Жанр: Любовные романы
В сердце моем
...у ощутил знакомый запах чернил — это было единственное место в
мире, где он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Ни обширные владения,
простиравшиеся на многие мили, ни остальные мирские блага, которые человек
мог себе купить, не приносили ему такого ощущения покоя.
Выбрав ближайший к окну стол, Кристофер сел за него и постарался устроиться
поудобнее. Здесь ему предстояло провести несколько часов. На столе перед ним
лежали чертежи будущей плотины. Теперь благодаря их с Райаном усилиям
компания
Ди энд Би
стояла первой в списке претендентов на выполнение
чрезвычайно важного заказа. Речь шла о проведении инженерного анализа
проекта строительства подземного туннеля под Ла-Маншем, в самой узкой его
части — в районе Дуврского пролива. Разумеется, это была заветная мечта
любого инженера. Если компания получит заказ, ни один профессионал не сможет
смотреть на Кристофера сверху вниз, как на наглого ирландского выскочку,
который высоко взлетел после смерти отца и продолжает нахально карабкаться
вверх. Жаль только, отца уже нет, чтобы разделить с сыновьями радость успеха
компании, которую он когда-то основал.
Кристофер всегда знал, что отец твердо верил в его деловые качества, даже
тогда, когда он сам подчас сомневался в них. Но некоторые вещи навсегда
остаются в сердце мужчины, и Кристоферу пришлось вынести достаточно унижений
и пережить немало предательских ударов сильных мира сего, чтобы быть
настороже. И все же десять лет испытаний не погасили того внутреннего огня,
который горел в душе отважного ирландца в юношеские годы, внушая ему самые
дерзкие мечты.
Кристофер вгляделся в туманную ночь. В начале своей инженерной карьеры он
работал над проектами военных объектов — мостов и дорог. Молодой идеалист,
он служил под началом генерала Уиндема в Крыму, а затем перешел в
разведывательную службу в ведении министра иностранных дел. Вскоре подающий
надежды офицер разведки был направлен в Танжер, прибыл в распоряжение
британского консула... и это была величайшая ошибка в его жизни.
Не в состоянии сосредоточиться на мыслях о работе, Кристофер достал из
кармана рубин
Белый лебедь
и бросил его на чертежный стол рядом с
эскизами. Лицо его исказила гримаса боли. Он вспомнил тот день — будь он
навеки проклят! — когда вошел в сверкающий огнями бальный зал в Марокко и
увидел Александру Маршалл. Блестящая аристократка, дочь легендарного
английского дипломата, она была одной из немногих женщин на балу. Яркая
картина живо встала у него перед глазами: комната, залитая золотистым
сиянием свечей, и Александра, в шелковом платье цвета платины, похожая на
луч лунного света. Он запомнил каждый стежок на этом платье.
Заключенное с друзьями нелепое пари, согласно которому он должен был подойти
и пригласить на танец неприступную дочь лорда Уэра, неожиданно обернулось
страстным романом, и в результате Александра забеременела.
Все кончилось, когда Кристофер женился на Алекс.
Ему так и не удалось получить специального разрешения на брак. Ей было
семнадцать, ему — двадцать один, и у него не было титула; но в его жилах
текла ирландская кровь, и он был так неистово влюблен, что согласился бы
пройти босиком по раскаленным углям, лишь бы заполучить эту девушку.
Господи, каким он оказался глупцом! Даже сегодня Александра Маршалл
нисколько не изменилась. Она, как и десять лет назад, боится вызвать
неудовольствие отца.
Хотя Александра уже носила в себе его ребенка, Донелли был исключен из
дипломатического корпуса и выслан из Танжера. Лорд Уэр избавил его от позора
военного трибунала, но принял все меры, чтобы Кристофер никогда не смог
снова встретиться с его дочерью. Когда же ребенок умер, Кристофер навсегда
ушел из жизни Александры.
Относясь с презрением к пустой и вычурной жизни аристократов с их ханжеской
моралью, Кристофер ненавидел ограниченность и узколобость людей, наделенных
властью и предпочитающих судить о других по их титулам а не по делам. В
Крыму ему довелось стать свидетелем того, как граф Кардиган, самонадеянно не
придав значения данным разведки, послал шесть сотен людей на верную смерть в
сражении при Балаклаве. У английской легкой кавалерии не было никаких шансов
против пятнадцатитысячной армии противника. В Индии ему пришлось наблюдать,
как пожар кровопролитного восстания, раздуваемый горсткой заносчивой элиты,
охватывал все большие и большие территории.
По иронии судьбы именно служба в Индии, о которой ему так хотелось бы
забыть, принесла Кристоферу почетное звание рыцаря. А когда он вернулся в
Англию, врачи в один голос вынесли ему приговор — он никогда не сможет
ходить.
Прошел год, и душевные раны Кристофера стали затягиваться. Силы вернулись к
нему, а трогательная вера отца помогла победить болезнь. Он вновь стал
заниматься тем, что у него получалось лучше всего, — строительством мостов и
дорог.
Благодаря патенту на производство стали, полученному отцом Кристофера, в
1862 году компания Донелли была задействована сразу в двух крупных проектах
— подводила первые стальные рельсы к товарной железнодорожной станции в
Камдене, а также принимала участие в строительстве Северо-Западной железной
дороги. Теперь послужной список
Ди энд Би
включал уже тысячу миль
железнодорожных путей, а число мостов в Великобритании, построенных или
спроектированных специалистами компании, перевалило за сотню.
В свои тридцать два года Кристофер был главой компании
Донелли энд Бейли
стал энд инжиниринг
, а также действительным членом Академии наук и почетным
членом Королевского общества архитекторов. В прошлом году знаменитый
Институт инженеров-строителей вручил ему свою высшую награду — Золотой
кубок.
Теперь его компания готовилась приступить к осуществлению одного из самых
знаменитых проектов века, и тем не менее Кристофер все еще нуждался в
поддержке со стороны представителей аристократии, рассчитывая стать членом
какого-нибудь престижного лондонского клуба. Родословная Донелли была
недостаточно хороша, чтобы его сестру принимали в высшем свете как ровню.
К тому же он был ирландцем и гордился этим.
Кристофер полагал, что Александра могла бы стать тем мостом в мир британской
аристократии, который был так нужен ему. В конце концов, именно это у него
всегда лучше всего и получалось — возводить мосты. Но вновь впустить эту
женщину в свою жизнь, хотя бы даже и ради Брайанны, означало для Кристофера
нечто большее, чем просто заключить с ней сделку или вступить в
непрекращающуюся войну с ее проклятым отцом.
И все же он это сделал и сам не смог бы сказать почему. Сегодня Брайанна
рассказала ему о том, что Александра приезжала в Карлайл, что она не
побоялась встретиться с семьей Донелли, лишь бы увидеть его. Возможно,
причина именно в этом. И отчего же никто, черт возьми, никогда не говорил
ему прежде, что она приезжала?
Глава 5
— Мои волосы уже высохли, Мэри. — Александра спрятала медальон за
корсаж. — Так что можешь заняться своими делами, а мне нужно попасть в
музей.
— Вам бы следовало поторопиться, миледи. — Камеристка уложила волосы
Александры в пышный узел на затылке. — Его сиятельство уже дважды заходил
сюда, чтобы поговорить с вами.
— Да, я знаю.
Лорд Уэр пытался поговорить с ней накануне вечером, перед тем как Александра
скрылась в своем убежище в бывшем каретном сарае, и сегодня, до ее утреннего
купания. Они едва перекинулись десятком слов с тех пор, как она уселась в
карету, мокрая и грязная, как будто ее только что выловили из реки.
Александра объяснила, что попала под дождь, а Кристофер был настолько
галантен, что подвез ее до музея. Ей хотелось бы добавить, что при
расставании он попел себя отвратительно дерзко и нагло, как самый настоящий
предатель, одним словом, крыса, но она воздержалась. Отец тоже промолчал —
он лишь бросил на нее подозрительный взгляд, откинулся на подушки и до конца
поездки не сказал ни слова, что ей вовсе не понравилось.
Но что он мог сказать? Он не вправе распоряжаться ни сердцем, ни будущим
дочери, если она сама этого не захочет.
Александра не находила себе места, ее мысли вертелись вокруг последних
событий. Она почти не спала и никак не могла успокоиться. Необычайное
волнение, охватившее ее, когда она решилась принять предложение Кристофера,
не позволяло ей думать ни о чем другом, так что в конце концов она послана
ему записку.
Итак, Кристофер доверяет Брайанну ее заботам и попечению. Теперь ей
необходимо найти Ричарда Атлера и попросить его сопровождать их на открытие
художественной галереи в конце месяца. Легче всего заглянуть в музей и найти
Ричарда на рабочем месте в отделе антропологии.
— Мэри! — Александра критически осмотрела себя в зеркале, обратив
особое внимание на практичное платье из серого муслина, а затем потянулась
за плащом. — В этом сезоне я собираюсь часто выезжать и бывать в обществе.
— Вы, миледи? — Мэри выбежала за своей хозяйкой в коридор.
— В салоне леди Уэллзби по четвергам проходят литературные вечера. —
Александра набросила на плечи меха. — Думаю, я могу появиться там, не
нарушая приличий.
— Ну конечно, миледи. Всем известно, как вы любите читать.
Александра спустилась по лестнице в отделанный мрамором холл. Где-то в
глубине дома распахнулось окно, и она почувствовала прохладное дуновение
ветерка. Огоньки свечей в изящной хрустальной люстре мгновенно затре-петали.
Ее взгляд поспешно переместился на старинные напольные часы. Хорошо бы
Альфред распорядился подать экипаж до того, как отец заметит ее в коридоре!
— Да провались все пропадом! — невольно воскликнула она, убедившись,
что стрелки часов не сдвинулись с места со вчерашнего вечера. — Они опять
встали. Как же теперь узнать, опаздываю я или нет?
— Эти часы не ходят аж с прошлого года, когда его сиятельство пытался
их завести и подтянуть гири, — услужливо сообщила Мэри.
— Ты права, маятник абсолютно неподвижен.
— Лучше вам не трогать их, мэм, — вздохнула Мэри. — Вы ведь знаете, как
может обидеться его сиятельство.
— Это отличные часы, — резко возразила Александра, — и они должны
работать исправно.
Однако ее попытки запустить часы не увенчались успехом, стеклянная дверца
оказалась заперта. Она внимательно взглянула на циферблат.
— Скажи Альфреду, если он сам не сможет починить часы, то пусть вызовет
часовщика. Я не желаю видеть эту прекрасную старинную вещь в таком
безобразном состоянии.
Мэри удивленно раскрыла рот, когда ее хозяйка стремительно повернулась и
вышла.
— Да, миледи, — только и успела она сказать вслед.
В последние пять лет Александра появлялась в музее каждое утро, когда двери
для посетителей были еще закрыты, но сегодня она пришла поздно и,
поздоровавшись с охранником, быстро скользнула в двери служебного входа.
Поднимаясь по ступенькам, она раздумывала, где сейчас может быть Ричард.
Миновав собственный кабинет, Александра заметила, что он не заперт, широко
распахнула дверь и заглянула внутрь. На ее счастье, за ее столом оказался
именно тот, кто был ей нужен.
— Миледи! — Молодой Атлер мгновенно вскочил на ноги, и вьющаяся прядь
белокурых волос упала ему на лоб. Для ученого, посвятившего себя работе с
древностями, Ричард всегда имел вид несколько вызывающий. Сейчас на нем была
щегольского вида сорочка со стоячим воротничком, шелковый галстук и синие
клетчатые брюки. — Ты сегодня восхитительно поздно. Это так по-светски. —
Ричард уставился на серебряные часы с цепочкой. — Ты что, заболела? Может,
мне позвать врача?
Не обращая внимания на его слова, Александра обошла комнату и внимательно
огляделась. Если бы какой-нибудь предмет вдруг оказался не на своем месте,
она бы это сразу заметила.
— Что тебе здесь нужно и почему ты не у себя в башне, Ричард?
Атлер задумчиво склонил голову набок.
— Может, я волновался за тебя.
Александра быстро стянула перчатки. Комнатка была довольно тесной, и резкий
запах одеколона, который исходил от Атлера, страшно раздражал ее. Она не раз
предупреждала Ричарда, чтобы он держался от нее подальше, раз уж ему
нравится подобное благоухание, от которого она сама начинала громко чихать.
— Я думаю, что ты, скорее, ждал меня, чтобы услышать о том, какие
подлые делишки творятся в этих стенах, — с деланной веселостью сказала она.
Ричард присел на краешек стола.
— Разве я требую слишком многого от своей будущей невесты? — Глаза
молодого Атлера насмешливо блеснули; он встал и почтительно поклонился. —
Скажи, где еще ты найдешь такого мужа, как я, который станет сносить все
твои выходки и терпеть твое пренебрежение?
— Ричард, — оборвала его Александра, — спрашиваю еще раз: что ты здесь
делаешь в такое время?
Ричард сделал вид, что тщательно изучает свой рукав.
— Вообще-то мне нужна была твоя помощь там, в хранилище. Понимаешь,
привезли много новых экспонатов...
Александра выпрямилась и взволнованно всплеснула руками, ее сердце учащенно
забилось.
— Доставили груз из Каира?
— Еще прошлой ночью. — Ричард кивнул на фотографии на столе. Александра
уже успела о них забыть и теперь недоверчиво провела по ним рукой — они до
сих пор еще пахли свежими реактивами.
— Только что из лаборатории?
— Я подумал, ты захочешь взглянуть на них. Экспонаты просто
великолепны, но те парни, которые паковали их, оказались не слишком
аккуратными. Мне нужен специалист-антрополог, который помог бы подготовить
сопроводительные документы для экспозиции. Но ты, кажется, слишком занята...
— Он направился к выходу.
— Подожди. — Александра закусила губу.
Ричард обернулся — вид у него был разочарованный, как будто он ожидал
увидеть ее распростертой у своих ног в надежде вымолить прошение. — Я не
привыкла, что кто-то проявляет интерес к моей персоне. Если я обидела тебя,
то... — Она откашлялась и торопливо добавила: — Извини, ну пожалуйста...
Ричард изумленно вытаращил глаза.
— Она извинилась! — воскликнул он, задрав голову к потолку. — Господь
всемогущий, я должен документально заверить этот факт!
— Надеюсь, тебе все еще нужна моя помощь?
— Я всегда интересовался твоей персоной, и твоей работой тоже.
Не собираясь развивать эту скользкую тему, Александра решила сразу перейти к
делу:
— Тебе нравится живопись? Я подумала, может, ты собираешься на открытие
выставки в академии?
Брови Ричарда поползли вверх.
— Речь идет о сугубо платонических отношениях, учти. — Александра
постаралась придать себе как можно более серьезный вид. — Мы будем на людях.
— Ты хочешь сказать, что собираешься использовать меня, чтобы без помех
встретиться с этим новым музейным попечителем? — В ответ на вопросительный
взгляд Александры Ричард невозмутимо скрестил руки на груди; при этом ярко-
голубая ткань его сюртука натянулась, четко очерчивая плечи. — Отец говорил
мне, что Донелли привез тебя вчера к музею, и вид у тебя при этом был
довольно плачевный. Об этом уже начали судачить.
— Посмотрела бы я на твой вид, если бы ты попал под проливной дождь.
— А, так он просто разыгрывал из себя джентльмена...
Александра села и сложила руки на коленях.
— Я согласилась ввести в общество его сестру, стать ее наставницей, если можно так выразиться.
— Ты? — Ричард рассмеялся. — Да что ты знаешь о светской жизни,
дорогая?
Самоуверенность Атлера начинала не на шутку раздражать Александру.
— Превосходно! До сих пор мне как-то удавалось жить и дышать, и я вовсе
не претендую на тот воздух, которым ты предпочитаешь наполнять свои легкие.
— Неужели ты и в самом деле думаешь, что сестру этого ирландца Донелли
станут принимать в обществе?
— Ее нельзя не полюбить, Ричард. Она непременно должна всем
понравиться.
— Это еще почему? Не потому ли, что ее старший братец нравится тебе?
— Это не имеет никакого отношения к Кристоферу.
— О, так он уже Кристофер? — Ричард медленно подошел к двери и с
задумчивым видом прислонился к косяку. — Да, для того, кто хочет наблюдать
захватывающую драму лондонского света во всем его грандиозном величии, лучше
места в мире не найти, чем торжественное открытие экспозиции в Академии
искусств. Каждый, кто хоть что-то собой представляет, непременно будет там.
Это зрелище достойно твоего внимания. — Он усмехнулся. — А я — я каждый
вечер буду ждать тебя в хранилище. Мне нужна твоя помощь, чтобы внести в
каталог каирские экспонаты. Может, мы даже как-нибудь пообедаем вместе?
Когда дверь резко захлопнулась за Атлером, Александра невольно вздрогнула.
Поморщившись от боли, она потерла пальцами виски. Перед глазами у нее вновь
возникла широкоплечая фигура нового попечителя Британского музея, и пульс ее
немедленно участился.
Ричард не прав. Она взялась опекать Брайанну вовсе не ради Кристофера. Это
нужно в первую очередь ей самой. Кристофер поможет ей найти похитителя или
похитителей, а там будет видно.
Повернувшись к столу, Александра попыталась сосредоточиться на работе. По
плану каирская экспозиция должна быть выставлена в конце месяца. Разложив
фотографии на столе и достав из ящика увеличительное стекло, она внимательно
принялась их рассматривать. Энтузиазм Ричарда оказался заразительным.
Потрясающее собрание костей, образцы пыльцы и семян, множество погребальных
урн и скульптур — все эти сокровища занимали три огромные скамьи.
Александра перешла к следующей пачке рисунков и фотографий. Она полностью
погрузилась в работу и не сразу откликнулась, когда раздался стук в дверь.
— Леди Александра! — донесся до нее робкий голосок секретарши.
— Что там, Салли? — спросила Александра, не поднимая глаз от стола.
— Утром сюда заходил профессор Атлер, — он искал вас и просил, чтобы вы
обязательно спустились к нему в кабинет, когда придете. Вас хочет видеть
констебль.
— Констебль? — Александра отложила лупу.
Профессор Атлер явно ничего не знает о том, что
Белый лебедь
исчез, у него
просто не было возможности провести проверку.
— У вас неприятности, мэм?
— Никаких неприятностей, — заявила Александра, вставая и оправляя юбку.
Но острое лезвие страха уже вонзилось в ее сердце, напоминая о том, что она
ступила на довольно зыбкую почву. Кража остается кражей, даже если
украденная ценность — всего лишь подделка.
Через несколько минут Александра уже стучала в кабинет директора музея.
— О, моя дорогая! — Профессор Атлер встретил ее в дверях и взял под
руку, как будто сама она ни за что не смогла бы найти черное деревянное
кресло напротив стола. — Я рад, что вы наконец смогли сегодня добраться до
работы. — В голосе Атлера звучало необычное оживление.
Окинув взглядом стоявшего рядом незнакомого мужчину, Александра села в
свободное кресло. У нее возникло такое чувство, что она наконец предстала
перед судом святой инквизиции.
— Миледи! — Констебль, высокий худой человек в темно-синей форменной
одежде, слегка наклонил голову, затем назвал свое имя. Одной рукой он сжимал
блокнот, другой придерживал болтавшийся на цепочке монокль.
— Так в чем, собственно, дело? — спросила Александра.
— Вы знакомы с женщиной по имени Бриджетт О'Коннелл — она приходила
убирать на вашем этаже?
— Бриджетт? — Александра смущенно взглянула на профессора Атлера. — До
недавнего времени я встречала ее каждый вечер.
— Уже почти неделя, как она пропала, миледи. Мы допрашиваем всех, кто работает на вашем этаже.
— Пропала?
— Когда вы видели ее в последний раз?
Александра нервно сжала в руках сумочку.
— В прошлый понедельник вечером, перед тем как покинуть музей.
— В котором часу?
Александра закашлялась.
— Примерно в семь.
Полицейский заглянул в свои записи.
— Вы были в музее так поздно?
Александра не решилась поднять глаза на профессора Атлера, поскольку не
только ослушалась его распоряжения, но и похитила инвентарные описи и не
сдала ключи.
— Я слышала из кабинета, как Бриджетт разговаривала с охранником. По-
моему, она называла его Дикки.
Констебль просмотрел длинный список имен в конце своих записей.
— Дикки? — Он бросил вопросительный взгляд на профессора: — Мы кого-то
пропустили? Я не вижу ни одного охранника с подобным именем.
Атлер пристально взглянул на Александру:
— Вы уверены, что слышали именно это имя?
Профессор вновь усомнился в ее словах, и Александра невольно почувствовала
досаду.
— Абсолютно уверена.
Констебль закрыл свой блокнот.
— Итак, она разговаривала с этим Дикки...
И их разговор был более чем
дружеским
.
— Было похоже, что они хорошо знакомы. Вы думаете, с ней что-то
случилось?
— Мы должны рассмотреть все возможные версии, миледи, но если хотите
знать мое мнение, она будет не первой и не последней женщиной, которая
попросту сбежала. Вот и все. — Он повернулся к профессору. — Будем
надеяться, что пропавшая достаточно быстро даст знать о себе своим родным.
Полицейский направился к выходу, и Александра проводила его насмешливым
взглядом. Все-таки мужчины самоуверенные недоумки. Да что они знают о
женском сердце?! Может, семья этой женщины терпеть не могла ее избранника.
Александра рассеянно побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. Если
Бриджетт действительно сбежала, то она желает ей всего наилучшего.
Профессор закрыл дверь в кабинет, и комната внезапно как будто уменьшилась
вдвое. Атлер вернулся за свой стол, покрытый царапинами и заваленный
всевозможными бумагами и экспонатами. Его лицо хранило выражение холодного
спокойствия; что же касается Александры, то ее пульс выбивал барабанную
дробь и болезненно отдавался в ушах.
— Вы не поставили свою подпись, уходя из музея в прошлый понедельник.
Почему?
— Должно быть, просто забыла.
Профессор медленно сложил руки на животе.
— А во вторник вы были в хранилище?
— Я много времени провожу в хранилище, поскольку работаю именно там.
Щеки Атлера вспыхнули.
— Я намерен пригласить группу экспертов из университета, чтобы они
провели необходимое исследование. — Карие глаза профессора смотрели устало и
печально. — Искренне надеюсь, что вы не стали подделывать доказательства
своей правоты. Хочется верить также, что вам не чужды кое-какие этические
нормы. И поверьте, для меня не важно, кем является ваш отец.
Александра стиснула зубы. Ее взгляд не отрывался от тонкой полоски кружева
на рукаве платья. Что бы ни происходило между ней и отцом, лорд Уэр
безоговорочно верил в ее талант. Но ведь он уважаемый член палаты лордов, и
громкий скандал способен его погубить...
Власть профессора Атлера над ее жизнью и судьбой внезапно показалась
Александре беспредельной. Затаив дыхание, она едва удержалась, чтобы не
броситься в пламя с головой и не признаться Атлеру в том, что все похищенные
ценности прошли через ее отдел. Вскоре он и сам обо всем узнает и сделает
свои выводы.
— Я перевожу вас на работу в читальный зал до окончания расследования,
— строго сказал профессор. — Это касается и ваших помощников.
— Мои помощники ни в чем не виноваты, — прошептала Александра. — Это
всего лишь студенты. Пожалуйста, прикрепите их к другому отделу — ведь иначе
может пострадать их карьера...
— Не раньше, чем все окончательно выяснится. — Атлер опустил глаза и
принялся рассматривать свои руки. — Мне нужен ваш ключ — тот, который вы
должны были вернуть еще в понедельник.
Александра плотно сжала губы и раскрыла сумочку. Несмотря на внешнее
спокойствие, она еле сдерживала гнев и даже не потрудилась извиниться за то,
что ключ по-прежнему находился у нее. Внезапно, к своему стыду, она
почувствовала, как горячие слезы, готовые вот-вот пролиться, обжигают ей
веки.
— Полагаю, мне еще предстоит беседа с вашим отцом, — донесся до нее
голос Атлера.
Не обращая внимания на предупреждение профессора, Александра встала и
швырнула ключ на стол.
— Я не меньше вашего заинтересована в скорейшем расследовании этого
дела и не собираюсь наблюдать, как мой отец очертя голову бросается мне на
помощь. Но и из себя не позволю сделать козла отпущ
...Закладка в соц.сетях
