Жанр: Любовные романы
Мужчина на одну ночь
...о дороге заехала к Тохоно. Он был на совете вождей, но когда
узнал, в чем дело, то прервал совет, и вместе они поехали к Заку. Всю дорогу
Тохоно молчал и мрачно смотрел перед собой.
Пол и Анжела были уже на месте. Они обнаружили, что джип Зака стоит в
гараже, дверь дома открыта, а самого Зака нигде нет. На земле между крыльцом
и дорогой они увидели кровавые пятна.
— Это, наверное, кровь Лобо! — воскликнула Клер. — Теперь
ясно, он приполз ко мне в город едва живой, чтобы предупредить о беде!
— Надо вызвать полицию, — сказала Анжела.
Клер только тяжело вздохнула и покачала головой. Все знали, что Олли Хэммонд
палец о палец не ударит, чтобы помочь Заку. Начальник полиции показал себя
полным ничтожеством в деле о смерти Бессинджера. А когда выяснилось, что
Ванесса, которую он всячески защищал, убила Моррела, он был вынужден,
заявить, что подаст в отставку. Однако подавать рапорт начальству Хэммонд не
спешил и все еще сидел в своем кресле.
Пока Клер, Анжела и Пол совещались, какие шаги предпринять в такой ситуации,
Тохоно изучал следы на земле и на дороге.
— Я вызову лучших следопытов из нашего поселка. Они помогут разобраться
в следах. Здесь было много людей на мотоциклах...
— Байкеры! — догадалась Клер. — Несколько дней назад они
появились в нашем городе. Среди них я видела Бэма Стегнера.
Тохоно нахмурил брови и покачал головой.
— Плохо, очень плохо. Стегнер, медведь... Я начинаю догадываться, что
здесь произошло.
Клер сразу же поняла, кто помог Заку выкрасть Каддафи. Она решила, что позже
обязательно поблагодарит старого вождя, — сейчас на это просто не было
времени. В эту минуту она молила бога только об одном: чтобы он помог ей
найти Зака. Стегнер наверняка догадался, кто украл у него медведя: он узнал,
что ее освободили и какое у нее алиби, а затем просто сложил два и два.
Клер вспомнила, как рассвирепевший Стегнер ворвался в ее салон, обнаружив
исчезновение Каддафи, и поежилась. Честно говоря, она не ожидала, что у него
хватит наглости угрожать ей при свидетелях. А потом Стегнер подложил в ее
почтовый ящик змею, и если бы не Зак, она едва ли осталась бы в живых. Зак
посоветовал ей держаться от Стегнера подальше, а о собственной безопасности,
разумеется, не позаботился. Всю свою жизнь он полагался только на себя и
никогда и ни у кого не просил помощи.
Когда Стегнер пришел к ней в тюрьму, Клер была удивлена. Ей показалось
странным, что он все еще не смирился с пропажей медведя. Теперь же Клер все
поняла. Стегнеру была наплевать на Каддафи, но он при всех заявил, что любой
ценой найдет его, и это стало делом чести. А поскольку Стегнер привык
действовать исподтишка, он затаился и ждал своего часа, чтобы свести счеты
с Заком.
— У меня есть надежда, что Зак жив. — У Пола от волнения почти
пропал голос. — Если бы его хотели убить, то убили бы прямо здесь. Я
думаю, его где-то спрятали.
— Ты прав, сынок, — кивнул Тохоно. — Следопыты из поселка
помогут нам.
— Надеюсь, что мы не опоздаем, — вздохнула Анжела. — Как вы
думаете, когда это произошло?
— Я не слишком хорошо разбираюсь в следах, но если судить по крови,
которая еще свежая, но уже потемнела, скорее всего — на рассвете.
Клер видела сегодняшнюю зарю. Сначала над горами появилась алая полоска, а
затем — красный диск солнца. Солнечные лучи проникли в спальню, наполнив ее
радостным светом, а Клер лежала в кровати и думала о том, какая у нее
нелегкая судьба. Она жалела себя и на все лады проклинала Зака, который не
сказал ей сразу, что у нее было алиби. А Зак в это время...
С каких пор ты стала такой жестокой эгоисткой? — спросила себя Клер и
сразу же ответила: — Ты всегда ею была!
С того самого дня, когда Зак
впервые пришел к ней в салон, она думала только о себе. Все, что между ними
происходило, она оценивала только со своей точки зрения, абсолютно не
считаясь с его мнением. Вчера вечером она вновь обвинила во всем Зака и
выставила его за порог. А ведь если бы он остался у нее, то не попал бы
сегодня в беду!
Все потянулись в дом, где Тохоно первым делом позвонил в индейский поселок и
вызвал следопытов, а Пол связался с Игером и сказал, что нужна его помощь
Клер села на диван и устремила невидящий взгляд на бронзовую сову.
Беспомощность угнетала ее. Стегнер труслив, но хитрости и изворотливости ему
не занимать. Она молила бога, чтобы они успели найти Зака.
33
Хотя следопыты приехали уже через час, Клер показалось, что прошла целая
вечность. Не теряя ни минуты, они сразу же приступили к своему делу. Игер
подъехал к дому Зака еще через полчаса. Он слушал Пола, и его лицо с каждой
секундой становилось все более мрачным.
Вскоре Тохоно принес первые известия от следопытов.
— На рассвете сюда приехало около десятка байкеров. Потом была схватка.
Следопыты говорят, что человек пять или шесть набросились на одного. Есть
собачьи следы.
Клер в ужасе закрыла глаза, представив себе страшную картину: Зак ожесточенно борется за свою жизнь
один против пятерых и знает, что, кроме Лобо, никто не придет ему на
помощь...
— Мы нашли на земле странные царапины — словно кто-то кромсал ее ножом.
Похожи на следы, оставленные шпорами, но кто в наше время...
— Эти следы оставил Стегнер! — воскликнула Клер. — Он всегда
носит шпоры — необычные, в виде клинка.
— Все сходится, — кивнул Тохоно и мрачно добавил: — Его шпоры в
крови.
— О боже! — Клер откинулась на спинку дивана. — Когда Лобо
набросился на Стегнера, тог пустил в ход свои шпоры. У бедного пса один глаз
почти вытек. Ветеринар говорит, что у Лобо мало шансов выжить.
В гостиной воцарилась тишина. Каждый, наверное, мысленно нарисовал себе
картину схватки: окровавленный Зак распростерт на земле, а Стегнер наносит
ему все новые удары своими смертоносными шпорами...
— Стегнера надо арестовать, — решительно заявила Анжела. — И
заставить его сказать, где Зак. Клер покачала головой.
— Стегнер будет молчать как рыба. Он очень хитрый и скорее всего уже
успел замести все следы.
— Я тоже так думаю, — согласился Игер. — У нас нет никаких
улик против Стегнера, и через день-два он снова окажется на свободе. Сейчас
мы его трогать не будем, но установим за ним слежку. Возможно, он сам
наведет нас на Зака.
— Зака увезли отсюда на мотоцикле, — заметил Тохоно. — А это
значит, что его спрятали, скорее всего, в каком-нибудь глухом месте, куда
невозможно добраться на машине. Я попросил помощи у конной полиции. На
лошадях они смогут проехать по лесным тропам и поищут на них свежие следы.
— Хорошая мысль, — сказал Пол. — По лесным дорогам на машине
не проедешь. Если эта шайка спрятала Зака в горах, то их следы непременно
отыщутся на какой-нибудь тропе.
— Черт! — невольно вырвалось у Игера. — Там этих троп, должно
быть, сотни. Пока их все проверишь...
То Зака уже не будет в живых. Игер не произнес этих
слов, но каждый догадался, что он хотел сказать.
— Я часто ездил в горы верхом, — нарушил Пол тягостное
молчание. — Я знаю, в каком состоянии там тропы — сырая земля,
чавкающая глина, огромные валуны. Не по каждой можно проехать даже на
мотоцикле. Байкеры молятся на свои
Харлеи
и гордятся ими. Они не станут
гробить своих
железных друзей
на таких дорогах. Нам нужна карта
заповедника. На ней мы пометим красным те тропы, по которым можно проехать
на мотоцикле, и попросим егерей проверить их в первую очередь.
— Отлично! — Анжела вскочила со стула. — Я позвоню егерям, у
них есть подробная карта заповедника Кит-Карсон.
Брэд Игер принялся рассуждать вслух, рассматривая бронзовую сову:
— С какой целью эти негодяи захватили Зака? Они могли разобраться с ним
прямо здесь...
Клер подумала, что
разобраться
— слишком мягко сказано.
— Зак нужен Стегнеру живым. Боюсь, что его будут пытать до тех пор,
пока он не скажет, где Каддафи.
— Зак ничего не скажет, — произнес Тохоно, и Клер вздохнула.
Неужели Зак готов умереть, так и не выдав тайну?
— Каждый рано или поздно не выдерживает пыток, — заметил
Пол. — Есть предел человеческой стойкости.
— Зак ничего не скажет. — Тохоно стоял на своем. — Мы вместе
освободили медведя, но только один я знаю, где он сейчас находится. Это я
вывез его из Таоса.
Когда им привезли подробную карту Кит-Карсона, Пол пометил на ней более или
менее проходимые тропы. Тохоно разбил конную полицию на группы, после чего
они отправились в горы вместе с индейцами-следопытами. Игер уехал в город,
сказав, что ему нужно кое-что проверить, а Анжела села за телефон. Она
принимала звонки от групп, прочесывающих лес, и отмечала на карте
проверенные участки.
В половине третьего поступило последнее сообщение: все лесные тропы были
проверены, но никаких следов обнаружить не удалось. Чуть позже Игер вернулся
из города и сообщил, что не смог найти Стегнера. Бармен из ночного клуба
сообщил, что тот срочно уехал в Санта-Фе по делам.
— Чтобы не спугнуть Стегнера, я сказал бармену, что мне нужно
поговорить с его боссом о деле Моррела. Пусть думает, что других вопросов у
меня к нему нет. — Игер снова начал изучать карту, разложенную на столе
в гостиной, где они все собрались.
— Какая разница, заподозрит Стегнер или нет, что мы за ним
следим? — с горечью произнесла Клер. — Прошло уже полдня. Если Зак
до сих пор жив, то как долго он еще продержится?
— Я предлагаю найти Стегнера и отвезти его в резервацию, —
решительно заявил Пол. — Законы штата на нее не распространяются. Там я
выбью из него дурь, и он как миленький заговорит. А если будет
отмалчиваться...
— Я, пожалуй, заткну уши, — сказал Игер. — Всеми уголовными
преступлениями, совершенными на территории индейских резерваций, занимается
ФБР. Это дело передадут мне, а я бы не хотел сажать тебя в тюрьму.
— Пол, следи за тем, что говоришь! Ты что, хочешь снова угодить за
решетку? — испуганно воскликнула Анжела.
— Разумеется, не хочу. Но если это поможет спасти Зака, то меня ничто
не остановит. Я перед ним в большом долгу.
Тохоно поднял руку, призывая всех к молчанию.
— Насилие порождает только насилие. Зачем говорить об этом? Стегнера
сейчас нет в городе, и мы теряем драгоценное время, обсуждая всякую ерунду.
— Я не верю словам бармена! Стегнер затаился где-то в городе! —
Клер в отчаянии вскочила с дивана и по неосторожности задела коленями столик
с бронзовым волком. Скульптура покачнулась и полетела на пол прежде, чем
Клер успела ее схватить. — Боже, я разбила ее?
Пол поднял с пола массивного бронзового зверя и водрузил его на прежнее
место.
— Не беспокойся, он не пострадал.
Клер снова села на диван и положила дрожащие руки на колени.
— Я бы не простила себя, если бы эта чудесная скульптура разбилась.
Кошмар! Отец Зака оставил о себе память, а я могла ее уничтожить...
После этих слов Анжела и Пол обменялись какими-то странными взглядами, а
Игер озадаченно посмотрел на Клер.
— При чем здесь его отец? Этого бронзового волка сделал сам Зак. У него
в мастерской есть еще десятка полтора скульптур. Изумительная работа!
— Да, — кивнул Тохоно. — Я помню, когда Зак был маленьким, он
вырезал из дерева наших духов, а потом раскрашивал их. Они выходили у него
гораздо лучше, чем у многих индейских умельцев, которые всю жизнь занимались
этим ремеслом.
— От Джека Коултера остались всего две скульптуры, — добавил
Пол. — Одна из них — бронзовая сова на журнальном столике. А все
остальные сделал Зак.
— Зак... — едва слышно повторила Клер, не веря своим ушам.
У нее не укладывалось в голове, что такой человек, как Зак Коултер, —
вспыльчивый, прямолинейный, порой грубый, — мог часами сидеть за
работой и кропотливо доводить каждую деталь до совершенства. Клер
разбиралась в художественной технике и пришла в изумление, когда поняла,
сколько времени потребовалось мастеру, чтобы подготовить все необходимые
эскизы, а затем воплотить свой замысел в бронзе,
И дело даже не в огромном запасе терпения. Художник, способный создать
подобный шедевр, должен обладать тонкой, артистической душой, а Зак...
Стоп!
— остановила себя Клер, поняв, что уподобляется отцу, который судил
о людях только со своей односторонней, субъективной точки зрения.
А еще она вспомнила, каким чутким, нежным, ласковым был таинственный
незнакомец, который оказался никем иным, как Заком Коултером. Все прошедшие
годы она жила с предвзятым мнением о Заке, поскольку верила своему отцу и
слухам, ходившим по городу.
Клер обвела глазами окружавших ее друзей, задерживая взгляд на лице каждого.
Все они знали, что Зак — замечательный мастер, только одна она этого не
знала. Более того, она даже не допускала мысли, что Зак может быть
талантливым человеком! А ведь если бы она всегда верила своему сердцу, то ей
бы не пришлось раскаиваться во многих своих поступках. Она бы не винила мать
в том, что она нарушила обет супружеской верности и ушла от мужа к Джеку
Коултеру, которого любила больше жизни...
— Клер, — Анжела прикоснулась к ее руке, — Тохоно сказал, что
скоро егеря вернутся из леса. Становится темно, и следов на земле будет
просто не видно.
Клер не успела ничего ответить, поскольку в этот момент зазвонил телефон.
Игер взял трубку и представился. Он слушал молча, лишь изредка что-то
переспрашивал и кивал головой.
— Пришла информация по компьютерной сети, — сказал он, положив
трубку.
Когда Игер вернулся из города, он сообщил, что связался с отделом
компьютерной сети в Санта-Фе, куда три раза в день со всего штата поступала
оперативная информация о любых случаях нарушения закона. Даже самое
незначительное дорожно-транспортное происшествие заносилось в компьютер.
Игер попросил немедленно сообщить ему, если в компьютер попадет информация
по делу Зака.
— На границе Аризоны была остановлена группа из десяти байкеров — за
превышение скорости и отсутствие глушителей на мотоциклах. Дорожная полиция
их отпустила, поскольку больше придраться было не к чему, но офицер сказал,
что скорее всего сегодня ночью в Таосе были они. Их личности установили, но
Стегнера среди них не оказалось... и Зака тоже.
— Это подручные Стегнера! Они сделали свое черное дело, он с ними
расплатился, а потом они поспешили удрать подальше от места преступления.
Мерзавцы! — Пол сокрушенно покачал головой.
— Значит, Стегнер держит Зака в заточении где-то здесь, в Таосе, —
предположила Клер. — Знать бы, где!
— Не будем терять времени на догадки. Мы должны просчитать все
возможные варианты и как можно скорее начать их проверять, — сказал
Игер. — Когда вернутся люди из леса, пусть они пересядут с лошадей в
машины и объедут все отдаленные дома в этом районе. Может, кто-нибудь из
живущих там видел что-нибудь подозрительное.
Тохоно встал с кресла.
— Я попрошу наших полицейских съездить в дальние поселения на
территории резервации. Многие индейцы летом уходят из поселков охотиться,
пасти скот. Они тоже могли что-то видеть.
— А мы с Полом отправимся в город и возьмем на себя магазины, бары и
кафе, — предложила Анжела.
Клер была настолько убита горем, что не принимала участия в разговоре.
Шансы, что им удастся обнаружить место, где Стегнер удерживал пленника, были
ничтожно малы — с таким же успехом можно искать иголку в стоге сена. А шансы
найти Зака живым были и того меньше и таяли с каждым истекшим часом.
— Клер, — обратился к ней Игер, — я попрошу тебя остаться
здесь. Мы все будем сюда звонить и сообщать о результатах. Таким образом нам
удастся избежать путаницы: мы не будем мешать друг другу и дважды проверять
одно и то же место.
— Хорошо, я буду принимать звонки. — Клер была рада, что и она
окажется при деле. — Брэд, подожди. — Она остановила Игера,
который уходил последним. — Я слышала, что Зака осуждают за то, как он
вел допрос Ванессы Трент...
— Кто-то, может, и осуждает, но только не я, — улыбнулся
Игер. — На официальном языке это звучит так:
оказывать давление на
подозреваемого
. Я же говорю проще: Зак взял Ванессу на пушку, и она
раскололась.
— Зак это сделал ради меня. — Голос Клер задрожал от
волнения. — Он спас меня, подтвердив официально мое алиби, но на себя
навлек беду. Стегнер никогда бы не догадался, кто украл его медведя, если бы
не узнал, что Зак той ночью был в
Приюте беглеца
.
Игер помолчал, а затем произнес:
— Если Зак действительно дорог тебе, то...
— Я люблю его, — призналась Клер, хотя Игер был для нее абсолютно
чужим человеком. — Если с ним случится что-нибудь ужасное, то я себе
этого не прощу.
— Все будет хорошо. Я уверен: твоя любовь помогает ему бороться за свою
жизнь.
Клер смотрела вслед уходящему Игеру, и ее сердце разрывалось от отчаяния.
Ведь Зак не знает, что она любит его! В последний раз они расстались
врагами; он, наверное, чувствовал себя страшно одиноким, когда уходил от нее
в ту ночь...
Через минуту все уехали, и перед домом на площадке осталась только машина
Клер. Она грустно посмотрела на Люси и вспомнила о Лобо. Как он там? За
последними треволнениями о нем все забыли.
Клер бросилась к телефону и позвонила в ветеринарную клинику. Поговорив с
врачом, она присела перед Люси.
— Хорошие новости, девочка моя. Лобо выкарабкается, он у нас
молодец. — Клер запустила руку в золотистый мех, Люси лизнула ее щеку и
одобрительно тявкнула. — С одним ухом он, конечно, уже не будет таким
симпатягой, как раньше, но стоит ли обращать внимание на такие пустяки?
Главное, что он жив. Теперь мы должны позаботиться о его хозяине.
Клер выпрямилась и несколько секунд задумчиво смотрела на бронзовую сову,
потом взяла с радиотелефона трубку и, зажав ее в руке, вышла на террасу. Она
всегда думала, что ветхую постройку за домом Зак использует как обыкновенный
сарай, где хранятся старые вещи и прочий ненужный хлам, а Пол сказал, что
это мастерская, в которой Зак работает. Клер решила выяснить, что же там на
самом деле.
Очутившись внутри, она восхищенно воскликнула:
— Люси, ты только посмотри, какая красота!
Клер снимала бумагу с бронзовых скульптур и не переставала изумляться.
Каждая новая бронзовая фигура зверя или птицы казалась ей шедевром по
сравнению с той, перед которой она стояла несколько секунд назад.
— Люси, я всю жизнь мечтала найти подобного мастера, а он, оказывается,
жил рядом со мной! Почему он скрывал от меня свой талант?
Обведя взглядом мастерскую, Клер обнаружила на полке под небольшим куском
мягкой ткани еще одну работу Зака. Она сняла ткань и увидела бронзовый
женский бюст. Бюст был повернут к стене, но Клер не спешила его развернуть,
чтобы посмотреть на лицо женщины. Она залюбовалась изумительно тонкой
техникой, с какой была выполнена прическа. Требовалось большое мастерство,
чтобы так искусно передать красоту волос, ниспадающих мягкими волнами на
плечи женщины.
Развернув бюст лицом к себе, Клер негромко ахнула, попятилась назад и
споткнулась о Люси, примостившуюся у ее ног. Поначалу ей показалось, что это
ее мать, но она быстро поняла, что ошиблась. Зак изваял в бронзе ее!
— Это я, — прошептала Клер, и на глаза ее навернулись слезы.
Она придирчиво осмотрела бюст и обнаружила, что Зак добился поразительного
сходства. Немного вздернутый нос ей понравился, а слишком пухлые губы не
понравились, но не потому, что Зак погрешил против истины, а потому, что она
хотела, чтобы они и в жизни были у нее чуть-чуть потоньше. Клер зачарованно
смотрела на бюст и находила все новые подтверждения одаренности Зака. Для
нее осталось загадкой, как ему удалось так правдиво передать ее чувства. Его
бронзовая Клер была безмятежна, весела, немного кокетлива, но такой она
помнила себя только в детстве.
Клер снова перевернула бюст и обнаружила, что на этой работе Зак поставил
свои инициалы и дату. Он сделал этот бюст, когда жил в Сан-Франциско.
— Люси, а я-то считала, что он сразу забыл меня, когда уехал из Таоса!
Я всегда был без ума от тебя. На Клер накатила новая волна раскаяния. Она всегда была к нему
несправедлива, вела себя высокомерно, унижала его. Она не оставляла ему ни
единого шанса показать себя таким, каким он был на самом деле! Все ее
прежние рассуждения о том, что якобы он должен был первым что-то сказать или
что-то сделать, показались ей ужасно глупыми и лишенными всякого смысла. Она
лишь оправдывала себя и свое дурацкое поведение...
— Эй! Есть здесь кто-нибудь? Клер выбежала из мастерской и увидела во
дворе перед домом Мод Пфистер.
— Клер, я пришла, чтобы предложить свою помощь, — сообщила Мод.
— А что скажет отец? Мод пожала плечами.
— Я слышала ваш разговор и весь день думала над твоими словами. Ты дала
отцу хороший совет. Не знаю, последует ли он ему, но я сделаю так, как ты
сказала. Я начну новую жизнь! Почти десять лет я была сиделкой у твоего
отца. Не буду скрывать, нас связывают довольно близкие отношения, но сегодня
я поняла, что твой отец никогда не женится на мне. Я решила уйти от него.
Насчет отца не беспокойся — я позвонила в агентство, и оттуда уже прислали
новую сиделку.
— Чем же ты собираешься заняться?
Мод смущенно улыбнулась, и от ее милой доброй улыбки Клер стало грустно. Она
поняла, что за десять лет привязалась к Мод и что ей будет не хватать ее.
Однако Клер сознавала, что не в праве отговаривать Мод. Эта прекрасная
женщина заслуживала лучшей доли, чем безответная любовь к мужчине, который
живет прошлым и сохраняет верность погибшей жене, которая никогда его не
любила.
— Сначала я помогу тебе найти Зака, а затем отправлюсь в круиз по
Адриатике: мне всегда хотелось побывать в Греции. Ну а потом... Денег я
скопила достаточно, их мне хватит, чтобы осесть во Флориде. Куплю небольшой
домик, буду разводить цветы...
Клер протянула к ней руки, и они крепко обнялись. Жизнь Мод могла бы
сложиться по-другому, и ей не пришлось бы отправляться на поиски счастья за
тридевять земель, однако судьба распорядилась иначе.
— Будь счастлива, Мод. Я прошу тебя только обо одном: не пропадай,
давай о себе знать, обещаешь?
— Обещаю, — Мод вытерла мокрые глаза рукавом блузки. — Ну
вот, теперь порядок. Чем я могу помочь?
Клер быстро рассказала об исчезновении Зака, а затем вложила ей в руку
телефонную трубку.
— Вот, возьми. Теперь ты будешь принимать звонки и записывать всю
информацию, а я хочу тоже отправиться на поиски. Зак в опасности, а тут сижу
сложа руки и ничего не делаю, чтобы его спасти.
— Начнем, пожалуй, с хижины в ущелье, — обратилась Клер к Люси,
выезжая из города. — Стегнер мог отвезти Зака туда.
Через несколько минут она была на месте. Перед ней лежало сухое русло реки,
а на противоположном крутом берегу стояла односкатная постройка, отдаленно
напоминающая хижину. В эти безлюдные места изредка забирались подростки,
чтобы укрыться от бдительных родительских глаз и тайком попробовать
запретное спиртное. Что еще здесь происходило, было известно лишь
неприветливым серым скалам, окружавшим каньон.
Хотя солнце еще не закатилось, над каменистым ложем реки, окруженным
отвесными каменными стенами, уже начали сгущаться сумерки. Клер вышла из
машины и осмотрелась, но никаких следов, указывающих на то, что здесь кто-то
недавно побывал, не обнаружила. Вместе с Люси она направилась к ветхой
хижине. Убедившись, что и в ней никого нет, она запрокинула голову и
посмотрела на стервятника, одиноко парящего высоко в небе. Он был
единственным живым существом в этих пустынных местах. От его тоскливых,
унылых криков
...Закладка в соц.сетях
