Жанр: Любовные романы
В поисках любви
...nbsp;Могу я вам чем-то помочь?
Холодный вежливый голос заставил Сью застыть на месте. Перед ней стояла
высокая и очень стройная женщина в белом шелковом платье, с черными как
смоль волосами, стянутыми высоко на затылке и скрученными в узел.
— Нет. Я просто осматривалась вокруг, — призналась Сью.
— Я заметила. Подумала, что вы кого-то ищете.
— Я просто гуляю.
— Понятно, — неприветливо произнесла женщина. — Я мисс
Кетчкарт. Я управляю отелем, когда мистер Берджес отсутствует.
— Он отсутствует?
— Да, он часто отсутствует. Он знает, что ему нечего беспокоиться,
когда я на службе.
Сью нахмурилась.
— Друзья мне говорили, что отелем управляют Россы, и притом чрезвычайно
успешно, — заметила она, с трудом контролируя закипавшую в ее душе
ярость.
Мисс Кетчкарт улыбнулась:
— Так казалось со стороны. К несчастью, мистер Берджес слишком доверял
им. Теперь имя Россов лучше здесь не упоминать.
Не дав Сью шанса хоть что-то сказать в ответ, мисс Кетчкарт резко
повернулась и ушла. Сью вся дрожала от ярости. Как смела эта...
— Заблудились? — вторгся в ее мысли веселый голос, и Сью,
повернувшись, увидела приятного мужчину среднего возраста с черными волосами
и небольшими бачками, одетого в светло-серые шорты и рубашку с открытым
воротом. — Вы новенькая? — спросил он и, когда Сью кивнула,
отвесил ей легкий поклон. — Позвольте мне самому представиться. Я
Фергюс Бадделей. — Он сделал паузу, как будто ожидая чего-то.
Сью почувствовала себя неловко. Лицо мужчины было почему-то знакомым, но кто
это? Кажется, он думает, что она должна это знать, судя по его
разочарованному выражению.
— Я Сью Митчелл, — быстро проговорила она. — Приехала только
прошлым вечером.
— Тогда не позволите ли мне познакомить вас с этим современным
Эдемом? — сказал Фергюс. — Я актер... в отпуске.
И вот тогда она вспомнила!
— Конечно! — Лицо девушки прояснилось. — Я видела вас в
спектакле
Восхождение Сциллы
. Вы были совершенно неподражаемы.
Фергюс самодовольно улыбнулся:
— Вам понравилось? Не думаете, что я немного переборщил? Я чувствовал,
что он был очень сильной личностью и... Послушайте, давайте посидим на
террасе и выпьем чего-нибудь холодненького.
Он взял ее за руку и повел на широкую террасу под пальмами. Сью, обернувшись
через плечо, заметила, что неприветливая мисс Кетчкарт наблюдает за ними с
брезгливым выражением на холеном лице.
На террасе было приятно. Фергюс оказался отличным собеседником. Он красочно
описывал Сью чудеса острова и уже планировал совместные путешествия.
— Я так рад, что вы приехали, — произнес он вдруг с необычно
тоскливым выражением лица. — Я здесь чуть не получил нервный срыв. Ни
одного молодого лица! Теперь я получил вас. — Он лучезарно улыбнулся
Сью. — Мы с вами восхитительно проведем время, моя дорогая. Я уже
чувствую себя лет на двадцать моложе. А сколько вам? Семнадцать?
Она рассмеялась:
— Мне двадцать три.
— Кто бы мог подумать? Что вы здесь делаете?
— В отпуске. На две недели.
— Всего-то? Ну, ничего, это же целых четырнадцать дней.
Сью кивнула. Четырнадцать дней... Интересно, сколько будет отсутствовать
Энтони Берджес? Предположим, он не вернется даже через две недели. Сможет ли
Хью продлить ее пребывание на острове? Теперь, оказавшись так близко к цели,
Сью была полна решимости встретиться с Энтони Берджесом во что бы то ни
стало.
— Хотите поплавать? — спросил Фергюс.
Сью удивленно уставилась на него. Она была так погружена в свои мысли, что совсем забыла об актере.
— Мне еще нужно написать письмо, — поспешно ответила она.
Фергюс кивнул:
— Ладно. Я подожду на пляже напротив вашего шале, и вы сможете
присоединиться ко мне, когда закончите. Хорошо?
— Хорошо, — ответила Сью. Что еще могла она сказать?
Глава 2
— Как быстро пролетела неделя, — печально сказал Фергюс Бадделей,
лежа на нагретом солнцем песке.
— Неделя? — с испугом очнулась задремавшая было Сью. —
Правда, неделя?
Семь из ее четырнадцати драгоценных дней улетели, а Энтони Берджес все еще
не появлялся. Фергюс хихикнул:
— Я рад, что вы потрясены так же, как и я, Сью. Понравилась вам эта
неделя?
— Очень! Она была просто восхитительной, — искренне, но как-то
безжизненно ответила девушка.
Фергюс делал все, что было в его силах, чтобы пребывание на острове было
приятным для Сью. Но она постоянно помнила о цели своего приезда на Сейшелы
и не теряла времени зря. За эти семь дней ей удалось составить гораздо более
реальное и, увы, не слишком обнадеживающее представление об Энтони Берджесе.
Что, если он так и не появится, пока она здесь? Все деньги будут потрачены
впустую... Все надежды на будущее исчезнут безвозвратно. И только один
человек способен ей помочь.
Сью встала:
— Я только что вспомнила, что должна написать письмо.
Фергюс печально улыбнулся:
— Почему я не удержал свой большой рот на замке? Увидимся перед ужином.
Если, конечно, — добавил он с легким сарказмом, — вы успеете к
тому времени закончить свое любовное послание.
Это вовсе не... — начала Сью, но вовремя остановилась. Пусть Фергюс
думает, что у нее в Лондоне остался бойфренд и что ее письма на самом деле
являются любовными посланиями. Слишком влюбчивым оказался актер, и ей
пришлось выдумать этого бойфренда, чтобы немного остудить его пыл. Он был
подавлен этим и заинтригован, но прекрасно понимал, что большая разница в
возрасте не дает ему шанса победить в качестве друга-любовника, как он это
назвал. Теперь, когда Фергюс знал, что Сью любит другого мужчину, отношение
его изменилось, а их дружба стала еще более приятной.
Сью быстро шла по горячему песку. Пальмовые листья нежно шелестели под
дуновением легкого бриза. Она немедленно должна написать Хью. Пусть
постарается продлить ее пребывание здесь.
В шале было восхитительно прохладно. Сью удобно устроилась на кровати и
начала писать. Она довольно часто писала Хью, и если Фергюс задавал ей
вопросы о ее очередном исчезновении, у нее всегда была готова отговорка.
Кроме того, ей нравилось писать Хью. Теперь ей казалось странным, что с тех
пор, как отбыл в Канаду дядя Уоррен, она редко с ним встречалась. Хью,
конечно, оставался с ней на связи, но только в официальной манере,
интересовался, как она поживает, спрашивал, не нужна ли его помощь. И вот
теперь, после нескольких суматошных недель подготовки к ее отъезду, Хью стал
ее настоящим другом, тем, кто ее понимает. И Сью старалась описать ему
красоту острова, песка и лагуны и огромные волны, бьющиеся о рифы. Она
рассказывала ему о путешествии с Фергюсом по острову на телеге, запряженной
волами, старалась нарисовать красочный портрет обаятельного актера с
эксцентричными манерами, способного часами говорить о своей работе. И еще
она написала Хью, что Фергюс оказался большим поклонником Энтони Берджеса.
— Я знаю, — сказал он как-то Сью, — некоторые считают Энтони
слишком жестоким. Но он таким и должен быть, при его-то богатстве. Он
напряженно трудится и делает практически невозможное, так что вправе ожидать
и от других такого же отношения к делу и раздражаться, если они обманут его
ожидания. У него нет времени на слабости. Он восхищается упорными трудягами.
И лично я люблю этого парня, хотя и редко его вижу. Он имеет мозги и
использует их. Он сделал из этого острова пример для подражания. И не только
он извлекает из острова деньги, но и люди, которые на него работают. Он
удерживает значительную часть их заработка и инвестирует в остров, а они
получают проценты и, следовательно, имеют свой интерес в том, чтобы все
здесь шло гладко. Потом они получат гораздо большие пенсии, чем могут дать
другие фирмы.
Однажды Фергюс устроил Сью экскурсию по ферме.
— Здесь выращивают самые прекрасные овощи и фрукты, — заметил
он. — Есть даже теплица и оранжерея. Каждому овощу и фрукту — своя
среда обитания. Еще не встречали молодого Кетчкарта? Это он управляет фермой
Берджеса.
— Я знаю только мисс Кетчкарт, — призналась Сью.
Фергюс бросил на нее проницательный взгляд и улыбнулся:
— Некоторым женщинам она нравится. Вы ничего не заметили, моя дорогая?
Она надеется однажды выйти замуж за Энтони.
Урсула Кетчкарт? — Сью не смогла скрыть своего удивления и внутренне
содрогнулась. Представить себе бедных маленьких детей Барри с такой холодной
и злой женщиной, как Урсула Кетчкарт, в качестве их приемной матери было
совершенно невозможно. Этого не должно случиться!
— У нее нет никакой надежды, — весело продолжал Фергюс. —
Энтони имеет возможность тщательно выбирать. Именно поэтому множество
амбициозных матерей привозят сюда своих красавиц дочек. — Он
хихикнул. — Миссис Хансон и ее дочь Гризельда, например. Они пытались
подцепить меня, но потерпели неудачу, теперь убивают время в ожидании
приезда Энтони.
Фергюс как-то странно взглянул на нее, и Сью покраснела. Она вспомнила, что
тоже ждет Берджеса — только совсем по другой причине.
Она писала Хью и о профессоре Сете Напье, высоком, седовласом и рассеянном
пожилом человеке, который обычно сидел один, как будто потерявшись в
прошлом, но оказался прекрасным собеседником и очень интересно рассказывал
Сью об истории Сейшелов. Была здесь еще милая маленькая мисс Люси Инман,
улыбчивая и очень спокойная, вопреки своей инвалидности, из-за которой она
передвигалась с большим трудом. Люси испытывала сильную неприязнь к мисс
Кетчкарт и считала, что та приносит больше вреда, нежели пользы.
— Мистер Берджес такой славный, такой обходительный, — говорила
мисс Инман, когда они сидели как-то вечером на террасе. — И таким же
был молодой мистер Росс.
У Сью перехватило дыхание.
— Вы знали Россов? Я много слышала о них.
— О да, моя дорогая. Барри был хорошим парнем. Боюсь, жена его так и не
повзрослела, вела себя, бедняжка, как подросток. — Мисс Инман тихо
хихикнула. — Как будто она должна была постоянно что-то доказывать.
Доказывать свою способность украсть очередного мужчину
, — с горечью
подумала Сью, но ничего не сказала.
— Теперь здесь мисс Кетчкарт, — продолжала мисс Инман. — Она
может быть такой грубой! Я это знаю. И я не привыкла, чтобы меня называли
лгуньей, моя дорогая. Я уверена, что в моем шале я видела именно
крысу, — печально закончила она.
Другие тоже рассказывали Сью о Берджесе, но никто не упоминал ни о каком
скандале с Россами. По-видимому, мисс Кетчкарт была права — упоминать о них
было запрещено.
Теперь, когда Сью начала писать очередное письмо Хью в своем шале,
прислушиваясь к отдаленному шуму волн, разбивавшихся о коралловые рифы, она
думала: как странно, что все видели Берджеса по-разному. Некоторые его
обожали, некоторые возмущались, одни завидовали, другие называли его
черствым и неприятным. Но, каким бы он ни был на самом деле, одно было
очевидным — его порядочность и властность.
Сью часто репетировала, что ему скажет, но все еще не решила, как лучше
подступиться к нему. Она предпочла бы сказать правду, рассказать о своем
одиночестве, о том, что, кроме детей Барри, у нее никого в этом мире не
осталось. Но впечатлит ли ее рассказ мистера Берджеса?
Его по-прежнему здесь нет, Хью, и я начинаю беспокоиться, — писала
она. — Дни летят так быстро, и отпуск у меня получился замечательный,
но это совсем не то, на что я рассчитывала. Я знаю, что малыши здесь. Мисс
Инман видела их, и они ее сильно встревожили — настолько тихи были оба. Она
говорит, что это совершенно неестественно для маленьких детей. Я согласна.
Они живут в доме на острове, но нам не позволено к нему приближаться. Я
бродила однажды по берегу с Фергюсом, и мы наткнулись на огромный щит с
предупреждением: Пожалуйста, уважайте мое желание уединения
. Не перестаю
удивляться, почему он держит детей в заключении. И мисс Инман со мной
согласна. Она сказала, что у них хорошая няня, но не говорит по-английски.
Здесь трудно найти англоговорящую. Хью, разве можно так относиться к детям
своей сестры? Должно быть, он совершенно бессердечный человек. Хью, ты мог
бы продлить мое пребывание здесь? Я теперь просто обязана остаться и сделать
хоть одну попытку. Никогда себе не прощу, если уеду отсюда и оставлю этих
бедных малышей на произвол судьбы. Как ты знаешь, я сирота, и мне самой
прекрасно знакомо чувство полного одиночества, чувство, что ты не
принадлежишь никому и никто тебя не любит. Я не хочу, чтобы дети Барри
выросли с подобным чувством. У меня так много нерастраченной любви, которую
я могу отдать им...
На этом месте Сью с ужасом обнаружила, что плачет. Она
прижала к глазам носовой платок и часто заморгала. Как сказал Хью, слезами
проблему не решить. Она закончила письмо уже более спокойно:
Я знаю, что
всегда могу на тебя положиться. Хью, ты поможешь мне? Если расходы окажутся
больше той суммы, которой я могу располагать, я рассчитаюсь с тобой, как
только получу зарплату
.
Сью подписала письмо, сунула в конверт, запечатала его и, бросив взгляд на
часы, быстро приняла душ. Приятно было знать, что Фергюс ждет ее и что
впереди у них еще один замечательный вечер.
Надев светло-голубой брючный костюм, Сью медленно двинулась к отелю,
наслаждаясь приятным вечерним воздухом. Остановившись возле портье, она
попросила марку и тут же увидела мисс Кетчкарт, наблюдавшую за ней издалека.
— Мистер Берджес прибывает завтра, — прищурив глаза, сообщила мисс
Кетчкарт ледяным голосом. — Я подумала, что вы захотите это
узнать, — добавила она с неприятной усмешкой.
— Почему? — удивленно спросила Сью и мгновенно поняла это сама.
Мисс Кетчкарт, очевидно, считала, что она, так же как и Хансоны, надеется
подцепить богатого Энтони Берджеса! Сью пришла в такую ярость, что не могла
говорить, но затем успокоилась и даже улыбнулась. — Вы очень
внимательны, мисс Кетчкарт. Большое спасибо.
Сью поспешила в гостиную, не заметив, что Фергюс ждал ее в холле. Догнав ее,
он не мог удержаться от смеха.
— Это было великолепно! Совершенно великолепно! Видели бы вы ее лицо!
— Она невыносима! — не выдержала Сью. — Не понимаю, как он с
ней ладит.
— Так он не видел ее настоящую. Скоро посмотрите, какие метаморфозы
претерпит ее поведение, когда вернется Берджес. Только он долго не
задержится.
— Не задержится? — встревожилась Сью. Она была так рада услышать,
что Энтони Берджес завтра окажется на острове, и вот теперь выясняется, что
он пробудет здесь всего лишь несколько дней. Этой ночью она должна
отрепетировать, что ему сказать. Ей нужно точно знать, что сказать... нужно
быть уверенной в себе, но не выглядеть самонадеянной. Он должен увидеть в
ней подходящую персону для присмотра за маленькими детьми, усердного
работника и...
— Сью! Сью... — несколько раз повторил Фергюс. — Я говорю с
вами уже пятнадцать минут, но, уверен, вы не слышали ни слова.
И все это время она в упор смотрела на него, но не видела.
— Фергюс, вы простите меня, если после ужина я пойду спать?
— Плохо себя чувствуете?
— Не совсем, но...
Актер сочувственно улыбнулся:
— Конечно, я понимаю. Обычная женская мигрень. — Он помахал
официанту. — Сначала выпьем еще по одной, а потом сразу же отправимся
ужинать.
Сью кое-как пересидела ужин и наконец сбежала в свое шале. Некоторое время
она стояла на террасе, любуясь красотой пальм, вырисовывающихся на фоне
залитой лунным светом лагуны. За короткое время она успела полюбить этот
остров и все больше и больше чувствовала уверенность, что сможет быть
счастлива здесь, оставшись навсегда.
Прошло целых три дня, прежде чем Сью встретилась со знаменитым Энтони
Берджесом. И эти три дня нелегко было пережить. Сью было неприятно каждый
день подходить к мисс Кетчкарт, смотреть, как та качает головой и как на ее
лице появляется безжалостная улыбка.
— Сожалею, мисс Митчелл, но мистер Берджес занят и никого не принимает!
Иногда Сью испытывала непреодолимое искушение проигнорировать щит,
объявляющий о потребности хозяина острова в уединении, и подолгу гуляла по
берегу в непосредственной близости от дома. Дни неумолимо пролетали, и об
этом ей с тонкой.
изощренной жестокостью напомнила и мисс Кетчкарт.
— Мы будем сожалеть о вашем отъезде, мисс Митчелл, — сказала она
однажды утром. — Вам осталось всего три дня.
Отчаяние вынуждало Сью действовать энергичнее. Девушка с ненавистью
посмотрела на управляющую:
— Я должна увидеть мистера Берджеса, мисс Кетчкарт. Это очень важно.
— Сожалею, мисс Митчелл. Возможно, я смогу вам чем-то помочь? Я здесь
именно для того, чтобы решать проблемы мистера Берджеса. — Голос мисс
Кетчкарт звучал чопорно и самодовольно.
Сью сделала долгий, глубокий вдох.
— Боюсь, это личное дело.
— Сожалею, но я ничего не могу предпринять. Мистер Берджес обычно не
видится с постояльцами отеля, — с триумфом заявила мисс Кетчкарт.
— Но... — начала Сью и остановилась, прижав руку к губам и
уставившись через плечо управляющей на высокого, широкоплечего мужчину,
только что вышедшего из дверей офиса. — О, это вы! — почти
прошептала она.
Он улыбнулся:
— Да, это я. Энтони Берджес.
— Если... но... — Сью не могла говорить. Если бы только она знала
это в самолете! Одна мысль утешала ее — она хорошо вела себя на борту и
уважала его желание спокойно поработать. Хью сказал бы, что она вела себя
как взрослая. Хью всегда говорил, что она как ребенок и что ей нужно
повзрослеть. Но возможно ли это?
Мисс Кетчкарт огорченно взглянула на Берджеса.
— Я понятия не имела, что вы знаете мисс Митчелл, мистер Берджес. Она
мне не сказала. Я всего лишь пыталась вам помочь. Я знаю, что вы не любите,
когда вас беспокоят, и...
— На самом деле мы не знаем друг друга, мисс Кетчкарт, — прервал
он ее с улыбкой. — Мы просто вместе летели в самолете из Англии.
— Да, и вы были очень добры, — добавила Сью.
Она не могла удержаться, чтобы не рассмотреть его, и была изумлена и
испугана. Берджес совершенно отличался от того образа, который она составила
себе по отзывам о нем. На самолете он был сама доброта, дружелюбный и
заботливый. Но многие называли его бессердечным и черствым. Может, сказать
ему правду, он поймет и поможет ей обрести счастье, которого она так
страстно жаждет? Но тут она вспомнила... Барри! Барри, которого обвиняли то
ли во лжи, то ли в воровстве, чье имя не должно упоминаться, потому что оно
слишком злит Энтони Берджеса. Барри, погибший вместе со своей женой в
результате падения самолета, в котором они никогда бы не оказались, если бы
этот человек не отказался поверить им и не вышвырнул бы их вон.
Как она может знать, что он действительно такой добрый человек, каким она
увидела его в самолете? Какой вообще в этом смысл? Благоразумнее сделать
так, как предложил Хью.
Играй по слуху, Сью
, — посоветовал он и, как
всегда, оказался прав.
— Как я понял, вы хотели меня видеть, мисс Митчелл? — произнес
Энтони Берджес обманчиво мягким голосом. — И, как я полагаю, мисс
Кетчкарт не может сама вам помочь, так?
Мисс Кетчкарт выглядела совсем расстроенной. Голос управляющей был почти
заискивающим, когда она сказала:
— Я сделала все, что могла...
— Я... — начала Сью и замолчала, пугливо оглядевшись. Как она
может сказать ему обо всем здесь, в присутствии мисс Кетчкарт? Она мельком
заметила Фергюса, лениво привалившегося к двери, с усмешкой на лице. Здесь
же с надеждой вертелись обе Хансон. И к тому же, с тревогой поняла Сью, она
совершенно забыла, с чего ей нужно начать переговоры с Энтони Берджесом.
— Я понял, мисс Митчелл, — пришел ей на помощь Энтони Берджес, как
будто на самом деле понимая ее затруднение. — Это нечто, что вы хотели
бы обсудить приватно? Предлагаю вам прийти ко мне в офис после ленча,
поскольку в данный момент я слишком занят. Это вас устроит?
— Да, это замечательно, мистер Берджес, — просияла Сью. —
Благодарю вас.
— Хорошо. Увидимся позже. — И он повернулся к мисс Кетчкарт: — Вы
собирались мне показать...
Понимая, что от нее ловко отделались, Сью, все еще пребывавшая в легком
трансе, отошла от них. Когда она приблизилась к двери, Фергюс взял ее за
руку и хихикнул:
— Хорошая работа, Сью! Видели бы вы лицо Урсулы Кетчкарт! Если бы она
могла вас убить, она сделала бы это не сходя с места.
— Я не могу в это поверить... Он действительно согласился меня
принять... Я так упорно пыталась... — пробормотала Сью, почти не
осознавая того, что говорит, но, увидев усмешку Фергюса, мгновенно вернулась
в реальность.
— И что же может быть таким важным и личным? — спросил он.
А вам так хочется это знать? — рассмеялась Сью. Вопреки всему, что
говорили о нем люди, Энтони Берджес ей понравился. Ни один ужасный людоед не
смог бы быть таким добрым, каким был Энтони в самолете! — Подождите
немного. Сначала я увижусь с ним и поговорю, а потом расскажу вам.
— Это обещание? — спросил Фергюс, пристально взглянув на нее.
— Да, это обещание.
Сью поспешила в свое шале. Ей казалось, будто она летит по воздуху. Она
чувствовала, что теперь все будет хорошо, и улыбалась. Никогда за последние
несколько лет она не испытывала такого счастья... с тех пор, как Барри
женился на Венеции. Она доверяла Энтони Берджесу. Она скажет ему правду. И
внезапно все вокруг стало еще прекраснее: и изумрудно-зеленая вода, и
пальмы, листья которых неслышно танцевали в нежном бризе, и смех,
доносившийся с широкого песчаного пляжа, и тишина. Ни одна машина не
нарушала ее своим ревом, ни один самолет не жужжал над головой, не было
никакой громкой музыки. И хотя Сью любила музыку, она сочла тишину на
острове очень уместной. Она с удовольствием наблюдала за крошечными колибри,
парящими над цветами, словно игрушечные вертолеты. Все здесь было
замечательно, и у нее все тоже будет хорошо.
Поспешно переодевшись в белый купальник, Сью накинула поверх него тонкий
махровый халатик и побежала на пляж. Бросившись в воду, она проплыла немного
вперед, а затем перевернулась на спину и закачалась на спокойной поверхности
лагуны, убаюканная нежными движениями волн. Барри научил ее чувствовать себя
в воде как дома, и теперь Сью, радуясь возможности побыть одной, медленно
двигалась все дальше и размышляла о предстоящей встрече С Энтони Борджесом.
Выбравшись наконец на берег, Сью легла на песок и задремала, но вскоре
проснулась и направилась к шале, чтобы принять душ и переодеться. Пляж был
совершенно пуст. Сью медленно шла вперед, то и дело подпрыгивая от радости.
Обогнув скалу, она увидела сидевших на песке девушку-креолку и двух малышей.
Заметив их, Сью замерла, и сердце ее неистово забилось. Дети Барри! Она
узнала бы их где угодно. Сью почувствовала непреодолимое желание броситься к
детям, расцеловать их и сказать, что она будет любить их всегда и что вместе
они обретут счастье. Но она знала — действовать нужно осторожно. И еще она
знала, что в их поведении определенно было что-то не так. Почему они такие
тихие?
Медленно шагая по нагретому солнцем пляжу, Сью видела, что маленькая креолка
смотрит на нее испуганными глазами. Она улыбнулась ей и затем детям. Но
никто из них не улыбнулся в ответ.
Мальчик выглядел лет на пять. Он сидел неподвижно, уставившись на Сью.
Маленькая девочка рядом с ним спала, подложив ручку под голову, ее черные
кудряшки рассыпались по песку, щеки раскраснелись.
— Привет, — тихо произнесла Сью. — Могу я посидеть с вами?
Мальчик равнодушно пожал плечами и отвернулся.
...Закладка в соц.сетях
