Жанр: Любовные романы
Поцелуй под омелой
... оглохли и ослепли. Ничего не желали слышать.
Твердили в один голос:
любим друг друга
,
жить не можем друг без друга
и
тому подобную чепуху. Оставалось лишь поражаться, с какой легкостью ваша
дочь окрутила Александра!
— Я тоже удивилась, как вам удалось заманить ее в свои сети, —
парировала Камилла.
— Помилуйте, дорогая. Какие сети? Чего ради?
Камилла опешила. Ответа на вопрос Элизабет у нее не было. Предположим, в
Александре взыграли гормоны, разбушевались страсти, возобладала похоть...
Ричард, памятуя о бурной молодости, решил не мешать мальчику развлекаться...
Но у Элизабет уж точно не было никаких причин держать Грейс в своем доме.
— Не знаю, — честно призналась Камилла. — Пока не знаю.
— Что ж, у вас появилась отличная возможность это выяснить. У нас в
запасе вечер и... Хотя нет, ночью я предпочитаю спать. А теперь прошу меня
извинить, но мне нужно переодеться во что-нибудь сухое и теплое.
— Хорошо, — сдалась Камилла. — Мы с Грейс останемся у вас до
утра. Как только встанет солнце — мы сразу же поедем в аэропорт.
Грейс расплылась в счастливой улыбке и подмигнула Александру.
— Однако это вовсе не означает, молодые люди, — предупредила
Камилла, — что вы проведете эту ночь вместе. Грейс, ты ляжешь спать со
мной.
— Но, мама...
— Никаких
но
, дорогая. Нам о стольком нужно переговорить! Кстати, я
бы хотела остаться с тобой наедине прямо сейчас. Если мужчины нас извинят...
Грейс виновато улыбнулась Ричарду и Александру.
— Ладно, мам. Давай я покажу свою комнату.
— Твою? — скептично уточнила Камилла.
— Мне уступили гостевую спальню. — Грейс смутилась из-за
необходимости пояснить столь обыденные вещи.
— О, у мистера и миссис Стоун часто бывают гости?! Или спальня
предназначается только для юных иностранных туристок?
— Не знаю, на что вы намекаете, миссис Бойл. — Ричард вытянулся,
гордо выпятив вперед грудь, словно готовился к сражению.
— Нет-нет, ни на что, — ретировалась Камилла, почувствовав
угрожающие нотки в голосе хозяина дома. Признаться, ей вовсе не хотелось
оказаться за дверью в ливень. — Милая, пойдем.
Грейс послушно кивнула и повела мать наверх по винтовой лестнице.
Александр вопрошающе посмотрел на отца. Тот лишь пожал плечами. Бессловесный
диалог нарушила вернувшаяся в гостиную Элизабет.
— Ну и что все это означает?
— О чем ты?
— С какой стати эта женщина закатила здесь скандал? Сама, наверное,
радуется, что дочурка окрутила богатенького мальчика из хорошей семьи. Сами
они вряд ли могут похвастаться родословной, хоть отдаленно напоминающей
нашу.
— Мама, прекрати. — Александр круто развернулся и тоже отправился
на второй этаж.
— Александр, постой. Куда ты?
— Оставь его в покое. Ему и так сейчас несладко, — остановил жену
Ричард.
— Я рада, что хоть кто-то вправил ему мозги.
— Ты жестока.
— Я трезво смотрю на жизнь, дорогой.
— Грейс и Александр любят друг друга.
— С чего ты взял?
— Александр признался мне, что влюбился в Грейс с первого взгляда.
— Как мило! — Элизабет перекосило от злости и сарказма.
— Представляю, что эта девица вытворяет в постели.
— Элизабет, не будь вульгарной. Дети радуются уже тому, что могут
гулять по улицам, держась за руки, или сидеть в обнимку на парковой
скамейке.
— Меня сейчас стошнит от всей этой романтической болтовни.
— А ты ожидала, что я начну делиться с тобой грязными
подробностями? — осклабился Ричард. — Не дождешься, дорогая. Грейс
и Александр влюблены. Впрочем, откуда тебе знать, что это такое!
Ричард направился к двери, не обращая внимания на истошные вопли супруги.
— Я еще не закончила, Ричард! Сейчас же вернись!.. Вы с Александром
вечно игнорируете, не замечаете меня. Такое ощущение, что меня и вовсе не
существует! Сначала ты притаскиваешь в дом неизвестно кого, а через два дня
сын заявляет, что собирается жениться на одной из потаскушек отца!
Ричард остановился как вкопанный. Словно в замедленной киносъемке, он
развернулся. Лицо побелело от ярости. Отчеканивая каждое слово, словно
желая, чтобы оно навсегда осталось в памяти Элизабет, Ричард произнес:
— Никогда — слышишь? — никогда, ни при каких обстоятельствах, не
смей так говорить о Грейс.
— О, только послушайте! Оскорбили американскую потаскушку!
Ричард в два шага подлетел к жене и уже занес руку, чтобы дать ей
пощечину... Элизабет похолодела. Ричард впервые осмелился замахнуться на
нее.
— Теперь ты меня ударишь? Меня, свою жену? Женщину, принесшую тебе
богатство? Женщину, которая подарила тебе единственного ребенка... законного
во всяком случае.
Рука Ричарда бессильно обмякла.
Не произнеся ни слова, он покинул комнату. Элизабет стояла посреди гостиной,
пышно украшенной к празднику, но ничто, кроме разноцветных лампочек, мишуры
и свечей, не предвещало того счастливого Рождества, которого все желали друг
другу в последние дни. Впрочем, в этом доме давно уже не было счастья и
семейных праздников.
— Грейс, умоляю, скажи, что все это дурацкая шутка.
— Нет, — опустив голову, ответила сидевшая рядом с матерью
девушка. — Я и Александр...
— Вы еще очень молоды. Зачем спешить? — Камилла старалась быть
мягкой и понимающей матерью, но ее терпение и выдержка таяли с каждой
минутой, как мороженое в знойный летний полдень.
— Знаешь... тебе это покажется странным, но я рада, что ты
приехала, — призналась Грейс.
— Я с самого начала знала, что не стоит отпускать тебя одну.
— Ну вот, ты снова завела старую пластинку. — Грейс снисходительно
улыбнулась. — Я рада, что ты приехала именно сейчас. После моего
знакомства с Ричардом и Александром.
Камилла плотно сжала губы и отвела взгляд.
— Разве Александр тебе не понравился?
— Он очень милый мальчик, — нехотя ответила Камилла, — но...
— Что
но
?
— Вам нельзя быть вместе.
— Потому что он англичанин? — Грейс тут же сама ответила на свой
вопрос: — Что за дискриминация! Какое значение имеет, где человек родился?
Будь Александр даже из племени зулусов, я бы все равно его полюбила.
— Дело не в этом, — поморщилась Камилла. — Ума не приложу,
почему ты записала меня в разряд англофобов.
Грейс удивленно вскинула брови.
— Может быть, потому что ты упорно не желала отпускать меня в Лондон на
каникулы.
— Теперь я поняла, что мои опасения были небеспочвенны.
— Однако ты с легким сердцем отправила бы меня в любой другой город
планеты. Куда угодно, только не в Лондон! Подозрительно, ты не находишь?
— Нет, не нахожу, — холодно отрезала Камилла.
— Тогда в чем дело? Почему ты хочешь увезти меня обратно, в Нью-Йорк? Я
ведь прекрасно тебя знаю, мама. Ты надеешься, что расстояние и время убьют
только что зародившееся чувство. Зря стараешься. Мы с Александром будем
любить друг друга всегда. Ты ничего не сможешь с этим поделать. Лучше бы ты
взяла пример с мистера Стоуна.
— С Ричарда? С мистера Стоуна? — Камилла смутилась из-за случайной
оговорки, однако Грейс пропустила материнскую оплошность мимо ушей.
— Ричард такой понимающий! — восторженно пропела Грейс. — Он
такой умный и рассудительный! Как бы я хотела быть хоть чуточку похожей на
него!
— О боже... — Камилла схватилась за виски и принялась судорожно их
массировать. Проклятая мигрень, мучившая ее с раннего утра, стала
нестерпимой.
— Мама, с тобой все в порядке? — испугалась Грейс. — Тебе
плохо? Принести воды?
— Нет-нет. — Камилла заставила себя успокоиться и даже вымученно
улыбнулась. — Усталость и нервы. Ничего страшного.
— Ты сильно побледнела. Может быть, стоит вызвать врача?
— Я ведь сказала, что со мной все в порядке, — с нажимом повторила
Камилла.
Грейс решила сменить тему, надеясь, что тем самым снимет часть напряжения
матери.
— Как тебе моя комната? Миленькая, правда?
— Здесь только одна кровать, — заметила Камилла, бегло осмотрев
гостевую спальню, отданную в распоряжение ее дочери.
— Здесь можно уложить целый полк солдат в полном обмундировании!
Впрочем, если тебе неудобно спать вместе со мной, то я могу переночевать в
комнате Александра, — предложила Грейс, заранее зная ответ.
Камилла скорее устроится на коврике у двери, чтобы сторожить дочь, нежели
позволит ей провести ночь в комнате молодого человека. Пусть даже он и
является официальным женихом.
— Что ты, милая? — преувеличенно беспечным голосом произнесла
Камилла. — Прекрасная комната и замечательная кровать. Думаю, никаких
неудобств не возникнет. В конце концов, мы здесь только на одну ночь, ведь
так? Одолжишь мне какую-нибудь ночную сорочку?
Грейс молча кивнула. Спорить с матерью сейчас бесполезно. Она слишком
взвинчена последними событиями. Непредвиденный перелет через Атлантику,
розыск пропавшей дочери, знакомство и скандал с будущими родственниками...
Да, нужно быть Камиллой Бойл, чтобы после всего этого иметь в себе силы на
препирательства.
— Кстати, а где комната Александра?
— Зачем тебе это? — настороженно спросила Грейс. Она напоминала
ощетинившегося ёжика, которого прохожий случайно задел носком ботинка.
Камилла пожала плечами.
— Вдруг придется разыскивать тебя посреди ночи.
Грейс поразилась проницательности матери. Именно так она и собиралась
поступить. Дождаться, пока уставшая с дороги мать уснет, а затем перебежать
в комнату к Александру. Утром же как ни в чем не бывало снова лечь под бочок
к мирно посапывавшей маман.
— Ну так и где же покои наследного принца Стоунов? — не без
злорадства переспросила Камилла, по лицу Грейс поняв, что не ошиблась в
своих предположениях.
Ах, как они похожи! Двадцать лет назад и сама Камилла бегала тайком на
свидания, придумывая по пути небылицы, которые расскажет поутру ничего не
подозревающим родителям. И чем все кончилось? Нет, Грейс не повторит ее
ошибок. Она, Камилла, не допустит этого.
— Комната Александра на противоположной стороне коридора, вторая дверь
отсюда. Дальше по коридору — кабинет Ричарда и спальня Элизабет. —
Грейс забавно наморщила лоб, пытаясь вспомнить, ничего ли не
перепутала. — Да, именно такая последовательность. Александр, Ричард и
Элизабет.
— Забавно, я предполагала, что гостевую спальню Ричард устроил рядом со
своей комнатой.
— Мама, почему ты так строга к нему? По-моему, мистер Стоун...
— ...Образец для подражания, — продолжила за нее Камилла. — Я
уже слышала это, милая. Не повторяй, иначе у меня снова разыграется мигрень.
— Я надеялась, что вы подружитесь.
— Напрасно, милая.
— Вы ведь с Ричардом почти ровесники... Он лет на пять старше, да?
— На шесть, — выпалила Камилла и прикусила язык, но поздно.
На этот раз Грейс заметила оплошность матери.
— Какая точность! — восхитилась она. — Откуда ты знаешь?
— Понятия не имею, — отмахнулась Камилла. — В голове подчас
столько всякого мусора... Может быть, когда-то читала о нем в газетах.
— Может быть... — задумчиво повторила Грейс.
— А возможно, у меня появились экстрасенсорные способности и я, сама
того не ведая, научилась определять возраст незнакомых людей на расстоянии,
так сказать, с первого взгляда.
— Как любовь?
— Грейс, у тебя все мысли только о любви, — нарочито сердито
ответила Камилла.
— Вовсе нет.
— Интересно, чем еще заполнена твоя очаровательная головка? —
иронично поинтересовалась Камилла. — Знаю наверняка лишь одно: о своей
матери и тетке ты точно не думаешь.
— Неправда.
— Если бы ты хоть минуту в день тратила на мысли о нас с Джозефиной, то
не огорошила бы нас известием о помолвке с малознакомым юношей.
— Просто ты воспринимаешь меня как маленькую девочку. Другие в моем
возрасте становятся уже матерями.
— Спасибо, что напомнила.
На лице Камиллы появилось такое выражение, будто дочь оскорбила ее до
глубины души.
— О, мама, я не хотела тебя обидеть.
— Ты даже не представляешь, что мне пришлось пережить, чтобы поставить
тебя на ноги. Сколько унижений, страданий, труда и сил...
— Я знаю, знаю. — Грейс обняла Камиллу. — Я тебя очень-очень
люблю... спасибо.
— Ты будешь хорошей девочкой?
— Конечно.
— И мы улетим завтра домой?
— И мы улетим завтра домой, — покорно повторила Грейс.
7
— Леди, я вам не помешал?
— Конечно, нет, Александр, входи. — Грейс расплылась в счастливой
улыбке и протянула руку вошедшему.
— Миссис Бойл, вы отпустите Грейс погулять со мной? Я хотел свозить ее
на один из наших блошиных рынков.
— На барахолку? — с презрительной гримасой спросила Камилла.
Александр, похоже, ничуть не смутился.
— Можно и так сказать. Перед Рождеством там творится что-то
невообразимое. Можно за сущий бесценок купить настоящее сокровище.
— Неужели?
— На острове Гринвич, где, как известно, проходит нулевой
меридиан... — с увлечением начал Александр, но Камилла бесцеремонно его
перебила:
— Молодой человек, я хорошо училась в школе и знаю, чем знаменателен
Гринвич.
— Разумеется, — сконфузился юноша.
— Александр рассказывал мне, — продолжила за него Грейс, —
что на тамошнем маленьком рынке можно отыскать уникальные вещи: ручную
вышивку со всего мира, антикварные шляпки, перья, лампы, столики, огромные
розовые раковины... Поделки самих англичан — модели кораблей, засунутые в
бутылки, — память о былой славе морской державы, владычицы морей.
— Уверена, Александр тебе много чего успел рассказать, —
проворчала Камилла.
Грейс пропустила шпильку матери мимо ушей, чтобы не накалять и без того
взрывоопасную ситуацию.
— Мама, ты ведь не обидишься, правда, если мы с Александром немного
прогуляемся? Заодно я смогу купить сувениры из Англии и подарки для тети
Джозефины.
— Не выставляй меня перед Александром тираном. Разве я так уж часто
тебе что-то запрещала?
Грейс помотала головой.
— Там ведь ливень. Льет как из ведра... — вспомнила Камилла.
— Вообще-то дождь уже прекратился, — ответил Александр. — В
Лондоне такое бывает. Никогда не знаешь, какая погода будет через пять
минут. Выходя из дома даже в самое солнечное утро, лучше захватить зонтик.
— Тогда мы можем ехать в аэропорт! — оживилась Камилла.
— Мама, зачем сто раз менять планы? — заупрямилась Грейс. —
Раз уж мы решили лететь утром, то и полетим завтра. Тебе нужно отдохнуть.
Камилла готова была кусать локти от досады. Не стоило так быстро соглашаться
с отсрочкой возращения, теперь же и впрямь лучше не пороть горячку и не
нестись сломя голову в аэропорт. Один день ничего не изменит. Главное, что
Грейс не стала вставлять ей палки в колеса и устраивать скандалы в чужом
доме.
— Конечно, вы можете прогуляться, — миролюбиво сказала
Камилла. — Только возвращайтесь не поздно. Я очень устала и хочу лечь
спать пораньше.
— Мама, тебе вовсе не обязательно истязать себя. Я постараюсь вести
себя тихо, как вернусь. Ты даже не заметишь. Так что спи себе спокойно.
— Нет уж, я подожду. Так будет лучше. Кроме того, вряд ли мне удастся
сомкнуть глаза, зная, что моя дочь шатается неизвестно где.
— Не волнуйтесь, миссис Бойл. Я ведь буду рядом, — заметил
Александр.
— Вот это меня и волнует, молодой человек, — ледяным тоном
сообщила Камилла.
Она степенно поднялась с кровати и огляделась.
— Если не ошибаюсь, это дверь в ванную комнату?
Грейс кивнула.
— В таком случае не стану вас более задерживать. Чем раньше вы уйдете,
тем, смею надеяться, раньше вернетесь.
Грейс и Александр взялись за руки и вышли из комнаты с растерянными улыбками
на лицах.
— В присутствии твоей матери я чувствую себя как провинившийся
школьник, — шепнул на ухо Грейс Александр, когда они спускались по
лестнице.
Грейс прыснула.
— Она со всеми так?
— Не знаю. Если так, то не завидую ее деловым партнерам.
— Теперь я понимаю, почему она так и не вышла замуж... — Александр
осекся на полуслове и боязливо покосился на Грейс.
Она неуверенно пожала плечами.
— Думаю, дело не в ее характере...
— Да? Тогда в чем? Ты ведь не станешь отрицать, что твоя мать — писаная
красавица. Даже сейчас. Представляю, сколько поклонников у нее было в
молодости!
— Эй, я начинаю ревновать. — Грейс толкнула Александра локтем в
бок и рассмеялась.
— Ты видела, как отец смотрел на твою маму?
— Наверное, он был в шоке от ее манер. Прости, мне очень стыдно, что
мама устроила в вашем доме скандал. Я не думала, что так получится. Обычно
она куда сдержаннее себя ведет.
— Вообще-то отец смотрел на твою маму с восхищением.
— Неужели?
— Честное слово. Именно это и вывело из себя мою мать.
— Александр, ты слишком много фантазируешь. Романтизм нынче не в моде.
— Думаешь, у наших родителей могло бы что-нибудь получиться?
— Что за фантазии! — Грейс посерьезнела. — Ричард
действительно засматривался на мою маму?
— Теперь уже и я начинаю ревновать.
Грейс поцеловала Александра в щеку и мягко улыбнулась, заглянув в его карие
глаза.
— Брось. Я, как и моя мама, однолюб.
— Так вот, значит, в чем дело! — воскликнул Александр.
— Какое дело? — озадаченно спросила Грейс, остановившись.
— Твоя мама не вышла замуж, потому что так и не смогла забыть твоего
отца.
— Александр, я уже сказала, что ты чрезмерно романтичен. Мы живем в
двадцать первом веке. Детей скоро начнут делать в пробирках.
— Грейс, только представь, что случится, если твои родители снова
встретятся.
— Один шанс на миллион, — сухо ответила она. — Я никогда не
знала своего отца.
— Но он ведь существовал. Возможно, жив до сих пор...
— Александр, давай прекратим этот разговор. У нас осталось так мало
времени...
— Тогда давай не будем его терять. — Александр обнял Грейс за
талию и повел к входной двери.
Камилла закуталась в пушистый махровый халат, обнаруженный ею на одном из
крючков в ванной комнате. От него пахло духами Грейс. Камилла закрыла глаза.
Бедная девочка наверняка сейчас страдает и обвиняет мать. Однако у нее,
Камиллы, не было иного выхода. Она должна спасти Грейс. Пусть даже если
после этого дочь возненавидит ее.
Вытерев полотенцем волосы, Камилла открыла дверь ванной. В комнате мелькнула
чья-то тень. От неожиданности Камилла вскрикнула и осмотрелась. В спальне
никого не было.
Проклятые нервы совсем расшалились, тут же укорила себя Камилла, решив, что
тень — лишь плод ее воображения.
— Простите... — раздался сиплый мужской голос откуда-то из угла
комнаты, из-за японской ширмы. — Я не хотел вас испугать.
Камилла быстро пересекла комнату. Теперь они оба, Камилла и таинственный
незнакомец, были скрыты от посторонних глаз ширмой. Точнее были бы скрыты,
появись в комнате посторонний.
— Мистер Стоун, что вы здесь делаете? — с вызовом спросила
Камилла, инстинктивно плотнее закутываясь в халат.
— Называйте меня Ричардом. Так будет удобнее.
— Итак, Ричард, что вы здесь делаете?
— Пришел поговорить.
— А вас не учили стучать в дверь, прежде чем ее отворить? Я могла быть
неодетой.
Ричард не скрыл улыбку.
— Вообще-то именно на это я и надеялся, Камилла.
— Что вы себе позволяете?!
— Не кричите. Я не хочу, чтобы нас услышала Элизабет. Признаться,
именно поэтому я и не стал стучать в вашу дверь. Вы принимали душ?
— Как вы догадались? — язвительно спросила Камилла. — Вашей
жене не понравится, если она застанет нас наедине.
— По большому счету ей все равно.
Камилла вскинула брови.
— Вот как?
— У нас с Элизабет не брак, а что-то вроде деловой сделки. Общение с
другой женщиной Элизабет расценит как нарушение одного из бесчисленных
пунктов договора.
— А вы циничны, Ричард.
— Камилла, давай не будем продолжать эту комедию.
— Комедию? Я бы назвала происходящее драмой.
— Ты ведь тоже узнала меня, не так ли?
— Не припоминаю, чтобы мы встречались когда-нибудь прежде. —
Камилла отвернулась.
— Не верю. Такая любовь, как наша, не забывается.
Камилла резко развернулась, готовая плюнуть в лицо мужчине.
— И это говоришь мне ты?! Человек, предавший меня?! Бросивший на
произвол судьбы ради карьеры?! Что ж, я слышала, ты добился успеха. Грейс
боготворит тебя! Для нее ты — кумир. Один из виднейших английских юристов,
примерный семьянин, меценат, член доброй половины благотворительных обществ
Лондона. Не замешан ни в одном скандале... О твоих любовных интрижках не
судачит желтая пресса. Твои добродетели не перечесть...
— А ты, похоже, навела обо мне справки, — усмехнулся Ричард.
— Врага нужно знать в лицо, — отрезала Камилла.
— Врага? Я не думал, что ты... Впрочем, у тебя есть основания обижаться
на меня... Но, Ками, прошло столько лет!
— Измена не забывается.
— Измена?
— Да. Я смотрю, ты неплохо устроился. Сначала закончил учебу на денежки
своего отца, а затем окрутил богатую невесту. У тебя роскошный дом.
— Достался по наследству.
— Наследницей, разумеется, была твоя благоверная.
— Не понимаю, к чему ирония. Ты ведь первой предала нашу любовь.
Камилла окаменела.
— Что? Как у тебя язык повернулся сказать такое?! Я полюбила тебя с
первого взгляда! Я думала о тебе и днем, и ночью. Мечтала стать твоей женой
и нарожать тебе кучу детей. Мне было плевать, есть у тебя деньги или нет.
Купим мы собственный дом или всю жизнь будем ютиться в крохотной съемной
квартирке. Разве ты забыл о том, как поклялся мне в вечной любви? А наши
свидания по ночам? Ты ведь очень боялся, что твоему отцу станет известно о
наших отношениях! Еще бы! Я ведь не принадлежала к тому избранному обществу,
представительница которого от рождения заслужила право быть твоей законной
супругой. Кем я была тогда? Всего лишь девушкой из бедной семьи. А ведь я
тогда еще жалела тебя. Думаешь, мне нравилось, что ты вынужден постоянно
лгать отцу, прятаться и не спать по ночам? Но что я могла сделать? Для меня
было счастьем уже то, что я видела тебя, целовала, обнимала...
— Камилла... — Ричард взял ее руку в свою, но Камилла тут же
оттолкнула его.
— Ты спрашиваешь, помню ли я о тебе? Разве можно забыть твое первое
признание в любви? Мы стояли посреди шумного потока машин, на пересечении
Грин-авеню и Пятьдесят первой стрит... Мне было страшно, а ты смеялся и
обнимал меня. Я чувствовал себя тогда самой счастливой женщиной на свете.
Знала, что ты всегда будешь за моей спиной. Что, даже если я закрою глаза,
ты переведешь меня через дорогу... А затем было то Рождество... мы пришли
самыми последними к Нику и Сидни, потому что никак не могли вылезти из
постели. Помнишь, какой ты был тогда страстный и неутомимый любовник?
Ричард кивнул. Он смотрел на Камиллу не отрывая взгляда, словно боялся
упустить хот
...Закладка в соц.сетях
