Жанр: Любовные романы
Близнецы
...;— наконец твердо сказал Ник,
посмотрев сначала в небесно-голубые глаза, а потом в темно-синие. —
Убийства, — повторил он еще раз и тоже вышел из палаты.
— Я скоро вернусь, Мелани. — Брук устремилась вслед за
Ником. — Ник!
Ник обернулся и стал ждать.
— Как ты осмелился?
— Как я осмелился?
— Как ты осмелился намекать на то, что Чарлз...
Ник взял Брук под руку и повел ее из ярко освещенного больничного коридора в
небольшое подсобное помещение.
— Брук, я знаю, что делаю.
— Тогда расскажи мне. Объясни, зачем тебе это.
— Я уже рассказал об этом Эндрю. Сама знаешь, он за это отвечает в
окружной прокуратуре.
— Расскажи мне.
— Ты лицо лично заинтересованное. — Ник заметил, как тень
скользнула в ее темно-синих глазах.
Точно так же, как и я — лицо лично
заинтересованное, только ты об этом не знаешь
.
— Мелани моя сестра, но...
— Кроме того, ты влюблена в Чарлза, — мягко произнес Ник.
Глаза Брук стали серьезными и задумчивыми.
Может быть, когда-то я и была в
него влюблена или думала, что влюблена, — размышляла она. — Но
только не сейчас
.
— Я не влюблена в него, Ник, — наконец сказала она, грустно
улыбнувшись. — Я переживаю за него. Я переживаю за него и за Мелани.
Признаюсь в этом. Но я профессионал, Ник. Ты можешь доверить мне все, что
тебе известно.
Ник решил довериться ей. Ему хотелось доверять Брук, и ему хотелось верить
ей.
— Чарлз подходит под физическое описание. У него группа крови О, и он
правша.
— Правша?
— Эндрю действительно ничего еще не рассказал тебе?
— Полагаю, нет.
— Нам известно, что Потрошитель — правша. По крайней мере, он...
— ...использует нож правой рукой, — закончила предложение Брук.
Я
не такая уж неженка, Ник
, — мужественно думала Брук, в то время как ее
охватила ледяная дрожь.
— Да. Кроме того, я не могу найти алиби для Чарлза — хотя бы на одну из
этих пяти ночей.
— Должно быть, он был на вечеринке, или на премьере в театре, или...
— Я действительно это проверял, Брук. Он был на банкете двадцать
третьего декабря, но ушел оттуда рано и один. Именно поэтому мне пришлось
спросить об этом его самого.
— В присутствии...
— Если ему нечего скрывать, тогда это выглядит оскорблением со стороны
рядового полицейского. Но...
— Он очень рассердился, — прошептала Брук. — Но это не
подтверждает его виновность. Чарлз очень гордый.
— Это чересчур дорогостоящая роскошь сейчас.
— А что со Стивом? — внезапно спросила Брук. — Ты проверил
его? У него ведь есть причины навредить Мелани и Адаму...
— Конечно, я проверил. Стив — не Манхэттенский Потрошитель. — Ник
замолчал.
Послушай меня внимательно, Брук
. — Стив Барнз — левша. У
него группа крови В. Он находился в Токио в ночь нападения в октябре.
— Он был знаком с двумя жертвами... — слабо возразила Брук.
— Чарлз тоже был с ними знаком, по крайней мере, с двумя из них. —
Чарлз находился в близких отношениях с двумя из них; и он знал или наверняка
встречался с Джейн Такер, когда она была с Адамом. Ник наблюдал за
выражением лица Брук.
Брук нахмурилась и слегка покачала головой.
Это невозможно
.
— Ты ведь знала об этом, так? — спросил Ник. — Ты знала, что
Чарлз и Памела Роудз были любовниками?
— Да, но... — Должно быть что-то еще. Ник о чем-то не рассказал
ей. — Что еще, Ник?
Ник вздохнул. Брук сказала, что не влюблена в Чарлза, но она, словно слепая,
не видит фактов расследования этого дела. Ее логичный, проницательный ум
загроможден и сбит с толку эмоциями. Может быть, если он расскажет ей все...
Ей необходимо находиться в курсе событий. Ей самой нужно соблюдать
осторожность.
— Тринадцать лет назад отец Чарлза погиб в результате несчастного
случая на яхте. Он умер от страшного удара в голову. Это случилось во время
шторма. Согласно полицейскому отчету, он ударился головой — о гик или о
мачту.
— Ну и что? — Брук слышала нотки вызова в его голосе. Ник
собирался сообщить ей что-то такое, из-за чего и группа крови Чарлза
Синклера, и физическое описание, и то, что он правша, и отсутствие алиби
неожиданно становились не просто случайным совпадением. Но Брук не хотела об
этом слышать.
— Меньше чем через час после того, как было обнаружено тело Эллиота,
Чарлз появился в их родовом поместье. Его одежда была разорванной в клочья,
грязной и мокрой насквозь.
— Ну и что?
— Чарлз находился далеко — в Африке — в течение трех лет. До этого
момента никто не знал, что он вернулся.
— Совпадение. Он скучал по своему отцу и брату-близнецу...
— Эллиот отрекся от Чарлза еще за четыре года до случившегося.
— Почему? — Брук знала, что это правда. Это объясняло тот факт,
почему Джейсон, а не Чарлз подписывал все контракты от имени
Издательской
компании Синклера
. — Почему? — тихо повторила она.
— Похоже, никто этого не знает.
— Должно быть, у Чарлза была причина вернуться тогда из Африки.
— Он заявил полиции Саутгемптона, что
у него было чувство
, как сильно
Джейсон нуждается в нем. — Ник помолчал. — Чарлз выехал домой из
Кении за неделю до смерти Эллиота и приехал в Нью-Йорк за день до смерти
Эллиота, — скептическим тоном добавил Ник.
Брук отступила от Ника на пару шагов, потом еще дальше — в темный угол
комнаты.
— Брук?
— Когда нам с Мелани было по четырнадцать лет, я записалась вместе с
членами кружка по естествознанию в поход с ночевкой в Йосемитский
национальный парк. — Голос Брук казался далеким, она погрузилась в
воспоминания. — Обычно я не участвовала в таких мероприятиях. Из нас
двоих именно Мелани была любительницей природы, спортсменкой. Но иногда я
притворялась, что я — Мелани.
Иногда мне так сильно хотелось быть Мелани
. Брук вздохнула.
— Во всяком случае, думаю, я представляла себя Мелани, потому что
отстала от группы и вскарабкалась на крутую скалу. Я быстро взбиралась
наверх, словно горная козочка, со всем так, как это делала бы Мелани. Когда
я достигла вершины, где было ровное и безопасное место, я снова превратилась
в неуклюжую Брук, зацепилась за торчащий камень и сильно подвернула лодыжку.
Я не могла идти. Я забрела слишком далеко, никто не услышал бы мои крики о
помощи.
Когда обнаружили, что я пропала, начали искать меня. Мои родители вместе с
Мелани приехали на машине из Пасадены. Спустя несколько мгновений после
приезда Мелани начала убеждать лесничих, что нужно взобраться на крутую
скалу. Естественно, поиски были сосредоточены в противоположном направлении
— в густом лесу на ровной местности. Никто не ожидал, что я стану взбираться
на скалу. Лесничие не обратили бы внимания на слова любого другого человека,
но даже тогда Мелани была красивой, очаровательной и настойчивой.
По-видимому, в конце концов, она стала угрожать, что отправится искать меня
одна. Это заставило одного из лесничих пойти вместе с ней. Когда они нашли
меня, было уже совершенно темно. Я даже не слышала, как они подошли ко
мне. — Голос Брук прерывался от волнения, когда она вспоминала, как они
с Мелани
чувствовали друг друга
в тот раз. Это было случайным, счастливым
совпадением! Ведь к тому времени Брук уже не была частью Мелани, а Мелани —
частью Брук. Между ними не осталось ничего особенного, но все-таки они были
близнецами, а эта связь — неразрывна. — Мелани знала, где я. Она знала,
что мне нужна ее помощь. Что-то подсказывало ей...
Ник направился в темный угол комнаты и подошел со всем близко к Брук.
— Брук, Чарлз уехал из Африки за семь дней до внезапного шторма близ
Лонг-Айленда. Нет никакой вероятности...
Брук резко повернулась и посмотрела на Ника, блестя синими глазами.
— Меня совершенно не волнует, есть ли в этом здравый смысл, Ник. Такое
могло произойти!
— Что сказал Ник, Брук? — спросила Мелани сразу же, как только
Брук вернулась в палату. — Он ведь в самом деле не думает, что Чарлз...
— Он обязан принимать во внимание любую версию, какой бы дикой она ни
казалась, — уклончиво ответила Брук. — Гейлен звонила
сегодня, — сказала она, намеренно меняя тему разговора. — Она
только что узнала о случившемся. Ей хотелось поговорить с тобой, но она
боялась тебя побеспокоить.
Мелани улыбнулась. Робкая, заботливая Гейлен.
— Я сама позвоню ей утром.
Брук и Мелани какое-то время говорили о Гейлен.
— Тебе что-нибудь известно об отце Чарлза и Джейсона? — как бы,
между прочим, спросила Брук перед уходом.
Почему, Брук? Это имеет какое-то отношение к тому, что Ник подозревает
Чарлза?
— Вообще-то нет. —
Я только знаю, что Чарлзу постоянно снится
кошмар о ссоре с отцом, во время которой тот умирает. И этот ночной кошмар
такой реальный, что Чарлз каждый раз просыпается, тяжело дыша, испытывая
страх и страдания...
Мелани долго уверяла взволнованную Гейлен, что опасность миновала и с ней
все в порядке. Наконец заговорили о другом.
— Как
Соня
? — спросила Мелани.
— Все еще не для публикации. Я не могу изменить этот рассказ. —
Я
даже не могу попробовать
.
— Пришли мне его, — настойчиво попросила Мелани.
— О нет...
— Да. Мне нужно что-то почитать...
— Но он не так уж хорош. — Гейлен колебалась. — Ладно, я
пошлю тебе его, а еще
Рассказы Спринг-стрит
и сброшюрованные гранки
Песен
Саванны
. Надеюсь, последние два сборника понравятся тебе в отличие от
Сони
.
— Какое удивительное проявление заботы!
— Мне послать книги в больницу?
— Нет. Ты можешь послать их на адрес Брук?
На следующее утро Мелани переезжает в Уиндермир. Ник попросил ее никому не
рассказывать, когда и куда она уезжает.
Когда Мелани закончила разговор с Гейлен, она стала внимательно изучать
календарь на 1986 год, который медсестры принесли ей по ее просьбе. Может
быть, ей удастся обеспечить Чарлзу алиби. В июне прошлого года они были
вместе почти каждую ночь. Почти каждую.
Девятнадцатое июня. Сердце Мелани сильно забилось, а внутри все сжалось,
когда она вспомнила тот день. Вечером девятнадцатого июня она легла спать
рано и одна. Она позвонила Чарлзу, но сначала его телефон был занят, а потом
никто не брал трубку. Мелани понятия не имела, как Чарлз провел ночь
девятнадцатого июня. За исключением того, что он, возможно, злился на нее...
Семнадцатое сентября. Шестнадцатого сентября Чарлз приехал в Монте-Карло
попрощаться с ней еще раз, навсегда. К вечеру семнадцатого сентября он уже
вернулся в Нью-Йорк. Мелани вспомнила свой сердитый вопрос:
Зачем же ты на
самом деле приехал, Чарлз? Чтобы поглубже воткнуть мне нож в сердце?
— и
вздрогнула.
Семнадцатое октября. Мелани понятия не имела, где находился Чарлз в ту ночь.
Тогда он уже не являлся частью ее жизни, хотя все еще жил в ее сердце.
Мелани знала, что в ту ночь она скучала по нему, так же как и каждую ночь.
Двадцать третье декабря. Сердце Мелани екнуло. В тот вечер она видела Чарлза
на банкете журнала
Вог
. Она видела его издалека. Он был один. Он
направился к ней — может быть, чтобы поговорить, — но она отвернулась.
Мелани вспомнила, что видела, как Чарлз уходил с банкета за несколько часов
до того, как Вивека сообщила ей об убийстве Джейн Такер.
Шестнадцатое февраля. Мелани не могла обеспечить Чарлзу алиби на эту ночь,
если только он действительно не находился рядом с ней. Сумасшедшие темные
глаза, сильное, стройное тело и жестокие, яростно-дикие руки принадлежали
кому-то другому. Они принадлежали незнакомцу, который прекратил беспощадное
истязание, когда она выкрикнула имя Чарлза...
Мелани отбросила календарь в сторону. Она чувствовала опустошение; ее
состояние было даже еще хуже, чем просто опустошение. Совершенно обессилев,
Мелани задремала. Но ей начали сниться беспокойные сны: ужасные сцены с
Чарлзом, Ником и Брук. Из разбитой головы Ника струилась горячая кровь, а
Чарлз при этом смеялся. Или это смеялась она сама? И почему в руках Брук
оказался этот нож?
Когда Мелани проснулась, тяжело дыша, за окном было совершенно темно.
Последний день в больнице она провела в мыслях и мечтах о Чарлзе. Но она не
видела его в тот день. Чарлз не пришел ее навестить. И не позвонил ей.
Глава 28
На следующее утро в половине седьмого Мелани уехала из больницы на машине
скорой помощи
. Эта машина была хорошей конспирацией, к тому же, несмотря
на свою силу воли, Мелани не испытывала уверенности, что она сможет сидеть в
автомобиле всю дорогу до Саутгемптона.
Поскольку никто не ожидал, что Мелани будет чувствовать себя достаточно
хорошо, чтобы выписаться из больницы раньше следующей недели, пройдет
несколько дней, прежде чем представители прессы обнаружат ее исчезновение. И
только тогда Ник сделает заявление о том, что она переехала в безопасное
место в другой части штата.
Охранники, свободные от дежурства офицеры полиции, уже находились на своих
постах к тому времени, когда приехала Мелани. Ник провел в Уиндермире весь
предыдущий вечер, вместе с Джейсоном занимаясь необходимыми приготовлениями.
Прежде чем уехать, Ник передал Джейсону три телефонных аппарата с
автоматическим набором и попросил его ввести в их программу телефонные
номера полиции Саутгемптона, офиса и квартиры Ника. Джейсон согласно кивнул.
Он проследит за тем, чтобы это задание было выполнено, хотя сам не может
прочитать инструкции. Однако кто-нибудь из охранников, наверное, без всяких
вопросов согласится помочь ему в этом.
— Джейсон, — промолвила Мелани, когда машина
скорой помощи
уехала, а она расположилась в просторной, очаровательной спальне на первом
этаже. Стены комнаты были оклеены веселыми обоями с цветами, а окна
закрывали кремовые кружевные занавески. Мелани смотрела из окна на
изумрудного цвета газоны и дальше — на пляж с белоснежным песком и зеленую
воду океана. — Это просто чудесно.
— Я подумал, что для тебя будет лучше всего жить на первом этаже. Кухня
находится поблизости, и нужно всего лишь немного пройти до гостиной и до
библиотеки.
— Но ведь ты выбрал эту комнату, потому что здесь чудесный вид из окна?
— Ты же говорила что-то насчет пляжа, — улыбнулся Джейсон. —
Хотя чудесный вид открывается из большинства комнат. Сама увидишь. Когда ты
отдохнешь, мы совершим небольшую экскурсию по дому.
— Я уже отдохнула.
— Я хотел сказать — через несколько дней.
— Давай посмотрим, сколько я смогу пройти сегодня, — поторопила
его Мелани, вставая и испытывая радость от того, что ноги ее слушались и
были готовы идти.
— Хорошо, — согласился Джейсон и предложил Мелани руку.
Мелани взяла Джейсона под руку, и они медленно направились в огромный холл.
Перед входом Мелани помедлила немного, любуясь белым мраморным полом,
огромной хрустальной люстрой, роскошными цветными восточными коврами,
блестящими латунными горшками с сидящими в них пышными растениями
нефритового цвета и красивыми, яркими картинами, висящими на стенах из
темного дерева. Она слегка нахмурилась, когда ее взгляд упал на что-то, не
вписывающееся в интерьер.
— Что это? — спросила она, указывая на стоящие друг на друге
коробки.
— Телефонные аппараты с автоматическим набором. Ник хочет, чтобы один
из них был установлен рядом с твоей кроватью, другой — в холле перед входом,
а третий — в моей комнате. Их все нужно запрограммировать так, чтобы мы
могли мгновенно связаться с ним и с местной полицией.
— Ты ему объяснил, что последние достижения техники вносят дисгармонию
в потрясающую тишину этого места?
— Нет, — ответил Джейсон, слегка нахмурившись.
— Джейсон?
— Ты не хочешь сама запрограммировать их?
— Конечно. Именно такого рода делом мне необходимо сейчас заняться.
Мелани не стала спрашивать зачем. Может быть, Чарлз уже рассказал ей? Но
Джейсон все-таки сомневался в этом.
— Мелани, ты знаешь, почему я попросил тебя запрограммировать эти
аппараты?
— Нет. Возможно, это будет еще один способ развлечь меня? —
шутливо попыталась угадать Мелани. — Нет. Почему? — добавила она,
заметив на его уверенном красивом лице тень несвойственного ему сомнения.
— Потому что я не могу читать. Вероятно, тебе следует об этом
узнать. —
Для твоей же безопасности
.
Не можешь читать? Что это значит?
— Ты хочешь сказать, что недостаточно хорошо читаешь? — В голове
Мелани крутились мысли, она искала доказательства. Она никогда не видела,
чтобы Джейсон что-то читал. Но в то же время, почему она должна была это
видеть? Потом она вспомнила тот день, когда встретила его в музее и шутила
над ним, что он слушает записанную на магнитофон экскурсию. Шутила над ним.
— Я вообще не умею читать. Я могу написать только свое имя.
— Должно быть, тебя это ужасно расстраивает, — тихо сказала Мелани
словно самой себе.
— Это немного обескураживает, — признался Джейсон.
— Ты это понял в этом году?
— Я придерживался такого мнения первые двадцать два года моей
жизни. —
До тех пор, пока не обнаружил способности к живописи
. —
Теперь же я практически не вспоминаю об этом, пока не возникнет что-то
чрезвычайное, как, например, программирование этих телефонных аппаратов.
— Считай, что они уже запрограммированы. Я займусь этим после экскурсии
по дому.
Мелани улыбнулась и благодарно кивнула Джейсону, когда он повел ее по
элегантному особняку. Каждая комната в доме представляла собой произведение
искусства в определенном стиле и эталон изысканного вкуса. По всему дому на
всех стенах висели удивительные картины.
В конце концов, поскольку до этого Мелани издали молча любовалась
живописными полотнами, она подошла к одной из картин поближе. На ней была
изображена драматичная сцена — неистовый шторм — в мрачных серых тонах.
Мелани почувствовала силу разбушевавшегося, яростного океана, ведущего
борьбу с грозным черным небом. Мелани смотрела на картину в течение
нескольких минут, прежде чем ее взор упал на подпись.
— Ты написал это?
— Да.
— Неудивительно, почему твое неумение читать доставляет тебе всего лишь
небольшие неудобства. Как ты талантлив, Джейсон!
— Спасибо.
— Пожалуйста! А кто такая Мередит? — Рядом с картиной Джейсона
висела красивая, яркая картина, изображающая цветущий сад с розами, —
она была подписана именем Мередит Синклер.
— Моя мать. Наши стили похожи. Ее картины немного больше в пастельных
тонах, немного мягче, чем мои, — задумчиво ответил Джейсон. Есть
основания для такой разницы в их стилях. Глаза Мередит не видели того
неистовства, шторма, смерти в тот летний день, когда это увидел Джейсон...
— Твоя мать. Это значит... вы с Чарлзом выросли в Уиндермире? —
Мелани повернулась, чтобы посмотреть в глаза Джейсону. Когда она обернулась,
ее охватила слабость, подступившая, как всегда, внезапно. — О...
Джейсон поспешно проводил Мелани до софы и помог ей лечь.
— Кстати, в продолжение нашего разговора о неудобствах, — сказала
Мелани, после того как туман в ее голове немного рассеялся. — Эта
слабость наступает без всякого предупреждения.
— Думаю, ты слишком торопишь события и выходишь за рамки своих
возможностей, — ласково отметил Джейсон. — Ты не хочешь полежать
здесь некоторое время? Я помогу тебе устроиться поудобнее.
Чарлз позвонил в Уиндермир как раз тогда, когда зимнее солнце клонилось к
закату.
— Она чувствует себя хорошо, — улыбнулся Джейсон, глядя на
Мелани. — Она все время с тоской смотрит на пляж и говорит о беге
трусцой. Как...
Мелани наблюдала за Джейсоном, пока он обсуждал со своим братом-близнецом
деловые вопросы, касавшиеся
Издательской компании Синклера
.
— Она рядом, — сказал Джейсон через пятнадцать минут. Джейсон
протянул трубку Мелани и тихо вышел из гостиной.
— Здравствуй, Чарлз.
— С тобой все в порядке?
— Да. —
А с тобой?
— Здесь так красиво.
— Гм. Я только что разговаривал с Брук. Она получила внушающих размеров
посылку для тебя из Лейк-Форрест.
— Это от Гейлен.
— Брук сказала, что завтра им с Эндрю придется провести целый день в
зале суда, поэтому она не сможет навестить тебя до воскресенья.
— Брук следует отдохнуть. Я чувствую себя прекрасно.
— Я подумал, что смог бы привезти тебе посылку завтра.
— О! —
Да, привези, чтобы я смогла сказать тебе, что верю в тебя,
и доверяю тебе, и люблю тебя... Нет! — Вид ужасных шрамов так ясно
возник перед глазами Мелани. — Не приезжай. В этом нет никакого
смысла
.
— Можно это воспринимать как
да
? — В голосе Чарлза затаилась
надежда.
Доверься мне, Мелани
.
— Да, — прошептала она.
Назначенная полицией медсестра пришла в Уиндермир в девять часов утра в
субботу.
— Ну вот, наконец, все эти повязки больше не нужны, — заявила она,
а потом осторожно сняла бинты и тщательно осмотрела раны.
— Не нужны? — удивленно спросила Мелани. Не лучше ли держать эти
шрамы закрытыми все время? Не лучше ли спрятать это уродство навсегда?
— Нет. Но на животе, там, где был сделал разрез во время операции,
повязку пока оставим. Уберем, когда сниму швы в понедельник. Остальные
повязки вам не нужны. Шрамы заживают прекрасно. Никаких признаков
воспалительного процесса.
Мелани перестала ее слушать. Слова
заживают прекрасно
кружились в ее
голове. О чем думала медсестра, когда произносила это? Конечно, может быть,
с профессиональной точки зрения есть что-то замечательное в том, как
искалеченная ткань формируется в четкий, крепкий шрам. Возможно, это имеет
значение для быстрых восстановительных способностей человеческого тела, но с
персональной точки зрения пострадавшего...
— Итак, что вы на это скажете? Следует ли мне перевязать только рану в
области живота?
Мелани рассеянно кивнула.
— Это значит, что я могу принять душ? — спросила она потом, затаив
надежду.
— Вы чувствуете себя для этого достаточно сильной?
— Да, — уверенно ответила Мелани. Если бы только она смогла
надолго встать под душ и вымыть волосы, прежде чем приедет Чарлз...
Подожди минуту, — говорил ей внутренний голос. — Тебе хочется,
чтобы он снова расчесывал твои волосы? Тебе хочется, чтобы он потанцевал с
тобой? Разве ты забыла обо всем?
Нет, — ответила она сварливому
голосу. — Я ничего не забыла. Этот душ для меня
.
— Хорошо, но постарайтесь, чтобы рана в брюшной области оставалась
сухой. Принимайте душ в повязке и поменяйте ее сразу же после душа. Я
оставлю вам несколько лишних бинтов, на случай если повязка намокнет. —
Медсестра улыбнулась. Рана на животе практически зажила. Даже если на нее
попадет немного воды, это не страшно, и радость Мелани от того, что она
сможет принять душ, стоит этого риска. — Мне остаться на то время, пока
вы будете принимать душ?
— Нет, спасибо. Со мной все будет в порядке. Увидимся в понедельник.
Мелани действительно чувствовала себя прекрасно, почти до самого конца. А
потом все началось снова и, как обычно, без всякого предупреждения. Она
почувствовала, что падает. Мелани прислонилась спиной к выложенной кафелем
стене и тихо соскользнула по ней, расп
...Закладка в соц.сетях
