Жанр: Любовные романы
Фиктивный брак
...p;Да. Нет.
— Постараюсь угадать ответы. Итак, цветы вы получили. Надеюсь, вы
любите розы?
— Да, но вам не кажется, что сто сорок четыре розы — это слишком
роскошно?
— Я просто хотел заслужить ваше прощение.
— Вы его заслужили.
— Тогда, может, пообедаем?
— Сегодня вечером я не могу: занята. — Как, впрочем, и в остальные
дни, подумала она.
— Значит, вы не приняли моих извинений.
— Я действительно не могу. Сегодня я обедаю у родителей.
— А почему бы вам не взять меня с собой?
— Простите, но встреча — чисто семейная.
— Если вы отказываете, скажите об этом честно.
Эйлин раздраженно взъерошила волосы.
— Какая разница?
— Никакой, — согласился Митчелл. — Просто я не привык
получать отказы.
— Наверное, вам не слишком часто приходится их слышать, господин
адвокат. В любом случае ответ однозначен — нет! И нет смысла спорить.
— Согласен. Итак, до встречи.
— Что вы хотите сказать? — воскликнула Эйлин, но услышала короткие
гудки.
— А он настойчивый, да? — снова засмеялась Джинни.
— Кто? — спросила Норма. — Кажется, пока я болела, пропустила
что-то интересное. Так кто?
— Да просто сердитый клиент, — ответила Эйлин. — Слушай,
Норма, придумай что-нибудь насчет цветов, отнеси, к примеру, в больницу.
— Зачем? — удивилась та и с наслаждением понюхала розы. — Они
такие чудесные! Трудно поверить, что их подарил сердитый клиент!
— Не задавай вопросов, — скомандовала Джинни. — Лучше помоги
отнести цветы в машину. История слишком длинная и неправдоподобная.
— К тому же незаконченная, — резко добавила Эйлин.
Девушки взяли розы в охапку и пошли к выходу.
— Моя принцесса! Ну, входи, входи, — говорил Барри Крэнстон,
встречая дочь и нежно целуя в щеку. — Ты запаздываешь. Я уж боялся, что
не придешь.
Эйлин пожала его руку.
— Как ты мог так подумать? Просто задержалась на работе, разбирала
счета, их накопилось слишком много. А кстати, с каких пор обед у Крэнстонов
начинается строго в назначенное время?
— Для этого нам пришлось бы изрядно потрудиться. — Обняв дочь за
плечи, Барри повел ее в гостиную. — Твои братья в саду, а невестки — в
гостиной, вместе с мамой. Да, чуть не забыл. У нас гости.
— Гости? — Эйлин остановилась как вкопанная.
Она так и знала! Но каким образом? Как удалось Скотту заполучить приглашение
в их дом?
— Не волнуйся, — заговорщически прошептал отец. — На сей раз
не очередной кандидат в мужья, которого подыскала мать. — Он снова
заговорил в полный голос. — Входи, познакомься с Марсией.
На кушетке рядом с матерью сидела женщина средних лет. Между ними лежал
семейный альбом.
— О, Марсия, а вот и Эйлин, — обрадовалась миссис Крэнстон.
Поздоровавшись с гостьей, Эйлин обняла мать и невесток — Пэм и Коринну,
которые тоже держали на коленях альбомы.
— Эйлин, познакомься, это Марсия Эшвуд. Мы знакомы очень давно! Но не
видались целую вечность. Он с мужем уехала в Коннектикут, когда тебе не
исполнилось еще и года. Теперь Марсия приехала в отпуск. Ей хотелось не
только повидать нас, но и встретиться со всеми вами.
— Очень рада, — улыбнулась Эйлин, внутренне ликуя, что ее дурные
предчувствия не оправдались. Кляня себя за подозрительность, добавила: —
Надеюсь, мама не слишком утомила вас семейными фотографиями?
— Нам есть что вспомнить, — засмеялась Марсия. — И как
приятно разглядывать снимки! — Она показала на одну из
фотографий. — А вот мой сын Дэйв, вы вместе учились ходить. Теперь он —
футбольный тренер в колледже.
Эйлин лениво попивала лимонад, разглядывая снимки, как вдруг раздался
звонок.
— Должно быть, курьер, которого я ожидаю, — сказал отец, отставляя
бокал.
— Барри, ты же обещал, — укоризненно обратилась к мужу Этель
Крэнстон и тут же обернулась к гостье. — Он ничего не хочет знать,
кроме работы. И готов отдавать ей двадцать четыре часа в сутки!
— Мне лишь необходимо посмотреть кое-какие бумаги, Этель. Обещаю, что
даже конверт не вскрою до завтра.
— Ну что ж, ловлю тебя на слове. А вы, девочки, будете свидетелями. Я
не желаю из-за твоих дел оставаться вдовой.
Усмехнувшись, отец вышел из комнаты.
Вскоре из вестибюля послышались мужские голоса.
— Не ожидал, что ты приедешь сам, Скотт! Думал, пришлешь курьера.
— Ну, видишь ли, я оказался неподалеку, ну и решил завезти бумаги.
Приятно, что тебя заинтересовали мои предложения, Барри. Тебе не трудно
перезвонить мне завтра утром?
— Разумеется. Но ты не убегай, мы как раз собираемся обедать.
Едва услышав разговор, Эйлин с ужасом поняла, что ее опасения подтвердились.
Стиснув зубы, она слушала, как отец говорил гостю:
— Не будь смешным, ты вовсе не навязываешь свое общество. Пойдем,
познакомлю тебя со всем семейством.
Скотт Митчелл вошел в гостиную, сияя обаятельной улыбкой, очевидно, той
самой, дежурной, какой привык очаровывать клиентов и присяжных. Он сразу
обратился с приветствиями к старшим женщинам, бросив, однако, быстрый взгляд
на Эйлин.
— Миссис Крэнстон, я так рад познакомиться наконец с вами. Простите,
что вторгся без приглашения, — любезно говорил адвокат.
Эйлин отметила, что виноватым он не выглядел.
— Ну что вы, мистер Митчелл, мы рады вашему приходу, — оборвала
его извинения Этель Крэнстон. — Непременно оставайтесь на обед.
Поломавшись для виду, Митчелл позволил быстро себя уговорить. Эйлин
находилась в отчаянии: мало того что он ухитрился проникнуть в дом, так
теперь ей еще придется выносить его общество за столом!
Миссис Крэнстон представила адвоката Марсии, затем — невесткам.
— Я знаю их мужей, — обворожительно улыбнулся Митчелл. — Мы
иногда вместе играем в гольф.
Тут Эйлин почти физически ощутила, как мать занялась излюбленным делом — все
тем же сватовством. А как же иначе, если вдруг в доме появился холостяк? И
собой недурен, и положение солидное.
— А это наша дочь, Эйлин.
Повернувшись к девушке, Скотт незаметно подмигнул ей.
— Здравствуйте, Эйлин. По-моему, мы с вами уже встречались. Помню, на
вас тогда еще была розовая юбка.
— Рада вновь увидеть вас, — с трудом произнесла Эйлин, протягивая
руку.
Подошел Барри Крэнстон и ухватил Скотта за плечо.
— А сейчас, с разрешения очаровательных дам, мы со Скоттом удалимся,
нужно кое-что обсудить. Да-да, я помню свое обещание, Этель, но беседа
займет всего несколько минут.
И, пропустив вперед Митчелла, он вышел вслед за ним.
Хорошо устроился! — иронически думала Эйлин. И в гостях, и дела
улаживает, ну и ловкач!
— Разумеется, вопросы настолько срочные, что нельзя подождать до
утра, — пробормотала она вслух.
— Что ты сказала, дорогая?
— Прости, мама, я просто вспоминаю о завтрашних планах.
Женщины опять занялись разговором. Затем Марсия обратилась к Эйлин:
— Мама рассказала мне о твоей успешной работе. Но ведь она отнимает
много сил. Остается ли у тебя время на личную жизнь?
Эйлин в отчаянии чуть не застонала. Сама того не зная, Марсия села на
любимого маминого конька. Опять начнется длинный, нудный разговор о том, как
важно девушке не откладывать замужество надолго, достойного человека
встретить трудно.
К счастью, появились Барри и Скотт, хотя неизвестно, что лучше:
разговаривать о личной жизни или терпеть присутствие Скотта Митчелла?
Митчелл сел рядом с Эйлин.
— Вы, оказывается, дизайнер, Эйлин?
— Да, — скованно ответила она и поспешно добавила: — Моя мама —
тоже художник. Только она оформляет интерьеры ради собственного удовольствия
— друзьям, родственникам. Вот эта комната, например, плод ее фантазии.
И девушка указала на обстановку.
Темно-красные обои удачно сочетались с дубовой обшивкой стен и узором
восточного ковра на полу. Антикварные безделушки с изящной небрежностью
стояли на низких столиках. Перед большим чиппендейловским зеркалом благоухал
букет живых цветов. Часть книжного шкафа занимали семейные портреты, а над
каминной полкой висели картины, изображающие младших Крэнстонов, написанные
маслом.
— Комната просто чудесная, — согласилась Марсия.
— В самом деле, — подхватил Скотт, снова поворачиваясь к
Эйлин. — Если вы унаследовали хотя бы половину матушкиного вкуса, то
должны пользоваться большим успехом. Вы, наверно, даете рекламные
объявления?
Эйлин поперхнулась лимонадом и долго не могла откашляться.
— Не в то горло попало, — покраснев, выдавила она наконец.
Выручило девушку появление братьев — Пола и Дерека.
— Скотт! — воскликнул Дерек. — Какими судьбами? Что-то я давно не видел тебя в клубе?
Скотт переключил внимание на братьев, женщины снова занялись альбомами —
время обеда прошло относительно спокойно.
— Блюда просто превосходны, миссис Крэнстон! — похвалил Скотт,
когда все занялись трапезой, и, обращаясь опять же к миссис Крэнстон,
сказал: — Я вижу, вы достигли верха совершенства во всех домашних
премудростях.
— Да, моя карьера — это дом, — с гордостью призналась она. —
Я все время внушаю Эйлин, что счастливый уютный очаг — лучшая награда для
женщины. Разумеется, при хорошем муже. И мои невестки придерживаются того же
мнения.
Дочь бросала на мать предостерегающие взгляды, но Этель обращала внимание
только на Скотта. Ей не терпелось задать вопрос, ответ на который Эйлин уже
знала.
— А вы женаты, мистер Митчелл?
— Нет. И пожалуйста, называйте меня Скоттом. Не встретил пока
подходящей женщины. Все как-то времени не хватает. А годы бегут. Уж и не
знаю, что делать, может, дать в газету брачное объявление? — рассмеялся
он.
Все тоже дружно расхохотались. Все, кроме Эйлин. Она схватила солонку и
теперь ожесточенно трясла над тарелкой, стараясь не глядеть в сторону
Митчелла.
— Вряд ли в этом есть необходимость, Скотт, — возразила
Этель. — Держу пари, у вас отбоя нет от поклонниц.
— Да уж, постоянно кто-нибудь из них появляется в моей конторе.
Эйлин, боясь поднять глаза от тарелки, лихорадочно глотала жаркое. Она
всегда ела быстро, если нервничала. Если Скотт Митчелл не уберется из ее
жизни, она прибавит фунтов десять.
— А что у вас за совместный бизнес с мужем? — продолжала Этель.
— Дорогая, не сейчас, — вмешался мистер Крэнстон. — Не
следует задавать вопросов адвокату.
— О, я не возражаю, Барри, — уверил его Скотт. — Дело в том,
что у меня есть небольшой клочок земли на востоке штата и мне бы хотелось
создать там хозяйство. Вот меня и заинтересовало мнение Барри по этому
вопросу. Крэнстоны отличаются особым деловым подходом, — подчеркнул он
со значением, делая упор на слове
деловой
.
— Да, я горжусь своими мужчинами, — широко улыбнулась Этель,
совершенно не подозревая о том, что адвокат вовсе не их имел в виду. —
Впрочем, и Эйлин тоже преуспевает в своей фирме, — небрежно добавила
она.
Эйлин вздохнула. К ее предпринимательству мать всегда относилась
снисходительно. Она считала работу дочери просто хобби, интересным
времяпрепровождением, до тех пор пока не появился Его Светлость, мистер
Великолепный. Ошибаешься, мамочка, подумала Эйлин. Мой бизнес далеко не
хобби, а Скотт Митчелл, увы, не из породы прекрасных принцев.
— Вот что я думаю, — говорил между тем адвокат, поглядывая в
сторону Эйлин. — Не пригласить ли мне вас оформить офис? Нужно кое-что
переделать, — пояснил он. — А когда вы ожидаете прибавления
семейства Крэнстонов? — тут же обратился он к Коринне и Пэм, чьи фигуры
красноречиво свидетельствовали о скором появлении малышей.
Ну и ловкий же тип! Сначала обворожил мать, а теперь надеется очаровать
невесток.
— Примерно через семь недель, — ответила Пэм.
— Наверное, счастливое событие произойдет у нас обеих
одновременно, — добавила Коринна. — Хоть бы поскорее! Я даже
начинаю ненавидеть Эйлин за то, что у нее такая изящная фигура.
— Да, я согласен с вами, — сказал Скотт. — Но вы сейчас
прекрасны по-своему. И готов поспорить, Эйлин завидует вашему счастью.
Девушка поспешно потянулась за стаканом воды, едва не опрокинув его. Он что,
занимается психоанализом? Если да, то чертовски успешно! Ей действительно
стало не по себе, когда она узнала о знаменательном событии в семьях
братьев. Очевидно, материнский инстинкт — не выдумка. И ей самой пора об
этом подумать — годы уходят, ей почти столько лет, сколько Пэм и Коринне.
Что ж, она действительно завидует.
— Сомневаюсь, что Эйлин привлекает материнство, — вступил в
разговор Дерек. — Ее интересует только карьера. Слишком независима,
чтобы стремиться выйти замуж.
— К тому же, — поддакнул Пол, — Эйлин не верит в любовь.
— Когда у тебя два старших брата, можно возненавидеть всю мужскую
половину человечества! — отпарировала Эйлин.
— Что происходит с нашей обожаемой сестренкой? — притворно
удивился Пол.
— Не знаю. Вероятно, с годами портится характер.
— Хорошо хоть, что многим мужчинам удастся избежать ее ядовитого
язычка.
— И ее жуткой стряпни. Помнишь, как......
— Мальчики, да прекратите же, в самом деле! — прикрикнула на них
мать. — Когда вы повзрослеете? Что подумает наш гость?
Ясно, подумала Эйлин, мы не можем допустить, чтобы у потенциального жениха
сложилось обо мне превратное мнение. Слишком поздно, мамочка! Твоя дорогая
дочь уже произвела на него соответствующее впечатление.
После обеда все отправились в гостиную пить кофе. Этель ушла отдать
распоряжения на кухне. Барри взял под руку Марсию, братья — своих жен. Эйлин
достался Скотт.
— Насколько я понял, возле дома разбит прелестный розарий, — он
показал на застекленную дверь, — может, подышим свежим воздухом, а вы
покажете мне цветы.
— Все, что угодно, лишь бы подальше от этих скорпионов, — ответила
Эйлин, сердито сверкнув глазами в сторону братьев. — А кроме
того, — добавила она, когда они отошли на безопасное расстояние, —
вы должны объяснить, как вам удалось проникнуть в наш дом.
— Не могу, — развел адвокат руками. — Профессиональная тайна.
— Дело не в способе, — раздраженно вздохнула Эйлин. — Главное
— результат. Добрых два часа вы изволили насмехаться надо мной в присутствии
всей семьи.
— Прошу прощения, если я ненароком задел вас, — с притворным
смирением проговорил Митчелл, держа девушку под локоть, пока они шли по
вымощенной песчаником тропинке.
— Ах, как трогательно! По-моему, вы знатно позабавились надо мной.
— Что ж, вы правы. Дразнить вас весьма приятно. Тем не менее я прошу у
вас прощения.
— Вы слишком много извиняетесь.
— Ну, разумеется, а как же иначе? Но только перед вами. Буду считать,
что вы меня простили, если согласитесь завтра отобедать со мной.
— Хорошо, прощаю. Но обедать с вами отказываюсь.
— Но почему? Мне нравится ваша семья. И вы меня очень занимаете, с вами
не соскучишься! Я даже готов принять условия вашего объявления и тотчас же
пригласить пастора.
— Продолжаете издеваться?
— Вовсе нет. Просто хорошенько обдумал вашу идею и решил, что получится
шикарная сделка. Мы подойдем друг другу.
— Не слишком ли быстро вы меняете мнение?
— Окажись у меня хоть капля рассудка, я бы ухватился за ваше
предложение сразу, как только вас увидел. Если бы мы договорились, вам
недолго пришлось бы завидовать Пэм и Коринне.
Эйлин покраснела.
— Вы несносны! О'кей, вы уже налюбовались розами? Пора возвращаться.
— Нет, подождите!..
Митчелл провел пальцем по ее щеке. Эйлин в замешательстве посмотрела на него
снизу вверх. Их лица почти соприкасались. Стальной взгляд, казалось,
проникал насквозь, притягивая как магнитом. Сердце Эйлин сильно забилось. Он
явно хотел ее поцеловать. Рука Скотта уже ласкала ее шею. Но внезапно он
отодвинулся.
— Завтра заеду за вами в шесть.
Эйлин тоже отпрянула, чувствуя странное разочарование.
— Я не поеду с вами! Зарубите себе на носу!
— Отлично! Тогда пойдемте в дом. Думаю, мне есть что рассказать вашим
родителям.
— Вы не посмеете!
— Я? — Его вызывающе непреклонное выражение лица напомнило Эйлин о
том, что адвокат привык настаивать на своем.
— Хорошо, я принимаю приглашение. Но только единственный раз. И даю
слово, завтра же вы пожалеете!
Девушка резко повернулась и пошла прочь. Вслед ей неслись раскаты смеха,
долго звеневшие в ночном воздухе.
5
— Шантаж! — вот что это такое, — бормотала Эйлин. —
Шантаж!
Она по очереди вынимала из шкафа платья, окидывала придирчивым взглядом и
вешала обратно. Рыжая кошка Камилла, уютно развалившись на кровати, с
интересом следила за хозяйкой.
— Он же — юрист, а значит, должен понимать — шантаж противозаконен. Но
ему наплевать! Он готов на все, даже на бесчестный поступок, лишь бы достичь
задуманной цели, — бубнила девушка.
Наконец Эйлин остановилась на зеленом шелковом платье. Оно лучше всего
подойдет для мщения, решила она. Платье выгодно подчеркивало ее природные
данные, а облегающая струящаяся ткань соблазнительно обрисовывала грудь и
бедра. Да уж, если отправляться на свидание со Скоттом Митчеллом, следует
выбрать самый сексуальный наряд!
А может, адвокат безнадежно влюбился в нее? Тогда она с великим
удовольствием отвергнет его в самый последний момент и с презрением пошлет
его к черту!
— Глупо, — произнесла она. — Скотт Митчелл — слишком большой
циник, он не способен влюбиться. Тем более что по долгу службы изо дня в
день, точно гиена, питается разбитыми судьбами.
Но мысль о неудавшихся браках и растоптанных мечтах привела Эйлин в уныние.
Давая пресловутое объявление, она как раз надеялась найти человека, который
подошел бы к брачному союзу с практической стороны, оставив в стороне
страсть.
Как жаль, что Скот Митчелл испортил ее дальнейшую кампанию!
От грусти Эйлин внезапно перешла к бешенству. Уж одну-то страсть Скотт
несомненно зажег. Эта страсть — гнев.
Эйлин подобрала с кровати отобранное нижнее белье и направилась в ванную.
Налила специальное мыло, пустила воду и забавлялась, наблюдая, как струя
воды превращает розовую жидкость в веселые разноцветные пузырьки. Потом
развязала тесемки длинного, в черных цветах, халата, который свободно упал
на пол. Может, приятное расслабление успокоит ее натянутые как струны нервы?
Сегодня Эйлин потребуется все ее самообладание.
Вот уже три дня Митчелл держит ее в постоянном напряжении. Сначала та
безобразная сцена в конторе, потом — розы, фарс на семейном обеде. Теперь
новый виток
ухажерства
— два телефонных звонка и вновь шикарный букет,
присланный в офис. Она не удивится, если увидит Митчелла с коробкой конфет в
форме сердца, перевязанной розовой ленточкой. Но зачем такие фокусы?
Неожиданный поворот на сто восемьдесят градусов просто необъясним, и
заверения Скотта, что он, дескать, пересмотрел свою точку зрения, казались
Эйлин неубедительными.
Очевидно, Скотт придумал еще один розыгрыш. Может, ему так понравилось ее
дразнить, что он решил продолжить игру? Или он задался целью любым способом
получить-таки плату — если не деньгами, так ее нервами?
Впрочем, обратного хода нет. Скотт обещал заехать ровно в шесть, сейчас уже
половина шестого. Программу Скотт наметил такую: наскоро выпить коктейль, а
потом посмотреть мюзикл. При других обстоятельствах вечер, несомненно,
доставил бы Эйлин удовольствие. Она любила театр, особенно мюзик-холл, куда
ходила с детства. После представления мать всегда водила ее за сцену, где
собирались знаменитые артисты. То были сказочные встречи. Но сегодняшний, по
всей вероятности, окажется дурным сном, от которого нельзя очнуться.
За окном хлопнула дверца машины. Шесть часов. Какая точность! Чтоб ему
провалиться!
Эйлин подождала, пока дверной звонок не раздастся во второй раз.
— А я уж думал, мне придется стоять под дверью, — растягивая слова
произнес Скотт, когда Эйлин наконец впустила его в прихожую.
— Разве я бы посмела? Ведь тогда всему свету станет известно о моих
отчаянных усилиях найти мужа.
Он стоял, опираясь о дверной косяк, всем своим видом высказывая спокойствие
и непринужденность. Ясно, он не испытывал даже толику той тревоги и
беспокойства, что охватили Эйлин. И его манеры раздражали ее еще больше.
— Конечно, пришлось бы дать объявление на первых страницах утренних
газет, — поддразнил он девушку.
— Мы что, весь вечер проведем в таком духе?
— Надеюсь, нет, Эйлин. — Голос Скотта звучал мягко и нежно. Он
провел пальцами по ее щеке. — Ты не хочешь меня впустить?
Она отодвинулась в сторону, отнюдь не уверенная, что желает впустить
адвоката. Это казалось девушке своего рода посягательством на
неприкосновенность жилища. Скотт явно перехватил инициативу. Более того,
Эйлин просто не знала, как его остановить. Она опять теряла контроль над
ситуацией.
Но его прикосновения, легкие касания пальцами завораживали Эйлин, и ей
хотелось, чтобы они не только не прекращались, но переросли во что-то
большее, хотя она сама себе боялась признаться в этом. Нет, нужно держаться
гордо и независимо, твердила Эйлин. Конечно, если его чувства серьезные,
тогда может быть...... Но думать о дальнейшем она не решалась.
Предположим, адвокат понял ее намерения, но тот ли он, кто ей действительно
нужен?.. При первой встрече Скотт заявил, что ему не нужна жена. Когда он
был искренен? Тогда или на следующий день, сказав, что передумал и готов
обвенчаться?
Преуспевающие бизнесмены обычно не соглашаются в семье на роль второй
скрипки, считая зазорным потакать прихотям жен. Конечно, работа имеет для
Эйлин важное значение, но карьера — не самое главное в жизни. К тому же
домохозяйка из нее никудышная — нет ни навыков, ни желания.
— Уютная квартирка, — похвалил Скотт. — Сразу видно, что
принадлежит художнице. — Его взгляд прошелся по гостиной, лестнице, что
вела на второй этаж. Скотт прошел в кухню. — И очень просторно. —
Камилла потерлась о ноги гостя. — Красивая кошка, — вновь
одобрительно заметил он и почесал ей за ушком.
— Рада, что тебе все нравится, — сухо откликнулась Эйлин и взяла с
кухонной стойки сумочку. — Может, мы все-таки пойдем?
— Еще есть время, — ответил Скотт, продолжая оглядывать
обстановку.
Эйлин начала закипать. Ей не нравилось, как он рассматривал все вокруг,
словно проводя инспектирование, совсем как в своей конторе.
— Зеленый — мой любимый цвет, — вдруг объявил Митчелл. — Но
мне никогда не приходило в голову, что он может так подходить
женщине. — Рот его скривился в плотоядной ухмылочке. — Пожалуй,
действительно, лучше пойдем.
— Ну, расслабься же, Эйлин. Все хорошо.
Они сидели за столиком в патио ресторана. Плеск небольшого искусственного
водопада полностью заглушал шум большого города.
— Да я совершенно спокойна, — соврала Эйлин.
Разве можно не нервничать в присутствии Скотта? Он источал необъяснимый
демонизм, да-да, имен
...Закладка в соц.сетях
