Жанр: Любовные романы
В поисках любви
...был лишен.
Сью поняла, что он говорит серьезно, но не знала, что ответить. Не
почувствует ли Фергюс ту же боль, что чувствовала она, когда Барри женился
на Венеции?
— Фергюс, мне очень жаль, — тихо сказала она. — Ужасно жаль,
но я не люблю вас.
— Я знаю, но, возможно, со временем... Я не спешу. Я терпеливый
человек, Сью. Я могу подождать... — Он помолчал. — Есть... есть
кто-то еще?
Сью встала и прошла к краю лужайки, затем повернулась к нему:
— Нет, никого нет, Фергюс, но был. Фергюс подошел к ней.
— Был?
Она тяжело сглотнула. Нелепо, но прошлое все еще причиняло боль.
— Я любила его слишком сильно, Фергюс. Но он женился на моей лучшей
подруге.
— Идиот! Полный идиот! — Суровый тон Фергюса заставил Сью
улыбнуться.
— По-моему, идиоткой была я, — медленно возразила она. —
Оглядываясь назад, я стала спрашивать себя, не вообразила ли я все
это. — Голос ее был задумчивым, как будто девушка пыталась что-то
вспомнить. — Я так сильно его любила! И я была уверена, что и он меня
любит. Наверное, он никогда меня не любил. Но он женился на моей лучшей
подруге...
— И вы не в состоянии его забыть? Думаете, что, возможно, когда-
нибудь...
Сью открыла глаза и посмотрела на Фергюса долгим, спокойным взглядом.
— Нет, никакого
когда-нибудь
быть не может. Понимаете... он умер.
— О, я сожалею. — Он замолчал, и Сью увидела в его глазах
невысказанную надежду. — Сью, дорогая, я могу подождать. Время лечит, и
я всегда буду рядом.
— Фергюс, вы такой милый, но... — Сью повернулась к нему, не
осознавая, что по ее щекам текут слезы.
Руки Фергюса сомкнулись вокруг ее талии, и он крепко обнял девушку. Он
гладил ее волосы, бормотал тихие слова любви, утешая ее. Когда Сью
успокоилась, он отпустил ее и нежно пожал ей руку.
— Такое часто происходит с людьми, дорогая. Забудьте все. Начните новую
жизнь.
Сью удивленно взглянула на него. Именно это сказал ей Энтони. Значит, он
тоже знает о...
— Пойдемте, Сью, выпьем и потанцуем, — почти весело произнес
Фергюс и послал воздушный поцелуй пальмам. — Спасибо вам, друзья, за
вашу сладкую музыку любви!
Сью засмеялась:
— Вы никогда не перестаете быть актером, Фергюс!
— Иногда перестаю. — Он серьезно посмотрел на нее. — Только
что я не актерствовал.
— Я знаю, Фергюс, правда знаю, — кивнула Сью, и они направились
назад к отелю.
Несколько дней спустя началась конференция. На нее прибыли примерно два
десятка представительных деловых мужчин. Сью должна была заботиться обо всех
их нуждах, следить, чтобы всем им было удобно, беседовать с теми, кто скучал
в одиночестве. Неделя выдалась очень напряженной: весь день Сью проводила с
детьми, а по вечерам занималась
ораторами
, как она и Гризельда, которая
часто забегала в шале Сью поболтать, называли прибывших. Все они были
приятными мужчинами, но интересовались только деловыми разговорами, которые
они именовали
профессиональными
, и редко тратили время на танцы, как
заметил один серьезный бородатый молодой человек.
После того как конференция закончилась, отель и пляжи показались необычно
пустыми и тихими, но Сью вздохнула с облегчением. Это было трудное для нее
время — мисс Кетчкарт, казалось, постоянно вертелась поблизости, наблюдая за
каждым ее жестом.
— Почему она меня так ненавидит? — спросила Сью у Гризельды как-то
вечером, когда они вдвоем сидели в ее шале.
Гризельда пожала плечами:
— Ты молода, привлекательна, и Энтони Берджесу ты, кажется, нравишься.
— Энтони? — Сью рассмеялась. — Только не в этом смысле, могу
тебя заверить. И я ни в малейшей степени им не интересуюсь.
Гризельда хихикнула:
— Почему бы тебе не сказать об этом Урсуле? Это могло бы уладить дело.
— Я говорила ей.
— Значит, есть еще кто-то? — В глазах Гризельды светилось
любопытство.
— Был, — печально ответила Сью. — И больше в моей жизни уже не будет такого, как он.
— А как же твой друг Хью? Он мне кажется потрясающим.
Сью засмеялась:
— Он и мне кажется потрясающим, но не в этом смысле. Он очень хороший
друг, но иногда я вижу в нем отца, которого у меня никогда не было.
— Бедный Хью! — Гризельда встала и грациозно прошлась по комнате,
разминая свои красивые ноги. — У меня такое чувство, что он влюблен в
тебя.
— Влюблен в меня? — удивилась Сью. — Нет... нет, я уверена,
что нет. — Она тоже встала. — По крайней мере, — неуверенно
добавила она, — я так думаю. Я просто одна из его клиенток.
— Он, видимо, в самом деле не от мира сего. — Гризельда
вздохнула. — Именно такой, которого я ищу.
— Ну, если бы я была доброй феей, — засмеялась Сью, — я
взмахнула бы палочкой, и он тут же оказался бы здесь. Уверена, он бы в тебя
влюбился.
Странная вещь, но спустя несколько дней, когда Сью вечером вернулась в свое
шале, чтобы принять душ и переодеться к ужину, ее нелепые слова о доброй фее
вдруг воплотились в реальность. В дверь постучали, и она нахмурилась,
надеясь, что это не Фергюс. Он любил пройтись с ней до отеля, но ей совсем
не хотелось, чтобы ее имя слишком часто связывали с ним.
Она открыла дверь и удивленно замерла. Рядом с Гризельдой, внимательно
смотревшей на нее, стоял высокий мужчина с темно-каштановыми волосами,
зелеными глазами и веснушками.
— Хью! — воскликнула она. — Что ты здесь делаешь?
. — Приехал в отпуск. Ты так прекрасно писала о местных красотах, что я
решил увидеть все своими глазами. Тебя не оказалось дома, так что
Гризельда... — Он оглянулся, но Гризельда тихо ушла, оставив их одних.
— Она всегда ужинает со своей мамой, — объяснила Сью. — Да и
нам лучше поспешить. Здесь не принято опаздывать на ужин.
— Хорошо.
Как здорово, что Хью здесь
, — думала Сью, когда они сидели с ним за
столиком, беседовали и наслаждались ужином. Фергюс обеспокоенно наблюдал за
ними из другого конца зала. Но к чему ему волноваться, если он знает, что
человек, которого любила Сью, умер?
Хью огляделся вокруг.
— И где же этот легендарный Энтони Берджес? — небрежно
поинтересовался он.
— Он редко здесь ужинает. После работы Энтони обычно возвращается к
себе в дом.
— Он общается с людьми?
— Очень мало. У него есть дела поважнее.
— Я понял, Сью. Кажется, он оригинальный человек. — Голос Хью
звучал задумчиво. — Ты уверена, что не влюбилась в него?
Сью рассмеялась:
— Конечно нет. Боже, Хью, ты такой же испорченный, как и все остальные!
Да, Энтони красивый мужчина, но это не значит, что я обязательно должна в
него влюбиться. Я никогда не забывала Барри и никогда не забуду, —
печально добавила она. — И я не хочу замуж ни за кого, Хью. Ни за кого,
кроме Барри. И если его нет, я предпочту остаться одна.
Хью подозвал официанта и заказал шампанского.
— Мы что-то отмечаем? — спросила девушка.
Он улыбнулся странной улыбкой:
— Да, отмечаем. Хотя я не уверен, должны ли мы это отмечать. Как дети,
Сью?
Отлично. Просто отлично. И, что самое главное, они стали хорошо ладить со
своим дядей. Прежде я думала, будто они его боятся, но теперь мне так не
кажется. И все же... — Оживившееся было лицо девушки вновь стало
задумчивым. — Все же есть кое-что, что ставит меня в тупик: они оба — и
Питер, и Джоанна — опасаются спрашивать Энтони, когда вернутся их родители.
Они не знают, что те погибли.
— Вот что я приехал тебе сказать, Сью... — начал Хью, но вдруг
большая тень упала на их столик.
— Вы не представите меня своему другу, Сью? — спросил Фергюс.
Он сел за их столик, выпил бокал шампанского и затем предложил перейти за
столик к Гризельде.
— Она сидит там в полном одиночестве и выглядит очень
несчастной, — добавил он.
Сью с тревогой оглянулась.
— Но Гризельда всегда ужинает со своей мамой, — заметила она.
— Миссис Хансон отправилась сегодня в Викторию проверить глаза, —
быстро вмешался Хью. — Гризельда говорила мне об этом, но я думал, что
ее мать вернется к вечеру.
— Нет, она пробудет там несколько дней. Это даст Гризельде немного
свободы, — засмеялся Фергюс. — О, эта мать — собственница!
Гризельда действительно сидела одна, и Сью вскочила и направилась к ней.
— Идем к нам, Гризельда.
— Хью, наверное, предпочел бы побыть с тобой наедине. — Гризельда
на самом деле выглядела несчастной, как и сказал Фергюс.
Сью положила руку ей на плечо.
— Я и прежде говорила тебе, — сказала она тихо, чтобы никто больше
не мог услышать, — и говорю теперь: Хью для меня ничего не значит, как
и я для него.
Глаза Гризельды были печальны.
— Ты бы видела, как он на тебя смотрит, — вздохнула она. —
Разве ты не поняла по его голосу, насколько он был счастлив тебя увидеть?
— Гризельда! — Сью тоже вздохнула, но рассерженно. —
Послушай, если он рад меня видеть, это вовсе не значит, что я ему нравлюсь
как женщина. В любом случае, с нами Фергюс, так что ты будешь в компании.
— Хорошо, — нехотя согласилась Гризельда.
Было очень поздно, когда они расстались. Хью, задержавшийся, чтобы пожелать
Сью спокойной ночи, взял ее за руку и доверительно произнес:
— Мне о многом нужно с тобой поговорить, Сью. Когда я тебя увижу?
— Завтра вечером. Послушай... — Она поколебалась немного, но,
заметив, что Гризельда и Фергюс отошли уже довольно далеко, продолжила: —
Гризельда позаботится о тебе днем. Будь добр к ней, Хью. Она ужасно
несчастна. Мать вечно ставит ее в неловкое положение, охотясь за мужчинами.
— Ее мать ищет себе мужа? — развеселился Хью.
— Нет, Хью. Она ищет мужа для Гризельды.
— Мне не кажется, что это так уж трудно. Гризельда — очень
привлекательная девушка.
Сью улыбнулась:
— Я тоже так считаю, но поведение матери делает ее очень застенчивой.
Она боится, как бы другие не подумали, будто она охотится за мужчинами.
— Спасибо, что сказала мне об этом, Сью. Пару раз она меня очень
удивила. Ладно, увидимся завтра.
Сью легла в кровать и принялась мечтать. Гризельда, очевидно, понравилась
Хью, так же как и он ей. Они будут прекрасной парой. Хью достаточно
решителен, чтобы выдержать любое противодействие со стороны миссис Хансон,
если та сочтет его недостаточно богатым женихом. Да и сама Гризельда уже
устала от бесконечных интриг матери.
На следующий день, перед ленчем, Энтони Берджес присоединился к Сью и детям
на пляже. Он уплыл довольно далеко, и Питер завистливо за ним наблюдал.
— Ничего, — успокоила мальчика Сью, — ты тоже скоро будешь
так плавать.
— Я пошла держаться на поверхности! — заявила Джоанна.
— Держаться на поверхности! — презрительно фыркнул Питер. —
Ленивый способ плавания. Ничего делать не нужно.
— А мне нравится!
Вернулся Энтони, лег на песок и как-то странно взглянул на Сью.
— Я слышал, здесь появился ваш друг?
— Да. Хью.
Энтони с любопытством смотрел на нее.
— Это ваш бойфренд?
— Мой адвокат, — коротко ответила девушка.
— Что он здесь делает? — Энтони прищурил глаза, голос его теперь
был холодным.
— Просто приехал в отпуск. Говорит, я так расхваливала остров в своих
письмах...
— Как я понял, вы писали ему почти каждый день, — сухо заметил
Энтони.
— Почему бы мисс Кетчкарт не заняться своими собственными
делами? — вспылила Сью.
— Вы возвращаетесь с ним в Англию?
— Разумеется, нет! С чего вы взяли?
Энтони пожал плечами:
— Не знаю. Просто ходят слухи, что вашему другу стало одиноко и он
приехал забрать вас сам, поскольку его письма успеха не возымели.
Сью вскочила на ноги и схватила Джоанну за руку.
— Пойдем, дорогая, пора обедать, — раздраженно проговорила она. — Питер! Идем домой!
Девушка поспешно направилась к дому. Во время ленча Энтони был
немногословен, что очень встревожило Сью. Не слишком ли часто она позволяет
себе злиться в его присутствии? Но когда ленч завершился, Энтони удивил их
всех, предложив позже отправиться в экипаже на пристань.
— К нам прибывают гости. Думаю, вы будете рады их видеть, — сказал
он, вставая из-за стола. — Я прикажу Феликсу заехать за вами в три
часа, так что к этому времени будьте готовы.
Когда Сью укладывала детей спать после обеда, все они размышляли о том, кто
могут быть эти гости.
— Может, это мисс Инман? — предположила Сью. — Когда она
уходила, то сказала, что придет как-нибудь еще раз.
— Надеюсь, что это профессор. — Джоанна умоляюще взглянула на Сью.
— Профессор? Да, я тоже надеюсь. Мы прекрасно попутешествовали с ним,
правда? Ладно, дорогие, спите спокойно. Я вас разбужу, когда придет время.
Экипаж прибыл ровно в три часа, но Сью и дети уже ждали. Им всем понравилась
поездка по берегу до пристани, где они наблюдали за прибытием шхуны. Вскоре
к ним присоединился Энтони.
— Мы подождем здесь. Им потребуется время, чтобы сойти на берег, а мы
будем только мешать, — сказал он.
Голос его был отрывистым и немного грубоватым, и Сью изумленно взглянула на
него.
— А кто приехал? — поинтересовалась она.
Энтони нахмурился.
— Скоро увидите, — ответил он и добавил: — Я удивлен, что вы этого
еще не знаете.
Его слова озадачили Сью. Почему она должна об этом знать? Но девушка
благоразумно решила ни о чем больше не спрашивать.
Шхуна подошла к пристани. Сью увидела, как по трапу спускается мужчина в
инвалидном кресле. И тут она узнала его.
— Папа! — восторженно закричал Питер и бросился к креслу.
— Папа! — Джоанна побежала вслед за братом и подняла ручки так,
чтобы мужчина, сидевший в кресле, смог подхватить ее и крепко прижать к
себе.
Сью управляла какая-то странная сила. Ноги ее двигались автоматически, она
едва смогла подойти ближе.
— Барри! — выдохнула она. — Барри... Я не могу в это поверить... Я думала, ты погиб!
Мужчина поднял голову. Джоанна крепко прижалась к нему, Питер вцепился в
подлокотники кресла. — Ба, да это малышка Сью! Давно не виделись. Как
приятно вновь встретить тебя, — произнес Барри, и широкая улыбка
осветила его лицо. — Что ты здесь делаешь?
Малышка Сью...
— подумала девушка, и словно ледяная молния ударила ей в
спину. Была ли она для него всегда только
малышкой Сью
и ничем больше?
— Она присматривает за детьми, — спокойно ответил за нее Энтони
Берджес.
Сью испуганно повернулась к нему. Как же тот ужасный скандал? Какова будет
реакция Энтони на внезапный приезд Барри? Энтони пристально смотрел на нее,
в его глазах было странное выражение. Почти обвиняющий взгляд, подумалось
ей. И затем она начала кое-что понимать... Энтони все это время знал, что
она сводная сестра Барри!
— А это моя добрая сиделка, — представил Барри девушку, стоявшую
за его коляской. — Мисс Уайт, Морин Уайт. Дети, эта добрая леди спасла
мою жизнь.
— Это сделало твое мужество, — спокойно возразила девушка.
Сью завистливо посмотрела на нее, внезапно почувствовав ревность. Ей не
понравилось, что именно эта незнакомая девушка с длинной грациозной шеей,
медового цвета волосами, большими голубыми глазами и милой улыбкой сумела
спасти жизнь Барри.
— Ты приехал, чтобы остаться, папа? — серьезно спросил Питер.
Барри кивнул:
— На время. Думаю, мы скоро все уедем отсюда куда-нибудь еще. Я
расскажу тебе об этом позже.
— Думаю, тебе сейчас нужно отдохнуть, Барри, — спокойно вмешалась
Морин.
— Согласен, — вступил в разговор Энтони. — У меня здесь
экипаж с наклонным трапом, так что трудностей не будет. Дети могут поехать
со Сью.
— Я хочу с папой! — закапризничала Джоанна. Барри обнял ее.
— Хорошо, любовь моя.
— Тогда... тогда... — попытался выразить свой протест Питер.
Барри протянул ему руку.
— Ты тоже поедешь, Питер. Я вас так долго не видел!
Они уехали, и Сью осталась в полном одиночестве. Нежеланная и никому не
нужная.
Глава 7
Этим вечером они ужинали вдвоем с Хью.
— Ты знал, что Барри жив? — спросила Сью.
— Да. Поэтому-то я и приехал. Я провел расследование и узнал, что Барри
обнаружили в воде через несколько часов после крушения. В Момбасе врачи
установили, что у него поврежден позвоночник.
— Почему ты не сказал мне? — простонала Сью, не поднимая глаз от
вилки, которую крутила в руках.
— Я только недавно стал наводить справки. Ты говорила, он погиб, и я
думал, что твоя информация из надежных источников.
Сью печально вздохнула:
— Я поняла это из слов пожилой леди в приемной дантиста. Теперь я
припоминаю, что она ничего не сказала о его гибели. Она лишь говорила об
ужасной катастрофе и о том, что они оба были в том самолете. И я приняла это
как доказанный факт. И здесь никто не сказал мне, что он жив.
— Ты их спрашивала?
— Конечно нет. Я слышала о страшном скандале.
— Я помню. Ты и здесь о нем слышала? Кто тебе рассказывал? —
медленно спросил Хью.
— Мисс Кетчкарт, кто же еще! Она здесь распространяет всяческие слухи.
— И что ты почувствовала, когда увидела Барри, Сью? Прошло много
времени.
— Я не смогла в это поверить. Он выглядел совершенно другим.
Хью засмеялся:
— Ты тоже другая. Как долго он здесь пробудет?
Сью пожала плечами:
— Я не знаю... он что-то говорил об отъезде. Вроде бы ему предстоит
новая операция. Кстати, у него отличная сиделка. Он сказал, что она спасла
ему жизнь.
— Полагаю, это было чудесное исцеление. Никто не ожидал, что он
выживет, но он выжил. Он тебе что-нибудь рассказывал?
— Я не успела с ним поговорить, — призналась Сью. — Но почему
ты приехал? Ты мог бы просто мне написать.
— Я буду честен с тобой, Сью. — Она пристально взглянула на него.
Красивое лицо Хью было озабоченным. — Ты слишком сильно привязалась к
этим детям. Я это почувствовал. Когда я обнаружил, что Барри жив, я понял,
что теперь он сам будет заботиться о них. У него могли быть другие планы, и
ты вовсе в них не вписывалась.
Сью прикрыла глаза. Ее адвокат, как всегда, был прав.
— Я стал размышлять, как ты с этим справишься, если возникнет подобная
ситуация. Я хотел, чтобы ты увидела вещи в их реальной перспективе. Твоя
любовь к Барри не давала тебе никакого права ожидать любви от его детей. Но,
как явствовало из писем, эти дети стали для тебя своими. В твоем сознании
или, я бы сказал, в твоем сердце, верно? Я говорил с Гризельдой. Она
считает, что ты должна выйти замуж и родить ребенка. — Хью помолчал
немного. — И я с этим согласен. Ты станешь превосходной матерью.
— А какой женой? — горько вздохнула Сью. — Когда я по-
прежнему люблю Барри?
— Любишь ли? — спокойно спросил Хью, наклонившись вперед. —
Ты уверена, что любишь?
— Конечно, уверена, — сердито ответила девушка и встала. —
Давай поищем остальных и потанцуем. Давай сделаем хоть что-то!
Все, что угодно, — добавила она про себя, — только бы не думать
об этом!
Никогда прежде она еще не ощущала такой боли. Она ничего не
значила... абсолютно ничего... для Барри...
Сославшись на головную боль, Сью рано ушла к себе в шале, но знала, что не
заснет. Она бродила по комнате, как беспокойный тигр, страстно желающий
вырваться на волю, стремящийся к свободе и все же скованный цепью ужасных
обстоятельств. Все эти годы она любила Барри, но теперь сомневалась, подумал
ли он о ней хоть один раз. Ни одного письма и даже ни одной рождественской
открытки. Почему она раньше не распознала в этом признака абсолютного
отсутствия интереса? Она нежеланная — вот в чем правда. Вся ее жизнь была
окутана легендой, которой она позволила расти и развиваться в своей
душе, — легендой об их любви друг к другу.
Раздался стук в дверь. Сью досадливо поморщилась — ей было сейчас не до
галантных комплиментов Фергюса или похожих на лекции советов Хью. Еще
стук... и еще... Она открыла дверь.
— О, это вы! — Она тупо уставилась на Энтони Берджеса.
— Да, не возражаете? — коротко ответил он, без приглашения входя в
шале и закрывая за собой дверь. — Я хочу поговорить с вами. Сядьте.
Она нехотя повиновалась, чувствуя, что заинтригована. Энтони Берджес был
последним человеком, которого она ожидала увидеть.
Он развалился в кресле, откинувшись на спинку. Глаза его были прищурены,
брови сурово сдвинуты.
— Почему вы мне лгали все это время?
— Я не лгала. Я просто ничего вам не говорила.
— Я знал с самого начала. Я сразу же вас узнал. Я вспомнил ревнивую
маленькую сестру, не появившуюся на приеме и так расстроившую обоих — и
Барри, и Венецию. Отец Барри сказал тогда, что вы слишком темпераментны и
подвержены вспышкам раздражения. — В голосе Энтони звучала
насмешка. — Меня возмутило ваше поведение. Вы должны были знать, что
Барри когда-нибудь женится.
— Я думала, что Барри собирается жениться на мне! — выдохнула Сью.
Ее ложь была раскрыта, и теперь можно было говорить чистую правду.
— Но вы не могли выйти замуж за единокровного брата.
— Он не единокровный брат, а сводный. Барри — сын Уоррена, а моя мать
не была мне настоящей матерью.
— Значит, на самом деле вы даже не родственники?
— Нет. Но Барри всегда замечательно относился ко мне. Никто прежде не
был со мной таким добрым, таким любящим. И конечно, я его боготворила. Он
был для меня всем. Когда я стала старше и узнала, что мы не родственники,
я... я предположила... в общем, я очень хотела, чтобы мои мечты воплотились
в реальность. Я верила, что он любил меня...
— И?..
— Я познакомилась с Венецией. И как-то раз она пришла к нам домой.
Увидела Барри и... вышла за него замуж.
— Значит, вы все время считали, что Барри — ваша собственность, а
Венеция его просто украла?
Сью посмотрела на Энтони, в глазах ее было страдание.
— Да. Я не понимала, что все придумала. Я... я была убита горем. Они
уехали сюда, и я ничего больше о них не слышала.
— А ваши родители... ваши приемные родители, я имею в виду?
— Они уехали в Канаду. Предлагали и мне поехать, но я... — Сью
печально покачала головой. — Моя приемная мать не особенно любила
детей. А дядю Уоррена я просто ненавидела. И все же он был очень щедр и
оставил значительную сумму денег у Хью на случай, если они мне понадобятся.
Вот так я смогла приехать сюда.
— Понятно. — Энтони встал, прошел к холодильнику, вытащил две
бутылки воды и одну протянул Сью. — Только зачем вы сюда приехали?
Она рассказала ему о своем неожиданном визите к дантисту и о подслушанном ею
разговоре двух пожилых дам.
— Ясно... — задумчиво произнес Энтони. — Эти дамы видели во
мне чудовище?
— О нет, вовсе нет! Та, что бывала здесь, заметила, что вы прекрасный
человек и очень усердно работаете.
Энтони улыбнулся:
— Спасибо и на этом. Что она еще сказала?
Сью нервно пробежала рукой по волосам.
— Ну, она считала,
...Закладка в соц.сетях
