Жанр: Любовные романы
Жизнь сначала
...не стала
заострять на этом внимание. Ей нет никакого дела до названия.
— А что на яхте еще есть? — сменила она тему.
— Еще есть каюта. — Брэд распахнул третью дверь, за которой Кэтрин
увидела огромную, занимавшую все пространство комнаты кровать, застланную
малиновым шелковым покрывалом.
В каюту Кэтрин постеснялась войти. Все-таки это слишком личное пространство.
— А вот та дверь, — Брэд указал рукой на дверь в углу
каюты, — ведет в гальюн.
— Куда? — не поняла Кэтрин.
— В переводе на сухопутный язык — в туалет. Кстати, ты не желаешь туда?
Кэтрин, вспыхнув, помотала головой.
— Тогда есть предложение — отдать швартовы!
— Отдать швартовы! — в тон ему воскликнула Кэтрин, и они
засмеялись.
Они поднялись наверх.
Джордж все так же стоял на пирсе. Увидев их, он крикнул:
— Ну как, мистер Фишер, вы довольны?
— Да, Джордж, — крикнул в ответ Брэд. — Все просто отлично!
— Тогда счастливого плавания! — Джордж помахал рукой и зашагал к
берегу.
Глава 11
Это была отличная суббота! Одна из самых лучших в ее жизни. От переизбытка
чувств, переполнявших ее, Кэтрин никак не могла уснуть. Ей казалось, что она
до сих пор находится на яхте Брэда. Ощущение покачивания на волнах не
проходило. Или, может быть, ее покачивало от счастья. Это чувство
возвращалось к ней, едва она прикрывала глаза.
Кэтрин в подробностях вспоминала их плавание по Гудзону. Нью-Йорк казался
незнакомым и далеким, хотя они и находились в каких-то нескольких сотнях
футов от берега. А сколько восторга Кэтрин испытала, когда они приблизились
к статуе Свободы, расположенной в самом устье реки!
Чтобы дать возможность Кэтрин полюбоваться этим величественным сооружением,
Брэд остановил яхту, и они вышли на палубу.
Кэтрин оперлась о поручни, Брэд встал рядом. Их плечи соприкасались, и эта
близость волновала ее. Так бы и стояла всю жизнь...
— А ты знаешь, откуда пошло название реки? — спросил Брэд.
— Нет, — покачала головой Кэтрин. — Никогда не задумывалась
об этом.
— Давным-давно, — начал Брэд, — в самом начале семнадцатого
века, когда европейцы искали морские пути в загадочную и труднодостижимую
Индию, жил английский адмирал по имени Генри Гудзон. Именно он и открыл
устье неизвестной в то время реки, названной в честь его Гудзоном.
— Здорово! — воскликнула Кэтрин. — Открыл реку — увековечил
свое имя. И почему в наши дни ничего нельзя открыть?
Брэд с интересом посмотрел на нее.
— Неужели ты так тщеславна, что хочешь, чтобы твоим именем что-то
назвали?
— Нет, я просто так, к слову, — смутилась Кэтрин.
— А вообще, у этого Гудзона печальная судьба. Не знаю, что там у них
произошло на корабле, но случился бунт, и адмирала с сыном и несколькими
моряками высадили на берег открытой ими реки. Больше никто и никогда об этом
адмирале и не слышал, — закончил свой рассказ Брэд.
— Грустная история, — вздохнула Кэтрин.
— Зато на этом месте спустя сто с небольшим лет и возник Нью-Йорк.
Вдоволь налюбовавшись изумительными видами, Брэд и Кэтрин вернулись в рубку,
и, к неописуемому восторгу Кэтрин, Брэд разрешил ей подержать штурвал.
Сначала она очень волновалась, руки мелко дрожали. Брэд встал сзади,
прижался грудью к ее спине и положил свои руки на руки Кэтрин, помогая ей
справиться с управлением. Дрожь не исчезла, а стала еще сильнее. Но сейчас
уже не от страха, что не справится с яхтой, а от близости Брэда, от
возникшего желания.
Достаточно было лишь развернуться, и они с Брэдом оказались бы лицом к лицу.
Кэтрин чувствовала затылком его дыхание. Он что-то негромко объяснял ей, но
она не понимала, что он говорит. Ноги ослабели, а в голове стучала мысль:
Я
хочу его сейчас, немедленно
.
Кэтрин представляет, как руки Брэда пробираются под ее майку, дотрагиваются
до груди, нежно гладят, чуть сильнее надавливая на соски, потом сползают на
живот, проскользнув по нему, пробираются под ремень джинсов и оттягивают
резинку трусиков. Из груди Кэтрин был готов вырваться сладостный стон. Тело
напряглось, спина чуть прогнулась, голова откинулась назад, коснувшись груди
стоящего сзади Брэда.
Ну же, Брэд, — пульсировало в голове у Кэтрин. — Возьми меня
прямо здесь, в рубке, на приборной доске
.
И тут перед глазами появилось лицо Мадлен.
Он коллекционирует любовниц. Женщина, которую он сумеет затащить в постель,
попадает в его коллекцию и перестает быть ему интересной
.
Кэтрин словно наяву услышала слова Мадлен, и они ее отрезвили.
Она отпустила штурвал и выскользнула из-под рук Брэда.
— Лучше ты сам, — пробормотала она.
Кэтрин отошла в сторонку и сделала несколько глубоких вдохов, успокаиваясь.
Щеки ее пылали, и Кэтрин не смела повернуться к нему лицом.
— Не понравилось? — удивился Брэд. — А я думал, что тебе
будет приятно почувствовать себя капитаном корабля.
— Не в этом дело. Просто... — Кэтрин пыталась придумать причину, объясняющую ее поведение.
И наконец придумала:
— Просто я боюсь посадить яхту на мель.
Она приложила ладони к щекам. Холодные ладони, дотронувшись до лица, слегка
остудили его.
— Напрасно, — усмехнулся Брэд. — Ведь я был рядом и не дал бы
этому случиться.
Даже слишком близко
, — подумала Кэтрин, но вслух ничего не сказала.
Домой Кэтрин вернулась около десяти вечера в полном смятении, в голове был
такой кавардак, что она сама не могла разобраться в своих мыслях. Хотела
одно, думала о другом, а поступала совсем иначе.
Когда до ее дома оставалось несколько кварталов, Кэтрин вдруг подумала, что,
если Брэд будет напрашиваться к ней в гости, она согласится его принять. И
пусть будет что будет. Ей не хотелось, чтобы этот замечательный день
закончился простым прощанием у подъезда.
Но Брэд об этом даже не заикнулся, и Кэтрин почувствовала что-то похожее на
обиду.
А может, он и не собирается включать меня в свою коллекцию? — думала
она, в одиночестве поднимаясь по лестнице. — Может, я ему неинтересна
как женщина? А сегодняшний сюрприз, который оказался очень приятным, всего
лишь выражение благодарности за мою помощь?
Ведь на яхте, где они были абсолютно одни, где им никто не мешал, Брэд не то
что не постарался затащить ее в кровать (а Кэтрин видела, какая на яхте
кровать, как будто специально созданная для любовных игр), но и не
предпринял никаких попыток даже поцеловать ее. И это ей было непонятно. Все-
таки он — мужчина, а она — женщина. И на яхте они были абсолютно одни.
Но ничего не произошло. Ничего. И при расставании Брэд даже не намекнул на
следующее свидание. Прощание прошло быстро и скованно, так, словно они
вдвоем вспомнили о неотложных делах, которые забыли выполнить, сухо
попрощались и разошлись в разные стороны.
Правда, Кэтрин все надеялась, что Брэд ее окликнет, поэтому и входную дверь
открывала медленно, прислушиваясь. Но он этого не сделал. Она даже не знала,
ушел ли он сразу или дождался, пока она скроется в подъезде. Кэтрин очень
хотела оглянуться, но она не сделала этого.
Когда же в воскресенье утром раздался телефонный звонок, первой мыслью
Кэтрин было:
А вдруг это Брэд?
. Сердце учащенно забилось.
Но это был не он.
— Кэтрин, привет! Куда же ты запропастилась, негодница?
В первое мгновение Кэтрин даже не узнала голос звонившей. А когда узнала,
сильно удивилась и насторожилась. Она не ждала этого звонка из прошлого.
Звонила Лизи.
— Здравствуй, Лизи.
Как же давно они не виделись и не разговаривали. Ни разу после той ссоры
Лизи ей не позвонила, и Кэтрин думала, что бывшая лучшая подруга навсегда
исчезла из ее жизни. Но нет, появилась и говорит так, словно между ними
ничего не произошло, словно не было ссоры, словно она так подло не поступила
с Кэтрин.
— Представляешь, я так тут закрутилась, столько дел навалилось, что
только вчера о тебе вспомнила, — радостно тараторила Лизи. —
Думаю, что-то Кэтрин мне давно не звонит. Вот и решила сама позвонить,
узнать, как твои дела.
— У меня все в порядке, — сухо ответила Кэтрин.
Лизи уже была в прошлом, которое Кэтрин хотела поскорее забыть.
— Вот и отлично, — Лизи, занятая своими мыслями, даже не заметила
сухости в голосе Кэтрин. — Может, встретимся с тобой сегодня,
поболтаем? Мне столько тебе надо рассказать. Представляешь, столько всего
произошло!
В этом вся Лизи — главное, рассказать о себе. Ее абсолютно не волнует, что
случилось с Кэтрин за это время, как она жила после того, как покинула ее
дом, и хочет ли что-нибудь рассказать о себе.
— Нет, прости, — отказалась Кэтрин. — Я сегодня занята.
У нее новая жизнь, и встреча с прошлым не входит в ее планы. В глубине души
Кэтрин хотела встретиться с Лизи, все-таки столько лет дружили, но она
понимала, что эта встреча всего лишь ненужная трата времени.
— Ну-у... — протянула Лизи, несколько обескураженная отказом
Кэтрин. — Может, тогда завтра?
За время их знакомства Лизи привыкла, что Кэтрин всегда бежит к ней по
первому зову, отбросив свои дела. Отказ Кэтрин озадачил ее, она просто
такого не ожидала.
— И завтра я буду занята, — спокойно сказала Кэтрин.
Лизи недовольно засопела в трубку. Наконец-то до нее дошло, и она сказала:
— Ты что, не хочешь меня видеть? Что-то я не понимаю...
Кэтрин вздохнула. Ну, если Лизи даже не понимает, из-за чего она не желает с
ней встречаться, то и говорить им не о чем. Не будет же она объяснять
прописные истины!..
— Прости, Лизи, я не могу больше разговаривать. Я очень занята. До
свидания.
Кэтрин нажала на кнопку отбоя и еще раз, но уже с облегчением вздохнула. Она
надеялась, что больше Лизи ей не позвонит.
Не тут-то было. Лизи позвонила буквально через пару секунд.
— Я слушаю, — устало, не понимая, почему Лизи не может оставить ее
в покое, проговорила Кэтрин.
— Дорогая, вообще-то я тебе звоню по делу, — бесцеремонно заявила
Лизи. — Ты можешь со мной не встречаться, не знаю, что на тебя нашло,
конечно... но выслушать-то ты меня должна.
— Да, я слушаю. Но, пожалуйста, говори побыстрее, мне и вправду
некогда.
— На днях я встретила Фила, — сообщила Лизи и замолчала, ожидая
реакции Кэтрин. Но поскольку ее не последовало, продолжила: — Хочу сообщить,
что у него все хорошо, он встретил девушку, которая полностью его
устраивает, и вскоре он заканчивает свою книгу, — скороговоркой и с каким-
то злорадством проговорила Лизи.
— Я рада за него, — остановила ее Кэтрин. — Но меня это
совершенно не интересует.
— Да? Давно ли? — хмыкнула бывшая подруга.
Кэтрин оставила ее ехидный вопрос без ответа.
Обескураженная ее молчанием, Лизи уже спокойнее добавила:
— Фил сказал, что у него остались кое-какие твои личные вещи и он бы
хотел их тебе вернуть.
— Какие вещи? — не поняла Кэтрин. Все вещи остались в прошлом, и они ее мало интересовали.
— Письма, записная книжка, страховка, еще что-то, — перечислила
Лизи. — И он бы хотел их тебе вернуть. Что ему сказать?
Кэтрин задумалась. Да, она так стремительно покинула квартиру, что даже не
вспомнила об оставленных вещах.
— Хорошо, — после некоторого раздумья проговорила Кэтрин. —
Пусть он вышлет вещи на адрес моей новой работы.
И Кэтрин продиктовала адрес магазина. Она не хотела сообщать свой домашний
адрес.
Звонок Лизи расстроил ее.
Кэтрин никогда не думала, что их дружба, возникшая столько лет назад, умрет
подобным образом.
Лизи была первой, с кем она познакомилась в Нью-Йорке.
После разговора с Лизи, оставившего неприятный осадок, Кэтрин сварила себе
крепкий кофе и, поджав ноги под себя и накрывшись пледом, уселась на диван.
В памяти возник день, когда двадцатилетняя Кэтрин впервые оказалась в Нью-
Йорке. Шум мегаполиса оглушил ее, едва она вышла на перрон. Сжимая ручку
чемодана с нехитрыми пожитками, Кэтрин, задрав голову, любовалась золотыми
мозаиками созвездий зала Вандер-бильта Центрального вокзала. Глядя на них,
она ощущала себя маленькой и потерянной.
— Привет! — вывел ее из оцепенения радостный возглас. —
Первый раз в Нью-Йорке?
Кэтрин увидела рядом с собой девушку примерно одного с ней возраста. Девушка
представляла собой необычное зрелище. Невысокого роста, худенькая. В рваных
на коленях джинсах, в майке, завязанной узлом на животе. Волосы были
окрашены в ядовито-фиолетовый цвет, а губы намазаны такой же фиолетовой
помадой.
— Ага, — выдавила из себя Кэтрин, ошарашено глядя на это чудо.
— Я тоже, — сообщила девица. — Кстати, меня зовут Лизи. А
тебя?
Так они и познакомились. Лизи тоже приехала покорять Нью-Йорк из маленького
городка. Правда, город Кэтрин находился в Нью-Джерси, а Лизи приехала из
Техаса.
Они сняли на двоих комнатку в требующем ремонта доме на Пятнадцатой улице, и
жили в ней счастливо три года. Потом, обжившись в Нью-Йорке, найдя приличную
работу и скопив достаточно средств, решили разъехаться, но дружить не
перестали.
И вот сейчас их пути разошлись.
Кофе остыл, а Кэтрин, погруженная в свои мысли, не выпила из кружки ни
глотка. Заметив это, она, вздохнув, поднялась с дивана и пошла готовить
новый.
За все годы, что прожила в Нью-Йорке, Кэтрин так и не обзавелась подругами.
Поэтому расставание с Лизи было таким тяжелым для нее. Раньше она всегда
знала, что, если ей захочется с кем-нибудь поболтать, обсудить свои дела,
она всегда может позвонить Лизи. И они встретятся и поговорят. И пусть чаще
всего при встречах говорила Лизи, но все равно Кэтрин не чувствовала себя
такой одинокой.
Сейчас мне не с кем будет даже поговорить и встретиться
, — пожалела
себя Кэтрин, и ее глаза повлажнели.
Но тут же она тряхнула головой, прогоняя непрошеные слезы. Она не собиралась
печалиться о прошлом. У нее началась новая жизнь, а в новой жизни нет места
старому, а тем более предательницам, наплевавшим на дружбу.
— В конце концов, я могу позвонить Брэду, — сказала она себе
вслух. — И поблагодарить его за вчерашний день.
Это был всего лишь предлог. На самом деле она хотела с ним встретиться.
Но подумать об этом оказалось легче, чем сделать. Кэтрин несколько раз брала
в руки телефон, даже набирала первые цифры номера, но тут же останавливалась
и бросала телефон на диван. Что-то держало ее, не давало довести задуманное
до конца.
Когда эти дергания ей самой надоели, Кэтрин наконец-то набрала номер до
последней цифры. Услышав первый длинный гудок, она, успокаивая себя,
проговорила в уме:
Я просто поблагодарю Брэда за вчерашний день. Скажу
спасибо и попрощаюсь
.
Прозвучал второй гудок, потом третий, затем еще несколько, но Брэд не
отвечал. Кэтрин, пожав плечами, собралась отключиться, но тут в трубке
тихонько щелкнуло, и Кэтрин услышала нежное и протяжное:
— Алло-о... Извините, но Брэд не может сейчас подойти к телефону.
Женский голос, причем голос очень даже приятный, заставил Кэтрин вздрогнуть.
От неожиданности ее бросило в жар, щеки вспыхнули, и Кэтрин, не произнеся ни
слова, отсоединилась. Она чувствовала себя преступницей, которую застали за
совершением преступления.
С чего она решила, что Брэду будет приятен ее звонок? Что он ждет ее
благодарностей?
Вчера Брэд, как порядочный человек, рассчитался с ней за выполненную работу
и сейчас ничем ей не обязан. А свой выходной день спокойно проводит с
любимой... или нелюбимой, какая разница, девушкой, а она посмела их
побеспокоить.
Что она о нем знает? Ничего. Знает, что он друг Стрейзов, что он совладелец
строительной компании, что в настоящее время живет один в шикарной квартире.
И все. А все остальное Кэтрин выдумала сама. Ей, видите ли, показалось, что
Брэд на нее нежно смотрит и оказывает особые знаки внимания. Ерунда!
Самообман.
Телефон зазвонил в ее руках. Кэтрин скосила глаза на высветившийся номер и
нажала на кнопку отбоя. Звонил Брэд. Всего лишь вежливо хотел
поинтересоваться, зачем она звонила.
Еще несколько минут назад Кэтрин безумно обрадовалась бы его звонку, с
удовольствием поболтала и, может быть, даже согласилась на встречу. Как
много может измениться всего лишь за несколько минут. Сейчас она знала, что
разговаривать им не о чем.
Телефон зазвонил опять. Кэтрин отключила звук и для надежности засунула
телефон под подушку. Оттуда он ее не побеспокоит.
На работу Кэтрин пришла раздраженной и невыспавшейся. Всю ночь в голове
роились мысли, которые приятными никак было не назвать. Сменяющимися
картинками перед ее мысленным взором пробегали сюжеты с Лизи, Филом, Брэдом.
Они фантастически перемешивались, складываясь в нечто нереальное и
неправдоподобное. Усилием воли Кэтрин пыталась их разогнать, вызвать в
мыслях что-нибудь приятное, но у нее ничего не получалось.
С постели Кэтрин поднялась до рассвета, полностью уверившись, что такого
несчастного человека, как она, в мире больше не существует. Долго стояла под
ледяным душем, пытаясь привести в порядок душевное состояние. Ничего она в
порядок не привела, зато замерзла до чертиков. Включила горячую воду и,
простояв под ней минут десять, наконец-то согрелась.
До выхода из дома успела выпить две чашки кофе. С завариванием его
перестаралась. Кофе получился до такой степени крепким, что сердце
откликнулось на издевательство над ним учащенным биением.
На улице моросил дождь, пешеходы, прикрывающиеся зонтами, как щитами,
толкались, раздраженно посылали друг другу неприятные замечания. Кэтрин
вздохнула с облегчением, когда оказалась в магазине.
Пришла она рано и, чтобы чем-то себя занять, начала расставлять коробки с
новым товаром. Но если день не заладился с утра, то это надолго. Глянцевая
коробка с конструктором выскользнула из рук и, шлепнувшись об пол,
раскрылась. Содержимое рассыпалось по полу.
— О черт! — чертыхнулась Кэтрин.
Присев на корточки, она начала собирать кубики. За этим занятием и застала
ее Мадлен.
— Привет! — радостно воскликнула она. — Что ты там ползаешь?
Утренняя зарядка?
Кэтрин подняла на напарницу глаза, которые подозрительно блестели.
— Да, решила размяться перед началом рабочего дня, — буркнула она.
— Сейчас помогу. — Мадлен нисколько не смутил недовольный вид
Кэтрин, она просто сияла от счастья.
Вдвоем они быстро собрали кубики, и Мадлен водрузила коробку на полку.
— Сегодня мне так не хотелось идти на работу... — Мадлен сладко
потянулась. — Совершенно не выспалась за ночь. Алекс сегодня был
неутомим.
Кэтрин промолчала. Не рассказывать же счастливой Мадлен, что она тоже
сегодня не выспалась, но совсем по другому поводу.
Мадлен проигнорировала недовольное настроение Кэтрин, саму ее просто
переполняла радость, которой она и поспешила поделиться с напарницей.
— А мы вчера были в гостях у родителей Алекса, — с горящими от
счастья глазами сообщила она. — Потрясающие люди! Отец у него
стоматолог, а мать — очаровательная женщина. А какой у них дом! И, знаешь, я
им понравилась. Когда мы с матерью Алекса готовили чай на кухне, она
сказала, что счастлива, что у Алекса такая замечательная девушка.
— Я рада за тебя, — произнесла Кэтрин.
Она действительно была рада за Мадлен.
— А Алекс сказал, что раз я понравилась его родителям, то он готов на
мне жениться. Представляешь? — От избытка чувств Мадлен схватила Кэтрин
за руку и с силой потрясла ее. — И ночью превзошел сам себя. Я просто
охрипла от крика. О, Кэтрин, жизнь прекрасна!
Кэтрин натянуто улыбнулась. Лично ей жизнь прекрасной не казалась.
— А ты как провела выходные? — поинтересовалась Мадлен.
— Спасибо, хорошо. — Кэтрин осторожно освободила руку из рук
Мадлен.
Она боялась, что Мадлен начнет выпытывать, чем Кэтрин занималась, но той
явно было не до этого. Напевая под нос веселую песенку, она порхала по
торговому залу, готовясь к началу работы.
За пять минут до открытия магазина появились Стрейзы, как всегда счастливые.
Они поздоровались с девушками. Мадлен весело им ответила, Кэтрин буркнула
что-то себе под нос. Поль и Натали переглянулись.
— Кэтрин, зайдите к нам через двадцать минут, — сказал Поль,
прежде чем они скрылись за дверью кабинета.
Кэтрин напряглась. Неужели ее и тут ожидают неприятности? Может, у Стрейзов
к ней какие-то претензии? При начавшейся полосе неудач это, по ее мнению,
вполне возможно. Ведь говорят, что беда одна не ходит. Конечно, она
старается работать добросовестно, но со стороны всегда виднее.
— Ты не знаешь, зачем я им понадобилась? — не выдержав, спросила
Кэтрин у Мадлен. Ведь Мадлен была намного ближе к Стрейзам и обычно всегда
находилась в курсе их дел. Но в этот раз и Мадлен не знала, зачем хозяевам
понадобилась Кэтрин.
Двадцать минут ожидания тянулись вечностью. Кэтрин постоянно поглядывала на
часы.
— Не дергайся так. — Мадлен заметила ее волнение. — Мало ли о
чем они хотят поговорить.
— Ой, не знаю, — вздохнула Кэтрин. — Может, чем-то
недовольны?
— Да они на тебя и твою работу нарадоваться не могут, — успокоила
ее Мадлен. — Почему ты все время ожидаешь только плохого?
И правда, что-то она сегодня мыслит совсем негативно, все время ждет каких-
то неприятностей.
Когда Кэтрин вошла в кабинет, Поль поднялся с места:
— Ну вы тут, девочки, сами поговорите, а я пойду поддержу Мадлен. А то
обидится, что ее одну оставили.
Поль, улыбнувшись Кэтрин и похлопав жену по спине, скрылся за дверью. Кэтрин
и Натали некоторое время смотрели на закрытую дверь.
— Садитесь, Кэтрин, — вдоволь налюбовавшись на дверь, произнесла
Натали и указала рукой на стул.
Кэтрин осторожно присела на краешек и вопросительно посмотрела на Натали,
ожидая начала разговора.
— Самое трудное всегда поручает мне, — вздохнула Натали и покачала
головой. — Хотя и правильно в этом случае. Все-таки мы, как женщины,
лучше поймем друг друга.
Натали волновалась. Кэтрин это заметила по мелкому дрожанию рук, когда
Натали переложила папку с одного края стола на другой. Кэтрин чувствовала,
что и у нее самой нога слегка подрагивает.
— Я бы никогда не осмелилась на подобный разговор, — подняв глаза
на Кэтрин, тихо произнесла Натали, — если бы он не касался одного очень
дорогого для нас человека, судьба которого нам небезразлична.
Кэтрин поерзала на стуле. Для Натали ее нервное движение не осталось
незамеченным.
— Я вас напугала? — поинтересовалась она. — Ну ладно, чтобы
не тратить время на пустые прелюдии, я прошу ответить вас, Кэтрин, на один
вопрос: как вы относитесь к Брэду?
Кэтрин судорожно сглотнула. Она думала, что разговор с Натали будет касаться
ее работы, а никак не Брэда. Прямой вопрос о ее отношении к Брэду поверг ее
в замешательство. Она даже не знала, что и ответить.
— Простите, Натали, — прочистив горло, как можно спокойнее сказала
Кэтрин. — Ваш вопрос слишком неожиданный для меня, и я даже не
представляю, какой ответ вы ждете от меня.
— Самый простой. — Натали поднялась из-за стола и прошлась по
кабинету. — Конечно, задавать подобные вопросы нетактично. И, поверьте
мне, я никогда бы не осмелилась задать его, если бы не одно
но
... Мы с
Полем крайне обеспокоены душевным состоянием Брэда. Поэтому и решили
поговорить с вами. Сразу предупреждаю, что Брэд ничего об этом разговоре не
знает. И мы думаем, что он был бы крайне недоволен, если бы узнал о нем.
Кэтрин, широко раскрыв глаза, следила за Натали, прохаживающейся по
кабинету. На некоторое время Натали замолчала, и в тишине звучали только ее
шаги.
Остановившись перед Кэтрин, Натали наклонилась и заглянула ей в глаза.
— Вам нравится Брэд? — спросила она.
— Да, — неожиданно для себя, поскольку не собиралась раскрывать
своих чувств, ответила Кэтрин, &mdas
...Закладка в соц.сетях
