Жанр: Любовные романы
Возлюбленная
...лечами и
начала растирать ушибленный зад. Бормоча бранные слова, равных которым по
непристойности Дизайр еще никогда не слышала, Халда вышла из камеры.
— Садись ближе и грейся, — сказала Бесс. Помедлив секунду, Дизайр
послушно подсела к печи. Уинни, все время наблюдавшая за происходившим в
камере, посмотрела в сторону Дизайр своими жалобными голубыми глазами.
— А она? — спросила Дизайр, обращаясь к Бесс.
— Ты, оказывается, не робкого десятка, — сказала Бесс. — Не
испугалась борьбы. Уинни же никогда ничего подобного не делала.
— Я же все-таки сильнее, чем Уинни. Она еще ребенок. Ей вообще здесь не
место.
— В этой адской дыре таких, как она, полным полно. Есть еще
моложе, — спокойно возразила Бесс.
Дизайр и так слишком устала от драки, чтобы затевать новую ссору с Бесс.
Кроме этого, она сообразила, что ей нужно сохранить эту девушку в друзьях.
Поэтому решила сделать еще один шаг в этом направлении — вынула из волос все
уцелевшие шпильки.
— Это тебе. Если они нравятся тебе, можешь взять их. Только позволь
Уинни тоже погреться у огня. У нее такой замерзший вид.
Бесс изучающе посмотрела на Дизайр и сделала знак Уинни. Та все еще
настороженно выглядывала из своего угла, не веря неожиданному счастью.
Крадучись, как маленький трусливый зверек, она начала пробираться к печи.
— За что ее засадили? — спросила Дизайр. Бесс вскинула плечи.
— За воровство, насколько мне известно. Она не особенно
распространялась на эту тему. Ты лучше скажи про себя. Халда приняла тебя за
хорошенькую проститутку, а она в этом деле дока. Она занималась подбором
девушек из провинции. Она обещала им, что устроит на работу служанками в
порядочные дома. А потом продавала в публичные дома.
— Я не проститутка, — сказала Дизайр. Сейчас ей не хватало сил и
терпения подбирать нужные слова и что-то доказывать. Она устало
вздохнула. — Считай, что и я здесь оказалась за воровство и мало чем
отличаюсь от Уинни.
— Судя по разговору, ты не выглядишь обычной карманницей.
— Да. Было и такое, — я пыталась украсть кошелек, только мне не
хватило ловкости. — Сказав это, Дизайр почувствовала, как к глазам
подступили слезы. Вспомнилась первая встреча с Морганом. Она как будто
услышала его насмешливый голос и увидела волевое, скуластое лицо с темными
поблескивающими под луной глазами, над которыми нависали широкие поля шляпы
с пером.
— Нечего распускать нюни из-за этого, — резко оборвала ее
Бесс. — Воровать кошельки — это искусство, которым не каждый может
овладеть в совершенстве. И что же, они накрыли тебя с добычей?
Дизайр покачала головой. Она старалась изо всех сил держать себя в руках и
не расплакаться. Не могла же она потерять уважение Бесс.
— Нет. Меня забрали за другое дело, — сказала она. — На мне
более тяжкое преступление. Я совершила грабеж.
— Ты что, разыгрываешь меня? — с недоверием спросила Бесс.
Дизайр снова покачала головой.
— Я ограбила карету в Хэмпстедской степи.
— Подобного вздора я еще не слышала. Ты хочешь сказать, что такая
мелюзга, как ты, разъезжала по дорогам с пистолетами в обеих руках?
— Этого я не говорила. Я оказалась на большой дороге не одна и не по
своей воле. Морган Тренчард заставил меня сделать это. Я участвовала в
ограблении вместе с ним и его товарищами.
Девушка с ореховыми глазами смотрела на нее с изумлением.
— Морган Тренчард! — Она смачно присвистнула. — Ты хочешь
сказать, что была его подружкой?
Слова Дизайр настолько впечатлили ее, что она по-прежнему не сводила с нее
глаз. Сама Дизайр, охваченная страхом за любимого человека, едва ли могла
заметить восторженное состояние своей новой приятельницы. Она неотступно
думала о том, что случилось с Морганом после того, как его жестоко избили
солдаты. Куда они могли отвести его, истекающего кровью и потерявшего
сознание?
— Так. Значит, ты спала с Морганом Тренчардом, — медленно начала
Бесс, — и сопровождала его во время разбоев. — Такое известие
пробудило в ней неимоверное почтение к Дизайр. Пожалуй, она глядела бы на
нее с меньшим благоговением, если бы та назвала себя леди Кастлмейн.
— Что же ты раньше об этом не говорила? Ничего себе — возлюбленная
Тренчарда! Да ты знаешь, что Халда не посмела бы и пальцем тронуть тебя,
если бы узнала об этом? — сказала Бесс. — Погоди. Вот я теперь
расскажу ей про тебя.
— Пожалуйста, не говори обо мне Халде, — попросила Дизайр. —
Сейчас Морган ничем не может помочь мне. Драгуны схватили его в тот же день,
что и меня. Они избили его рукоятками мушкетов. Два солдата держали его за
руки, а еще один... — Больше она уже не могла совладать с собой,
закрыла лицо руками и зарыдала.
— Перестань, — резким тоном приказала Бесс. — Что толку
убиваться сейчас? Лучше скажи, где он теперь.
— Если бы я знала. Когда меня допрашивали в магистрате, его там не
было.
— Может быть, они затащили его в какую-нибудь дыру и держат там под
замком, чтобы выпытать, где находятся все остальные, которые тогда были
вместе с ним.
— Ой, вряд ли! Нет, Бесс, они не станут делать этого! Зачем им
дальнейшие поиски, раз они поймали меня.
Наконец, до нее, хоть и с запозданием, дошло, что Енох все еще на свободе.
Она поняла, что ей следует быть осторожной, чтобы не навлечь на него
подозрения каким-нибудь неосторожным словом.
Бесс пожала плечами.
— Морган никогда не выдаст товарища, что бы с ним ни делали.
Однако подобные мысли только усиливали ее тревогу.
— Послушай, не надо снова начинать этот кошачий концерт. От него не
будет пользы ни тебе, ни ему.
В это время скрипнули ржавые петли двери их камеры.
— Это Эльф с ужином.
Вошел тот самый охранник с видом обезьяны. Он принес четыре куска хлеба на
деревянной доске и миску с водой. Вслед за ним показался какой-то высохший
человечек с тяжелым железным котелком.
— Сегодня на ужин тушеное мясо. У вас будет настоящий банкет, —
сказал Эльф.
Человечек порылся в своем обвисшем балахоне и протянул Дизайр деревянную
миску и ложку. Бесс тем временем поспешила достать свои столовые
принадлежности из узелка, который держала в ногах, под соломенным тюфяком.
— Я смотрю, мисс Гилфорд уже полностью освоилась, — с ухмылкой
сказал человечек. — Бесс, девочка моя, ты и дальше подсказывай ей, что
и как делать.
Уинни протянула служителю свою плоскую деревянную миску, и он бросил в нее
порцию тушеной пищи. Девушка принялась вылавливать ее руками.
Вскоре Эльф вместе со своим помощником удалился.
— Гилфорд, — повторила Бесс. — А как тебя зовут?
— Дизайр.
— Никогда раньше не слышала такого имени. Но оно звучит как-то по-
особенному, — сказала она с кривой улыбкой. — И к тому же,
подходит тебе.
Она уже приступила к еде. Быстро справившись с ужином, Бесс подхватила
оставшиеся в миске кусочки корочкой хлеба и тщательно вычистила миску.
Попробовав густую массу, Дизайр поморщилась. Это было какое-то прогорклое
тепловатое месиво с привкусом тухлой рыбы. Она отставила миску в сторону.
— Не могу есть эту гадость, — сказала она.
— Советую есть все, что дают, если, конечно, хочешь остаться живой.
— Я в этом не уверена, — продолжала Дизайр. — Моргана нет со
мной, а без него...
— Не дури, — остановила ее Бесс. — Ты что, одна на свете
такая? Подумаешь, потеряла своего парня. Подожди, заведешь других.
— Мне не нужен никто другой. И никогда не понадобится.
— Поживем — увидим. Тебе еще предстоит задержаться здесь до того, как
начнется сессия мировых судей в Олд Бейли. Там тебя будут судить. Я думаю,
это произойдет примерно через пару месяцев.
— А когда они будут судить меня... Бесс, ты не знаешь, какое наказание
может ожидать тех, кто занимался разбоем на дорогах?
— Тебе может повезти, — начала объяснять Бесс. — И, в
конечном счете, ты можешь избежать петли в Тайберне. Дело может закончиться
тем, что тебя отправят как рабыню в Индию. А там, может быть, тебе удастся
заработать свободу. Через несколько лет.
Задумавшись над ее словами, Дизайр молчала. Стараясь расшевелить подругу,
Бесс принялась трясти ее за плечи.
— Ты должна слушаться меня! Твоя задача — протянуть как можно
дольше, — сурово внушала она. — Поэтому сейчас ты съешь мясо, пока
его не растащили крысы.
Преодолевая дрожь и отвращение, Дизайр взялась за ложку. Она понимала, что
хоть как-то нужно сохранить силы и выжить. Нельзя терять надежду, если
Морган жив, у них еще остаются шансы снова быть вместе. Так она медленно
принялась за омерзительное блюдо, именуемое тушеным мясом.
Следуя примеру Бесс, она подчистила остатки пищи в миске хлебом, а потом
проглотила и его. К ней постепенно начал подкрадываться холод. Уинни уже
лежала на матраце, свернувшись клубочком. Дизайр направилась в ее сторону.
— Забери с собой миску и ложку, — предупредила ее Бесс, — или
их быстро подберет кто-нибудь, как это произошло с Уинни.
С этими словами Бесс выпрямилась, потянулась и тряхнула копной рыжих волос
на голове.
— А я пойду в пивную. Тамошний эль лучше, чем эта конская моча, которую
здесь называют водой. Она бодрой походкой направилась к выходу.
Изрядно уставшая Дизайр лежала, вытянувшись на своем матраце, с невеселыми
мыслями в голове. Шум, доносившийся из других камер, не умолкал. Откуда-то
послышался неприятный, резкий женский голос, тянувший слова песни. Мужчины
громко спорили или ругались. Из переполненных коридоров эхом катился пьяный
хохот.
С сожалением вспоминала Дизайр кровать, полог, гладкие полотняные простыни и
шелковое покрывало — все, что минувшим днем было реальностью. Она еще не
утратила ощущение тепла от обнимавших ее рук Моргана. Воскресли воспоминания
о его ласках. Она живо представила, как он гладил ее по груди, животу и
бедрам, добираясь до самых потаенных уголков ее тела. Эти мысли уводили ее
все дальше и дальше, к тем минутам блаженства, когда она под напором его
неукротимой плоти теряла голову, отдаваясь ему со всей страстью и нежностью,
на какие только была способна. Тогда ничто не могло помешать им подняться к
заветным вершинам экстаза.
Некоторое время Дизайр даже позволила себе немного помечтать о приятном
будущем для них. Она понимала, что, будь сейчас рядом с ней Морган, он бы
посмеялся над ее грезами. Возможно, удача никогда не улыбнется, судьба
разлучила их навеки.
И снова, как это бывало с ней и прежде, она убеждала себя не терять надежды,
пока она молода и сильна. И жива тоже.
Она повернулась на бок, уткнулась лицом в вонючий матрац и вскоре забылась в
глубоком сне.
— Интересно, и долго ты собираешься безвыходно торчать в этой проклятой
дыре? — как-то спросила ее Бесс. — Скоро две недели, как Эльф
приволок тебя сюда. А ты все сидишь у печи, как старуха. Пойдем со мной в
пивную.
Дизайр покачала головой. За две недели пребывания в Ньюгейте она не сделала
ни шагу дальше камеры и даже ни разу не выглянула в темный коридор.
Время от времени она ловила на себе недружелюбный взгляд Халды, но старая
карга больше не решалась нападать на нее. Возможно, Бесс предупредила эту
грубиянку о том, что Дизайр вместе с Морганом Тренчардом занималась
грабежами на дорогах, а может быть, Халда не рассчитывала на победу в
схватке с двумя девушками сразу. В любом случае ей пришлось отступить перед
Дизайр. Уинни по-прежнему не проявляла ни малейшего интереса к ним всем и
передвигалась по камере, как маленький призрак, почти не разговаривая, а в
основном тупо глядя на стены.
— Пойдем, — снова начала приставать к Дизайр неугомонная
Бесс. — Во всяком случае там можно съесть что-нибудь приличное и выпить
стакан пива. — А то с наступлением лета вода станет совсем вонючей.
Дизайр опять покачала головой.
— У меня не осталось ни пенса. Ты прекрасно знаешь.
— Я уже давно говорю тебе, что за это не нужно платить. Такой девушке,
как ты, не нужны деньги. На твою долю хватит мужчин, которые с радостью
возместят все расходы.
— Возможно. Только я хотела бы знать, что они потребуют от меня
взамен, — возразила Дизайр.
Бесс посмотрела на нее с презрительной усмешкой на лице.
— Чего ты боишься? Что в этом страшного? Раньше ты ведь занималась
этим. Я могу держать пари, что твой любимый разбойник, не переставая, валил
тебя на спину.
— Ты не знаешь наших отношений с Морганом. Я люблю его. И мне кажется,
что это было с момента нашей первой встречи, хотя по-настоящему я поняла это
после того, как...
— А другие мужчины? — оборвала ее Бесс.
— Других у меня не было, — с возмущением ответила Дизайр. — Он для меня единственный.
Бесс с недоумением посмотрела на нее и покачала головой.
— И ты не можешь забыть свою первую любовь, — сказала она. —
Может и впрямь такое бывает. Я тоже иногда вспоминаю своего первого
обольстителя.
И Бесс пустилась в откровения.
— Помню, я только что приехала из Суссекса, устроилась на работу
помощницей к одной модистке. Вот тогда я и встретилась с ним. Он был
сладкий, как патока. А как складно говорил... Дарил дорогие подарки... Один
раз даже золотое кольцо. Во всяком случае, он сказал, что оно из чистого
золота. — Тут Бесс запнулась и с виноватым выражением на лице
хихикнула. — А потом, когда ему все это надоело, он решил как следует
подзаработать на мне.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты еще многого не знаешь, в том числе и о том, что такое сутенерство.
Так вот, потом он подыскал мне одного богатого, молодого парня, круглого
дурака, который приезжал в Сити за удовольствиями, пока еще не остепенился.
Когда деревенщина получал свое, то его ощипывали, как голубя. Вытянуть
деньги из этого простофили совсем нетрудно. Он должен был давать их мне,
чтобы я смогла снимать дорогие комнаты или оплачивать придуманные долги.
Потом я смылась от своего благодетеля вместе с одним дружком. А он
постыдился заявить на меня. — В этом месте Бесс сделала паузу и
презрительно рассмеялась.
— Может быть, этот старый дурак связался со мной потому, что он ничего
не мог делать со своей женой. Наверное, у нее было постное лицо, и она
разрешала ему только слегка обнять себя в постели, да и то при погашенных
свечах под покрывалом. Зато уж я платила ему сполна. Я сейчас расскажу, как
я заставляла его чувствовать себя двадцатилетним юношей. Потом он должен был
рассчитаться за это и сделать так, чтобы его жена ничего не узнала.
Откровенные признания Бесс произвели шокирующее впечатление на Дизайр, но
она понимала, что в ее теперешнем положении не следует высокомерно
относиться к девушке.
К тому же, — подумала она, — не так давно
она сама чуть было не стала воровкой, в ту ночь, когда встретила Моргана в
Уайтфрайерсе
.
— У меня была неописуемая любовь с этим человеком, — продолжала
Бесс. — Не было такого, чего бы я не сделала для него. Но все это
продолжалось до тех пор, пока я не узнала, что у него есть еще несколько
таких же, как я. Они тоже зарабатывали на жизнь, лежа на заднице, и отдавали
ему деньги.
— Мне очень жаль, — робко попыталась прекратить ее дальнейший
рассказ Дизайр.
— Я не нуждаюсь в твоей жалости, моя дорогая. — В ореховых глазах
Бесс вспыхнули злые искорки.
С этой минуты Дизайр следовало раз и навсегда усвоить, что ей ни в коем
случае нельзя показывать свою жалость Бесс — ведь девушка неимоверно
гордилась своими успехами у мужчин.
— Но я надеюсь, что не зря потратила время на тебя. Решилась, наконец,
пойти в пивную со мной? Если ты и дальше будешь сидеть здесь, станешь такой
же ненормальной, как Уинни. Вот чего ты добьешься.
— Постой. Не уходи. — Дизайр начала лихорадочно обдумывать мысль,
внезапно мелькнувшую у нее в голове. — Я хочу спросить тебя о мужчинах
из пивной. Как ты думаешь, среди них могут быть такие, которых скоро
выпустят из Ньюгейта?
— Если ты задумала бежать, забудь об этом, — с горячностью
поспешила предупредить ее Бесс. — Всех, кому удалось сделать это, можно
пересчитать на пальцах одной руки. Большинство беглецов были пойманы прямо в
тюремном дворе, а потом... — Ее лицо сразу помрачнело, а в глазах
появился страх. — Потом с них буквально сдирали кожу. И еще ставили
клеймо на щеке. Так что лучше не заикайся на эту тему. Вряд ли найдется
дурак, который захочет помочь тебе в этом деле.
Дизайр покачала головой.
— Я и не думала затевать такое, — заверила она Бесс. — Просто
хотела узнать, не собираются ли освободить кого-нибудь из заключенных.
Например, из тех, кто совершил какое-то незначительное преступление. Я
попыталась бы передать с ним письмо на волю.
— Письмо? Кому ты собираешься писать?
Послышался скрип двери, и на пороге появился Эльф со свечой в руках. Он
пришел проводить Бесс по темному коридору в пивную.
Дизайр хотела успеть досказать до конца свой план.
— Если бы мне удалось переправить письмо лорду Уоррингтону, сэру
Джеффри Уоррингтону...
Эльф разразился оглушительным хохотом.
— Эта потаскуха сошла с ума, — заорал он во всю глотку. — Вы
слышали — лорд Уоррингтон? Милочка, кто он такой? Уж не твой ли дружок?
— Вас это не касается, — ответила ему Дизайр.
Но обезьяньего вида охранник пришел в неописуемый восторг от собственного
юмора и желал продолжить эту тему.
— Может быть, еще скажешь, что ты переодетая герцогиня из Ньюкастла? По
какому случаю ты осчастливила нас своим присутствием?
Вслед за ним Халда, державшая язык за зубами после первой стычки с Дизайр,
решила присоединиться к тюремщику, чтобы унизить девушку.
— И чего бы тебе не взять у нее письмо для его светлости, Эльф? После
ее письма он сразу пришлет за ней лошадей и карету.
И без их злых слов Дизайр понимала, насколько мала вероятность помощи от
Джеффри. Наверняка Ровена не теряла времени даром и рассказала ему обо всем,
что произошло в магистрате. Она, должно быть, не упустила случая изобразить
события так, чтобы как можно сильнее опорочить ее, Дизайр. А может быть, его
нет в Лондоне. Джеффри мог уехать в свое поместье, в Йоркшир, или еще дальше
— навестить кого-нибудь на континенте. Но даже при ничтожных шансах на успех
она должна попытаться отправить ему весточку. Вдруг он согласится
использовать свои связи с влиятельными людьми ради нее.
С тревогой в глазах она вопросительно посмотрела на Эльфа, как будто надеясь
понять его отношение к тайной отправке письма. Вопреки ее слабым надеждам
охранник сказал:
— Чего ты маешься? Почему бы тебе не написать сразу его величеству?
Всегда нужно начинать с самого верху. — Он так сильно трясся от смеха,
что от свечи, зажатой в его толстой руке, на стене заплясали огромные
причудливые тени.
— Заткни пасть и двигай вперед, — приказала Эльфу расхрабрившаяся
Бесс. — Будешь освещать нам дорогу до пивной.
Она подхватила рукой подол вытянувшейся старой юбки и тряхнула головой.
— Ты тоже пойдешь с нами, Дизайр.
Они последовали за охранником по темным лабиринтам коридоров в пивную. Мимо
них то и дело сновали заключенные. Тех, кого Бесс уже знала, она
приветствовала на ходу.
Когда они приблизились к распахнутой двери пивной, Бесс сунула Эльфу монету.
Дизайр без труда поняла, откуда у нее деньги. Про себя она знала точно, что
никакие нужды и отчаяние не заставят ее заниматься тем, что делала Бесс с
заключенными. Поэтому она остановилась, опасаясь идти дальше.
Нужно было оставаться в камере
, — ругала она себя. Бесс теребила ее
за рукав и тащила в дверь.
— Входи же, — не унималась она.
Следом за ней Дизайр прошла в просторную комнату с низким потолком. Тускло
горели свечи. В воздухе шевелились густые клубы дыма. Все посетители пивной
— и мужчины и женщины — курили. Они полагали, что табачный дым истребляет
инфекцию.
Бесс подвела Дизайр к длинному столу. Женщины сидели здесь вместе с
мужчинами и пили спиртное. Одна женщина громко распевала какую-то
непристойную балладу. Ее фальшивое пение нарушал звон оловянных кружек, из
которых посетители потягивали свое пиво.
Баллада оказалась бесконечно длинной. Каждый куплет завершался рефреном:
Меня он снова повалил и сделал, что хотел...
Дизайр притулилась на скамье рядом с Бесс.
— А-а! Наконец ты привела свою подружку. Пусть присоединяется к
нам, — сказал подошедший к ним крупный мужчина с сальными, свисающими
до плеч волосами. — Что будем заказывать, дорогие леди? — спросил
он, присматриваясь к Дизайр.
— Мне пиво, Хокинс, — ответила Бесс. Дизайр молча, кивком головы,
тоже согласилась на пиво.
Мужчина подозвал одного из заключенных, который служил официантом.
Эта пивная, — подумала Дизайр, — на вид ничем не отличается от
обычной таверны на свободе
.
— Пей, — громким голосом сказал Хокинс. Он сел рядом с Дизайр,
придавив ее своим мощным телом. На скамейке и без него было тесно. Дизайр
отодвинулась на самый край, но все равно не смогла освободиться от
навалившегося на нее человека.
Заметив нетронутое ею пиво, Хокинс заворчал:
— Если тебе больше нравится бренди, надо было сказать.
Он потянулся за своей бутылкой и зацепил девушку рукой за грудь. Его ладонь
тут же заграбастала нежную округлость. Другую руку он запустил ей в волосы
на голове и оттянул ее голову назад, чтобы лучше разглядеть лицо.
— Совсем молодая и свеженькая. Верно сказала Бесс, ты соблазнительная
девочка.
Меня он снова повалил и сделал, что хотел...
— выводил все тот же пьяный
голос на другом конце стола.
— А тебе сколько раз нужно? Говори, ты хочешь, чтобы я повалил тебя?
Смотри — я готов. Потрогай вот это. Видишь? Крепче железа! — Он убрал
руку с ее груди, продолжая другой рукой держать ее за волосы. Затем схватил
маленькую руку девушки и с силой прижал ее к вздувшемуся бугру у себя под
животом. Дизайр попыталась выдернуть руку, но не тут-то было. Хокинс начал
быстро водить ее пальцами вверх и вниз поверх штанов, все больше и больше
возбуждая себя. Изо рта у него вырвалось легкое рычание от переживаемого им
животного наслаждения.
— Подожди, сейчас я засуну эту штуку в тебя. Я разожгу тебя так, что ты
будешь выть от удовольствия.
Такое предложение заставило ее вскрикнуть. В ответ Хокинс заворчал:
— Я вижу, с тобой так просто не договориться. Ты не такая, как все эти
девки. Но я могу отвести тебя в свою камеру. Там мы сможем позабавиться без
свидетелей.
Хокинс пригнулся к Дизайр, приблизив почти вплотную свою откормленную морду
к ее лицу. При всем желании она не могла оттолкнуть его, потому что он
продолжал крепко держать ее за волосы. Более того, он просунул язык сквозь
ее плотно сжатые губы и ворочал им у нее во рту, так что она начала
задыхаться.
Каким-то чудом ей удалось повернуть лицо в сторону.
— Отпустите меня!
— Не бойся. Я тебе хорошо заплачу. Я не жалею денег на это.
Не рассчитывая больше на собственные силы, Дизайр хотела позвать на помощь
Бесс. Она резко повернула голову, пытаясь отыскать глазами свою беспутную
приятельницу, и тут же остановилась от резкой боли. Хокинс по-прежнему
притягивал ее к себе за волосы. И все же Дизайр успела крикнуть:
— Бесс, помоги мне!
В это время Бесс уже была далеко, должно быть, занималась собственными
делами. Оставшись одна в этом диком окружении, Дизайр теперь действовала
почти безотчетно. Она вцепилась рукой в отвратительную физиономию, маячившую
у нее перед глазами. Своими острыми ногтями она сильно ободрала ему кожу.
Хокинс схватил ее за руку. Выкручивая тонкое запястье, он рычал:
— Соглашайся быстрей или не пол
...Закладка в соц.сетях
