Жанр: Любовные романы
Чистокровная ведьма
...юда. Мишель была любимицей родителей, и они не скрывали этого. Но
Робби не обижался. Мишель его обожала, и они были очень дружны. Я мельком
увидела у нее на шкафу фотографию Робби в рамке, снятую в прошлом году Его
лицо трудно было узнать: кожа покрыта угрями, а глаза спрятаны за стеклами
очков.
Робби включил лампу. Его комната была вдвое меньше, чем у Мишель, и скорее
напоминала большую кладовую. Здесь едва хватало места для его кровати,
покрытой грубым мексиканским покрывалом. В углу стоял большой шкаф, набитый
книгами, большинство из них в простых бумажных обложках, и все прочитанные.
— Как Мишель? — спросила я, опуская ящик на кровать.
Я нервничала и не сразу смогла расстегнуть куртку.
— Отлично. Она снова надеется на повышенную стипендию.
— Это хорошо для нее. Она собирается домой на Рождество?
У меня лихорадочно бился пульс, и я старалась хоть как-то успокоиться.
— Да, — ухмыльнулся Робби. — Она захочет явиться неожиданно,
сюрпризом, как я понимаю.
Я посмотрела на него.
— Ну что, будем открывать эту штуку? — спросил Робби, садясь на
другой конец кровати. Я старалась не показать, что волнуюсь. А вдруг там что-
то ужасное? — Хочешь, я открою? — спросил он.
Я быстро закачала головой:
— Нет... нет. Я должна сама сделать это.
Я взяла ящик в руки. Он был почти полметра в длину, сантиметров сорок в
ширину и десять сантиметров в высоту. Ящик был заперт на две металлические
застежки, насквозь проржавевшие. Робби вскочил, порылся в ящике и подал мне
отвертку. Затаив дыхание, я подсунула ее под крышку и отстегнула застежки.
Крышка с глухим звуком приподнялась. Я засунула под нее пальцы и открыла
ящик.
— О! — одновременно воскликнули мы с Робби.
Несмотря на то что снаружи ящик сильно заржавел, все, что было внутри,
казалось совершенно не тронуто временем. Там все сверкало серебром. Первое,
что я увидела, был атами — ритуальный кельтский кинжал. Я взяла его в руки и
ощутила его тяжесть. Лезвие из старинного серебра. Рукоятка из слоновой
кости покрыта затейливой резьбой. На ней можно было различить древние
ирландские руны. Это была ручная работа. Повернув лезвие, я увидела на нем
множество инициалов — целых восемнадцать пар букв. Последняя и предпоследняя
пары — М.Р.
— Мейв Риордан, — сказала я, прикоснувшись пальцем к
инициалам, — и Макенна Риордан, ее мать — моя бабушка. И я тоже. —
Я была несказанно рада. — Все это переходит ко мне от моей семьи.
Мне было так приятно ощущать причастность к своей семье и непрерывность
общей судьбы. Я бережно положила ритуальный кинжал на кровать Робби. Потом
взяла сверток темно-зеленого шелка. Он развернулся, и оказалось, что это
мантия прямоугольной формы с отверстием для головы посередине. Плечи были
соединены вместе шелковыми узлами.
— Здорово! — сказал Робби, осторожно коснувшись ее.
Я кивнула, соглашаясь с ним, и приложила ткань к груди.
— Это похоже на тогу, — сказала я.
И тут же заморгала, увидев вопросительное выражение на лице Робби. Я
улыбнулась ему, зная, что буду примерять эту тогу только дома, за запертыми
дверями.
Вышивка была изумительной: кельтские узлы, изображения драконов,
пятиугольников, рун, звезд и стилизованных растений из серебряных и золотых
нитей. Это было настоящее произведение искусства, и я представила себе, как
горда была Мейв, получив мантию в наследство от матери и впервые представ в
ней на круге. Насколько я знаю, Макенна была верховной жрицей клана Белвикет
в тот момент, когда он был уничтожен.
— Это просто поразительно! — сказал Робби.
— Я знаю, — эхом отозвалась я, — Я знаю.
Бережно сложив мантию, я отложила ее в сторону. Потом я обнаружила в ящике
четыре маленькие серебряные чашечки, тоже покрытые кельтскими символами. Я
узнала руны воздуха, огня, воды и земли и поняла, что моя родная мама
пользовалась ими при проведении ритуального круга.
Потом я вынула тонкую палочку из черного дерева с тонкими золотыми и
серебряными линиями. На кончике ее был маленький хрустальный шарик. Под ним
сверкали четыре красные точки, и мне показалось, что это настоящие рубины.
А на самом дне ящика лежали кристаллы и другие камни, перья, серебряная цепь
с амулетом: две руки, поддерживающие сердце, на которое надета корона. Это
было забавно. Что-то похожее мой приемный отец подарил моей приемной матери
в день их серебряной свадьбы в прошлом году.
Серебряная цепь показалась мне тяжелой и теплой.
Я обвела взглядом все эти вещи. Это просто сокровища! И все это мое, мое
законное наследство, исполненное магии, тайны и смысла. Я испытывала прилив
радости, но не смогла бы все объяснить Робби... потому что сама не все
понимала.
— Две недели назад у меня не было ничего из того, что принадлежало моей
родной матери, — услышала я свой голос. — А сейчас у меня ее
Книга теней
и все это, к чему она прикасалась и чем пользовалась. Все вещи
наполнены ее магией. И они мои. Это поразительно!
Робби покачал головой, широко открыв глаза.
— На самом деле поразительно, что ты узнала обо всем при помощи гадания, — пробормотал он.
— Я знаю. Я знаю. — Возбуждение переполняло меня. Это было похоже
на то, как если бы Мейв решила навестить меня и передать мне сообщение.
— Очень странно, — не унимался Робби. — А ты говорила, что
они не занимались магией после того, как поселились в Америке?
Я кивнула.
— Так было написано в ее
Книге теней
. Но я еще не дочитала ее до
конца.
— Но она привезла все это с собой, верно? И не пользовалась этим? Вот
это на самом деле трудно понять.
— Да, — согласилась я. Какое-то чувство неловкости стало омрачать
мою радость. — Мне кажется, ей было жалко оставлять все это в Ирландии,
даже если она не собиралась пользоваться этим.
— Может быть, она знала, что у нее появится ребенок, — предположил
Робби. — И подумала, что со временем она может все передать ему. Что
она и сделала.
Я пожала плечами.
— Может быть, — задумчиво проговорила я. — Не знаю. Может
быть, я найду объяснение в ее книге.
— Я полагаю, что она не пользовалась этим, чтобы чувствовать себя
защищенной, — предположил Робби. — Может быть, используя эти
предметы, она скорее бы выдала свою сущность и место пребывания.
Я посмотрела сначала на него, а потом на эти вещи.
— Может быть, и так, — сказала я.
Чувство беспокойства нарастало. Я сдвинула брови и сказала:
— Может быть, все еще опасно владеть этими вещами? Может быть, я не
должна прикасаться к ним или должна как-то отделаться от них?
— Я не знаю, — сказал Робби. — Мейв сказала тебе, где их
найти. Похоже, она ни о чем не предупреждала тебя, не так ли?
Я покачала головой:
— Нет. В моем видении не было никаких предупреждающих знаков.
Я аккуратно уложила мантию, потом палочку, четыре чашечки и кинжал. И
закрыла крышку. Мне определенно следовало поговорить с Кэлом обо всем, а
также с Элис и Дэвидом, когда в следующий раз увижусь с ними.
— Ты собираешься вечером встретиться с Кэлом? — спросил Робби,
ухмыльнувшись. — Вот он обалдеет от всего этого.
Возбуждение начало возвращаться ко мне.
— Знаю. Не могу дождаться, чтобы услышать, что он скажет об этом. Ну,
мне пора. Мне надо привести себя в порядок. — Я прикусила губу и не без
колебания спросила: — Ты пойдешь на круг с Бри сегодня вечером?
— Да, — живо ответил Робби. Он встал и пошел по коридору. —
Они встречаются у Рейвин, — добавил он.
— Хм-м-м... — Я надела куртку и открыла входную дверь, надежно
держа ящик под мышкой. — Ну, будь осторожен, ладно? И большое спасибо,
что поехал со мной сегодня. Одна я бы не справилась.
Я наклонилась и крепко обняла Робби, а он в ответ неловко похлопал меня по
спине. Я улыбнулась, помахала рукой и пошла к своей Das Boot.
Вещи моей мамы, думала я, заводя мотор. Я на самом деле владею тем, что
принадлежало моей родной маме, и ее матери, и матери ее матери, и так далее,
может быть, в течение сотен лет... Если инициалы на лезвии кинжала
принадлежат всем верховным жрицам клана Белвикет. Я ощутила чувство
сопричастности к истории семьи, то, чего мне так не хватало в моей жизни до
настоящего момента. Мне хотелось бы попасть в Ирландию, отыскать ее ковен и
узнать, что произошло на самом деле. Может быть, когда-нибудь мне удастся
это сделать.
18. Тайные знаки
22 января 1999 год Теперь я знаю: Линден, мой брат, не достигший пятнадцатилетнего
возраста, мертв. Помоги мне, Богиня, я совсем один, если не считать Элвин. И
они говорят, что это я убил его. Я посмотрел на слова, которые только что написал, и не мог понять
их смысла. Линден мертв. Меня обвиняют в его смерти. Они говорят, что меня скоро будут судить. Я совсем не могу думать.
У меня постоянно болит голова. Все, что я ем, мое тело отвергает. Я потерял
больше двенадцати килограммов веса и могу пересчитать все свои
ребра. Мой брат мертв. Когда я смотрел на него, то видел мамино лицо. Он мертв, а меня
обвиняют, хотя я ни в чем не виноват.Джиоманах Когда я приехала домой, там никого не было, Я была рада побыть в
одиночестве. Пока я ехала домой от Робби, мне пришла в голову идея, и мне
надо было тайно от домашних осуществить ее.
Прежде всего, надо было предпринять меры предосторожности. Я достала из
папиного набора инструментов, что был в кладовой, отвертку с крестовиной,
потом отнесла ящик с вещами Мейв на площадку второго этажа. Отвинтив крышку
вентиляционной шахты, я положила туда ящик. Когда я снова привинтила крышку,
то ничего нельзя было заметить. Это тайное место я использовала уже много
лет, прятала там свой первый дневник и куклу Мэри-Кей после большой ссоры с
ней.
Но прежде чем завинтить крышку вентиляционной шахты, я вынула из ящика
ритуальный атами, красивый старинный кинжал с мамиными инициалами на нем. Я
была горда тем, что у меня были такие же инициалы, как у мамы и бабушки.
Спускаясь по лестнице, я нежно провела пальцами по резной рукоятке кинжала.
Примерно неделю назад, собирая информацию о культе Викка, я натолкнулась на
старую статью, которую написала женщина по имени Элен Файэрсдотер. В ней
были описаны традиционные принадлежности ведьм и как ими пользоваться.
Оказалось, что ритуальный кинжал имеет отношение к огню. С его помощью можно
также концентрировать энергию и отыскивать спрятанные вещи.
Я натянула куртку, вышла наружу в холод и заперла за собой дверь. Окинув
быстрым взглядом улицу, я убедилась, что за мной никто не наблюдает. Держа
старинный кинжал перед собой, как металлоискатель, я начала обходить дом. Я
прикасалась старинным лезвием к подоконникам, дверям, доскам обшивки дома,
всюду, куда могла дотянуться.
И первый тайный знак я обнаружила на перилах крыльца. Невооруженным взглядом
его найти невозможно, но когда я провела кинжалом поверх него, руна
засветилась каким-то неясным, ведьминским светом. У меня перехватило горло.
Так вот оно что! Это следы того, чем занимались здесь Скай и Хантер прошлой
ночью. Я провела пальцами по этой руне, и прочитала ее. Пеорт.
Я глубоко задышала, стараясь оставаться спокойной и разумной. Пеорт. Это
слово ровным счетом ничего не говорило мне об их намерениях. Надо искать
дальше.
Я обходила дом и обнаруживала все больше и больше тайных знаков. Дэиг — для
осознания и ясности. Еох, лошадь, символизирующий возможность перемен. Отхел
— право первородства и наследственность. И вот на подоконнике, прямо под
окном моей спальни, я нашла то, что искала; руна Ир, похожая на двойной
рыболовный крючок.
Я смотрела на него и чувствовала, будто чья-то рука сжимает мое горло. Ир —
руна смерти. Кэл говорил мне, что она не обязательно означает смерть, а
может символизировать какое-то важное завершение вообще. Я пыталась, как
могла, успокоить себя этим, но мне было трудно убедить себя.
И тут я почувствовала в душе какой-то еле уловимый трепет. Кто-то был рядом.
И следил за мной.
Я резко обернулась и посмотрела в зимний сумеречный полумрак. Одинокий
уличный фонарь бросал желтый конус света на наш двор, Я никого не увидела,
даже применив свое магическое зрение ведьмы. И перестала ощущать чье-то
присутствие. Что, мне только показалось и никого не было здесь на самом
деле?
Я не знала. Понимала только одно — мне здесь больше нельзя оставаться ни на
секунду. Я повернулась, вбежала в дом и заперла за собой дверь.
Когда Кэл приехал за мной, я немного успокоилась, хотя до этого волновалась,
размышляя, что такого необычного он придумал к моему дню рождения.
— Что-то в тебе изменилось, — сказал Кэл, когда я закрыла за собой
дверь дома. Он, озадаченный, улыбнулся мне. — Ты выглядишь совсем
иначе. У тебя и глаза стали другими.
Я похлопала ресницами:
— У меня макияж. Мэри-Кей наконец уговорила меня. Я подумала, а почему
бы и нет? Это же особый случай.
Он засмеялся, взял меня за руку, и мы рядом пошли к его машине.
— Ты выглядишь поразительно, только не думай, что должна делать это для
меня.
Он открыл мне дверцу машины, потом обошел кругом и сел на место водителя.
— Ты получил мое сообщение? — спросила я, когда он запустил мотор.
Он кивнул.
— Мама сообщила, что ты меня вызывала. — Он не сказал, что это был
ведьминский вызов. — Мне жаль, что я не смог связаться с тобой. У меня
были важные дела, причем тайные, но ты можешь догадаться — у тебя сегодня
день рождения.
Я коротко улыбнулась, но мне не терпелось рассказать ему о событиях,
произошедших за последние двадцать четыре часа:
— У меня был очень трудный день без тебя. Даже два дня.
Я поплотнее закуталась в куртку.
— Что случилось?
Я открыла рот, и новости лавиной хлынули из меня: фары позади, из-за которых
я попала в аварию, гадание на огне, появление Скай и Хантера прошлой ночью у
нашего дома. Кэл смотрел на меня то разочарованно, то тревожно, то
бесстрастно. Потом я сказала ему главное — что отыскала ведьминские
принадлежности Мейв.
— Ты нашла принадлежности матери? — вскричал он.
Машину занесло. На секунду я подумала, что нас ждет то же самое, что
произошло со мной. Но к счастью, мы вырулили на дорогу.
Я всплеснула руками и усмехнулась.
— Я и сама с трудом в это верю.
Он выключил мотор и сидел, удивленно глядя на меня.
— Ты взяла их с собой? — с надеждой спросил он.
— Нет, — призналась я. — Я спрятала их в вентиляционной
шахте. Когда я уезжала, папа чинил электрическую розетку в коридоре, и мне
нельзя было добраться до них.
Кэл бросил на меня удивленный, заговорщический взгляд.
— В вентиляционной шахте, — повторил он, и мы оба расхохотались.
Это было довольно глупо: прятать магические принадлежности в таком месте.
— Ну ладно, это пустяки. Покажешь мне завтра, — сказал Кэл.
Я кивнула:
— Ну... и что ты думаешь о моей аварии?
— Не знаю, — пробормотал он и покачал головой. — Может быть,
это просто спешил какой-то подонок. Но если ты боишься, то надо доверять
своим инстинктам, и нам нужно будет разрешить кое-какие вопросы. — Его
взгляд стал жестким, потом на его лице появилась обеспокоенная
улыбка. — Почему ты ничего не говоришь про прошедшую ночь? О том, как
Скай и Хантер ходили вокруг твоего дома?
— Я отправила тебе ведьминское сообщение, но ты не пришел. Я
беспокоилась, не заблокировала ли как-то Скай этот вызов.
Кэл нахмурился, потом похлопал себя по лбу.
— Нет, не это. Я точно знаю, как это вышло. Мы с мамой сделали сильное
оберегающее заклинание перед тем, как начать наш ритуальный круг, как раз
для того, чтобы люди вроде Скай и Хантера не могли сунуть нос в наши дела.
Это могло заблокировать твое послание, Черт! Мне так жаль. Мне в голову не
пришло, что ты попытаешься связаться со мной.
— Ладно, проехали. Со мной ничего не случилось. — У меня по спине
пробежал холодок, когда я вспомнила события прошлой ночи. — По крайней
мере, ничего особенного.
Мы вышли из машины в холод и вместе пошли к передней двери.
И встретили Селену, которая выходила из дома. Она была в длинном, до самого
пола, черном бархатном манто, на шее и в ушах сверкали лиловые аметисты. Как
всегда, она выглядела сногсшибательно.
— Добрый вечер, мои дорогие, — с улыбкой сказала она.
От нее повеяло восхитительным ароматом, который ассоциировался у меня со
зрелостью и богатством. И то, что я пользовалась духами с ароматом пачули,
показалось мне наивным и каким-то детским, словно я была глупенькой
девчонкой.
— Вы чудесно выглядите, — честно призналась я.
— Спасибо, девочка, у тебя сегодня день рождения. Ты тоже хорошо
выглядишь, — сказала она, натягивая черные перчатки. — Я еду на
прием. — Она бросила на Кэла многозначительный взгляд. — Буду
поздно, а вы ведите себя хорошо.
Я почувствовали себя неловко, а Кэл беззаботно рассмеялся. Когда Селена
вышла через широкую входную дверь, мы начали подниматься на третий этаж в
его комнату.
— Ну и что же твоя мама подумает о том, что мы собираемся
делать? — неуклюже спросила я.
Звуки моих шагов заглушал толстый ковер на ступеньках лестницы.
— Догадываюсь, что она полагает, что мы будем заниматься
любовью, — ответил Кэл.
Судя по его тону, это звучало так, будто мы собирались поиграть в невинную
настольную игру. Он небрежно улыбнулся.
А я чуть не свалилась с лестницы.
— И что... она будет расстроена? — заикаясь, спросила я, стараясь
выглядеть спокойной.
Все родители моих друзей рассвирепели, если бы узнали, чем занимаются их
дети под крышей родного дома. Может быть, все, кроме родителей Дженны.
— Нет. В Викке заниматься любовью вовсе не такой уж грех, как в других
религиях. Это праздник любви, праздник жизни, признание Бога и Богини. Это
красиво. Это нечто особенное.
— О! — Кровь запульсировала у меня в венах.
Я кивнула, стараясь выглядеть спокойной. Кэл закрыл дверь, потом притянул
меня к себе и поцеловал.
— Мне жаль, что я не был с тобой прошлой ночью, — прошептал он мне
прямо в губы. — Я был так связан мамиными делами. Но теперь я буду
рядом.
Я поднялась на цыпочки и обняла его руками за шею.
— Хорошо, — сказала я.
Он мягко разнял мои руки и взял спички с прикроватного столика. Я смотрела,
как он зажигал свечи, одну за другой, пока не запылали все. Свечи стояли в
ряд на каминной полке, на верху каждого книжного шкафа, на полу, даже с
потолка свисали старинные железные канделябры с горящими свечами.
Когда он выключил верхний свет, мы очутились словно в пылающем коконе. Это
было так необычно, красиво и романтично...
Потом Кэл прошел к своему темному столу, на котором стояли бутылка
искрящегося сидра и две вазы, с земляникой и с шоколадными конфетами. Он
наполнил два бокала сидром и один подал мне.
— Спасибо, — с благодарностью сказала я. — Все это так
необычно.
Мне стало щекотно в горле от пузырьков легкого золотистого сидра.
Он подошел ко мне, мы сели бок о бок и стали пить сидр.
— Жду не дождусь, когда увижу ритуальные вещи Мейв, — сказал он,
поглаживая мои волосы на виске. — Это историческая находка, все равно,
что обнаружить гробницу Тутанхамона.
Я рассмеялась:
— Гробница Тутанхамона по версии Викка. Это что-то мне напомнило. Я
вынула оттуда одну вещь и взяла ее с собой.
Поставив бокал на ночной столик, я поднялась, прошла к своей куртке и
вытащила кинжал атами из нагрудного кармана. Он был завернут в носовой
платок. Я молча протянула его Кэлу, снова садясь рядом с ним.
— Боже! — прошептал он, развернув платок. — Его глаза
восторженно засияли, и на губах заиграла нетерпеливая улыбка. — О,
Морган, как это красиво!
Я снова засмеялась, видя его возбуждение.
— Я знаю. Разве это не удивительно?
Он провел пальцами по инициалам, выгравированным на лезвии.
— Завтра, — рассеянно сказал он и посмотрел на меня. —
Завтра, — повторил он уже более твердо, — у меня будет трудный
день. Я отыщу Скай и Хантера и потребую, чтобы они оставили тебя в покое.
Потом поеду к тебе домой и сниму все эти тайные знаки. А потом я хотел бы
умереть от зависти, рассматривая драгоценные ритуальные принадлежности твоей
матери.
— О, вот это будет зрелище! — рассмеялась я.
Он тоже рассмеялся, и мы, прижавшись друг к другу, стали целоваться и пить
сидр.
Это просто чудо!
— сонно подумала я, глядя на него.
Кэл еще раз поцеловал меня, потом поднялся.
— Подарки! — объявил он, проходя через комнату.
Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы принести сверток с
подарками, который ожидал меня на столе у дальней стены комнаты.
— Что ты делаешь? — спросила я, положив руку на горло и касаясь
серебряной пятиконечной звезды на шее.
Это была первая вещь, которую он подарил мне, и я высоко оценила его
поступок.
Он улыбнулся и разложил подарки в ряд на кровати. Я глотнула еще сидра и
поставила бокал на ночной столик.
Первой оказалась прямоугольная коробка. Я начала срывать с нее бумажную
обертку.
— Теперь это уже не очень-то актуально, — сказал он.
Мое лицо расплылось в улыбке. В коробке оказался серебряный ритуальный
кинжал с цветами и черепом, который мы видели в магазине практической магии.
Я повернулась к нему.
— Какой хорошенький, — сказала я, проводя пальцем по лезвию.
— Это будет запасной вариант. Или нож для торта. А может быть, для
открывания конвертов.
— Благодарю тебя, — прошептала я.
— Мне хотелось, чтобы он был у тебя, — сказал Кэл. — Дальше.
Он подал мне маленькую коробочку, и у меня перехватило дыхание, когда я
открыла ее. В ней лежала пара потрясающих серебряных сережек с золотистыми
камушками тигриного глаза. Драгоценные камни были так похожи на глаза Кэла,
что я не удержалась и посмотрела ему в лицо, сравнивая.
— Какие они красивые! — Я восхищенно покачала головой.
— Надень их. Это будет означать, что я всегда с тобой.
Он поднял мои волосы, чтобы открыть мочки ушей.
Я держала серьги, не зная, что сказать.
— У тебя уши не проколоты, — удивленно сказал Кэл.
— Я знаю, — извиняющимся тоном пробормотала я. — Мама повела
нас с Бри прокалывать уши, когда нам исполнилось двенадцать лет, но я оттуда
сбежала.
— О, Морган, я так сожалею! — сказал он, смеясь. — Это моя
ошибка. Как я мог не заметить этого! Я должен был купить тебе что-то другое.
Ну ладно, я забираю их и обменяю на что-нибудь еще.
— Нет! — возразила я, забирая коробочку себе. — Они мне
нравятся. Это самая красивая вещь из всех, что я когда-то видела. Я проколю
уши. Они будут меня вдохновлять.
Кэл оценивающе посмотрел на меня, но, похоже, согласился со мной.
— Ладно!
И он кивком указал на следующий подарок.
Это была богато иллюстрированная книга в красивом переплете. Краткая история
развития магических заговоров. Там был раздел, где приводились примеры
заговоров и указывалось, как их применять в конкретных случаях.
— О, вот это потрясающе! — с энтузиазмом воскликнула я, листая
книгу. — Просто превосходно!
— Мне приятно, что она тебе понравилась, — улыбнулся он. — Мы
можем вместе почитать ее, выбрать заговоры и испробовать их на практике.
Я нетерпеливо закивала, как ребенок, и он снова рассмеялся.
— И последнее, — сказал он, передавая мне коробку средних
размеров.
— Еще что-то?
Я не могла поверить в это. Мне становилось не по себе. В коробке была блузка
цвета лаванды с оттенком пурпурного и темно-фиолетового — словно заход
солнца в штормовой день. Я смотрела на нее, каса
...Закладка в соц.сетях
