Жанр: Любовные романы
Желание
...нормальная реакция. Всякую женщину привлекает мужская
сила. Атавизм первобытных времен, с усмешкой подумала девушка.
Дверь ей открыла миссис Рассел. Марте показалось, что улыбка матери Джека на
мгновение потухла, как это бывает, когда ты неожиданно встречаешься с кем-
то, кто тебе не очень приятен. Хотя, может быть, ей это действительно
показалось. Потому что уже в следующую секунду миссис Рассел радушно
распахнула дверь пошире и отступила, давая Марте дорогу.
— Проходите, пожалуйста. Джек сейчас разговаривает по телефону. Но это
ненадолго.
— Я только привяжу Красавчика.
Марта прикрепила к ошейнику добермана поводок, а свободный конец привязала к
столбику на крыльце.
— С виду он грозный, — заметила миссис Рассел.
— Он, как ребенок, — милый, но немного капризный, —
отозвалась Марта. — С ним надо быть построже, но в то же время он
должен чувствовать, что его любят.
Миссис Рассел от души рассмеялась:
— Эдит права. Вы и впрямь словно добрая нянюшка при собаках.
Марта натянуто улыбнулась:
— А я и есть сейчас нянюшка при собаках.
Миссис Рассел провела ее в маленькую гостиную, очень нарядную и уютную. У
распахнутого окна, что выходило в сад, стоял столик, накрытый к завтраку. В
комнате пахло цветами и свежесваренным кофе.
— Хотите пока выпить чаю или кофе?
Марта с удовольствием приняла бы предложение, но тут в комнату вошел Джек.
— Ты готова? — обратился он к Марте с абсолютно непроницаемым
лицом.
— Да.
Джек приобнял мать за плечи и поцеловал ее в щеку.
— Через час мы вернемся.
Миссис Рассел улыбнулась, глядя на сына, потом мельком посмотрела на Марту и
опять перевела взгляд на Джека. Марте опять показалось, что в глубине ее
глаз промелькнуло какое-то странное выражение, больше всего похожее на боль.
У девушки все настойчивее складывалось впечатление, что миссис Рассел не
очень приветствует их с Джеком добрососедские отношения. И ей это было не
очень приятно. Впрочем, сказала себе Марта, мне вовсе незачем из-за этого
переживать. Скоро она уедет отсюда, и прости-прощай и Джек, и его мама.
Однако в душе все же остался какой-то неприятный осадок. И настроения ей не
подняли ни радость Мечты, встретившей Марту как старого друга, ни приятная
прогулка верхом, ни послушание Красавчика. На этот раз Джек решил, что
доберман будет сопровождать их всю дорогу. И Красавчик оправдал возложенное
на него доверие, так что в конце даже заслужил похвалу Джека. Правда, овцы
им на глаза не попались. Но когда они проезжали мимо загона с телятами,
Красавчик даже не повернул головы в их сторону, хотя и навострил уши.
— Пока что я им доволен, — сказал Джек, когда они вернулись в
конюшню. — Он действительно старается вести себя, как и положено
послушной собаке.
— Он вообще хороший. И умный. Да, Красавчик? Ты у нас славный пес.
Доберман радостно завилял хвостом, преданно глядя на Марту. Она наклонилась,
чтобы погладить пса, а когда выпрямлялась, невольно загляделась на Джека.
Тот расседлывал своего жеребца, стоя к ней спиной. И в который уже раз она
поразилась спокойной уверенной силе, которой было исполнено каждое его
движение, и плавной грации, столь необычной для мужчины такого могучего
телосложения.
Джек неожиданно обернулся и заметил, что она на него смотрит, Марта поспешно
отвела взгляд, но все же успела заметить, каким жгучим огнем вспыхнули на
мгновение его глаза.
Девушка смутилась. Всю сегодняшнюю прогулку она постоянно ловила себя на
том, что то и дело поглядывает на своего спутника. И даже тогда, когда на
него не смотрела, она очень остро осознавала его присутствие рядом. Марта
уже начинала жалеть о том, что согласилась
прогуливать
Мечту. Да, в
глубине души она с нетерпением ждала каждой встречи с Джеком. Но в то же
время ее задевало и обижало то, что он такой замкнутый и далекий. Между ними
как будто стояла невидимая преграда, и Джек не делал никаких попыток
преодолеть эту стену отчуждения. Скорее даже наоборот.
Марта понимала, что она становится одержимой этим человеком. Что она просто
сходит по нему с ума.
Впрочем, мелькнула вполне закономерная мысль, я не первая и не последняя
женщина, которая подпала или еще подпадет под чары этого человека.
Только нельзя поддаваться безумным фантазиям. У них с Джеком нет и не будет
никакого будущего. Они не могут стать даже друзьями. Потому что одной с ним
дружбы ей будет уже недостаточно, а ничего другого им просто не остается. У
Джека Рассела есть невеста. Но даже это не самое страшное.
Он — сводный брат Силвии.
6
Джек взглянул на часы.
— Мне сейчас обязательно нужно позвонить. А потом мы займемся с
Красавчиком.
Марте совсем не хотелось возвращаться вместе с ним в дом. Не хотелось
встречаться с миссис Рассел, которая относилась к ней с непонятной
настороженностью, или с Эдит, которая даже не трудилась скрывать своей
неприязни по отношению к Марте.
— А не будет невежливо, если я посижу у бассейна? А то я вся
вспотевшая, и джинсы у меня пыльные.
— Посиди, — безо всякого выражения отозвался Джек. — Я
вернусь минут через пятнадцать.
Он ушел в дом, а Марта прошла к бассейну и уселась в плетеное кресло.
Красавчик устроился рядом и положил голову ей на колени. Марта закрыла глаза
и попыталась вообще ни о чем не думать, но перед ее мысленным взором стоял
Джек. Его могучие широкие плечи и узкие бедра, гордая посадка головы и
точеные, жесткие черты лица, холодный огонь в глазах и улыбка — такая
надменная и в то же время такая влекущая...
— Марта.
Девушка испуганно вздрогнула. Джек подошел так тихо, что она не услышала его
шагов.
Он протянул ей руку, помогая встать. Однако когда Марта встала, он не
отпустил ее руку, а наоборот, притянул ее к себе и обнял за плечи.
— Я пытался справиться с собой... с того самого дня, когда впервые
увидел тебя. Но это выше моих сил. — Теперь его голос звучал глухо и
хрипло. А когда он склонился к Марте и впился ей в губы, его поцелуй был
таким отчаянным и лихорадочным, как будто Джек делал нечто такое, что пугало
его самого, но не делать этого он не мог.
Марте казалось, что мир вокруг перестал существовать. Ее как будто подхватил
слепящий вихрь и унес за пределы реальности. Никогда в жизни она не
испытывала столь пронзительного обжигающего желания. Ей вдруг стало страшно:
еще немного — и она сгорит в огне, что полыхал у нее в крови. Она уже не
владела собой, трепеща в объятиях Джека. Он прижимал ее к себе так сильно,
что она чувствовала, как колотится его сердце.
Казалось, их поцелуй длился целую вечность. Но потом Джек все-таки оторвался
от ее губ. Марта, все еще пребывавшая в сладостном оцепенении, подняла на
него глаза... и невольно отшатнулась, наткнувшись на его взгляд — холодный,
точно блеск солнечного луча, заключенного внутри глыбы льда. Холодный и
отстраненный. Такой далекий...
Обида и боль безжалостно вернули Марту к реальности. Она напряглась и резко
дернулась, вырываясь из объятий Джека. Он отпустил ее. Она отступила на шаг
и тряхнула головой:
— Не очень удачная мысль.
— Да. — Джек произнес это так равнодушно, что Марта невольно
поморщилась. — Прошу прощения.
Красавчик ткнулся носом в колено Марты. Она рассеянно опустила руку и
погладила пса по голове. Ей никак не удавалось привести в порядок свои
смятенные мысли. А сердце щемило от горького разочарования. Зачем Джек ее
поцеловал? Ведь у него есть другая женщина. Женщина, которая скоро станет
его женой...
— Это больше не повторится, — все также спокойно проговорил
он. — Ладно, пойдем заниматься с Красавчиком.
Следующие полчаса стали для Марты настоящей пыткой. Джек был спокоен и
собран. Похоже, он уже и забыл о том, что между ними произошло. Во всяком
случае, было ясно, что он не придал этому никакого значения. А вот Марту до
сих пор пробирала дрожь при одном только воспоминании о прикосновении его
жарких, требовательных и властных губ.
К счастью, Джек оказался замечательным дрессировщиком — терпеливым и
знающим. Вскоре Марта поймала себя на том, что с большим интересом наблюдает
за тем, как он
гоняет
Красавчика. Тут было чему поучиться. Марта открыла
кое-что новое для себя и взяла на вооружение некоторые
воспитательные
приемы Джека. Она так увлеклась, что и думать забыла о своих душевных
переживаниях.
— Здорово, правда? — раздался у нее за спиной преувеличенно бодрый
голос.
Марта обернулась.
— А, привет, Эдит.
— Джек, он такой, — протянула Здит, старательно избегая смотреть в
глаза Марте. — Он безупречен во всем. И всегда знает, что делает. Моя
мама говорит, что он был таким с самого детства. Он что-то решает,
дожидается нужного момента и исполняет задуманное. Джек всегда добивается
своего, и ему наплевать, что при этом он может обидеть кого-то или сделать
кому-то больно. Он безжалостный и упрямый.
— И что, это все?
— В смысле? — не поняла Эдит.
Марта пожала плечами:
— Мне казалось, что человек, который всегда добивается своего, должен
быть не только безжалостным и упрямым, но еще умным, мужественным и
энергичным.
— А ты, я смотрю, хорошо его изучила, — кисло улыбнулась Эдит.
— Да нет, — снова пожала плечами Марта, — я совсем его не
знаю.
— Даже если бы ты знала его ближе, то все равно вряд ли бы поняла, что
он за человек. Фло говорит, что он вообще очень замкнутый. И это ее иногда
раздражает. Еще она говорит, что Джек так хорошо скрывает свои чувства, что
вообще невозможно понять, о чем он думает.
Значит, его невесту зовут
Флоренс. — А почему, интересно? — спросила Марта.
— Джек всегда таким был. Хотя с женщиной, которая скоро станет его
женой, он мог бы быть более открытым, тебе не кажется?
Марта вдруг поняла, что все это время обманывала себя, стараясь представить
свои чувства к Джеку совсем не такими, какими они были на самом деле. Она до
сих пор еще не разобралась, что именно она испытывает к этому человеку. Но
одно знала твердо: ее чувства к нему были гораздо сильнее и глубже простого
физического влечения. Ей стало по-настоящему страшно. Может быть, только
теперь Марта в полной мере осознала, как близко подступила к опасной черте.
Влюбиться в Джека Рассела для нее было бы смерти подобно.
Эдит по-своему истолковала замешательство Марты.
— А ты разве не знала про Фло? — пряча торжествующую улыбку,
осведомилась она.
— Мы с Джеком не обсуждаем наши личные дела, — сухо отозвалась
Марта, очень надеясь, что ей удалось скрыть, охватившие ее горечь и
разочарование.
— А может, следовало обсудить... прежде чем лезть к нему целоваться
там, у бассейна. — Теперь голос Эдит прерывался от злости. Она откинула
волосы с лица, и Марта заметила, что рука у девушки дрожит. — Ее отец,
Брайс Филдинг, крупный промышленник, известный в стране человек. Он очень
богат. Их семья пользуется влиянием даже в правительственных кругах. Она
покупает одежду во Франции и Италии. Фло — настоящая красавица. И скоро
выйдет замуж за Джека...
Голос у Эдит сорвался, она резко развернулась и убежала. А на Марту вдруг
накатила необъяснимая слабость. Она хотела присесть на скамейку, но тут к
ней подошел Джек.
— На сегодня, я думаю, хватит. Я отвезу вас домой. Красавчик вдоволь
набегался, да и позанимались мы с ним неплохо.
Марта собралась было отказаться, но потом передумала. Ей не хотелось
садиться с Джеком в одну машину, быть всего в нескольких дюймах от него. Но
на этот раз она поедет с ним. Потому что этот раз будет последним. Она
больше не будет кататься с ним на лошадях или ездить на машине. У Джека есть
невеста. А Марта оказалась слишком близка к тому, чтобы влюбиться в него
безоглядно.
Всю дорогу они молчали. Когда подъехали к дому миссис Чэмберс, у ворот стоял
старенький фургончик Ноэль Григ. Сама Ноэль занималась с розами в саду.
Когда Марта с Джеком вышли из машины, она выпрямилась и помахала им рукой.
— Добрый день, Марта, Джек. Я смотрю, Марта, вы поработали в саду.
— Я ничего ценного не выдернула вместе с сорняками?
— Да нет, — рассмеялась Ноэль. — Вы разбираетесь в растениях.
Немногие девушки в вашем возрасте могут этим похвастать.
Наверное, это был комплимент. Но с учетом вчерашнего замечания Джека насчет
ее
хозяйственности
Марта вдруг почувствовала себя безнадежно старомодной
клушей.
— Ну почему же? — натянуто улыбнулась она.
Ноэль опять рассмеялась:
— Да, дорогая, вы правы. Чего это я начинаю ворчать о недостатках
молодого поколения, как будто сама уже древняя старушенция?! — Она
повернулась к Джеку: — А мы ведь с тобой еще не старички, да, Джек?
Он усмехнулся:
— Иногда я себя чувствую просто библейским старцем.
Ноэль удивленно взглянула на Джека, потом настороженно покосилась на Марту,
снова перевела взгляд на Джека и пожала плечами:
— А я — никогда. А ведь я на два года старше. — Она повернулась к
дому и крикнула: — Томми, иди сюда. Ты хотел что-то сказать дяде Джеку.
Томми, сынишка миссис Григ, выбежал из-за дома, подлетел к Джеку и схватил
его за руку.
— Здрасьте!
— Привет.
— Томми! — воскликнула Ноэль. — Опять у тебя руки грязные.
— Это ничего. — Джек улыбнулся поникшему мальчугану. — Когда
много работаешь, руки не могут быть чистыми, да, Томми?
— Да, — сразу же просиял мальчик.
Марта наблюдала за ними с каким-то щемящим чувством. Они были такие разные:
мужчина во цвете лет, который имеет все, что только можно получить от жизни,
и двенадцатилетний парнишка, у которого все еще впереди.
— Томми хочет сказать
спасибо
за что-то, да, Томми? — подсказала
Ноэль.
Он кивнул и улыбнулся Джеку:
— За экскурсию.
— Хорошо съездили?
— Классно! — Томми широко развел руки. — Там гора взорвалась!
— Когда мы проезжали горы, там было небольшое извержение
вулкана, — пояснила Ноэль. — Расскажи Джеку Томми, что ты видел.
Глаза у мальчика загорелись.
— Огонь, дым и такие огромные облака. И снег стал весь черный. И
громыхнуло так здорово. Только очень далеко от нас.
— Да, вы действительно классно съездили, — улыбнулся Джек.
Марта впервые видела, чтобы он так улыбался: тепло и искренне. А глаза Томми
горели восторженным обожанием. Мальчик, вне всяких сомнений, просто
боготворил Джека. И Ноэль, кажется, тоже. Джек задержался еще минут на
десять, чтобы поболтать с Ноэль и Томми, а потом попрощался и уехал.
Марта взялась помочь садовнице, а Томми забрал Красавчика и Бинго и пошел
возиться с ними на лужайку.
— Он очень любит собак, — заметила Ноэль. — Донимает меня,
чтобы мы завели собаку. Но она денег стоит. Джек замечательный
человек, — продолжала она безо всякого перехода. — Оплатил
автобусную экскурсию для всего класса Томми. Узнал, что нам не хватает
денег, пришел в турагентство и просто внес недостающую сумму.
— Очень достойный поступок, — отозвалась Марта, стараясь, чтобы ее
голос звучал по возможности нейтрально.
— Джек Рассел — хороший человек. Суровый, жесткий, но очень хороший. Он
не занимается благотворительностью. Никогда не возьмется помогать тем, кто
сам ничего не делает, а только ждет помощи со стороны. Мы ведь пытались сами
собрать деньги на экскурсию. И Джек знал об этом. И оплатил нам поездку
только тогда, когда увидел, что у нас ничего не получилось. И он совсем не
кичится тем, что помог нам. Он многое делает для людей, но не любит, чтобы
об этом знали. Он вообще замкнутый человек. Наверное, это из-за того, что
ему пришлось пережить в детстве. Его родители не особенно ладили.
Разъезжались, съезжались... Джеку было нелегко в такой обстановке. Как и его
сводной сестре Силвии.
В основном дети жили с отцом. Здесь, в Лисморе. А миссис Рассел хотела,
чтобы они были с ней в Сиднее. Но ее муж настоял на своем. А потом отправил
их в частную школу. Старший мистер Рассел был человеком старой закалки —
суровым и строгим. Не то чтобы он не любил своих детей, просто у него были к
ним слишком высокие требования. А Джек рос независимым и свободолюбивым. В
такой обстановке он себя чувствовал точно лев, запертый в клетку. Его
железный характер ничто не сломало, но он научился скрывать свои чувства.
Марта попыталась вставить хоть слово в монолог Ноэль, но ту уже было не
остановить;
— Мистер Рассел не умел обращаться с детьми. Когда Силвия окончила
школу, он хотел, чтобы дочь поселилась в поместье и ухаживала за ним!
Неудивительно, что бедная девочка вышла замуж едва ли не за первого
встречного. Это был настоящий кошмар. Очень скоро они развелись. А потом
Силвия встретила человека, которого искренне полюбила. Но им пришлось
расстаться, и это едва ее не убило.
Марта вся обмерла.
— Это ужасно, — выдавила она.
— Да, ужасно, — согласилась Ноэль. — Все та же, старая как
мир, история. Он был женат, но обещал развестись с женой и жениться на
Силвии. Но не успел. Его жена умерла. А он бросил Силвию.
Все было совсем по-другому!
— едва не вырвалось у Марты, но она вовремя
прикусила язык. Может быть, Джек и его мама не знают всей правды. Может
быть, они думают, что все произошло так, как излагала сейчас миссис Григ?
— Она больше не вышла замуж. Хотя в Ливерпуле у нее наверняка кто-то
есть, — продолжала Ноэль. — А вы не созванивались с миссис
Чэмберс?
Переход от одной темы к другой был настолько резким, что Марта даже не сразу
сообразила, о чем Ноэль ее спрашивает.
— Да, я ей звонила.
— Неважные новости? — насторожилась Ноэль, заметив, как Марта
нахмурилась.
— Ее очень волнует состояние дочери. Кажется, беременность той
протекает с осложнениями.
— Плохо. Наверное, миссис Чэмберс решит задержаться в Англии.
— Она ничего мне не говорила.
Марте вовсе не хотелось обсуждать планы миссис Чэмберс с Ноэль, которая тут
же растрезвонит об услышанном по всей округе. Она поспешила перевести
разговор на нейтральную тему о садоводстве. Хотя ей было немного неловко и
стыдно за то, что она сама с таким интересом слушала болтовню Ноэль о семье
Рассел.
Вечером Марта разожгла камин, выключила свет и долго сидела в полумраке,
глядя на огонь и вспоминая о том, как Джек сегодня поцеловал ее. Он все-таки
не был таким безучастным, каким хотел показаться потом. Его поцелуй был
исполнен неистовой страсти, Равнодушие и холодность можно сыграть. Но
обжигающий жар подделать нельзя. Джек хотел ее, хотел настолько, что не смог
обуздать обуревающее его желание, и оно прорвалось наружу.
Марта стиснула кулаки. Внутри у нее все кипело от ярости. И еще ее
переполняла безумная, горькая ревность. Она ревновала Джека к его невесте.
Точно так же, как и Эдит.
Марта в отчаянии закусила губу. Джек поцеловал ее так, как будто все его
существо сжигал неуемный голод. Он припал к ее губам, как человек,
истомленный жаждой, приникает к холодному роднику... Или она просто
обманывает себя, выдавая желаемое за действительное? Может быть, Джек,
искушенный и умелый в любви человек, просто знает, как надо поцеловать
женщину, чтобы она трепетала и млела в его объятиях? Может быть, он целует
так всех своих женщин?
А потом злится и просит прощения?
Да и сама я хороша, безо всякой пощады к себе размышляла Марта. Она ведь
знала про Флоренс и все-таки не остановила его. Позволила поцеловать себя.
Да еще с такой жаркой готовностью... Она едва ли не сама подставила ему
губы. Потому что была не в силах противиться. Потому что ее тянуло к нему с
того самого дня, когда она впервые его увидела.
Как будто почувствовав настроение Марты, Красавчик, дремавший на ковре у
камина, встал, подошел к девушке и положил голову ей на колени, с тревогой
глядя в глаза.
— Да, мне сейчас очень скверно, — тихо проговорила Марта, гладя
пса по голове. — Знаешь, мы, люди, совсем не такие, как вы собаки. Мы
полагаемся лишь на слова и поступки, потому что не можем порой угадать, что
думает или чувствует другой человек. Почему он меня поцеловал? Может быть,
просто так. Поддался минутному капризу. В конце концов, он мужчина. Я
женщина. Все естественно. А потом ему стало неудобно. Потому что для него
этот поцелуй ничего не значит, а для меня значит... очень многое значит. И
он это наверняка заметил.
Да, для Марты этот поцелуй действительно значил многое. Здравый смысл
подсказывал, что нельзя придавать случившемуся слишком большое значение.
Лучше побыстрее забыть о нем. Как будто ничего и не было. Но ведь было же.
Было!
Бинго, дремавший в соседнем кресле, неожиданно встрепенулся и навострил уши.
Красавчик тоже насторожился и повернулся к окну. Но снаружи было тихо.
— Наверное, ежик. — Марта вздохнула. — Я понимаю. Ежик — это
намного интересней моих душевных переживаний.
Девушке надоело сидеть и молча страдать. Она встала с кресла и пошла в кухню
сварить какао.
Ничего, уговаривала она себя. Скоро все закончится. Осталось прожить здесь
меньше двух недель.
Да, сначала ей будет больно. Но она справится. Она сильная. Пройдет какое-то
время, и забудется его суровое, жесткое лицо, пронзительный взгляд,
чувственные губы. И то, как солнце искрилось в его волосах. И то, как он
поцеловал ее. И как от этого поцелуя — по-мужски требовательного и властного
— все ее существо зажглось жарким огнем... Конечно, все было бы по-другому,
если бы существовала пусть даже призрачная возможность, что Джек полюбит ее.
Марта сама не заметила, как погрузилась в восхитительные мечты. В этих
мечтах Джек представлялся ей нежным и ласковым. Он шептал ей, что любит ее.
Что она самая красивая и желанная...
— Нет, — твердо сказала Марта вслух. — Нет, нет и нет!
Кчему предаваться пустым мечтаниям? Джек никогда ее не полюбит. И она тоже
не любит его. Они с ним знакомы всего неделю. Как можно влюбиться в человека
за семь дней?! Да, он привлекает ее как мужчина. Будит в ней странные,
дикие, неистовые желания. И ее женская интуиция подсказывала, что им было бы
хорошо в постели. Но они разные. Слишком разные.
Даже если бы Джек был свободен, его все равно вряд ли бы привлекла
хорошенькая, но, в общем-то, заурядная девочка — девочка из маленького
провинциального городка, с соответствующими достоинствами и
амбициями, — к тому же абсолютно неискушенная в любви.
В кухню с лаем ворвались Красавчик с Бинго и бросились к запертой задней
двери.
— Кто там? — испуганно крикнула Марта. Ответом была тишина.
Девушка тряхнула головой. Что-то в последнее время она стала нервной.
Наверняка собаки почуяли ежика или крысу в саду. Или бездомного пса на
улице. Она оттащила собак от двери и вместе с ними вернулась в гостиную.
Спать совсем не хотелось. Марта еще посидела у камина, а потом все же решила
лечь. Но сон упорно не шел. В конце концов она все же заснула, и всю ночь ей
снились какие-то жуткие и сумбурные сны.
Утром Марта проснулась абсолютно разбитая. Она не смогла вспомнить, что
именно ей снилось. Помнила только, что в этих снах ее не покидало неприятное
чувство невосполнимой потери, щемящего одиночества и горькой печали.
Не успела она встать с постели, как зазвонил телефон. Марта схватила трубку,
решив, что это Джек. Но звонила экономка из
Гарниджа
. Она сказала, что
Джек не поедет сегодня кататься верхом. И завтра скорее всего тоже. Ему надо
на пару дней уехать по делам.
Марта едва не расплакалась от бессильной злости. Все понятно: ему просто не
хочется ее видеть! Она даже забыла о том, что накануне сама твердо решила
избегать Джека. Ну ничего, убеждала она себя. Так даже лучше. Все равно они
скоро расстанутся навсегда. И чем раньше это произойдет, тем проще ей будет
потом.
Однако к вечеру она поняла, что безумно тоскует по Джеку.
Двое суток прошли словно в бреду. А на третий день, рано утром, Марту
разбудил телефонный звонок. Звонила миссис Чэмберс из Англии.
— Марта, моя дорогая, — начала
...Закладка в соц.сетях
