Жанр: Любовные романы
Западня для евы
.... Зачем?
- Зачем подставили? Я бы сказала, потому, что вы оказались самой удобной
кандидатурой. А вот зачем убили, этого я
еще не знаю. Может, это дело рук ОБР, а может, тут поучаствовала другая сторона.
В любом случае они знали, как проникнуть в дом Кейд, как уничтожить данные
на всех компьютерах, как заманить вас
куда надо и когда надо, чтобы подставить. Для этого требовалось немало времени и
усилий. Либо Биссел, либо Кейд, либо
они оба были намечены к ликвидации. Как только узнаю - почему, с этой точки и
начну работать.
- Мы можем извлечь устройство прямо здесь. У меня тут есть местный умелец
с медицинской подготовкой, -
пояснил Рорк.
- Выньте его. - Рива потерла рукой шею. - Я хочу на него поглядеть.
- Подготовь все, что надо, - сказала Ева Ррр-ку. - А вас, Рива, я хочу
предупредить. Вы не должны обсуждать
случившееся вне этих стен. Даже с вашими адвокатами. Но я прошу вас связаться с
кем-нибудь из Секретной службы или из
окружения экс-президента - сами решите, с кем именно. Пусть устроят мне встречу
с кем-нибудь из ОБР. Только не с
мелкой сошкой: не хочу терять время на канцелярских зануд. Мне нужен кто-то,
обладающий реальным весом, - чтобы был
в курсе насчет Биссела и Кейд.
- Я попробую.
- Отлично. С электроникой пусть возится тот, кто в ней смыслит. - Ева
бросила взгляд на Рорка. - А полицейской
работой займусь я, если, конечно, кто-то вскроет эту консервную банку.
Рорк снял режим изоляции и вышел из кабинета вслед за Евой.
- Я думала, ты ей уже сказал про ОБР, про Биссела и Кейд.
- Я так и понял. Допускаю, что у тебя были основания так думать.
- Собственно, я потому и вцепилась тебе в задницу.
- Ясно.
- Между прочим, я все еще раздражена и раздосадована!
- Я тоже. Значит, нас уже двое.
- Позже я тобой еще займусь.
- Я внесу тебя в свое расписание.
Ева подошла к нему вплотную и, не вынимая рук из карманов, крепко, до
боли, поцеловала его в губы.
- Увидимся, - сказала она. - Я еду в управление. Скажи, пожалуйста,
Пибоди, что я ее жду.
Поскольку то, чем занимались асы из электронного отдела в домашней
лаборатории Рорка, было за пределами ее
понимания, Ева дала Пибоди задание отыскать Картера Биссела, а сама пробилась на
прием к доктору Мире.
- Ваша ассистентка начинает меня ненавидеть, - заметила она, входя в
кабинет.
- Нет, просто она очень строгая, когда речь заходит о расписании. - Мира
поставила на столик изящный чайник со
своим любимым чаем и указала Еве на глубокое темно-синее кресло.
В этот день Мира была в красном. "Нет, не совсем в красном, - поправила
себя Ева. - Наверняка у этого цвета,
напоминающего осенние листья, есть какое-то особое название". Шею Миры обвивало
тройное ожерелье из круглых золотых
бусинок, в уши она вдела пару маленьких золотых сережек в том же стиле. Туфли на
каблуках были в точности в цвет платья.
Ева никогда не понимала, как женщины этого добиваются. А главное, зачем им это
надо. Но на Мире ансамбль смотрелся
отлично. На ней всегда все смотрелось отлично. Ее собольи волосы с высветленными
прядками были стянуты назад и
сколоты каким-то сложным, перекрученным узлом на затылке. Вероятно, она опять их
отращивала.
Впрочем, как бы Мира ни одевалась и ни причесывалась, она всегда выглядела
бесподобно. И она ни капли не
походила на полицейского психиатра.
- Я полагаю, ваш визит имеет какое-то отношение к Риве Юинг? На сегодня
назначена ее проверка на детекторе лжи.
Вы просили, чтобы я занялась этим лично.
- Имеет. Но должна вас предупредить: этот наш разговор, любой разговор с
Юинг и результаты теста засекречены по
высшей категории. Только для меня, вас и майора Уитни.
- И чем вызвана такая секретность?
- Глобальный шпионаж, - ответила Ева и рассказала Мире все, что, по ее
мнению, та имела право знать.
- Значит, вы ей верите. - Мира глотнула чая и задумчиво вытянула губы
трубочкой. - Верите, что ее подставили,
что она ни в чем не замешана. Что она непричастна ни к убийствам, ни к той
предыстории, которая к ним привела.
- Да, я ей верю. И жду от вас подтверждения.
- А если результаты будут противоречить вашим ожиданиям?
- Тогда она отправится обратно в камеру и будет там сидеть, пока я не
дойму, в чем дело.
Мира кивнула.
- Она согласилась на третий уровень. Это очень тяжелый процесс. Вам ли не
знать.
- Я же его прошла. Вот и она пройдет. Мира пристально взглянула на Еву.
- Она вам нравится?
- Да, похоже на то. Но это не повлияет на результаты расследования. Ни в
ту, ни в другую сторону.
- Убийства были чрезвычайно жестокими, можно сказать, зверскими, -
заметила Мира. - Такой почерк считается
нехарактерным для государственных организаций... даже занимающихся шпионской
работой.
- Когда речь идет о шпионах, я ничему не удивляюсь.
- Вот они у вас никаких симпатий не вызывают, сразу видно, - улыбнулась
Мира.
- Нет. Между прочим, у ОБР есть досье на моего отца.
Мира сразу стала серьезной.
- Я бы сказала, в этом нет ничего неожиданного.
- Они послали оперативника следить за ним. Наша комната в Далласе была на
прослушке.
Мира отставила чашку.
- Они знали о вас? О том, что он с вами делал? Они все знали и не
вмешались?!
- Они все знали, это записано в досье. Они знали, что я сделала, чтобы
сбежать. Они там все прибрали за мной и
спустили дело на тормозах. Вот почему я не поклонница ОБР.
Мира нахмурилась.
- Тех, кто отдал приказ не вмешиваться, когда под угрозой были здоровье и
жизнь ребенка, следует запереть
пожизненно. Они ничем не лучше самого насильника. Я потрясена. Мне многое
пришлось повидать в жизни, я много читала,
много знаю, но сейчас я в шоке.
- Теперь я точно знаю, что эти люди способны на все. Но только на сей раз
им это не сойдет с рук.
- Вы собираетесь обнародовать дело Юинг?
- Чертовски верно!
Ева вернулась в отдел убийств, выбрав средством передвижения эскалатор, а
не лифт, чтобы дать себе время обдумать
свой следующий шаг. Войдя в "загон" для детективов и увидев за столом Пибоди,
она невольно вздрогнула: никак не могла
привыкнуть.
Поскольку ее напарница говорила по телефону, Ева прошла прямо в свой
кабинет. Она заперла дверь, влезла на стол и
потянулась к панели в потолке, за которой прятала свой тайный запас сладостей.
Ей надо было подзарядиться. Мир не погибнет за те десять минут, что она
будет предаваться этому заслуженному
баловству.
Но вместо шоколадной заначки в тайнике оказалась всего лишь одна пустая
обертка.
- Сукин сын! - Она готова была выхватить обертку из тайника и изорвать ее
в клочки, но заставила себя
остановиться. - Вот сейчас посмотрим, кто кого, подлый вор!
Ева спрыгнула со стола и достала запасной полевой набор. Обработав руки
изоляционным спреем, она вновь влезла на
стол, извлекла обертку пинцетом и поместила ее на защитную поверхность своего
стола.
- Хочешь поиграть? Что ж, поиграем!
Раздавшийся в этот момент стук в дверь вызвал у нее недовольный возглас.
- Даллас! Лейтенант, ваша дверь заперта...
- Знаю, что заперта!
- О... У меня есть информация по Картеру Бисселу.
Ева поднялась, пнула ногой стол и отперла дверь.
- Запри за собой, - приказала она и снова села за стол со своими
инструментами.
Пожав плечами, Пибоди заперла дверь.
- Я связалась... А что вы делаете?
- А на что это, черт побери, похоже, как ты думаешь?
- Ну, похоже, вы сканируете обертку от шоколада на предмет отпечатков
пальцев.
- Ну, значит, скорее всего, именно это я и делаю. Ты связалась с Картером
Бисселом?
- Нет, я... Даллас, а разве шоколадка фигурирует среди вещественных
доказательств по этому делу?
- Это личное дело! Все чисто, - пробормотала Ева себе под нос. - Этот
ублюдок обработал свои пальчики. Но это
еще не конец! Есть и другие способы!
- Мэм, вы, судя по всему, проверили на отпечатки и потолочную панель.
- Думаете, я сама не знаю, что делаю, детектив? По-вашему, я в невменяемом
состоянии?
- Нет, этого бы я не сказала. Пока вы только в состоянии бешеной злости.
- Ваша наблюдательность меня потрясает, а ваши выводы, как всегда,
безошибочны. Поздравляю. Да пошел ты! -
воскликнула она, обращаясь к куску фольги, и скатала его в комок. - Я позже с
тобой разберусь. И уж я разберусь! А сейчас
Картер Биссел. И где мой кофе?
- Гм... Раз уж вы отказались от услуг помощницы...
- Ну, укуси меня! - Оттолкнувшись от стола, Ева затопала к кофеварке.
- Я просто ждала случая это сказать. А так, знаете, я вовсе не против
того, чтоб подавать вам кофе. Могли бы и вы
меня когда-нибудь угостить. Вот сейчас, например, раз уж вы все равно этим
занялись...
Ева испустила мученический вздох и достала вторую чашку.
- Спасибо. Итак, Картер Биссел. Я пробовала дозвониться к нему домой, но
никто не отвечает. Оставила послание на
автоответчике. Потом позвонила в бар, где он числится владельцем, и отловила его
партнера. Некий Дизель Мур. Этот Мур
взвился под потолок, стоило мне только упомянуть о Бисселе. Сказал, что тоже его
ищет, и прибавил несколько непечатных
слов. Говорит, что Биссел оставил его ни с чем месяц назад, выгреб всю кассу.
Мур говорит, что оказался в аховом
положении. Он подождал, все надеялся, что Биссел вернется, но этого так и не
случилось. Вчера он заявил в полицию.
- Проверила?
- Да. Местные власти тоже ищут Биссела. У них нет записей о том, что он
покидал остров. Правда, он мог взять
лодку или гидроплан и соскочить незамеченным. Они в этом копаются, но не слишком
глубоко. Кассу он действительно
снял, но там всего-то было пара тысяч, и часть этих денег принадлежит ему. К
тому же он, говорят, и раньше исчезал
ненадолго, никого не предупредив и ничего не объясняя.
- Дом проверили?
- Разумеется. Вроде бы не хватает кое-чего из одежды и личных вещей, но
следов борьбы нет, как нет и признаков
того, что он собирался уехать надолго.
- Месяц назад Фелисити Кейд совершила поездку на Ямайку. Интересно, о чем
она говорила с Картером Бисселом?
- Может, хотела и его завербовать?
- А может, ей требовался еще один козел отпущения. Я думаю, нам следует
еще раз осмотреть место преступления.
Блок связи на столе у Евы засигналил, и она отшвырнула потолочную панель.
- Даллас.
- Сообщение лейтенанту Даллас. Свяжитесь с офицером в доме 24 по 18-й
улице. Смерть при подозрительных
обстоятельствах. Одна жертва, пол женский. Проверка личности дала результат:
Маккой Хлоя.
- Принято. - Ева отключила связь и стукнула ладонью по столу. - Черт
побери!
ГЛАВА 10
Она выпила целый пузырек каких-то таблеток. Нарядилась в пенящуюся
кружевами розовую ночную рубашку,
тщательно накрасилась и причесалась, а затем улеглась в красивой позе на кровати
среди целого моря хорошеньких
подушечек в обнимку с лилово-розовым плюшевым мишкой. Ее можно было принять за
спящую, если бы не открытые,
уставившиеся в одну точку глаза, уже затуманенные смертью.
Рядом с ее рукой лежала записка - одна-единственная строчка, написанная
витиеватым почерком на листке дешевой
розовой бумаги: "Без него нет света, нет жизни".
Пустой пузырек из-под таблеток стоял на ночном столике рядом с недопитым
стаканом тепловатой воды и одиноким
розовым бутоном, с которого были сострижены все шипы.
Оглядев комнату, Ева решила, что роза очень точно вписывается в
обстановку. Бело-розовые занавески в оборочку,
фантастические луговые пейзажи в рамочках на стенах... Комната была аккуратная,
кокетливо-женственная. Порядок
нарушали только бумажные носовые платки, разбросанные белыми, как снег,
комочками на полу у постели, контейнер с
растаявшими остатками мороженого под названием "Греховный шоколад" и недопитая
бутылка белого вина.
- На что это похоже? - спросила Ева у Пибоди.
- Похоже, она закатила целую поминальную оргию по себе самой. Вино и
мороженое для утешения - и море слез.
Должно быть, решила выпить, чтобы набраться храбрости и проглотить таблетки. Она
была молодая, глупая и увлекалась
театром. Вот и покончила с собой из-за никчемного слизняка.
- Да, все так и выглядит. Где она достала таблетки?
Пибоди со всех сторон осмотрела темно-зеленый пластиковый пузырек без
этикетки.
- Это не аптечный пузырек. Черный рынок.
- По-твоему, она из тех, кто имеет связи на черном рынке?
- Нет. - Пибоди нахмурилась и более пристально присмотрелась к телу. -
Нет, но некоторые маргинальные
толкачи работают в студенческих и артистических кругах. Она вращалась и в тех, и
в других.
- Это верно. Что ж, вероятность не исключена. Тем более что ей пришлось
действовать быстро. Из нашей краткой
встречи я вынесла впечатление, что она весьма импульсивна. И все же...
Ева обошла комнату, заглянула в маленькую ванную, осмотрела небогатую
гостиную и крохотную встроенную кухню.
Масса безделушек, опять репродукции романтических пейзажей на стенах. В
маленькой раковине на кухне не было посуды,
нигде не валялись разбросанные предметы одежды. И бумажные носовые платки лежали
только в спальне.
"Кругом ни пылинки", - убедилась Ева, проведя пальцем, обработанным
защитной эмульсией, по поверхности стола.
- Уж больно тут чисто, - заметила она. - Странно, что женщина, так глубоко
погруженная в свое горе, решила
навести блеск перед самоубийством.
- А может, она всегда была аккуратисткой?
- Может быть, - согласилась Ева.
- Прибралась, накрасилась, причесалась, - продолжала Пибоди. - Бывают
такие люди. Вот взять, к примеру, мою
двоюродную бабушку. У нее пунктик: убирает постель, как только встает утром. А
знаете почему? Чтобы, если она вдруг
навернется и отдаст концы, никто не подумал, что она была неряхой и плохой
хозяйкой. Всякое на свете случается!
- Ну ладно, предположим, она достает таблетки и покупает себе
нераспустившийся розовый бутон. Потом
возвращается домой, устраивает генеральную уборку, наводит марафет. Садится на
кровать, плачет, ест мороженое, пьет
вино. Пишет записку, потом глотает таблетки, ложится на постель и умирает. Все
могло быть именно так.
Пибоди с шумом выдохнула.
- Но вы так не думаете? И у меня тоже такое чувство, что я упускаю нечто
очевидное.
- Очевидно здесь только одно: девушка двадцати одного года от роду умерла.
И по первому впечатлению это
выглядит как самое натуральное, вызванное горем самоубийство.
- Биссел и Кейд тоже выглядели очень натурально - самое обычное, вызванное
приступом бешеной ревности
двойное убийство.
- Браво, Пибоди! - Ева сунула большие пальцы в карманы брюк. - Продолжай в
том же духе.
- Пока продолжать нечего. Если это тоже дело рук ОБР или террористов,
какой у них мог быть мотив?
- Она знала Биссела, была его любовницей.
- Да, но она же была совсем еще девчонкой. Если она знала что-то
существенное о работе Биссела, о "Красном коде",
вообще о чем-то секретном, я проглочу свой новенький блестящий жетон детектива!
- Я готова согласиться, но кто-то другой мог думать иначе. А может, это
просто "генеральная уборка"? Обрезают все
концы? Мне ясно одно: раз между нею и Бисселом есть связь, мы не будем
рассматривать это как вызванное горем
самоубийство. Начнем с тела, а потом разберем эту квартирку на части. Как зовут
женщину, которая нашла тело?
Дина Хорнбок, соседка из квартиры напротив.
- Проверь ее. Я ее допрошу, но сначала мне бы хотелось узнать о ней все.
Приставь к ней патрульного. Пусть держит
ее в квартире и глаз с нее не спускает.
- Есть.
- Свяжись с экспертами и с Морсом. Пусть Морс лично поработает над Хлоей.
А "чистильщики" пусть разберут эту
квартирку на атомы.
Пибоди задержалась в дверях.
- Вы действительно не верите, что она сама покончила с собой?
- Если покончила, я проглочу свой далеко не новенький и не блестящий жетон
лейтенанта. За работу, Пибоди!
Следов борьбы не было - Никаких признаков повреждений на теле, которые
указывали бы на применение силы.
Впрочем, Ева ничего такого и не ждала. Хлоя умерла вскоре после трех часов ночи.
Тихо, безболезненно. Бессмысленно...
Телефон был отключен вскоре после полуночи. Подключив его снова, Ева
обнаружила, что последний разговор
состоялся около девяти вечера. Звонила как раз Дина Хорнбок, соседка из квартиры
напротив: выражала сочувствие. С обеих
сторон было пролито много слез.
- Я зайду, - сказала Дина. - Ты не должна быть одна в такое время.
Хлоя со слезами рассыпалась в благодарностях, и на этом разговор был
окончен.
Но вот компьютер не загружался, и Ева готова была дать голову на
отсечение, что он инфицирован. Но что именно на
персональном компьютере юной студентки могло так взволновать ОБР или
компьютерных террористов?..
Когда все, что можно было сделать в спальне, было сделано, Ева перешла в
гостиную, где Пибоди работала с
"чистильщиками".
- Ну, что ты выяснила о Дине Хорнбок?
- Студентка, одинокая, двадцать один год. Специализируется по театральному
делу: сценическое оформление. Уже
успела накопить довольно солидный трудовой стаж: я читала ее послужной список.
По этому адресу живет год. До этого
жила в студенческом общежитии театрального института в Сохо, а еще раньше - с
матерью и отчимом в Сент-Поле.
Имеется младший брат. Криминального досье нет, единственное правонарушение -
косячок, выкуренный на школьной
спортплощадке, когда ей было восемнадцать. За квартиру платит вовремя: я
поговорила с домохозяином.
- Отлично.
- Маккой тоже вовремя платила за квартиру, хотя была у нее привычка
платить в самый последний момент перед
выпиской штрафа. Она заплатила вчера, электронным переводом, в шестнадцать
тридцать три.
- Правда? Как это мило - заплатить за квартиру, когда собираешься
покончить с собой. Ладно, послушаем, что
скажет ее подружка.
Дина Хорнбок была потрясена, но владела собой. Это была красивая тоненькая
чернокожая девушка с маленькой
татуировкой в виде двух красных крылышек на левом виске. Она сидела в кресле,
обтянутом красным бархатом, и
беспрерывно пила воду из бутылки.
- Мисс Хорнбок, я лейтенант Даллас, а это детектив Пибоди. Мы должны
задать вам несколько вопросов.
- Да-да, конечно. Честное слово, я хочу помочь.
Я не знала, что делать. Я просто не знала, что делать! Выбежала из
квартиры и начала кричать, чтобы кто-нибудь
вызвал полицию. Кто-то ее вызвал, как я понимаю. А я села прямо в коридоре, да
так и просидела, пока не пришли
полицейские.
- Как вы попали в квартиру Хлои?
- О, у меня есть ключ. Мы с ней давно уже обменялись ключами - то и дело
забегали друг к другу. Отдать его вам?
Ключ?
- Буду вам признательна. Мы его заберем перед уходом. А теперь расскажите
нам, что произошло.
- Хорошо. - Дина глубоко вдохнула и потерла лицо руками. - Хорошо. Я
вернулась после занятий и решила
заглянуть к ней, проверить, как у нее дела. Она была так расстроена из-за смерти
Блэра. Она была просто сражена,
понимаете? - Дина судорожно перевела дух. - Когда мы расстались с ней вчера
вечером, я обещала зайти сегодня после
занятий. Вот я и не стала звонить, не стала стучать, прямо вошла. Вошла и
объявила, что я здесь.
- Дверь была заперта?
- Да. Она не ответила, и я прошла прямо в спальню. Хотела уговорить ее
пойти погулять или хотя бы посидеть у
меня. Подбодрить ее... Господи, как тяжело об этом говорить! Я как будто вижу
все заново.
- Я понимаю.
- Я вошла. Увидела ее на постели. Сначала я ничего не поняла, просто не
подумала... Говорю: "Да брось, Хло,
пошли!" Да, я сказала что-то в этом роде. - Голос у Дины задрожал. - Господи, я
сказала: "Да брось, Хло, пошли!", да еще
с такой досадой. Мне кажется, это потому, что все выглядело так театрально...
прямо как на сцене. Меня даже зло взяло. Я
подошла прямо к постели. И тут...
- Не спешите, - посоветовала Ева, когда Дина принялась жадно глотать воду
из бутылки.
- Ее глаза были открыты. Они глядели прямо на меня, а я все еще ничего не
понимала. Мозг как будто отключился. Я
уже раньше видела умершего человека... Мою прабабушку. - Дина утерла слезу
кулачком. - Она какое-то время жила с
нами и умерла во сне. Утром я ее нашла. То есть... я хочу сказать, мне уже
приходилось видеть мертвых. Но когда они
молоды и ты этого не ждешь, это совсем другое дело.
"Да, это совсем другое дело, - подумала Ева. - Одинаковых смертей не
бывает".
- Вы трогали ее? Или что-нибудь еще? - спросила она вслух.
- Мне кажется, я тронула ее за плечо. Или за руку. Да, я протянула руку и
дотронулась до нее. Я не понимала... У
меня в голове не укладывалось, что она мертвая. Но она была холодная. Боже, у
нее кожа была холодная! И тут я поняла. Вот
тогда я и выбежала и стала кричать.
- А потом вы сели на пол в коридоре и просидели до прихода офицера Нэлли?
- Да.
- Кто-нибудь еще заходил в квартиру до прихода полиции?
- Нет. Я сидела прямо у нее под дверью и плакала. Некоторые жильцы
выходили из квартир и спрашивали, что
случилось. А я говорила: "Хлоя умерла, она убила себя".
- Понятно. Значит, вы разговаривали с ней вчера?
- Я позвонила, когда вернулась домой. Вернулась я поздно, работала над
постановкой в Уэст-Сайде. Я знала, что ей
тяжело. Мы поговорили по телефону, потом я зашла к ней. Посидела с ней
немного... просто за компанию. Я оставалась с ней
примерно до одиннадцати. Мне наутро надо было на лекцию, а она сказала, что
ляжет спать. "Забудусь сном", - вот как она
сказала. Она часто говорила такие вещи, мне и в голову не пришло... - Дина
схватила Еву за руку. - Офицер Даллас, я ни за
что на свете не оставила бы ее одну, если бы поняла, что она имеет в виду! Я бы
ей не позволила это сделать!
- Это не ваша вина. Вы были хорошей подругой. - Заглянув в лицо Дины, Ева
поняла, что она убита горем, и не
стала указывать ей на ошибку. - А как вам показалась квартира?
- Простите?
- В каком виде была квартира вчера вечером, когда вы уходили?
- О, все было на месте. Хлоя вообще любила порядок. Ну, правда, салфетки
были всюду накиданы. Она много
плакала и роняла их по всей квартире.
- Вы что-нибудь ели или пили?
- Выпили немного вина. Я принесла бутылку, и мы ее опустошили примерно
наполовину.
- Мороженое?
- Мороженое? Нет, я об этом не подумала. А жаль, это было бы как раз то,
что нужно.
- Вы вымыли бокалы?
- Бокалы? Нет, я... У меня был трудный день, я устала, а она чуть все
глаза не выплакала. Мы просто оставили все в
гостиной.
- Не в спальне?
- Нет, мы посидели пару часиков на полу в гостиной. Может, если бы я
осталась с ней на ночь...
- Я прошу вас внимательно взглянуть на эту записку. - Ева извлекла розовый
листок, уже упакованный и
запечатанный в прозрачный пластик. - Это почерк Хлои?
- Да. В этом вся Хлоя - у нее все было напоказ. Но она не права. Была
жизнь и без него. Жизнь всегда есть.
Господи, да как можно так рассуждать? Что она себе навыдумывала?!
- Вы были знакомы с Блэром Бисселом?
- Нет. - Дина достала скомканную бумажную салфетку и высморкалась. - Она о
нем не распространялась. Я о нем
вообще ничего не знала. Нет, знала, что у нее кто-то есть, я даже знала, что
этот "кто-то" женат, но она не называла его по
имени и вообще ничего не рассказывала. "Дала обет", - так она говорила.
Торжественный обет. Это так на нее похоже: "Я
дала торжественный обет!" Она чувствовала, что я не разделяю ее восторгов, вот и
старалась помалкивать. Я не знала даже,
что она подрабатывает на полставки в его галерее. Узнала только потом, когда все
было уже кончено. После того, как жена
его убила. Хлоя мне все рассказала только вчера вечером.
- Значит, сюда он никогда не приходил?
- Нет, почему же? Приходил. По крайней мере мне так кажется. Мы с Хлоей
разработали такой сигнал. Если у когото
из нас были гости - ну, вы меня понимаете, - мы вешали на ручку двери розовую
ленточку. Это она придумала.
Насколько мне известно, последние несколько месяцев она ни с кем не встречалась,
кроме своего "художника". Я бы знала,
если бы у нее был кто-то еще. Розовая ленточка появлялась на ручке двери
примерно раз в неделю.
- У нее была привычка выключать телефон, когда она принимала гостя?
- О, да! Опять-таки, в этом вся Хлоя. Она хотела, чтобы ничто из внешнего
мира не нарушало атмосферу.
- После того как вы оставили ее вчера вечером, вы что-нибудь слышали?
- Я сразу легла спать. Я же выпила вина, выдержала такую эмоциональную
сцену... Я просто с ног падала. Не
слыхала ни звука, пока будильник не поднял меня с постели в шесть тридцать
сегодня утром.
- Когда вы ушли на лекции?
- В четверть восьмого. Примерно.
- Что-нибудь видели перед уходом?
- Нет, ничего. Я думала забежать, взглянуть, как там Хлоя, но решила, что
она, наверное... - Опять в голосе Дины
зазвучали слезы. - Я думала, она спит...
Я и без того уже опаздывала, вот и пошла прямо на лекции.
- Я понимаю, как вам тяжело, и ценю ваше сотрудничество со следствием. -
Ева начала подниматься, но снова села,
словно что-то вспомнив в последнюю минуту. - Ах да, я хотела вас спросить. У
Хлои в гостиной есть фотография - она
смеется в объектив, и на шее у нее такое сердечко на цепочке. Прелестная вещица.
Она часто его носила?
- Медальон? По-моему, этот ее художник подарил его ей пару месяцев назад.
Она его никогда не снимала. Она была
ужасно сентиментальна.
- На ней не было медальона, - сказала Пибоди, когда они вернулись в
квартиру Хлои.
- Не было.
- И в квартире медальон не обнаружен.
- Верно.
- Значит, теоретически тот, кто ее убил или толкнул на самоубийство,
забрал медальон с собой.
Ева пожала плечами.
- Во всяком случае, его действительно нет на месте. Люди часто прячут в
медальоны какие-нибудь дорогие их сердцу
предметы.
- Точно. Портреты, пряди волос, образцы ДНК...
- Если медальон ей подарил Биссел, думаю, там было спрятано нечто большее,
чем романтический сувенир.
- Означает ли это, что мне придется проглотить мой новенький блестящий
жетон детектива?
Ева покачала головой:
- Если там что-то и было, это еще не значит, что она была в курсе. Но я
держу пари: из-за этого она умерла. И еще изза
того, что было на ее компьютере.
Обдумав эти слова, Пибоди оглядела гостиную.
- Она тут прибралась. А если не она, то кто-то другой. Но я не
представляю, зачем постороннему мыть бокал за
соседкой или прибираться в гостиной. А если это сделала сама хозяйка, значит, у
не
...Закладка в соц.сетях
