Жанр: Любовные романы
Секретарша-девственница
....
— Например, я сопоставляю сказанное тобой вчера со сказанным сегодня...
— Что? О чем я говорила вчера? — Нахмурившись, Кэти попыталась
припомнить, но, мысленно перебирая вчерашние разговоры, никак не могла
догадаться, куда он клонит.
— Об одежде, которую ты решила оставить, потому что она тебе еще
пригодится. О да. Робкая, неуверенная девушка в скромном платьице в цветочек
вдруг увидела и поняла, что новый фирменный гардероб — средство, помогающее
заполучить мужчину. Разве не так ты себе сказала? Зачем же ждать, почему не
попробовать сразу, а? Я вижу, лжепомолвка подействовала удивительным образом
на твои нервы и внезапно...
— Забери свои платья обратно!
— Каково это, из юной невинной девушки вдруг превратиться в женщину-
охотницу, а, Кэти? — Глядя на ее покрасневшее лицо, Бруно представил
себе, как она следует по городским улицам, покачивая стройными бедрами и
даря мужчинам улыбки.
Вспышка доселе не изведанной ревности ослепила Бруно, и он не знал, что с
ней делать. — Ты весьма убедительно изображала робкое юное создание в
испуге перед предстоящей потерей девственности.
Сейчас, думая о той ночи, я сомневаюсь, действительно ли ты боялась? Кто
знает? Может, ты вынашивала планы... это так, Кэти? Ты собиралась
использовать меня? Ты сочла меня самой лакомой добычей?
— Использовать тебя? Как ты это себе представляешь?
Взбешенный Бруно словно не заметил вопроса.
— Тебе двадцать три года. Предположим, лишь предположим, ты решила, что
наступила пора расстаться с девственностью, а кто подойдет для этого лучше,
чем одинокий состоятельный мужчина? С уходом Изабел исчезли любые угрызения
совести... — Глядя в широко раскрытые недоумевающие глаза девушки,
Бруно понимал, насколько он сейчас беспощаден. Он потерял самоконтроль, он
просто сошел с ума. Но для него казалось невозможным представить Кэти,
улыбающуюся другому мужчине, нежно смотрящую на него, ложащуюся в постель с
другим... Резко отойдя от девушки, Бруно постарался прийти в себя и сел на
диван.
— Я не знаю, о чем ты. — Кэти растерянно теребила рукав. — Я
ничего от тебя не требую, — тихо произнесла она. — Мне совершенно
непонятно, каким образом ты пришел к ошибочным выводам.
Мы вместе оказались в довольно трудной и странной ситуации. Если бы Изабел
захотела взять реванш, а не мстить, мы бы даже не были сейчас здесь!
— Не были бы, — сердито подтвердил Бруно. Но, увы, мы здесь и вряд
ли сумеем выпутаться из этой истории за один день.
— Ты обвиняешь меня в приспособленчестве, и я вынуждена
возразить. — Кэти должна была прояснить ситуацию. — Я не
планировала... заниматься с тобой любовью... просто это случилось. Я
совершенно не думала о твоих деньгах. Твое утверждение нелепо. Я никогда не
вступила бы в связь с мужчиной ради денег. Ты обвиняешь меня крайне
несправедливо. — Кэти изо всех сил старалась не расплакаться. Слезы
привели бы Бруно в ярость. В конце концов, он ведет себя так не нарочно, в
голове у него все действительно перепуталось, как и у самой Кэти. В сотый
раз она думала о происшедшем, взвешивая все
за
и
против
, стараясь
понять, правильно ли они поступили, и приходила к единственному ответу: они
устроили этот спектакль, руководствуясь исключительно благими намерениями.
— Хорошо. Прости меня, — тихо произнес Бруно.
Извинение его лишь усилило желание Кэти расплакаться. Девушка судорожно
сглотнула, пытаясь удержать слезы, и Бруно притянул ее к себе. Гладя волосы
Кэти, он взял в ладони ее лицо и прижался губами к ее губам, потом просунул
руку под тонкую ткань одежды и, потянув вниз хлопчатобумажный бюстгальтер,
освободил грудь.
— Что... что... ты делаешь? — еле слышно прошептала Кэти.
Теплые ладони Бруно накрыли восхитительные мягкие холмики, и девушка
задрожала, вся во власти острого, ни с чем не сравнимого удовольствия.
— Что мы делаем, ты хочешь сказать...
— Ты не должен прикасаться ко мне подобным образом... это не входит в
условия соглашения...
— Тогда почему ты отвечаешь на ласку? — Бруно задрал вверх ее
блузку и, тяжело дыша, созерцал результат своего труда: соски набухли,
словно готовые распуститься почки. — Я собираюсь прикоснуться к ним
ртом, — тихо предупредил он. — Ты хочешь этого?
— Я хочу... — Кэти хотела сказать, что хочет отодвинуться как
можно дальше от Бруно, освободиться от чувств, овладевающих ею и заслоняющих
собой здравый смысл. Но при одном лишь взгляде в бездонные темные глаза
протест умер, не успев вырваться наружу. Вместо того чтобы отпрянуть назад и
привести в порядок одежду, Кэти выгнулась дугой, и одна из маленьких грудей
оказалась прямо у рта Бруно.
Прикосновение его влажного языка к чувствительному соску мгновенно возбудило
ее до предела.
Внезапно раздался звук голосов и приближающихся шагов, и Кэти, оттолкнув
Бруно, едва успела привести себя в порядок. В гостиную вошли родители, они
были полностью готовы к поездке.
Джозеф предложил услуги Джимбо, чтобы доставить их на станцию. Мама, от
проницательных глаз которой не укрылся чересчур яркий румянец дочери,
согласилась.
Кэти обрадовалась идее Джозефа. При обычных условиях она с удовольствием
отвезла бы родителей сама и выпила бы с ними чашку чая в ожидании поезда, но
сейчас девушка страшилась оказаться с ними наедине, ведь опять начнутся
расспросы.
К счастью, еще не заходила речь о дне свадьбы.
Пока еще. Но уж слишком понимающий взгляд бросила на нее мать, когда вошла в
гостиную, едва не застигнув их врасплох.
Кэти, Бруно и Джозеф проводили гостей, выйдя из дома на аллею. Бруно,
играющий роль до конца, обнял
невесту
за талию, но, как только
рейнджровер
скрылся из вида и Джозеф вошел в дом, Кэти поспешила
высвободиться.
— Во сколько нужно выехать? — спросила она бесстрастно, сохраняя
дистанцию и по-прежнему глядя в землю. Девушка внимательно изучала гравий
аллеи, шевеля камешки мыском туфли.
— Машина приедет в пять тридцать. Пожалуйста, говори громче. И знаешь,
если ты поведешь себя по обыкновению задумчиво и молчаливо, то вечер
завершится полным фиаско. Поэтому, прошу тебя, скажи мне, что с тобой, и
выбрось потом это из головы.
— Ты знаешь, что со мной. — Кэти залилась ярким румянцем.
— Ты казнишь себя за случившееся в гостиной.
Я прав?
Кэти кивнула, скрестив руки на груди.
— Что ж, не хочу терять время, сражаясь с твоими преувеличенными
комплексами вины, — медленно произнес Бруно, с непроницаемым выражением
лица глядя на девушку, — поэтому давай просто свалим все на мои плечи.
Если память мне не изменяет, я принялся тебя целовать. Это не должно больше
повториться.
— Не должно? — Почему-то готовность, с которой прозвучало
заверение Бруно, привела Кэти в удручающее состояние.
— Не должно.
— Потому что я больше тебе не нравлюсь?
Бруно криво усмехнулся.
— Разве я когда-нибудь говорил такое? Просто я не хочу дотрагиваться до
тебя, не желая вызывать в последующем новые страдания. Конечно, мои слова не
означают, что я сохраню бесстрастность, если ты сделаешь первый шаг.
Огорчение уступило место глупому восторгу, но Кэти поспешила напомнить себе
о куче осложнений, неразрывно связанных с подобным предложением.
— Я не сделаю первый шаг, — отрезала девушка. Это было бы крайне
глупо и недальновидно.
Почему-то она представила себя занимающейся любовью с Бруно снова, снова и
снова, не сдерживая при этом эмоций, подумала о будущем, которому не суждено
быть. Интересно, а если она все же нарушит собственные правила?
Кэти шагнула к дому, ощущая спиной проницательный взгляд.
— Итак, мы встретимся в холле? В пять тридцать? — обернулась она.
— Наша маленькая беседа принесла тебе облегчение?
— Я почувствую облегчение, когда закончится сегодняшний вечер.
Кстати, — внезапно спросила Кэти, — ты собираешься возвращаться в
Лондон?
Не могу представить тебя засевшим здесь надолго, даже если и пришлось на
время прикинуться помолвленным.
Бруно нахмурился, задумчиво глядя на нее.
— Периодически я буду работать вне дома. И именно сейчас я собирался в
город.
— Куда ты едешь? — вдруг вырвалось у Кэти, о чем она тут же
пожалела.
— На тайную встречу с пылкой блондинкой, лениво произнес Бруно. Его
поразительно красивые глаза внимательно смотрели в лицо девушке.
От неожиданности рот Кэти приоткрылся. После нескольких секунд смущения она
поняла, что Бруно разыгрывает ее, и возмущенно взглянула на него.
— Очень смешно.
— Ты ревнуешь?
— Конечно же, нет. Ты волен делать то, что тебе нравится.
— Несмотря на нашу помолвку? — Бруно скорбно покачал
головой. — Не думаешь же ты, что я полностью лишен всяких моральных
принципов?
— Мы не помолвлены, и я уверена в полном отсутствии у тебя моральных
принципов.
Взгляд Бруно на секунду сделался жестким.
— Этот разговор может затянуться, а я сейчас не располагаю свободным
временем. Пылкая блондинка же действительно существует, она — адвокат лет
пятидесяти, и к ее услугам я иногда прибегаю.
— Хорошо. — Кэти поняла, что повела себя очень глупо, обвинив
Бруно в отсутствии принципов.
Она хотела извиниться, но не знала как; впрочем, он уже выказывал явные
признаки нетерпения, дважды посмотрев на часы.
Стоило им соприкоснуться, Бруно становился совсем другим человеком. В эти
минуты Кэти даже начинала верить в наличие каких-то чувств по отношению к
ней, начинала убеждать себя, что мужчина не может проявлять такую
страстность в отношении безразличной ему женщины. Но когда он, как сейчас,
был полностью поглощен деловыми проблемами, тот, другой Бруно, казался лишь
иллюзией.
Вот поэтому Кэти никогда не сумеет приспособиться и вступить в связь,
лишенную любви, основанную лишь на сексе и приятном времяпрепровождении,
чего хотелось бы ему. Ведь краткие часы близости в постели не восполнят той
леденящей пустоты, которую она будет испытывать всякий раз с его уходом.
Сегодня вечером ей необходимо поговорить с Бруно самым серьезным образом о
создавшейся абсурдной ситуации. Она не намерена продолжать это дальше. Не
намерена находиться с ним рядом, зная, что он желает ее и не прочь иногда
предаться случайному сексу; не намерена ежедневно сопротивляться искушению,
даже из соображений благоразумия; не намерена участвовать в представлении,
не имея понятия, когда оно закончится.
Бруно должен найти приемлемое решение, думала Кэти, со страхом приступая к
нанесению макияжа. Девушка боялась показаться перегримированной второсортной
актрисой в неудачный день и вообще выглядеть вызывающе.
В пять пятнадцать Кэти была готова и критически взглянула на свое отражение.
Неужели красавица из Зазеркалья — это она, столь чудесным образом
преобразившаяся?
Скромный рост увеличился на три дюйма благодаря нежным кремовым изящным
открытым туфелькам на каблуках. Привычная хрупкость фигуры ассоциировалась
не с отсутствием форм, а с элегантностью; кремовое платье длиной до середины
голени облегало тонкую талию, открывая красивые плечи и соблазнительную
ложбинку меж грудей, подчеркнутую хитроумным бюстгальтером. Кэти подняла
вверх волосы, нежные завитки обрамляли лицо. Подведенные глаза казались
огромными.
Джозеф, с лукавым огоньком во взгляде, польстил ей, рассыпавшись в
комплиментах и выразив надежду, что они все же доберутся до Лондона,
несмотря на слишком сильное для бедного Бруно искушение по дороге.
— Не беспокойтесь, — заметила Кэти, — не будем забывать о
присутствии шофера. — С тревогой она подумала о реакции Джозефа, когда
тот узнает о разрыве помолвки.
Все еще погруженная в раздумья, ровно в пять тридцать Кэти вошла в холл, и
первое, что она увидела, были туфли Бруно. Ручной работы, из черной
лакированной кожи. Взгляд девушки медленно пополз вверх, рассмотрев черный
костюм, ослепительной белизны рубашку и черный галстук-бабочку — Ух, —
изумленно выдохнула она. Бруно выглядел просто сказочно. Он всегда выглядел
сказочно.
Но сегодня при виде Бруно у Кэти просто пересохло во рту.
— Итак, принцесса отправляется на бал, — нараспев произнес он,
подавая руку, на которую девушка облокотилась.
— А что случится, когда часы пробьют двенадцать? — тихо спросила
Кэти, вспомнив о холодной реальности. Вероятно, в полночь, когда бал
закончится, она сядет рядом с Бруно и серьезно поговорит с ним.
— Постарайся оставить туфельку, чтобы я мог разыскать тебя.
Путешествие в Лондон проходило в полной гармонии. Они являли собой
образцовый пример пары, не привыкшей обсуждать возможные осложнения. Кэти
берегла силы для предстоящего разговора, Бруно же, решила она, опасается
повторения событий в гостиной и ее непредсказуемой реакции, способной
нарушить сценарий их первого публичного появления вместе.
Девушка пыталась убедить себя, что проскользнуть в холл незамеченными в
толпе людей — совсем просто. Она не ожидала встретить толпу фотографов,
дежуривших у входа, где из шикарных автомобилей выходили приглашенные. Кэти
шагнула из лимузина в блеск вспышек фотокамер. Инстинктивно она прижалась к
Бруно, вложив свою руку в его. Теплым ответным пожатием ему удалось
успокоить Кэти. Девушка почувствовала себя под надежной защитой, и ей не
хотелось выпускать эту руку, даже когда они миновали порог внушительного
здания.
Оказалось, что Бруно Джаннелла являлся гораздо более значимой фигурой, чем
Кэти могла себе представить. Огромное количество людей из собравшейся
публики знали его, подходили поздороваться и перекинуться парой фраз.
Многие, как объяснил он, были приближенными ко двору особами. И, поскольку
Кэти пришла с Бруно, равное почтение оказывалось и ей. При других
обстоятельствах навряд ли кто-нибудь из них удостоил бы ее и взглядом. Не
удивительно, что Бруно уделял такое внимание соблюдению приличий и
формальностей и столь дорожил репутацией.
— Я даже не подозревала, какая ты... важная фигура... — прошептала
Кэти, когда они наконец уселись.
— В противном случае ты бы повела себя по-другому? — спросил
Бруно, наклоняясь и с интересом глядя на девушку.
— Конечно! Я попыталась бы еще старательнее избегать тебя во время
твоих визитов к Джозефу! Кэти осеклась, заметив улыбку на его губах.
— Удивительно, почему я верю каждому твоему слову... — пробормотал
он.
Свет погасили, и оркестр заиграл первые такты.
Необыкновенный вечер оказался воистину волшебным. Среди публики Кэти
заметила известные всему миру лица. Восхитительное представление потрясло
Кэти. Девушка старалась запомнить все до последней детали, ведь чудесная
сказка в ее жизни больше никогда не повторится.
Когда вечер подошел к концу и выходящие люди принялись рассаживаться в
дорогие лимузины, Кэти прошептала на ухо Бруно, что чувствует себя
вероломной предательницей.
— Я должен понимать это как намек? Ты считаешь себя недостаточно
хорошей, не заслуживающей
Ройял Альберт-холла
?
— Нет... — девушка смотрела на сверкающую толпу в великолепных
нарядах, — просто все они настоящие, истинные, а я...
— Ты лучше большинства из присутствующих, ответил Бруно вполголоса, с
интонацией знающего человека. — А здесь лишь дорогие обертки. И в
конечном итоге они ничего не стоят.
— Ты говоришь это, только чтобы ободрить меня, отозвалась Кэти, любя
его в тот миг до боли. — Но все равно спасибо. — Она улыбнулась
Бруно, ощущая обнаженными плечами прохладу ночного воздуха.
Девушка совершенно не заметила высокую блондинку, подошедшую к ним в
сопровождении светловолосого мужчины. Блаженный миг неожиданно был прерван
раздавшимся знакомым ледяным голосом Изабел. Она спешила поздравить
новоиспеченную пару. Во взгляде ее злых глаз светилось удовлетворение.
Не успела Кэти открыть рот, как Бруно опередил ее. Холодным тоном он
поблагодарил за поздравления, заметив, что принимает их от всех, но ценит
прежде всего искренность, и с улыбкой добавил, что самым лучшим поступком в
своей жизни считает разрыв с Изабел.
Ярость исказила совершенные черты лица эксмодели. Она сбросила с плеча руку
спутника.
— О, конечно. Ты прекрасно знаешь, кто принудил тебя изобразить так
называемую помолвку. Она рассмеялась. — Разве можно добровольно
обзавестись невестой вроде этой маленькой дурочки из ниоткуда? Человеку с
твоим-то положением?
Кэти захлестнуло негодование, а Бруно произнес совершенно спокойным голосом:
— Ты не должна и далее пребывать в заблуждении, моя дорогая. Помолвка
самая что ни на есть настоящая и...
— Настолько настоящая, что ты даже не имеешь понятия о дате свадьбы?
— Я как раз обдумываю это. — Бруно жестом подозвал одного из
фотографов и, к изумлению онемевшей Кэти, заговорил очень уверенно и
намеренно громко, так, чтобы его могли слышать все желающие:
— Дай знать ребятам: я любезно приглашаю тебя освещать в прессе мою
свадьбу с... — он поднес руку Кэти к губам, — с этим прелестным
созданием. Мы уточним дату и все детали в течение недели.
Несколько фотографов уже успели приблизиться. Отблески вспышек озаряли лицо
Кэти, пока Бруно, наклонившись, не заслонил девушку, запечатлев на ее устах
долгий поцелуй.
Глава десятая
Кэти находилась в шоковом состоянии. Репортеры безостановочно щелкали
фотокамерами, радуясь неожиданно прозвучавшему заявлению, и обстреливали
пару градом вопросов, — на которые Бруно отвечал с присущей ему
непринужденностью.
Девушку просто колотило от волнения, когда лимузин отъехал от
Ройял Альберт-
холла
. Медленно повернувшись к сидевшему рядом мужчине, она встретила его
внимательный взгляд.
— Думаю, мне просто приснился страшный сон, едва выдавила она.
— Это не сон, — тихо сказал Бруно и обратился к шоферу:
— Поезжайте, Гарри, пока я не скажу вам остановиться.
— Куда ехать, сэр?
— Куда вам угодно, хоть к дьяволу. Например, в Брайтон и назад. —
Бруно задвинул стеклянную перегородку и опустил занавеску, и они с Кэти
очутились совсем наедине.
— Пожалуйста, скажи мне, что все это происходит не наяву, — с
мольбой произнесла девушка, сбросив туфельки на слишком высоких для нее
каблуках.
— Я бы так не сказал.
— Ты вообще понимаешь, что ты сейчас натворил? — Бруно сохранял
полную невозмутимость, и Кэти захотелось хорошенько встряхнуть его. —
Как ты мог?! — Одно она знала наверняка: мужчина, сидящий рядом, вовлек
их обоих в авантюру, выход из которой практически невозможен.
— Не впадай в истерику, — приказал он спокойно, но слова его лишь
окончательно вывели Кэти из себя.
— Не впадать в истерику?! А что же мне делать, Бруно? О боже! —
Опустив голову, девушка прижала ладонь ко лбу, закрыв на несколько секунд
глаза. Как мы выйдем из создавшегося положения? Ситуация с помолвкой уже
представлялась довольно затруднительной, но помолвку всегда можно разорвать.
Но свадьба? Нам остается лишь уповать, что люди позабудут твои слова. Да,
только уповать. Через месяц о назначенной дате будут помнить многие, но
потом... — Кэти подумала об общественном внимании, сфокусированном на
Бруно, об огромном числе его знакомых, о крайнем интересе к его особе
репортеров. Сердце девушки замерло в груди. Завтра утром газеты опубликуют
смехотворное заявление Бруно о свадьбе, и сразу же на них обрушится шквал
поздравлений, в том числе от Джозефа и ее родителей. Кэти застонала перед
лицом неизбежности. — Как ты только мог позволить Изабел заставить тебя
произнести эти ужасные слова, Бруно? Как ты мог?
— Никто не в состоянии заставить меня делать что-либо, — спокойно
ответил Бруно, но Кэти не слушала его.
— Ведь еще сегодня утром мы собирались мягко умерить пыл Джозефа и моих
родителей, а теперь... В слове
теперь
крылся такой ужас, что на несколько
секунд Кэти потеряла дар речи.
— Полагаю, ты ожидаешь извинений?
— Извинений? К чему мне твои извинения? Я бы предпочла услышать
объяснения! Мы только что угодили из огня да в полымя, Бруно!
— Что мы сделали?
— Тебе прекрасно известно!
Бруно отвернулся, откинулся на спинку сиденья и принялся изучать темный
занавес, отделяющий их от шофера.
— Почему? — очень тихо спросил Бруно. — Мы помолвлены. Почему
бы нам не пожениться?
Его слова настолько шокировали девушку, что она судорожно вздохнула.
— Я хочу сказать, — продолжал он, по-прежнему глядя в
сторону, — нам хорошо вместе и нас физически влечет друг к другу. Секс,
как известно, один из важнейших аспектов счастливого брака. Хороший секс и
умение ладить между собой. И, кроме того, Джозеф и твои родители окажутся на
седьмом небе от счастья.
Несколько кратких мгновений потребовалось Кэти, чтобы осознать, куда клонит
Бруно. Без всяких эмоций, спокойно он предлагает ей свадьбу как завершение
начатого идиотского фарса, в котором она по глупости согласилась
участвовать. Разве он не говорил ей, что настала пора осесть на одном месте?
Первоначальная кандидатура Изабел не выдержала испытания. И теперь они,
оказавшись в идеальной ситуации, плавно скользят от фиктивной помолвки к
лишенному любви, но весьма удобному для всех браку, для всех, кроме самой
Кэти.
Кровь прилила к щекам девушки, и она выпалила в отчаянии:
— Ты неустанно повторяешь, как я раздражаю тебя привычкой вести
разговор, не глядя в лицо собеседнику. Поэтому буду весьма признательна,
если и ты сейчас повернешься ко мне!
Бруно повиновался, и они оказались в угрожающей близости друг от друга.
— Тебе случайно не приходило в голову, что я могу не разделять твои
представления об идеальном браке? — Руки Кэти сжались в кулачки. —
Веришь ты этому или нет, но я не хочу идти к алтарю с мужчиной только
потому, что он испытывает ко мне физическое влечение, которому в любой
момент может прийти конец! Я не желаю выходить замуж лишь на основании
твоего решения о возможной пользе этого брака! С безграничной наглостью и
самоуверенностью ты вообразил, что я соглашусь помочь тебе в осуществлении
твоих планов! Но я не Изабел, ты прекрасно это знаешь!
— Я знаю, — мягко произнес Бруно, и звук его голоса моментально
подействовал на Кэти. — Ты совершенно не похожа ни на Изабел, ни на
одну из когда-либо встреченных мною ранее женщин. Ты единственная. Я не
понимал, насколько ты неповторима, пока, проводя рядом с тобой время, не
привык к тому, как ты думаешь, и говоришь, и улыбаешься.
— Даже умаслив, тебе не удастся убедить меня согласиться с твоим
идиотским планом, — тихо промолвила Кэти.
— Я и не пытаюсь умаслить тебя. Я просто говорю правду. — Протянув
руку, Бруно дотронулся до пылающей щеки девушки, и Кэти с трудом подавила
желание прильнуть к нему. — На протяжении всей своей жизни я встречался
с женщинами, у которых всегда были наготове нужные слова и нужные наряды для
любого случая. Задержавшись из-за болезни Джозефа в провинции, я подумал,
что общение с таким нервным и пугливым созданием, как ты, выведет меня из
себя. Я заблуждался. Ко мне пришло странное чувство, словно я отправился в
волшебное, сулящее удивительные тайны путешествие, и я полюбил это чувство.
Кэти старалась не позволить сладким речам Бруно завладеть ею, лишив
рассудка.
— И однажды я вдруг понял, что гадаю, как ты выглядишь... под
скрывающей фигуру одеждой. — От этих его слов Кэти покраснела, и Бруно
продолжил:
— Отчасти поэтому я попросил приехать Изабел. Я надеялся, что она
заставит меня выкинуть из головы эти неподобающие фантазии. Пригласив ее, я
поступил как нельзя лучше, ведь, увидев Изабел рядом с тобой, я понял, что
она совершенно мне не подходит.
— Но ведь это не означает, что тебе подхожу я, сказала Кэти, тяжело
вздохнув.
Закладка в соц.сетях
