Жанр: Любовные романы
Брак с целью дознания
...озабыл, как ему следует себя вести.
— Так что все будет в порядке, Лайэл. Никто и ничто не доставит ему
волнений. Если, конечно, ты чего-нибудь ему не подбросишь. А если ты все-
таки что-либо предпримешь, то любое ухудшение состояния его здоровья будет
на твоей совести. И тем не менее, если ты так любишь дедушку, как говоришь,
то все, что от тебя потребуется, это убедить его всем своим видом в том, что
ты счастлива. Я убежден, что ты неплохая актриса, так что убедить его в этом
тебе не составит большого труда.
Да это же просто пощечина по щеке, которую сначала погладили!
Уязвленная Лайэл вскочила и изменившимся до неузнаваемости голосом
закричала:
— Я ненавижу тебя!
— Спокойно! — сказал Джордан.
Закусив губу, она повернулась и выбежала. Приняла душ, привела себя в
порядок, успокоилась и пошла на кухню готовить ужин.
Он одерживал победу за победой! И ради дедушки она должна играть роль по
сценарию, который Джордан для нее сочинил. Роль счастливой жены.
Если бы их брак был нормальным, если бы Джордан любил ее и не считал
виновницей гибели Поля, и играть бы не пришлось, а без этих
если
эта жизнь
будет сплошным страданием, тяжелым испытанием.
И надолго ли хватит ее сил? Поверит ли ей Джордан когда-нибудь? Но, если
чудо произойдет и он поверит, что тогда? Тогда они могут спокойно
развестись... Эта мысль почему-то ее не обрадовала. Хотя, конечно, это самое
лучшее, на что она может надеяться.
Ужин прошел в молчании. Кофе, как всегда, пили в гостиной.
— Ты говорила, что драгоценности, которые дарил тебе Поль, были всего
лишь бижутерией? — вдруг обратился к ней Джордан.
— Большинство.
— Сколько же ты за них получила?
Лайэл ответила, но по выражению его лица поняла, что Джордан ей не поверил.
Если бы не эта история с авансом, она бы могла сейчас показать ему эти вещи
и он бы все понял. Теперь же у нее нет доказательств.
— И конечно же перечень проданных вещей с проставленной ценой тоже не
сохранился, — заметил он язвительно.
Если бы только он существовал...
Если бы
, должно быть, два самых печально
бесполезных слова в языке.
Оценщик все время непринужденно что-то болтал, перебирая на прилавке
украшения, потом отсчитал общую сумму и передал Лайэл деньги. Да, для нее
это была сумма. И, что более важно, этих денег хватало на уплату аванса. Ее
не покидало чувство горечи и вины, что вот она продает подарки Поля. И, как
только продажа состоялась, Лайэл как можно быстрее вышла из магазина. С
оценкой она сразу согласилась, получила наличными, положила в сумочку и
сразу же пошла и уплатила аванс.
— Сохранился? — настаивал Джордан. Лайэл, ни слова не сказав,
отрицательно покачала головой.
— Ты всегда ходишь в эту лавку? — спросил он. Лайэл недоуменно
посмотрела на него.
— Я хочу спросить, подарки от своих поклонников продаешь в одном и том
же месте? — разъяснил он.
— Ты так говоришь, будто считаешь, что я совсем бессердечная и очень
корыстная. Хуже чем продажная женщина...
— Ты и на самом деле хуже. Продажная женщина предлагает себя, а это
стоит денег. А что ты предлагала взамен, кроме поцелуев и пустых
обещаний? — сказал он, посмотрев на нее с презрением. — Ничего.
Сама ты не раскошеливалась.
— Нет! Неправда! — закричала Лайэл.
Ей захотелось тут же ударить его, возникло острое желание неистово биться,
опрокидывать вещи, угрожать. В крике наконец излить все накопившееся
страдание.
И ничего подобного! Она сумела обуздать свои
первобытные инстинкты
,
взглянула на него и произнесла уже спокойно:
— Ты заблуждаешься. Если бы ты только смог избавиться от пелены,
которая застилает тебе глаза, ты бы увидел ясно, что...
— Я и сейчас все вижу, — перебил он, — я и сейчас очень
отчетливо вижу, как Поль заживо горит...
— Ты скотина! — сказала она хриплым голосом, стараясь излить всю
свою ненависть, которую испытывала к нему за его грубую жестокость, за все
те страдания, которым он ее подвергал. — Ты просто настоящая свинья,
без всяких примесей!
Он весело рассмеялся:
— Если американская пресса разнюхала о нашей свадьбе, Нэнси, я думаю,
скажет то же самое.
Несмотря на весь свой гнев и возбуждение, Лайэл отреагировала немедленно:
— Нэнси! Блондинка на фотографии?
Ну зачем она упомянула о фото? Джордан смотрел на нее, высоко подняв бровь.
— Я увидела фотографию в твоем бумажнике, когда... когда я...
— Шарила по моим карманам, — закончил он за нее фразу. — Да,
это Нэнси. Правда, я ей никогда ничего не обещал, но она ждет, что я вернусь
в Штаты и женюсь на ней.
— Господи, как бы я этого хотела! И еще чтобы ты не возвращался сюда.
— Вот тут мы расходимся в желаниях. Господи, лучше бы я никогда отсюда
не уезжал! Я ведь только через две недели после гибели Поля узнал о
несчастье.
— Значит, поэтому тебя не было на похоронах?
— Поэтому. А ты, значит, была на его похоронах? — спросил он, и в
голосе его она не уловила никакого эпатажа.
— Да... Митч и я.
— Тогда ты, может быть, расскажешь мне, как все было.
— Ты хочешь знать, как его хоронили, или твой вопрос — очередной
вариант пытки?
— Я хочу знать.
— Мой рассказ не займет много времени. Поля хоронили во вторник, в
конце ноября.
Было пасмурно и сыро. Маленький крематорий являл собой грустную картину:
бурые пятна листьев под ногами, лужи, голые ветви деревьев. Короткая
панихида в полупустой часовне. Друзей было немного. Было очень тяжело.
Молодая жизнь и такой трагический финал! Острый запах хризантем усиливал
ощущение непоправимой утраты.
— Ну а почему ты пошла на похороны? — спросил он, когда Лайэл
закончила рассказывать. — Совесть заела?
Лайэл не отвечала. Она крепко сжала кулаки: ногти впились в мякоть ладоней и
костяшки пальцев побелели.
Джордан сидел близко от нее. Он что-то сказал, но что — непонятно. Взял ее
руки, перевернул ладонями вверх и долго смотрел на алые полукружья. Поднес к
губам сначала одну ее ладонь, потом другую. И то ли угрызения совести, то ли
нежность к Лайэл на мгновение изменили выражение его лица.
Он притянул ее к себе. Одной рукой прижимал голову к своей груди, другой
гладил Лайэл по спине, утешая.
— Джордан, — сказала она очень тихо, — пожалуйста, Джордан,
поверь мне, я не такая, как ты думаешь. Я никогда не думала, что могу быть
причиной страданий Поля...
Джордан выпрямился, отстранил ее и ничего не сказал. Какое-то время смотрел
на нее. Она была бледна, точно больна, и лицо ее дрожало.
— У тебя больной вид. Иди спать, — сказал он ровным голосом.
Лайэл пошла в спальню. Не нужно ей было упоминать о своей непричастности к
гибели Поля. По крайней мере, не теперь. А позже, когда все уляжется. Ведь
должен же Джордан ей поверить!
Когда она вышла из ванной, он сидел все в той же позе и безучастно смотрел в
пространство. Надо бы подойти к нему. Спросить кое о чем. Сделала несколько
шагов.
— Джордан, — начала она и остановилась, затем спросила более
решительно: — Как долго ты думаешь здесь жить?
Он с удивлением посмотрел на нее и спросил:
— Так скоро надоел тебе твой медовый месяц? Опять ненавистная насмешка?
— Я хочу поскорее вернуться к дедушке.
В ответ он только холодно взглянул на нее. Видно было, что он думал о чем-то
своем. Лайэл повернулась и пошла в спальню. Глупо было его об этом
спрашивать. Он прекрасно знал, что ей хочется уехать поскорее. Значит,
нечего и ждать отъезда в ближайшие дни.
Сколько она ни прилагала усилий — все обернулось против нее! Она скользнула
под одеяло и заснула сразу же, как только ее голова коснулась подушки.
Еще не рассвело, когда Джордан начал будить Лайэл. Сам он встал рано, принял
душ, побрился, оделся и теперь, сидя на краешке кровати, легонько барабанил
пальцами по ее щеке.
Она никак не могла открыть глаза — веки будто
свинцовые, голова гудит.
— Выспалась? — спросил Джордан, лукаво поглядывая на нее.
Торопиться некуда, новый день радости не предвещал, и Лайэл пробормотала,
что чувствует себя по-прежнему разбитой.
— Жаль, — бросил он небрежно, — а я думал, что ты хочешь,
чтобы мы пораньше выехали, чтобы засветло добраться до дому.
Сна как не бывало. Откинув с лица прядь волос, она посмотрела на него и, не
веря своим ушам, спросила:
— Ты сказал, что мы уезжаем сегодня домой?
— Мне показалось, что ты хочешь уехать.
— Конечно, хочу...
Без шпилек он, конечно, не может. Но это мелочи. Главное — они уезжают.
Лайэл откинула одеяло.
— Еще есть время, — сказал Джордан, — выпей сначала чаю.
Чай он сам заварил и принес в спальню. Она выпила чашку и пошла в ванную.
Джордан в это время достал сверху чемоданы.
Лайэл умылась, оделась, и, когда вернулась в спальню, Джордан уже заканчивал
паковать свой чемодан. Можно подумать, что ему это не терпится скорее
вернуться!
От завтрака отказался. Лайэл уложила свои вещи, он помог застегнуть замки и
пошел в гараж. Подогнав
ягуар
к задним дверям, уложил вещи в багажник.
Было половина десятого, когда Лайэл, окинув взглядом комнаты, сказала, что
все вроде бы в порядке и можно ехать. Он усадил ее в машину, и они выехали
на дорогу, даже не оглянувшись на коттедж
Барабан
, как будто оба были рады
поскорее уехать отсюда.
Когда они вскоре подъехали к деревушке, рассыпавшейся вдоль дороги, Джордан
остановил машину. Как бы желая подчеркнуть, что он теперь полностью владеет
ситуацией, Джордан, не вытащив ключ из зажигания, вышел и направился к дому
под номером шестнадцать. Должно быть, здесь живет миссис Смит, вычислила
Лайэл. Покачивающийся ключ она решительно не замечала.
Дверь открыли сразу же, как только Джордан постучал. Наверное, отдал ключи
от коттеджа, что-то сказал, вошел в дом, пригнув голову, чтобы не удариться
о притолоку. Должно быть, отдает распоряжения по поводу раскуроченной двери.
Придется ведь объяснять, что произошло. Не будет же он рассказывать, что
было на самом деле? Что-нибудь придумает... Но попотеть ему, конечно,
придется!
Джордан вернулся довольно быстро. Был он абсолютно спокоен. Все-таки она
наивная дуреха! Кто-нибудь другой, может, и напрягался бы, но только не
он...
Миссис Смит проводила его до порога. Невысокого росточка, она стояла на
ступеньках крыльца и, склонив голову чуточку набок, старалась веселым глазом
заглянуть в машину. Точь-в-точь как любопытная курица, только в полосатом
бело-голубом переднике, да еще вместо гребешка — пучок волос, по цвету и
виду напоминающий мочалку из металлической стружки Для мытья кастрюль.
Наверное, интересно посмотреть, какую бабенку отхватил себе мистер Джеймсон!
Если он, конечно, ничего другого не придумал, а рассказал ей про веселенькие
медовые
забавы.
Джордан сел в машину, приветливо помахал рукой на прощание, и они поехали
дальше.
Денек выдался серенький и какой-то очень спокойный. Снега не было. Правда,
кое-где на холмистых склонах снегу еще удалось задержаться. Дорога лоснилась
и шуршала под колесами: будто ехали они по спине гигантского крокодила,
который только что вылез на берег и вода с него ручьями стекла на обочину.
Небо как огромная оловянная тарелка, опрокинутая над головой. Ни ветерка!
Никакого движения в природе. Говорят, когда квакеры молятся, в молитвенном
доме стоит мертвая тишина. Наверное, такая же, как сейчас, пришло Лайэл на
ум.
Заправились на бензоколонке, выпили кофе. Еще раз останавливались, чтобы
заморить червячка. Время тянулось как назло медленно. Наконец они подъехали.
Сейчас она увидит дедушку!
В лифте, когда кабина бесшумно устремилась вверх, Лайэл вспомнила, как в
первый раз вот так же поднималась с Джорданом, и ее охватило приятное
волнение.
— Ты тогда весьма охотно последовала за мной. Начиналась охота за
хорошо обеспеченным кадром, которого можно доить, — сказал Джордан. Как
всегда цинично-грубо и как всегда угадывая ее мысли.
Она стиснула зубы, напряглась и отвернулась, чтобы он не видел ее лица. Что
ж, ничего не поделаешь, приходится терпеливо сносить его выпады.
Как и в тот раз, неслышно возник Уилкес, сутулый, длинный, сухопарый.
— Добрый день! Как доехали? — поинтересовался он, получая из рук хозяина ключи от машины.
— Отлично, спасибо! Наши чемоданы в багажнике. Будет минутка, не
забудьте, — ответил Джордан.
Уилкес наклонил свою лысоватую голову, что означало, что само собой, а потом
спросил:
— Мадам хочет посмотреть меню на ужин? Может быть, мадам хочет что-либо
заменить?
Лайэл уже овладела собой и мягким голосом сказала:
— Спасибо, Уилкес. Я целиком полагаюсь на ваш выбор.
Взглянув на Уилкеса, она поняла, что ее ответ ему уверенности не прибавил:
появление в доме хозяйки воспринималось им как некая угроза давно
установившемуся распорядку. Она улыбнулась и добавила:
— Вот если только вам понадобится моя помощь, все-таки теперь в доме на
три человека больше.
— Благодарю вас, мадам. В этом нет никакой необходимости. Должен
заметить, что до недавнего времени я был в некотором смысле недостаточно
загружен, — сказал Уилкес и с легким поклоном бесшумно удалился.
Желание увидеть дедушку было настолько сильным, что Лайэл сразу же
направилась к нему. Джордан остановил ее, взял за руку, и они вдвоем
медленно подошли к двери. Очень осторожно приоткрыв дверь, заглянули в
просторную элегантную гостиную. У огромного окна с раздвигающимися панелями
сидели два человека. За стеклом просматривалась веранда с садом. В
инвалидной коляске, спиной к ним, сидел Джо. Напротив него через круглый
маленький столик — молодой рыжеволосый мужчина приятной наружности. Они
играли в шашки. Судя по тому, как они подшучивали друг над другом, поединок
доставлял игрокам удовольствие.
Лайэл хотела было уже что-то громко сказать, но передумала и посмотрела на
Джордана. Он наклонился, и она спросила шепотом:
— Как ты думаешь, мое неожиданное появление не окажется ли для дедушки
хотя и приятной, но неожиданностью?
Джордан улыбнулся и, пощекотав губами ее ухо, прошептал:
— Это не будет неожиданностью. Я позвонил от миссис Смит и поручил
Уилкесу подготовить его.
И это он предусмотрел!
Неожиданно Джордан подставил ей подножку. Лайэл вскрикнула и обхватила его
руками за шею. Оба мужчины как по команде посмотрели в сторону двери.
Сграбастав в охапку Лайэл, Джордан, ухмыляясь, входил в гостиную.
— Что ты делаешь?! — вырывалась Лайэл.
— Переношу через порог своего дома жену. Чего же еще? — отвечал
Джордан.
Джо расплылся в улыбке.
— Приятно, однако, когда соблюдаются старинные обычаи.
— Тем более что это поверье одно из самых древних и восходит к тем
далеким временам, когда взятые в полон сабинянки отказывались войти в дом
мужчин по доброй воле, — сказал Джордан и, чмокнув Лайэл в губы,
поставил ее на пол.
Она бросила из него осуждающий взгляд, а он в ответ улыбнулся. И это,
значит, имеет место быть в его сценарии! Повернувшись к Джордану спиной,
Лайэл подошла к дедушке и поцеловал его.
— Ну и что ты теперь будешь делать дома? — шутливо выбранил ее
дедушка.
Дома? Так больно это слышать. А дедушка произнес слово так естественно,
будто уже давно решил, что это роскошное жилище его дом.
— Как только она узнала, что вы здесь, она не могла дождаться, когда
сможет вернуться, — заметил Джордан.
Вот это совершенная правда!
— Вы разве не сказали ей, что со мной Дагган? — спросил Джо.
— Конечно, сказал, — ответил Джордан, но она, похоже, не поверила,
что на свете бывают такие добродетельные люди, так сказать, образец
совершенства.
— Уж поверь мне, вот он собственной персоной! — с жаром произнес
Джо.
Смутившись, молодой человек отшутился:
— Ну уж, зачем так-то? А то могу и прибавки попросить.
Встал. Лайэл протянула руку, и ее рука исчезла в его здоровенной ладони.
— Патрик Дагган. Рад с вами познакомиться, миссис Джеймсон.
Ладно скроенный рыжеволосый крепыш среднего роста с ярко-синими глазами.
Редко у кого она видела такие. А какая очаровательная улыбка! А уж его
акцент ни с чем не спутаешь — типичный кокни.
Она улыбнулась ему приветливо. Вот уж действительно — чего не ждешь, то и
случается!
— Девочка моя, у тебя усталый вид, — заметил Джо.
— Ну что ты, дедушка, я так много времени проводила в постели, —
ляпнула, застигнутая этой его репликой врасплох, Лайэл первое, что ей пришло
на ум.
— Странно было бы, если бы этого не было, — нашелся тут же
Джордан.
— Да, а где же еще, как не в кровати? — произнес Джо с серьезным
видом.
Лайэл залилась румянцем, а мужчины покатились со смеху.
— Вы все думаете только об одном! — сказала Лайэл с
укоризной. — Я хотела сказать, что поздно просыпалась...
Дедушка смеется! Какое счастье! И Лайэл теперь уже смеялась вместе с ними,
когда они опять корчились от смеха.
— Ну, пойди теперь и посмотри, как Джордан мне все здесь
обустроил, — сказал, отсмеявшись, счастливый Джо. — Не могу
понять, как это так быстро все сделалось. Ах да! Ну-ка посмотри! —
сказал дедушка, нажав на кнопку, вмонтированную в подлокотник. Зажурчал
моторчик, и... кресло покатилось.
— Я самостоятельно передвигаюсь, — демонстрировал Джо свои
успехи. — Один, собственными силами.
— Как это здорово! — воскликнула Лайэл. Позже она, правда,
сглотнула комок в горле, с трудом сдерживаясь, чтобы не расплакаться.
Все три комнаты, которые теперь принадлежали дедушке, понравились Лайэл.
Приятная гостиная, она же столовая, выходила в сад. Спальня и смежная с ней
ванная продуманы до мельчайших подробностей.
В ванной комнате сделаны специальные поручни и рельсы для кресла, а сама
ванна углублена в пол. Комнаты Даггана были тоже рядом. Стены повсюду
окрашены в пастельные тона. Да, деньги могут все или почти все! Недешево
обходится Джордану его месть...
Джо своего восторга не скрывал и пел Джордану дифирамбы:
— Таких, как он, — один на миллион. Мне незачем тебе об этом
говорить, ты и сама это знаешь. Я это сразу понял и был уверен, что вы
поженитесь.
— Его деньги тем не менее не имеют ко мне никакого отношения, —
подчеркнула Лайэл. — Никакого!
— Я этого и в виду не имел, девочка моя. Я же тебя хорошо знаю...
Кстати, хватило ли тебе денег, чтобы купить ту антикварную вещицу ему в
подарок?
— Да, я купила. Тебе спасибо, дедушка!
— Если он был рад твоему подарку так, как ты ожидала, то уж, как
говорится, это стоит того, чтобы истратить на покупку все, что есть.
Видя, что он ждет ответа, Лайэл сказала:
— Да... да, он мне сказал, что я умная... — Голос ее дрогнул, и
она резко замолчала.
Увидев ее реакцию, Джо похлопал ее по руке сказал:
— Очень хорошо. Я знаю, как ты его любишь. Появился Джордан,
остановился в дверях.
— Все в порядке, Джо? Если что-нибудь не так, можно переделать.
— Все в полном порядке. Все отлично, — заверил Джо.
— С завтрашнего дня начнем курс физиотерапии. Я уже договорился, —
объявил Джордан. — Думаю, это позволит избавиться от болевого синдрома,
и, будем надеяться, в дальнейшем появится двигательная активность. Дагган
без труда будет вас увозить и привозить в микроавтобус, который я купил для
этого.
Лайэл не хотела, чтобы Джордан догадался о ее лицу, о чем она беседовала с
дедушкой, выскользнула из комнаты. И Дагган исчез, будто испарился, и она
подумала, что чувство такта тоже можно занести в актив его добродетелей.
Она устроилась перед камином. Нужно было посидеть и спокойно подумать. Все
красиво, все удобно... Но если бы Джордан ее любил, то это был бы ее дом. А
так, как сейчас, — это не Дом, а просто тюрьма. Шикарная просторная
тюрьма...
Где будет спать она? Где будет спать Джордан? Похоже, что у них будет общая
спальня, хотя в пентхаусе нет недостатка в комнатах. Хоть она и была здесь
лишь однажды и не видела всей квартиры, но ясно же, что свободных комнат на
верхнем этаже предостаточно.
Лайэл задремала и сквозь полусон почувствовала, что вошел Джордан.
— Извини, что разбудил. Давай покажу тебе владения, а потом сможешь и
отдохнуть, если устала, — обратился он к ней.
Сама вежливость! Будь она у себя дома, не постеснялась бы и прилегла
отдохнуть.
— Нет, я не устала. Просто жар из камина меня сморил, — ответила
Лайэл.
— Ну, пойдем?
Встала и покорно поплелась за ним как щенок, хорошо поддающийся дрессировке.
Значит, Джо и Дагган в одном конце этажа, владения Уилкеса — в другом,
включая и отлично оборудованную кухню. И тут, и там — собственные лифты. В
центре — прихожая и гостиная. Это она раньше видела. Две большие спальни,
две гардеробные и две ванные. Кабинет Джордана, стены которого — сплошь
полки с книгами. И везде — много света, пространства, удобств.
Спальня Джордана была отделана в соответствии со вкусом хозяина. Деревянные
панели, не кровать, а... королевское ложе. В кремовых тонах. Вроде все очень
привлекательное, но и строгое в то же время.
— Если тебе не нравится, можно изменить цветовую гамму, — сказал
Джордан, перехватив ее взгляд.
— Не боишься, что я разведу здесь розовые оборочки-рюшечки? —
позволила себе Лайэл колкость.
— Нет, не боюсь. Ты хоть и несешь в себе заряд огромной женственности,
но розовая чепуха — не твой стиль. Скорее что-либо серое, зеленоватое и
золотистое, как апрельский день.
Вот как так можно? Вроде все о ней знает, а на самом деле — ничего!
Оба чемодана уже стояли рядом. У окна, на деревянной подставке, которая была
одновременно и подоконником.
— Твой чемодан распаковать? — спросила Лайэл на всякий случай.
— Покоя не дают супружеские обязанности? — спросил он и перевел
взгляд на кровать.
Лайэл вспыхнула и стала торопливо вынимать веши из своего чемодана. Джордан
стоял рядом и брал по очереди из ее рук скромные, но со вкусом подобранные
туалеты.
— Если хочешь выяснить, в каких модных домах я одеваюсь, то напрасны
твои старания, — довольно резко сказала Лайэл.
Джордан, будто не обратив внимания на ее целенаправленную резкость, спросил:
— Как тебе Дагган? Или ты еще не разобралась в нем?
— Мне-то он понравился, но очень хорошо, что он пришелся по душе
дедушке, — откровенно поделилась Лайэл.
Конечно, это обстоятельство затягивает болты на ее тюремной решетке. Если бы
дедушке было плохо с Дагганом, то был бы повод для бегства из этой тюрьмы.
Но если все так хорошо устроилось, разве можно рушить это преднамеренно?
Лайэл вздохнула. Джордан, должно быть, понял это по-своему и сказал мягким
голосом:
— Брось ты возиться с чемоданами. Ложись и отдохни часок перед обедом.
Лайэл бросила на него опасливый взгляд.
— Без паники! Я пойду к себе и поработаю, — Добавил довольно
резко.
Лайэл разобрала свой чемодан. Одежду — в шкаф, мелочь — в различные ящички,
отобрала кое-что для стирки и аккуратно сложила в мешок из прачечной. Теперь
можно последовать совету Джордана. Она плотно задвинула тяжелые шторы,
разделась и легла. Где-то внизу проносились машины, бурлила и жила своей
жизнью улица, но сюда этот шум не доходил. Лайэл заснула.
Когда через два часа она проснулась, то сразу и не поняла, где это она. Она
же в Лондоне! Подошла к окну, раздвинула шторы и долго смотрела вдаль.
Вечерние огни большого города мерцали, вспыхивали, как угли в камине. К
обеду она решила надеть голубовато-серое шифоновое платье. Круглый, под
горло, ворот. Длинный, волнами ниспадающий к запястью рукав. Элегантный крой
и линии красивые. Сразу и не скажешь, что куплено в магазине готового
платья! Прошлась несколько раз щеткой по густым шелковистым волосам и решила
не собирать их в пучок.
Лайэл заканчивала макияж, когда вошел Джордан. Он окинул ее оцени
...Закладка в соц.сетях
