Жанр: Любовные романы
Забыть о мести
... учесть, сколько горя и несправедливости ему пришлось
хлебнуть в юности. Однако, глядя в надменное лицо Томаса, Хлоя понимала, что
ни сочувствием, ни состраданием ему не помочь. А ей так хотелось пролить
бальзам на его исковерканную душу. Но она лишь невозмутимо пожала плечами.
— Смеешься? Чтобы я выкинула за порог богатого клиента? Да ни за что!
Томас сжал было кулаки, но тут же взял себя в руки и, очевидно, поняв шутку,
смягчился.
— Мудро. К тому же я всегда даю на чай, и немало.
— Раз так, приходи почаще, буду очень рада.
— Боюсь, ты скоро пожалеешь о своем приглашении.
Что ж, возможно, он прав. Утренний поток посетителей иссякал, но все, кто
еще оставался в кафе, смотрели на них с большим интересом. Хлоя спиной,
затылком, кожей ощущала недоуменные взгляды. Вероятно, зрелище было
достаточно живописным — она, растрепанная и раскрасневшаяся, и он,
невозмутимый, холодный, бесстрастный, безупречно одетый и облокотившийся на
прилавок с таким видом, словно весь мир у его ног.
— Давно мы не виделись, — едва выговорила она. — Чем ты
занимался все это время?
— То есть с тех пор, как смылся отсюда, поджав хвост? —
издевательски усмехнулся Томас. И снова эти искры неукротимой ярости в
глазах... Хлое так хотелось обнять его, прижать к себе и погладить по
голове, как обиженного мальчишку.
Потребность исцелять чужие раны была ей привычна. Хлоя чувствовала это
каждый раз, когда сражалась за дело, которое считала правым. Но откуда этот
необъяснимый интерес к нему? Что влечет ее к этому почти незнакомому
человеку?
Хлоя улыбнулась Томасу, надеясь на ответную улыбку. И, как оказалось,
напрасно. Она порывисто протянула руку, желая облегчить его боль, которую
ощущала почти физически. Но едва пальцы Хлои коснулись плеча Томаса, тот,
словно обжегшись, отпрянул. Глядя в его холодные синие глаза, Хлоя
отступила. Она поняла, что стена, воздвигнутая им, оказалась слишком
высокой. Никто ничего не смог бы за ней разглядеть. Ни его чувств, ни
эмоций. Но Хлоя поняла также, что душа Томаса до сих пор не исцелилась.
— Ты вовсе не смылся с поджатым хвостом, а ушел гордый, уверенный в
себе, — мягко возразила она. — Я и не предполагала, что ты так
считаешь.
— Я не желаю слышать о твоих предположениях! И не пытайся придумывать
за меня всякую сентиментальную чушь! — тихо предупредил он. — Мы
уже давно не дети.
— Совершенно верно, — согласилась Хлоя, изо всех сил пытаясь
удержаться от вопросов. Почему он так скован? Почему выставляет напоказ
железное самообладание, словно это призовой кубок? Почему не желает, чтобы к
нему прикасались. Почему, Господи, почему?.. — У тебя были причины
оставить этот город, я уверена, в то время ты считал их достаточно вескими.
Она снова улыбнулась, широко, искренне, словно все еще не потеряла надежды
на примирение, и Томас, откашлявшись, неловко отвел глаза. Какого черта ему
здесь нужно? Он вернулся с одной целью — отомстить жителям городка,
отнявшим у него счастье, мечты и наивность. Томас уже успел подмять под себя
несколько предприятий Хизер Глен, хорошо изучив их слабые места и ловко этим
пользуясь. Их хозяева когда-то презирали Томаса, насмехались, пытались
превратить в подобие его отца. Им это не удалось, но Томас жаждал возмездия.
Много лет, особенно в самые трудные времена, он грезил лишь об этом.
Распустить слухи о строительстве курорта оказалось невероятно легко, потому
что именно он — владелец гигантской корпорации с гордым названием
"Сьерра риверз".
Сегодня он явился в "Домашнюю выпечку" с единственной целью
— посмотреть, во что вложил деньги на прошлой неделе, дав хозяйке заем
под ее заведение. Пришел, чтобы, как всегда, определить, куда лучше нанести
удар, чтобы потом поглотить эту жалкую дыру. Одним врагом меньше!
Но встреча с будущей жертвой не принесла ожидаемого удовлетворения. Томас
был обескуражен и даже смущен, потому что никак не ожидал столкнуться лицом
к лицу с Хлоей Уокер. Когда они виделись в последний раз, она была
назойливой противной толстухой, вечно совавшей нос в чужие дела, и к тому же
носила очки со стеклами, толщиной в корабельные иллюминаторы. Что ж, с тех
пор она похудела и приобрела все полагающиеся выпуклости и округлости. Очки
куда-то девались, а таких зеленых глаз и роскошных черных волос он еще не
видел ни у одной женщины.
Томас намеревался уязвить ее побольнее, оскорбить, унизить. Но, глядя на
женщину, чья доброта не уменьшилась с годами, он понял, что вряд ли сделает
это. Особенно после того, как она отказалась взять деньги у старухи. Томас
слишком хорошо помнил, что значит постоянно нуждаться, голодать до судорог в
желудке. И от этого бескорыстия, истинного, не показного великодушия у него
что-то дрогнуло внутри.
Черт возьми! Он хотел поставить их на колени, уничтожить, завоевать! А
вместо этого торчит здесь, флиртуя с женщиной, напомнившей ему о прошлом!
Можно подумать, он забыл годы тяжкого непосильного труда, потраченные на то,
чтобы вернуться сюда победителем.
Томас, нахмурившись, выпрямился. Он еще ни разу не позволял себе забыться до
такой степени, и это выбило его из колеи. Слишком уж он близок к
осуществлению своего плана. Хизер Глен будет у его ног. И никто ему не
помешает! Даже зеленоглазая красотка, чья улыбка может озарить светом самую
темную ночь.
Нет, нет и нет!
Пропуская к стойке старуху-официантку с огромной щелью между передними
зубами, Хлоя поинтересовалась:
— А чем ты занимаешься в свободное время? Как развлекаешься?
— Развлекаюсь?! — ошеломленно переспросил Томас, отвлеченный от
мрачных мыслей о мести.
— Вот именно, — лукаво усмехнулась Хлоя и тихонько дернула его за
галстук, стараясь при этом не дотрагиваться до груди. — Или с тех пор,
как надел эту удавку, ты забыл, что такое хорошенько повеселиться?
Томас с некоторым удивлением сообразил, что Хлоя посмеивается над ним и его
манерой одеваться и при этом показывает, что вполне понимает его нелюбовь к
излишней фамильярности. У Томаса были сотни служащих — пожалуй, даже
тысячи, если считать сотрудников филиалов, — и множество знакомых.
Разве кто-то из них мог позволить себе такое?
— По-видимому, я права — ты действительно все забыл, —
театрально вздохнула Хлоя, нетерпеливо откидывая со лба прядь непокорных
волос и сразу становясь похожей на ту противную девчонку, от которой он в
день отъезда никак не мог отвязаться.
— Почему же? — спокойно возразил он. — Просто сомневаюсь, что
Хизер Глен может предложить что-то, хотя бы отдаленно похожее на
развлечения.
— Ну... возможно, это не совсем то, что ты имеешь в виду, —
признала Хлоя, — но сегодня городское собрание. Вот
это тебя должно интересовать, ведь ты же приехал
навсегда.
— Разве я говорил о возвращении
навсегда? Хлоя испытующе прищурилась, словно была не в силах понять, всерьез ли
говорит Томас, и, поняв, что тот шутит, одарила его очередной сияющей
улыбкой. После каждой такой улыбки он стыдился смотреть ей в глаза.
— Что ж, если ты здесь по делам, — вздохнула она, — лучшего
местечка, чем мэрия не сыскать. Встретишься сразу со всеми, кого давно не
видел! У нас ни один человек не пропустит собрания, ни за какие деньги!
— Включая твоего отца? — оживился Томас. Ему не терпелось лично
сообщить мэру, что вопреки слухам "Сьерра риверз" не будет строить никакого
курорта. И что деньги, на которые были приобретены участки вокруг города,
потрачены зря. Конечно, Томас из чистого великодушия предложит откупить
землю. По куда более низкой цене, естественно.
И все, включая мэра, разумеется, в один день останутся без штанов... Ну а
тогда... не исключена вероятность, что он все-таки построит курорт и еще раз
получит повод хорошенько посмеяться.
— Да, отец обязательно будет, — озабоченно нахмурилась
Хлоя. — Кстати, ты так и не сказал, каким бизнесом ты занимаешься.
— Не сказал, — спокойно ответил Томас. Он был не в состоянии
смотреть на встревоженное милое личико, поэтому повернулся и, чувствуя себя
последним трусом, зашагал к выходу.
— Когда-нибудь, Томас Магуайр, — бросила Хлоя ему в спину, —
ты не станешь сбегать от обычного вопроса!
Томас замер как вкопанный. Уж чересчур она проницательна!
— Всему виной моя дурная наследственность, — сообщил он. —
Спроси кого хочешь! Любой подтвердит!
— Нет, — покачала головой Хлоя, — ты сам в это не веришь,
иначе не вернулся бы.
Если бы она только знала! Томас медленно обернулся.
— Ладно, считай, я принял вызов. Особенно еще и потому, что вы, мисс
Уокер, настоящая всезнайка. Так почему я вернулся?
— Может, для того чтобы спасти город? — с надеждой пробормотала
девушка, как всегда готовая приписать другим собственное благородство. Но
Томас вновь круто развернулся и направился к двери. — Неужели это так
уж невероятно? — вслед ему крикнула Хлоя.
— Более чем, — буркнул Томас. — Я не рыцарь на белом коне,
Худышка, тебе не мешало бы помнить это.
Глядя на его напряженно прямые саженные плечи, Хлоя лишь печально покачала
головой. Гордость. Вот что не дает покоя людям, подобным Томасу Магуайру.
Да, конечно, он хотел выглядеть неумолимым, жестоким. Бесчеловечным. И это у
него прекрасно получалось. Только она сумела разглядеть в нем нечто иное.
Теперь дело за малым — осталось всего лишь заставить его самого
посмотреть на себя глазами Хлои Уокер.
Глава 2
Обычно у Хлои едва хватало терпения дождаться очередного городского
собрания, чуть ли не единственного развлечения в забытом Богом городке. Она
радовалась, что сможет повидаться с людьми, на встречи с которыми у нее
вечно не хватало времени. Но самое главное, нигде она так остро не ощущала:
Хизер Глен — ее единственный на свете настоящий дом. Несмотря на
жесточайший кризис и бесчисленные финансовые затруднения, жители городка по-
прежнему были чем-то вроде дружной семьи. И какая бы ни была погода, на эти
собрания приходили все от мала до велика.
Храбро бросая вызов зиме и холоду, Хлоя вышла из машины. Ноги мгновенно
утонули в сугробе. Вечер выдался ясным и морозным. Россыпи звезд освещали
улицы.
Открыв дверь старого каменного здания мэрии, девушка стряхнула снег с
сапожек, откинула капюшон и радостно заулыбалась. Здесь стоял почти такой же
шум, как в "Домашней выпечке". Дети с шумом носились по залу. Компания
немолодых мужчин громко смеялась. Женщины, собравшиеся группками, что-то
горячо обсуждали. Мать Ланы вязала, уютно устроившись в кресле с высокой
спинкой. Хлоя помахала ей и двинулась дальше. Лучшие места были уже заняты.
Как раз в ту минуту, когда она, вытянув шею, пыталась отыскать отца, кто-то
сзади закрыл ей ладонями глаза.
— Кошелек или жизнь! Гоните драгоценности и часы, мэм!
Хлоя немедленно узнала шутника по голосу.
— Конрад, ты прекрасно знаешь, что стоит тебе сказать
пожалуйста
— и я готова на все!
Звонко хихикнув, она вырвалась и оказалась лицом к лицу со своим лучшим, еще
со времен детского сада, другом. Он, как всегда, был во всеоружии — на
плече висел
ноутбук
в футляре.
— Вижу, ты снова со своим неразлучным спутником! Неужели еще не надоело
выступать в роли компьютерного робота? Скоро тебя будут считать городским
сумасшедшим!
— Никогда, — ухмыльнулся Конрад, ничуть не обидевшись. —
Знаешь, а ведь ты еще прибежишь ко мне и попросишь научить обращаться с
компьютером. Или хотя бы печатать.
— Упаси, Господь, — ужаснулась Хлоя. Подсчитывать собственные
убытки — занятие и так малоприятное, не хватало еще делать это на
компьютере. Но она прекрасно понимала Конрада — тот вот уже несколько
лет неустанно работал над усовершенствованием детских образовательных
программ. Он втайне надеялся, что какая-нибудь известная компания заметит
его и предложит работу. В свободное время Конрад помогал Огастине в кафе и
добровольно работал в полицейском участке. Хороший человек и верный друг.
Скорее даже брат, которого у нее никогда не было.
— Подумай, сколько всего нового ты можешь узнать, — убеждал ее
Конрад, насмешливо поднимая брови все выше и выше, пока те почти не исчезли
в светлых рыжеватых волосах. Хлое было давно знакомо это выражение. Должно
быть, напал на очередную тайну!
— Ладно, Шерлок, признавайся, до чего удалось докопаться на этот раз?
— А что я за это получу? — хитро прищурился Конрад, сунув огромную
ладонь в карман. — И учти, дешево не отделаешься!
— Конрад, — умоляюще заныла Хлоя. — Мы уже давно не
дети! — Но тот продолжал невозмутимо разглядывать потолок, и девушка
сдалась. Она так любила секреты! И Конрад об этом был давно и хорошо
осведомлен. — Ну говори, что возьмешь?
Конрад, возвышавшийся над Хлоей на целую голову, сделал вид, что
раздумывает.
— Пожалуй, поцелуя будет достаточно.
Хлоя засмеялась. Они целовались едва ли не с начальной школы. Собственно
говоря, именно он показал ей, как это делается по-настоящему.
— Всего-то? Какие пустяки! Считай, что я тебе должна. Ну а теперь
выкладывай.
— Томас Магуайр в городе.
— Откуда ты узнал? — Хлоя вздохнула. Его чутье на всяческие
неприятности никогда не переставало изумлять ее. — А, неважно. Приехал
и приехал... — пожала она плечами.
— Ты уже знала о Томасе! — упрекнул Конрад, сбрасывая
пальто. — А Дианна?
— Сомневаюсь. Она все еще в свадебном путешествии по Греции.
И под испытующим взглядом Конрада Хлоя покаянно призналась:
— Ну да, да, я его видела. Он приходил в кафе сегодня утром.
— Интересно, почему ему взбрело в голову вернуться после стольких лет?
Хлоя лучше кого бы то ни было понимала, что Конрадом руководит не просто
обывательское любопытство. Он один из немногих хорошо относился к Томасу и
считал его своим приятелем. Трудно было найти более неподходящую пару
— отпетый хулиган, пария, отверженный и звезда школы, отличник,
блестящий спортсмен, добродушный и приветливый. Томас, возможно, ни разу и
не вспомнил о Конраде, но Хлое было известно, как тот скучает по
исчезнувшему приятелю.
— Понятия не имею. Почему бы тебе не спросить самого Томаса?
— О чем именно?
Оба испуганно обернулись. Перед ними с сардонической полуулыбкой, кривившей
губы, стоял Томас.
— Приятно видеть, что некоторые привычки здесь не изменились, —
бесстрастно заметил он. — Я все еще способен дать обитателям нашего
замечательного городка пищу для пересудов.
Конрад, слегка поколебавшись, расплылся в улыбке.
— Рад видеть тебя, старик. Мы просто гадали, почему ты наконец вспомнил
о Хизер Глен.
Он протянул руку, и Томас какое-то мгновение смотрел на нее, прежде чем
сжать ладонь Конрада. Да что он за человек? Неужели ничуть не рад встрече?!
Сердце Хлои тоскливо сжалось. Он не ожидал даже обыкновенного дружеского
приветствия. Девушка поспешно отвела сочувственный взгляд, сознавая, что это
еще больше его озлобит.
— Ты сказала, что будет интересно, — заметил Томас, оглядывая
царившую вокруг суету. — И, как вижу, не шутила.
Как сделать, чтобы он почувствовал себя своим в городе? Хлоя наградила его
ослепительной улыбкой, и, хотя Томас по-прежнему хмурился, взгляд его чуть
заметно смягчился. Она посчитала это знаком величайшего одобрения и
облегченно вздохнула.
Знакомые Хлои, спешившие в зал заседаний, бесцеремонно толкали их, но, к ее
удивлению, ни один не остановился, чтобы как обычно перекинуться парой фраз.
Атмосфера в зале с каждой минутой становилась все более напряженной. Хлоя
вопросительно взглянула на Конрада. Тот, поджав губы, многозначительно
показал глазами на Томаса.
И тут до Хлои дошло. Прошло пятнадцать лет, но люди не забыли Томаса
Магуайра и его прошлого. Этот смуглый красавец казался им тем же опасным и
зловещим чужаком, каким его считали тогда. Широкий разворот плеч, руки на
поясе, широко расставленные ноги... и равнодушный взгляд, которым он озирал
толпу.
Хлоя всей душой ощущала, как ранят Томаса эти намеренные, хоть и безмолвные
оскорбления. Гнев, ярость, бешенство неожиданно загорелись в ней. Теперь она
знала, что делать.
— Патриция! — воскликнула Хлоя, ослепительно улыбаясь первой же
особе, имевшей несчастье пройти мимо. Патриция Микос вот уже двадцать лет
причесывала мать Хлои. Она была знакома со всеми жителями городка.
— Патриция, я хочу представить тебе кое-кого...
— Я знакома с Томасом Магуайром, — холодно обронила та, не
потрудившись дослушать до конца. Сердце Хлои упало, а парикмахерша уже не
знала удержу. — Ты ходил в школу с моей племянницей Мишель Финн. —
Даже с высоты своего небольшого роста Патриция ухитрилась надменно
посмотреть сверху вниз на невозмутимого Томаса. — Опозорил девчонку на
первом же свидании, если я верно припоминаю.
Что-то промелькнуло в глазах Томаса. Хлоя была готова поклясться, что он
едва сдерживает смех, но, вполне возможно, ей это показалось.
— Мэм, какая прекрасная память! — вежливо ответил он. —
Недаром же у вас репутация человека, знающего всю подноготную каждого жителя
этой дыры.
Патриция, возмущенно фыркнув, ретировалась, а Хлоя тем временем решила
сделать еще одну попытку.
— Мистер Уилсон! — окликнула она семенившего мимо них старика.
Хлоя старательно растянула губы в подобии улыбки. — Как поживаете?
Она взяла его за руку, мысленно умоляя поздороваться с Томасом. Почтмейстер
близоруко воззрился на незваного гостя.
— Магуайр! А я-то думал, ты давно уже отбываешь срок!
— С чего вам такое пришло в голову? — с отчаянием спросила Хлоя,
боясь поднять глаза на Томаса.
— Так ведь его папаша из тюрьмы не выходит! Где же сынку быть? Недаром
говорится...
Хлоя набрала побольше воздуха, пытаясь успокоиться. Да, дурная слава резво
бежит. Они ничего не забыли. Но немного терпения, и все будет в порядке. А
терпения ей не занимать. По крайней мере, она постоянно твердила это себе.
— Брось, Хлоя, — тихо попросил Томас, едва она снова открыла рот.
Девушка с величайшей неохотой уступила, опасаясь зайти слишком далеко,
особенно теперь, когда лицо Томаса снова стало напоминать каменную
маску. — Поверь, я вовсе не ожидал ковровой дорожки и оркестра, —
пробормотал он, видя как она расстроена.
— Но...
— Давайте поищем, где сесть, — поспешно предложил Конрад,
подхватывая Хлою под руку привычным, как чистка зубов по утрам, жестом. Но
почему-то сегодня ей от этого стало неловко. Захотелось громко, на весь зал
потребовать немедленно прекратить издевательство, извиниться перед Томасом
за бездумную жестокость, с которой эти люди оскорбляли ни в чем не повинного
человека.
Но она не сделала этого и молча шла рядом с Конрадом. Томас следовал на
некотором расстоянии, и Хлоя остро чувствовала его присутствие. По спине
ползли колючие мурашки, словно от холода. Похоже, она совершенно спятила! Да
он скорее всего и не смотрит на нее!
Однако Хлоя рискнула искоса взглянуть на него и тут же отвернулась, да так
быстро, что перед глазами все поплыло. Кажется, он следит за ней!.. Ее
затрясло от волнения. Перед мысленным взором вновь предстал тот тощий, вечно
голодный звереныш, решивший навсегда порвать с Хизер Глен. Один против всех.
В точности, как сейчас. Почему же он решил вернуться в город, из которого
его практически выгнали? Помириться? Показать, как все они ошибались? Как бы
ей хотелось верить в это...
Какой-то малыш внезапно бросился ей под ноги, и Хлоя пошатнулась и выпустила
руку Конрада. Томас, державшийся слишком близко, не успел остановиться и
натолкнулся на нее. Хлоя непременно упала бы, но сильные руки стиснули ее
талию.
— Прошу прощения, — шепнул он, не убирая рук. Жар, исходивший от
него, проникал сквозь одежду, обжигал кожу. — С тобой все в порядке?
Хлоя, прижатая к сильному мужскому телу, от неожиданности потеряла дар речи.
Ощущения... ощущения столь взволновали ее, что она отчетливо слышала, как
лихорадочно колотится сердце. Конрад, не поняв, что происходит, грозно
нахмурился.
— Ч-чуть н-не упала, — отстранившись, пролепетала Хлоя. Конрад
кивнул, мельком глянул на Томаса и снова пошел вперед. Хлоя поплелась за
ним, не смея оглянуться на человека, только что обнимавшего ее, и боясь даже
подумать о том, что не менее полусотни любопытных глаз наблюдали эту
пикантную сцену. Должно быть, завтра первую страницу газеты украсит
шапка
:
"Дочь мэра бросается в объятия недавно вернувшейся паршивой овцы Хизер Глен.
Подробности в одиннадцатичасовом выпуске новостей".
Когда Хлоя все-таки набралась храбрости и оглянулась, к ее тайному
разочарованию оказалось, что Томас смотрит вовсе не на нее, а напряженным
пристальным взглядом обводит собравшихся. Интересно, что он задумал? Во
всяком случае, ясно, что Хлоя нужна ему как прошлогодний снег. Ужасно жаль,
что она всей спиной еще чувствует мощь его мускулистого тела!
— Ну вот, пробились почти к переднему ряду, — прошептала она
Конраду, преисполненная решимости не обращать внимания на непонятную силу,
которая влекла ее к Томасу. — Сейчас начну терзать мэра, пока не
добьюсь отмены последнего постановления. Насчет запрета спать в спортзале
парка.
— Готов поклясться, твой предок уже приготовился к бою, —
усмехнувшись, сказал Конрад.
— Ненавижу несправедливость! — прошипела в ответ Хлоя, гордо
вздернув подбородок и мгновенно встав в позу заправского оратора. —
Спортзал — единственное место, где некоторые люди могут переночевать.
Нельзя же позволить им погибнуть от холода!
— А вот и моя дочурка, главная защитница угнетенных!
— Па! — воскликнула Хлоя при виде отца, загородившего им
дорогу. — Э... э... ты, конечно, помнишь Томаса Магуайра?
Роберт Уокер лишь поднял брови.
— Пронюхал, какая удача нам привалила, и поспешил явиться?
— Па, — мягко поправила Хлоя. — Томас приехал по делам. Не
всех так интересуют курорты, как тебя.
Томас молчал, а мэр без всякого стеснения пристально изучал молодого
человека.
— Возможно, но да будет вам известно, в Хизер Глен живут только
порядочные люди. Надеюсь, так будет и впредь, сынок.
Он улыбнулся дочери, едва сдержавшей порыв закатить глаза и воздеть к небу
руку, и отошел.
— Прости, — едва выговорила Хлоя, понимая, что для отца они всегда
останутся детьми.
— Ты не виновата, — бросился на ее защиту Конрад. Томас опять не
сказал ни слова. В неловком молчании они отыскали места. Хлоя не переставала
гадать, куда девалось знаменитое обаяние отца, обычно радушно встречавшего
приезжих, и почему он был так груб с Томасом?
Собрание началось, и вскоре стало ясно, что на этот раз никто не собирается
обсуждать обычные дела, — всех интересовало лишь долгожданное
объявление "Сьерра риверз" о начале строительства. Мэру уже звонили из
администрации фирмы и передали, что официального извещения следует ждать со
дня на день. Горожане возбужденно галдели, яростно жестикулируя и перебивая
друг друга. Каждому хотелось поскорее похвастаться, сколько земли уже
куплено, сколько еще предстоит приобрести и как взлетят цены, когда
владельцы "Сьерра риверз" обнаружат, что свободных участков не осталось.
Хлоя молча слушала и сокрушенно покачивала головой. Как это все противно!
Жадность, обыкновенная жадность. Откуда это в них? И что с ними будет, если
окажется, что все это блеф? Насколько она понимала, никто не давал ни
обещаний, ни гарантий. Ничего, кроме весьма уклончивых намеков. Деньги из
городского бюджета с гораздо большим успехом можно было бы истратить на
...Закладка в соц.сетях
