Жанр: Любовные романы
Огненная буря
... моря. — По-моему,
в состоянии бездействия
означает, что он спит.
— Да. Будем надеяться, что ему всегда хорошо спится. Мне совершенно не
нравится мысль о том, что он может проснуться.
— Я думал, вы любите сражения, — безжалостно придрался он к ее
словам совершенно по-взрослому.
— Мне не нравится сражаться, но если сражение все-таки состоится, я не
убегу. Как бы там ни было, — добавила Алисса, — мне совсем не
нравится мысль о том, что придется сражаться с извергающимся вулканом. Будем
надеяться, что он будет спать и дальше.
Неожиданно Джеймс весело улыбнулся, она поняла, что он над чем-то
размышляет. Он был совершенно спокоен, и ей было неприятно осознавать, что в
этой маленькой умной голове творилось что-то, чего она не знала.
Положительный результат этого похода — он с ней разговаривал. Это была
осторожная попытка, кое-что он говорил для того, чтобы подловить ее на чем-
нибудь, но тем не менее он говорил.
Киран наблюдал за началом похода на пляж. Не отрываясь, он смотрел через
открытое окно на своих детей и красивую, немного раздражавшую его женщину,
которая шла мерным шагом, неся корзинку для пикника, а Салли бежала за ней
вприпрыжку, словно довольный щенок. Его дети не привыкли испытывать
удовольствие. Он не мог им этого доставить, несмотря на всю свою любовь к
ним.
Джеймс шел молча, сама его осанка указывала на его тщательно продуманную
позицию по отношению к происходящему. Алисса Брент не сможет перебороть
Джеймса, и Киран подумал, существует ли вообще женщина, которая в силах
перебороть его? Мягкий и добрый человек почувствовал бы на себе его
презрение. Джеймс будет конфликтовать с каждым, кто станет им командовать.
Что нового привнесет в его жизнь эта новая деталь? Киран нахмурился,
наблюдая за ее грациозной походкой, и был крайне раздражен, когда обнаружил,
что пристально рассматривает стройную фигуру. Он вспомнил ее слова,
рассекшие воздух резко и ясно, словно удар ножа:
Вы мне не нравитесь,
мистер Темпест
.
Он почувствовал себя уязвленным. Его недолюбливало множество народу, но
Алисса Брент находилась слишком близко от него, чтобы относиться к этому
спокойно. И все-таки Киран нанял ее не из-за ее красоты. Ее пребывание здесь
означает еще одну пару зорких глаз. Наверное, женщина-полицейский справилась
бы с этой работой гораздо лучше, но ему нужна была учительница для детей, а
он не сомневался, что Алисса Брент очень хорошая учительница. Во всяком
случае, уже ничего нельзя изменить. Они пробудут здесь, пока он не выяснит,
где находится Карл, и не найдет по его следам Синтию. Теперь все пришло в
движение. Еще несколько дней — и он будет знать все. Задействованы были все,
кто был у него в запасе, и даже те, кто не был. А пока ему придется общаться
с Алиссой Брент, да и Джеймсу тоже, хочет он того или нет.
Киран отвернулся от окна и нахмурился, когда понял, насколько она действует
ему на нервы. Вдруг ему захотелось, чтобы она была безобразной и аляповато
одетой, а не обладала длинными ногами, бархатистой кожей и стройной фигурой.
Ему придется не обращать на нее внимания, но это так же опасно, как пытаться
не замечать грозный вулкан.
Лишь когда они вернулись в дом, Алисса поняла, что они постоянно находились
под наблюдением. Было очевидно, что садовник работал так, чтобы постоянно
видеть их. Мгновенное недовольство Алиссы стихло, когда она поняла, что они
прибыли сюда ради безопасности и что Киран был вынужден предпринять все
меры, которые показались ему необходимыми, чтобы им ничто не угрожало.
Это была удачная прогулка. Джеймс говорил мало, но его лицо уже не было
таким непроницаемым, как раньше, а время от времени он с интересом смотрел
на нее, вместо того чтобы выказывать откровенную враждебность, как это было
в самом начале.
Укладывая Салли, она поцеловала ее, но двинувшись с таким же намерением к
Джеймсу, Алисса встретилась со взглядом его темных глаз, предупреждавших,
что ничего хорошего из этого не получится. Алисса улыбнулась и взъерошила
его волосы. Она была готова ждать более удобного случая. Оглянувшись у
двери, она заметила на лице Джеймса улыбку, хотя тот и закрыл глаза, явно
нарочно.
Подготовившись к обеду, Алисса поняла, что загорела. Ее лицо покрывал
румянец, делавший глаза более яркими, а кожа приобрела здоровый оттенок. Еще
несколько дней на пляже — и у нее будет такой вид, будто она была в отпуске
на дорогом курорте. Но дела обстояли так, что это было скорее укрытие до тех
пор, пока Киран не уладит проблему. Алисса понятия не имела, когда это может
случиться. Она не знала, какие шаги он потихоньку предпринимал, но могла
себе представить, что он не просто сидит на острове и прячет голову в песок.
Такое поведение не в его характере.
Алисса до сих пор не могла понять, что у него за характер. Единственное, что
она знала, так это то, что он не робот, как она думала раньше. Иногда в его
взгляде появлялось нечто напоминавшее печаль. Это всегда трогало ее и
заставляло сожалеть о своих поспешных высказываниях.
Иногда он неожиданно смеялся, как будто находил смешным то, что она делала.
В такие моменты он не выглядел бесчувственным, и она всегда ловила себя на
том, что судила о нем неправильно. Иногда он ее просто бесил. Алисса не
понимала Кирана.
Глава 5
Алисса решила, что во время обеда попробует вести себя весело. Это было
лучше, чем весь день бояться предстоящего вечера, когда дети улягутся спать.
Она понимала, что у нее есть только два выхода из создавшейся ситуации:
поесть и удрать к себе в комнату или разговаривать с работодателем. Алисса
совершенно не собиралась пытаться смягчить его, сделать чуть более
разговорчивым, она прекрасно осознавала, что это невозможно. Но ради
собственного спокойствия будет лучше немного подчиниться ему и не продолжать
вести себя агрессивно и вызывающе. Легкое синее платье было чрезвычайно
женственным, но каким-то скучным. Обычно она надевала это платье вместе с
туфлями на высоких каблуках, пестрым летним пиджаком и огромными серьгами.
Сегодня же надела изящные сандалии и не стала надевать серьги.
Рассматривая себя в зеркале, она вздохнула. Слишком скромно и совершенно не
в ее стиле. Ей придется говорить мягче и вообще вести себя в соответствии со
своим внешним видом. У нее были кое-какие опасения на этот счет, но
попробовать стоило.
Киран заметил ее более женственный наряд и, что немаловажно, изменение в ее
поведении, как только она вошла в комнату. Он окинул ее подозрительным
взглядом, и Алисса тут же поняла, что совершила большую ошибку. Этого
человека нельзя перехитрить, и она поступила глупо, подумав, что может быть
иначе.
И все-таки она одевалась, чтобы сыграть роль, и не откажется от этой идеи
без попытки. Он ел молча и не обращал на нее никакого внимания.
— Сегодня мы прекрасно провели время на пляже, — весело объявила
она, когда тишина стала действовать ей на нервы.
— Хорошо.
— Джеймс разговаривал со мной, — упорно продолжила она, не
выказывая признаков недовольства.
— Я и не ожидал, что он продолжит проявлять агрессию. Для восьмилетнего
мальчика он ведет себя достаточно холодно, но обычно он исключительно
вежлив.
— Я совсем не имела в виду, что он вел себя агрессивно, — сказала
Алисса, возвращаясь к своей обычной резкой манере высказывания. — Я
просто говорю о прогрессе, выражающемся в том, что он стал говорить со мной
более или менее нормально.
— Я не сомневался, что ситуация изменится в лучшую сторону, мисс Брент.
У вас безупречная репутация. Хороший учитель всегда найдет общий язык с
воспитанниками. Именно поэтому я выбрал лучшее из того, что было.
— Я думала, вы выбрали меня из-за моего горячего нрава, —
напомнила ему Алисса, еще более удивленная его манерой поведения и
достаточно покровительственным отношением.
Он взглянул на нее так, словно рассматривал новую мебель.
— Наверное, я ошибся. Сегодня вы выглядите как угодно, только не
горячо. Вы выглядите явно женственно.
— Наверное, это как-то связано с тем, что я женщина, — огрызнулась
Алисса, не в силах вести себя мирно.
— Кажется, вы это искусно подчеркиваете, мисс Брент. Никаких украшений,
короткое легкое платье, скромная прическа. — Он изобразил нечто, что
она восприняла как отвратительную улыбку. — Вы, случайно, не собирались
меня задобрить?
— Я всего лишь пытаюсь соблюдать приличия. С вами это невозможно. Да я
и не буду больше пытаться. Спокойной ночи, мистер Темпест!
Алисса встала и вышла из комнаты, оставив блюдо недоеденным. Либо есть и
давиться, либо бросить все это в его высокомерное лицо. Его прекрасно
характеризовало слово
отвратительный
. Она в жизни не встречала никого,
столь отвратительного. Насколько она могла заметить, он нисколько не
покраснел. Он мог быть красивым, как черт, но совершенно отвратительным по
характеру.
Алисса влетела к себе в комнату и скинула сандалии. Ей пришлось
сдерживаться, чтобы не швырнуть ими в стену. Она чувствовала себя
разъяренной и глупой: как ни пытайся быть дружелюбной, в его глазах это
будет выглядеть как слабость или, что еще хуже, какая-то уловка. Наверное,
он влачит совершенно жалкое существование, если рассматривает всякое
дружелюбное приближение как уловку.
Алисса недовольно поморщилась. Разумеется, он не влачит жалкое
существование. Он богат, как Крез, все склоняются перед ним и потворствуют
каждой его прихоти. Алисса вышла на балкон и стояла, вглядываясь в ночь.
Ночь была бархатно-темной, ароматной и горячей. Море двигалось у берега
мерцающим ковром, волны с серебристыми краями светились в неярком свете
луны. Все было красиво и мирно. По крайней мере было бы мирно, если бы ей не
пришлось иметь дело с этим хитро устроенным человекообразным роботом. Слева
от нее небо окрасил красный отсвет, в ночном воздухе разнесся легкий запах
дыма. Вулкан шевелился во сне, а она знала о вулканах слишком мало, чтобы
понять, нужно опасаться или просто проявлять интерес. Алисса не понимала,
значит ли что-нибудь этот огонь.
Она успокоила себя тем, что на склонах вулкана находятся деревни, а там
никто не проявлял признаков беспокойства. Наверное, так происходит все
время.
Огонь показался снова. Трепещущий красный отсвет сопровождался белым дымом,
хорошо видным на темном небе. Алисса почувствовала настоящую тревогу. Вулкан
внушил ей беспокойство с первого взгляда. Что бы она ни делала, он,
казалось, присутствовал в глубине ее сознания как некое предостережение, и
она не могла рассматривать его как часть пейзажа.
Стук в дверь заставил Алиссу почувствовать себя виноватой. Она искренне
надеялась, что это не Марта Грегсон, которая пришла спросить, не заболела ли
она, увидев, что ужин оставлен почти не тронутым.
— Войдите, — осторожно произнесла она, торопливо пытаясь найти
объяснение своему стремительному уходу из столовой.
Она не успела сказать ни слова, как Киран вошел к ней в комнату, захлопнув
за собой дверь.
— Если вам угодно поговорить со мной, я с удовольствием прошла бы в ваш
кабинет, — твердым голосом объявила Алисса, вытянувшись, как охрана при
исполнении долга. — Любое замечание значило бы больше в деловой
обстановке.
— Если вы так считаете, мы можем пойти в мой кабинет и вы отчитаете
меня там. Но я надеялся, что вы уже не сердитесь на меня. Я пришел
извиниться за свои слова.
— Ваши оскорбительные слова, — поправила Алисса, сурово
уставившись на него.
— Мои оскорбительные слова, — признал он. — Единственное
извинение, которое я могу представить, это то, что я отношусь к женщинам с
крайним подозрением.
— Тогда почему вы не наняли вместо меня мужчину?
— Салли нужна женщина. Женщина, которая будет любить ее и привнесет в
ее жизнь тепло. Джеймс в этом тоже нуждается, но он пока не готов признать
это.
Алисса опять ощутила, что ее сердце предательски смягчилось по отношению к
этому человеку. Кто принесет тепло в его жизнь? Кто принесет любовь?
Интересно, он с подозрением встречает каждого, кто выказывает хоть малейшую
симпатию?
— Простите, мисс Брент. Я совершенно не хотел доставлять вам неудобства
во время вашего пребывания здесь.
— Вы не доставляете мне неудобств, — заверила его Алисса. —
Вы просто раздражаете меня. Сегодня я очень старалась вести себя с вами
нормально, но пришла к выводу, что вы совершенно не признаете спокойствия.
Полагаю, тут все дело в вашей работе.
— И моем прошлом? Можете говорить, мисс Брент. Я не оторву вам голову.
— Если вы так сделаете, я только поступлю так же, как и всегда, —
напомнила Алисса. Она отвернулась к окну и вздохнула: — Когда вы решили
нанять кого-то темпераментного, вы не приняли в расчет, что я буду отвечать
ударом на удар. Вы допустили ошибку, и, если вы согласны ее признать, я
готова вернуться домой и обо всем забыть.
— Вы не можете. Теперь вы знаете, где мы находимся.
— Ну вот, опять, — фыркнула Алисса и стремительно повернулась к
нему: — Вы думаете, я попытаюсь найти вашего шурина и привезти его сюда?
Какая же у вас жизнь, если вы никому не доверяете?
— Безопасная.
— Жалкая.
Киран стоял и молча смотрел на нее.
— Вы хотите уехать? — наконец спросил он.
Она снова отвернулась, еще раз глубоко и смиренно вздохнула.
— Будь я поумнее, я произнесла бы
да
очень быстро. Но раз уж все так,
как есть, мой ответ
нет
. Я не хочу уезжать. Я хочу помочь детям. По-моему,
их уже достаточно бросали в жизни. Я не хочу усугублять ситуацию. Я не
сбегу.
— Спасибо. Вы необычная личность.
— Думаю, довольно глупая, — пробормотала Алисса.
Вулкан снова полыхнул огнем. Только небольшое пламя и никаких звуков, она
стояла и пристально наблюдала за этим зрелищем.
— Меня это немного беспокоит.
— Эль-Буэно? Он совершенно безопасен. — Он подошел и встал рядом с
ней, глядя на силуэт, вырисовывавшийся на фоне неба. — Время от времени
он выпускает пар.
— Он называется Эль-Буэно?
— Так его называют в деревне. Не знаю, есть ли у него другое название, но Эль-Буэно означает...
— Хороший, — закончила Алисса. — Откуда такое название?
— Вулканическая грязь очень плодородна. На склонах вырастает богатый
урожай. Последнее извержение произошло много столетий назад, и местные
жители не боятся вулкана.
— Откуда они знают, что он не станет плохим в один прекрасный момент?
— Они полагаются на мнение специалистов. — Киран взглянул на
нее. — Сейчас здесь находится такой специалист. Джордж Грегсон сказал
мне утром, что в деревне сейчас находится человек, который прилетел за
несколько дней до нас.
— Вы можете быть уверены, что он тот, за кого себя выдает? —
Алисса быстро повернулась к нему. — Откуда мы знаем, что он не заодно с
врагами?
— Потому что он бывал тут раньше, — ответил Киран, пораженный ее
мгновенной подозрительностью.
— Хм-м... — Алисса отвернулась. — Я становлюсь почти такой же
ужасной, как и вы.
— Другим человеком, очевидно, не имеющим чувств? Сомневаюсь. Вы так же
полны огня, как и вулкан. Такая температура была бы опасной, будь вы
механическим автоматом. Но если вы уж так интересуетесь вулканом, я могу
пригласить этого специалиста, чтобы он вам все рассказал.
Алисса повернулась к нему с большим интересом:
— Правда? Дети получили бы прекрасную возможность узнать об этом от
того, кто в этом действительно разбирается.
— Вы имеете в виду, привести специалиста? Я предполагал не детям давать урок, а успокоить вас.
— Да, но что плохого в том, чтобы убить двух зайцев одним выстрелом? Не
стоит говорить им, что я боюсь. Пусть дети получат полезную информацию.
— Я это организую, — пообещал он, поворачиваясь, чтобы
уйти. — Но поздно скрывать это от Джеймса. Когда мы с ним виделись
сегодня вечером, он попросил меня сказать вам, что не стоит волноваться из-
за вулкана. И сказал, что вы казались испуганной.
— Полагаю, он думает, что это типично для женщины. Еще один камень в
мой огород.
— Вообще-то, — сказал Киран, снова поворачиваясь к ней, —
Джеймс был немного обеспокоен. Кажется, он думал, что вы можете уехать. По-
видимому, вы ему сказали, что не настолько сильны, чтобы бороться с
вулканом. Что ж, придется мне взять вулкан на себя, а вы справитесь со всем
остальным.
— Вы хотите сказать, он не хочет, чтобы я уезжала?
— По-моему, нет. Во всяком случае, он чувствует, что должен защищать
вас. Подозреваю, что вы разбудили в нем мужчину. Он сказал, что для девушки
вы довольно высоки ростом.
— Я знаю, — призналась Алисса с унылой улыбкой. — Он думал,
что я служу в полиции.
Киран рассмеялся совершенно обычным смехом.
— Вы не хотели, чтобы он так думал и дальше?
— Нет. Правда для ребенка священна, а маленькая ложь ведет к большой
лжи. Если бы я позволила ему так думать, он почувствовал бы себя преданным и
одураченным, когда узнал бы правду. Дети легко испытывают смущение. Во
всяком случае, — добавила она, — я не лгу. Это осложняет жизнь и
заставляет чувствовать себя преступником.
— Вы удивительная, — пробормотал Киран, глядя на нее. —
Большинство женщин лгут.
— Нет. У вас не может быть оснований для таких суждений. Это
предубеждение, а Джеймс может обойтись и без предубеждений. Скольких
обманщиц вы знали?
— Мою жену.
— Она вам лгала?
Алисса снова почувствовала, как внутри ее просыпается жалость.
— Все время. Но не начинайте меня жалеть, мисс Брент. Она заплатила за
это, поверьте мне.
Киран пожелал ей спокойной ночи, закрыл дверь и ушел. Алисса вернулась к
созерцанию вулкана, горы с огненными волосами. Какая, у него пустая жизнь,
несмотря на весь его ум и все его деньги. Она подумала, как именно могла
заплатить Синтия. С одной стороны, Синтия потеряла детей, с другой — этот
образ жизни. Вдруг Алиссе захотелось побольше узнать о бывшей супруге
Кирана. Ей было интересно, что об этом знает Марта Грегсон и будет ли та
разговаривать на эту тему.
Несколько дней спустя у Алиссы появилась возможность поговорить с Мартой
наедине. Вместо того чтобы прямо задавать вопросы, она решила попытаться
действовать более тактично и отказалась признать, что это еще и немного
подло. Следующие два дня она провела в обществе Марты, выдумывая для этого
всевозможные предлоги. В этом доме она училась вести себя дипломатично и
успокаивала свою совесть тем, что ей и вправду необходимо знать о матери
своих воспитанников.
— Да, я ее знала, — призналась Марта, слегка поджав губы. —
Это эффектная женщина с чрезвычайно низкими моральными устоями.
— Она когда-нибудь приезжала сюда?
— Нет, никогда. Мистер Темпест купил это место после развода. Всегда
находится кто-то, кто хочет вторгнуться в его жизнь и попытаться узнать, как
он зарабатывает все эти деньги. — Она недовольно фыркнула. — Он их
зарабатывает своим умом, но всегда находятся люди, которые пытаются что-то
делать, обкрадывая других. Во всяком случае, мистеру Темпесту было
необходимо укрытие, место, где ему не нужно было бы опасаться за собственную
спину, поэтому-то он и купил этот дом. Конечно, мы бываем в деревне, но все,
что нам нужно, в основном доставляется на катере.
— А мистер Темпест бывает в деревне? — Алисса решила, что не стоит
расспрашивать только о Синтии.
— Я не видела, чтобы он ходил туда, но думаю, что иногда бывает.
— Он всегда один? Как жаль.
— Ну, есть еще некая миссис Фокс, — задумчиво произнесла Марта
Грегсон. — Мы с Джорджем часто это обсуждаем. Наверное, он увлечен ею,
потому что она посещает дом, а сюда мало кто приходит. У нее дом на другой
стороне острова.
Алисса сделала себе кофе и пошла заниматься вечерними уроками. В итоге она
не узнала почти ничего, кроме немногого о миссис Фокс. Но одно стало ясно —
она зря растрачивает сочувствие на Кирана. Скорее всего он вовсе не одинок,
если у него есть миссис Фокс.
— Век живи, век учись, — пробормотала Алисса.
Она была несколько раздражена и почти жалела о том, что старалась что-то
выяснить у Марты.
Насколько, можно доверять этой миссис Фокс, особенно если сама ее фамилия
означает
лиса
? И почему она не предложила приглядеть за детьми? Она вполне
смогла бы справиться с этим в течение недолгого времени. Он встречается с
замужней женщиной или она разведена, так же как и он? Конечно, она может
быть и вдовой. Алиссу это совершенно не касается. В любом случае она с этой
женщиной не встретится, так что и думать об этом нечего.
Карл Хендерсон откинулся на спинку кресла и окинул взглядом клуб. Кожаные
кресла, столы красного дерева и приглушенное освещение свидетельствовали в
пользу того, что он находится в уютном цивилизованном месте. Здесь он
чувствовал себя как дома. Он мог привыкнуть к подобным вещам. Он сомневался,
предложат ли ему ленч, но помечтать об этом можно было безо всякого труда —
белая одежда, великолепные серебро и хрусталь, фазан, вино. Желания были
разнообразными, но всегда оканчивались одинаково: он выходит из клуба сытый
и довольный и возвращается в свою процветающую контору в Сити.
Это было бы вполне возможно, если бы Синтия не обманывала Темпеста. И с
каким ничтожеством! Эмиль, второе имя которого он был не в состоянии
произнести, якобы был графом некоего государства в Центральной Европе.
Бывает, что и коровы летают. Эмиль выглядел скорее так, будто он сбежал из
какой-то тюрьмы в той же Центральной Европе.
Темпеста Карл Хендерсон никогда не любил. Честно говоря, каждый раз, когда
он думал об этом человеке, его охватывала смутная тревога, но теперешний муж
Синтии просто скользкая гадина. Зубастая, с длинными черными лоснящимися
волосами. Если бы его сестра осталась с Темпестом, он мог бы ходить в этот
клуб. Контора в Сити тоже могла бы стать реальностью.
Единственное, что Карл знал о деньгах, это то, что деньги — хороший,
надежный предмет потребления, особенно для того, чтобы окружать себя
роскошью. И все-таки Темпест мог смягчиться и предложить ему какую-нибудь
должность в своей громадной денежной империи. Но Синтия положила этому
конец. Впрочем, существовали и другие возможности, а это была лишь одна из
них.
Осанистый привратник проводил к месту его ожидания человека, который может
привести его к началу благосостояния. Хендерсон закрыл на мгновение глаза,
чтобы окунуться в тихую атмосферу дорогого клуба для бизнесменов.
— Хендерсон! — окликнули Карла, прервав его размышления о способах
обогащения.
Карл Хендерсон сел прямо, мгновенно придя в раздражение от того
покровительственного тона, которым к нему обратился человек, поместившийся
напротив него. Это был еще один богач, которого Карл не любил. Не такой
богатый, как раньше, благодаря Темпесту. Этим было все сказано. Синтия и ее
бывший супруг совсем устранили Блумдейла от дел.
Рассматривая его, Хендерсон думал, доведен ли всем этим Сирил Блумдейл до
отчаяния. Он выглядел так, будто не обладал всей своей обычной властью. Карл
Хендерсон знал о нем все — богатый наследник, потерявший большую часть
наследства на глупых проектах и на еще более глупой игре на бирже. Киран
Темпест набросился на него, словно голодная акула, и почти что уничтожил
его. Ходили слухи, что это было сведение старых счетов. Карлу было бы
интересно узнать, считает ли Темпест это дело завершенным. В конце концов,
Темпест совершенно уничтожил Блумдейла. Карл подумал, что и сам уничтожил бы
Блумдейла, будь он акулой бизнеса. Акула — лучше и не скажешь про Темпеста.
— Ну, так что вы выяснили? — спросил Блумдейл.
— Существует некий остров. Он называется Антарра. Это в паре миль от
побережья Мексики, там очень мало европейцев. В основном жители острова —
потомки испанцев, породнившиеся с местным населением, фермеры.
— Фермеры. Хм... Ну, тут никаких проблем.
Блумдейл уставился на него роковым взглядом бледно-голубых глаз,
находившихся за толстыми стекла
...Закладка в соц.сетях
