Жанр: Любовные романы
Игра в свидания
...припадком. Похоже, все-
таки придется его убить.
Однако Эндрю был наделен завидным терпением. И приготовился нянчиться с
клиентом до победного конца. Сценарий писался для крупнобюджетного фильма с
участием двух мега-звезд, чьи интересы представлял Ричард. Семейный бизнес!
Они устроились в гостиной, и Эндрю сказал, что ему понравился ее дом, уютный
и светлый, в ясный день все залито солнцем. Он потягивал вино и заедал
орешками, а Пэрис включила музыку.
— Чем сегодня занимались? — непринужденно поинтересовался Эндрю.
— По магазинам ездила, — ответила она, не вдаваясь в подробности.
Кроме детей и Бикса, об усыновлении еще никто не знал. Пэрис не хотела пока
трезвонить об этом на всех углах. К чему ей комментарии от едва знакомых
людей? Эндрю был ей симпатичен, но они пока мало знали друг друга. Впрочем,
о Мэг он отзывался с большой теплотой, чем тронул материнское сердце. Он
считал их с Ричардом прекрасной парой, и Пэрис была с ним абсолютно
согласна.
В половине восьмого они сели ужинать, Эндрю ел и нахваливал; крабы оказались
его любимой едой, ростбиф тоже получился что надо.
— Я давно не готовила, — поскромничала Пэрис. — Себе почти
ничего не варю — то на работе допоздна, то так валишься с ног, что уже
ничего не хочется.
— Судя по всему, вы с Биксом себя не жалеете.
— Что верно, то верно, но мне это нравится. И ему тоже. Следующий месяц
будет сумасшедшим, так всегда в праздники. Начиная с понедельника мы
практически каждый вечер заняты.
А с появлением ребенка станет еще тяжелее
, — добавила она про себя.
Ей уже хотелось, чтобы роды немного задержались. Но она прекрасно знала, что
дети появляются на свет, когда им заблагорассудится, и Джейн тому наглядное
доказательство. Хорошо хоть, в этот раз роды принимать не придется.
— А вы не думали взять небольшой отпуск? — спросил Эндрю.
Пэрис про себя улыбнулась:
— Если только ненадолго... После праздников собираюсь немного отдохнуть
месяц, не больше. Для меня и это много.
— А я мечтаю об отпуске длиной в год. Снять квартиру в Париже или
Лондоне, а может, просто поездить по Европе... Снять виллу где-нибудь в
Тоскании или Провансе — для меня это звучит, как райская музыка. Я то и дело
говорю об этом Ричарду, а он грозится, что у него тогда произойдет нервный
срыв — с его актерами и актрисами не соскучишься, только писателей ему еще
не хватало.
Пэрис уже поняла, что их агентство имело хорошую репутацию, и неудивительно,
что у них в клиентах числится столько своенравных особ. Такова уж специфика
их работы, как вечеринки для них с Биксом — со всеми их прелестями в виде
капризных хозяек, истеричных невест, хамоватых официантов и тому подобным.
Затем разговор зашел о детях и о прошлых браках. Эндрю жалел, что его
семейная жизнь не удалась, но на бывшую жену зла не держал, и это восхищало
Пэрис. Она устала от всех разведенных, ненавидящих своих бывших супругов
так, что ни на что другое сил уже не остается. Она знала, что всегда будет
тосковать по Питеру, но желала ему только добра. Пусть ей и хотелось бы что-
то изменить, но жизнь идет своим чередом. Не сразу, но она к этому пришла.
Поскольку Эндрю посетовал, что ему предстоят ночные бдения, Пэрис заварила
крепкий кофе, и в этот момент зазвонил телефон. Она сняла трубку, будучи
почти уверена, что это Мэг, но голос оказался другой. Пэрис не сразу узнала
Эми.
— С тобой все в порядке? Ничего не случилось? — заволновалась
Пэрис.
— Я в больнице. — В голосе Эми слышалась неловкость.
— Уже? Как же это произошло?
— Сама не знаю. Занималась мальчишками... Дочку сегодня сестра забрала.
У Пэрис мелькнула мысль, что Эми, наверное, расстроилась из-за разлуки с
девочкой. Ведь для Эми это в любом случае тяжелая утрата, хоть и
добровольная. А может, она просто морально созрела родить, зная, что ребенку
теперь обеспечен дом и уход? Порой психика творит с организмом необъяснимые
вещи.
— А что врачи говорят?
— Говорят, рожаю. Раскрытие уже четыре сантиметра, схватки каждые
пятнадцать минут. По-моему, вы еще успеете.
— Так... А где ты, в каком отделении?
Пэрис схватила карандаш и принялась записывать. Потом у Эми началась новая
схватка, и они оборвали разговор. И только тут до Пэрис дошло, что на самом
деле происходит. Ее ребенок рождается на свет! Пройдет несколько часов, и
она снова станет мамой.
Пэрис повернулась к Эндрю Уоррену, который озабоченно следил за разговором.
— У меня вот-вот будет ребенок! — объявила она без всяких
предисловий, как если бы он был в курсе происходящего.
— То есть как? Сейчас?!
— Да!.. Мы рожаем, понимаете?
Эндрю ничего не понимал и пребывал в полном замешательстве.
— Кто это звонил?
— Мать ребенка. Ее зовут Эми.
Тут Пэрис сообразила, что надо спокойно все объяснить — ведь ей сейчас
придется выставить гостя за дверь: она хотела сразу ехать в больницу.
— Я беру приемного ребенка, — сказала она и улыбнулась.
Какая она красивая! — вдруг подумал Эндрю. — Но сейчас не время
для комплиментов, она их вряд ли услышит
. Так или иначе, она ему очень
нравилась.
— Правда? Потрясающе! Я очень рад за вас. Теперь заживете веселее.
— Спасибо. Только роды на неделю раньше срока. Слава богу, я все нужное
сегодня купила. — Она была страшно возбуждена. — Так, мне надо
ехать в больницу!
Эндрю улыбнулся. Он находил во всем этом что-то невероятно трогательное.
Пэрис была как ребенок в ожидании Санта-Клауса с подарками.
— Куда? В какую больницу?
— В Беркли, клиника Альта-Бейтс.
Пэрис поискала глазами сумочку, потом пихнула туда записку с номером палаты.
— Сами поведете? — спросил Эндрю.
— Конечно.
— Лучше не надо. Пэрис, позвольте я вас отвезу. Поедем на вашей машине,
а оттуда я возьму такси. Не думаю, что вам стоит вести машину в таком
состоянии. А кроме того, вы вот-вот станете мамой, вам нельзя сидеть за
рулем, — пошутил он.
Пэрис была тронута. Она и сама чувствовала, что за руль сейчас лучше не
садиться.
— Вас это не затруднит?
— Нисколько. Я с куда большей радостью помогу вам родить ребенка, чем
своему чокнутому клиенту — родить сценарий. Это намного приятнее.
Он был действительно рад за нее, рад тому, что тоже может поучаствовать.
Через несколько минут они выехали, и по дороге Пэрис рассказала ему, как к
ней пришло это решение.
— Да, вы, я вижу, кардинально решили вопрос с мужчинами, — заметил
Эндрю.
Об этом она ему тоже рассказала.
— Уж поверьте, после нескольких свиданий вслепую вы бы тоже так решили.
Пэрис описала ему скульптора из Санта-Фе, и Эндрю расхохотался.
— Я тоже редко общаюсь с женщинами, — признался он. — Точнее,
в последнее время совсем не общаюсь. Это так скучно — рассказывать и
расспрашивать, кто, да что, да когда. Что тебе нравится, что нет, где ты
бывал, где нет... А потом вдруг выясняется, что она садомазохистка, кормит
любимого удава кроликами, и ты перестаешь понимать, как тут оказался.
Наверное, вы правы. Может, мне тоже ребенка взять?
— Будете ходить в гости к моей девочке, — горделиво улыбнулась
Пэрис, и Эндрю взглянул на нее с нежностью.
— А можно завтра, когда вы уже будете с ней дома, я вас навещу? Мне
правда хочется на нее взглянуть. Я себя чувствую полноправным участником
процесса родовспоможения.
— Так и есть, — согласилась Пэрис.
Через несколько минут они подъехали к больнице, и Эндрю сказал, что сам поставит машину на стоянку.
— Удачи! — шепнул он.
Пэрис не забыла сунуть в машину детское сиденьице, теперь можно будет везти
малышку домой с комфортом. Эндрю попросил позвонить ему на мобильный, если
понадобится помощь, и протянул визитку с номером. Пэрис поцеловала его в
щеку.
— Эндрю, большое вам спасибо. Вы мне очень помогли. Между прочим, я вам
первому призналась. И спасибо, что не обозвали меня сумасшедшей.
Пэрис вдруг поняла, что для нее его мнение является своего рода критерием —
она испытывала глубокое уважение к этому человеку.
— Вы сумасшедшая, — улыбнулся он, — но в хорошем смысле. Это
праведное безумие. Надо, чтобы его совершали как можно больше людей. Уверен,
вы будете счастливы — и вы, и малышка.
— Мне так жаль ее маму, — вздохнула Пэрис.
Эндрю кивнул. Он с трудом представлял себе, что чувствует мать, вынужденная
отдать кому-то своего ребенка. Он обожал своих дочерей, и ситуация, в
которой оказалась Эми, представлялась ему мучительной.
— Согласен с вами. Надеюсь, все пройдет гладко, — Эндрю.
Пэрис вышла из машины, и он проводил ее глазами.
— Позвоните, когда родится! Буду ждать у телефона. Хочу знать, на кого
она похожа.
— Конечно, на меня! — радостно засмеялась Пэрис, помахала рукой и
вошла в здание.
Эндрю медленно поехал на стоянку, улыбаясь чему-то непонятно. Насчет своей
тещи Ричард не заблуждался. Фантастическая женщина!
Глава 33
Пэрис тут же проводили в предродовое отделение. Она поднялась на лифте и
через минуту очутилась в палате у Эми. Роды уже вовсю развивались, ждать
осталось недолго. Это ведь был пятый ребенок, да и первых она рожала
довольно быстро. Правда, Эми пожаловалась, что ей никогда не было так
больно. Может, из-за того, что она знала: этот ребенок — последний.
— Ну, как дела? — сочувственно произнесла Пэрис.
— Порядок, — ответила Эми, стараясь держаться мужественно, но уже
в следующий миг громко застонала.
Пэрис переоделась в больничный костюм, без которого в родильный зал ее бы не
пустили, и подошла к кровати. Монитор показывал, что сердце плода бьется
нормально, но та кривая, на которой фиксировалась сила схваток, зашкаливала.
Выходящая из аппарата лента выглядела как сейсмограмма мощного
землетрясения.
— Ого! Вот это схватки, — Пэрис, выслушав пояснения акушерки.
Она взяла Эми за руку, и та благодарно взглянула на нее. Она была совершенно
одна, когда начались схватки, и ей пришлось самой вызвать такси. Муж
находился у соседки, а мальчишек она забросила к подруге. Тоскливо рожать в
одиночку, и она была рада присутствию неравнодушного, заинтересованного
человека.
У Пэрис хватило присутствия духа привезти с собой бумаги, необходимые, чтобы
ребенка вручили ей. О предстоящем удочерении клинику уже оповестила Элис
Харпер. Все было в порядке. Оставалось только дождаться ребенка.
Эми старалась изо всех сил. И организм ее прекрасно слушался. Через час
раскрытие достигло десяти сантиметров; казалось, все идет хорошо, но
бедняжка Эми корчилась от боли. Она твердо решила не прибегать к
обезболиванию. Пэрис спорить не стала, хотя сама в свое время согласилась на
эпидуральную анестезию и считала, что нет смысла так мучиться. Но Эми
твердила, что для ребенка так лучше. Наверное, хотела сделать малышке
прощальный подарок.
Через какое-то время подошел врач, посмотрел Эми и сказал, что пора в
родильный зал, — и начались потуги. Пэрис шла рядом с каталкой и
держала Эми за руку. Когда они прибыли на место, акушерка попросила ее
встать в головах и немного приподнять роженицу. Пэрис было тяжело и
неудобно, но у Эми дела, кажется, пошли лучше. Однако ребенок все не
показывался, и Эми непрерывно стонала. Пэрис не знала, чем еще помочь, и
пыталась отвлечь ее разговором, но вдруг Эми страшно закричала, и врач
объявил, что ребенок наконец показался.
— Ну-ну, Эми... молодец... Ну, еще, еще тужься! Теперь кричали все
хором, а у Эми по лицу катились слезы. Пэрис подумала:
Неужели и я так же
страшно рожала?
Но это было так давно, она уж и не помнила.
Наконец показалась макушка маленькой головки, Эми поднатужилась сильней, и
ребенок вышел. Эми разрыдалась, девочка запищала, а у Пэрис по щекам
покатились слезы. Врач перерезал пуповину и протянул ребенка маме.
— Смотри, какая красавица, — шепнула Пэрис. — Ты молодчина.
Эми закрыла глаза, и ей наконец сделали укол, от которого она впала в
дремотное состояние.
Девочка была крупная, целых четыре килограмма, хотя у Джейн ребенок был еще
больше. Но Эми рожала дольше и тяжелее. В четыре утра ее наконец увезли из
родильного зала в палату, на другой конец этажа. Медики знали, что ребенок
пойдет к приемной матери, и старались вести себя с Эми как можно тактичнее.
Девочку забрали в детское отделение, чтобы помыть и зафиксировать в карте
баллы по шкале Апгар; Пэрис тем временем дежурила возле Эми, которая спала
под воздействием лекарства. Она еще не проснулась, когда малышку принесли.
Завернутая в розовое одеяльце с крохотным чепчиком на голове, девочка водила
глазками и держалась очень бодро. Медсестра протянула ее новой маме, Пэрис
взяла сверток и прижала к себе.
— Привет, маленькая моя...
У малышки были розовые щечки и голубые, как у всех младенцев, глаза; на
макушке топорщился беленький пушок. Она была как живая кукла. Так, на руках
у Пэрис, она и уснула, словно знала, что это теперь ее мама.
— Как ее зовут? — прошептала сестра.
— Хоуп, — Пэрис, не отрывая взгляда от девочки.
Ей только что пришло в голову это имя, которое означало
Надежда
, и сейчас
оно уже казалось единственно возможным.
— Хорошее имя, — улыбнулась сестра.
Пэрис смотрела на ребенка и не могла поверить, что у нее начинается новая
жизнь. Она вдруг подумала, что, если бы Питер не оставил ее, она бы никогда
не испытала этой счастливой минуты. Вот он, подарок судьбы, она его наконец
нашла! Два с половиной года она была лишена радости; если судьба и подавала
ей какие-то знаки, то они терялись за бедами и страданиями. Теперь все
несчастья позади. Судьба подарила ей этого спящего младенца.
Она просидела так несколько часов, пока Эми не очнулась от тяжелого сна.
Почти одновременно с ней встрепенулась и девочка. Пэрис дали бутылочку с
глюкозой, чтобы она покормила ребенка, а Эми сделали специальный укол для
предотвращения лактации.
Все утро они проговорили. Ребенка осмотрел педиатр и сказал, что, если Пэрис
не терпится, отпустит их домой в шесть часов вечера. Эми предстояло провести
в больнице еще сутки.
Пэрис вышла в коридор и позвонила с мобильного телефона Элис Харпер, чтобы
обрадовать ее известием о рождении девочки. Та посоветовала ей выписать
ребенка, как только позволят медики.
— А как же Эми? Мне так жаль бросать ее здесь одну...
— Пэрис, не волнуйтесь за нее. Врачи о ней позаботятся. Эми знает, что
делает. Она этого хочет. Не осложняйте ей жизнь.
Пэрис тяжело вздохнула. Она вдруг поняла, что каждой из них отведена своя
роль, своя судьба и жаловаться грех. Но ей почему-то стало очень одиноко.
Она позвонила Биксу и сообщила новость. Тот сразу забыл о своем извечном
брюзжании и бросился ее поздравлять.
Потом Пэрис набрала номер Эндрю Уоррена. При этом она испытывала какое-то
дурацкое чувство: ведь они были едва знакомы. Но он же просил ему сообщить.
Пэрис доложила, как прошли роды и сколько весит ребенок, сказала, что
девочка очень хорошенькая, и даже попыталась описать мордашку. Она сама не
заметила, что плачет.
— Какое чудесное имя вы ей дали, — негромко проговорил Эндрю.
— Да, мне тоже нравится, — согласилась Пэрис. — И ей очень
идет.
Надежда
... Этим все было сказано. Прошлого больше нет, былые раны
затянулись. Судьба наконец преподнесла ей свой подарок.
— Ключи от машины я оставил в справочном окне, — сообщил Эндрю. — Когда домой едете?
— Сказали, что в шесть часов нас отпустят.
Пэрис еще не вполне оправилась от радостного потрясения, да и спать ей
совсем не пришлось. Она не представляла себе, как довезет малышку домой —
просто пока не думала об этом.
— А можно я за вами приеду?
— Вы уверены, что это вас не затруднит?
Бикс ей своей помощи не предложил, да она на это и не рассчитывала. Стивен
капитально слег, так что Бикс был нужен дома. Да он бы все равно не поехал,
поскольку не выносил больниц и к младенцам относился с прохладцей. Это ее
проблема. К тому же и машина здесь. Пэрис не ожидала, что Эндрю вызовется ей
помогать.
— Сочту за честь, — без намека на иронию заявил он. — Буду на
месте в пять тридцать — вдруг вас пораньше выпишут.
— Спасибо вам.
Эта ночь укрепила их дружбу. Самая важная ночь в жизни Пэрис и ее маленькой
дочки.
Эндрю еще раз ее поздравил, после чего Пэрис стала звонить Мэг и Виму. Те
очень удивились, что все произошло так быстро, но каждый пообещал в
ближайшее время ее навестить. Потом Пэрис отправилась в детское отделение,
чтобы забрать девочку. Там она с изумлением узнала, что ребенка отнесли Эми
в палату, поскольку мама проснулась и попросила об этом.
Пэрис забеспокоилась. Что, если Эми передумает — сейчас, когда она уже
полюбила малышку всей душой? Ведь даже с юридической точки зрения Эми пока
ее мать.
Пэрис с опаской вошла в палату и увидела, что Эми держит дочку на руках и
что-то ей тихонько говорит — очевидно, что-то очень важное. Эми прощалась с
девочкой навсегда.
Затаив дыхание, Пэрис подошла к кровати, Эми подняла глаза и решительно
протянула ребенка ей:
— Я тут немного присмотрела за вашей девочкой.
Одной фразой было сказано все. Глаза Пэрис наполнились слезами, и она взяла
Хоуп на руки. А вскоре пришел и социальный работник со всеми документами,
которые Эми полагалось подписать.
После обеда и Пэрис, и малышка почти все время спали. В пять часов ей
сказали, что девочку можно забирать. Пэрис прошла в детское отделение и
отдала сестре привезенную для девочки одежду — верхнюю и нижнюю рубашечки,
чепчик и одеяльце. У нее не было времени выбирать вещи так тщательно, как
когда-то для Мэг, но главное сейчас было то, что они вместе едут домой.
Ребенка переодели, и Пэрис прошла в палату к Эми с девочкой на руках. Она
хотела дать ей попрощаться и была удивлена, насколько невозмутимой выглядела
Эми, при том, что действие лекарств давно закончилось.
— Хочешь подержать? — предложила она, но та помотала головой.
Эми была грустна, но спокойна. Она долго и внимательно смотрела на ребенка,
потом взглянула на Пэрис и одними губами прошептала:
— Спасибо вам.
— Это тебе спасибо, Эми... Да хранит тебя господь. Береги себя. Я буду
всегда тебя помнить.
Как странно было идти по коридору с чужим ребенком на руках! Нет, не с
чужим. Теперь это был ее ребенок, и в этом заключалось самое настоящее чудо.
Эта дивная девочка — ее дочь! По щекам ее опять покатились слезы. Почему-то
Пэрис чувствовала себя похитительницей, ворующей младенца у матери. Но все
смотрели на нее с улыбкой, желали счастья, а внизу их уже дожидался Эндрю.
— Правда, красивая? — со смущенной улыбкой произнесла Пэрис, и он
кивнул.
Эндрю уже подогнал машину и помог Пэрис устроить ребенка на детском сиденье.
Она вдруг почувствовала, что он также очарован случившимся чудом, и
взглянула на него с благодарной улыбкой. Восемнадцать часов назад они
приехали сюда — почти незнакомые мужчина и женщина. Они вместе пустились в
эту авантюру. И вот теперь они друзья, и с ними вместе едет крохотный новый
человечек. Невозможно было выразить словами, что значил для нее этот момент.
Всю дорогу Пэрис то и дело поворачивалась к малышке и смотрела на нее с
бесконечной любовью, признательностью и удивлением. Как же ей повезло!
Недаром она столько ждала.
Если бы было можно, Пэрис всю ночь просидела бы с ребенком на руках, но
усталость взяла свое, и в конце концов она уложила малышку в кроватку и сама
тоже легла спать. Время от времени она в тревоге просыпалась и проверяла,
все ли в порядке с девочкой. Ей все не верилось, что это произошло, что это
не сон. Но это была явь.
Эндрю уехал только в одиннадцать, после того, как помог ей устроиться. Он
сам собрал кроватку и даже постелил простынку, чтобы Пэрис не отвлекалась от
ребенка.
— Ловко у вас получается, — улыбнулась Пэрис.
— Большой опыт. Мне всегда нравилось возиться с детьми.
Судя по всему, он и теперь делал это с удовольствием.
Эндрю пообещал до отъезда в Лос-Анджелес еще раз заскочить. Его писатель
наконец осилил то, что от него требовалось, и Эндрю мог спокойно лететь.
Утром в воскресенье Пэрис навестили Бикс со Стивеном, причем Бикс захватил с
собой фотокамеру и сделал, наверное, миллион снимков. Он впервые видел Пэрис
такой счастливой и при всем своем равнодушии к детям вынужден был признать,
что малышка очаровательная. Стивен тоже восторгался
идеальной формой носа и
подбородка
.
В четыре часа снова заехал Эндрю.
— Чувствую себя именинником, — заявил он. — Таких выходных у
меня еще никогда не было.
— Спасибо, что поработали для нас шофером, — улыбнулась
Пэрис. — И что разделили нашу радость.
— Считайте, что я ваш аист. Оба рассмеялись.
Эндрю пробыл всего несколько минут, поцеловал ребенка в темечко и
откланялся.
Он обещал в ближайшие дни позвонить, и Пэрис не возражала. В одну ночь этот
человек стал ей другом. Не кавалером, не любовником, не поклонником и даже
не кандидатом на все перечисленные роли. Просто другом, что было куда более
ценно.
Наутро от него принесли огромный букет цветов с карточкой, на которой было
написано:
Поздравляю с Хоуп. С любовью, Эндрю
. А Бикс прислал свое
фирменное
блюдо
— гигантского медведя из розовых роз. Он велел ей взять
два отгула, но в среду Пэрис была нужна на работе, так что пора было
призывать няню, которую она наняла на месяц вперед.
К среде, когда настало время выходить на службу, Пэрис уже совершенно
освоилась с новой жизнью. Она уже знала, когда малышка спит, а когда
бодрствует, какую марку детского питания любит больше других, в какой позе
быстрее засыпает. Гостевая спальня была целиком отдана мисс Хоуп, а перед
сном Пэрис переносила ее колыбель к себе и ставила рядом с кроватью.
Все в их маленьком мире шло прекрасно. Всю неделю, где бы они с Биксом ни
работали, он непременно говорил клиентам:
Посмотрите на Пэрис! Хороша,
правда? А ведь у нее в пятницу родилась дочка!
Все в ужасе смотрели на нее,
и она снова и снова объясняла, как все было. К концу недели ее стол оказался
завален подарками. Весь мир приветствовал малышку Хоуп.
В субботу Пэрис опять работала, а в воскресенье утром позвонил Эндрю и
напомнил, что девочке исполнилось девять дней.
— Хотел еще вчера позвонить, поздравить ее с днем рождения, но
закрутился. У моего очередного сценариста съехала крыша: взял и ушел прямо
со съемочной площадки. Пришлось улаживать.
Он спросил, как прошли последние дни, Пэрис рассказала, а он сообщил, что,
скорее всего, прилетит на той неделе, но обязательно ее предупредит.
Затем позвонила Мэг и спросила, как дела у девочки. Они с Ричардом и Вимом
собирались провести с Пэрис Рождество и заодно познакомиться с сестренкой.
До праздника оставалось всего три недели, Пэрис не терпелось представить
свое чудо старшим детям. Теперь все их сомнения остались позади, и Вим, и
Мэг были очень рады за маму — во всяком случае, они так говорили. Пэрис не
сомневалась, что стоит им увидеть крошку, как они ее сразу полюбят. Разве
можно устоять перед этим розовым комочком?
Весь месяц она крутилась как белка в колесе, разрываясь между работой и
ребенком, и чувствовала себя как в легкоатлетической эстафете. Несмотря на
наличие няни, ночью она сама вставала к девочке и к Рождеству уже валилась с
ног.
За два дня до праздника приехал Эндрю, у него была встреча с клиентом. Пэрис
открыла ему дверь с девочкой на руках.
— Вид усталый, — констатировал он и протянул ей коробку, в которой
оказался целый комплект: детское платьице, чепчик и куколка в такой же
одежде.
— Вы нас балуете! А я, признаться, действительно очень устала.
Пэрис не могла дождаться января. Ее согласилась подменить Джейн, которая
снова была беременна. Бикс жаловался, что его окружают женщины с детьми.
Вообще его жизнь в последнее время заметно осложнилась — Стивену
нездоровилось с самого Дня благодарения.
Каждый день Пэрис испытывала искушение позвонить Эми, узнать, как у нее
дела, но Элис не велела. Из уважения к ее опыту Пэрис
...Закладка в соц.сетях
