Жанр: Любовные романы
Мельницы богов
...то?...
— Скажи Сабине, пусть позвонит во французское посольство. Мне нужен
доктор Дефорже, — прохрипела Мэри.
Мэри открыла глаза и несколько раз моргнула. Два расплывчатых доктора
Дефорже стояли перед ней. Он подошел к ней и, наклонившись, внимательно
посмотрел на ее раскрасневшееся лицо.
— Господи! Что с тобой произошло? — Ее лоб был горячим. — Ты
измеряла температуру?
— Нет, — ей было больно говорить.
Луи присел на край кровати.
— Дорогая, ты давно себя так чувствуешь?
— Уже несколько дней. Вирус, наверно, какой-то.
Луи пощупал ее пульс — слабый и неровный. Наклонившись поближе, он повел
носом.
— Ты сегодня ела чеснок?
Она покачала головой.
— Я два дня ничего не ела, — прошептала она.
Луи поднял ей веко.
— Жажда была?
Она кивнула.
— Боль, судороги, тошнота, рвота?
Все вышеперечисленное
, — подумала она, а вслух спросила:
— Что со мной, Луи?
— Ты можешь ответить мне на некоторые вопросы?
— Попытаюсь.
Он взял ее за руку.
— Когда это у тебя началось?
— На следующий день после того, как мы приехали с гор.
— Вспомни, может тебе стало плохо после еды?
Она покачала головой.
— Просто чувствовала себя все хуже и хуже?
Она кивнула.
— Ты завтракаешь здесь с детьми?
— Как правило — да.
— Дети себя хорошо чувствуют?
Она кивнула.
— А обед? Ты всегда обедаешь в одном и том же месте?
— Нет. Иногда я обедаю в посольстве, иногда — в ресторанах. — Ее
голос был еле слышен.
— Может, ты где-нибудь постоянно ужинаешь или просто что-нибудь ешь?
Она была не в силах продолжать разговор. Ей хотелось, чтобы он ушел.
Она закрыла глаза.
Он ласково потряс ее за плечо.
— Мэри, не засыпай. Слушай меня, — в его голосе звучала
тревога. — Ты с кем-нибудь обедаешь постоянно?
Она сонно посмотрела на него? Зачем ему это?
— Нет. Это вирус, да?
Луи глубоко вздохнул.
— Нет. Тебя хотят отравить.
Ее как током ударило. Мэри широко открыла глаза.
— Что? Я не верю.
Луи Дефорже нахмурился.
— Я бы сказал, что это отравление мышьяком, только мышьяк не продается
в Румынии.
Мэри внезапно стало страшно.
— Кто... Кому это могло понадобиться?
Он сжал ей руку.
— Дорогая, постарайся вспомнить. Ты уверена, что у тебя нет привычки
что-нибудь есть или пить с одним и тем же человеком?
— Конечно, нет, — вяло сказала Мэри. — Я ведь уже сказала,
что я... —
Кофе. Майк Слейд. Он сам варит кофе
. — Господи!
— Что?
Она прокашлялась.
— Майк Слейд приносит мне кофе каждое утро. Он всегда меня ждет.
Луи посмотрел на нее.
— Нет. Это не может быть Майк Слейд. Зачем ему тебя убивать?
— Он... Он хочет избавиться от меня.
— Мы потом еще поговорим об этом, — сказал Луи. — Сначала
тебя надо вылечить. Тебя следовало бы положить в местную больницу, но это
запрещено правилами твоего посольства. Я принесу лекарства сам. Сейчас я
вернусь. Мэри лежала, пытаясь осознать то, что сказал ей Луи. Мышьяк. Кто-то
дает мне мышьяк.
Вам надо выпить еще чашку кофе. Это вас взбодрит. Я сам
его варю
.
Она потеряла сознание, и только голос Луи вывел ее из небытия:
— Мэри!
Она с трудом открыла глаза. Он стоял рядом с кроватью, доставая из сумки
шприц.
— Привет, Луи. Я рада, что ты пришел, — пробормотала Мэри.
Луи ввел в вену иглу.
— Я ввожу тебе противоядие от мышьяка. Завтра утром я сделаю тебе еще
один укол. Ты меня слышишь, Мэри?
Она спала.
Утром доктор Луи Дефорже сделал ей укол, а вечером еще один. Лекарство
действовало изумительно. Постепенно все симптомы исчезли. На следующий день
Мэри чувствовала себя нормально.
Луи находился в спальне Мэри. Он прятал шприц в свою сумочку, чтобы его не
заметила любопытная прислуга. Мэри чувствовала себя усталой и разбитой, как
после долгой болезни, но боль и неприятные ощущения больше не мучали ее.
— Ты дважды спас мне жизнь.
Луи внимательно посмотрел на нее.
— Я думаю, нам следует разобраться, кто хотел у тебя ее отнять.
— Как это можно узнать?
— Я навел кое-какие справки в посольствах. Ни в одном из них нет
мышьяка. Насчет американского посольства я пока не знаю. Я бы хотел, чтобы
ты кое-что узнала для меня. Ты сможешь завтра выйти на работу?
— Думаю, да.
— Зайди в посольскую аптеку. Скажи, что тебе нужно средство для борьбы
с насекомыми. Попроси
Антрол
, в нем полно мышьяка.
Мэри удивленно посмотрела на него.
— А зачем это надо?
— Я подозреваю, что мышьяк привезен из-за границы. А если он где-то и
есть, то только в посольской аптеке. Каждый, кто берет яд, должен
расписаться в ведомости. Когда ты будешь расписываться за
Антрол
,
посмотри, чьи фамилии там записаны.
Мэри прошла по коридору, ведущему к посольской аптеке. За окошком сидела
медсестра.
— Доброе утро, госпожа посол. Вы себя уже лучше чувствуете?
— Да, спасибо.
— Я вам могу чем-то помочь?
— Мой садовник говорит, что появилось много насекомых. Может, у вас
есть какое-нибудь средство? Скажем,
Антрол
?
— Есть. И, кстати, именно
Антрол
. — Медсестра сняла с полки
банку с надписью
Яд
. — Странно, что насекомые появились в такое время
года. Она протянула Мэри ведомость. — Пожалуйста, распишитесь. Тут есть
мышьяк. Мэри посмотрела на лист, лежащий перед ней. Там было записано только
одно имя.
Майк Слейд.
Глава 26
Мэри позвонила Луи Дефорже, чтобы сообщить о своем открытии, но линия была
занята. В это время он разговаривал с Майком Слейдом. Сначала у него
возникла мысль сообщить о готовящемся убийстве, но он не мог поверить, что
это дело рук Майка Слейда. Поэтому Луи решил позвонить ему.
— Я только что был у вашего посла, — сказал Луи Дефорже. —
Она будет жить.
— Прекрасные новости. Но разве она умирала?
— Кто-то пытался отравить ее, — осторожно сказал Дефорже.
— О чем вы говорите?
— Я полагаю, вам известно, о чем я говорю.
— Подождите! Вы хотите сказать, что подозреваете меня? Вы ошибаетесь.
Нам надо встретиться где-нибудь, где нас никто не сможет подслушать. Скажем,
сегодня вечером.
— В котором часу?
— Я занят до девяти. Давайте в начале десятого в лесу Баняса. Я буду
ждать вас возле фонтана и все объясню.
— Ладно, — неуверенно сказал Дефорже. — Я приду.
Он повесил трубку и подумал:
Слейд не мог этого сделать
.
Когда Мэри снова позвонила Луи, тот уже ушел. Никто не знал, где его можно
найти.
Мэри ужинала вместе с детьми в резиденции.
— Сейчас ты прекрасно выглядишь, мама, — сказала Бет. — Мы
так волновались за тебя.
— Я хорошо себя чувствую, — сказала Мэри и мысленно поблагодарила
Луи.
Мэри постоянно думала о Майке Слейде. Она слышала его голос:
Вот ваш кофе.
Я сам варю его
. Он медленно убивал ее. Она вздрогнула.
— Тебе холодно? — спросил Тим.
— Нет, дорогой.
Не надо посвящать детей в свои кошмары.
Может, на время отправить их
домой?
— подумала Мэри. —
Пусть поживут с Флоренс и Дугласом. А
может, и мне уехать с ними?
Но это было бы предательством, победой Майка
Слейда или того, на кого он работал. Только один человек мог помочь ей.
Стэнтон Роджерс. Стэнтон мог справиться с Майком.
Но у меня нет никаких доказательств. Что я могу сказать? Что он каждое утро
угощал меня кофе?
Тим что— то говорил ей:
— ...И мы сказали, что спросил у тебя разрешения.
— Извини, дорогой. Что ты сказал?
— Я сказал, что Николай пригласил нас в следующее воскресенье на пикник вместе со своей семьей.
— Нет, — слишком поспешно сказала Мэри. — Я хочу, чтобы вы
оставались в резиденции.
— А как же школа? — спросила Бет.
Мэри колебалась. Она не могла их держать взаперти, но и не хотела подвергать
опасности.
— Только если вас будет возить туда Флориан. И никто больше.
Бет вопросительно посмотрела на нее.
— Что-нибудь случилось, мама?
— Конечно, нет, — поспешила уверить ее Мэри. — Почему ты об
этом спрашиваешь?
— Не знаю. Предчувствие какое-то.
— Не приставай к маме. Ведь она болела румынским гриппом.
Интересная фраза
, — подумала Мэри. —
Отравление мышьяком называется румынским гриппом
.
— Можно, мы посмотрим сегодня фильм?
Мэри не хотелось, но она так мало времени проводила с детьми, что решила
согласиться.
— Ладно.
— Спасибо, госпожа посол, — закричал Тим. — Я выберу фильм.
— Нет, сегодня моя очередь. Может, мы снова посмотрим
Американские
надписи на стенах
?
Американские надписи на стенах
. Внезапно Мэри поняла, где ей искать
доказательства.
В полночь Мэри попросила Кармен вызвать такси.
— Вас может отвезти Флориан, — сказала Кармен.
— Нет.
Никто не должен был узнать, куда она едет.
Когда через несколько минут приехало такси, Мэри села в него и сказала:
— Пожалуйста, в американское посольство.
— Оно уже закрыто, — ответил водитель. — Никого... — Он
повернулся и узнал ее. — Госпожа посол! Какая честь! — Машина
тронулась с места. — Я видел столько ваших фотографий в наших газетах и
журналах. Вы такая же известная, как и наш великий лидер.
В посольстве уже давно обсуждали ее популярность в румынских средствах
массовой информации.
Водитель не переставал болтать.
— Я так люблю американцев. Они такие душевные люди. Надеюсь, что
программа
народной дипломатии
вашего президента сработает. Нам, румынам,
она нравится. Пора уже жить в мире.
У нее не было настроения разговаривать с ним.
Когда они подъехали к посольству, Мэри указала водителю на стоянку, где было
написано
Только для машины посла
.
— Подождите меня здесь. Я вернусь через час.
— Хорошо, госпожа посол.
К такси направлялся морской пехотинец.
— Здесь нельзя ставить машину. Это запрещено... — Он узнал Мэри и отдал
ей честь. — Извините. Добрый вечер, госпожа посол.
— Добрый вечер, — ответила Мэри.
— Я могу чем-нибудь помочь? — спросил дежурный, открывая ей дверь.
— Нет. Мне нужно на несколько минут подняться в свой кабинет.
— Да, госпожа посол.
Мэри включила в кабинете свет и посмотрела на стены, где были написаны
угрозы. Она подошла к двери, ведущей в кабинет Майка Слейда и открыла ее. В
кабинете было темно. Она включила свет и осмотрелась.
На столе не было никаких бумаг. Она принялась открывать ящики. Кроме брошюр
и бюллетеней, в них ничего не было. Ненужные бумаги, которые не могли
заинтересовать приходящую уборщицу. Маловероятно, чтобы он носил это всюду с
собой.
Она снова принялась осматривать ящики стола, на этот раз тщательно
просматривая их содержимое. В самом нижнем ящике ее рука наткнулась на что-
то твердое, лежащее за кипой бумаг. Она вытащила предмет и посмотрела на
него.
Это был баллончик с красной краской.
В начале десятого доктор Луи Дефорже ждал возле фонтана в лесу Баняса. Его
мучала мысль, правильно ли он сделал, что не доложил о Майке Слейде.
Нет
, — подумал он. —
Сначала послушаем, что он скажет. Если я
несправедливо обвиню его, Слейду конец
.
Майк Слейд возник из темноты.
— Спасибо, что пришли. Мы быстро все выясним. По телефону вы сказали,
что кто-то хотел отравить миссис Эшли.
— Я уверен в этом. Ей давали мышьяк.
— Вы полагаете, что это был я?
— Вы могли подсыпать его в кофе.
— Вы уже сообщили кому-нибудь о своих подозрениях?
— Нет. Сначала я хотел поговорить с вами.
— И правильно сделали. — Майк вытащил руку из кармана. В руке был
пистолет
магнум
.357-го калибра.
Луи уставился на него.
— Что... Что вы делаете? Послушайте! Вы не можете...
Майк Слейд нажал на курок, и пуля разворотила грудь доктора.
Мэри сидела в
Аквариуме
, пытаясь дозвониться до Стэнтона Роджерса. В
Бухаресте был час ночи, а в Вашингтоне — шесть вечера.
— Приемная мистера Роджерса.
— Это посол Эшли. Я знаю, что мистер Роджерс сейчас находится в Китае
вместе с президентом, но мне срочно надо поговорить с ним. Как мне можно с
ним связаться?
— Извините, госпожа посол. Их маршрут постоянно меняется. Я не знаю,
как его найти.
У Мэри забилось сердце.
— А когда он вам может позвонить?
— Трудно сказать. У них очень плотный распорядок дня. Может, вы хотите
поговорить с кем-нибудь другим из госдепартамента?
— Нет, — ответила Мэри упавшим голосом. — Спасибо.
Она сидела одна в комнате, глядя перед собой. Вокруг была самая современная
аппаратура в мире, которая не могла ей помочь. Майк Слейд хотел ее убить.
Надо сообщить об этом. Но кому? Кому она могла довериться? Единственный, кто
знал о преступлении Слейда, был Луи Дефорже.
Мэри снова позвонила Луи, но его не было дома. Вдруг она вспомнила, что
говорил ей Стэнтон Роджерс: "Если вы хотите отправить послание, которое
никто не прочитает, кроме меня, поставьте сверху три
буквы "Х". Мэри поспешила в свой кабинет и быстро составила телеграмму
Стэнтону Роджерсу. Сверху она поставила три "Х". Она вытащила из сейфа коды
и зашифровала телеграмму. По крайней мере, если с ней что-нибудь случится,
Стэнтон Роджерс будет знать, кто виноват.
Мэри пошла по коридору в комнату связи.
Там как раз находился Эдди Мальц, агент ЦРУ.
— Добрый вечер, госпожа посол. Вы работаете допоздна.
— Да, — ответила Мэри. — Я хочу отправить телеграмму. Срочно.
— Я лично займусь этим.
Вручив ему телеграмму, Мэри направилась к выходу. Ей хотелось скорее
оказаться рядом с детьми.
В комнате связи Эдди Мальц расшифровал телеграмму, которую передала ему
Мэри. Когда он закончил, то дважды перечитал ее, нахмурив лоб. Затем,
подойдя к аппарату для уничтожения бумаг, бросил туда телеграмму и смотрел,
как она превращается в конфетти.
После этого он позвонил Флойду Бейкеру, государственному секретарю США.
Кодовое имя — Тор.
Два месяца понадобилось Льву Пастернаку, чтобы выйти на след, который привел
его в Буэнос-Айрес. Интеллидженс сервис и другие секретные службы смогли
определить, что это дело рук Ангела. Моссад сообщил, что имя его любовницы —
Неуса Муньес. Все хотели уничтожить Ангела, но для Льва Пастернака это стало
смыслом жизни. Из-за него погиб Марин Гроза, и Пастернак не мог себе этого
простить. Но он мог отомстить. И собирался сделать это.
Он не стал встречаться с Неусой Муньес. Выследив, где она живет, он принялся
наблюдать за домом, ожидая Ангела. Когда по истечении пяти дней Ангел так и
не появился, Пастернак решил действовать. Он подождал, пока Неуса ушла из
дому, через пятнадцать минут подошел к ее квартире, открыл замок и вошел
внутрь. Быстро и профессионально он обыскал квартиру. Никаких фотографий,
адресов, которые могли вывести его на Ангела, он не нашел. В шкафу он
обнаружил костюмы. Он прочитал на этикетке, что они изготовлены в ателье
Эррера
, взял один пиджак и ушел так же спокойно, как и вошел.
На следующее утро Лев Пастернак отправился в ателье
Эррера
. Волосы у него
торчали во все стороны, одежда была помята, а изо рта разило виски.
Управляющий неодобрительно посмотрел на него и спросил:
— Чем могу быть полезен, сеньор?
Лев Пастернак глупо улыбнулся.
— Тут такое дело, — сказал он. — Честно говоря, я вчера
прилично набрался. Мы вчера играли в карты с какими-то латиноамериканскими
пижонами. Одним словом, все напились. Один из парней — не помню, как его
зовут, — оставил пиджак в моем номере. — Лев Пастернак протянул
ему пиджак, рука его дрожала. — Тут ваша этикетка, и я подумал, что вы
подскажете, где я могу его найти.
Управляющий осмотрел пиджак.
— Да, это сшито у нас. Мне придется посмотреть по книгам. Куда я вам
могу позвонить?
— Это трудно сказать, — пробормотал Лев Пастернак. — Я опять
иду играть в карты. Какой у вас номер? Я сам позвоню.
— Хорошо. — Управляющий протянул ему визитную карточку.
— Эй, приятель! Ты ведь не украдешь этот пиджак? — пьяным голосом
спросил Пастернак.
— Естественно, нет, — возмущенно ответил управляющий.
Лев Пастернак хлопнул его по плечу и сказал:
— Отлично, я позвоню вечером.
Вечером, когда Лев позвонил из отеля, управляющий сказал:
— Имя сеньора, которому мы шили пиджак, — Х.Р.де Мендоса. Он живет
в отеле
Аурора
, номер 417.
Заперев дверь, Пастернак вытащил из шкафа кейс. В нем лежал
зауэр
—
пистолет 45-го калибра, который ему одолжил друг из аргентинской секретной
службы. Пастернак еще раз проверил глушитель, спрятал пистолет и лег спать.
В четыре часа утра Пастернак тихо крался по пустынному коридору отеля
Аурора
. Дойдя до двери с номером 417, он оглянулся. Затем, нагнувшись,
вставил проволоку в замок. Когда замок щелкнул, он вытащил пистолет.
Соседняя дверь распахнулась и, прежде чем он успел обернуться, холодное дуло
пистолета уткнулось ему в шею.
— Не люблю, когда за мной следят, — сказал Ангел.
Он нажал на курок, и голова Льва Пастернака разлетелась на части.
Ангел не знал, работал ли Пастернак один или еще с кем-нибудь, поэтому
принял дополнительные меры предосторожности. Хорошо, что ему позвонили и
предупредили. Сначала ему надо было сделать кое-какие покупки.
На улице Пуэйредон был хороший магазин женского белья, очень дорогой, но
Неуса заслуживала самого лучшего.
— Я бы хотел купить пеньюар, чтобы он выглядел сексуально.
Продавщица уставилась на него.
— И трусики с разрезом спереди.
Через пятнадцать минут Ангел зашел в магазин
Френкель
. На полках лежали
кожаные сумочки и портфели.
— Я бы хотел купить кейс. Черный.
Ресторан
Эль Альхибе
в отеле
Шератон
был самым дорогим в Буэнос-Айресе.
Ангел сел за столик в углу и положил новый кейс на видное место. Подошел
официант.
— Добрый день.
— Спаржу, пожалуйста. Потом паррильяду с зеленью и фасолью. Десерт я
закажу потом.
— Слушаюсь.
— Где у вас туалет?
— Прямо по коридору и налево.
Ангел встал и пошел по коридору, оставив на столе свой кейс. Слева были две
двери, на одной написано
Damas
, а на другой
Caballeros
. Чуть дальше
двойная дверь вела в шумную кухню, наполненную паром. Ангел открыл эту дверь
и вошел. Здесь суетились повара, крича на своих помощников, стараясь
побыстрее справиться с заказами. Было обеденное время, и официанты носились
взад-вперед.
Ангел быстро прошел через кухню и через заднюю дверь и вышел на безлюдную
аллею. Он постоял здесь пять минут, чтобы убедиться в отсутствии слежки.
Поймав на углу такси, он дал водителю адрес в районе Умберто. Там он пересел
в другое такси.
— Adonde, por favor? — Aeropuerto.
Там его ждал билет в Лондон. Туристский класс.
Через два часа, когда Буэнос-Айрес скрылся за облаками как по мановению
волшебной палочки, Ангел стал размышлять о задании и тех инструкциях,
которые ему дали.
Дети должны погибнуть вместе с ней. Их смерть должна быть ужасной.
Ангелу не нравилось, когда его учили, как надо работать. Только любители
могут давать советы профессионалам. Ангел улыбнулся. Они все погибнут, и их
смерть будет ужаснее, чем это кто-нибудь может представить. Затем он
спокойно заснул.
В лондонском аэропорту
Хитроу
было полно туристов, и Ангелу понадобилось
больше часа, чтобы добраться до отеля.
В вестибюле было людно. Коридорный отнес вещи Ангела.
— Поставьте их в моем номере. Я пока погуляю.
Дав ему мелочь на чай, но не слишком много — чтобы коридорный не запомнил
его, — Ангел подошел к лифтам. Войдя в пустой лифт, Ангел нажал кнопки
пятого, седьмого, девятого и десятого этажей. Если кто-нибудь следит за ним,
это собьет его с толку.
По служебной лестнице он спустился вниз и через пять минут уже направлялся
обратно в
Хитроу
.
В паспорте было написано Х.Р.де Мендоса. Билет был до Бухареста. Из
аэропорта Ангел послал телеграмму:
ПРИБЫВАЮ СРЕДУ Х.Р.ДЕ МЕНДОСА
Телеграмма предназначалась Эдди Мальцу.
Рано утром Дороти Стоун сказала:
— Звонят из приемной Стэнтона Роджерса.
— Я возьму трубку, — возбужденно сказала Мэри. — Стэн?
Услышав голос секретарши, она чуть не расплакалась от досады.
— Мистер Роджерс попросил, чтобы я вам перезвонила, госпожа посол. Он
сейчас не может вам позвонить сам. Он сказал, чтобы я оказала вам любую
помощь. Если вы мне сообщите...
— Нет. Мне надо поговорить с ним лично. — Она старалась, чтобы в
ее голосе не было слышно отчаяния.
— Боюсь, что это будет не раньше завтрашнего дня. Он сказал, что
позвонит вам, как только освободиться.
— Спасибо. Я буду ждать его звонка.
Мэри повесила трубку. Оставалось только ждать.
Мэри позвонила Луи домой. Никто не отвечал. Она позвонила во французское
посольство. Там не знали, где находится доктор.
— Пожалуйста, пусть он позвонит мне, как только вернется.
— Вам кто-то звонит, — сказала Дороти Стоун, — но
отказывается сообщить свое имя.
— Хорошо. — Мэри взяла трубку. — Алло, говорит посол Эшли.
Мягкий женский голос с румынским акцентом ответил:
— Это Корина Соколи.
Мэри сразу узнала это имя. Двадцатилетняя Корина была ведущей балериной
Румынии.
— Мне нужна ваша помощь, — сказала девушка. — Я хочу уехать
на Запад.
Я не могу этим заниматься
, — подумала Мэри. —
Только не
сегодня
.
— Не знаю, смогу ли я вам помочь.
Она вспомнила, что ей рассказывали про перебежчиков.
Многие из них являются
советскими шпионами. Мы отправляем их на Запад. Они выдают нам дезинформацию
и собирают данные про нас. Нам нужны либо высокопоставленные военные, либо
ученые. Мы всегда можем использовать их. А так обычно мы не представляем
политическое убежище без всяких причин
.
Корина Соколи рыдала.
— Пожалуйста. Мне нельзя здесь долго оставаться. Пусть меня заберут
отсюда.
Коммунисты ставят нам хитрые ловушки. Они подставляют нам перебежчиков,
которые взывают о помощи. Как только они оказываются в нашем посольстве, они
начинают кричать, что их похитили. Это дает возможность правительству
принимать меры против США
.
— Где вы сейчас? — спросила Мэри. Молчание. Затем Корина сказала:
— Я вынуждена доверять вам. Я в отеле
Росков
. Вы приедете за
мной? — Я не могу, — ответила Мэри. — Но кого-нибудь пришлю.
Больше не звоните по этому телефону. Ждите, когда за вами приедут. Я...
Дверь открылась, и в кабинет вошел Майк Слейд. Мэри с ужасом посмотрела на
него. Он направлялся к ней.
В трубке раздавался голос Корины.
— Алло. Алло.
— С кем вы разговариваете? — спросил он.
— С... С доктором Дефорже. — Это первое, что пришло ей в голову.
Трясущейся рукой она повесила трубку.
Не будь смешной
, — успокаивала она себя. —
Ты в посольстве. Он
ничего не сможет сделать
.
— С доктором Дефорже? — медленно повторил Майк.
— Да. Он... Он едет сюда.
Как ей хотелось, чтобы это было правдой.
У Майка Слейда было странное выражение лица. Лампа на столе Мэри была
включена, и тень Майка на стене казалась большой и угрожающей.
— Вы уверены, что достаточно хорошо себя чувствуете, чтобы работать? У
этого человека стальные нервы.
— Да. Я чувствую себя прекрасно.
Она отчаянно желала, чтобы он ушел.
Я не должна показывать ему свой
страх
, — подумала Мэри.
Он подошел ближе.
— Вы выглядите на
...Закладка в соц.сетях
