Жанр: Любовные романы
Снега Колорадо
...иф слушал. Он не пытался подпевать, не подсказывал, какие песни
исполнять. Он просто слушал. Его спокойное восприятие отогрело самые дальние
замороженные утолки сердца Джесс, и она отложила гитару только тогда, когда
из-за ноющих пальцев не могла продолжать.
— Спасибо, — сказал Дэн.
— Не стоит. Уже давно у меня не было такого желания петь. Но что-то я
слишком увлеклась. Удивительно, что я не усыпила вас.
— Я говорю искренне, Джесси. Спасибо за ночь, которую я никогда не
забуду.
— И я тоже. — У нее возникло непреодолимое желание прислониться к
его плечу, но она встала. — Уже поздно.
— А вы, должно быть, устали. Джесси положила руку ему на плечо. Она не
была готова остаться одна.
— Не уходите.
У него на лице отразилось удивление и что-то еще, непонятное Джесс.
— Вы еще споете?
— Когда допью бренди. — Она глотнула напиток. — Вы... просто
потрясающий слушатель.
— Вам нравится выступать?
— Я предпочитаю сочинять. Дэн покачал головой.
— С вашим-то голосом... Она склонила голову набок.
— Что вы хотите сказать?
— Ничего такого, чего вы уже не слышали, — сказал он, поднимаясь с
дивана.
— Дэн... — ей хотелось сказать, как она рада, что ему понравились
ее песни, но шериф выскочил из комнаты, словно за ним гналась сотня
привидений. Он вернулся с парой одеял и бросил их на диван.
— Ложитесь на мою кровать, — пробормотал он. — Я буду спать
здесь.
— Нет. Малышка может проснуться. Я не знаю, как она спит. Дэн
заколебался.
— По-моему, это не очень хорошее решение.
— Почему? — Джесси захотелось обнять его, разгладить жесткую
складку у рта. Наверно, Дэн Макадаме не нуждается в ее жалости, но он
одинок, и она тоже. Ее сердце словно заледенело.
Дэн подошел к Джесс двумя стремительными шагами. Взяв ее за подбородок, он
скользнул ртом по ее губам.
— Не смотрите на меня так. Я привел вас сюда не для того, чтобы
соблазнять. — Взяв Джесси за плечи, он повернул ее к спальне и легонько
подтолкнул. — Я присмотрю за ребенком. Ни о чем не беспокойтесь.
Ступайте.
Шагнув в спальню, Джесс закрыла за собой Массивную сосновую дверь. Небольшая
комната освещалась лампой у изголовья кровати. В углу лежала куча одежды:
очевидно, из ящика, приспособленного под колыбель Джейн. В открытую дверь
был виден небольшой туалет с душем. На полке аккуратной стопкой лежали
чистые полотенца, и Джесси не удержалась от желания принять горячий душ.
Возможно, под струями обжигающей воды она не будет чувствовать себя такой
одинокой и замерзшей. Возможно, она перестанет жаждать объятий незнакомого
мужчины, способных защитить ее от завывающего ветра.
Когда Джесс уже закрывала душ, она услышала детский плач. Быстро вытершись и
натянув фланелевую ночную рубашку, она поспешила в комнату.
Дэн с отчаянным выражением держал на руках раскрасневшуюся, плачущую
девочку. Он снял свитер; под расстегнутой рубашкой виднелась обтянутая
майкой широкая мускулистая грудь.
Джесс взяла из его рук всхлипывающую девочку.
— Что случилось?
— Не знаю. Она внезапно проснулась и расплакалась. Я попытался кормить
ее, но она стала плакать еще сильнее.
Подняв малышку, Джесс похлопала ее по спинке.
— Она не может быть голодной. Вы ведь кормили ее пару часов назад?
— Да. — Дэн почесал голову. — Пока вы пели.
— Вы меняли ей подгузник?
— Э... нет.
Джесс отнесла ребенка на диван.
— Должно быть, все дело в этом. По-моему, Джейн терпеть не может быть
мокрой.
Сменив подгузники, она снова укутала девочку в футболку. Плач Джейн перешел
в икоту и затих на вздохе.
— Кажется, я начинаю понимать эту даму, — заметила Джесс.
— И всего-то? — Дэн с удивлением посмотрел на ребенка. — Все дело в мокрых штанишках?
— Вроде да. — Джесс уложила девочку обратно в ящик. — Ну вот
и все, крикунья, спи.
— Она до смерти перепугала меня, — признался Дэн. — Я решил,
что она умирает. Джесс накрыла девочку одеялом.
— Я тоже испугалась. Я посижу здесь, пока она не заснет.
— Отличная мысль. Я не прочь выпить еще чего-нибудь. Вы как?
— Спасибо, того же, что и вы. Дэн принес бренди и уселся на пол перед
Джесс.
— За сухие штаны, — чокнулся он.
— За сухие штаны. Будем надеяться, этих надолго хватит. Дэн поежился.
— Я такого крика больше не хочу.
— У вас нет детей?
— Нет.
— Так я и думала. Наверное, вы — закоренелый холостяк.
— Вы правы.
— И вам нравится жить одному.
— Нет. Я ненавижу это!
— Тогда почему вы еще не женаты? Не завели шестерых детей?
— Не всегда жизнь складывается так, как этого хочешь, Джесси. —
Отставив стакан, он обнял девушку за плечи. — Проклятье, я же дал себе
слово не делать этого!
— Не держи его, — прошептала Джесси, и он приник к ее губам в
страстном поцелуе.
Она ответила ему, обещая себе, что завтра уедет отсюда... одна. Эта ночь с
незнакомцем и ребенком навсегда останется у нее в памяти. Она больше никогда
не будет так близка к домашнему очагу, к материнству. Тем, кто в дороге,
нельзя иметь мужей и детей. Дэн оторвался от нее.
— Я долго жил один. До сегодняшнего вечера мне никто был не нужен.
— Я тоже не хочу оставаться одна, — призналась Джесс. Она сошла с
ума? Никогда в жизни ее не тянуло к незнакомым мужчинам.
— Не знаю, что выйдет из...
Она приложила палец к его губам.
— Шшш...
Дэн привлек ее к себе. Джесс Картер с готовностью подчинилась ему, уверяя
себя, что ничего страшного не произойдет и все, что случится сегодня ночью,
завтра не будет иметь значения. Так как эта ночь волшебная: она свела их
вдвоем, чтобы они заполнили любовью пустоту в своих сердцах, по крайней мере
на какое-то время, на одну ночь.
Ветер свирепо швырнул в окно снежный заряд, и Джесс вздрогнула.
— Мне не нравится такая погода, — прошептала она.
— А мне — нравится, ведь она привела тебя ко мне.
Джесс неуверенно оглянулась на девочку.
— Джейн...
— Заснула, — заверил ее шепотом Дэн. — Мы оставим дверь
открытой. Если девочка проснется, она во все горло заявит об этом.
Джесс стиснула ему руки.
— Скажи, что я не сошла с ума.
Он покачал головой.
— Мы оба обезумели.
— Тогда почему я так нервничаю?
— Ложись в постель, Джесси Картер, — прошептал Дэн, направляясь к
спальне. — Эту ночь мы с тобой не будем одиноки.
Его прикосновение было нежным и теплым. Сбросив вещи Джесси с кровати на
пол, Дэн откинул одеяло и указал на широкий матрац.
Забравшись в постель, Джесс аккуратно подоткнула под ноги ночную рубашку.
Дэн выключил лампу, и освещенным осталось лишь пространство перед печкой.
Джесс зачарованно смотрела, как Дэн снял брюки, рубашку и стащил майку,
обнажив мускулистые бедра и волосатую грудь. Затем он улегся рядом с ней в
кровать.
Джесс повернулась к нему. Она чувствовала, что этого мужчину не надо
бояться. Он обнял ее, и ее тело ответило легкой дрожью. Джесс обвила руками
его теплую шею. Прижимаясь колотящимся сердцем к ее груди, Дэн раздвинул
языком ей губы и целиком завладел ими.
Джесс провела ладонями по его плечам. Оторвавшись от ее губ, Дэн заглянул в
серые глаза девушки. Чувства он не ждал. Вожделения — да, с того самого
момента, как увидел Джесс. Волосы цвета меда и бархатный голос зачаровали
его.
А песни его соблазнили.
Дэн потянул вверх ночную рубашку, Джесси помогла снять ее с себя, и Дэн
отбросил рубашку на пол.
У него перехватило дыхание. Эта женщина так прекрасна — у нее небольшая
упругая грудь, изящная талия; ее кожа сияет, словно атлас. Дэн нежно провел
пальцем по ее телу, и Джесс поежилась.
— Ты замерзла. Забирайся под одеяло.
Джесси скользнула под одеяло, Дэн последовал за ней. Они легли лицом друг к
другу. Дэн не хотел торопиться; он старался сделать так, чтобы каждая минута
длилась час и ночь не кончалась. Он подтянул одеяло, закрывая обнаженные
плечи девушки, и его пальцы задержались у нее на шее.
Он прижал Джесс к себе, наслаждаясь прикосновением к ее телу. Вспыхнувшая
жаркая страсть ломала его намерение не спешить; руки Джесс у него на плечах,
ее губы слились с его губами — он легко мог потерять над собой контроль.
Дэн перекатил ее на спину, и она довольно вздохнула.
Он не торопился. Сначала он хотел попробовать ее всю. Медленными поцелуями
Дэн покрыл грудь Джесси, задержавшись, чтобы насладиться сосками.
Затем он стал спускаться ниже, целуя нежный живот. Погладив мягкую кожу
между ее бедрами, Дэн ощутил теплую влажность, а когда ласково провел
большим пальцем по узелку страсти, девушка громко застонала.
Он отвлекся на мгновение, чтобы надеть презерватив, и снова вернулся к теплу
ее тела.
Джесс заглянула ему в глаза, забывая, что всего несколько часов назад они
были незнакомы. Она попыталась улыбнуться, но Дэн, склонившись, прикоснулся
поцелуем к ее губам.
— Боишься?
— Надо бы, но не боюсь.
— Ты можешь довериться мне, — тихо проговорил Дэн.
И Джесси поверила ему. Она выгнула спину, и Дэн раздвинул ей бедра коленом.
Мучительно медленным, сладостным движением он проник внутрь. Пальцы Джесс
обхватили его ягодицы, призывая Дэна крепче прижаться к ней. Он двинулся еще
дальше, и девушка содрогнулась всем телом.
Джесси не имела представления, сколько времени прошло — минуты или часы, и
не хотела знать. Сплетенные в жарком безумии, они перекатились на бок, затем
Дэн лег на спину и посадил Джесс на себя. Он снова и снова двигался внутри
нее, словно понимая, что никогда больше не будут они вместе, а память об
этой ночи нужна, чтобы пылающим огнем согревать его долгой холодной зимой.
Но вот Джесс снова оказалась внизу, и они наконец слились воедино в
испепеляющем взрыве чувств.
Джесс долго лежала, прижимаясь к груди Дэна, прежде чем к ней вернулось
сознание того, кто она и где находится.
Дэн задышал ровнее, но его сердце продолжало громко биться. Он перекатился
на бок, но остался рядом, заботливо накрыв девушку одеялом.
— Закрой глаза, Джессика Картер. Мы притворимся, что вот так обнимаем
друг друга каждую ночь, что ты греешь свои пятки, прижимая их к моим ногам,
и ворчишь, когда я храплю.
Джесс чувствовала необъяснимое умиротворение. Она ожидала, что, когда все
кончится, ей станет не по себе, но теперь между ними возникла удивительная
близость.
— А ты храпишь?
— Не знаю, скажешь мне утром.
Но они проснулись задолго до того, как над горами заалел рассвет. Услышав
детский плач, Джесс выскользнула из объятий сонного Дэна и нащупала ночную
рубашку. Покормив Джейн и сменив ей подгузник, она негромко спела
колыбельную, и девочка снова закрыла глаза. В комнату вошел Дэн.
— Все в порядке?
— Замечательно, — прошептала Джесс. — Я сейчас вернусь.
— Жду.
Он подбросил в печь два полена, проверил, нет ли сквозняка. Подойдя к окну,
приоткрыл занавеску.
— По-моему, худшее позади. Уложив заснувшего ребенка в постель, Джесс
подошла к Дэну.
— Я вернулась...
— Отлично. — Дэн обнял девушку, положив подбородок ей на темя, и
провел рукой по прикрытому фланелью бедру. — Сними эту проклятую
штуковину.
Рассмеявшись, Джесси позволила ему отнести себя в спальню. Снова раздевшись,
они забрались в тепло, под одеяло.
— Мне по-прежнему ничего о тебе не известно, — сказала Джесси,
прикасаясь к волосам у него на груди.
— Возможно, нечего и узнавать.
— Была ли когда-нибудь миссис Шериф?
— Джесс, мне бы не...
— Так была? — оборвала его Джесс. Дэн вздрогнул.
— Да, к счастью.
— И?.. — не терпелось ей.
— Она умерла в прошлом году. От рака. Не этого ждала Джесс, и при виде
потускневших глаз Дэна у нее защемило сердце.
— Прости...
— Я успел приготовиться к мысли, что она умрет. Но она... она очень
страдала. — Дэн молча уставился на стену. — До сих пор не могу
привыкнуть к одиночеству в эти проклятые зимние ночи.
— В таком случае я рада, что составила тебе компанию, — выдавила
Джесс. Она протянула руку, и Дэн прижал ее к своей груди. — Расскажи о
ней. Как ее звали?
Дэн колебался долю секунды, затем печально улыбнулся.
— Хорошо, если ты хочешь. Ее звали Кэрол. Джесс слушала его рассказ о
том, как они вместе играли в детстве, как вместе росли. О том, как вместе
учились и поженились в колледже. Как купили участок земли в горах и
построили бревенчатый дом с видом на долину, от которого захватывало дух.
Дэн рассказал об академии, в которой учился, и о работе Кэрол, о планах
завести детей и научить их кататься на лыжах. А потом — о болезни Кэрол, ее
мучениях, о похоронах. И о том, как продал дом и переехал в городок по
другую сторону гор.
Джесс держала его руку, слыша отголоски боли в каждом слове. Дэн говорил о
любви, преданности и смерти, и ей становилось жалко себя за то, что ей
вскружил голову самовлюбленный гитарист, у которого эгоизм размером со штат
Миннесота.
— Ты не должен оставаться один, — прошептала Джесс. — Это
несправедливо.
— Справедливо или нет, но это так. — Дэн повернулся к ней. —
За исключением сегодняшней ночи.
Он медленно ласкал ее тело руками и губами. Нежные прикосновения и поцелуи
заставили Джесс вскрикнуть, и Дэн снова проник в нее. Он двигался
неторопливо и уверенно, выясняя, что нравится Джесс, но затем учащенно
задышал, захлестнутый страстью.
Наконец, прильнув друг к другу в темноте, они заснули.
— Ты точно совсем не хочешь есть?
— Да. — Уронив сумку у двери на кухню, Джесси водрузила на нее
подушку. Я как-то не привыкла завтракать.
Дэн кивнул на стол, на котором стояла кружка.
— Я приготовил кофе.
— Спасибо.
Джесс неохотно уселась напротив него. Ей не хотелось продлевать расставание
с Дэном, расставание с Джейн. Она устала от прощаний. Особенно от
трогательных, стискивающих сердце и выжимающих слезы из глаз. Джесс
посмотрела на сидящего напротив мужчину. Свежевыбритый, в форме и со
значком, Дэн выглядел слишком официально и неприступно, и ей захотелось
плакать. Мужчины, любившего ее в эту ночь, утром уже не существовало. По
крайней мере, Джесс его не видела.
— Что станется с Джейн? — удалось выдавить ей из себя.
— Отвезут в детский дом и попытаются найти ее мать.
— А если не найдут?
— Думаю, родительские права будут аннулированы и девочку удочерят.
— Хорошие люди? Дэн кивнул.
— Я прослежу за этим. Даю слово — Спасибо.
Джесси попыталась не обращать внимания на комок в горле. Она словно
разговаривала с совершенно незнакомым человеком: холодные глаза, вежливый,
но отчужденный. Этот ли мужчина любил ее так страстно ночью?
Дэн выплеснул остатки кофе в раковину.
— Я связался с полицией штата. Дороги расчищены. Поезжай с небольшой
скоростью, и все будет в порядке.
Что ж, намек понят. Джесси подошла к лежащей в ящике девочке. Опустившись на
колени, протянула ей палец.
— Прощай, малышка. Мне было с тобой хорошо, и я буду скучать по тебе.
(Джейн, улыбнувшись, загукала.) — Может быть, я напишу песню,
специально для тебя. Слушай радио, возможно, и услышишь, я спою ее для тебя.
Она поспешно отошла, чтобы не расплакаться. Пора уезжать. Судя по выражению
лица стоящего у двери человека, он никак не может дождаться этого.
— Я отнес гитары и одеяло в машину.
— Спасибо.
Взяв свои пожитки, Джесс задержалась у двери. Окинув девушку долгим
взглядом, Дэн привлек ее к себе, быстро и неловко поцеловал.
— Не оглядывайся, — проворчал он, открывая дверь.
Джесс вышла на улицу, чувствуя, что у нее дрожат ноги. Ему так не терпелось
поскорее избавиться от нее, что он расчистил дорожку к стоянке.
Она обернулась, чтобы бросить на него прощальный взгляд. Но дверь уже была
закрыта, и это развеяло последние сомнения. Итак, она едет в Нашвилл. Она
будет богатой и знаменитой. И одинокой.
Сглотнув слезы, Джесс плюхнулась на сиденье. Переборов желание последний раз
взглянуть на дом, она вывела фургончик на расчищенное шоссе.
Нет смысла задерживаться в Колорадо.
Дэн отвернулся от окна только тогда, когда Джесс скрылась из виду. Девочка,
которую он держал на руках, всхлипывала, пытаясь ухватить его за подбородок.
— Что ж, вот и все, — сказал он ей. — Уехала. Вернувшись в
комнату, он сел на диван. В доме стало пусто, уныло и тихо, лишь в печке
потрескивали дрова.
Дэн попытался улыбнуться, но его лицо словно застыло.
— Наверное, хорошее просто не может длиться долго. — Он протянул
девочке большой палец, и ее прикосновение странным образом успокоило
его. — Не бойся, малышка, что бы ни случилось, я позабочусь о тебе.
Глава 4
— Джесси, это безумие. Ну скажи, что ты этого не сделаешь.
— Нет. — Джесси кинула в набитый чемодан джинсы, не глядя на
мечущегося Билли. — Ты этого не услышишь. Я... устала. Турне закончено,
и в этом году я больше не сяду в автобус.
— Не понимаю, почему ты не можешь отдохнуть в Нашвилле, —
проворчал Билли, усаживаясь на постель. — Ты немного устала, но из
этого вовсе не следует, что ты должна вылезать из автобуса неизвестно где.
Почему ты не можешь вернуться вместе с нами?
Джесс поставила чемодан на пол.
— Потому что ты заставишь меня работать. Она обратила внимание, что он
не стал спорить с этим утверждением.
— Хотя бы скажи, куда ты направишься, — взмолился Билли. —
Вдруг мне понадобится связаться с тобой.
— И снова завалить меня работой? И не думай. — Натянув свитер,
Джесси собрала волосы в хвостик. — За прошедшие несколько недель мы
виделись с тобой сотни раз. Все вопросы решены.
Перекинув через плечо сумочку, она взяла обшарпанный кофр и пнула ногой
чемодан к выходу из автобуса.
Вздохнув, Билли протиснулся мимо нее и поднял чемодан.
— Раз уж ты полна решимости убраться отсюда...
— Я вот уже три года не была в отпуске, а ты пытаешься пристыдить меня
Выбравшись из автобуса, Джесс посмотрела на автостоянку, где сиял белизной
ее новенький джип — он умчит ее подальше от автобуса, в котором она прожила
девять месяцев.
— Где мы сейчас?
— В Каспере, штат Вайоминг. Куда девать чемодан?
— Положи его в джип, Билли. Бросив гитару на заднее сиденье, Джесс
задержалась и потрепала Билли по плечу.
— Спасибо за все.
— Хоть позвони мне, когда устроишься, — проворчал Билли, —
чтобы я был спокоен за свою любимую певицу.
— Позвоню. Обещаю. — Скользнув за руль, она завела двигатель и
опустила стекло. — Не беспокойся обо мне, Билли. Я вернусь с целым
чемоданом новых песен.
Билли усмехнулся.
— Да, неплохо бы. К весне у нас контракт на новый альбом, а затем мы
отправляемся в летнее турне.
— Мог бы не напоминать.
Помахав на прощание, Джесси тронулась со стоянки. Через несколько минут ее
джип уже мчался по 25-му шоссе на юг.
В Колорадо...
Джесс включила радио.
— А теперь, — неторопливо говорил диск-жокей, — я поставлю
песню в стиле
кантри
, которую вы хорошо знаете. Три года назад с нею
ворвалась в хит-парад очаровательная дама.
Снега Колорадо
разбили наши
сердца, и мы влюбились в... Джесси Картер!
.
Она выключила радио, прежде чем гитара успела сыграть три первых аккорда.
Эта песня принесла ей кучу денег, сделала знаменитой, но Джесс до сих пор
смущалась, слыша себя по радио К тому же, подумала она с уже ставшим
знакомым щемящим чувством, неизвестно, сможет ли она написать еще хоть одну
песню.
— Пойдем, Анна. Папе пора на работу. — Дэн сверился с настольными
часами. И папа опоздал. Опять.
Девочка взяла в руки плюшевую собачку.
— Идем.
Дэн открыл дверь, и они вышли в тихий коридор в той части гостиницы, где
располагалась их квартира. Спустившись по черной лестнице, они миновали
шумную кухню и вышли на улицу. Деревянные фасады старинных домов по Главной
улице сияли в лучах солнца, но ветер был холодный и напомнил о надвигающейся
зиме.
— Я буду принцессой. Или чудовищем.
— Замечательно, — согласился Дэн, беря девочку за руку.
Они прошли вниз по улице два квартала до детского сада. Открыв входную
дверь, Дэн остановился.
— Поцелуй меня, — сказал он, наклоняясь к маленькому круглому
личику. Девочка чмокнула его в нос и рассмеялась, когда он скосил глаза.
— До свидания, папа.
— До вечера.
Дэн вернулся к центру города. Гостиница
Золотой слиток
стояла между
зданием Оперного театра и баром
Беглый преступник
в самой высокой части
Голд-Сити. Сделав петлю на вершине холма, улица спускалась вниз по
противоположному склону и меньше чем через милю оканчивалась там же, где и
начиналась, — в нижней части города. Из Голд-Сити выходила лишь одна
ухоженная дорога, которая, попетляв двадцать миль среди гор, выходила на
автомагистраль, пересекающую Колорадо с востока на запад.
В хорошую погоду до Денвера езды меньше двух часов, но Дэн редко наведывался
туда. В этом не было необходимости.
Он посмотрел на горы, которые скоро засыплет снег. Уже октябрь... снова
октябрь. Годы летят. Анне уже четыре. И скоро она начнет задавать вопросы,
на которые будет нелегко ответить.
Может быть, ему надо поставить на проигрыватель
Снега Колорадо
и
попытаться найти ответ на то, чего он сам не понимает? Дэн пожал плечами,
недоумевая, почему сегодня с самого утра не находит себе места. Возможно,
надвигается буран. Ускорив шаг, Дэн поспешил наверх, к чашке горячего кофе.
Закусочная стояла заброшенная, с заколоченными окнами.
На двери висела броская табличка
Сдается
. Джесс долго смотрела на
закусочную, прежде чем вышла из машины. Возможно, Дэн до сих пор живет в
домике сзади.
Она прошла по узкой дорожке, усыпанной гравием. Домик остался таким же,
каким она запомнила его, но теперь вокруг него пышно разрослись сорняки. В
тот раз белый от снега, теперь он казался мрачным и угрюмым.
Джесс заглянула в окно. Пусто... Что ж, она поежилась от холода, вот и все.
Дэн Макадаме уехал Бог знает куда, а у малышки Джейн, должно быть, новая
семья и новое имя. Джесс заморгала, борясь со слезами. Чего еще она ждала?
Что Дэн будет ждать ее у двери?
Глупые мечты. Всего-навсего глупые мечты.
Вернувшись в машину, Джесс изучила захваченные в Денвере карты. Она
пролистала туристские проспекты в надежде, что ее что-нибудь привлечет. Ей
не хотелось второй раз оказаться застигнутой ночью в этих горах.
Голд-Сити. Окунитесь в Золотую Лихорадку в самом сохранившемся поселке
старателей Колорадо! Остановитесь в гостинице Золотой слиток
, поиграйте в
барах и салунах на Главной улице, насладитесь захватывающей жизнью Дикого
Запада
.
Джесс всегда хотелось побывать в таком городке. На цветных снимках Голд-Сити
выглядел так, словно на улице вот-вот появится Малыш Билли. И, судя по
карте, он достаточно близко, чтобы успеть туда до ночи. Если, конечно, она
не заблудится. Можно остановиться и в Денвере, но Джесс устала от больших
городов. По крайней мере, сегодня вечером ей хочется чего-то иного.
Джесс отвернулась от закусочной, пытаясь отогнать разочарование. Внезапно
она почувствовала себя очень-очень усталой.
Слава Господу, день выдался таким, как и предыдущие. Гостиница заполнена
меньше чем наполовину, что характерно для октября. Позднее, с наступлением
горнолыжного сезона, по выходным она будет заполняться до отказа. Но пока
Дэн был не против затишья. Можно разобраться с бумагами и навести порядок в
кабинете.
Он сдвинул стопку бумаг на край стола. Обшитая темным деревом комната
заросла пылью. Дэн унаследовал этот кабинет, как и всю гостиницу. На стенах
висели фотографии его брата Уэйда и его жены Сюзи. Дэн посмот
...Закладка в соц.сетях
