Жанр: Любовные романы
Игра в свидания
...была вынуждена
уступить. И наслаждаться ниспосланным ей даром небес. Все формальности были
улажены, Эми все подписала без звука.
Эндрю собирался в Лондон, где с обеими дочерьми должен был провести
Рождество. А затем они поедут кататься на лыжах в Альпы. Швейцария — это
звучало так романтично. Эндрю обещал вернуться сразу после Нового года.
— Если вы не против, я бы хотел вас навестить, когда приеду. Хоуп,
наверное, вырастет — не узнаешь.
Это было, конечно, преувеличение — ведь ему предстояло отсутствовать всего
две недели. Но что-то в его интонации заставило Пэрис насторожиться. Она не
знала, что ответить. Ей хотелось видеть в нем друга, и не более, но он,
кажется, имел в виду что-то другое.
Эндрю, казалось, почувствовал ее сомнения и поспешил объясниться:
— Я знаю ваше отношение к ухаживанию и должен сказать, что вполне с
вами солидарен, Пэрис. Но если я дам вам слово вести себя хорошо, не
показывать вам фотографии своих фаллических изваяний, приеду трезвый и не
буду заказывать бобы — может, вы согласитесь сходить со мной в ресторан? На
официальное свидание?
Он так тщательно выбирал слова, что Пэрис стало смешно.
— Неужели я вас так напугала? — усмехнулась она.
— Да нет, не напугали. Вы просто проявляете разумную осторожность, я
это хорошо понимаю. Вам здорово досталось, и ваше недоверие вполне
объяснимо. Но если я вас чем-нибудь огорчу — сразу скажите.
— Например? Тем, что балуете мою девочку? Посылаете мне цветы? Возите
меня в больницу и обратно? Очень обидно, нечего сказать! — Она серьезно
посмотрела на него. — Я просто боюсь все испортить. Я слишком ценю нашу
дружбу и не хочу, чтобы наши отношения переросли в нечто иное.
Эндрю надеялся как раз на обратное, но он не хотел ни брать ее хитростью, ни
пользоваться ее слабостью, ни тем более пугать. Он хотел быть ей другом, но
не только. Она ему очень нравилась, он восхищался ее мужеством и
жизнестойкостью.
— Я же уже сказал, что буду вести себя хорошо. Так как, обещаете мне
свидание после Европы? Официально вас спрашиваю.
Пэрис улыбнулась:
— Обещаю.
— Прекрасно. Я вам позвоню из Европы. — Он поцеловал ее в щеку и
уже с порога крикнул: — Берегите Хоуп!
Оставшись одна, Пэрис снова засомневалась, правильно ли поступает. Как бы
потом не пожалеть. Она ведь поклялась, что никогда больше не будет
встречаться с мужчиной — и вот пожалуйста, ей снова неймется! Но ведь восемь
месяцев прошло. Не хватит ли?..
Так или иначе, в Эндрю Уоррене было что-то особенное. Из всех мужчин, с
которыми она встречалась после развода, ни один не был так достоин любви и,
главное, уважения.
Он позвонил сначала из аэропорта, потом из Лос-Анджелеса, а на следующий
день — из Лондона. К этому моменту ее родня уже была в сборе. Мэг с
восторгом нянчила сестренку, Ричард щелкал фотокамерой, а Вим снисходительно
улыбался, когда Пэрис просила быть поосторожнее с малышкой. Все признали,
что девочка очаровательна, да Пэрис и сама это знала. Хоуп был уже почти
месяц, и она делала смешные гримасы, похожие на улыбку. Пэрис сказала сыну,
что скоро она начнет улыбаться по-настоящему.
Мэг бережно положила девочку в кроватку и повернулась к матери с какой-то
особой, очень женственной улыбкой, какой Пэрис никогда у нее не видела.
— Будет мне хорошая тренировка, — сказала она и бросила
многозначительный взгляд на Ричарда.
— Как это? — не поняла Пэрис. Она очень устала, и нюансы от нее
ускользали.
— Мам, мы ждем ребенка, — Мэг, и Пэрис кинулась ее обнимать со
слезами на глазах.
— Вот это новость! Поздравляю. Вас обоих. Когда ждете?
— Срок — четвертого июля.
— Очень патриотично! — рассмеялась Пэрис и расцеловала дочь и
зятя.
Вим застонал и рухнул на диван.
— У вас что, эпидемия? — в отчаянии воскликнул он. — У всех
дети!
— Смотри ты не заведи! — предупредила Пэрис, и все рассмеялись.
Когда после праздничного застолья Пэрис вошла в гостиную, она застала Вима с
малышкой на руках, а Мэг лежала рядом на диване и мирно посапывала. Все дети
были с ней, все трое! Замечательное получилось Рождество. И все благодаря
Хоуп.
Глава 35
Решение взять в январе отпуск оказалось самым мудрым. У Пэрис появилось
время побыть с ребенком, почитать, нагуляться с коляской. Иногда она
навещала Бикса в офисе и всякий раз жалела его при виде горы бумаг на его
столе. Она даже виделась с друзьями. Ей нравилась ее новая жизнь, но
начинало тянуть и на работу. Только не сейчас, попозже.
Эндрю Уоррен взял двухнедельный отпуск и приехал ее навестить. Они съездили
в Напа-Вэлли, пообедали в Сономе, вдоволь нагулялись по живописным
окрестностям. Девочка, конечно, была с ними. Странно, но Пэрис не покидало
ощущение, что она снова замужем. Между ними установились очень
непринужденные отношения — то ли дружба, то ли роман, — и обоим это
нравилось.
Несколько раз Эндрю водил ее в ресторан, он называл это
официальными
свиданиями
.
— А что же тогда все остальное? — смеялась Пэрис.
— В остальное время мы друзья, — пояснил Эндрю. — Свидание
засчитывается только тогда, когда я веду тебя в ресторан. Согласна?
— Отлично. Как раз то, что я хотела.
Когда Эндрю уходил, она начинала скучать. Он был необыкновенно нежен с
ребенком, и с ним было хорошо. Когда отпуск у Эндрю закончился, он продолжал
прилетать на выходные и ночевал во флигеле — иногда вдвоем с Вимом,
поскольку спален там было две. Пэрис не делила с ним постель — она просто
была к этому не готова. Их
свидания
продолжались всего месяц, хотя они
довольно много общались во время его отпуска — ведь тогда он бывал у нее
каждый день.
Но в Валентинов день их платоническим отношениям пришел конец. Эндрю повел
ее ужинать в чудесный ресторан, и домой они вернулись только в полночь.
Эндрю неожиданно вручил ей изящный кулон с бриллиантом, а Пэрис подарила ему
дурацкие часы на ремешке из крокодильей кожи, которые Эндрю тут же надел на
руку.
Они проговорили целый час и в результате плавно перекочевали в спальню. То,
чего Пэрис так настойчиво избегала на протяжении многих месяцев, вдруг
оказалось проще простого. Они предались любви как два давно знакомых и
близких человека, и не нужно было спрашивать, нет ли у него другой женщины.
Все произошло так естественно, что Пэрис сама удивилась. Как будто они
всегда были близки.
Потом они уснули в объятиях друг друга, но их разбудил ребенок. Пэрис пошла
подогреть бутылочку, Эндрю стал кормить малышку, и они снова уснули уже
втроем, с девочкой посередине. У Пэрис было такое чувство, словно она
вернулась домой после долгого отсутствия. Три года прошли для нее в
одиночестве и печали, и вот наконец она нашла человека, которого уже и не
чаяла найти. Она давно перестала искать, перестала верить, что он есть на
земле. Но иголка в стоге сена в конце концов отыскалась. То же мог сказать о
себе и Эндрю. За всю жизнь он не чувствовал себя таким счастливым.
Весна любви накрыла их с головой. Все выходные Эндрю проводил в Сан-
Франциско; при каждой возможности он удирал из конторы, брал с собой пухлую
рукопись и приезжал к Пэрис и Хоуп. Мэг и Вим обожали Эндрю, а его дочери,
когда навещали их в начале лета, прониклись не меньшей симпатией к Пэрис.
Все фрагменты головоломки совпали, даже лучше, чем когда с ней был Питер. И
это было самое странное. Пэрис и не вспоминала, что когда-то была замужем за
другим человеком. Ей казалось, она всегда была с Эндрю.
Когда Мэг пришло время рожать, Пэрис взяла двухнедельный отпуск. Бикс
заверил ее, что справится, тем более что Стивен теперь чувствовал себя
намного лучше. Он явно шел на поправку.
Пэрис с Хоуп были у Эндрю в Лос-Анджелесе, когда у Мэг, точно в срок,
начались роды. Пэрис поехала в больницу вместе с дочерью и зятем, а Эндрю
остался с девочкой.
Роды были долгие и трудные, но Мэг держалась молодцом. Ричард не отходил от
нее ни на шаг и очень ее поддерживал. Пэрис находилась с ними в родильном
зале. Она не собиралась присутствовать при родах — не хотела им
мешать, — но Мэг настояла, а Ричард не возражал. Когда их мальчик
явился миру, Пэрис невольно прослезилась, а родители были на седьмом небе от
счастья. Малыш получился очаровательный. Прекрасный, крепкий карапуз. У него
уже было имя — Брэндон. Брэндон Боулен. Мэг дала матери его подержать и с
измученной улыбкой смотрела на новоявленную бабушку.
— Мам, как я тебя люблю... Спасибо, что ты у меня такая! —
вымолвила она не без усилия.
От нахлынувших чувств Пэрис расплакалась. Потом она позвонила Эндрю и снова
прослезилась. Ночью она лежала рядом с ним в постели и никак не могла
заснуть. Эти младенцы явно на нее как-то действовали. Ей уже сорок девять, а
она все так же радуется малышам, как двадцать пять лет назад.
— Знаешь, что я подумала? — сказала она, прижимаясь к нему в
темноте. — Наверное, для Хоуп будет не очень хорошо расти одной. Может,
мне взять еще одного?
Эндрю долго смотрел на нее и молчал.
— Ты об этом так долго думала? Она не будет одна. У нее уже есть
племянник, всего на восемь месяцев младше. Вот и будут вместе играть.
— Да, верно, — согласилась Пэрис.
Об этом она как-то не подумала. Впрочем, они ведь будут жить в разных
городах, так что часто видеться не придется. Это совсем не то же самое, что
расти в одном доме.
— А может, нам и вправду тряхнуть стариной и родить своего? — нерешительно произнесла она.
Эндрю много раз ей это предлагал, уверяя, что в наши дни и не такое
возможно, наука многому научилась, да и в университете у него есть друзья.
Но до сих пор Пэрис отмахивалась, и детально они пока это не обсуждали.
— Это было бы прекрасно, но пока у меня есть другая идея. Что, если нам
сыграть свадьбу и на целый год укатить в Европу?
Пэрис была поражена. Она знала, что Эндрю давно об этом мечтал, но он
никогда не говорил, что хочет совершить такое путешествие с ней.
— А Бикса, что же, бросить?
— Ну да, на год. Когда вернемся, сможешь снова пойти к нему работать,
если захочешь. А можем и взять его с собой, — поддразнил он.
— Он обрадуется. — Пэрис села на постели и внимательно посмотрела
па него. — Правильно я поняла, что ты делаешь мне предложение?
Она была искренне удивлена: ей казалось, что им и так хорошо вместе.
— Да, — тихо ответил Эндрю. — И что скажешь? Пэрис снова
прижалась к нему и крепко поцеловала.
— Это значит — да? А ты можешь произнести это словами? Я хочу знать
наверняка.
— Да! — объявила она и улыбнулась. — Я стану твоей женой, но
только с условием: я буду у тебя одна.
Эндрю знал эту историю — у нее давно не было от него секретов.
— Эксклюзив? Пожалуй, я согласен. Ну, так как? Едем в Европу?
Пэрис кивнула. Ей нравилась эта затея. Поможет Биксу кого-нибудь подготовить
себе на смену, чтобы не оставлять его одного, пока она не вернется.
Впрочем, в том, что она вернется на работу, уверенности у Пэрис не было. Кто
знает, что они решат, пока будут в Европе? Эндрю уже пятьдесят девять, он
все время грозится уйти на пенсию и посвятить остаток дней путешествиям, и
ей это очень нравилось, тем более что пока не надо было думать о том, чтобы
отдавать ребенка в школу.
— А детям скажем? — она.
— Надо бы. Впрочем, я готов и тайно с тобой обвенчаться. — Он
засмеялся, обнял ее и притянул к себе. — Пэрис, я тебя люблю. Ты себе
не представляешь, как сильно я тебя люблю!
Они лежали рядом и говорили о своей любви. О том, что устроят себе скромную
свадьбу — пусть будут только дети и самые близкие друзья. А потом они поедут
в Европу, снимут дом в Париже или Лондоне, а может, виллу на море или яхту,
чтобы плавать на ней все лето... Все это было очень заманчиво, но оба
считали, что с таким же успехом можно и дома остаться. Главное — быть
вдвоем.
На другой день они сообщили о своем решении Мэг и Ричарду, потом Пэрис
позвонила Виму, который гостил у отца. Все пришли в восторг — в том числе и
Бикс, хотя его реакции Пэрис несколько опасалась.
— Что я тебе говорил? Вот и нашла иголку в стоге сена. Выходит, не зря
ты ходила на свои свидания!
— А вот и нет, — рассмеялась Пэрис. — С Эндрю я познакомилась
отнюдь не на свидании. Мы с ним впервые встретились на свадьбе у Мэг.
— И все равно, согласись, свидания вслепую тебя многому научили.
— Чему, например?
— Расточать улыбки капризным клиентам и управлять нашей фирмой, когда
вернешься.
— А ты что, уходишь? — Пэрис похолодела. Неужели Стивен так болен?
— Пока нет. Но когда ты вернешься из своего годичного отпуска, я бы
тоже хотел отдохнуть. Мы со Стивеном давно мечтали отправиться в
кругосветное путешествие. Может быть, тоже на год, мы еще не решили. Одно я
знаю твердо, — добавил он счастливым голосом, — лучшее еще
впереди!
— Да, это точно, — тихо проговорила Пэрис. Свадьбу решили сыграть
в августе, а к сентябрю уехать.
На следующей неделе они вернулись в Сан-Франциско и обнаружили в гостиной
нарядную коробку с узором в виде ландышей на крышке. Пэрис открыла, и внутри
оказалась красивая антикварная серебряная шкатулка овальной формы с
гравировкой. У Бикса всегда был безупречный вкус. Пэрис поднесла шкатулку к
глазам и стала разбирать фигурную вязь, стилизованную под старину.
— Что пишут? — спросил Эндрю, любуясь вещицей.
— Пишут? — Она улыбнулась. —
Лучшее впереди!
— Так и есть, — сказал Эндрю и поцеловал ее.
У Пэрис на глаза навернулись слезы. Жизнь и вправду повернулась к ней
светлой стороной. Прошлое осталось позади, на смену ему пришло настоящее,
прекрасное и счастливое. Грядущее всегда было покрыто неизвестностью, но
Пэрис всей душой верила, что впереди их ждет только хорошее.
Закладка в соц.сетях
