Жанр: Любовные романы
Искусительница Кейт
... для
всех старалась.
— А что скажет опекун? — спросила Кейт. — Люси еще
несовершеннолетняя.
Счастливая улыбка сошла с лица Люси, и Кейт пожалела, что сказала об этом,
но лучше предусмотреть все заранее, подумала она.
— Насколько мне известно, ваш опекун за границей, — ответил
Грей. — Сделайте оглашение в церкви. Если оно будет прочитано
священником три воскресенья подряд, можно вступать в брак. Сомневаюсь, что
ваш опекун об этом узнает, а значит, и не станет возражать.
А если станет, то будет иметь дело с маркизом Роутом, подумал Грей и
презрительно поднял бровь, посмотрев на Кейт.
Вместо того чтобы почувствовать облегчение, Кейт рассердилась на Грея,
вернее — на скоропалительность его поступков. Она повернулась к Люси и
сказала:
— И тем не менее я хотела бы быть уверенной, что интересы моей сестры
не пострадают. Люси, могу я поговорить с тобой наедине?
Та неохотно кивнула и, одарив Ратледжа лучезарной улыбкой, попросила его
подождать ее в гостиной.
— Пожалуйста, подайте туда чай, Мег, — Люси томно махнула рукой.
Интересно, подумала Кейт, получит ли Люси в свое распоряжение кухарку и
служанку. Ответ был однозначный: даже в самых бедных домах имелись слуги. Но
не в Харгейте. Сжав губы, она повела сестру в маленькую комнату за галереей.
— Ты уверена в своем выборе, Люси?
— Да, и надеюсь, что ты все не испортишь, Кейт.
Кейт было больно услышать это язвительное замечание, так как вот уже
несколько лет она изо всех сил старалась угодить сестре.
— Я только хочу, чтобы тебе было хорошо. Мне кажется, что твой...
избранник немного молод. Будешь ли ты с ним счастлива, живя в маленьком
доме, да еще с ребенком?
Люси вздохнула и надула хорошенькие губки.
— А ты бы хотела, чтобы я осталась в доме, который ничего для меня не
значит, и работала, как служанка? Наследница без наследства!
Кейт вздрогнула от ее слов, сказанных с неприязнью и горячностью. Но
выражение лица Люси вдруг смягчилось.
— Кейти, я знаю, как тяжело тебе приходилось, но я не ты. Ты всегда
отличалась умом, была сильной и смелой. Ты умеешь ездить верхом, печь хлеб и
вести счета. Ты можешь все! Я даже злилась на тебя за это, но теперь наконец
и у меня появилось что-то только мое, собственное. Роут предложил устроить
мне другой брак, а мне хорошо с Арчиболдом. Он не станет пренебрегать мною,
как это делают некоторые высокомерные лорды. Он будет внимателен ко мне,
Кейти. А мне остается лишь выглядеть красивой.
У Кейт перехватило дыхание и сдавило горло, глаза защипало от навернувшихся
слез — так сильно подействовало на нее признание сестры. Кейт и в голову не
приходило, что Люси может ей завидовать. И чему? Трудно в это поверить.
Но в одном Люси права. Они слыхали о браках высшего света, где неверность
обоих супругов была обычным явлением. Кейт подумала, что для Люси лучше
избежать подобного искушения, учитывая ее ветреность. Ее союз с мистером
Ратледжем нельзя считать полным мезальянсом, учитывая их бедственное
положение. Действительно, Люси будет лучше, если она уедет из Харгейта, где
каждый день — это борьба за существование.
Кейт подавила рыдания, когда Люси крепко обняла ее. Это было первое и
единственное проявление теплых чувств со стороны сестры за долгое время.
Кейт хотела еще многое сказать, но не успела, так как Люси уже выпорхнула из
комнаты и, удаляясь по галерее, взволнованно щебетала о предстоящем
бракосочетании, словно никаких резких слов ею сказано не было.
С глубоким вздохом Кейт привалилась к косяку двери, пытаясь разобраться в
нахлынувших чувствах. Все происходило так быстро и головокружительно. Всего
лишь две недели назад ее жизнь спокойно текла по заведенному порядку. Что же
изменилось? — в смятении спрашивала себя Кейт. Ответ последовал
незамедлительно — появился Грей, и все стало иным. Навсегда!
Глава одиннадцатая
Грей был разочарован. Он не знал, чего именно ожидал от Кейт в ответ на
новость о свадьбе сестры, но уж точно не такого, как ему показалось,
безразличия. Черт возьми, да от своих политических противников он получал
большее одобрение, а то и восхищение! Даже самые тупые из них не могли
отказать ему в уме, искусстве вести переговоры и выбивать финансы. Но он не
часто занимался чужими личными делами. А тут он нашел мужа для Люси, тем
самым спасая ее репутацию и возвращая романтическую любовь. И какую же
благодарность он получил?
На лице Грея ничего нельзя было прочесть, но он был обижен. Конечно, он не
ждал, что Кейт упадет к его ногам, выражая признательность, но по крайней
мере она могла бы показать ему, что его хитроумный план произвел на нее
должное впечатление. Грею не было безразлично мнение Кейт, а она хранила
угрюмое молчание в течение всего ужина, лишь слегка кивнув головой, как бы
говоря: Прекрасно, милорд. А теперь уходите.
При этой мысли у Грея гневно раздулись ноздри. Ну нет, малышка так легко от
него не отделается, как бы ей этого ни хотелось! Раздражение Грея росло.
Одно дело — уехать по своей воле, и совсем другое — когда тебя выставляют.
Он к этому не привык, и возмущение его не знало границ. Он — маркиз Роут и
всегда имел то, что желал. Никто не осмеливался ему противоречить.
Жажда обладания Кейт за последние дни у него настолько усилилась, что все
сомнения на этот счет рухнули. Он хотел не только ее тела и ответной
страсти, но чтобы она делила с ним его мысли, чтобы они вместе смеялись и
чтобы она... всегда была рядом. Это чувство было настолько сильным, что,
когда Кейт повернулась, собираясь уйти, Грей чуть было, как дикарь, не
схватил ее и не перебросил через плечо, намереваясь унести в хижину или в
свой охотничий домик.
— Милорд, могу я с вами поговорить?
Голос Тома прервал кипение страстей, бушевавшее внутри Грея.
Он оглянулся на кучера, который задумчиво смотрел на него.
— Что? — переспросил Грей.
— Может быть, поговорим в саду?
Грей стиснул зубы, так как менее всего ему хотелось гулять по саду с Томом.
Но необычно дружелюбный тон старика насторожил Грея. Неужели это подвох?
Ведь Грей выполнил свое обещание и больше им не нужен. Нет, маловероятно.
Даже Кейт не удастся взять над ним верх, не говоря уже о старом кучере. Но
тем не менее он согнул и разогнул руку, проверяя силу мышц больного плеча.
Затем, едва кивнув Тому, пошел к двери. Быть наготове никогда не помешает,
хотя Грей не ожидал, что в него всадят еще одну пулю.
Вечер выдался теплый, воздух благоухал восхитительными ароматами, а небо
было усыпано звездами. Природа располагала к любви, однако рядом с Греем
находилась не миловидная девушка, а старый седой слуга, к которому Грей не
питал нежных чувств. Но поскольку ему не впервые было общаться с теми, кого
он презирал, Грей с равнодушным видом пошел рядом с кучером, приноравливаясь
к его шагам.
— Я... просто хотел поблагодарить вас, милорд, — сказал Том,
удивив Грея этими словами. — Я не всегда обращался с вами как положено,
но ведь я должен был думать о моих девочках. Теперь-то я знаю, что вы им
добра хотите. А уж это дельце вы провернули как нельзя лучше.
Грей не пришел в особый восторг от благодарности Тома, так как, во-первых,
не очень верил в его искренность, а во-вторых, предпочел бы услышать эти
слова из других уст. Но он благосклонно кивнул, и они пошли дальше.
— Если бы не вы, кавалер Люси так и не появился бы, и за это мы все вам
благодарны. Правда... — тут Том замолчал, как бы обдумывая, что
сказать.
Грей заподозрил недоброе. Неужели Кейт дала указание старику выпроводить
его, так как он уже осуществил обещанное? Впервые за много лет Грей
покраснел. Хорошо, что Том не увидел этого в темноте. Если Кейт думает
отделаться от него так бесцеремонно, то у нее ничего не получится! От своих
попыток овладеть ею он отнюдь не отказался.
— Но дело решилось не до конца, — произнес Том и почесал
бороду. — И поскольку это из-за вашего присутствия здесь, то я подумал,
что вы могли бы исправить положение.
Старик замолчал, а Грей не мог взять в толк, что у того на уме. Но у него не
было охоты разгадывать загадки, и он прямо спросил:
— Не мог бы ты объясниться определеннее?
Ухмылка Тома была видна даже в темноте. Грей замедлил шаг. Зловещая улыбка
кучера насторожила его больше, чем лесть. Опытным взглядом он окинул сад, но
кругом было тихо и пустынно, раздавался лишь шорох листвы у них над
головами.
— О, это дело деликатное, — сказал Том, поскребывая бороду. —
Признаю, что неправильно судил о вас, милорд. А теперь я рассчитываю, что вы
поступите по справедливости.
— И что это значит? — приподняв бровь, спросил Грей.
— Ну, видите ли, милорд, вы живете здесь один, а у моих девочек нет
компаньонки. Конечно, раньше была одна дама, но, когда деньги кончились, она
уехала, а затем и слуги тоже, так что остались только миссис Гудинг да я.
Господь забрал ее прошлой осенью, и выходит, что, кроме меня, больше никого
нет. Я знаю, что так не положено, но ничего не поделаешь.
Грей кивнул, хотя не мог понять, к чему клонит кучер.
С хитрым видом Том продолжил:
— Понятно, что вы попали сюда не по своей воле, но остаться-то вы
решили сами, а мы с вами оба знаем, что скажут ваши приятели в свете. В
общем, вы загубили доброе имя моей Кейти, так как, кроме Люси, здесь нет
другой женщины.
Грей чуть не расхохотался, когда понял, что от него хочет кучер.
Окончательно успокоившись, Грей перестал настороженно следить за садом. Том
чувствовал себя явно неловко и поднял руку, как бы предупреждая возможную
взбучку от Грея.
— Я не хочу с вами ссориться, но вам надо бы поступить с Кейт по
справедливости, а значит, жениться на ней. Она вам ровня — графская дочка и
все такое, а лучшей жены вы и в Лондоне не сыщете. А если вы после всего
уедете и оставите ее ни с чем, то презирать станут Кейт, а не Люси, хотя уж
Кейти-то этого не заслужила.
Грею припомнились случаи, когда Кейт вела себя не вполне примерно. К
счастью, кучер этого не знал, но некоторые недавние сценки Грей очень живо
представил себе. Он сознавал, что скомпрометировал Кейт и на кухне, повалив
ее на стол, и на лужайке в лесу.
Видя, что Том пристально на него смотрит, Грей постарался не предаваться
опьяняющим воспоминаниям. Его восхитила не только верность старика, но и
присутствие духа у него — не многие слуги осмелятся устраивать личную жизнь
своих господ. Грею захотелось успокоить Тома, несмотря на их частые стычки.
— Уверяю тебя, что я не собираюсь ставить мисс Кортленд в неловкое
положение, — ответил он и подумал о том, что теперь уже сам не сможет
отказаться от Кейт с ее прорвавшейся страстью.
Том насупился — его не удовлетворило такое неопределенное обещание.
— Значит, вы женитесь на ней? — прямо спросил он.
Грей колебался. Как искушенный игрок, он не спешил открывать свои карты. Его
первоначальные намерения в отношении Кейт претерпели изменение, хотя стоило
ей появиться, как все сомнения, мучившие его, улетучивались.
Глубоко вздохнув, Грей уставился в темноту. Разделяя беспокойство кучера,
он, правда, не считал себя обязанным жениться. О том, что он здесь, известно
всего нескольким верным слугам, и если он уедет, то никто ничего не узнает.
Он и без женитьбы сможет предъявить иск ее дяде, лишить его управления
наследством девушек и передать опекунство надежному человеку. Затем
принаряженная Кейт в сопровождении компаньонки может появиться в лондонском
свете, в чем до сих пор ей было отказано. Грей представил ее в переполненной
зале, окруженную поклонниками, и его ладонь тут же сжалась в кулак.
Конечно, она стала не такой неискушенной, как раньше, и его прочно
укорененное чувство чести говорило, что к этому руку приложил он. Кейт не
стала хуже от того, что происходило между ними. Грей просто пробудил в ней
страстность, но будущему мужу она достанется девственной.
Неожиданно именно эта мысль определила решение Грея, а не привычное
взвешенное мнение, учитывающее различные варианты. Вся его суть яростно
восстала против того, что кто-то другой, а не он овладеет ею, — ведь в
душе он уже выбрал ее себе в жены. Чувство обладания, примитивное и
неприкрытое, сотрясло его вкупе с бешеной ревностью к безымянному мужчине, и
это чувство было таким сильным, что у Грея внутри все свело судорогой.
В результате из его уст прозвучал ответ:
— Да, я женюсь на ней.
И это сказал человек, которого все считали блестящим политиком, циничным и
беспощадным, но никто не мог назвать его поступки необдуманными! А у него
вырвались слова, о возможных последствиях которых он даже не подумал. Причем
эти последствия касались не только его, но и женщины, часто злившейся на
него.
Том одобрительно замотал седой головой:
— Господи, это же замечательно! Вот Мег обрадуется!
— Да, полагаю, в восторге будут все, — сухо заметил Грей, а про
себя подумал: Все, за исключением предполагаемой невесты.
Кейт стояла в темной кухне и думала о том, что наконец-то ее никто не видит.
Мег ушла спать, так как вставала рано. Теперь Кейт не надо было подниматься
ни свет ни заря. Она выругалась себе под нос, хотя ей следовало радоваться.
К Люси вернулся ее молодой человек и оказался не злодеем, а перепуганным и
влюбленным юношей, так что сестру теперь не страшило неопределенное будущее
и нищенское существование одинокой матери. У Люси будет доход, чтобы
обеспечить ребенка, за ее благополучие можно быть спокойной.
Тогда почему у Кейт разрывалось сердце? Она никогда в жизни не завидовала
Люси. А теперь завидует, да к тому же чувствует себя ужасно одиноко при
мысли о том, что Люси скоро ее покинет. Выходит, что избалованная сестра,
которая частенько бывала несносна, на самом деле спасала Кейт от
одиночества.
Небольшое хозяйство, с таким усилием и так долго поддерживаемое Кейт,
разлетится на части с отъездом Люси, да и Том тоже, наверное, ее покинет. Ни
для кого не секрет, что он очень привязался к Мег и не откажется уехать
вместе с ней в Лондон. Кейт надо обговорить это с Греем. Хотя маркиз и
недолюбливал Тома, ему придется все-таки найти старику место конюха, чтобы
тот был поближе к полюбившейся женщине.
И тогда она останется совсем одна. Чтобы не расплакаться, Кейт ухватилась за
край стола. А что, если она заболеет? Ей надо будет наладить хоть какие-то
отношения с деревней, но к кому там она может обратиться? Ведь она не
признается, что живет одна в доме!
— Кейт! — услышала она голос Тома и подавила подступавшие к горлу
рыдания. Он не должен видеть ее слез, иначе ни за что не последует за Мег в
Лондон.
Кейт повернулась к нему. Хорошо, что на кухне темно, подумала она.
— А, это ты, Том. Я искала остатки того замечательного вишневого
пирога, который испекла Мег.
— Прости, но я его доел, — совершенно не устыдившись, признался
Том. — Давай-ка лучше попробуем вина, которое купил его светлость. Надо
кое-что отметить. — Том зажег свечу от тлеющего огня и повернулся к
Кейт.
— Да, новость замечательная. — Кейт вымученно улыбнулась. —
Нам всем следует выпить за счастье Люси. И подумать только — ее кавалер все
это время жил рядом.
— Что? А, ты об этом парне. Должен признать, что его светлость умен,
тут ничего не скажешь. Я неправильно о нем судил, Кейти.
Кейт от удивления чуть не уронила бутылку. Несомненно, Мег смягчила
отношение Тома к маркизу, но таких слов от него Кейт не ожидала.
Том улыбнулся, глядя на изумленное лицо Кейт.
— Ты ведь понимаешь, что я должен был оберегать моих девочек. А что я о
нем знал? Только то, что он жестокий и опасный человек и сказочно
богатый. — Том довольно посмеивался. — Все это не говорило в его
пользу. К тому же он — лорд из Лондона. Но он оказался совсем другим, Кейти.
У Кейт стало покалывать в затылке. Ей показалось, что Том пытается убедить
не столько себя, сколько ее. Она разливала вино в бокалы и внимательно
наблюдала за ним. Кейт знала старого кучера давно и хорошо разбиралась в
сменах его настроения, поэтому-то и отнеслась к словам Тома с недоверием. С
чего бы это он так изменил свое мнение о маркизе?
— Да, он замечательный человек. Умен и умеет признавать свои ошибки.
Правда, пришлось его маленько подтолкнуть, — Том подмигнул Кейт и
залпом опрокинул бокал с вином. — К тому же он не какой-то там слизняк,
а крепкий мужчина, и от него, думаю, народится много сыновей.
Кейт часто замигала. Ей вовсе не хотелось думать о Грее как о производителе
сыновей. Она сделала глоток изысканного вина, которого давно уже не
пробовала.
— Да, из него выйдет замечательный муж, — не унимался Том и
поставил пустой бокал, хлопнув им об стол.
Кейт едва не поперхнулась. У нее было такое чувство, что ее окатило волной и
она захлебнулась. Откашлявшись, она взяла себя в руки. Том наверняка ошибся.
— Мужем? — недоуменно спросила она.
— Ага. Я убедил его поступить с тобой по справедливости.
Удивление у Кейт сменилось совсем другим ощущением — холод сдавил ей сердце.
— По справедливости?
— Да. Он поступил очень благородно. Я ему просто объяснил, что
поскольку он живет у нас один, то перед его знакомыми это выглядит
неприлично. Он со мной согласился и даже спорить не стал.
Таков Грей. Рассудительный и ясно мыслящий. Он поступит так, как следует,
потому что он — честный человек. Он возьмет ее в жены, хочет сам того или
нет. От этой мысли Кейт проняла дрожь.
Она не питала в отношении себя иллюзий. Ее достоинства — это ее руки и
голова. Она умеет лишь готовить и садовничать, вести счета, а не
обмахиваться веером или петь. Пусть она и дочь графа, но ей не пришлось
занять подобающее место в хваленом высшем свете. Вместо этого она трудилась
изо всех сил, чтобы содержать свою маленькую семью, и стала совершенно
другим человеком. Ни для какой другой жизни, кроме деревенской, она не
подходит.
Что касается внешности, то Кейт знала, что не так красива и утонченна, как
Люси. Она хорошо себе представляла, какие блестящие красавицы поджидают Грея
в Лондоне. Кейт залпом проглотила вино. Ну нет, она не допустит, чтобы ее
жалели! Гнев придал ей уверенности, и она так же, как и Том, с силой
поставила бокал на стол.
— Пусть убирается к черту вместе со своим благородным
самопожертвованием! — Голос у Кейт зазвенел от переполнивших ее чувств.
— Ну-ну, Кейти, успокойся. Это же такая замечательная новость! —
Том явно не понимал ее.
— Для кого замечательная? Ты небось вынудил его сделать это
предложение, чтобы самому освободиться от нас и удрать отсюда с Мег? Что ж,
я не намерена удерживать тебя, Томас Бин. Я не нуждаюсь в твоих услугах, так
что можешь поступать, как тебе заблагорассудится, — ты за меня
ответственности не несешь.
Кейт вся тряслась от ярости, а ошеломленный Том проговорил:
— Кейти, все было совсем не так. Я подумал... Проклятие! Я-то думал,
что он тебе нравится!
— Тебе это привиделось, — огрызнулась Кейт. — Я просто ценю
услугу, которую Роут оказал Люси, и все. Я не хочу, чтобы он вешал меня себе
на шею только оттого, что именно я вломилась к нему в дом и стреляла в него
из-за обманутой Люси!
Гнев, унижение и отчаяние клокотали внутри Кейт. Ей казалось, что она вот-
вот взорвется, как вулкан. Она не привыкла к подобным эмоциям, не понимала,
что с ней происходит, и тем более не могла объяснить это Тому, который,
раскрыв рот, с ужасом уставился на нее.
— Ну же, Кейти, будь разумной... Разумной? Рассудительной? Сейчас Кейт
не хотела быть разумной. Наоборот, ей хотелось наброситься на все и на всех
за то, что рухнуло ее привычное существование, а те, о ком она заботилась,
покидают ее. Тем самым она лишается обязанностей, которые стали смыслом ее
жизни. И последняя капля — фальшивый брак, в то время как сестра выходит
замуж по любви.
В полумраке кухни раздался негромкий голос Кейт:
— Хватит, Том. Я больше не хочу слышать о твоей нелепой затее.
Отправляйся в Лондон с Мег, но меня не пытайся никуда пристраивать.
— Кейти...
Прежде печальный голос Тома растрогал бы Кейт, но не сегодня, когда она так
разъярена. Голова у нее вот-вот расколется от боли, и если она сейчас же не
уйдет, то у нее начнется истерика прямо на кухне. Чтобы этого не произошло,
она, собрав последние силы, с гордым видом, почти как Люси, прошествовала
мимо кучера.
Выйдя из кухни, она бросилась к задней лестнице, моля Бога, чтобы не
встретить кого-нибудь, особенно Грея.
Всю ночь Кейт металась среди смятых простыней и встала в отвратительном
настроении. Конечно, она немного успокоилась, но все же каждый раз, когда
представляла себе, как Том убеждал маркиза жениться на ней, ее бросало в
жар. Кейт хотела было просидеть целый день у себя в комнате, сказавшись
больной. Но она никогда не избегала трудностей и в конце концов решила не
скрываться и не показывать своего волнения.
В столовую Кейт спустилась только днем, но на буфете стояли остатки
завтрака, и она принялась рассеянно есть. Судя по всему, на кухне Мег
обходилась без нее, поэтому Кейт решила попросить Баткока помочь ей в уборке
нижних комнат. Хоть он и слуга Грея, но, когда нужно, охотно помогал, а
просить Тома Кейт не хотела, чтобы больше не слушать надоедливых стенаний по
поводу ее погубленной репутации. Ха-ха! Она давным-давно перестала обращать
внимание на подобные вещи. На первом месте для нее стояли заботы ежедневного
выживания.
Кейт как раз поднималась из-за стола, когда в комнату вошла девушка в
накрахмаленном фартуке.
— Не желаете ли еще чего-нибудь, миледи? — спросила она и сделала
книксен.
Кейт в изумлении уставилась на нее, затем спохватилась и в свою очередь
спросила:
— Кто вы? Девушка улыбнулась.
— Я — Дора, миледи, новая служанка. Е го светлость прислал меня сюда из
Лондона. Я никогда раньше не видела такого красивого поместья!
Новая служанка! Кейт пришла в ярость от дерзости маркиза. Она открыла было
рот, собираясь возразить, но передумала и промолчала, не желая осыпать
проклятиями, которые уже были у нее на языке, ни в чем не повинную девушку.
— Нет, спасибо... Дора, — вместо этого с деланной улыбкой сказала
она.
Отойдя к двери, Кейт молча смотрела, как служанка убирает со стола. Видно,
она за этим и пришла, поэтому Кейт не стала ей мешать, а решила, что вместо
работы в доме займется делами в саду — пока погода позволяет.
В старом сарае находилось много всевозможных инструментов, но, бросив взгляд
на клумбы, Кейт поняла, что ей нужна лопата, чтобы выкопать особенно крупные
сорняки. Вздохнув, она отправилась за лопатой на конюшню, но возле самых
дверей остановилась от неожиданности, так как увидела стойло, заполненное
свежей соломой. Кейт посмотрела на пастбище, где безмятежно дремали две
лошади — уцелевшая собственность Харгейта.
Странно. Раздражение Кейт росло. Она не желала чувствовать себя чужой в
своем же доме, когда не знаешь, что в нем происходит. Кейт поспешила на
кухню и, просунув голову в дверь, спросила стоящую у старого выщербленного
стола Мег:
— Что происходит на конюшне?
— Ой, леди Кейт, как вы меня испугали! — Мег приложила руку к
обширной груди. — Наверное, это мистер Баткок с мистером Бином привезли
из Лондона лошадь его светлости. Они еще прихватили с собой Дору мне в
помощь.
Кейт покраснела. В замечании кухарки прозвучал непреднамеренный упрек, и
Кейт стало стыдно, словно она виновата в плохом состоянии дел в Харгейте.
Она с трудом выдавила из себя:
— И где же это животное?
Мег удивленно посмотрела на нее.
— Видно, его светлость взял лошадь и поехал проверять арендаторов.
Арендаторов? Ее собственных арендаторов? Кейт закипела от гнева и, боясь,
что не удержится от резких слов, лишь кивнула в ответ и закрыла дверь. Затем
она понеслась обратно на конюшню. Да как он посмел! По молчаливому обоюдному
согласию Кейт не общалась последнее время с отцовскими фермерами, поскольку
власть над поместьем была ею утрачена. Дядя Джаспер собирал ренту и деньги и
занимался всем остальным. Но кто дал Грею право вмешиваться? Почему он
решил, что может всюду совать свой нос? Чем больше Кейт думала об этом
надменном узурпаторе ее прав в Ха
...Закладка в соц.сетях
