Жанр: Любовные романы
Ангел-хранитель
... и включила лампу, зажмурившись от
яркого света. Затем встала и вытащила из ящика комода длинную футболку.
Натянув ее, вышла в холл. Майк стоял у двери, поджидая Сингера. Он проводил
Джулию взглядом, когда та прошла мимо него на кухню. Она открыла холодильник
и достала йогурт, шоколадное печенье и, подумав, яблоко.
Проходя через гостиную, Джулия вдруг заметила медальон и застыла на месте.
Он лежал на столе возле календаря, торчал из-под кипы каталогов. Неожиданно
он вызвал у Джулии легкий приступ тошноты, тут же напомнив о Ричарде. О
выражении его лица в тот момент, когда Ричард вручил подарок.
Ричард у двери ее дома.
Ричард, ожидающий ее в лесу.
Джулия не хотела держать медальон в доме, но так уж случилось, она
совершенно забыла о нем.
Почему он не попался ей на глаза раньше?
Джулия краем глаза увидела прислонившегося к двери Майка. На медальон упал
свет лампы, и он блеснул — как почудилось Джулии — как-то зловеще. У нее
задрожали руки.
Почта, неожиданно подумала она. Да, дело именно в ней. Когда она навалила на
стол пачку бумаг, которые достала из почтового ящика, то немного сдвинула
медальон. Так ведь?
Точного ответа на вопрос Джулия не знала. Знала лишь, что этой вещице не
место в ее доме. Медальон сделался для нее символом чего-то неприятного и
даже злого. Джулии совсем по-детски казалось, что, если она притронется к
нему, перед ней тут же появится Ричард. Однако выбора не было. Она заставила
себя подойти к столу, протянула руку и вытащила медальон из-под бумаг. Это
всего лишь медальон, сказала она себе. Обыкновенная вещь. Что в ней
особенного? Можно продать его в какой-нибудь комиссионный магазин, а
вырученные деньги в воскресенье положить в церкви на блюдо с
пожертвованиями. Она не возьмет себе ни цента, все деньги пойдут на благое
дело.
Джулия взяла медальон в спальню и принялась рассматривать его. Судя по
сложному цветочному орнаменту на наружной части, можно было сделать вывод,
что неизвестный ювелир проработал над медальоном не одну неделю, вложив в
него немалую долю своего несомненного таланта.
Взявшись перекладывать одежду в комоде, Джулия еще раз бросила взгляд на
медальон. Что-то в нем изменилось, он немного не похож на прежний. Что-то
такое...
От страха у нее перехватило дыхание.
Нет, — подумала Джулия, — только не это. Не может быть...
Она разомкнула цепочку, понимая, что убедиться в своих сомнениях сможет,
лишь примерив медальон. Вошла в ванную, встала перед зеркалом и придержала у
себя на затылке свободные концы цепочки, не смыкая их.
Затем, посмотрев в зеркало, попыталась убедить себя в том, что и без того
было очевидно. Медальон, ранее висевший более свободно, теперь покоился на
пару дюймов выше на ее груди.
Я укорочу цепочку, — сказал он. — Так, чтобы вы смогли носить его
где угодно
.
Джулия попятилась от зеркала к двери. Цепочка выскользнула у нее из рук,
медальон со звоном упал на пол.
Усилием воли она сдержалась и остановила рвущийся из груди крик. Впрочем,
чуть позже удержаться от крика Джулия не смогла.
При падении медальон раскрылся. На обеих его створках находились маленькие
фотокарточки улыбающегося Ричарда.
На сей раз Дженнифер Романелло пришла в дом к Джулии не одна. Теперь рядом с
ней за кухонным столом сидел Пит Ганди. Он пристально смотрел на хозяйку
дома, совершенно не скрывая скепсиса.
Медальон лежал на столе. Пит потянулся и взял его в руки.
— Позвольте мне изложить то, как я представляю вашу историю, — сказал
он. — Вы избили этого парня, и он в качестве награды подсовывает Джулии
парочку своих фотографий. Что-то я вас не понимаю.
Майк, пряча руки под столом, сжал пальцы в кулаки, изо всех сил стараясь не
вспылить.
— Я вам все сказал. Он преследует Джулию.
Пит кивнул и еще раз посмотрел на фотографии.
— Ясно. Вы уже говорили это. Теперь я пытаюсь посмотреть на ситуацию со всех возможных сторон.
— Возможных сторон? — закипая, спросил Майк. — Вы разве не
видите: медальон как раз и служит доказательством моих слов! Разве негодяй
не проник тайком в ее дом? Это ведь означает взлом и незаконное
проникновение в чужое жилище!
— Но ведь, кажется, ничего не пропало. Никаких следов взлома тоже не
обнаружено. Когда вы пришли домой, двери и окна были закрыты, вы же сами
признали это.
— Мы не утверждаем, что он что-то украл! Я не знаю, как он сделал это,
но он проник в дом. Да раскройте глаза! Неужели вы не понимаете?!
Пит Ганди поднял руки в успокаивающем жесте.
— Майк, не стоит так волноваться. Я просто пытаюсь выяснить суть
случившегося.
Дженнифер и Джулия были возмущены не меньше Майка, но Пит заверил свою
напарницу, что справится сам, и велел сохранять во время разговора молчание.
— Выяснить суть?
— Совершенно верно. — Пит подался немного вперед и положил
медальон на стол. — Я сейчас не утверждаю, что ваше дело представляется
мне немного подозрительным, хотя это именно так. Если Джулия говорит правду,
то у Ричарда Франклина возникнет проблема, и я непременно побеседую с ним.
— Она говорит правду, — процедил сквозь стиснутые зубы Майк.
Пит оставил его слова без внимания и посмотрел на Джулию.
— Вы уверены во всем, что сказали? Уверены в том, что положить
фотографии в медальон Ричард Франклин мог, лишь тайно проникнув в ваш дом?
Джулия молча кивнула.
— Вы утверждаете, что несколько дней не прикасались к этому медальону?
— Онлежал на столе под стопкой бумаг.
— Послушайте, Пит, — вмешался в разговор Майк. — Какое
отношение к делу могут иметь такие подробности?
Пит вновь не удостоил его реплику вниманием и смерил Джулию скептическим
взглядом.
— Франклин никак не мог поместить эти фотографии в медальон в какое-
нибудь другое время? — продолжал упорствовать Пит. — Допустим,
несколько дней назад?
После этого вопроса на кухне неожиданно стало тихо. Пит по-прежнему не
спускал глаз с Джулии. Под его взглядом она поняла, что Ганди все известно о
той ночи, когда Ричард был здесь. Казалось, будто сильная невидимая рука
крепко сжала ее желудок.
— Когда он сказал вам? — спросила Джулия.
— Что сказал? — удивился Майк.
Голос Джулии был спокоен, но исполнен отвращения.
— Он действительно вам позвонил и заявил, что забыл кое о чем
рассказать? — спросила она. — Так? Или где-то случайно встретился
с вами?
Пит ничего не ответил, но в том и не было особой необходимости. Неожиданное,
почти незаметное движение его головы подсказало Джулии, что ее догадка
верна. Правильно ее последнее предположение. Ричард, должно быть, захотел
увидеться с Питом и организовал якобы случайную встречу. Обмануть Пита
нетрудно.
Майк тем временем переводил растерянный взгляд с Джулии на Пита и обратно,
пытаясь понять, о чем они толкуют.
— Вы не могли быпрямо ответить на поставленный вопрос? — не
уступал Пит Ганди.
Джулия ответила не сразу, продолжая смотреть Ганди в глаза.
— Она же ответила на ваш вопрос! — не выдержал Майк. — Как...
Почти ничего не слыша, Джулия повернулась к окну и стала разглядывать
занавески.
— Да, — неожиданно произнесла она спокойным, равнодушным
тоном. — Была такая ситуация, когда он мог это сделать.
Пит откинулся на спинку стула и удивленно поднял брови.
— Вы имеете в виду ночь, которую он провел в вашем доме, — с
утвердительной интонацией произнес он.
— Что?! — удивленно воскликнула Дженнифер.
— Что?! — эхом прозвучал голос Майка.
Джулия тут же повернулась к нему.
— Между нами ничего не было, Майк, — произнесла она ровным
тоном. — Вообще ничего. Он ездил на похороны матери, был ужасно
расстроен этим, и мы с ним о многом разговаривали. Просто разговаривали.
Потом он заснул на диване. Именно это и имеет в виду Пит.
Хотя все сказанное ею абсолютно соответствовало правде, выражение лица Пита
Ганди подтвердило опасение Джулии: Ричард наверняка дал ему понять, что в ту
ночь произошло нечто большее, чем просто невинная беседа.
Майк тоже обратил внимание на выражение лица Пита Ганди.
Ричард опустил фотоаппарат. Он был оснащен специальным телескопическим
объективом и мог использоваться в качестве импровизированного бинокля,
причем достаточно мощного. С его помощью Ричард давно уже наблюдал за Майком
и Джулией — с того самого времени, как они вернулись домой. Или, вернее,
наблюдал за их силуэтами через полупрозрачные шторы. Днем он ничего бы не
разглядел, однако ночью, когда в комнатах зажигали свет, силуэты были видны
достаточно отчетливо.
Нынешней ночью Джулия точно найдет медальон. Пришлось немного изменить его
положение, чтобы он скорее попался ей на глаза. Теперь она обязательно
увидит его на столе.
Далее все будет развиваться немного неприятно для нее, но тут уж ничего не
поделаешь. Пора положить конец ее роману с Майком. Раз и навсегда.
Закрыв дверь за ушедшими полицейскими, Майк прислонился к ней спиной. Он
наклонил голову, и Джулия хорошо слышала его глубокое, частое дыхание.
Сингер подошел ближе и встал рядом, с любопытством заглядывая ему в глаза,
как будто спрашивая, не затеял ли Майк какую-нибудь новую игру. Майк
старательно отводил взгляд от Джулии.
— Почему ты мне не рассказала? — спросил он, вздернув подбородок.
Джулия вздохнула:
— Я знала, что тебе это ужасно не понравится... — Майк недовольно
хмыкнул, но она продолжила, как будто не услышав его: — Более того, я
думала, что мое признание уязвит твои чувства, и потому не стала тебе ничего
рассказывать. Клянусь, между нами ничего не было. Мы просто разговаривали.
Майк выпрямился, затем повернулся к Джулии. На лице его был написан гнев.
— Это была ночь нашего первого свидания, ты, надеюсь, не забыла?
Майк вспомнил, что именно в тот раз попытался поцеловать ее, но Джулия
уклонилась от поцелуя.
— Время было выбрано идеально, разве нет? — кивнула она и тут же
пожалела о сказанном.
Сейчас не до шуток. Джулия сделала шаг вперед.
— Я не знала, что он заедет ко мне. Я как раз собиралась ложиться,
когда он постучал в дверь.
— И что же? Ты сразу впустила его?
— Вовсе нет. Мы с ним спорили, я сказала, что больше не хочу с ним
встречаться. Разговор пошел на повышенных тонах, и тогда Сингер...
Джулия замолчала. Она не хотела возвращаться к событиям того вечера,
прекрасно понимая бессмысленность дальнейших объяснений.
— И что же Сингер?
Джулия пожала плечами и сложила на груди руки.
— Сингер укусил его. Когда я попыталась закрыть дверь, Ричард придержал
ее, и Сингер схватил его за руку.
— И ты считаешь важным рассказывать мне такие подробности?
— Майк, послушай! — взмолилась Джулия. — Я сказала ему, что
больше не хочу видеть его, и он очень расстроился.
Майк сложил руки на груди.
— Разреши тогда объяснить, как я представляю себе то, что
произошло, — проговорил он. — Ричард подходит к двери,
завязывается ссора, Сингер набрасывается на него, а ты после этого
приглашаешь его в дом, и он проводит у тебя ночь. Поправь меня, если я
ошибся в чем-то, но, по-моему, твой рассказ особой логикой не отличается.
— Ну зачем ты так, Майк? Умоляю тебя...
— Как
так
? Кто-то был настолько расстроен, что ты решила солгать мне?
— Я не лгала.
— Разве? А что же ты сделала?
— Я не рассказала тебе, потому что не посчитала это важным. Ничего
особенного не произошло. Та ночь не имеет никакого отношения к случившемуся.
— Почему ты так считаешь? Может, это и подтолкнуло его к последующим
действиям.
— Я всего лишь выслушала его!
Майк промолчал, и Джулия прочитала осуждение в его глазах.
— Ты не веришь мне? Ты на самом деле думаешь, что я спала с ним?
Майк ответил не сразу.
— Я даже не знаю, что теперь думать.
Джулия вздрогнула, хотела тут же обрушиться на него с упреками, закричать,
потребовать, чтобы он убирался прочь, но она сдержалась, вспомнив слова
Ричарда.
Готов спорить, вы так и не рассказали ему о ночи, которую я провел в вашем
доме. Как, по-вашему, он отнесется к этому, если узнает?
Джулии внезапно стало ясно, что это тоже часть дьявольского плана Ричарда.
Он перехитрил их с Майком, как перехитрил Пита Ганди. Он специально появился
в
Паруснике
и спровоцировал Майка на драку.
Джулия медленно и глубоко вздохнула, заставляя себя говорить спокойно и
убедительно.
— Неужели ты так плохо думаешь обо мне, Майк? Неужели считаешь, что я
могла лечь в постель с мужчиной, которого едва знаю, причем в тот самый
день, когда сказала ему, что больше не хочу его видеть? Как ты можешь?! Ты
ведь знаешь меня не один год — и все же готов поверить в такое?
Майк посмотрел ей в глаза:
— Не знаю.
Его слова больно укололи ее, и Джулия почувствовала, что на глаза
наворачиваются слезы.
— Я не спала с ним.
— Может, и не спала, — наконец выдавил Майк и двинулся к
двери. — Но мне очень обидно, что ты проявила ко мне недоверие.
— Я доверяю тебе. Я просто не хотела тебя обидеть.
— Ты это сделала, Джулия, — заметил Майк. — Действительно
сделала.
С этими словами он открыл дверь. Джулия только сейчас поняла, что Майк
собирается уйти.
— Подожди, куда ты собрался?
— Мне нужно кое о чем подумать.
— Прошу тебя, не уходи! Не надо! Я не хочу сегодня ночью оставаться
одна!
Майк секунду постоял и глубоко вздохнул. Потом покачал головой и шагнул за
порог.
Ричард видел, как Майк прошел от крыльца по дорожке, ведущей к улице, сел в
машину и захлопнул дверцу.
Наконец-то! Джулия поняла истинную суть Майка. Поняла, что ему нельзя
доверять. Что Майк — человек, действующий под влиянием эмоций, а не
рассудка. Что Майк недостоин ее, да и никогда не смог бы стать равным ей.
Она заслуживает другого мужчины — более сильного, более умного, более
волевого. Того, кто в равной степени достоин ее.
Сейчас, сидя на дереве, Ричард понял, что не в силах больше ждать той
минуты, когда он увезет ее из этого дома, из этого города, из этой жизни,
заложницей которой она сама добровольно стала. Снова поднеся к глазам фотоаппарат-
бинокль, он принялся наблюдать за тем, как за полупрозрачными шторами
двигается ее силуэт.
Даже ее силуэт был прекрасен.
Глава 33
— Так что она сделала? — спросил Генри.
— То, что ты слышал, — ответил Майк. — Она позволила ему
остаться в своем доме на ночь.
За те пятнадцать минут, которые потребовались ему, чтобы добраться до дома
Генри, Майк разозлился еще сильнее.
Они с братом стояли во дворе. Эмма уже один раз открывала дверь и
спрашивала, что случилось. Генри поднял руку.
— Подожди, пожалуйста, секунду, Эмма. Майк сейчас ужасно расстроен.
Прежде чем вернуться в дом, Эмма посмотрела на мужа взглядом, который,
несомненно, говорил следующее:
Я, конечно, закрою дверь, но немного позже я
жду от тебя полного отчета о вашем разговоре
.
Генри снова повернулся к брату:
— Она сама тебе об этом сказала?
— Да, причем в присутствии полицейских...
— Постой, — остановил его Генри. — Так там была полиция?
— Они только что уехали.
— Что у нее в доме делала полиция?
— Это связано с медальоном. Ричард поместил в него свои фотографии. А
что же, черт побери, сейчас делать мне?
Генри попытался осмыслить услышанное, но с каждой секундой все больше и
больше запутывался в истории брата.
— Успокойся, Майк. Может, стоит начать все с самого начала?
— Интересно, как долго ты будешь молчать? — спросил Пит Ганди.
Они с Дженнифер ехали по городу в патрульной машине. С той минуты как они
покинули дом Джулии, Дженнифер Романелло не проронила ни слова.
Услышав его голос, она отвернулась к окну.
— Ты все еще злишься на меня из-за Майка Харриса? — спросил
Пит. — Если злишься, то я вот что скажу: пора тебе научиться
самообладанию. Наша служба бывает иногда чрезвычайно трудна.
Дженнифер с неодобрением посмотрела на него.
— Может, она и трудна, но ведь и бесчувственным болваном нельзя быть!
— О чем ты? Я вел себя вполне нормально.
— Нормально? Зачем же ты сделал такое неосторожное замечание в
присутствии Майка? В этом не было никакой необходимости.
— Так ты о Ричарде? О том, что он провел ночь у Джулии?
Дженнифер не ответила.
— Но почему ты расстроилась? Ведь я же сказал правду?
Дженнифер решила про себя, что теперь до конца дней своих будет презирать
Пита.
— Тебе не следовало говорить об этом при Майке. Ты мог бы отвести
Джулию в сторонку и тихонько расспросить обо всем. Она потом сама объяснила
бы все Майку.
— А какая разница?
— Разница в том, что ты застал обоих врасплох и наверняка послужил
причиной их ссоры.
— Что?! Это не мое дело — нечестность в отношениях мужчины и женщины.
Пусть сами расхлебывают. Я просто хотел добраться до сути.
— Верно, — кивнула Дженнифер. — А это уже совсем другое...
Между прочим, откуда ты узнал, что Ричард провел ночь в доме Джулии? Не от
него ли самого?
— Да, ты попала в точку. От него самого. Я с ним случайно встретился в
тренажерном зале. Он мне кажется вполне порядочным, приличным человеком.
— Приличным человеком!
— Да, — упрямо ответил Пит. — Он не стал доводить дело до
суда. Разве это ни о чем не говорит? Он сказал, что хочет поскорее забыть о
произошедшем.
— И когда же ты собирался поделиться со мной этой информацией?
— Поделиться с тобой? Говорю тебе, дело, можно сказать, прекращено, и,
кроме того, тебя это не касается. Ты пока еще только-только набираешься
профессионального опыта!
Дженнифер устало прикрыла глаза.
— Проблема в том, что Ричард преследует Джулию и она его жутко боится.
Почему ты никак не можешь этого понять?
Пит покачал головой:
— Послушай, Дженнифер, Ричард рассказал мне о медальоне. Он поместил в него
свои фотокарточки в ту ночь, когда остался у Джулии. Ты только подумай, даже
сама Джулия призналась, что с тех пор медальон не попадался ей на глаза. С
какой стати Ричарду говорить неправду?
— А все остальное, о чем она нам рассказала, тебе безразлично? О том,
что Ричард преследует ее? Тебе не кажется, что в этой истории слишком много
всяких совпадений?
— Эй, — запротестовал Пит, — я с этим парнем разговаривал
пару раз...
Договорить фразу ему помешал треск неожиданно пробудившегося
радиопередатчика. Продолжая смотреть на напарника, Дженнифер потянулась за
микрофоном.
Диспетчер Сильвия, проработавшая в полиции более двадцати лет и знакомая
практически со всеми жителями города, заговорила необычным для нее тоном,
как будто сомневалась в том, что только что узнала.
— Мы получили звонок от водителя, проезжавшего по шоссе. Он сообщил, что
заметил в кювете что-то странное, и просил выслать патрульную машину.
— Что он там такое увидел?
— Он не сказал. Видимо, сильно торопился и не хотел отвечать на
вопросы. Это рядом с въездом на двадцать четвертое шоссе. На расстоянии
примерно четверти мили от Амоко на северной стороне дороги.
— Проверим, — ответила Дженнифер, довольная тем, что нашлась
причина, заставившая Пита наконец замолчать.
Прошло не менее получаса после того, как уехал Майк. В доме воцарилась
жутковатая, пугающая тишина. Джулия прошлась по комнатам, чтобы убедиться,
что окна и двери закрыты. Затем направилась в гостиную. Сингер повсюду
следовал за ней по пятам. Снаружи доносился стрекот сверчков и легкий шорох
листьев на ветру.
Джулия посмотрела на входную дверь. Сингер присел рядом, прижав голову к ее
ноге. В следующее мгновение он неожиданно заскулил, и Джулия погладила его
по голове. Как будто чувствуя, что происходит что-то неладное, пес не
отходил от нее с той самой минуты, как Майк скрылся за дверью.
Джулия была уверена, что Ричард положил свои фотографии в медальон отнюдь не
в ту ночь, когда остался у нее в доме. Не мог человек, возвратившийся с
похорон матери, засунуть свои фотоснимки в медальон, пока она спала в
соседней комнате.
Подобное просто невозможно.
Нет, он побывал в ее доме еще раз, тайком. Прошелся по комнатам, открывал
ящики комода, копался в ее вещах. Ричард знал, как проникнуть в ее дом.
И способен снова это сделать.
У Джулии болезненно перехватило горло. Она бросилась на кухню, схватила стул
и его ножкой заклинила ручку входной двери.
Как же мог Майк оставить ее одну? Сейчас, когда пропала Андреа, а Ричард по-
прежнему преследует ее? Как же он, ради всего святого, оставил ее одну
сегодня вечером?
Да, она не сказала ему, что Ричард ночевал в ее доме. Ну и что? Ничего ведь
между ними не было!..
Подойдя к дивану, Джулия горько расплакалась.
— Ты ей веришь? — спросил Генри.
Майк посмотрел на улицу и глубоко вздохнул.
— Не знаю.
— Врешь, наверняка ты ей веришь, — удивленно произнес Генри.
— Нет, не верю, — заупрямился Майк. — Откуда я могу знать,
если меня при этом не было?
— Потому что ты знаешь Джулию. Ты знаешь ее лучше, чем любого другого
человека.
В следующее мгновение плечи Майка слегка расслабились.
— Ты прав, — наконец ответил он. — Я не думаю, что она спала
с ним.
Генри немного помолчал.
— Тогда в чем же дело?
— Она сказала мне неправду. Солгала мне.
— Ошибаешься. Она просто промолчала.
— Это то же самое.
— Нет, не то же. Думаешь, я все говорю Эмме? Нет, конечно. Особенно обо
всяких пустяках, о том, что не имеет особого значения.
— Это не пустяк, Генри.
— Для нее — пустяк, Майк.
В чем-то он все-таки прав, — подумал Генри. — Джулии, конечно же,
следовало хоть что-то сказать ему, однако теперь бессмысленно гадать или
спорить
.
— Так что же ты собираешься делать, Майк?
— Понятия не имею, — после долгой паузы ответил Майк.
Ричарду был виден силуэт сидящей на диване Джулии. Он знал, что она плачет.
Ему хотелось утешить ее, обнять, избавить от страданий. Ричард даже
машинально поднес палец к губам, как будто успокаивал малолетнего ребенка.
Он проникся теми же чувствами, что и она. Испытывал в эти мгновения то же
самое — чувство одиночества. Страх, обиду. Никогда еще чьи-то слезы так не
трогали его, как сейчас.
Ричард переживал нечто похожее в детстве, когда видел, как плачет мать,
особенно в первые месяцы после смерти отца. Но в конечном итоге он
возненавидел ее.
Майк вышел от Генри и направился домой. Голова шла кругом, дорога казалась
сплошным размытым пятном, проплывавший за окнами автомобиля пейзаж выглядел
незнакомым.
И все-таки Джулия должна была все рассказать. Да, он расстроился бы, но
пережил бы это. Ничего бы с ним не случилось, невелика трагедия. Он любит
ее, а разве в любви есть место недоверию или нечестности?
Сейчас Майк злился и на Генри, поскольку тот заставил его все рассказать.
Возможно, он запел бы по-другому, если бы Эмма обманула его так же, как Сара
когда-то обманула его, Майка. Правильно гласит пословица: если обжегся на
молоке, будешь дуть на воду.
Правда, следует признать, что Джулия не обманывала его. Майк знал, что она
сказала ему правду.
Значит, она не доверяет ему. Теперь Майк понял, что именно обидело его — ее
недоверие. Доверие — вот главное в отношениях мужчины и женщины. Майк не
сомневался, что Джулия непременно рассказала бы о случившемся Джиму. Так
почему же она не доверилась ему?
Неужели она его не любит?
По-прежнему оставаясь на дереве, Ричард продолжал думать о матери. Он
надеялся, что она окажется сильнее и станет добрее после смерти отца. Но
мать начала пить, и на кухне было просто не продохнуть от дыма сигарет,
которые она прикуривала одну за другой. Вскоре мать сделалась совсем
невыносимой — злобной и жестокой, как будто решила продолжить дело мужа,
повторяя его действия. В первый раз это п
...Закладка в соц.сетях
