Жанр: Любовные романы
Обман
...твовал. Но ведь, ни один
мужчина и не стоял к ней так близко, лениво оглядывая ее опущенную голову,
шею и плечи. Она кожей чувствовала его взгляд, даже после того, как он убрал
прохладные пальцы.
— Забавно, — лениво произнес Джейк. Эш внезапно вспыхнула.
— Отпустите меня, — сказала она, пытаясь отстраниться.
— И не подумаю.
Внезапно его ладонь легла на ее шею. Эш вскинулась. Она ощущала, как
толчками бьется за ушами пульс как раз в тех местах, куда легли его пальцы.
И кожа под его ладонью была не просто горячей. Она пылала.
— Пожалуйста, отпустите меня. — Она уже и не пыталась говорить
спокойно.
— Почему? — Он изобразил удивление. Забыв, что нельзя делать
резких движений, Эш повернула к нему голову, собираясь возмутиться. Но
желание возмущаться пропало, стоило ей встретиться с ним взглядом. Так вот,
значит, что он имел в виду, в смятении подумала она. Он наклонил голову.
Поцелуй был очень нежным. Легкое прикосновение губ к ее губам. Ничего в нем
не было такого, от чего бы требовалось закрыть глаза, а именно это она и
сделала. Или качнуться к нему. Сдаться. Эш еле слышно вздохнула, как будто
вернулась домой.
— Так поэтому? — мягко спросил он.
Потрясенная, Эш открыла глаза. Предательский вздох все еще звучал в тишине.
Она пришла в ужас. Домой? Вернулась домой? С этим городским щеголем и его
бессердечным заигрыванием? С его вполне очевидными планами завладеть ее
землей любым способом? Она не должна никогда забывать, напомнила себе Эш,
что у него на все есть причина. А она реагирует на него. Видно, она совсем
рехнулась.
Она машинально подняла руку и выдернула волосы из его ладони. Сделала шаг
назад.
— Не понимаю, о чем вы толкуете.
— Нет, прекрасно понимаешь. — Джейк говорил с полной уверенностью.
Он не попытался снова взять ее за руки. В этом не было необходимости. Он
держал ее взглядом. С возрастающей тревогой Эш увидела в его взгляде столько
нежности, какой она не знала никогда в жизни. И, черт бы его побрал, он
улыбался.
— Вовсе нет, — сказала Эш, повышая голос.
Он печально покачал головой.
— Такая молодая, такая красивая и такая врушка, — сокрушенно
произнес он.
— Я... — Она остановилась на самой грани нового протеста, которому
он все равно бы не поверил. Глубоко вздохнув, она отошла на более безопасное
расстояние, к самому шкафу. — Послушайте, я не знаю, зачем вы приехали,
но я могу вам сразу сказать, что вы зря потратили время. Я не продам ни
клочка своей земли, даже если буду умирать с голоду. Если вы все еще
рассчитываете на Хейс-Вуд, забудьте о нем.
Его глаза продолжали смеяться.
— А что, если мне нужно что-то другое?
— Что другое? — презрительно спросила Эш.
Он покачал головой.
— Надо же, какая подозрительная. Надо будет что-то с этим сделать.
— Нет! — Крик прозвучал как пистолетный выстрел.
— Да не волнуйся же. Не здесь и не сейчас, уж это точно.
— Никогда, — заявила Эш со всей твердостью, на какую была
способна.
— Не надо быть такой уверенной, ты же не знаешь, что я предлагаю
взамен.
Их взгляды встретились. Он действительно смеялся. Но было в его глазах что-
то более серьезное и глубокое. Эш показалось, что она вышла из-за надежной,
высокой стены и сразу попала в шторм. Она встряхнула головой, стараясь
привести мысли хоть в какой-то порядок.
— Увы, я знаю, — сказала она, не отводя взгляда. —
Неприятности. Мне они не нужны.
Ее слова не произвели на него впечатления.
— Человеческая жизнь немыслима без неприятностей. Избавиться от
неприятностей — все равно, что перестать жить. Во всяком случае, опыт мне
так подсказывает.
— А опыт у вас, конечно, богатый, — ехидно вставила Эш.
Он снова улыбнулся.
— И с каждым часом становится все богаче, радость моя, — сказал
он. Он оглядел ее с ног до головы и пожевал губами. — И, похоже, будет
продолжать обогащаться. Никогда раньше мне не приходилось водить на
вечеринки пугало.
— А вы вовсе меня туда не ведете. Меня пригласили туда сто лет назад.
— Ладно, — миролюбиво согласился он. — Меня никогда не водило
на вечеринки пугало.
Эш задумчиво посмотрела на него.
— Вы самый грубый человек, какого мне приходилось встречать.
Его плечи тряслись.
— Так я всего лишь честен. — Тон был укоряющим. — Наверняка
твои прошлые сопровождающие жаловались насчет грязных ногтей? Даже если они
мирились со ссадинами и пятнами от травы.
Эш вздрогнула и виновато взглянула на свою потрепанную рабочую одежду. Она и
раньше-то не отличалась элегантностью, а сейчас несла на себе обильные следы
ее трудовой деятельности. И снова этот ужасный человек прав.
— Разумеется, я переоденусь перед вечеринкой, — сказала она.
— От всей души приветствую, хоть и удивляюсь, — пробормотал Джейк.
— Я, пожалуй, пойду и сделаю это сейчас.
Он позволил себе легкий кивок, ничего торжествующего.
— Прекрасно. Но сначала — жест доброй воли.
Он достал маленький пакет в красивой бумаге сливового цвета. Эш с
подозрением смотрела на него.
— Что это?
— В благодарность за твое гостеприимство, — бодро возвестил Джейк.
Он встретился с ее горящим взглядом и рассмеялся. — Уступи мне, Эш.
Это было масло для ванны. Сам флакон — настоящее произведение искусства, с
изображением летящей стрекозы на гранях. Высокая пробка удерживалась
серебряной печатью.
— Мне сказали, что его сделали из примулы и жасмина, — тихо сказал
Джейк. — Мне кажется, такой запах тебе подходит.
Эш встревожилась.
— Спасибо, — с усилием произнесла она.
— Я имею в виду, только тебе. Я рассказал им о тебе подробно.
Потребовалось несколько консультаций. — Он неожиданно хмыкнул. —
Мой дворецкий решил, что я занялся колдовством.
— Судя по всему, ваш дворецкий неплохо вас знает, — сказала Эш
немного резко.
Джейк решил не обращать внимания на оскорбительный подтекст.
— Мое главное достоинство — умение все организовать, — скромно
признался он.
Эш внезапно поняла, что он имел в виду.
— Они это сделали? — спросила она. — Вы хотите сказать... я
не знаю, как это называется... что это сделано в единственном экземпляре?
Он повернул флакон так, чтобы она могла разглядеть маленькую серебряную
печать. К ней была прикреплена крошечная этикетка, которую Эш сразу не
заметила. Она подняла глаза, потом взяла этикетку загрубевшими пальцами и
прочитала надпись.
Эшли — вот что было написано там.
— О, — только и произнесла она.
Джейк наблюдал за ней со странной, мягкой улыбкой.
— Оригинальный запах для оригинальной леди.
Эш внутренне поморщилась. Она-то точно знала, насколько оригинальной ему
кажется. Она подняла подбородок.
— Я знаю, — спокойно сказала она. — Значит, именно с таким
маслом принимает ванну перед вечеринкой утонченное пугало?
Его глаза блеснули, но он не попался на удочку. Он лишь сказал:
— Я надеюсь. — Потом шутливо ей поклонился. — И еще надеюсь,
что тебе понравится. А теперь иди, прими ванну, и мы посмотрим.
— Ожидаете метаморфозы?
— С нетерпением.
Эш с трудом улыбнулась непослушными губами. Не требовался Джейк Дейр, чтобы
напомнить ей, что она не женственна. Наверное, сейчас это выжжено у нее на
лбу каленым железом. Только когда об этом говорил Питер, она не обращала
внимания. Теперь же ей было больно.
— Надеюсь, вы не будете разочарованы, — тусклым голосом произнесла
она.
Брови Джейка поползли вверх.
— Надеюсь, что ты не будешь разочарована. Это ведь духи для тебя. Не
для меня. Они призваны заставить тебя почувствовать, что ты ступила в
магический вечер открытий. — И мрачно добавил: — Если нет, я подам на
них в суд.
Эш невольно улыбнулась.
— Уверена, что так и будет. — Она взглянула на часы. — Черт, мы обязательно опоздаем.
— На такие вечеринки полагается опаздывать. Иди и отмокай в свое
удовольствие.
Так она и сделала.
Как и обещал Джейк, вода в ванне пахла вечерним жасмином и другими терпкими
ароматами летнего сада. Эш влюбилась в этот запах. Она даже начала
воображать, что она обыкновенная девушка, собирающаяся на обычное свидание.
С удовольствием вытянулась и заложила руки за голову.
Ну а почему бы и нет? Она не ходила на обычное свидание уже больше десяти
лет, но она не забыла, как это делается. И что при этом чувствуешь. А Джейк
Дейр готов охотно ей подыграть.
Только на сегодняшний вечер она сделает вид, что никогда не знала Питера
Лоуренса, не выходила за него замуж; никогда медленно и болезненно не
осознавала, что она только оболочка женщины. Никогда, намеренно напомнила
она себе, не выгоняла его в грозу, убившую его.
Сегодня она сделает вид, что идет на вечеринку с мужчиной, которому нравится
и который старается ей угодить. Она забудет про низменные мотивы Джейка. Она
отбросит внутренние барьеры. Она забудет даже тот ужасный случай у реки.
Сегодня она будет веселиться.
В ее гардеробе все еще висела одежда от лучших модельеров, на которой
настаивал Питер. Она сильно похудела, так что большинство платьев были ей
велики. Но ей удалось найти прекрасно сшитые вельветовые брюки цвета мха и
пиджак, на фоне которого ее волосы напоминали пылающий костер. Эш покопалась
в ящике и выудила оттуда кремовую шелковую блузку с ручной вышивкой,
унаследованную ею от бабушки. Она прекрасно оттеняла ее матовую кожу. Она
тщательно расчесала волосы и позволила кудрям рассыпаться по плечам.
— Ну вот, больше я ничего не могу, — сказала она вслух.
Оглядела себя в зеркале. Ей показалось, на нее смотрит совсем другая
девушка. Даже без макияжа ее глаза казались больше, лучистее и возбужденнее.
И лишь чуть-чуть настороженными. Эш слегка поежилась, немного от страха,
немного от радости.
И спустилась вниз.
При виде ее глаза Джейка расширились. Ей даже на мгновение показалось, что
он в шоке. Она неуверенно остановилась на пороге, встревоженная тем, что
разглядела в его взгляде.
— Никаких драгоценностей? — спросил он. — Разумно. Ты же не
хочешь, чтобы они сгорели в этом костре.
Эш покачала головой.
— Я никогда не ношу драгоценности.
Они у нее имелись в изобилии: бриллианты, красивое колье из рубинов,
комплект из жемчуга и сапфиров, когда-то сделанный по заказу русской
принцессы. Все купил ей дед, чтобы вознаградить ее за то, что она вышла
замуж за нужного человека. Или Питер, желавший, чтобы она их демонстрировала
перед его деловыми партнерами. Постепенно она стала их ненавидеть.
— Аллергия? — с любопытством спросил Джейк.
Он открыл перед ней дверь, и они вышли в душистый вечер.
— Некоторым образом. Я не люблю драгоценные камни.
Он взглянул на нее с еще большим любопытством. Но сказал только:
— Тебе бы познакомиться с моей сестрой и матерью. Они бы ни за что не
поверили.
Он помог ей сесть в свой
мерседес
, сел рядом и включил двигатель.
— Драгоценности для них вроде наркомании. Они ими увлеклись, стоило мне
всерьез преуспеть, — сухо сказал он.
Эш растерялась.
— Всерьез преуспеть?
— Заработать мой первый миллион. По правде сказать, скорее мою первую
тысячу. — В его голосе не чувствовалось горечи. — Классическая
история. Бедный мальчик выбивается в люди. Семья пожинает плоды.
Эш поняла, что расстроилась. Особенно потому, что он говорил об этом без
особой обиды.
— Вы... очень по-философски к этому подходите.
Джейк пожал плечами.
— Люди они люди и есть. Моя мать полюбила меня особенно сильно, когда я
открыл счет в банке
Эспрейз
. Нет никакого смысла биться головой о стену,
борясь с неизбежным. Кое-что не в нашей власти изменить. Надо это принимать
и двигаться дальше.
Эш молчала.
Только позже, когда они уже остановились у дома Холлов, она сообразила, что
проехала мимо дерева у ворот, не заметив его. В первый раз она миновала его,
не подумав:
Питер умер здесь, и в этом виновата я
. Возможно, она
заразилась философией Джейка. Возможно, ей все же не придется расплачиваться
за эту получасовую ссору всю жизнь.
В своем запущенном саду Молли собрала около полусотни гостей. И все до
единого поразились, увидев Эш. Джейк Дейр крепко держал ее за талию и
насмешливо поглядывал вниз на нее, когда очередной пораженный сосед с ней
здоровался.
В тихом воздухе дым от жаровни поднимался вертикально вверх. Джейк оглянулся
и удовлетворенно вздохнул.
— Я бы мог привыкнуть к такой жизни, — сказал он. — Вообще-то
я не понимаю людей, которые стремглав летят из Лондона в пятницу, чтобы
опрометью вернуться в воскресенье вечером. Но сегодня я вижу, что есть какой-
то смысл в таких вечерах.
— Вам нравятся вечеринки? — спросила Эш.
— Настоящие вечеринки с друзьями — да. — Он скорчил
гримасу. — Но не те приемы с коктейлями, которые обязательны при
подписании контрактов.
Эш опустила ресницы.
— А как насчет вечеринок перед подписанием контрактов? — осторожно
спросила она.
Как же злился на нее Питер из-за этих деловых ужинов и приемов. Она так
старалась, но никогда не могла понять, что происходит, и ненавидела все эти
мероприятия. Питер утверждал, что все это видят, что это ее вина, что
Кимбеллз
теряет из-за нее контракты.
Джейк посмотрел на нее, как ей казалось, с большим пониманием.
— Неизбежное зло. Приходится подмазывать колеса бизнеса. Моей домашней
жизни оно не касается. — Он помолчал. Затем добавил со странной
нарочитостью: — Если я женюсь, то не стану просить свою жену принимать
гостей, чтобы заключить деловую сделку.
Эш отвернулась.
— Тогда ей крупно повезет.
Он взял ее рукой за подбородок и повернул к себе. Взглянул прямо в глаза.
— Я очень на это надеюсь.
Эш оцепенела.
Прекрати, сказала она себе через секунду. Не может он подразумевать то, что
тебе показалось. Он чересчур циничен. Он просто тебя разыгрывает, вот и все.
И все же было что-то в том, как он на нее смотрел, что заставило ее сердце
биться чаще и сильнее где-то у самого горла. Смешно, твердила она себе. Но
его напряженный взгляд, казалось, старался разубедить ее. Она, внимательно
вглядываясь в его лицо и, сама не понимая, что там ищет, старалась прочесть
его мысли.
Улыбка исчезла с лица Джейка. Он быстро проговорил:
— Эш...
Но тут к ним подошла Молли Холл. Она несла две стеклянные кружки с
золотистым напитком, в котором плавали листья садовой мяты и бурачника.
— Выпейте, — сказала она. — Еду придется подождать, если
только мне не удастся уговорить шеф-повара воспользоваться грилем в доме. Но
мальчикам нравится натуральное барбекю.
Джейк что-то весело ответил. Он взял у Молли обе кружки. Эш, потерявшая дар
речи, могла лишь удивляться, как быстро он нашелся. Ну, конечно, ничего
серьезного и не произошло, чего ему было теряться, напомнила она себе.
Она отпила глоток. В напитке чувствовался привкус грецких орехов, каких-то
фруктов или ягод.
— Весьма экзотично, — беззаботно сказала она, когда Джейк снова
повернулся к ней.
Он нахмурился.
— Эш...
— Вон Боб идет, — перебила она. Она внезапно ощутила настойчивую
потребность отойти от него. — И Тим. Как мило. Мне надо перекинуться с
ними словечком. — Она беспечно улыбнулась Молли и Джейку. —
Извините меня.
На мгновение лицо Джейка потемнело. Эш даже показалось, что он намерен
загородить ей дорогу. Но потом он пожал плечами и дал ей пройти. Уголком
глаза она заметила, что Молли положила руку на его локоть.
Она торопливо подошла к Бобу и Тиму и начала бессвязно говорить о возможных
действиях комитета по планированию относительно предполагаемого
строительства. Боб через несколько минут извинился и отошел, но Тим охотно
ввязался в разговор. Более того, он принес ей еще кружку пунша и стал
расспрашивать о возможном появлении барсуков в ее лесу.
Эш усиленно пыталась сосредоточиться. Один раз она по глупости слишком
заметно взглянула на Джейка. Он улыбнулся ей через наполненный дымом сад.
Она ощутила его улыбку как поцелуй. Эш отвернулась, но сердце снова забилось
учащенно. Она видела, что все поглядывают на нее с любопытством. Его шарм
можно почти что потрогать, и кружит он голову не хуже пунша, подумала она.
Вскоре Джейк снова подошел к ней и обнял за талию. Этот жест уже показался
ей естественным. Ее сердце-предатель пропустило удар, а потом забилось часто
и неровно. Она боялась, что он расслышит это биение. Лицо окаменело.
Джейк весело улыбнулся ей. Именно так ведут себя люди на обычном свидании,
напомнила себе Эш. Давай, подыграй ему. Поживи немного. Она откинула голову
назад и улыбнулась прямо ему в лицо.
Джейк оторопел. Потом что-то мелькнуло в его глазах и осталось там,
напоминая мерцающие огоньки. Эш вдруг почувствовала прилив радости. Она
продолжала улыбаться, не отводя от него взгляда.
— Гмм... приятная вечеринка, но мне пора, — сказал Тим
Паджетт. — Дел невпроворот. Жизнь постоянно подкидывает всякие
сюрпризы.
— Что? А... да, конечно, — с отсутствующим видом заметил Джейк.
Эш улыбнулась еще шире. Рука Джейка сжала ее талию так, что ей стало больно.
Тим попятился.
— Ты его прогнал, — укорила она.
— Самое время.
Джейк небрежно откинул ей волосы со лба, мимоходом погладив щеку.
— Самонадеянный идиот, — сказал он. — Не может же он
рассчитывать на внимание самой потрясающей рыжеволосой красавицы на
вечеринке лишь с целью самоутверждения.
Эш хихикнула.
— Он ничего не говорил о самоутверждении. Я рассказывала ему о
барсучонке.
— Прекрасно, — удовлетворенно хмыкнул Джейк. — Надеюсь, он
едва не помер со скуки.
И он снова погладил ее по щеке. Эш почувствовала приятную внутреннюю дрожь.
Он наклонился к ней и шепотом спросил:
— Ты голодна?
Внезапно Эш почувствовала себя легкомысленной и беспечной.
— Нет. А ты?
Он беззвучно рассмеялся.
— Смотря, что ты имеешь в виду. Почему бы нам не обсудить это дома?
Во рту у нее вдруг пересохло. Она старалась смотреть куда угодно, но не на
него.
— В смысле, сейчас уехать?
Его рука на ее талии сжалась так сильно, что показалась ей тисками. Но она не попыталась вырваться.
Я ему не доверяю, подумала она. Слишком уж он умен. И чересчур
привлекателен. И сам это знает. Я уже однажды изобразила из себя полную,
безнадежную идиотку. Ему нужен лишь Хейс-Вуд.
Потом она припомнила: он сказал, что, возможно, ему нужно что-то еще. Он
привез ей духи, сделанные специально для нее, таких не будет ни у одной
другой женщины. И он видел ее в самом неприглядном виде и все же вернулся.
Что бы ни случилось, скрывать больше нечего.
Она наклонила голову и прислонилась к нему. Робость не давала ей понять. Он
все сильнее сжимал ее талию. Сказал что-то себе под нос, но она не
разобрала.
Эш все же подняла голову. Его глаза были очень темными.
— Думаю, пора уходить, — хрипло сказал он.
Глава 13
Еще окончательно не стемнело. Они вернулись к машине, стоящей в тени
деревьев. Джейк завладел ее рукой и не отпускал.
Эш не могла понять, что с ней происходит. Она внезапно стала ощущать себя
любимой. Странное чувство. Оно делало ее еще более робкой. Она никогда
раньше не ощущала себя любимой. Интересно, Джейк чувствует себя так же
странно, как и она? Или это все часть его хитроумной стратегии? Наверное,
его низменные мотивы могут проявиться в любую минуту.
Она хотела его спросить. Но в машине он снова взял ее за руку и не отпускал
до самого дома. Эш поняла, что ей безразлично, часть ли это его стратегии
или нет. Этот вечер не просто развлечение. Он останется у нее в памяти на
будущее, когда он вернется к своим миллионным делам, а она будет выгуливать
собаку и заботиться о барсучонке в одиночестве.
В машине они не разговаривали. Джейк ехал быстро. Эш мечтательно смотрела на
его длинные, сильные пальцы на рулевом колесе. Когда они остановились около
особняка, он выключил фары и повернулся к ней.
— Ты ведь, по сути, не знаешь большинства тех людей, верно? Хоть вы и
соседи, ты не появлялась там многие годы.
Эш не знала, порицает ли он ее или нет. Она посмотрела на свои руки.
— Похоже, ты и так догадался. Ведь не ходили же они ко мне косяками,
когда ты жил в доме.
— Но там все выглядело по-другому. — Он говорил задумчиво. —
Я себя спрашиваю — в чем дело?
Несмотря на свои бурные фантазии по поводу сегодняшнего вечера, Эш сжалась.
— Я не люблю вмешательства в мою жизнь.
— Я тоже. Но это не значит, что мои соседи смотрят на меня, как на
пришельца из космоса, когда я с ними сталкиваюсь, — откровенно заявил
Джейк.
Он побарабанил пальцами по рулевому колесу.
— Молли считает, что ты винишь себя за тот несчастный случай, —
сказал он ровным голосом. — Что ты наложила на себя нечто вроде
епитимьи. Это так?
Эш вздрогнула.
— Прошло уже столько лет.
— Это не ответ на мой вопрос. — Он оценивающе взглянул на нее.
— Оставшееся жить часто чувствуют себя виноватыми, когда кто-то
умирает. Особенно в молодые годы, — сказала Эш. — Я ходила к
психотерапевту. Знаю всю терминологию.
— И, тем не менее, ты все еще живешь Бог знает в какой глуши и держишь
всех на расстоянии вытянутой руки? Как спящая красавица в глубине своего
непроходимого леса, — добавил он сухо.
Эш закусила губу.
— Ты преувеличиваешь.
— Все еще хуже. По крайней мере, если верить твоим соседям.
Она удивилась и слегка обиделась.
— Зачем им рассказывать тебе обо мне?
Он сверкнул зубами в темноте.
— Они видят — я проявляю интерес. Чего, похоже, нельзя сказать о тебе.
Неожиданно во рту у Эш пересохло. Все это переводило вечер из мира фантазии
слишком близко к реальности. Той реальности, с которой она еще не научилась
справляться. Пора отступать, подумала она.
— Мне кажется, пора идти в дом. Становится прохладно. — Она положила руку на ручку дверцы.
— Заперто. — Джейк был совершенно спокоен. — Полезная вещь —
централизованная система запоров.
Эш возмутилась.
— Ты меня здесь запер?
— Я нас тут запер, — поправил он ее мягко.
— Ну, конечно, тогда другое дело, — саркастически заметила Эш.
Он хрипло рассмеялся.
— Я на это надеялся.
Он лениво протянул руку и привлек ее к себе. Он не пытался ее поцеловать,
просто осторожно прижал ее к своему теплому боку.
— Ты напряжена как струна, — удивился он. — Что-то не так?
— Я полагаю, это очевидно. — Эш все дрожала. От гнева, уверяла она
себя.
— Не для меня.
— Значит, ты еще более самонадеян, чем я думала. Я не уважаю насилие. Я
хочу выйти из машины, — ровно сказала Эш. — Причем немедленно.
— Чтобы пойти в гараж и спрятаться там с барсуком? — Он дразнил
ее, но голос был резким.
Эш не попалась на эту удочку.
— Если мне так вздумается.
— А как насчет того, что вздумается мне?
Вот он, его низменный мотив. Она вздрогнула и тут же отругала себя. Ведь она
знала, что все это волшебство лишь временно.
— Я знала, чего ты хочешь, — с жаром заявила она. — Ты моего
леса не получишь. Можешь держать меня здесь хоть до утра, до прихода
молочника, я буду повторять одно и то же.
Его глаза сверкнули в полутьме машины.
— Весьма соблазнительно, — пробормотал он. Покачал головой. —
Ты никому не доверяешь, верно?
Эш фыркнула.
— Мы тут никого другого не обсуждаем. Уж не хочешь ли ты сказать, что я
должна доверять тебе?
Он ответил не сразу. Потом сказал странным, тусклым голосом
...Закладка в соц.сетях
