Жанр: Любовные романы
Опасный мужчина
...ом. Причина заключается в
следующем: если ты очень сильно
чего-то хочешь, ты должна добиться этого или потерять всякую надежду на счастье.
Стоило ли говорить Джесси, что у нее, Тори, не было выбора?
Диего привез ей бальное платье, которое сеньора Вальдес начала шить десять
месяцев назад. Его, наконец, закончили.
Серебристо-фиолетовая ткань искрилась в свете ламп.
- Я подумал, что оно тебе понравится, - произнес Диего торжественным
голосом. - Тетя Бенита сказала, что ты
сама придумала этот фасон, и я велел портнихе доделать платье.
- Да... Диего, я не знаю, что и сказать. Спасибо. Ты так добр ко мне.
- Я просто хочу снова увидеть улыбку на твоем лице. Нет, настоящую улыбку.
Прежнюю. Сейчас твои губы лишь
немного изгибаются, словно у тебя болит живот.
Она засмеялась. Иногда он раздражал Тори, а иногда забавлял.
- Ты неисправим. Почему ты такой капризный?
Он усмехнулся:
- Я всегда брал пример с моей старшей сестры. - Он встал и направился к
Тори. Улыбка исчезла с его лица. - Ты
уверена, что на самом деле хочешь вернуться в Бостон?
- Да, конечно. Здесь мне нечего делать. Я никогда не буду чувствовать себя
комфортно в Буэна-Висте. Ты прекрасно
справляешься со всеми обязанностями, производишь вино, которое пользуется
успехом у торговцев. Думаю, ты станешь
превосходным бизнесменом, Диего.
- Возможно. Я многому научился у отца, хотя некоторые уроки сейчас следует
забыть. - Он помолчал, потом
внезапно произнес: - Я знал, что он обманывал людей, но мне лишь недавно стало
известно, что он продавал оружие
наемникам и в другие страны. Я считал этот бизнес вполне законным и не
задумывался о его оборотной стороне. Тогда я был
молод и глуп, восхищался изобретательностью отца и думал, что если общество
разрешает торговать оружием, оно
заслуживает того, к чему приводят эти сделки. Увидев истинное лицо дяди
Себастьяна, я понял, что выгляжу не лучше его. Я
не хочу быть таким, как он, Тори. Мне было бы неприятно видеть страх в глазах
мужчин, замечать, что при моем появлении
женщины испуганно прижимают к себе детей, словно я способен причинить им вред
или похитить. Все это кажется мне
отвратительным.
Убрав руки за спину, он принялся ходить по комнате. Через некоторое время
Тори показалось, что Диего забыл о ее
присутствии. Но он посмотрел на нее своими ярко-синими глазами и тихо сказал:
- Знаешь, я убил его. Себастьян умер не от лихорадки, как было объявлено,
он был заколот шпагой.
- Диего, ты не обязан рассказывать мне об этом.
- Знаю. Но ты должна знать правду после всего, что пережила. Должна знать,
что он заплатил за все, что совершил и
собирался совершить. Он считал меня молодым и глупым. Однажды даже назвал меня
беспомощным птенцом. - В комнате
раздался жесткий смех Диего. - Но очень скоро дядя понял, как сильно ошибался. Я
научился кое-чему на уроках
фехтования, которые все эти годы оплачивал мой отец. Я подкараулил Себастьяна на
берегу, возле винных погребов.
Кажется, пастухи поняли, что произойдет, и исчезли, оставив нас наедине. Он
засмеялся, Тори - засмеялся! - когда я
вызвал его на дуэль. Вскоре он перестал смеяться... Волны смыли его кровь с
песка. Тогда я обрел свободу. Ты тоже стала
свободной. И наша мать стала свободной, хотя, по-моему, ей уже все безразлично.
Она отправилась в монастырь, куда, как
она сказала, ей следовало уехать много лет назад. Когда я навестил ее, она
показалась мне умиротворенной. Безмятежной.
Диего стоял на середине комнаты, слегка задыхаясь, словно признание отняло
у него много сил. Тори подошла к брату
и обняла его так, как не обнимала с того времени, когда ему было семь лет. Он
тоже обнял Тори, похлопал по спине и
смущенно пробормотал слова любви.
Чтобы не вызывать у брата чувства неловкости, она оттолкнула его и
произнесла:
- Ты задерживаешь меня. Тебе будет стыдно перед друзьями, если твоей
бедной некрасивой сестре придется стоять в
одиночестве у стенки... Уходи. Я должна привести себя в порядок перед балом.
Диего усмехнулся:
- Ты не можешь выглядеть плохо. Не знаю, в чем тут дело, но ты стала еще
красивей. Сначала мне показалось, что ты
слишком худенькая, а твои скулы чересчур остры, но сейчас я вижу, что они делают
твои глаза крупнее. Сегодня кавалеры
будут осаждать тебя, Тори, так что надень самые удобные туфли.
- Я не буду танцевать. - Тори напряглась, пытаясь прогнать воспоминания о
горном лагере и похотливых глазах.
Удивленный Диего сказал:
- Даже со мной? Я надеялся, что мы потанцуем вдвоем, как в детстве.
Помнишь, ты слушала музыку в патио?
- Помню. Я не хочу танцевать, Диего. Извини меня. Я не могу объяснить это.
Должно быть, на ее лице отразился внезапный страх, отвращение к танцу.
Диего кивнул и ответил, что понимает ее.
- В любом случае твоя красота восхитит многих мужчин, они будут подносить
тебе шампанское, и у тебя не
останется времени на танцы. - Он шагнул к двери, потом ободряюще посмотрел на
сестру. - Ты должна выглядеть
превосходно, потому что я приготовил для тебя сюрприз.
- Надеюсь, ты не собираешься знакомить меня с очередным претендентом,
который, по-твоему, будет более
подходящим женихом, чем Питер Гидеон! - Диего внезапно нахмурился, а Тори
улыбнулась. - Право, Диего, ты не
слишком деликатен.
- Но если мне не удастся уговорить тебя остаться в Сан-Франциско, сердца
многих мужчин окажутся разбитыми.
Здесь у тебя большой выбор, hermana . Позаботься о своем виде. - Усмехнувшись,
он направился к выходу, у двери
остановился и произнес: - Надень новое колье, которое я купил тебе!
Тори огорченно покачала головой. Диего отказывался смириться с ее скорым
отъездом. Но он должен понять, что она
не может остаться. Здесь ее преследовали воспоминания. Слишком многое напоминало
о случившемся.
О, она ничего не смогла забыть. Вчера она отказала Дейву Броку, умолявшему
ее остаться и выйти за него замуж.
- Ты знаешь, что я не могу, Дейв, поэтому больше не проси меня. Я должна
забыть свое прошлое.
- Дело в нем, верно? В Нике Кинкейде? Ты уезжаешь из-за него. -
Рассерженный и огорченный, он сжал руки Тори,
игнорируя ее попытки освободиться. - Ты так прекрасна, тебе нужен человек,
который будет по-настоящему любить тебя! Я
мог бы стать им, если бы ты позволила, если бы забыла этого проклятого
разбойника. Он обыкновенный авантюрист.
Возможно, сейчас фортуна улыбается ему, но это продлится недолго. Она не
задерживается возле таких людей. Он принесет
тебе одни неприятности. Он устанет искать золото и разводить скот. Рано или
поздно сорвется с места и отправится на новую
войну. Неужели ты не видишь это?
Мягко освободив свои руки, Тори вздохнула:
- Конечно, вижу, Дейв. Я уезжаю не из-за Кинкейда. Столько всего
произошло...
- Но с твоего брата уже сняты все обвинения. Они все равно ни к чему бы не
привели, ведь он дружит с губернатором
и ни в чем не замешан. Человек, скрывающий информацию от властей, - еще не
преступник. Если бы это считалось
преступлением, слишком многие оказались бы за решеткой.
Расстроенный Дейв посмотрел на Тори с тоской в глазах. Она удивилась,
когда он произнес с жаром в голосе:
- Мне следовало убить Кинкейда! Я жалею, что не сделал этого, когда у меня
была такая возможность!
Тори изумленно округлила глаза, и Брок добавил с мрачным видом:
- Я видел его с тобой на берегу. Было ясно, чем вы занимаетесь. Потом ты
убежала, и я подождал минуту, собираясь
спуститься вниз и разобраться с ним. Но я беспокоился... Ты казалась такой
растерянной, и я пошел за тобой, чтобы
убедиться, что ты благополучно добралась до дома. - Он тяжело вздохнул и
нахмурился еще сильнее. - Во время того
обеда я хотел, чтобы ты поняла, что он собой представляет. Когда я заговорил о
дуэли, ты назвала его убийцей, я решил, что
ты сама все осознала и у меня теперь есть шанс. Похоже, я ошибся.
- О, Дейв, извини. Ты хороший друг и настоящий мужчина, но я не люблю
тебя. Пожалуйста, прости меня.
Перед уходом Дейв поклялся сделать все возможное, чтобы завоевать ее
сердце.
- У меня есть земля, - добавил он, - моя сестра и ее муж помогают мне
добиться успеха. Когда-нибудь он
обязательно придет ко мне.
- Знаю, Дейв. Я не сомневаюсь в этом. Возможно, когда я вернусь в Бостон,
ты навестишь меня.
Когда он ушел, Тори покрутила кольцо с бриллиантами и аметистом, вспомнила
об обещании, данном Питеру
Гидеону, и попыталась представить себе лицо священника. Ей не удалось даже
мысленно воссоздать его облик. Светлые
волосы Питера оказывались слишком темными и длинными, как у индейца; зеленые
глаза почему-то заслонялись желтыми,
волчьими, сверкавшими, точно старые испанские монеты.
"Господи, мне следует уехать, пока я не довела себя до безумия", -
подумала Тори.
Глава 29
Вестибюль Астор-хауса был заполнен элегантно одетыми мужчинами и
женщинами. На стенах и деревянной обшивке
блестела свежая краска. Высокие пальмы в кадках почти заслоняли собой
французские обои. В танцевальном зале висели
самые роскошные люстры, какие можно было увидеть в Сан-Франциско. В нише на
возвышении расположились музыканты.
Официанты в форме сновали взад-вперед с подносами, хотя после обильного обеда не
многие гости интересовались едой.
- У тебя такие холодные руки, - сказал Диего сестре, слегка нахмурившись -
Ты волнуешься?
- С чего мне волноваться? - На ее лице появилась натянутая, безрадостная
улыбка, к которой Диего уже привык. Он
вздохнул. Молодой человек хотел узнать, что произошло за те недели, которые она
провела с Ником Кинкейдом. Интуиция
подсказывала Диего, что ему не следует задавать вопросы. Если прежде глаза Тори
были смеющимися, дразнящими, то
теперь они стали безучастными. Ее редкий смех казался неожиданным и фальшивым.
Что сделал этот cabron? Почему лицо
Тори было таким печальным? После своего приезда в Сан-Франциско Диего лишь
однажды видел Кинкейда. Они
посмотрели друг на друга точно два кобеля - настороженно и враждебно, Дон
Мариано встал между ними и предложил
разойтись.
Диего был уверен, что страдания Тори вызваны Кинкейдом, хотя она отрицала
это. Девушка сказала брату, что попала
в дурную компанию, а Кинкейд спас ее. Больше она ничего не сообщила, и Диего не
стал выпытывать у нее подробности.
Однако был убежден, что Кинкейд является причиной ее неприятностей. Он не забыл
тот день, когда Тори решила убежать с
Кинкейдом. Когда он увозил ее на своем огромном черном мерине, его холодные
глаза излучали властность. Это произвело
сильное впечатление на Диего.
Но сегодня он не будет думать о diablo Tejano и никому не позволит
вмешиваться в планы. Тори выглядела
великолепно, ее платье блестело при свете люстр. Она завладела вниманием всех
мужчин. Неужели Тори не знает, как она
красива? Ее темные волосы отливали медью, кожа имела персиковый оттенок, большие
фиалковые глаза, обрамленные
густыми ресницами, брали каждого за душу. Женственные линии ее изящной фигуры
подчеркивались смелым фасоном
платья, которое сидело на девушке безупречно. Его узкий вырез был глубоким, а
маленькие рукава с буфами позволяли
видеть красивые плечи. Волосы Тори собрала на затылке в узел и украсила букетом
цветов.
Dios mio! Его сестра, несомненно, заслуживала всеобщего восхищения, а не
затворнической жизни в доме
бостонского проповедника.
Когда они вошли в зал, музыканты играли вальс. Тори посмотрела на брата и
слегка сжала его руку.
- Диего, я должна сказать тебе кое-что.
- Говори. Ты знаешь, что я не люблю ждать. Изогнув губы в печальной
улыбке, огорчившей Диего, она кивнула:
- Да, знаю. Я купила билет на пароход, отплывающий завтра днем в Бостон. Я
слишком долго ждала, мне следовало
уехать раньше.
- Завтра!
Взволнованный Диего обвел взглядом комнату. Где же он? Этот человек вечно
опаздывает, он начисто лишен
пунктуальности, хоть и считает себя теперь деловым человеком. Вдруг он не
приедет вовремя? Опоздает на день? Это будет
непростительным промахом...
- Нет, Тори, ты не должна уезжать так рано. Чем вызвана эта спешка?
- Я хочу вернуться в Бостон и мечтала об этом со дня моего прибытия в
Калифорнию. Ты должен был знать это,
Диего.
- Да-да, но еще слишком рано. В это время года в океане бушуют штормы, и
тебе это известно.
Почти потеряв надежду, Диего перевел взгляд с хмурого лица Тори на дверь,
расположенную в конце комнаты, и тихо
выругался. Неужели... нет!
Запоздалый сюрприз шагал к ним через зал. Диего испытал облегчение и
радость. Слава Богу, подумал он, потому что
Тори выглядела так, словно была готова в любую минуту помчаться на пристань.
Он сжал ее руку, привлек к себе и произнес:
- Бостон приехал к тебе, hermanita.
Недоумевающая Тори медленно повернула голову и посмотрела в указанную
братом сторону. Ее лицо изменилось, она
бросилась навстречу приближавшемуся к ней высокому светловолосому человеку,
физиономия которого излучала
счастливую улыбку.
- Син! - закричала девушка.
Сделав три больших шага, она оказалась возле своего кузена. Тори
одновременно улыбалась и плакала. Она бросилась
в его объятия, не обращая внимания на людей, которые смотрели на нее и шептали
что-то друг другу. Элегантная прическа
тотчас развалилась.
- Это ты? Это действительно ты?
- Это я, Тори. Разве я изменился? Только не говори, что ты рада меня
видеть!
- О, ты этого не услышишь. Когда ты приехал? - Повернувшись, она с укором
посмотрела через плечо на Диего. -
Почему не сказал мне, что он здесь?
- Потому что он вечно опаздывает и я хотел сделать для тебя сюрприз. Я же
предупредил тебя насчет сюрприза.
Повернувшись к Сину, которого все еще держала за руку, Тори улыбнулась и
спросила:
- Почему ты приехал сюда?
- Чтобы увидеть тебя, конечно. Ты думала, что, покинув Бостон, сможешь
забыть обо мне? К тому же отец вложил
деньги в железную дорогу, и поскольку власти собираются строить
трансконтинентальную магистраль, когда Фремонт
найдет подходящую трассу, он попросил меня выяснить ситуацию... и повидать нашу
маленькую Викторию.
Слезы радости оставили полоски на щеках Тори, покрытых тонким слоем
рисовой пудры. Диего понял, что поступил
правильно. Да, появление кузена могло удержать девушку здесь, возле друга ее
детства. Син Райен был не в восторге от
планов Тори выйти замуж за радикально настроенного бостонского священника.
Возможно, вдвоем они сумеют переубедить
ее. Сделать это будет нелегко, но Тори вечно порождала проблемы. Если она
принимала какое-то решение, то упрямо
следовала ему.
Это хорошо знал и Ник Кинкейд.
Прислонившись к стене возле высокой пальмы, он вполуха слушал стоящую
возле него женщину. Его внимание было
сосредоточено на Тори Райен, радовавшейся встрече с высоким светловолосым
человеком - вероятно, Питером Гидеоном.
Конечно, это он. Ей нужен такой муж. Похоже, Гидеон сильно изменился с того
времени, когда Ник видел его. Он утратил
свою вкрадчивость и мягкость. Сейчас он казался бодрым и обаятельным молодым
жизнелюбцем. Ник перевел взгляд со
священника на Тори.
Когда он видел такую счастливую улыбку на ее лице? Это случалось лишь
несколько раз, в горах, когда она дразнила
его и смеялась над неизбежным возбуждением.
Но это было до встречи с Пикерингом, до событий, которые не должны были
случиться.
Очевидно, Тори постепенно приходила в себя после пережитого. Сейчас она
выглядела более эффектно, чем когдалибо.
Похудела, но это шло ей, подчеркивало изящество высоких скул, чувственную
линию губ, красивую форму глаз.
Однажды, когда они блестели в ночи, он назвал их кошачьими. На шее у Тори висело
колье, аметист в золотой оправе горел
между холмиками грудей, навевавших воспоминания, которые, вероятно, ему
следовало окончательно забыть.
- Лейтенант Кинкейд, - услышал он тихий женский голос. Резко отведя взгляд
от Тори, он заметил
приближающуюся Джесси Фремонт. - Как приятно снова видеть вас. И мисс Гибсон.
Спутница Ника, Сьюзан Гибсон, высокая рыжеволосая молодая женщина,
обладавшая многими достоинствами, не
последним из которых было родство с губернатором, ответила, что тоже рада видеть
миссис Фремонт.
- Мне едва удалось заставить лейтенанта Кинкейда отправиться сюда со мной,
- добавила она, улыбнувшись. - В
отличие от меня он считает приемы не развлечением, а нудной обязанностью.
Возможно, именно поэтому мы прекрасно
ладим - когда мне удается вытащить его в свет, я чувствую себя победительницей.
Он предпочитает посещать только
деловые встречи.
Ник нахмурился. Сьюзан начинала надоедать ему. Он находился здесь с ней
лишь потому, что нуждался в спутнице на
этот вечер. Мероприятие, которое обещало слегка развлечь его, теперь навевало
скуку. Да и Рой Мартин просил его собрать
информацию о человеке, каким-то образом связанном с Диего Монтойей. Мартин
назвал его родственником юноши.
Следовало выяснить, насколько законными будут предполагаемые сделки этого
человека, интересовавшегося
железнодорожным проектом.
Поэтому Ник оказался здесь. Джил, как всегда, опоздал на встречу, и
Кинкейд не располагал точным описанием
незнакомца, деятельность которого собирался расследовать. Он знал только, что
этот человек прибыл в Сан-Франциско на
пароходе сегодня днем. Нику предстояло отыскать неизвестного, точно иголку в
стоге сена.
Джесси Фремонт улыбнулась и покачала головой.
- Деловые встречи, лейтенант Кинкейд? Как забавно. Я никогда не считала
вас человеком со столь узкими
интересами. Особенно после всего того, что услышала от моего мужа о вашей бурной
жизни. Вы знаете, он хочет, чтобы вы
приняли участие в его следующей экспедиции. Ему нужен проводник, способный вести
по тридцать восьмой параллели. Он
должен закончить исследование, так неудачно прервавшееся в прошлом году.
Наверно, теперь, когда вы стали земельным
магнатом, вас не заинтересует это предложение.
За насмешливым тоном что-то скрывалось - возможно, невысказанный вопрос,
заставивший Ника посмотреть на
женщину более пристально. Она не из тех, кого легко одурачить, подумал он и
улыбнулся.
- Поскольку мы оба проводим разведку, миссис Фремонт, возможно, вы скажете
мне, почему ваш муж готовит новую
экспедицию. Насколько мне известно, он собирался на некоторое время задержаться
в Калифорнии. Теперь, когда в
Марипосе обнаружили золото, он стал богатым человеком.
- Это одна из причин, по которой ему нужен надежный проводник. Я слышала,
что вам тоже удалось пережить
морозы и не умереть от голода во время той снежной бури, которая едва не убила
моего мужа. Я хочу, чтобы его
сопровождал самый лучший проводник, если он все-таки предпримет вторую попытку.
- Не знаю, насколько точна ваша информация, - сказал Ник и посмотрел мимо
миссис Фремонт на Тори, которая
нежно обнимала своего жениха. Слегка удивившись охватившему его раздражению, он
сосредоточился на беседе. - Все
было не так просто. В какой-то момент я подумал, что нам придется есть конину.
- О, именно это я и имею в виду, лейтенант. Вам не пришлось есть лошадей,
и они благополучно перенесли это
испытание. Полагаю, ваша служба в отряде техасских рейнджеров подготовила вас к
любым тяготам.
Оторвав взгляд от мисс Райен - девушка была невероятно красива в платье,
отражавшем своими блестками свет
тысячи свечей, лицо Тори излучало радость, она смеялась, ее глаза сверкали, как
драгоценные камни, - он постарался как
можно спокойнее произнести:
- Этот опыт оказался полезным.
- Право, - скучающим тоном проговорила Сьюзан, - нельзя ли сменить тему? Я
устала от разговоров о железной
дороге и проводниках. Музыканты исполняют чудесную испанскую мелодию. Давайте
посмотрим на танцующих.
Бестактность девушки не шокировала миссис Фремонт. Она просто улыбнулась.
- Вы должны извинить нас, выросших в мире политики, мисс Гибсон. Разговоры
о железной дороге и проводниках
являются развлечением для тех, кто обычно обсуждает проблемы законотворчества и
экспансионизма.
Сьюзан с недоумением посмотрела на молодую женщину. Ник усмехнулся и
объяснил:
- Отец миссис Фремонт - Томас Харт Бентон, сенатор Соединенных Штатов,
добивающийся аннексии Техаса. Его
считают политическим провидцем.
- О, я не понимала, почему... - Сьюзан смущенно замолчала. Было видно, что
она и сейчас ничего не поняла.
Переглянувшись с миссис Фремонт, Ник пожал плечами:
- Я ценю вашу веру в мои способности, миссис Фремонт, но боюсь, молва
преувеличивает мои заслуги.
- О нет. Мисс Райен сказала мне, что все это правда. Если бы не ваши
навыки, вы бы оба умерли в Сьерре и вас бы
нашли только весной.
Его улыбка стала более напряженной.
- Вы хорошо знаете мисс Райен?
- Очень хорошо. Она замечательная девушка. Чрезвычайно умная, прекрасно
разбирающаяся в текущих событиях и
готовая бороться за права женщин после своего возвращения в Бостон. Мне очень
жаль, что она скоро покинет СанФранциско.
Новые территории нуждаются в таких умных женщинах. - Посмотрев мимо
Ника, она внезапно добавила: - А
вот и Чарлз. Я должна поговорить с ним, прежде чем он затеет очередную
нескончаемую дискуссию о проводниках, реках и
дорогах. Вы, мужчины, любите эти темы, а мы их лишь терпим. Извините меня. О,
лейтенант, если вы имеете влияние на
мисс Райен, попросите ее задержаться в Калифорнии.
Сьюзан Гибсон пробормотала:
- Какая разговорчивая женщина.
- Она не только разговорчива, но и достаточно умна, чтобы написать
двухсотстраничный отчет о путешествиях
своего мужа-топографа. Она так хорошо выполнила эту работу, что конгресс
распорядился о распространении десяти тысяч
экземпляров этой книги. Если бы не этот отчет, Запад не привлек бы к себе
столько поселенцев.
- Господи, Ник, - рассерженно сказала Сьюзан, - почему ты злишься?
Сьюзан была права. Не стоило винить ее за то, что в отношениях с мужчинами
она больше полагалась на свою
внешность, нежели на мозги. Не каждая женщина могла соперничать с Викторией
Райен. Она была находчивее и отважнее
большинства мужчин. Иногда он вспоминал, как она вела себя во время переправы
через Салинес-Ривер, как сумела
справиться со страхом. Держалась с необычайной стойкостью, не жаловалась на
тяготы многодневных переходов. Он
никогда не забудет выдержку и смелость, проявленные Тори в горном лагере и
позволившие ей пережить Глэнтона и
Пикеринга. Нет, эта картина навсегда останется в его памяти. Ник был уверен, что
Тори тоже не забыла ее.
Девушку не сломило тяжелое путешествие через горные перевалы, заваленные
снегом. Ник восхищался мужеством
красивой и страстной Венеры, обладавшей сердцем львицы.
Странно, что Джесси Фремонт попросила его задержать здесь Тори. Он никогда
не говорил о ней, не навещал ее после
возвращения в Сан-Франциско. Старался держаться подальше от Тори, не вмешиваться
в ее жизнь. Он уже и так причинил ей
немало страданий.
Слава Богу, Тори пережила все это и сейчас казалась счастливой, смеялась
вместе с братом.
Рой Мартин, похоже, считал, что Диего Монтойя тайно занимается новым
незаконным бизнесом. Однако федеральный
агент обязан никому не доверять. Джил полагал, что Диего искренне пытается
возместить ущерб, причиненный стране его
отцом. В любом случае деньги, которые Патрик Райен держал в разных банках по
всей стране, попали в руки государства, а
большое количество нового оружия загадочным образом появилось однажды ночью на
городской площади, что вызвало
изумление властей. Никто не знал, как этот арсенал оказался там, но Джил
догадался о том, кто его оставил. Ник согласился с
приятелем.
Сьюзан подтолкнула его, и он отвел ее в дальний конец зала, где находилась
ниша с музыкантами. Зазвучал очередной
величественный вальс.
- Потанцуй со мной, Ник, - пробормотала девушка, томно улыбнувшись ему.
Пожав плечами, он направился с ней на свободную площадку для танцев.
Он всячески старался продержаться до прихода Джила и отвлечься от мыслей о
Виктории Райен. Иногда посматривал
на человека, за которого она собиралась выйти замуж. Ник слегка нахмурился, чтото
вспоминая. Ему почему-то казалось,
что проповедник трезвости был высоким, очень худым и не столь раскованным.
Человек, стоящий возле Тори, явно
напоминал кого-то. В памяти Ника всплыло другое лицо - с неистовыми, горящими
глазами.
- Ник, о чем ты задумался? - Сьюзан надула губки, плотнее прижалась к
груди Ника, пытаясь завладеть его
вниманием. - Ты какой-то странный. С тобой все в порядке?
Он посмотрел на нее и отстранился.
- Со мной все в порядке. Просто мне есть о чем подумать. Ты хочешь, чтобы
я отвез тебя домой?
- Нет-нет. Я хочу остаться. Я просто...
Она принялась перечислять свои желания, заскулила тоном надоедливой,
прилипчивой женщины, и Ник мысленно
отключился. Ее слова проплывали мимо его сознания, и он понял, что смотрит в
сторону Тори чаще, чем следовало, замечая
при этом буквально все. Ник не приближался к ней, потому что боялся, что захочет
Тори, если увидит ее вблизи.
Он танцевал со Сьюзан до тех пор, пока не заметил идущего по многолюдному
залу Джила. Мексиканец явно
чувствовал себя неловко в костюме и галстуке. Его усы были аккуратно
подстрижены, черные волосы зачесаны назад, карие
глаза выражали смущение. Когда Джил приблизился к Нику, техасец усмехнулся.
- Ты стал франтом.
- Не желаю об этом слышать, Ник. - Раздраженно выпустив из себя воздух,
Джил посмотрел по сторонам. - Мы
можем поговорить где-нибудь наедине?
Ник проводил Сьюзан, поклонился ей и направился с Джилом в маленькую нишу,
образованную колоннами.
Остановившись, он прищурился и посмотрел на приятеля.
- Скажи мне, что ты узнал. И побыстрей. Я не хочу терять время на этом
чертовом сборище.
- Племянник Райенов - высокий, светловолосый молодой человек, довольно
симпатичный. Я целый час искал его
после прибытия парохода. Когда я оказался около его гостиницы, он уже выходил из
нее.
Ник внимательно посмотрел на Джила, потом повернулся, обвел взглядом
толпу, заметил Тори и ее жениха. Он указал
на них:
- Скажи мне, Джил, это он?
Джил повернулся, его глаза удивленно округлились.
- Да. Ты уже встречал его, amigo? Мисс Райен просто неотразима в этом
платье, верно? Caramba! Кажется, что она
излучает серебристое сияние. По-моему, я никогда не видел ее одетой столь
впечатл
...Закладка в соц.сетях
