Жанр: Любовные романы
Компромисс возможен
..., довольны, что ваши дядя и тетя настолько доверяют вам, что приняли решение, не видя дома? А я
благодарна вам за содействие. К тому же радостно сознавать, что в Рай-Энд-холле поселятся такие достойные люди. Это
вернет ему его заслуженную славу.
Комплимент пришелся мистеру Блейку по душе.
- Благодарю вас, мэм, но мне не надо было уговаривать сэра Джосайю, ему сразу понравилось все, что я рассказал
ему о поместье. Это вас с мисс Доналдсон надо хвалить за вкус, с каким отделан дом.
Мистер Блейк достал из внутреннего кармана бумагу, скрепленную сургучной печатью, и протянул Антонии.
- Этот документ передает ваш поверенный в делах. Мы составляли его вместе, и, если вы сочтете условия данного
контракта приемлемыми, я бы заехал за ответом завтра утром.
- С вашего позволения, я прочту контракт прямо сейчас и, если у меня не возникнет вопросов, подпишу после ланча,
и дело с концом. Вы ведь останетесь на ланч?
- С превеликим удовольствием, мэм, спасибо. - Мистер Блейк встал. - Если не возражаете, пока вы будете изучать
контракт, я съезжу на ферму и осмотрю ваше хозяйство. Сэр Джосайя дал мне задание сделать для него кое-какие заметки.
Заодно и прогуляюсь - сегодня такой чудесный день.
Не успел он выйти за дверь, как девушка схватила Донну за руки и закружила ее по комнате.
- Удалось! Удалось!
- Антония, дорогая! Что, если тебя услышит мистер Блейк?
- Он ушел. Да какое это имеет значение, если и услышит?
- Антония, перестань, у меня закружилась голова! Веди себя прилично. - Донна, конечно же, шутила.
Когда мистер Блейк вернулся со своего обхода, Антония встретила его словами:
- Я с радостью подпишу контракт. Это мне советует мой поверенный. Мы освободим дом к указанной дате.
- Я боялся, что две недели окажутся недостаточным сроком. Вы действительно успеете переехать к этому дню?
- Давайте обсудим это за ланчем, - предложила Антония и провела молодого адвоката в небольшой салон,
служивший столовой. - Садитесь, пожалуйста, мистер Блейк. Не будете ли вы любезны нарезать ветчину? Откровенно
говоря, мы с мисс Доналдсон можем переехать в Доувер-хаус уже через неделю. Там все готово, осталось только повесить
шторы, постелить постели и перенести наши вещи.
- Рад это слышать. Я встретился с арендатором вашей фермы, и мы договорились, что на этой неделе он мне все
покажет. Кроме того, по поручению леди Финч мне надо сделать кое-какие обмеры в доме, если вы позволите, - сказал
мистер Блейк, протягивая Донне тарелку о нарезанной ветчиной.
- Все что угодно. Можете; приезжать и уезжать, когда захотите, без всяких церемоний.
Ланч прошел как нельзя лучше. Мистер Блейк оказался неиссякаемым источником анекдотов о лондонском свете и
очень их смешил.
- Вы часто уезжаете из дома по поручениям сэра Джосайи? - спросила мисс До-налдсон. - Для такого молодого
человека, как вы, нелегко покидать семейный очаг.
Это вроде бы невинное замечание заставило Антонию вздрогнуть. Компаньонка явно хотела выведать у мистера
Блейка, женат ли он. Но последний ничуть не смутился и простодушно ответил:
- У меня своя квартира в резиденции сэра Джосайи, так что я могу уходить и приходить когда угодно.
На лице Донны появилось удовлетворенное выражение, так хорошо знакомое ее питомице. Значит, мистер Блейк не
женат и может быть причислен к списку кандидатов.
Вскоре ничего не подозревающий мистер Блейк откланялся, захватив подписанный Антонией контракт и записку
фермеру, в которой она просила оказать ему всяческое содействие.
Антония стояла на крыльце, глядя вслед удалявшемуся адвокату, когда на дороге появился еще один всадник. Оба
джентльмена, поравнявшись, приподняли в знак приветствия шляпы и разъехались. С бьющимся сердцем девушка узнала в
приближавшемся всаднике Маркуса Эллингтона.
Маркус спешился, бросив поводья следовавшему за ним конюху, и подошел к ней.
- Добрый день, мисс Дейн, - сказал ; он, слегка поклонившись. - Надеюсь, вы в добром здравии.
- Спасибо, милорд. Я как раз собиралась пойти в оранжерею. Не хотите ли сопроводить меня для защиты от старого
Джонсона, который убежден, что цветы существуют не для того, чтобы их срезать.
Отчего у нее такое хорошее настроение? - гадал он, вышагивая рядом.
- По-моему, по дороге я встретил вашего лондонского клерка?
- Да, это был мистер Блейк. - Небрежность, с которой был задан вопрос, не обманула девушку, и она с трудом
подавила улыбку. - Не вижу причин скрывать, что его клиент, сэр Джосайя Финч, решил взять в аренду Рай-Энд-холл. По
всей вероятности, сэр Джосайя и леди Финч - между прочим, она приходится мистеру Блейку тетей - переедут уже через
две недели.
- Поздравляю! Вам повезло с вашим новым арендатором! Он известный набоб. "Так называли европейцев,
разбогатевших в Индии. - Примечание переводчика."
Антония решила поначалу, что он говорит с издевкой, но по выражению его лица поняла, что он восхищен ее деловой
хваткой.
- Вы знакомы с сэром Джосайей?
- Нет, но я о нем наслышан. Кажется, он год назад вернулся из Индии, где, как говорят, нажил большое состояние.
Финчи редко бывают в свете, хотя леди Финч принадлежит к одному из лучших семейств Англии. А сэр Джосайя выбился из
низов и добился успеха исключительно благодаря своим деловым качествам.
- И это делает ему честь!
- Я и не думал принижать достоинства вашего набоба. Уверен, что он замечательный человек и украсит наше
общество.
Антония поразилась тому, что такой аристократ, как Маркус Эллингтон, вовсе не презирает человека, нажившего свое
состояние торговлей, как это наверняка сделал бы ее отец.
- Вы ко мне несправедливы, если думаете, что я не стану уважать человека по такой причине. Но если он окажется
плохим землевладельцем, я могу и изменить свое мнение.
Старик Джонсон встретил их крайне нелюбезно. Что-то бурча себе под нос, он нехотя протянул хозяйке корзинку для
цветов.
- И ножницы, Джонсон, пожалуйста, - строго сказала Антония. Она знала, что старик не любит, когда она срезает
"его" цветы.
- Нету, - буркнул он, но Маркус достал из кармана перочинный нож и взял у Антонии корзинку, пока она под
неусыпным взглядом садовника ходила вдоль кустов, выбирая цветы.
- Мне кажется, что меня он ненавидит еще больше, чем вас, - шепнул Маркус.
- Ничего удивительного. Ведь это вы засадили его сына в тюрьму в Хартфорде за браконьерство, оставив старика
единственным кормильцем семьи.
- Теперь припоминаю. Его сын никчемный субъект, вор и бездельник, не проработавший и дня. Он так избил моего
егеря, что тот потерял глаз. Так что приберегите вашу жалость для тех, кто ее достоин, - ледяным тоном посоветовал он.
- Извините, я не знала.
- Всегда стоит помнить, что у каждой медали есть оборотная сторона.
- Еще раз прошу прощения, милорд. Меня иногда подводит мой темперамент, и я не всегда сужу правильно...
Пожалуй, цветов достаточно, - закончила Антония, кивнув на прощание садовнику.
Маркус донес цветы до дверей дома и стал прощаться.
- Чуть было не забыл, зачем приехал, - спохватился он. - Я устраиваю в Брайтсхилле прием - кажется, я уже
говорил вам об этом - и приглашаю вас и мисс Доналдсон к обеду в четверг.
- С удовольствием принимаю ваше предложение. - Девушка постаралась не подать виду, как взволновала ее
возможность после стольких месяцев снова появиться в обществе. К тому же она сможет понаблюдать за Маркусом в
домашней обстановке и увидеть Брайтсхилл во всем праздничном блеске.
Да, но его гости принадлежат к сливкам общества. Все они будут одеты по последней моде, а у нее нет ни одного
приличного платья, да и светских сплетен она не знает. Что скажет Маркус, увидев ее среди своих гостей? Сейчас он считает
ее милой и непосредственной, но что хорошо для сельской жизни, то может показаться бестактным в рафинированном
обществе.
- Антония? Что-то не так?
- Нет, ничего... просто витаю в облаках...
- У вас, наверно, полно дел. Разрешите откланяться. Жду вас в четверг.
Она еще долго стояла на крыльце, после того как он уехал.
А потом, войдя в дом, позвала компаньонку.
- Наконец-то ты принесла цветы! - Мисс Доналдсон держала в каждой руке по вазе. - Где ты пропадала?
- Ты прекрасно знаешь, что приезжал лорд Эллингтон. Ах, Донна, он пригласил нас к обеду в четверг. Он устраивает
прием - а нам и надеть нечего!
- У меня есть темно-красное шелковое платье, - спокойно ответила Донна. - Оно вполне подходит, да и велика ли
важность, в чем буду я, главное - как нарядишься ты.
- Понятия не имею. Даже не знаю, что сейчас в моде, но совершенно уверена, что ни одно из моих платьев не
подойдет.
- Надо немедленно приниматься за работу. Пусть Анна займется цветами, а мы просмотрим твой гардероб. Что нам
нужно? - Донна стала загибать пальцы. - Новое платье, затем перчатки, чулки, туфли... Пойдем посмотрим, может быть,
что-нибудь откопаем...
Антония поспешила за мисс Доналдсон, озадаченная тем, что ее компаньонка в кои-то веки не воспользовалась
возможностью прочитать ей нотацию о том, что мода - это глупость и нечего забивать себе голову тряпками.
Спустя три часа они кончили инспектировать содержимое шкафов и, приготовив чаю, уселись в гостиной, дабы
подвести итог.
- Как я и предполагала, - уныло сказала Антония, - все, что у нас с тобой есть, - это пара приличных перчаток,
твои туфли и ленты, которых достаточно, чтобы освежить тебе платье. Мои же туфли никуда не годятся, целых чулок нет, а
платья в таком состоянии, что их даже перешить нельзя.
- Нет ничего непоправимого, - решительно заявила Донна. - Завтра мы поедем в Беркемстед и посмотрим, что там
можно купить.
- Вот еще, - запротестовала Антония, - мы не можем себе это позволить!
- Чепуха! У тебя остались деньги. Считай это вложением капитала.
- Ты называешь вложением капитала охоту за женихами?
- Я ничего подобного не говорила. Но не можешь же ты появиться в обществе одетая как кухарка! А если ты не
собираешься выходить в свет, тогда зачем, скажи на милость, ты потратила столько денег, чтобы обосноваться в Доуверхаусе?
- Ну, ладно, - сдалась Антония, - но у нас на все про все только неделя.
- Этого достаточно. Если повезет, мы купим в Беркемстеде последний журнал мод. А я уже присмотрела отличный
галантерейный магазин - помнишь, я о нем тебе рассказывала, когда ездила за полотном для постельного белья?
- А где мы возьмем портниху?
- На портниху, моя дорогая, у нас нет времени. Я умею неплохо кроить, а ты прекрасно шьешь - вот и сэкономим
несколько фунтов. А результат будет тот же, уверяю тебя. Сегодня пораньше ляжем спать, а завтра с утра отправимся за
покупками.
- Вот это тебе подойдет, дорогая. - Донна приложила к лицу Антонии лоскут ткани цвета тусклого золота.
- Правда, правда, - подхватила хозяйка лавки. - Если вы решите шить платье у нас...
- Эта материя дороговата, - возразила Антония.
- Зато, позвольте вам заметить, сударыня, она отменного качества.
- Вы правы, - согласилась мисс Доналдсон. - Мы возьмем одну длину и вот эту подкладку. А что вы можете
предложить для отделки?
Прошло еще полчаса, пока они раздумывали, что взять - перламутровые пуговицы или обтяжные, ленты
гофрированные или вышитые шелком, искусственные цветы или кружева для отделки декольте.
Покончив с покупками, дамы отправились в гостиницу выпить кофе с пирожными. Антония, заняв место у окна,
выглянула во двор.
- Посмотри, Донна, с каким важным видом наш Джем расселся в двуколке! А вот прибыла еще одна почтовая карета.
О, кого я вижу! Лорд Эллингтон вышел кого-то встречать! ;
Девушке было видно, как Маркус сошел с крыльца и ждал, когда опустят ступеньки дилижанса. Он оделся более
тщательно, чем обычно, светлые кудри были подстрижены, о чем свидетельствовала белая полоска на загорелой шее.
Не успел дилижанс остановиться, как дверца открылась и маленький мальчик лет девяти, не дожидаясь, когда
развернут ступеньки, спрыгнул на землю. Он чуть было не кинулся Маркусу на шею, но, видимо, передумал и важно
протянул маленькую ручку. Лорд Эллингтон с серьезным видом пожал ее, а потом подхватил мальчика на руки и крепко
обнял. Едва он успел опустить его на землю, как на него, чуть не сбив с ног, вихрем налетела крошечная девчушка. Маркус
наклонился и взял малышку на руки.
Все еще с девочкой на руках, Маркус подошел к карете и помог выйти молодой даме. Улыбаясь, она поцеловала его в
щеку. Они были так похожи, что нетрудно было догадаться: это брат и сестра.
- Какая элегантная дама! - заметила Донна, проследив за взглядом Антонии. - Обрати внимание, с каким вкусом
подобраны оттенки зеленого!
- И зеленый цвет очень ей к лицу, - подхватила Антония. - Я и не знала, что у лорда Эллингтона есть сестра. Они
так похожи, что в их родстве можно не сомневаться.
Сестра что-то сказала Маркусу, и он, спустив на землю племянницу, снова подошел к дилижансу, где на верхней
ступеньке в нерешительности стояла хорошенькая дама. У нее было такое выражение лица, словно сойти вниз было для нее
слишком большим испытанием.
- Ну, эта особа явно ему не родственница, да и леди ли она? - сказала Донна, с первого взгляда невзлюбив
незнакомку.
- Но очень хорошенькая, - возразила Антония, стараясь быть беспристрастной.
- Все поддельное, ничего настоящего. Хорошая модистка, хороший парикмахер, а остальное - из баночки с
румянами.
- Донна, - упрекнула Антония, - мы слишком далеко, чтобы о чем-то судить. Что это ты сегодня такая
придирчивая?
Незнакомка между тем подала Маркусу руку и позволила помочь ей сойти на землю. Другую руку она приложила к
виску, скривив при этом губы в страдальческой улыбке.
- Хм, притворяется, будто у нее страшная мигрень, но она ее стоически переносит, - прокомментировала
Неумолимая Донна.
Создание, явившееся глазам тех, кто находился во дворе, было укутано в ярко-розовые шелка и бархатную накидку,
отделанную по краю золотыми кистями. Обутые в лайковые ботиночки ноги осторожно ступали по затоптанной лошадьми
земле.
- Какая она маленькая! - отметила Антония. Незнакомка и вправду была Маркусу едва ли по плечо. - Она, видимо,
приехала в гости, хотя лорд Эллингтон был явно удивлен ее появлением.
Через несколько минут вновь прибывшие пересели в карету и в сопровождении Маркуса покинули гостиницу.
Мисс Доналдсон вызвала служанку и попросила ее снести Джему кусок хлеба с сыром и кружку эля и сказать ему, что
они задержатся еще на час.
- Зачем? - удивилась Антония. - Что ты задумала?
- Мы вернемся туда, где купили материю, и прикупим еще лент для отделки, бархата на накидку, новую шляпу и, -
добавила она, окинув критическим взглядом башмаки Антонии, - ботинки из лайки.
- Но это же будет стоить кучу денег!
- Ты это заслужила.
- Я не собираюсь ни с кем соревноваться, - нахмурилась Антония, сообразив, чем вызван этот всплеск
расточительности.
- Разве? - поджала губы мисс Доналдсон.
Они были уже в лавке, выслушивая восторженные комплименты хозяйки по поводу их вкуса, когда зазвенел
колокольчик над дверью и вошел некто иной, как мистер Джереми Блейк.
- Честь имею приветствовать! - Он приподнял шляпу и поклонился с выражением крайней радости на лице. -
Надеюсь, вы в добром здравии? - осведомился он, хотя сомневаться в этом, глядя на румянец и сияющие глаза Антонии,
было излишне. - Могу я помочь вам донести покупки? Мне только надо выбрать галстук - и я к вашим услугам.
Дамы с радостью согласились: Донна - потому, что не могла смириться с тем, что ее подопечная не ходит за
покупками со слугой, который носит за ней пакеты, а Антония - просто потому, что считала общество адвоката весьма
приятным.
- Я собирался нанести вам визит завтра, но, поскольку мы встретились, разрешите поговорить с вами сейчас.
- Прошу вас, мистер Блейк. Вы виделись с сэром Джосайей?
- Да, мэм. Мне бы хотелось знать, когда можно начать клеить обои. Но я ни в коем случае не согласен причинять вам
неудобства.
- Вы очень любезны, но мы считаем своим приятным долгом услужить сэру Джосайе и леди Финч. Я думаю, -
обратилась Антония к компаньонке, - что мы можем освободить Рай-Энд-холл через неделю, не правда ли, Донна?
- Доувер-хаус уже приведен в полный порядок. Нам осталось лишь перевезти свои вещи, а это займет всего один
день.
- Я бы с радостью помог вам с переездом.
Дамы поблагодарили мистера Блейка, уверив его, что и сами вполне справятся. Он донес их покупки до гостиницы, и
на этом они расстались.
- Ну и неделька нам предстоит! Надо переехать и сшить тебе платье! Минуты свободной не будет.
- По-моему, Донна, тебе все это страшно нравится!
- А как же! Новый дом, новые соседи, прием в Брайтсхилле... Это же замечательно! Не идет ни в какое сравнение с
нашими первыми, полными безысходности днями в Рай-Энд-холле.
- Это верно! - согласилась Антония, подумав о том, что ее жизнь и вправду совершенно изменилась с той первой
памятной встречи с Маркусом.
Глава седьмая
Скрестив ноги, лорд Эллингтон небрежно прислонился к дверному косяку в Доувер-хаусе. Дверь в дом была открыта,
но не было видно никого, кто бы мог доложить о его приезде. Поэтому он вошел и, оставив шляпу и стек на сундуке в холле,
проследовал в гостиную, откуда доносились какие-то звуки.
Антония стояла на стуле у окна, прилаживая длинную легкую занавеску. Она была настолько поглощена этим
занятием, что не заметила вошедшего. А лорд Эллингтон не торопился обнаруживать свое присутствие. В последнее время
ему нравилось смотреть на мисс Дейн, а в это утро она выглядела особенно привлекательной. Роскошные волосы были
гладко зачесаны и перехвачены на затылке черной бархатной лентой, простенькое платье выгодно подчеркивало стройную
фигуру, а движения были естественны и грациозны.
Антония потянулась, но занавеска выскользнула у нее из рук и, повиснув на одном крючке, другим концом упала на
пол.
- Ах ты Боже мой!
- Разрешите помочь.
Антония резко обернулась, потеряла равновесие и очутилась в объятиях визитера.
- Вы меня напугали, милорд...
- Виноват, мисс Дейн. - Он улыбнулся. - Но по-моему, мне в плечо впилась булавка.
- Это моя игольница. Я привязала ее вот сюда.
Она протянула руку, чтобы показать ему, и залилась краской, когда он двумя пальцами схватил ее за запястье и
склонился над подушечкой.
- Надо же, я никогда не задумывался над коварством швейных приспособлений.
- Вы надо мной издеваетесь.
- Вовсе нет. Просто я удивлен, что хозяйка дома сама развешивает занавески. Для этого существуют слуги. - Он
отпустил ее и прошелся по комнате. - Как здесь все изменилось! И за такой короткий срок. Никогда бы не подумал, что этот
дом может стать элегантным и уютным.
- Вы преувеличиваете, но льщу себя надеждой, что нам удалось недурно устроиться. Теперь мне нечего страшиться
привидений. - Она бросила на Маркуса лукавый взгляд из-под полуопущенных ресниц, но он никак не отреагировал на этот
намек, лишь удивленно приподнял брови. - Что касается слуг, то они вместе с Донной распаковывают сундуки.
- В таком случае разрешите вам помочь. - Он поднял упавший стул. - Я и так достану до крючков, только вы мной
руководите.
Пораженная тем, что лорд Эллингтон снизошел до таких мелочей, она подняла угол занавески и сказала:
- Мне бы хотелось, чтобы занавеска падала мягкими складками... вот так... чуть левее... замечательно!
Они оба отступили назад, чтобы полюбоваться результатом, и остались довольны.
- Какое следующее задание?
- Милорд, я более чем уверена, что вы приехали не для того, чтобы развешивать занавески. Я и так отняла у вас
слишком много времени. Тем более что у вас, наверно, много хлопот с приемом, который вы у себя устраиваете.
Ей показалось, что он не слышал ни слова из того, что она говорила. Его мысли были где-то далеко...
- Милорд!
- Прошу прощения, Антония, я задумался.
- Я так и поняла. Позвольте узнать, о чем?
- Ммм, о браке.
- О браке?!
- То есть я хочу сказать, что собираюсь сделать вам предложение.
Сердце Антонии упало. На мгновение ей вдруг припомнилась хрупкая блондинка, выходящая из дилижанса. Усилием
воли она изобразила на губах слабую улыбку.
- Польщена, что вы считаете меня другом, с которым можно поделиться самым сокровенным.
Он взял ее за руки и глянул прямо во встревоженные глаза.
- Я неясно выразился, Антония, и возможно, мне не следовало бы говорить вот так, напрямую. Но у вас нет ни отца,
ни брата... Короче говоря, прошу вас стать моей женой.
У девушки перехватило дыхание. Она знала, что он считает ее привлекательной - его поцелуи были тому
доказательством, - но она считала их ни к чему не обязывающим легким флиртом. Ее первым побуждением было сказать
"да", но здравый смысл взял верх. Ведь он не сказал, что любит ее, а в недалеком прошлом признавался в желании
присоединить ее поместье к своему. Девушке из высшего общества не возбранялось выходить замуж по расчету, но Антония
слишком хорошо знала, к чему такой брак может привести, - примером были ее собственные родители.
Он все еще крепко ее держал и не отрывал от нее взгляда, а она боялась поднять на него глаза, потому что знала: если
она это сделает, то потеряет самообладание. Ей хотелось зарыться лицом ему в жилет, вдохнуть его запах, отдаться в его
власть.
Вместо этого она осторожно высвободилась и села на стул.
- Вы оказываете мне большую честь, милорд, - начала она, удивившись, как ровно звучал ее голос, хотя сердце
готово было вырваться из груди.
- Вы хотите сказать, что отказываете мне, не так ли? - Его голос тоже звучал бесстрастно.
- Ах, нет... - Она наконец решилась взглянуть на него. - Мне нужно время, чтобы... обдумать ваше предложение.
- Но вы все же оставляете мне надежду? Сколько вам потребуется времени, чтобы принять решение? - сухо спросил
он.
Неприятно пораженная столь явным отсутствием страсти, она выдавила:
- Несколько дней... неделю. - Мог бы хотя бы притвориться, что разочарован!
- Стало быть, мы договорились. Через неделю я снова сделаю вам предложение, а до тех пор мы вообще не будем
касаться этого вопроса. Надеюсь, это не помешает вам отобедать в Брайтсхилле в четверг. Моя сестра очень хочет с вами
познакомиться.
- Ваша сестра? Она замужем? А ее семья тоже приехала?
- Энн замужем за лордом Мередитом. Он приедет чуть позже, но мои племянники приехали с матерью.
- Наверно, приятно, когда в доме дети.
- Да уж. Генри уже наковырял лунок в газоне для крикета, а малышка Френсис принимает меня за неиссякаемый
источник леденцов.
- Вы притворяетесь суровым, милорд, но я же вижу, что вы их обожаете. А кого еще из гостей вы ожидаете?
- Вместе с сестрой приехала ее подруга леди Рид. Муж леди Рид остался в Брайтоне, где расквартирован его полк.
Антония вспомнила личико с хищными чертами лица, взгляд, которым красотка одарила Маркуса, и ее сердце
сжалось.
- Кроме того, уже приехали двое моих друзей, а моя сестра опекает некую мисс Фитч, в отношении которой
лелеются матримониальные надежды, но кто именно счастливчик, я не в курсе.
- Может, это вы? - предположила Антония.
- Боже сохрани! Тем более что мисс Фитч считает меня чуть ли не дедушкой.
Антония окинула взглядом высокую, мощную фигуру, густые светлые волосы, волевой подбородок и засомневалась,
не нужны ли мисс Фитч очки. Маркус Эллингтон был в расцвете мужской красоты и силы.
- Но вам ведь не более тридцати пяти, милорд?
- Мне тридцать, мисс Дейн. Но мне льстит, что вы считаете меня таким зрелым мужчиной. - Тон был суровым, но в
глазах плясали чертики.
- Антония, дорогая, этот подол... - Мисс Доналдсон вошла, держа в руках юбку из золотой парчи. Увидев гостя, она
смутилась.
- Я как раз собрался уходить, мисс Доналдсон. Не смею отрывать вас от домашних дел. Всего доброго, сударыни. -
В дверях он обернулся: - Жду вас в четверг вечером. Я пришлю за вами карету к семи.
- Донна, зачем ты принесла сюда мое новое платье? - удивленно спросила Антония, как только он ушел.
- Я хотела посоветоваться с тобой насчет длины. Я не знала, что ты с лордом Эллингтоном. Как ты думаешь, он
узнает платье, когда увидит его на тебе завтра?
- Ну и что, если узнает?
- Мне бы не хотелось, чтобы он догадался, что ты сама вынуждена шить себе платья.
- Сомневаюсь, что лорд Эллингтон, как, впрочем, мужчины вообще, помнит такие вещи. - Антонии очень хотелось
рассказать Донне о предложении Маркуса, но она решила не делать этого. Донна наверняка начнет доказывать, что никаких
препятствий к браку нет, и сочтет это верхом удачи.
Маркус, как и обещал, прислал за ними карету. Расправив юбки, они уселись на обитые мягкими подушками сиденья.
Антония глянула на мисс Доналдсон и подумала, что ее компаньонка, одетая в платье из темно-красного шелка, отделанное
по вороту кружевами, напоминает маленькую птичку. Мисс Доналдсон никогда не блистала особой красотой, даже в
молодости, но одевалась всегда с большим вкусом.
- Как приятно ехать с таким комфортом, - заявила Антония, погладив обивку. - Даже не верится, что это та же
самая дорога, по которой мы трясемся в двуколке Джема.
- Я вздохну с облегчением, - призналась компаньонка, - когда ты наконец начнешь жить так, как подобает
девушке твоего происхождения и воспитания.
Антония предпочла сделать вид, что не расслышала.
Маркус, встретивший их на ступенях дома, сперва помог выйти мисс Доналдсон, предложив ей руку, и у Антонии
была возможность рассмотреть его. Облегающие лосины подчеркивали стройность мускулистых ног, темно-синий фрак
тончайшего сукна сидел как влитой на широких плечах, а белоснежная рубашка светилась в сгущавшихся сумерках.
Подавая руку Антонии, он, не скрывая восхищенного взгляда, погладил пальцем нежную кожу запястья между
пуговками перчатки. Она вздрогнула и встретилась с ним взглядом. Раньше она видела в глазах Маркуса такой огонь, только
когда он сердился. Сейчас же в них горело неприкрытое желание. Так на нее еще никто не смотрел. Потрясенная, она прошла
вслед за горничной в спальню, где сняла накидку. Почему, когда он делал ей предложение, он сдерживал свои чувства?
Может быть, тогда она не смогла бы ему отказать?
Д
...Закладка в соц.сетях
