тебе и не нужно о ней думать. — Он опять усадил жену рядом с
собой. — Я просто хотел разузнать подробности, имена врачей, чтобы
навести справки. Ведь под лежачий камень вода не течет. Что ж, деталей я не
выяснил, зато узнал главное. — Он взял в ладони ее встревоженное лицо
и нежно улыбнулся. — У тебя нет и не может быть этого заболевания, ты
в полной безопасности, тебе ничего не угрожает!
- Что? Что ты сказал?
- У тебя нет этой болезни, радость моя, я все проверил. — Он
смотрел на ее потрясенное лицо и видел, что Линда близка к обмороку. —
Я глупец, дорогая, надо было как-то подготовить тебя, чтобы хоть ненамного
смягчить шок, но не смог сдержаться.
В ушах у Линды звенело, и она оперлась на плечо мужа, чувствуя болезненную
слабость, разлившуюся по телу. Этого не может быть! Разве могут сбыться
сразу все мечты, все тайные надежды последних месяцев!
- Позволь же я все расскажу с самого начала. А ты помолчи пока.
Его сильные и такие надежные руки обняли ее, и Линда молча кивнула и затихла
с сильно бьющимся сердцем. Нельзя расслабляться ни на минуту. Тут наверняка
какая-то ошибка.
- Я выехал сегодня в Шотландию, накануне договорившись о встрече с
мужем Мегги. Она не должна была меня видеть. Да и, сказать по правде, после
всего, что я узнал от тебя, мы с ней вряд ли бы поладили. Я встретился с
Питером во время ланча в отеле, что недалеко от их дома. Он хороший,
достойный человек.
Линда молча кивнула.
- Дорогая, насколько важно для тебя сознавать, что Мегги твоя родная
сестра?
- Что?! — Она резко вскинула голову и, подумав, призналась:
— Я и сама теперь не знаю. Так много всего произошло, раньше это было
важно, теперь вряд ли.
- Ну, Мегги-то до тебя и вовсе дела нет. А вот то, что я скажу сейчас,
может причинить тебе боль: люди, которых ты считала родителями, на самом
деле таковыми не являются.
- Я что-то ничего не понимаю. — Линда озабоченно терла виски,
силясь сосредоточиться, но мысли упорно разбегались.
- Сейчас объясню. Примерно через три года после рождения Мегги у ее
матери появились симптомы страшной болезни. Она обратилась к врачам, и
худшее подтвердилось. Родителям Мегги хотелось иметь еще детей, но поскольку
это было невозможно, то всю свою заботу они сосредоточили на ней, бесконечно
балуя девочку. Затем, когда той исполнилось семь лет, близкая подруга ее
матери забеременела. Муж этой подруги в то время находился в длительной
командировке где-то на Востоке. Видимо, женщина не решилась сделать аборт,
но и ребенка оставить тоже не могла, так что... — Ралф нежно погладил
Линду по щеке. — В общем, разработали план, не совсем законный.
Заговорщики укатили в длительный вояж по Латинской Америке, и там родилась
ты. И когда, вернувшись в Англию, мать Мегги заявила, что у нее родилась
вторая дочь, никто не усомнился в этом. Мать Мегги не могла нарадоваться
младенцу, подруга вернулась домой, и ее муж так ничего и не узнал. Все были
счастливы. Все, кроме Мегги. — Ралф внимательно посмотрел на Линду.
— По-видимому, ты уже тогда была необыкновенно красива, и в тебе было
все, что любая мать хотела бы видеть в своей дочери. Из того, что рассказал
мне Питер, я понял, что родители стали откровенно пренебрегать Мегги, и это
сделало ее черствой, если не жестокой. Я даже думаю, что ее заболевание
прогрессировало благодаря нервному расстройству.
- О, Ралф, как ужасно! — Несмотря на теплый вечер, у Линды прошел
мороз по коже.
- Да, ужасно. — Теперь он говорил жестко. — Для Мегги
человек человеку волк. Питер знает, что у нее еще и душевное расстройство,
но все равно не мог поверить в то, что она наплела тебе. Когда он спросил
жену, почему ты выбежала вся в слезах, Мегги объяснила, что тебя расстроила
ее болезнь и плохое состояние. Она упивается ненавистью, живет ею, но Питер
останется с ней до конца. — Ралф помолчал немного, давая Линде
возможность немного прийти в себя, затем спросил: — Ты хочешь увидеть
фотографию своей матери?
- А у тебя есть? — Ее лицо осветилось надеждой. — Она жива?
- Нет, Линда, мне очень жаль. Она погибла вскоре после того, как родила
тебя. Какой-то несчастный случай. Кстати, из-за этого мать Мегги
окончательно убедила себя, что является твоей настоящей матерью, ты стала
принадлежать ей безраздельно. — Ралф мягко вложил в руку жены
фотокарточку.
- Это же я. — Линда взглянула на красивое улыбающееся лицо
молодой женщины, и легкий холодок пробежал у нее по спине.
- Потрясающее сходство, да? Линда, ты понимаешь, что все это значит?
Будущее опять принадлежит нам! Мы можем делать все, что захотим. Никаких
кошмаров ни во сне, ни наяву. Ты снова станешь сама собой.
- Но я теперь не знаю, кто я. Это странное чувство.
- Ты — моя жена. — Ралф нежно поцеловал ее. Страсть
прорвалась наружу, как только он почувствовал ответную реакцию жены. —
И ты будешь матерью наших детей. Наконец-то ты обрела себя. Обстоятельства,
в которые ты попадала, сформировали твою личность. Ты сильная, смелая и
начисто лишена эгоизма. Ты мое чудо, моя красавица, моя Линда, и я люблю
тебя больше жизни.
Она чувствовала, как слезы заливают ей лицо, но не могла объяснить, почему
плачет. То ли из-за родителей, никогда не бывших ее родителями, то ли из-за
сестры, которая также не была сестрой, то ли из-за матери, изобретательно от
нее избавившейся. Только Ралф... Ралф был ее семьей с самой первой минуты их
встречи. С ним ее жизнь обретала смысл.
- Я хочу зачать ребенка как можно скорее, дорогой! — воскликнула
Линда, покрывая лицо мужа поцелуями и чувствуя нарастающее желание. —
Это первый день нашей новой жизни. У нас непременно будет куча щекастых
карапузов мал мала меньше. Я хочу заниматься любовью дни напролет. —
Она счастливо рассмеялась сквозь еще не высохшие слезы. — И ночи тоже!
- Звучит заманчиво. — Видя радость жены, Ралф облегченно
вздохнул, лицо его просветлело. — Но мы останемся здесь. Пусть ребенок
будет зачат под счастливой звездой и небо станет тому свидетелем.
Линда задыхалась от желания. Огромный груз свалился с ее плеч. Она поняла
главное, что на самом деле давно было очевидным: в объятиях мужа ей не
страшны никакие беды, таковых просто не может быть, когда Ралф рядом.
Она отдалась во власть чувств, зная, что все, даже самые сокровенные, ее
мечты обязательно осуществятся.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее
удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с
законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме
предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не
преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует
профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и
частным лицам.
Lauren WINBERRY 1972 OCR — Вера
Spellcheck — УДК 820 ББК 84(4 Вл) У37
Уинберри Лорен
Не увянут цветы: Роман/Пер, с англ. Т.Б. Мотовиловой. — М.:
Международный журнал
Панорама
, 1998. — 192 с.
ISBN 5- 7024-0407-6
ББК 84(4 Вл)
© Winberry Lauren, 1972
© Мотовилова Т.Б. Перевод на русский язык, 1998
© Оформление. Подготовка текста. Международный журнал
Панорама
, 1998
Закладка в соц.сетях
